Текст книги "Тот (ЛП)"

Автор книги: Алесса Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 13

Кема не могла заставить свой рот работать. Она могла только смотреть широко раскрытыми глазами на улыбающегося бога перед ней.

– Ты, должно быть, шутишь! – вспылил Тот. Он откинулся назад и встал со стула, сияя магией и яростью. – Из всех чёртовых богов это должен был быть ты. Ты худший!

– Это не моя вина. Не то, чтобы я это планировал, – начал Гермес, но Тот прервал его.

– Ты никогда ничего не планируешь. Она является достаточным тому доказательством.

Тот оттолкнул Сета с дороги и помчался по коридору.

– Ты не собираешься пойти за ним? – спросила Кема у Сета. Он покачал головой.

– Нет смысла. Он не будет слушать разум, когда он так зол, – Сет пожал плечами. – Гермес всегда действовал ему на нервы, и теперь первая женщина, которая ему понравилась, оказывается одной из потомков Гермеса. Тоту нужно остыть.

– Он ведёт себя смешно, – произнёс Гермес. Он наклонил голову в сторону Кемы. – Лучше тебе самой пойти за ним. У тебя меньше всего шансов подвергнуться воздействию магии.

– Я в этом сомневаюсь, – сказала Кема, думая о том дне, когда Тот впервые вошёл в её шатёр для гаданий. Она думала, что они уже забыли, что он расстраивался из-за её существования.

Очевидно нет.

– Ты ему нравишься, и поэтому он такой раздражительный. Лучше пойди, прославь семью, исправив его, – ответил Гермес.

Семья.

Сердце Кемы замерло при этих словах, и она быстро поднялась на ноги, чтобы скрыть покрасневшие щёки.

– Дашь какой-нибудь совет? – спросила Кема у Сета на выходе.

– Не мирись с его дерьмом.

Кема приподнял бровь.

– А я когда-нибудь это делала?

– Попробуй найти обсерваторию. Это всегда было его любимым местом для успокоения. Поверни налево в конце коридора второго этажа. – Когда она прошла мимо него, Сет взял её за руку. – Будь осторожна с ним. Под этим отстойным отношением он мягкосердечен.

Кема подмигнула ему.

– Не волнуйся, я всегда стремлюсь к мягким частям.

– Боги, она действительно одна из твоих, – сказала Селена ухмыляющемуся Гермесу.

* * *

Кема поднималась по лестнице по две ступени за раз и старалась не раздумывать, что сказать разъярённому колдуну. Она знала, что у него и Гермеса есть история, но и у них она тоже была, и Тот посмотрел на неё, как на совершенно незнакомого человека.

Как они перешли от почти (возможно) поцелуев к тому, чтобы вернуться к исходной точке?

Кема стиснула зубы. У неё этого не было. Ей было с чем справиться, пытаясь совместить тот факт, что в ней текла настоящая божественная кровь и была семья. Если у кого-то и случится срыв, так это у неё.

– Дом, пожалуйста, отведи меня в обсерваторию, – попросила она, надеясь, что он отреагирует так же, как на просьбу о чае.

Мерцающие бронзовые полосы появились в воздухе, как дым, и Кема последовал за ними через извилистые коридоры и поднялась на два лестничных пролёта. Они закончились у подножия извилистой лестницы из кованого железа, ведущей к люку с нарисованной на нем золотой звездой.

Кема смотрела на него целую минуту, пытаясь разобраться в нахлынувших эмоциях, но в конце концов смирилась с тем, что не может их измерить. Она поднялась по лестнице и толкнула люк.

Кема едва успела заметить большую круглую комнату, уставленную книгами, сверкающими телескопами и моделями солнечной системы, как Тот уже стоял перед ней с магическим треском в глазах.

– Чего ты хочешь? – потребовал он. Этот тон сжёг её робость.

– Почему ты ушёл? – ответила она, скрестив руки.

– Мне пришлось это сделать, прежде чем я отправил Гермеса в обратный путь в Грецию.

– Он не виноват!

– Чёрт возьми, это не так. Ему следовало бы оставить всё как есть и не вмешиваться.

– Сет был тем, кто поднял вопрос о том, что во мне тычет кровь богов, – утверждала Кема. – Кое-что, о чём ты мог бы рассказать мне раньше!

Тот неприятно улыбнулся.

– Теперь ты знаешь и можешь уйти с Гермесом, твоим героем. Ты должно быть в восторге. Давай, иди к нему.

– Я никуда не пойду, – отрезала Кема, выходя вперёд на своё место. – Серьёзно, в чём твоя проблема? Не имеет значения, чья кровь течёт в моих венах.

– Но это так! – Тот прошипел. – Ты не понимаешь.

Кема застонала от разочарования.

– Тогда объясни мне!

– В тебе течёт его кровь, а значит, ты принадлежишь ему и никогда не сможешь принадлежать кому-либо другому! – Тот взорвался. – Он всегда будет иметь на тебя первое право, а я ни с кем не делюсь этим. Особенно с чёртовым Гермесом Трисмегистом.

– Позволь мне прояснить одну вещь, колдун, – сказал Кема, сильно ткнув его в грудь. – Я никому не принадлежу. Я не собираюсь быть собственностью женатого мужчины или какого-то бога, которого я только что встретила, и уж тем более не плаксивого чёртового колдуна, который не может вытащить голову из задницы.

Тот схватил её обвиняющий палец и удержал. Магия сверкнула в его глазах, и его божественная форма вышла на первый план. Его глаза стали полностью бронзовыми, и ощущение силы и тяжёлых крыльев ударило в неё. Странная новая магия Кемы пронеслась сквозь неё, вызванная присутствием бога магии.

– Отпусти меня, – прорычала она, мерцающий красный свет исходил из её кожи.

– Или что? – прошептал Тот металлическим и смертоносным голосом.

Кема схватила его за рубашку и толкнула к книжной полке с силой, о которой она даже не подозревала.

Он злобно усмехнулся.

– Тебе придётся приложить больше усилий, маленькая волшебница.

– Да? Вроде этого? – Кема дёрнула его за рубашку и поцеловала.

Тот вздрогнул от шока, но Кема не остановилась, её рот доминировал над его губами. Его тёплые губы были на вкус всех её любимых вещей: магии, сахара и мужчины. Она хотела поцеловать его уже несколько дней, и если он собирался уничтожить её, она получит то, что хочет, прежде чем умрёт.

Тот отпустил её палец, но, когда Кема начала отстраняться, он схватил её за бёдра и с рычанием притянул обратно к себе. Руки Тота поднялись, чтобы схватить её густые косы, откинув её голову назад, чтобы он мог углубить поцелуй.

Когда его язык коснулся её губ, Кема открылась для него, и он скользнул в неё. Её руки опустились на подол его рубашки, кончики пальцев покалывало, когда она провела ими по его тёплой коже и основанию позвоночника. Тот издал тихое рычание в глубине своего горла, что заставило Кему сделать это снова.

Внезапным движением Тот поменял их позиции, прижав её спиной к полкам и прижавшись к ней. Запыхавшийся стон Кемы был поглощён его губами, и он сделал это снова, его твёрдое тело было чертовски приятно чувствовать напротив её мягкости.

На лестнице послышались тяжёлые шаги, и они разошлись. Тот внезапно оказался на другом конце комнаты и чрезвычайно заинтересовался чем-то на своём столе.

Кема быстро разгладила платье, схватила с полки рядом с собой книгу и открыла ее.

– Я надеюсь, что отсутствие криков здесь – хороший знак, – крикнул Гермес, прежде чем появиться через люк. – О, хорошо, что вы не убили друг друга.

– И всё же, – сказал Тот, повернувшись и лукаво взглянув на Гермеса. – Чего ты хочешь сейчас?

– Я не покину Египет, пока не помогу тебе, так что ты можешь с таким же успехом вынуть занозу из своей задницы и позволить мне. Кроме того, чтобы найти место, где я в последний раз видел Анубиса, мне нужна взамен твоя помощь.

Тот рассмеялся.

– Конечно, тебе она нужна.

– Тот хотел сказать: чем мы можем помочь? – спросила Кема.

Гермес постучал по виску.

– Я говорил тебе, проклятие Зевса оставило части моего разума разбитыми на части. Мне нужно, чтобы ты помог мне найти воспоминания об Анубисе. Таким образом, мы сможем вернуться туда и попытаться найти какой-нибудь след.

– Этому воспоминанию сотни лет, Гермес. Как можно найти след спустя столько времени? – спросила Кема.

– Никогда не знаешь, что делать с богами, особенно с проклятыми. Анубис всё ещё может быть там, живя как уличный дворняга и имея малейшее представление о том, что он бог, – объяснил Гермес.

Мысль о боге мёртвых, живущем в образе животного, заставила сердце Кемы заболеть.

– Бедный парень. Тот, мы должны это сделать.

– Я знаю, но мне не нравится эта идея, – ответил Тот.

– Тебе ничего не нравится, кроме, может быть, Кемы, да и то кажется тебе это не нравится, – ответил Гермес

– Это не так. Она мне нравится, поэтому я опасаюсь тебя и того, что ты любишь всё портить, – огрызнулся Тот. В его голосе звучала злость, но его глаза были обеспокоены, когда он смотрел на неё.

– Всё в порядке, Тот, ты мне тоже нравишься, – ответила Кема, дерзко подмигнув, потому что не могла ничего с собой поделать.

Гермес повернулся к ней и взял её за руку.

– Я хочу, чтобы ты знала: хоть я и воодушевлён идеей иметь живого потомка, я никогда не буду ничего от тебя требовать. Я не собираюсь требовать от тебя никакой лояльности. Я хотел бы однажды стать твоим другом, возможно, помочь тебе понять магию, которую ты, кажется, унаследовала, но это всё.

Гермес многозначительно посмотрел на Тота.

– Так что можешь перестать выдёргивать из-за этого перья, Тот. Очевидно, что у вас двоих есть связь, и я никогда не буду в это вмешиваться. Если только он не слишком тебя раздражает, тогда я помогу тебе преподать ему урок.

Тот издал весёлое хмыканье.

– Как будто ты сможешь, Трикстер.

– Он имеет в виду, что благодарен, я уверена, – сказала Кема.

Гермес прошептал:

– Ты уверена, что ты здесь не против своей воли? Если понадобится, я могу снять картуш с твоей руки.

– Не надо, всё в порядке. Это помогло мне добраться до него, когда у меня были проблемы.

Гермес рассмеялся.

– Ты идёшь к этому парню, когда у тебя проблемы? Ох, милая, он не склонен помогать никому в беде, даже красивым девушкам.

Кема упёрла руки в бёдра и шагнула вперёд, прежде чем Тот успел сказать хоть слово.

– Я хочу, чтобы ты знал, что он спас меня от брака по расчёту, не дал демону съесть меня и залечил мои раны, когда меня избили двое мужчин. Он также спас Айлу и Сета от мести Осириса в Дуате и вернул их к жизни. Я бы сказала, что это значимая помощь, ты так не думаешь?

– Я соглашусь. Тот помогает, – ответил Гермес, подняв руки вверх. Он подмигнул Тоту. – Ты большой добряк.

– Отвали, Гермес.

– Хорошо. Увидимся завтра на закате. Ты поможешь мне с восстановлением моих воспоминаний, и мы вместе отправимся туда, – Гермес взял Кему под подбородок. – Веди себя прилично, внучка.

– Точно нет.

Гермес рассмеялся.

– Это моя девочка. Да, кстати, та книга, которую ты держишь, будет иметь гораздо больше смысла, если ты не будешь читать её вверх тормашками, – с этими словами покровитель магии исчез.

– Будь осторожна с тем, насколько ты решаешь доверять ему, Кема. Я не знаю, как воспринять этого нового Гермеса, но мне не хотелось бы, чтобы ты пострадала, – сказал Тот, присоединяясь к ней.

– Не волнуйся, никто не сможет обмануть меня, – ответила она. Кема поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. – Почему бы тебе не перестать беспокоиться о Гермесе и не показать мне эту твою очень крутую обсерваторию.

– Давай откроем крышу, ладно? – сказал Тот. Он немного растерялся и покраснел, и это очень порадовало Кему. Она заметила, что он никогда не вёл себя так ни с кем другим, и ей это не могло не нравиться.

Тот подошёл к другой стороне круглой комнаты и начал тянуть цепь. Кема посмотрела вверх, когда крыша, расписанная галактиками, открылась, обнажая стеклянный купол.

Тот выключил лампы, и комната погрузилась во тьму. Ночное небо над ними сияло звёздами.

– Это потрясающе. Как мы можем видеть это при всём свете Александрии? – спросила Кема.

– Мы видим не небо Александрии, – прошептал Тот, его тёплое дыхание щекотало ей ухо.

– Что же мы видим? – спросила Кема. Она чувствовала позади себя тепло его тела и сопротивлялась тому, чтобы прижаться к нему спиной.

– Небо посреди пустыни. Это то, что мы увидели бы, если бы в Александрии выключился весь свет. Плюс-минус несколько градусов выравнивания, – объяснил Тот. Его тёплая рука коснулась её, когда он протянул руку и указал пальцем. – Ты видишь вон то созвездие?

– Да?

– Его создал я.

– Ты. Действительно? – спросила Кема, слегка повернув голову, чтобы увидеть очертания его улыбки в тусклом свете.

– Я бы никогда не лгал о звёздах, – сказал Тот оскорблённо.

Кема быстро взглянула на ночное небо.

– Расскажи мне ещё об одном.

Тот указал.

– Хорошо, ты видишь вот это?

– Хм, нет, на что ты указываешь? – спросила Кема. Тот положил одну руку ей на талию и притянул к теплу своего тела. Он взял её руку в свою, чтобы указать.

– Вон то, вот здесь.

– О, это. Теперь я это вижу, – ответила Кема, стараясь сдержать смех в голосе.

– Ты меня дразнишь, – сказал Тот.

– Нет, правда, я не могла понять, на какое из них мне нужно было смотреть.

Тот провёл губами по её шее.

– Нахальная, маленькая волшебница. Что мне с тобой делать?

Кема ухмыльнулась.

– Не волнуйся, когда и если придёт время, я дам тебе список.

Глава 14

Тот провёл следующий день, просматривая заклинания памяти, которые могли бы помочь Гермесу, и старался не думать о том, что произошло между ним и Кемой.

«Это был всего лишь поцелуй», – в сотый раз напомнил себе Тот. Он был яростным, горячим и импульсивным. Это также заставило его яснее ощущать её в его доме, что раньше было лишь лёгким отвлечением, а сейчас стало неистовым. Он думал, что Кема, принадлежащая к родословной Гермеса, уменьшит его интерес. Но это было не так.

Тот старательно держался подальше от Кемы, пока она работала в магазине, не зная, как действовать дальше. Прошло так много времени с тех пор, как он кем-либо интересовался или думал об ухаживании, что он не мог вспомнить шаги этого танца.

«Зная Кему, она всё равно будет танцевать вокруг тебя, как дервиш (прим.: Мусульманские нищенствующие монахи, их танцы символизируют вращение планет вокруг Солнца или вращение душ вокруг Бога)», – Тот усмехнулся при этой мысли и взял в руки ещё одну книгу о проклятиях памяти.

Тота беспокоило не только затруднительное положение Гермеса. Информация о том, что Анубис находится в животной форме, и о том, что он был проклят, также беспокоила его.

За всю свою долгую историю Тот смог назвать лишь горстку жрецов и колдунов, способных проклясть бога.

Была также вероятность, что Анубис был проклят другим богом, но это не имело смысла. В отличие от Тота и Сета, Анубиса любили и люди, и боги. Иногда он был суров, но всегда терпелив, спокоен и добр.

Анубис также был единственным богом, который умел общаться с другими. Даже Тот, который ненавидел кого-либо слушать, слушал его, когда он говорил.

– Кого же ты разозлил, племянник? – Тот пробормотал себе под нос.

Гермес до чёртиков раздражал Тота, но он будет работать с ним столько, сколько потребуется, чтобы вернуть Анубиса. Без него Дуат начал рушиться, и, если он достаточно ослабнет, вся загробная жизнь могла бы хлынуть в человеческий мир. Двадцать существ подземного мира, которым Кема позволила сбежать, казались теперь мелочью, о которой нужно позаботиться.

Жар магии Гермеса сигнализировал о его прибытии в книжный магазин, Тот схватил свой дневник и направился к двери. Он доверял этому новому Гермесу так же, как и старому. Пока Тот не убедится, что Гермес не собирается каким-то образом использовать Кему, он будет пристально следить за ними.

– Пойми же. Клянусь, я просмотрела этот отрывок четыре раза, – говорила Кема, когда Тот толкнул дверь книжного магазина.

– Я всегда опирался больше на интуицию в магии, используя то, что у меня было в то время, и импровизируя.

– Я делала так, но Тот разозлился из-за этого. Он сказал, цитирую: «Ты владеешь магией, о которой понятия не имеешь, и делаешь это только потому, что знаешь, что она работает. У тебя нет чувства самосохранения!» – сказала Кема, яростно нахмурившись.

Гермес только рассмеялся.

– Это похоже на Тота. Я уверен, что он прав, но изучение магии по книгам мне никогда не казалось правильным.

– Ты умеешь читать? – спросил Тот, заставив их обоих виновато посмотреть вверх

– Попалась, – прошептал Гермес.

Кема спрятала книгу под прилавок.

– Я просто закрою дверь магазина, – сказала она. В тот день на ней было винно-красное платье, и Тот мысленно поблагодарил дом за то, что он сделал его для неё. Её губы, окрашенные в тот же восхитительный цвет, подарили ему лёгкую тайную улыбку.

– Приятно видеть, что ты хоть раз пришёл вовремя, – произнёс Тот, отрывая взгляд от покачивающихся бёдер Кемы.

– Хочешь верь, хочешь нет, но я стараюсь оставаться на твоей стороне.

– Ты прав, я не верю.

– Ну, ты должен, – Гермес кивнул в сторону Кемы. – Я хочу с ней познакомиться, а она мне не позволит, если мы вцепимся друг другу в глотку.

– Ты так говоришь, как будто ей важно, что я думаю. Уверяю тебя, это не так, – ответил Тот.

Гермес улыбнулся.

– Наверное, это одна из вещей, которые тебе в ней нравятся.

– Одна из многих вещей, – признал Тот.

– Знаешь, если ты причинишь ей боль, я сделаю с тобой невыразимые вещи, – ответил Гермес, всё ещё сохраняя спокойный тон. – Я не собираюсь угрожать тебе. Думаю, в нашем возрасте угрозой уместно считать только вмешательство в семью.

– Мы всегда понимали друг друга, Гермес. Ты знаешь, что тебя постигнет та же участь, если ты заставишь её пролить хоть одну слезинку.

Гермес протянул руку, и Тот пожал её

– И какую секретную сделку вы двое заключаете за моей спиной? – спросила Кема, присоединяясь к ним.

– Разумеется, работать вместе, как хорошие добрые боги волшебства, – сказал Гермес с совершенно ангельской улыбкой.

Кема огляделась вокруг.

– Я просто ищу человека, который действительно поверит в эту ложь, потому что ты не можешь думать, что я такая тупая.

– Немного умная, не так ли? – проговорил Гермес.

Тот хмыкнул.

– Она унаследовала это от своего прародителя. Продолжим восстановление воспоминаний?

Тот провёл их в свою мастерскую и указал на стол для бальзамирования.

– Поднимайся, Гермес.

Другой бог колебался, прежде чем, наконец, достать свой кадуцей и передать его Кеме.

– Позаботься об этом для меня. Если будет похоже, что Тот убил меня, используй это, чтобы вернуть меня. Не позволяй ему попробовать одно из его хитрых заклинаний воскрешения на мне.

Кема взяла посох, держа его легко, но с выражением благоговения на лице.

– Я обещаю. Хоть он и занимается воскрешением уже долгое время, он, должно быть, хорошо в этом разбирается.

– Спасибо, Кема. Я бы не стал тратить силы на воскрешение такого придурка, как ты. Я бы отправил тебя в гробу к Аиду, и он сможет делать всё, что пожелает, – ответил Тот. Он смешал розмарин, шафран, гинкго и женьшень в маленькой пестиковой тарелке и растёр их с мёдом.

– Для чего они? – спросила Кема, стоявшая рядом с ним.

– Все эти травы связаны с памятью, функцией мозга и исцелением. Сегодня я прочитал описания случаев, посвящённых проклятиям памяти, как их создавать и разрушать. Эти травы используются чаще всего, поэтому я считаю, что они не навредят.

Гермес лёг на стол.

– Похоже, ты накручиваешь себя, Тот.

– Ты пришёл ко мне за помощью. Тебя пугают травы и мёд?

– Нет, но тебе лучше поторопиться и сделать это до того, как придёт Селена. Я отправил её за покупками с Айлой, и чем быстрее всё будет сделано, тем лучше, – сказал Гермес, ёрзая на столе.

– Почему она не может быть здесь? – спросил Кема.

– Селена волнуется, и это меня отвлекает. Она также владеет естественной исцеляющей магией, которая действует на меня, когда она рядом, и я не хотел, чтобы она мешала тому, что должен сделать Тот.

Тот склонился над Гермесом со снисходительной улыбкой.

– Не волнуйся, Трикстер. Я буду нежен с тобой.

– Ха! С каких это пор у тебя появилось чувство юмора?

– Возможно, примерно в то же время, когда у тебя появилась совесть, – Тот окунул пальцы в смесь трав и мёда. – Ты готов?

Гермес кивнул, но поймал запястье Тота.

– Я верю, что ты не будешь копаться в воспоминаниях, которые тебя не касаются.

– Неужели ты думаешь, что я хочу блуждать в твоей развратной памяти дольше, чем мне нужно? Я ищу Египет, вероятно, Мемфис, конца римского периода. Правильно? – спросил Тот. Гермес кивнул и отпустил запястье.

Тот не терял времени. Он нарисовал смесью трав глифы на виске и лбу Гермеса, а затем нарисовал соответствующие символы на себе.

– Тебе лучше быть готовым к этому, ты, трижды великий придурок, – сказал Тот и высвободил свою магию. Ухмылка Гермеса потускнела, и его глаза закатились.

– Ты убил его? – спросила Кема.

– Нет, он спит, так мне будет легче найти то, что мне нужно, – Тот повернулся к Кеме. – Если я не вернусь через пятнадцать минут, верни меня.

– Вернуть тебя? Как? Тот, если ты думаешь, что это опасно, возможно, тебе не следует этого делать.

Тот провёл большим пальцем по её подбородку.

– Всё будет хорошо. Ты очень изобретательна, и у тебя есть кадуцей. Если понадобится, ты найдёшь способ вернуть меня в сознание.

– Ты надеешься, – Кема нахмурился. – Если я не смогу вернуть тебя, книжный магазин я оставлю себе.

– Меньшего я и не ожидал, маленькая волшебница. Подумай, если никто из нас не вернётся, ты получишь и кадуцей. – Он сказал это в шутку, но беспокойство Кемы всё ещё исходило от неё, и это беспокоило его гораздо больше, чем следовало бы.

– Ты думаешь, что я какой-то дилетант, который не знает, что делает? Немного веры, пожалуйста.

– Дело не в вере, Тот. Это забота о твоём благополучии. Неужели никто никогда не беспокоился о тебе раньше?

Тот задумался об этом.

– Нет. Я так не думаю. Всё будет хорошо.

– Тебе же лучше, чтобы так и было, – мягко пригрозила она.

Тот наклонился так, чтобы они встретились лицом к лицу.

– Я позабочусь об этом, потому что у нас с тобой есть незаконченные дела. Ты не избавишься от меня так легко.

Кема закатила глаза.

– Не волнуйся, я знаю, что мне нужно исправить свои ошибки с картами. Бла-бла.

– Это не то, о чём я говорил, – прошептал он, от чего её глаза расширились, а щёки окрасились румянцем.

– Ой.

– Действительно. Тебе есть над чем подумать.

Отвлекая внимание от Кемы, Тот уставился на спящего Гермеса. Он расправил плечи и положил два пальца на лоб Гермеса.

– Это действительно будет паршиво.

* * *

Вступить в воспоминания Гермеса было всё равно, что пройти сквозь ливень разбитого стекла. Каждая деталь хранила память, и лишь немногие из них были соединены правильно.

Как он жил таким образом?

Тот был поражён чудовищностью проклятия, которое Зевс наложил на своего сына.

Чёртов Зевс.

Тот факт, что Гермес говорил, что ему стало намного лучше, был либо ложью, либо это была его версия лучшего. Тот послал исцеляющую и связывающую силу через разрушенные воспоминания, чтобы помочь восстановить часть повреждений.

Тот сосредоточился и начал привлекать к себе воспоминания о Египте для изучения. В сознании время двигалось по-другому. Тота это не беспокоило. Он верил, что Кема вытащит его, если понадобится. Его удивило то, что он сделал после того, как захотел изгнать её в Дуат. Случались и более странные вещи, например, он охотно помогал Гермесу.

Тот увидел чёрного пса и схватил этот осколок. Он держал его так близко, как будто рассматривал бриллиант. Съёжившись, он положил осколок в рот.

* * *

Воздух был пропитан дымом, благовониями и летней жарой. Люди толпились внутри и вокруг храма Хатхор Афродиты. Это было празднование, вино и пиво льются рекой, еда разносится повсюду, а верующие целуются и занимаются любовью на открытом воздухе и в тёмных углах.

– Клянусь, я слишком стар для этого, – пожаловался Гермес. Он сидел на краю фонтана и без энтузиазма смотрел на разгул. Рядом с ним сидел гладкошёрстый чёрный шакал, наклонив голову, словно прислушиваясь. Гермес налил немного пива в миску и поставил её перед шакалом.

– Возможно, это правильная мысль, Анубис. Жизнь животного кажется самой свободой. Тебе придётся рассказать мне, как ты это сделал, – сказал Гермес. Он помолчал какое-то время, когда шакал положил лапу ему на бедро. – В самом деле? Это было не по твоей воле? Это кажется неправильным. Ты всегда был таким уравновешенным. Ты влюбился не в ту смертную или как? Подожди, я не улавливаю про твоё Ка. Знаешь, для этого нам нужно больше пива. Я пойду принесу немного.

Гермес забрёл обратно в храм, и когда он не вернулся, Анубис убежал в ночь.

* * *

Тот был вырван из воспоминаний и разума Гермеса внезапным рывком. Он медленно осознал, что его сознание взяло под контроль своё тело и губы Кемы. Они были мягкими и настойчивыми по отношению к нему, и он нашёл время, чтобы насладиться моментом.

– Вернись, чёртов, колдун! – умоляла она, прежде чем снова поцеловать его. Тот скользнул своим языком по её языку, и она подпрыгнула, вырываясь из объятий.

– Я знала, что ты притворяешься! – сказала Кема, ударив его в плечо.

Тот подавил смех.

– Я ничего не мог с этим поделать. Это ты меня поцеловала.

– Я подумала, что попробую вместо того, чтобы взорвать тебя кадуцеем.

– Ты могла бы взорвать меня, чтобы мне не пришлось видеть, как ты целуешь этого старого стервятника, – сказал сонный Гермес. – Хотя должен признать, что этот оттенок помады тебе к лицу, Тот. Это делает тебя менее похожим на одну из твоих закостенелых старых мумий.

– Всё равно красивее тебя. Будь осторожен, когда садишься, Гермес, – сказал Тот и помог ему удержать равновесие.

– Ты нашёл то, что искал? – спросил он, потирая висок.

– Да, нашёл. Ты встретил Анубиса на фестивале Хатор. Анубис собирался рассказать тебе, как его прокляли, но ты захотел ещё пива и не вернулся, – ответил Тот. Ему хотелось разозлиться на Гермеса, но он не мог собрать для этого достаточно сил.

Туманное зрение Гермеса сфокусировалось.

– Что ещё ты сделал, Тот? Я чувствую себя… другим.

– Я произнёс несколько исцеляющих заклинаний, исправил некоторые связи. Не придавай этому большого значения, – сказал Тот, а потом из него выбило воздух, когда Гермес обнял его. Тот обратился к Кеме за помощью. – Что я только что сказал?

– Я знал, что нравлюсь тебе, и ты скрывал всё это время, – проговорил Гермес, отпуская Тота.

– Ты бредишь.

Ухмылка Гермеса была такой же кривой, как и его мораль.

– Без сомнения. Ты понял, куда нам нужно пойти сегодня вечером?

Тот кивнул.

– Мы начнём в Саккаре.