Текст книги "Любовница - от слова «любовь» (СИ)"

Автор книги: Алена Токарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 29

Глава 29

«Боюсь, боюсь повторения истории с Ториным… – в который раз думала Алла. Она теперь часто и мучительно размышляла о том, что произошло между ней и Матвеем. – Я опять стану – уже стала! – любовницей богатого мужика, но уже с ребёнком. Остаётся только родить Матвею его собственного, а ему меня бросить! Но нет… Матвей – не Торин, он совсем другой, я это чувствую… Тогда почему не делает мне предложение? Ответ прост – я ему неровня. Он со мной наиграется, как с собачонкой, и вышвырнет за дверь, а сам женится на девушке своего круга…»

«Алла – моя женщина, – думал Матвей. – Но она любила Торина, а, может, и сейчас его любит… Недаром же открытым текстом дала мне понять, что между нами больше ничего не может быть… К тому же я и сам ещё не уверен, что готов вступить в официальный брак… Столько лет был холостым – и вдруг жениться! Вот бы всё оставить, как есть, без штампа в паспорте…»

Матвей полагал, что после их первой близости жизнь пойдёт как по маслу, а на деле отношения с Аллой осложнились – она стала более сдержанной и осторожной, говорила подчёркнуто вежливо и при каждом удобном случае напоминала, что защитит диплом – и они с Катюшей съедут. Даже попыталась опять обращаться к нему на «вы», но он это дело пресёк.

– Мы с тобой переспали, а ты продолжаешь мне «выкать»! – с укоризной посмотрел на неё. – Ну не смешно ли?

– Не надо об этом вспоминать… – отвела глаза Алла. – Было – и прошло…

«Что и требовалось доказать, – с горечью констатировал про себя Матвей. – Для неё это оказалось лишь сиюминутным порывом… Она не воспринимает меня всерьёз».

Однажды позвонила Лина, расспросила дочь о житье-бытье, а в конце разговора, явно смущаясь, заявила:

– У меня ведь новость… Даже не знаю, как ты к ней отнесёшься…

– В чём дело, мам? – насторожилась Алла. – Что-то случилось?

– Мне позвонил отец… – в смятении сообщила Лина. – Не представляю, откуда взял мой номер телефона – он же новый… Твоих рук дело?

– Ну, позвонил – и что? – Алла сделала вид, что не обратила внимания на её вопрос.

– Не буду ходить вокруг да около… – стыдливо поделилась мать. – Мы с ним повидались… Я сначала не хотела, а потом всё-таки поехала… Он постарел, потерял голос и, вообще, стал какой-то несчастный и заброшенный… От былой популярности не осталось и следа… Начали встречаться, а теперь вот решили жить вместе… Ты не против?

– Как я могу быть против?! – воскликнула Алла. – Это же здорово, мам!

– Правда? – обрадовалась Лина. – А я думала, ты будешь возражать…

– В любом случае это ваше дело, мамочка… – заверила её Алла. – Но я целиком за!

– А можно мы приедем посмотреть на Катюшу? – робко поинтересовалась Лина. – Матвей не рассердится? А то отец рвётся увидеть внучку…

– Конечно, приезжайте… – поспешно, хотя и не слишком уверенно, проговорила Алла.

Теперь уж ей совсем не хотелось грузить Матвея визитами своих родственников, хотя тащить дочку после болезни к родителям было бы неразумно. Но делать нечего – пришлось к нему обратиться.

– Матвей, тут мои родители собрались приехать, чтобы посмотреть на Катюшу… – с виноватым видом начала она.

– Так в чём проблема? – пожал плечами он. – Пусть приезжают…

– Спасибо! – обрадовалась она. – Рада, что ты не против…

– А с чего это мне быть против? – Матвей даже слегка обиделся. – Я, вообще-то, не монстр, и ты не в тюрьме…

– Никто так и не думает… – не удержалась от улыбки Алла.

– Слушай, ты ведь говорила, что Алина Петровна давно в разводе и с твоим отцом не общается… – вдруг вспомнил он. – А тут они вместе…

– Да вот, представь себе! – оживилась Алла. – Я потихоньку от мамы дала отцу номер её телефона – только ты ей не говори! Она ведь, несмотря ни на что, всю жизнь его любила… И вот он ей позвонил, они встретились, а теперь хотят опять жить вместе…

– Класс… – восхищённо проговорил Матвей, но тут же погрустнел. – А моя мать так ничего и не рассказала мне об отце… Я даже не знаю, кто он, и как выглядит… И, вообще, жив ли…

– Надо это обязательно выяснить! – безапелляционно заявила Алла. – А вдруг ему нужна твоя помощь? Мой отец вон на себя не похож – пожилой нездоровый человек, ещё и голос потерял… Теперь по ресторанам поёт…

– Да ты что? – искренне огорчился он. – У Игоря Родионова ведь была такая слава…

– Ключевое слово «была»… – заметила Алла. – Как видишь, всё быстро проходит…

– А ты что, общаешься с отцом потихоньку от матери? – спросил Матвей.

– Нет, случайно встретилась с ним, когда в институте меня отправили взять у него интервью… Знаешь, для рубрики «Забытые звёзды»… Никогда не думала, что мой отец попадёт в эту категорию… А он так обрадовался, что о нём вспомнили…

– Да, нелегко всё это… – кивнул Матвей, явно думая о своём.

К приезду родителей Алла накрыла шикарный стол. Поначалу Матвей, чтобы им не мешать, решил задержаться на работе. А потом передумал – уж очень ему хотелось увидеть легендарного Игоря Родионова, пусть даже постаревшего и подзабытого публикой. И когда они с Алиной Петровной переступили порог квартиры, Матвей был обескуражен. «Что с людьми делает время! – невольно мелькнула у него мысль. – Ну и жизненные обстоятельства, конечно…» В период славы Игорь Родионов производил впечатление неудержимого вихря, сверхчеловека, заполнявшего собой всё пространство, и, казалось, стены зрительного зала, где он выступал, сотрясались от его энергетики. А теперь при виде этого погрузневшего немолодого человека с потухшим взглядом такое было сложно себе представить.

– Здравствуйте, проходите… – радушно поприветствовал гостей Матвей, естественно, не демонстрируя своего разочарования.

– Мама, папа!!! – выбежала в прихожую радостная Алла и обняла родителей. – А это Матвей Иванович… то есть Матвей… Маму ты, Матвей, знаешь, а это мой отец Игорь Владимирович Родионов…

С Линой они уже были хорошо знакомы, и та приветливо ему улыбнулась. А Родионов несколько настороженно уставился на Матвея. «Что ты за фрукт? – читалось в его взгляде. – И почему моя дочь здесь живёт, а ты на ней не женишься?» Но всё же после некоторой паузы он пожал Матвею руку, как того требовали правила приличия.

– Игорь Владимирович, а ведь я ваш давний поклонник, – решил разрядить обстановку Матвей.

Он благоразумно не стал употреблять слово «бывший».

– Что ж, спасибо, – усмехнулся Родионов. – Приятно. Только всё это в прошлом…

– Пап, мам, пойдёмте к Катюшке! – поспешно сменила тему разговора Алла. – Она как раз проснулась.

При виде внучки Родионов, как ему ни хотелось сдержаться, прослезился.

– Игорь, ну что ты… – бросив смущённый взгляд на остальных, проговорила Лина. – Не пугай малышку!

– Я от радости, – смахивая слёзы, стал оправдываться Родионов. – Знаешь, ведь внучка – это то, ради чего, в сущности, стоит жить…

«Постарел папочка, помудрел… – с грустью подумала Алла. – Стал сентиментальным…»

Катюша при виде Лины с Родионовым сначала раскапризничалась – пока ведь воспринимала их как чужих людей, но потом, когда Родионов взял её на руки, вдруг успокоилась и стала его внимательно разглядывать.

– Признала деда, признала! – словно ребёнок, обрадовался тот. – Ах ты моя красавица…

Все оживились, а уж когда сели за стол и выпили по рюмочке-другой, и вовсе расслабились.

– Пап, а я ведь всё-таки научилась петь! – заявила Алла после того, как они утолили голод. – Помнишь, в детстве ты твердил, что у меня нет ни слуха, ни голоса? Было очень обидно… Я тогда думала – почему ты так классно поёшь, а мне медведь на ухо наступил? И стала брать уроки пения у твоей знакомой…

– Дурак я был, дочка, молодой дурак… – признался чуть захмелевший Родионов. – Разве это главное? Зря говорил тебе, а ты, бедная, переживала…

– А, может, не зря? – улыбнулась Алла. – Петь-то я научилась! Пусть чуть-чуть, но могу… Хочешь, спою?

У Матвея в квартире пылился синтезатор. Он его давно приобрёл – думал, займётся на досуге, а потом охладел и забросил. Так тот и стоял в углу без употребления.

– Ну, спой… – заулыбался Родионов. – Я, может, тебе что-нибудь дельное подскажу… Сам уже не тяну, как раньше, а научить других ещё способен…

Алла поспешно смахнула пыль с инструмента и заиграла вступление к одной из любимых отцовских песен. Её голос звучал несильно, но приятно.

– Умница ты моя… – расчувствовался Родионов. – Хорошо поёшь, дочка…

Он, конечно, подметил разные недочёты, но не стал критиковать Аллу.

– Папочка, ты сильно преувеличиваешь, – улыбнулась Алла. – Зато теперь я хотя бы в ноты попадаю – это уже достижение…

– Игорь Владимирович, а, может, вы нам тоже споёте? – осторожно предложил Матвей.

– Шутишь? – захмелевший Родионов перешёл на «ты». – Я уже совсем не тот, что раньше…

– Ну, если бы вы были «тот», то здесь от стен ничего бы не осталось… – пошутил Матвей. – А так вполне подходяще…

– Тогда не судите строго, – несколько смущённо проговорил Родионов. – И берегите уши…

Он сел за инструмент и исполнил свою наиболее известную композицию. Наверное, это было не так мощно, как раньше – специалисты бы точно заметили, а для обычного слушателя, да к тому же в условиях жилого помещения, Родионов звучал вполне достойно. И ещё он, чтобы не нервировать соседей, пел явно вполголоса. Всё-таки у него был талант и изначально прекрасные вокальные данные, поэтому главное осталось при нём.

Квартира Матвея находилась на третьем этаже. Алла случайно подошла к открытому окну и увидела несколько зевак, которые, подняв головы, явно прислушивались к пению Родионова.

– Ого, пап! – засмеялась довольная Алла, когда голос отца стих. – Под окнами уже стали собираться зрители… Есть ещё порох в пороховницах!

Родионов махнул рукой, но, конечно, был доволен произведённым эффектом.

– Линка, а помнишь нашу? – разохотился он. – Давай споём дуэтом!

– Какая из меня певица? – стала отнекиваться Алина Петровна.

– Мам, ну, пожалуйста… – как в детстве, заныла Алла.

Катюша в это время сидела у Матвея на руках и внимательно следила за происходящим. Он её бережно придерживал и покачивал на колене, а малышка выглядела ужасно довольной.

– Слушай, Матвей, – проговорил Родионов, улучив момент, когда они остались вдвоём. – Ты что, любишь Аллу?

От такого прямого вопроса тот пришёл в замешательство и опустил глаза – ему не хотелось с кем бы то ни было обсуждать свои чувства.

– Если любишь – женись, – безапелляционно заявил Родионов, – а нет – так отпусти мою дочь… Почему она живёт у тебя? В каком, интересно знать, качестве?

– Алле надо окончить институт… – выдавил из себя Матвей. – Я пока помогаю… Не в общежитие же ей ехать с ребёнком…

– Но ведь ребёнок не твой, – резонно заметил Родионов. – Я знаю всю эту мерзкую историю с Ториным и то, как он обошёлся с моей девочкой… Лина рассказала. Так вот – не хочу её повторения. Ты определись. А Алла с Катюшкой пусть переезжают ко мне. У меня, слава богу, осталась просторная квартира, и я там один как сыч… Ну, Линка скоро приедет. Пусть и дочка с внучкой живут…

– Хорошо, Игорь Владимирович, я подумаю… – растерянно проговорил Матвей – он не знал, что ещё сказать.

Глава 30

Глава 30

Матвей скоро поправился и вышел на работу. Его, конечно, подстраховал заместитель, но всё равно накопились проблемы, которые мог решить только он сам. В холле случайно столкнулся с Ториным. В этом не было ничего удивительного, ведь их офисы находились в одном бизнес-центре. Матвей холодно кивнул и хотел пройти мимо, но воинственно настроенный Торин преградил ему дорогу.

– Ну и как тебе чужое надкусанное яблочко? – гаденько осведомился он.

У Матвея от ярости побелели щёки и ходуном заходили желваки.

– Ты о чём? – резко оттолкнул он Торина.

Тот отлетел, но позиций сдавать не собирался.

– Сам знаешь… – его глаза горели недобрым огнём. – Зачем тебе чужая женщина и чужой ребёнок? Почему ты их у себя удерживаешь? На Алку запал?

– Не твоё собачье дело… – стал грозно надвигаться на него Матвей. – Ты от них отказался…

– Бред! – осклабился Торин. – Мне нужна моя дочь! Я этой чистоплюйке предложил за ребёнка кругленькую сумму, а она, видишь ли, побрезговала… Ну, не хочет по-хорошему, значит, будет, по-плохому…

– Ах ты… – Матвей схватил Торина за лацканы пиджака и прижал к стене. – Говорю один раз – так что слушай и запоминай. Оставь в покое и Аллу, и малышку! Просто забудь об их существовании! Уяснил?

Матвей был физически крепче и моложе Торина, поэтому у того не было никаких шансов вырваться.

– А то что? – запальчиво взвизгнул Торин.

Когда он волновался, его голос срывался на фальцет.

– Тогда узнаешь – что, – насмешливо проговорил Матвей, ослабляя хватку. – Не посмотрю, что ты Лев – клыки-то повыдергаю… Но, вообще, не советую…

– Оставь свои советы при себе… – пробормотал Торин, одёргивая пиджак. – Не тебе меня учить, молокосос…

– Я всё сказал, – рубанул рукой воздух Матвей. – Увижу тебя возле Аллы или девочки – берегись!

И быстрым шагом удалился.

– Защитничек выискался… – выругался ему вслед Торин.

Алле Матвей не стал рассказывать об этом разговоре – решил, что нечего её волновать из-за пустых угроз престарелого негодяя.

Им вдруг с новой силой завладела идея узнать, кто его отец, и, наконец, разыскать, если он жив. Матвей даже напросился на воскресный обед к матери.

– Приезжай… – слегка удивилась та. – Только с чего бы это? У тебя ведь теперь есть, с кем пообедать дома…

– Мам, ты что, не рада? – изобразил обиду он. – В кои-то веки я выкроил время, чтобы побыть вместе, как раньше, а тебе это, похоже, не нужно!

– Не говори глупостей! – повысила голос Валерия Андреевна. – Конечно, я рада, только чувствую, что всё неспроста… Давай, выкладывай, в чём дело!

«Мать не проведёшь, – усмехнулся Матвей. – Чуйка у неё отменная… Но не затевать же такой разговор по телефону!»

– Есть кое-что… – замялся он. – Ты не думай, я не только поэтому хотел приехать! И, правда, соскучился… Вспомнил, как мы с тобой по воскресеньям проводили время вместе, когда ещё был пацаном…

– Приятно слышать, – потеплел голос Валерии Андреевны. – Конечно, приезжай, сынок. Жду.

В ближайшее воскресенье Матвей явился в материнский дом. Они пообедали, поболтали о том о сём, причём Валерия Андреевна даже ни разу не заговорила об Алле с девочкой и необходимости поскорее от них избавиться, чем очень порадовала Матвея. И тут она хитро прищурилась:

– Я всё жду, но терпение моё иссякло… Выкладывай скорее – с чем пожаловал?

– Мам, я хотел поговорить об отце… – не стал ходить вокруг да около Матвей. – И на этот раз от тебя не отстану. Должен же человек знать, кто его отец!

– А почему вдруг ты опять о нём вспомнил? – смутилась Валерия Андреевна. – Много лет тебя этот вопрос не волновал…

– Ну, не волновал, а теперь стал волновать, – упрямо мотнул головой он. – У Аллы вон объявился отец… Она с ним не общалась… Тот с её матерью развёлся бог знает когда, а сейчас они опять вместе… Может, слышала – Игорь Родионов?

– Неужели? – удивилась Валерия Андреевна. – Я, конечно, слышала об Игоре Родионове, да ты и сам, помнится, мне говорил, что он отец твоей Аллы… Родионов ведь музыкант?

– Известный в прошлом рок-певец, – кивнул Матвей. – Звезда… А теперь никому не нужен. Заболел, потерял голос, и все о нём забыли… Вот только мать Аллы его по-прежнему любит…

– Очень трогательная история, – усмехнулась Валерия Андреевна. – И ты решил, что, может, и я на старости лет воссоединюсь с твоим папашей?

Матвей в который раз поразился её проницательности. У него ведь и, правда, грешным делом, мелькнула такая мысль – он найдёт отца, старого, несчастного и всеми позабытого-позаброшенного, притащит его к матери, и они при виде друг друга расчувствуются, вспомнят прошлое и решат объединить свои судьбы. Такая вот дурацкая идея взрослого недоумка. Наверное, дети в любом возрасте остаются детьми, когда речь заходит о родителях – им хочется, чтобы мама была с папой, а папа с мамой, и никак иначе.

– Да мне бы для начала хоть узнать, кто мой отец! – вспылил Матвей. – Ты всё время это скрываешь, как будто он какой-нибудь вор или убийца…

– Не болтай глупостей, – поморщилась Валерия Андреевна. – Конечно, не вор и не убийца. Просто ничтожный серый человечек… Я в студенческие годы была в него страстно влюблена. Имя Ивана Реброва для меня звучало, как музыка! Гитарист, певун, душа компании… Но на этом все его таланты заканчивались. А много ли тогда девчонке было надо? Это теперь они ушлые, ищут, если не богатого, то перспективного. Нас же воспитывали по-другому, мы о материальной стороне жизни думали мало… Главное – любовь!

– И что? – подался вперёд Матвей.

– А ничего… – махнула рукой мать. – Он меня благополучно бросил и женился на девочке с параллельного потока – у той был влиятельный папаша… Правда, скоро развёлся и опять женился… Но, кажется, и там не задалось…

– Подожди… – задумался Матвей. – Но я-то ведь родился не тогда, а много позже…

– Верно, – усмехнулась Валерия Андреевна. – Это уже потом, много лет спустя, меня занесло на вечер встречи однокурсников… Хотелось посмотреть на Ивана и себя показать… Я тогда уже здорово поднялась… Ещё в институте, когда он меня бросил, поклялась, что выйду в люди… Ну и посмотрела! Из принципа переспала с ним и окончательно разочаровалась. Но когда узнала, что беременна, решила рожать…

Валерия Андреевна благоразумно умолчала о своих сомнениях насчёт того, оставлять ли ребёнка, и последующих сожалениях о ненужном ей материнстве. Всё же сыну, пусть и взрослому, о таком говорить не стоит – тем более потом она радовалась, что в ту пору не натворила глупостей, и теперь у неё есть Матвей.

– Подумаешь, отец не был кем-то выдающимся! – воскликнул он. – Почему ты о нём молчала?

– Я считала, что ничему путному он тебя не научит, только помешает развитию, – объяснила Валерия Андреевна. – А мне самой он был не нужен и совсем не интересен…

– Я всегда мечтал об отце… – с обидой проговорил Матвей. – У других они есть, а у меня нет…

– Наверное, я ошибалась… – понурила голову мать. – Теперь это понимаю… Надо было вам общаться…

– А сейчас-то что с отцом, знаешь? – с надеждой поинтересовался он. – Жив ли?

– Слава богу, жив, – усмехнулась Валерия Андреевна. – И, как ни странно, успешен… Вроде бы стал художником – он ещё в институте занимался мазнёй, но несерьёзно, а тут, похоже, выстрелил… И семья у него имеется. Я как раз недавно навела о нём справки. Так-то мы не контактировали. Он тогда, после нашей последней встречи, хотел продолжить общение, а я обрубила всякую связь и о том, что ты родился, ничего не сказала…

– Мам, я должен повидаться с отцом, – твёрдо заявил Матвей. – Дай мне, пожалуйста, его координаты. Всё равно ведь узнаю, только это займёт больше времени…

– Ладно, давай записывай, – чуть поколебавшись, кивнула Валерия Андреевна. – Раз тебе так хочется… А ты ведь очень на него похож – я имею в виду внешне…

Через несколько дней Матвей решился позвонить по указанному номеру. Он не ожидал, что будет так волноваться.

– Слушаю… – раздался глуховатый голос.

– Это Иван Александрович Ребров? – откашлявшись, спросил Матвей.

– Он самый… – насторожился голос. – А вы кто?

– Вам привет от Валерии Андреевны Аристовой! – выпалил он.

– От… кого? – собеседник, видимо, был совершенно сбит с толку.

– От Валерии Андреевны Аристовой… – терпеливо повторил Матвей. – Помните такую?

– Я-то помню, – голос зазвучал более жёстко, – а вас, молодой человек, извините, не знаю… Кто вы и что вам нужно? И при чём тут Лера Аристова?

Он по старой памяти сказал «Лера», и Матвей невольно улыбнулся – сейчас трудно было представить, чтобы кто-то называл его мать просто по имени.

– Прошу прощения, Иван Александрович, но это нетелефонный разговор, – быстро проговорил он. – Хотя вопрос очень важный. Мы могли бы с вами встретиться?

Последовала долгая пауза – видимо, собеседник крепко задумался.

– Алло, вы меня слушаете? – заволновался Матвей.

– Да… – откликнулся Ребров и не удержался от вопроса: – С Лерой-то всё в порядке?

– С Валерией Андреевной всё хорошо, – поспешил заверить его Матвей. – Речь о другом… Поверьте, дело серьёзное. И вас оно тоже касается. Но я могу рассказать лишь при личной встрече.

– Ну, хорошо… – тяжело вздохнул Ребров. – Только у меня очень мало времени. Где и когда мы увидимся? И, вообще, как узнаем друг друга?

– Не беспокойтесь, не потеряемся… – усмехнулся Матвей. – Это крупный бизнес-центр. Я закажу вам пропуск. Вас проводят.

Матвей пригласил отца в свой офис – и для солидности, и для того, чтобы, действительно, не потеряться, ведь они никогда не видели друг друга.

В назначенный день и час в кабинет зашёл высокий пожилой и довольно-таки импозантный мужчина. При виде его Матвей замер: он как будто увидел себя через много лет – настолько они с отцом были похожи. Это сходство, видимо, поразило и Реброва, но тот, глядя на Матвея, словно вернулся в прошлое, в свои молодые годы.

Оба они молча разглядывали друг друга.

– Здравствуйте, Иван Александрович! – первым спохватился Матвей и поспешно встал из-за стола. – Я – Матвей Иванович Аристов, сын Валерии Андреевны…

И протянул отцу руку. Тот, не сводя глаз с Матвея, машинально её пожал и тяжело опустился в кресло.

– Кажется, начинаю понимать… – растерянно проговорил Ребров. – Но почему Лерка мне ничего сказала? Я же не знал…

– Так и я о вас не знал… – смущённо проговорил Матвей. – Хотя и спрашивал мать…

– Она всегда была такой – бескомпромиссной, целеустремлённой, не умеющей прощать… – печально улыбнулся Ребров. – И хотела только самого лучшего… Для неё я не представлял никакого интереса… А ведь любил её… Думал, пусть не сразу, пусть через время, но мы будем вместе… Но вот как оно обернулось…