Текст книги "История Дальнего Востока. Восточная и Юго-Восточная Азия"

Автор книги: Альфред Крофтс

Соавторы: Перси Бьюкенен
сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 18 страниц]

ТУНЧЖИ И ГУАНСЮЙ

Сын Ехоналы был возведен на престол под именем Тунчжи (это его эра летосчисления; каждый китайский монарх в истории известен под несколькими именами – личное имя, посмертное имя, храмовое имя, эра летосчисления, – что вносит определенную путаницу в их идентификацию. – Пер.). В течение двенадцати лет несовершеннолетия, когда его мать держала в своих руках бразды правления, юноша вел распущенный образ жизни. Взойдя на престол в 1873 г., он прожил всего два года (номинально Тунчжи правил в 1861–1875 гг. – Пер.). Несмотря на свое видимое хорошее здоровье, его молодая беременная жена-императрица скончалась через несколько месяцев после смерти мужа. [247]247
  Обстоятельства ее кончины, которая квалифицировалась как самоубийство, были подозрительными. Если бы ребенок оказался мальчиком и унаследовал престол, его мать стала бы вдовствующей императрицей и регентом, заменив Цыси.


[Закрыть]

Еще раз, как в 1860 г., империя была без монарха, и снова Цыси пришла к власти. Трон должен был перейти к ближайшему кровному родственнику, но вдовствующая императрица убедила Совет избрать императором ее четырехлетнего племянника, сына принца Чуня, который повиновался ее воле. Молодой император получил имя Гуансюй. Были написаны сотни писем, в которых выражался протест [248]248
  Одно из них, написанное цензором У Кэту, стало самым знаменитым в столетии. Указав, что покойный император будет испытывать посмертное унижение из-за того, что у него нет наследника, который совершал бы обряды почитания предков, У повесился. Таким образом он сопроводил своего монарха в Страну желтых вод (Страну мертвых. – Пер.) (см. историю генерала Ноги, гл. 13).


[Закрыть], но Цыси игнорировала их. Определив второго императора, она могла бы предвкушать обладание властью еще 14 лет. Правда, она в течение нескольких лет не была единственным регентом: Цзыань, хотя и имела мягкий характер, иногда не соглашалась с ней, но после ее смерти в 1881 г. у Цыси не осталось соперников.

ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА

После великого восстания основным достижением в управлении страной была поддерживаемая принцем Гуном практика ускоренного пополнения высшей бюрократии коренными китайцами. Конфуцианские ученые и маньчжурские кланы оставались закоснелыми консерваторами. Купцы менее враждебно относились к западным идеям. Тем не менее они, как и прежде, предпочитали вкладывать свои капиталы в краткосрочные предприятия [249]249
  Разрешенным вложением средств являлась передача денег успешно сдавшему экзамен кандидату для покупки его должности. При этом финансовый посредник не только приобретал влияние в ямэне, но и получал часть чиновничьего дохода.


[Закрыть]или землю. В каждой деревне помещик и ростовщик, эти азиатские тираны, усилили свою власть над обедневшими земледельцами.

Когда тайпинские армии распались, их наиболее активные элементы присоединились к партизанам, называемым «черными флагами», действовавшим в юго-западных провинциях. Большинство вернулись в свои дома на юге, где у них всплывали в памяти воспоминания о своем неудачном выступлении, и они настраивали более молодое поколение, включая Сунь Ятсена, молодого деревенского жителя, на борьбу против маньчжуров.

За большой войной внутри страны последовали несколько менее значительных по масштабу: «нянь фэи», конные разбойники, действовавшие в северо-восточных провинциях, были рассеяны Ли Хунчжаном в 1868 г. В провинции Юньнань подвергавшиеся жестокой эксплуатации мусульмане-рудокопы сражались под руководством своего «султана» Сулеймана почти двадцать лет, прежде чем они потерпели поражение в 1873 г. В том же году было окончательно усмирено восстание их единоверцев в Каньсу. За период немногим более десяти лет война, засуха и нашествия саранчи отняли у империи предположительно 17 миллионов человеческих жизней.

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ТАМОЖЕННЫЙ КОНТРОЛЬ

Китайское правительство после 1860 г. не могло больше игнорировать западные государства. За несколько лет были заключены договоры с 18 странами Запада. До восстания китайские чиновники собирали таможенные пошлины в приморских городах. Однако когда Шанхаю стали угрожать мятежники, они передали свои функции иностранным сборщикам, которые вкладывали собранные деньги в имперскую казну. В 1863 г. англичанин Роберт Харт начал карьеру в качестве британского генерального инспектора (императорской таможенной инспекции – совместного китайско-иностранного предприятия, основанного в 1854 г. в Шанхае. – Пер.) шанхайской таможни. Его деятельность в Китае продолжалась почти четыре десятилетия, и он стал самым уважаемым европейцем в Китае. За длительный срок пребывания Харта на своей должности не происходило никаких инцидентов.

Хотя Цины регулярно протестовали против сбора иностранцами таможенных пошлин, они были довольны, получая ежегодно до 20 миллионов долларов, защищенных от местной коррупции. Согласно договору, тариф был зафиксирован на уровне 5 %. Китайские требования о повышении ставки таможенной пошлины были отвергнуты – главным образом потому, что ликин, или внутренние тарифные барьеры, носившие в военное время временный характер, стали постоянными.

КОНЦЕССИИ И ЭКСТЕРРИТОРИАЛЬНОСТЬ

Система концессий, начало которой было положено в Шанхае, была распространена еще на три порта реки Янцзы, на Ньючван в Маньчжурии и остров Шамянь на реке Кантон. Концессии представляли собой долгосрочную аренду представителям иностранных государств, которые избирали собственные руководящие советы, собирали местные налоги и имели свои суды, полицию и муниципальные службы. В этих анклавах белых людей сами китайцы были чужеземцами.

Точки зрения на существование этих смешанных общин заметно различались. Большинству иностранцев они казались гаванями справедливого порядка, западного закона, здоровой финансовой системы среди азиатской монархии. Однако великий генералиссимус китаец Чан Кайши в лаконичной форме резко отозвался о них: «За последние сто лет красивые и процветавшие города превратились в центры нищеты и хаоса». [250]250
  Chiang K’ai-shek.China’s Destiny. New York, 1947. P. 92.


[Закрыть]

В условиях экстерриториальности иностранцы оказывались вне юрисдикции китайских судов и были ответственными перед своими консулами. Апелляции из консульских судов могли рассматриваться в Гонконге и Владивостоке. Американские апелляции отправлялись в суд федерального округа в Сан-Франциско. В 1864 г. в Шанхае был учрежден первый смешанный суд для судебного разбирательства спорных дел между китайцами и иностранцами.

МИССИЯ БЕРЛИНГЕЙМА

По рекомендации Роберта Харта уходивший в отставку американский посланник Энсон Берлингейм был приглашен занять пост китайского представителя западных государств. С группой из 32 китайцев он пересек Тихий океан, что «продавать Китай христианскому миру». После триумфального приема в Сан-Франциско он проследовал по незаконченной трансконтинентальной железной дороге с многочисленными остановками в пути в Вашингтон. Здесь в июле 1868 г. был подписан договор с президентом Джонсоном. Он предусматривал обмен консулами, взаимные права на иммиграцию, поездки и постоянное местопребывание лиц китайской и американской национальности. Берлингейм был принят осенью королевой Викторией и императором Наполеоном III. Далее он отправился в Санкт-Петербург, где вскоре после аудиенции у царя его поразила смертельная болезнь.

Берлингейм чрезвычайно оптимистически оценивал перспективы взаимопонимания между Востоком и Западом в ближайшем будущем. Его конфуцианские спонсоры были встревожены предсказанием Берлингейма, что христианство «водрузит свой крест в каждой деревне» Срединного царства, и не меньше перспективой неограниченного передвижения американцев по Китаю.

УСТАНОВЛЕНИЕ ВНЕШНИХ ОТНОШЕНИЙ

Представители британского Форин Офис напомнили Берлингейму, что ни один правитель Китая не принял европейца после миссии Макартни в 1794 г. Очевидно, что пекинское правительство должно оказать знаки внимания европейцам, которые те оказали его послу. Поэтому в июне 1873 г. посланники шести иностранных государств были представлены только что восшедшему на престол императору Тунчжи, но даже тогда китайцы демонстрировали снисходительное отношение к иностранцам, используя для их приема зал, в котором обычно принимали вассалов с данью.

Китайские послы были отправлены за границу в 1877 г., но министерство иностранных дел, или «Цун-ли-ямень», создание которого было предусмотрено Пекинским договором, имело незначительный авторитет. Только чиновники низкого ранга присутствовали на его заседаниях. Они долго беседовали, но опасались принимать решения, понимая, что любая их ошибка чревата серьезным наказанием. Ведение внешней политикой в значительной мере перешло к чиновнику Ли Хунчжану, который за его деятельность во время тайпинского восстания стал наместником провинции Чихли. В течение 30 лет, когда он занимал этот пост, наиболее важные дипломатические конференции проводились в канцелярии его тяньцзиньского ямэня. Он вел переговоры с белыми людьми даже со времен генерала Гордона и Всепобеждающей армии, пользовался доверием Цыси, хотя капризная вдова не хотела назначить его членом Большого совета на том основании, что ей не нравился его южный провинциальный акцент.

Ли был ученым, членом Академии Ханьлинь (учреждение, которое существовало в императорском Китае в 738– 1911 гг., выполнявшее функции императорской канцелярии (ее члены часто были советниками императора), комитета по цензуре и литературе, идеологического комитета, высшей школы управления, библиотеки и др. – Пер.). Его послания трону перепечатывались как литературные образцы, но, в отличие от других ученых, он не являлся праздным философом-мечтателем. Ли понимал неизбежность европеизации, возлагал надежды на создание шахт и фабрик, инвестируя в них большие средства и став одним из богатейших людей века. Как моралист он осуждал иностранных импортеров опиума. Как практичный человек он сам владел прибыльными хозяйствами, где выращивался опиумный мак. Его преданность монархии сочеталась с личным эгоизмом, своекорыстием. Вслед за этим человеком Цины входили в эпоху упадка.

ЭМИГРАЦИЯ КИТАЙЦЕВ ЗА РУБЕЖТорговля кули

После запрета на торговлю африканскими рабами в 1830-х гг. возросла потребность в сильных и выносливых рабочих для работы на плантациях Нового Света и Австралии и разработки месторождений гуано (разложившиеся естественным образом остатки помета морских птиц и летучих мышей. – Пер.), используемого как удобрение, на островах Чинча (небольшие острова у побережья Перу. – Пер.). 800 китайских кули достигли берегов Кубы в 1847 г.

Хотя эмиграция из Китая была законодательно запрещена, возрастала позорная торговля кули, завербованных в Амое и Кантоне, которых продавали в Макао и отправляли на кораблях, причем прибыль составляла 200 долларов за одного человека. Условия на судах были ужасными, и в течение 12 лет на них умерли почти 80 тысяч кули. США запретили работорговлю в 1862 г., их примеру последовали другие государства. В 1847 г. китайское правительство узаконило эмиграцию. В конечном счете почти 7 миллионов китайцев поселились за границей, девять десятых из них – в странах Азии.

Китайцы в США

Свободная иммиграция в Калифорнию началась с золотой лихорадки в 1849 г. и развивалась так быстро, что в 1852 г. в Сан-Франциско проживали 18 тысяч китайцев – одна треть всего населения. Приток кули составлял в среднем более 10 тысяч ежегодно в следующие 30 лет, хотя многие возвращались, чтобы ухаживать за своими родителями и быть похороненными со своими предками. В 1882 г. на Тихоокеанском побережье оставались 100 тысяч человек. В шахтерских районах проявлялось недовольство в связи с конкуренцией со стороны китайцев. Однако их число возросло во время строительства Центральной тихоокеанской железной дороги. Там они проявили послушание и большое трудолюбие, оправдывая мнение Лиланда Стэнфорда (1824–1893; американский политик, промышленник и предприниматель, основатель Стэнфордского университета. – Пер.) о том, что народ, построивший Великую стену, может построить любой современный объект! Когда в 1869 г. была закончена трансконтинентальная дорога, тысячи китайцев были уволены, прибыла новая рабочая сила из восточных стран, и безработица в Калифорнии достигла критического уровня. Американцы легко могли обвинять китайцев во всем: те подвергались нападкам за их «языческие» верования, обособленность, неспособность к ассимиляции, страсть к опиуму и азартным играм, войны между китайскими тайными организациями. Истинная причина неприязни к китайцам заключалась в том, что те получали крайне низкую заработную плату, гораздо меньше, чем даже ирландские иммигранты.

Первые антикитайские выступления имели место в 1871 г., но до 1879 г. попытки в конгрессе изменить условия берлингеймского договора провалились. В следующем году 400 китайцев подверглись массовому нападению в Денвере, и спустя пять лет 19 китайцев были убиты в шахтерском городе Рок-Спрингс (штат Вайоминг). [251]251
  США заплатили 147 тысяч долларов жертвам или их наследникам. Было подсчитано, что почти каждый год китайцы за рубежом больше подвергались насилию, чем белые резиденты в Китае, – но почти во всех других случаях компенсация не выплачивалась.


[Закрыть]Согласно двустороннему соглашению, подписанному в Пекине в 1880 г., США могли ограничить, но не полностью прекратить въезд китайских рабочих.

Договор оказался недолговечным, потому что принятый конгрессом закон в 1882 г. приостановил китайскую иммиграцию на десять лет, за исключением студентов, учителей и купцов, которые все должны были иметь при себе удостоверение личности. Принятый через десять лет, в 1892 г. закон, подготовленный калифорнийским конгрессменом Томасом Гиари (Geary), продлил запрет. Кроме того, в нем содержалась статья, требовавшая от всех китайских резидентов в США постоянно иметь при себе документы, удостоверяющие личность (закон требовал, чтобы все китайские иммигранты получили в течение года вид на жительство, своего рода внутренний паспорт, и всегда имели его при себе; в противном случае они подвергались депортации или ссылались на каторжные работы сроком на один год. – Пер.). Когда положения этого закона были подтверждены в 1904 г., китайское правительство отказалось утвердить их. Последовал бойкот американских товаров, который привел к сокращению импорта за два года более чем наполовину.

С приобретением Вашингтоном Гавайских островов в 1898 г. многие китайцы, прибывшие туда в течение предыдущих двух десятилетий, перешли под юрисдикцию США. Большинство их составляли кули, хотя некоторые разбогатели, став торговцами или владельцами сахарных плантаций. По численности китайцы намного уступали японцам, но их численность возрастала за счет естественного прироста и смешанных браков с коренными гавайцами, белыми или другими азиатами.

Унизительный, дискриминационный характер имел закон 1875 г., отказывающий в праве на натурализацию всем азиатам, родившимся за пределами США. [252]252
  Закон был основан на судебном решении, согласно которому первая конституция предоставляла гражданство только свободнорожденным белым. Принятая в 1868 г. четырнадцатая поправка к конституции даровала гражданство неграм, родившимся на территории США.


[Закрыть]Все законы, запрещавшие китайцам въезжать в США, были отменены в декабре 1943 г. в знак боевой дружбы. Закон Мак-Кэррана – Уолтера от 1952 г. установил иммиграционную квоту в 2 тысячи человек из стран Востока и устранил все барьеры, препятствовавшие их натурализации.

Миграция в Британскую империю

Первые китайские поселенцы приехали в Канаду вскоре после их прибытия в Калифорнию, и они появились в Австралии вслед за золотоискателями в 1855 г. Увеличение числа сахарных плантаций в Квинсленде (штат Австралии. – Пер.) вызвал приток тысяч меланезийских и китайских рабочих. Отношения между белыми и цветными пионерами развивались по американскому образцу. Однако Британский имперский совет, опасаясь влияния на общественное мнение в Индии, отвергал любой формальный запрет на въезд иммигрантов из восточных стран. Доминионы прибегали к различным уловкам: Канада установила непомерно высокие налоги на въезд в страну; Новая Зеландия ограничила восточную иммиграцию одним человеком на 500 тонн груза.

Волна расизма прокатилась по Австралии в последней декаде XIX в. Указывая на разрушительный эффект расового смешения в Африке и Южной Америке, сменявшие друг друга лейбористские правительства поддерживали лозунг: «Сохраните Австралию белой!» Они достигали своей цели тестами на грамотность, на которых инспекторы могли потребовать от потенциальных иммигрантов чтения на любом выбранном инспекторами языке. Тест был предназначен для предотвращения въезда цветных. Фабрики и плантации, использовавшие дешевую рабочую силу, должны были закрыться. Все же в 1907 г. в Австралии находились больше 40 тысяч китайцев, их численность сокращалась, так как мужчины составляли только одну тысячу человек.

Миграция в Юго-Восточную Азию

С самых ранних времен китайцы из Гуандуна и Фуцзяня обосновались во всех южных регионах. Их бережливость, зажиточность и обособленность часто вызывали ненависть к ним. Они нередко преследовались, иногда с ними жестоко расправлялись (особенно в Маниле около 1600 г. и в Батавии в 1740 г.). Со временем они стали незаменимыми и для местных правителей, и для колониальной администрации. Китайцы работали лучше коренного населения, трудившегося с ленцой, вынося тяжелую работу в тропической жаре. Они стали контролировать помол риса, рыболовство, местную транспортную торговлю, добычу олова в Малайзии, большую часть торговли и значительную часть банковского дела. В некоторые годы объем экспорта продуктов из Явы в Китай почти не уступал объему экспорта в метрополию (Голландию).

Три четверти иммигрантов были мужчинами, и большинство вернулось в Китай со сбережениями, но – что редко происходило в «белых» странах – они свободно вступали в смешанные браки с представителями почти всех азиатских общин, за исключением мусульманской Малайи. Их дети были склонны учиться в китайских школах и сохранять обычаи предков, но отказываясь от маньчжурских косичек. Можно сослаться лишь на немногие надежные оценки их численности. В 1850 г. китайцы, возможно, составляли пятую часть населения Пенанга и Малакки, четверть – 6 миллионов жителей Сиама.

Эмигрируя незаконно, не защищенные консулами или военными кораблями, китайцы были настоящими авантюристами. Они защищали свои общины и в значительной мере управляли ими с помощью могущественных тайных обществ, соперничество между которыми иногда приводило к столкновениям, которые вызывали замешательство полиции. Забастовка китайцев, работавших на джонках, могла привести к закрытию какого-нибудь южного порта, почти так же, как военно-морская блокада. Выходцы из семей крестьян или кули, заморские китайцы были настроены очень враждебно в отношении маньчжуров, и их денежные переводы способствовали усилению революционных движений на родине.

На этнической карте 1900 г. можно было бы заметить большую плотность китайского населения в долине Менама, дельте Меконга, на Западном Лусоне, в Стрейтс-Сетлментс и на «оловянных» островах Индонезии; а также большие общины в торговых портах Явы, Суматры, Северного Борнео и Тонкина. Их численность, возможно, достигала 5 миллионов человек – 90 % всех китайских эмигрантов. В несколько раз большее число китайцев уезжало и возвращалось, привозя обратно деньги и ценности, знания о странах (и их обычаях), далеких от Срединного царства.

МЕЖДУНАРОДНЫЕ ИНЦИДЕНТЫТяньцзиньские волнения

Составители первых договоров испытывали опасения в связи с возможными трениями между иностранцами в договорных портах и местными жителями. Самые сильные страсти разгорелись в Тяньцзине, пекинском порту, где французы воздвигли собор Богоматери Победительницы на месте бывшего имперского храма. Китайцы еще больше были возбуждены слухами о том, что пациентов в миссионерской больнице в этом же городе предавали смерти и что их тела использовались в обрядах, связанных со смертью. [253]253
  Католические медицинские сестры с сочувствием принимали безнадежных больных, которых могли крестить перед кончиной. После смерти их хоронили в освященной земле. Китайские интеллектуалы умышленно скрывали их смерть и исчезновение.


[Закрыть]

Вспыхнули волнения, постройки, принадлежавшие католикам, были разрушены, погибли 20 французских граждан, и по всей империи прошла волна выступлений против иностранцев. Война Франции с Пруссией, которая началась почти сразу после этого, помешала Парижу принять репрессивные меры. Правда, западные державы поддержали требование Франции о выплате компенсации. Маньчжурский посланник прибыл в Париж с извинениями своего правительства.

Дело Маргари

В августе 1875 г. британский консульский переводчик Огастус Маргари был послан из Пекина для оказания помощи в разведке путей сообщения в Верхней Бирме. По возвращении в Китай он был убит «приграничными бандитами», не контролируемыми наместником императора. Спустя 18 месяцев Ли Хунчжан согласился встретиться с Томасом Уэйдом, полномочным представителем королевы Великобритании, на северном курорте в Чифу. Китайцы согласились выплатить компенсацию за смерть Маргари. Они также подтвердили право всех иностранных представителей на официальную защиту и признали недавно созданную смешанную судебную систему. Еще десять городов были открыты для контактов с иностранцами – шесть из них на Янцзы как порты захода, а Вэнь-чжу, Пакхой, Уху и Ичжан стали постоянными договорными портами.

Спор из-за островов Рюкю

Острова Лучу, известные японцам как острова Рюкю, платили дань Китаю в течение пяти веков и Японии в течение трех. Хотя китайские послы утверждали королей Окинавы, та была феодом Сацумы с 1609 г. В 1871 г. группа рюкюских рыбаков, считавшихся величайшими мореплавателями в Азии, оказалась на рифах Формозы и была убита жителями острова. Спустя три года Япония послала военные силы для наказания формозцев, хотя они были подданными Китая. «Цун-ли-ямень» безуспешно пыталось помешать экспедиционным силам, затем закрыло вопрос, решив выплатить Токио 750 тысяч долларов.

Действия Китая означали признание Японии как защитника населения Рюкю, и оказалось, что Китай скорее выплатит деньги, чем будет сражаться. Вопрос о статусе островов был передан на рассмотрение экс-президенту Гранту, когда он нанес визит императору Мэйдзи в 1880 г. Грант пришел к решению передать южную часть Рюкю, вблизи Формозы, Китаю, однако его план никогда не был утвержден, и в 1881 г. Япония владела всей цепочкой островов.