Текст книги "Сыграем в прятки? (СИ)"
Автор книги: Алёна Денисова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)
– Кир, что это?.. Куда ты?.. – потрясенно выдохнула я и выдала совсем глупое: – Мы не едем домой?
Парень рассмеялся, явно радуясь произведенному эффекту, и сказал:
– К тебе – нет. Я тут подумал, что пора познакомиться с моей семьёй...
Он ещё договаривал, а мои внутренности уже скрутило тугим узлом от одной лишь мысли о грозящем испытании!
– Спятил?! Поворачивай назад!
– Ты что, испугалась?
– Нет, обрадовалась! – перекривляла я, задыхаясь от возмущения... ну и страха, конечно! – Во-первых, так не делается – ты даже не предупредил...
– Можно подумать, ты бы согласилась? – саркастически хмыкнул Кирилл.
– Я не... я бы подумала... Так, не перебивай! – Парень на мгновение отпустил руль и развел руками, мол, как скажешь – этого хватило, чтобы машина вильнула вправо. Переполошившись, я охнула и вцепилась в сиденье: – Держи руль! Кто вообще тебе права выдал?!
Взгляд Кирилла стал насмешливым, будто я сморозила ужасную глупость, но помимо обычной снисходительности в нём сквозило столько заботы и нежности, что моя злость почти утихомирилась, оставив отголоски недовольства глубоко внутри. Парень неторопливо съехал на обочину и заглушил мотор.
– Майя, успокойся и подумай об этом, – попросил он, повернувшись, и ласково потрепал меня по макушке.
– Не хочу. Так не честно, – тихо проговорила я, капризно помотав головой. – Никуда не поеду! Возьму сейчас выйду и пойду обратно пешком!
Кирилл наклонился вперед, накрыв рукой мои ладошки, вцепившиеся в ручку двери.
– Не глупи. Куда ты пойдешь?
– Домой, куда, вообще-то и должна была попасть.
На этот раз его улыбка получилось хитрой, серые глаза так и лучились довольством:
– А если я попрошу?
– Ну, Кирилл! Это не по правилам! Я никогда такого не...
– Пожалуйста, – шепнул он, оставив легкий поцелуй на губах, и вернулся на водительское место. – Для меня это очень важно. Думаю, для нас обоих...
– Ох! – это всё, на что меня хватило после его выходки. Сердце гулко билось в груди, отсчитывая время до принятия решения, хотя ответ был готов сразу после "пожалуйста". – Ладно, твоя взяла! Но это самая необдуманная вещь, на которую я когда-нибудь соглашалась...
– Спасибо, – лучезарно улыбнулся Кирилл, заводя мотор. – Теперь я твой должник. Можешь пока придумать, что хочешь взамен.
Идея мне понравилась, в отличие от всего остального, но воспользоваться советом не удалось, так как мысли, то и дело возвращались к тому, что предстояло в скором времени. Знакомство с семьёй парня – один из обязательных кошмаров для любой девушки! Поэтому всю дорогу к... к чему бы там ни было, я ныла из-за своей совершенной неподготовленности: неподобающе одета, не причесана, не знаю, что говорить, не настроена морально, не представляю, как себя вести и что делать, если не понравлюсь? Короче, паниковала жутко! На все эти вопросы Кирилл не задумываясь уверял – всё будет хорошо, но видать мой организм действительно уникален, потому что на просьбы не бояться реагировал наоборот и пугался больше прежнего!
Немного отвлекла мысль: "А каково было Кириллу при знакомстве с моими родителями?", которую я поспешила озвучить:
– Да нормально... В конце концов, они же простые люди, Майя, – ответил Кирилл и стал внимательно следить за пустынной дорогой, что наблюдалось за ним очень редко! Льдистые глаза сделались тяжелыми и задумчивыми, будто он внезапно что-то вспомнил и теперь обдумывал.
Не дождавшись продолжения, я нетерпеливо продолжила:
– Никогда не задумывалась, может ты тоже переживал? Хотя вёл себя спокойно и с мамой вместе с её заморочками, и с папой, которому вообще до меня нет никакого дела...
– Ты ошибаешься, Майя, – мягко возразил Кирилл. – Федор Вячеславович по-своему переживает, но не знает, как к тебе подступиться?
– Давай не будем о нем! Лучше сразу предупреди, что ты обо мне рассказывал?
– Ничего конкретного, не переживай. Поэтому-то они и горят желанием с тобой познакомиться!
– Угу, это радует... особенно учитывая, что при любом удобном случае ты говоришь: "О, моя семейка ещё похлеще!" или "А мои намного-намного хуже!"...
Что-то в сказанном заставило Кирилла напрячься, после чего он как бы в шутку спросил:
– А что твоя интуиция? Молчит? – Парень был в курсе моих необычных умений, но также как и я не принимал их близко к сердцу, объясняя улучшенным восприятием обостренных после аварии чувств.
– Не знаю. Мне сейчас страшно, но я уверена, это совсем другое.
Взгляд Кирилла странно изменился, после чего он сказал очень серьезно:
– Майя, никто не причинит тебе вреда, обещаю.
– Ясно, – растеряно кивнула я, хотя никаким "ясно" и не пахло! Ни о чем таком я не думала, больше переживая, что и в родственниках Кирилла найду подтверждения собственных опасений – мы друг другу не пара.
Последняя мысль отбила желание поддерживать разговор и о чем-либо думать, поэтому большую часть пути мы проделали молча.
Глава 15
Знакомство
– Теперь уже скоро, – спустя некоторое время объявил Кирилл.
Пейзаж за окном практически не изменился, не считая стремительно растущей впереди скалы. Её очертания напоминали мифического зверя, который задремал настолько крепко, что не заметил, как на нем успели вырасти небольшие участки хвойного леса, среди которых надежно устроилась парочка крохотных коттеджей.
– Нам туда? – уточнила я, силясь представить дом Кирилла.
– Выше, – ответил парень, крутанув руль.
Подобравшись к уступам почти вплотную, серая лента дороги вильнула вправо и пошла ввысь, а вдалеке показалась кромка свинцового моря. Заинтригованная и настороженная, я не могла оторвать взгляда от гневно ревущих волн, накатывающих на скалистый берег, пока машина неспешно поднималась по 'серпантину', плавным полукольцом опоясывающим гору.
– Вы что на верхушке устроились?!
– Не так высоко, Майя, – улыбнулся Кирилл. – Хотя, готов поспорить, некоторые были бы не прочь... Ладно, приехали.
Подтверждая сказанное, стена камней, валунов и колючих сосновых стражей расступилась, выпуская машину на зацементированную площадку перед трёхэтажным особняком.
– Ой, осторожно! – воскликнула я, но мой зачастую безрассудный водитель отреагировал раньше.
Кто-то из домочадцев неудачно припарковался, бросив низенькую белую легковушку прямо на въезде, поэтому первым после неё, что сразу бросилось мне в глаза, был неработающий фонтан. Избегая столкновения, Кирилл ругнулся и резко вывернул руль, заехав на низенький бортик. Внедорожник трухнуло, декоративная каменная крошка под колёсами обиженно захрустела, и над нами зависли искаженные злобой лица русалок, выполненных из потемневшей от времени бронзы, которые сражались за коралл.
– Жуть, – выдохнула я, стараясь не таращиться на пугающие фигуры, но дом, сложенный из серого камня, обросшего мхом и коричневой сетью спящей виноградной лозы, лишь подкрепил угнетающее впечатление.
Не помогло и то, что на ухоженных в большинстве своем голых ветвях садовых деревьев виднелись молоденькие клейкие листочки, а темнеющие взрыхленным черноземом клумбы под окнами удивляли глаз клочками ярко-зелёной травы. Странные проделки климата, ведь в городе пока ничего не цвело, а тут, прямо у крыльца раскинулся бело-голубой ковер подснежников и пролесков! Наверное, вокруг очень красиво, когда всё зеленеет, но вряд ли это смягчает суровый образ помпезных колонн. Мощные и нерушимые, они удерживали тяжелый свод, под которым прятались каменные скульптуры и статуи, наводя на мысли о шикарных старинных имениях и замках, где не место простому люду...
– Ну что, готова? – с сомнением спросил Кирилл, заметив, как я съёжилась на сиденье, и неожиданно добавил: – А хочешь, вернёмся в город? Потом познакомишься, на первый раз итак хватит...
Не совсем понимая, шутит он или говорит серьёзно, я отрицательно покачала головой, с трудом одолевая огромное желание согласиться.
– Уговор есть уговор.
– Наверное, зря я поспешил, – нахмурился он, по привычке взъерошив светлые волосы, хотя избавился от надоедливой челки ещё в январе. – Лучше тебе привыкать к моему миру постепенно...
Как удачно он заметил – наши миры. И если раньше приходилось иметь дело только с моими догадками, то сейчас и здесь, в этом величественном хмуром доме Кирилл, как и большинство обычных людей, проводил большую часть жизни. Коридоры, которыми он ежедневно пользовался, спальня, где видел сны, даже смена пейзажей за окном – всё это материальные подтверждения разнице между нами. Но, рано или поздно я должна столкнуться с этим лицом к лицу, так почему не сегодня?
– Нет уж, давай всё сразу! Зачем тянуть кота за хвост? – расхрабрилась я и, немного повозившись с дверцей, которая уперлась в оттопыренную руку бронзовой русалки, выпрыгнула на бетон.
Прохладный ветер растрепал волосы и наполнил лёгкие свежими запахами хвои, озона и морской соли. Запрокинув голову, чтобы рассмотреть особняк во всей своей мрачной красоте, я обратила внимание на крайнее окно второго этажа. Попавшись за наблюдением, кто-то резко задернул штору. Неловко, знаю – саму так частенько ловили. Навскидку сравнив высоту деревьев и окон под крышей, я решила, что оттуда должен открываться шикарный вид на море и лесостепь, а из окон, выходящих на внутренний двор наверняка, если хорошенько постараться, можно разглядеть город, раскинувшийся вдалеке. Если бы я росла тут, то в детстве воображала бы себя принцессой в сказочном замке, оглядывающей богатые земельные владения. Кто знает, может тем самым и занималась или занимался загадочный любитель шпионить?
– Кир! Ну почему ты никогда меня не слушаешь?!
Я вздрогнула и обернулась на звонкий детский голос. На порог буквально выкатился, громко хлопнув дверью и по пути расколотив цветочный горшок, полноватый мальчишка, который вихрем сбежал по ступенькам и помчался к внедорожнику в сторону водителя.
– Ты что тут заб... – Он заметил меня, буквально потеряв челюсть, резко сменил направление, медленно огибая фонтан, будто опасаясь, что исчезну, и закончил фразу совсем по-другому, грязно выругавшись: – Зае..! О, нет, нет, нет... Почему именно сегодня?! Кирилл... это же она? Ну, нафига ты притащил сюда?..
– Заткнись, Фил, – беззлобно отозвался парень, вытаскивая ключи из зажигания. – Побольше вежливости, если тебе не трудно. Знакомься, это Майя. Майя, это Филипп – мой неясно какой по счету жутко болтливый троюродный брат, седьмая вода на киселе – в этом доме таких полно...
Мальчишка весело хмыкнул, разом утратив тревожный вид, и я с опаской пожала протянутую пухлую ручищу. Странный какой-то, и лет ему... сложно сказать! Лицо ребёнка: рыжие вихры, пухлые веснушчатые щеки, нос картошкой, озорная улыбка, хитрые искорки во внимательных болотистых глазах, а вот фигура... мягко говоря объемная, запущенная, больше подходила подростку с нарушенным обменом веществ.
– Извини, я очень хотел с тобой познакомиться, просто сейчас, – он искоса взглянул на Кирилла, обходящего машину, – ой как не вовремя! Ира вернулась из... ну, ты сам знаешь, Кир...
– Да, пару минут назад у нас с Майей был шанс ещё больше подпортить ей настроение, – усмехнулся Кирилл, притянув меня за талию, чем вернул часть былой уверенности, растраченной на столь необычное бурное 'приветствие'. А ведь мы ещё даже не попали внутрь!
– Куда уж больше? Честно, Кир, я никогда не видел её такой злющей! Сами увидите...
Поднимаясь по чисто выметенному крыльцу в узких потёртых джинсах и легкой весенней ветровке, под которую сегодня надела обыкновенную зелёную футболку с золотым смайликом поверх легкой белой водолазки, я чувствовала себя мягко сказать не в своей тарелке. Складывалось впечатление, будто повседневная одежда, не блещущая роскошью, здесь неуместна! Архитектура дома так и навевала мысли о сногсшибательных дорогих нарядах, представительных фраках или хотя бы строгих костюмах... Ясное дело, немалую роль в таком восприятии сыграло взвинченное состояние: я жутко трусила, волновалась и оттого преувеличивала. Внимательно оглядев парней и задержавшись на улыбающемся Кирилле, который выглядел донельзя довольным собой и вполне вписывался в окружающую обстановку в таких же неформальных джинсах и пуловере, мне полегчало.
– Все будет хорошо, не переживай, – шепнул он, заметив мой испытывающий взгляд, и чмокнул в макушку.
– Я не переживаю.
– Ну и зря, – заметил Филипп и, увернувшись от подзатыльника Кира, первым скрылся в доме.
Мы шагнули следом и оказались в светлой прихожей с громадными окнами от пола до потолка, где нас встретила насыщенная смесь ароматов дерева, свежей выпечки и цветов. Последний сочный, но резковатый запах лился отовсюду! Я успела насчитать больше десятка ваз и вазочек с раскидистыми ветками жасмина, прежде чем сосредоточить внимание на широкой лестнице напротив входа. Чинно и в горделивом молчании к нам спускались хозяева – седовласый мужчина в солнцезащитных очках, опирающийся на трость и руку спутницы, для описания которой как нельзя лучше подходило выражение 'достойная элегантная старость'.
Близкое присутствие Кирилла внушало спокойствие, но я не могла не отметить, как неестественно прямо держу спину, норовлю выпятить подбородок, словно вот-вот должна встретить сопротивление и дать отпор невидимому противнику! Мда... верю в первое впечатление, а оно получилось отталкивающим. Этот дом не позволял мне расслабиться и быть собой, делал кем-то другим...
Тем временем пожилая пара спустилась к основанию лестницы, откуда было значительно проще рассматривать нас колючим взглядом. Из-за темных стекол я не знала, смотрит ли дед Кира также, но и неприязни со стороны его второй жены с головой хватило, чтобы моя кожа покрылась мурашками. Редкие обрывочные фразы в разговорах с моим парнем помогли догадаться, кто есть кто, но было бы неплохо нарушить напряженное молчание и перевести заочное знакомство на уровень выше. Уверения Кирилла, будто со мной жаждут встречи, теперь казались сильно преувеличенными.
– Эмм... ну я того, пойду на кухню... – неуверенно предложил Филипп, протиснувшись в сторону. – Что-то горелым потянуло...
В подтверждение сказанного дверь, видимая через арочные проходы, распахнулась и вместе с потоком ругани, дыма и гари в прихожую высыпали четверо – мальчишки мал мала меньше и взрослая рыжеволосая девица, с ног до головы перепачканная в муке. Со спины я едва не приняла её за однокурсницу Катерину, но поварёшка без фартука и в слишком добротной для кухни одежде обернулась и наваждение схлынуло.
Неловкая пауза затягивалась, только участников стало больше. Всячески избегая темы родителей, Кирилл упоминал, что с детства жил и воспитывался у деда под одной крышей с ватагой далеких и не очень родственничков, часть которых в данный момент таращились на меня как на одно из чудес света! От взглядов, в равной степени любопытных, задумчивых, граничащих с замешательством, тело покалывало сотнями иголочек. Никто не спешил первым нарушить молчание – это был один из тех неудобных моментов, когда я едва смогла подавить нервный смешок.
Наконец, глава семьи сжалился:
– Добро пожаловать, Мария, – сказал он голосом брюзгливым и скрипучим, как старые несмазанные петли. – В этом доме ты всегда будешь желанной гостьей. Даже если нанесешь визит без приглашения.
Легче не стало. Не нужно быть семь пядей во лбу, чтобы расшифровать завуалированный намёк на сложившуюся ситуацию – нас тут не ждали! Тем паче меня... Неприятие открытие больно царапнуло по нервам, но прежде чем я успела требовательно взглянуть на Кирилла, он с усмешкой поинтересовался:
– Раз такое дело, может, накормите? Или нам тащиться обратно?
Возвращаться в город не пришлось...
...Уж не знаю, чего добивался Кирилл, притащив меня сюда, но дальнейшие события развивались странно с большой буквы 'С' и всех последующих! Не то чтобы хуже, чем я представляла, а даже близко не так! Когда стадия поверхностного знакомства с рукопожатиями миновала, рыжая с фальшивой радушной улыбкой взвалила на себя роль хозяйки дома, которая явно ей не по силам, и пригласила всех в столовую на чай с пирожными. После концерта с дымом я порадовалась, что ничего грандиозного по типу шикарного ужина не запланировано, но аппетита это не добавило совершенно. Внимательные взгляды продолжали буравить мне спину, почти ощутимо скользили по коже, отчего кусок в горло не лез. Кирилл тоже не налегал на угощения, правда по другой причине – самодельное печенье и сладкие коржики сильно подгорели, немало расстроив повара, которая наслушалась кучу издевок и упреков.
По мере того, как в столовую с огромным резным столом на двенадцать персон, сползались домашние, мне становилось все более неловко под их удивленными озадаченными взглядами. Заприметив чужачку, новоприбывшие начинали вести себя дергано и суматошно: запинались на полуслове, искали глазами объяснений у присутствующих, после чего устраивались за столом и долго, будто я диковинное животное в зоопарке, глазели со своего места. Разговор не клеился. Не было и обычных вопросов, которыми родственники засыпают гостя – ничего из маминого допроса Кира, после чего она каждую встречу вот также натянуто молчала – наверное, это моя расплата.
Сегодняшний визит был сюрпризом для всех – неприятным и неожиданным, ведь судя по переглядываниям и шепоткам, местные не радовались вторжению. Лишь немногие сохраняли спокойствие или мастерски изображали его видимость. Самые младшенькие лет четырех-пяти заботились лишь о том, какую придумать игру после еды. Глава семейства вместе с супругой, которым по возрасту положено держать себя в руках, отмалчивались – наверное, все старики, немало повидавшие на своем веку, могли здорово манипулировать людьми, удерживая эмоции под контролем. Только почему-то моей бабушке Соне, реагирующей на жизнь слишком бурно, забыли об этом сообщить.
Ну а Кирилл... Какова бы ни была цель игры, которую затеял этот неугомонный любитель неприятностей, мне она не нравилась! Всё шло не так! Направляясь сюда, я переживала о том, как меня воспримут, ведь Кир из богатой семьи, а моя едва дотягивала до среднего класса – весомый пункт списка 'о проблемной девушке для идеального парня'. Отец не в счёт. После развода мать не брала деньги, мотивируя отказ совершеннолетием дочери. Конечно, он покупал мне дорогие подарки, но те не приносили никакого удовольствия, потому что очень походили на откуп и безуспешные попытки загладить вину...
Однако наша с Кириллом разница в социальном положении не была главным препятствием в отношениях. Пропасть из противоречий, пролегающая между нами, оказалась намного глубже, чем можно себе вообразить, но узнала я об этом намного-намного позже, а сейчас просто старалась с достоинством выдержать испытание чаепитием, которое грозило несварением. Дом, его хозяева, обитатели, прием, который мне устроили – всё неправильно! Я понятия не имела, как себя вести, но и они тоже! В вопросах, жестах, взглядах читалась полная растерянность, и только Кирилл, похоже, знал, что к чему. Дерзкий насмешливый взгляд и хитрая ухмылка не покидали его весь вечер – парень искренне радовался учиненной неразберихе. Но больше всего мне было обидно потому, что Кирилл представлял, какой разнос ему предстоит от пострадавших сторон (то бишь, меня и 'гостеприимной' семейки), и нисколько не переживал по этому поводу!
На фоне самодовольного улыбающегося лица остальные – хмурые, угрюмые, порой злые – здорово контрастировали. Над столом будто сгустились грозовые тучи, и очень скоро витавшее в воздухе напряжение вылилось в раздраженные споры по мелочам. Дети капризничали, желая как можно скорее улизнуть из-за стола, взрослые разбились на группки и на повышенных тонах обсуждали собственные проблемы, продолжая опасливо коситься в мою сторону. Среди шума и гвалта, стучащих о стол ложек и бьющихся капризной детворой тарелок, я едва различила голос Фила. Мальчишка посоветовал сестре завязывать с готовкой, заявив, что в жизни не ел ничего более гадкого, чем сегодняшнее печенье, за что и получил звучную оплевуху.
– Не обращай внимания, – ободряюще прошептал Кирилл. Теплое дыхание защекотало шею, мурашками пробежало по спине, но не принесло успокоения, когда он продолжил: – Это в порядке вещей.
Чушь! На мой взгляд, ничего даже близко не было в порядке!
– А где же Ирина? – уже громче спросил он. – Что-то давно её не видно и, что вообще удивительно, не слышно. Фил сказал, у неё снова истерика?
Я обратила внимание, как многие всполошились при упоминании загадочной девушки, в чью машину мы чуть не въехали. Филипп одарил парня хмурым взглядом и ощутимо пнул под столом, расплескав чай на блюдца.
– Аккуратнее! – зашипела рыжая, и братец схлопотал новую порцию тумаков.
Все, кроме детей, примолкли, обратив вопросительные взгляды к пожилой чете. Дед Кирилла спокойно отхлебнул чай, словно происходящее его не касалось, а женщина по правую руку от него тихо сказала:
– Ирочка сегодня не в настроении. Дадим ей время – не хватало ещё ваших ссор!
– Да я и не собирался...
– Можно подумать я в первый раз это слышу, Кирилл, а заканчивается всё почему-то скандалом.
Уловив мой испытывающий взгляд, парень скривился, явно не радуясь теткиной разговорчивости. Глубоко внутри заворочалось неприятное чувство, очень смахивающее на ревность, которая была приправлена изрядной порцией любопытства. Ссоры не возникают на ровном месте – точно не между людьми, которых ничего не связывает! И уж тем более, если они друг к другу равнодушны... но то, как Кирилл говорил о ней, то, как менялся его взгляд, зажигаясь опасным огнём, было далеко от равнодушия. И это злило! Я понятия не имела, что способна чувствовать нечто похожее, но выходит, древний как само человечество инстинкт оберегать своё до этой поры крепко спал. При мысли, что где-то в доме находится предполагаемая соперница, меня замутило. А ведь они живут под одной, пусть и такой громадной, крышей...
Я со скрипом отодвинула стул, но взгляды и так большую часть времени были прикованы к этому месту, так что дополнительное внимание не грозило.
– Извините, мне нужно выйти, – без труда разыграв легкое недомогание, сказала я, направившись к выходу.
Кирилл, чья улыбка мигом испарилась, вызвался проводить, но сестра Филиппа опередила:
– Дай ей вздохнуть без твоей помощи, ладно? – хихикнула она. – Или ты и в уборную пойдешь?
Но парень не улыбнулся шутке и вообще стал на удивление серьёзен:
– Если будет нужно, – и хитро мне подмигнул: – Мы это уже проходили, да Майя?
Жутко смутившись, я поспешила вон из столовой, отметив, что практически не врала о плохом самочувствии. Тяжелый запах жасмина нервировал, забирался глубоко в поры, оккупировал легкие, будто самый навязчивый квартирант; от него до тошноты болела голова, а ваз с цветущими ветками-прутиками даже в коридоре было не счесть! Кто-то в доме явно в восторге от этого растения!
Вообще, я привыкла ассоциировать времена года и места, где бываю, с цветовой гаммой, пейзажами, нередко услышанной там музыкой, или, вот как сейчас, запахами. Символом этой весны стал аромат цветущего гиацинта – не сказать, что слишком уж приятный. Мама притащила гордый лиловый цветок с работы (подарили на восьмое марта) и додумалась поставить в спальне, которую потом пришлось долго проветривать, но и тогда у меня не наблюдалось столь острой реакции...
– Пришли! Давай скоренько. Не буду мешать, – протараторила рыжая, набирая что-то в смартфоне, и нетерпеливо переступила с ноги на ногу. Она явно куда-то спешила и использовала предложение меня проводить, как повод сбежать из столовой. – Ты ведь найдешь дорогу обратно?
– Справлюсь.
Дорогу я не запомнила и сомневалась, что не заблужусь в мрачных переходах, со стен которых меня провожали взглядами люди с портретов, но это лучше навязчивого присутствия сестры Фила, которая, неизвестно почему, не внушала доверия. По правде сказать, никто пока не вызвал у меня симпатии, заставляя постоянно держаться настороже. Кирилл ещё ответит за то, что втравил меня в эту авантюру!
Умывшись, я некоторое время разглядывала в зеркале неестественно бледное отражение и сверкающие праведным гневом зелёные глаза. Удушливый запах остался за пределами роскошной стерильно чистой белой ванной комнаты, поэтому головная боль притупилась. Решив, что отсиживаться в импровизированном укрытии (если задуматься, я частенько пряталась в уборной, на что и намекал Кирилл!) просто-напросто глупо, я обозвала себя трусишкой и со вздохом поплелась в коридор.
– Ну, наконец-то, – буквально в ухо прокомментировал рыжий мальчишка-великан, вынырнув из прохода сбоку, словно из-под земли. – А я тебя жду. Кир что-то громит в гостиной – опять разборки с дедом, и сказал показать тебе дом.
Сказанное ленивым будничным тоном в голове не укладывалось, и я еле успела прикусить язык, чтобы заодно не попросить направить меня к выходу. Общество Филиппа с его пронзительными болотистыми глазами нисколько не радовало – избавилась от одной рыжей, второй тут как тут! Хотелось поскорее найти Кирилла и убраться отсюда, а не шататься по дому, где мне не рады, но раз он не хотел, чтобы я стала свидетельницей ссоры...
Трусиха! – снова отозвался внутренний голос, но мне было плевать. Почти.
– Чего ждем? – спросила я у мальчишки, переминающегося с пяток на носочки, что при его нехилой комплекции выглядело комично. – Веди, показывай...
Глава 16
СТРАННО
Экскурсия затянулась, целиком и полностью захватив моё внимание. Особняк оказался не просто большим, а громадным и... странным, как впрочем, и всё остальное в пределах величественных мрачных стен. Вопреки количеству обитателей дом выглядел не жилым, а будто недавно сошедшим со страниц журнала о древних старых замках – холодных, нелюдимых и... населенных призраками прошлого – куда без этого? Длинные коридоры, увешанные множеством старинных картин и портретов, вазы с цветами, источающими ненавистным запах, затейливая архитектура, сводчатые потолки, богатейшая библиотека – вот то немногое, что успел продемонстрировать Филипп, с юмором рассказывая о родственниках.
А потом мы вышли под крытый бассейн...
Через стеклянный потолок вместо лампочек подмигивали луна и звёзды, играя в прятки с тучами – оказывается, уже давно стемнело, а я совсем утратила счёт времени! Где же Кирилл?! Скользнув взглядом по дрожащей лазурной поверхности, подсвеченной крошечными лампочками, я впервые ощутила укол тревоги и вросла в холодный плиточный пол. Вода... мне нельзя в воду!
– Филипп, зачем мы здесь? Только не говори, что это тоже часть экс... – я примолкла.
Мальчишка смотрел не на меня, а через плечо, откуда в плотной тишине раздался холодный отрывистый голос:
– Ты здесь, потому что я хотела с тобой поговорить.
По плитке зацокали каблучки, звонкий стук метался по залу, отскакивая от разукрашенных бликами стен, пружиня от воды и теряясь высоко под потолком.
Я обернулась и в нерешительности уставилась на высокую (порядком выше меня!) худощавую девушку, которая приближалась к нам, минуя широкие квадратные колонны. Узкое китайское платье-халат цвета черно-красного хамелеона, при каждом шаге шипело и переливалось, будто змея. Неестественно ровное каре угольных лоснившихся блеском волос наводило на мысли о парике, темные разводы под глазами и мокрые дорожки туши на щеках говорили о последствиях недавно перенесённого стресса, янтарная жидкость, плещущаяся на дне бутылки у неё в руке – методах неравной с ним борьбы... Не лучшее время для разговоров! Впрочем, я почти сразу безошибочно определила, с кем имею дело и вполне отдавала себе отчет, что нужное для нас с Ириной не наступит никогда.
– Все, кто хотел поговорить, были в столовой, – сообщила я и мысленно добавила, что практически никто не хотел. Да и меня не особо тянуло!
– А я не хотела при всех, – алые губы со смазавшейся помадой искривились в злой усмешке, исказившей правильные красивые черты.
Вот поэтому я считаю, что лучше быть просто симпатичной – любая эмоция, придает обычному лицу жизни и неповторимой свежести, а слишком идеальные выражение несказанно портит.
Она тоже времени даром не теряла, безошибочно определяя мои сильные и слабые стороны, выискивала недостатки:
– Ну, теперь-то я вижу, чего Киру не хватало во всех его бывших, – сказала девушка и вроде неосознанно провела по линии (к слову сказать, почти прямой!) талия-бедра снизу вверх.
Отлично, мы разобрались, что фигура у меня (не в пример некоторым) женственная, а вот зависть ей, кстати, тоже не к лицу! Так... стоп! Иначе я вот-вот скачусь до примитивной разборки с соперницей – не дождется! В том, что их с Кириллом что-то связывало, я теперь ни капельки не сомневалась...
– Ир, мы в расчёте? – с опаской спросил Фил, отступая к выходу.
Я подивилась столь резкой перемене: шутливый тон сменился просительной интонацией с долей испуга, детские черты лица заострились и... снова этот странный взгляд! Он боится, вдруг поняла я. Боится её и... меня?
Мелодичный смех отскочил от воды и хрустальными переливами рассыпался в помещении:
– Пока нет, малыш! Не нужно было выбирать Кира, но сейчас ты на верном пути, – девушка оказалась совсем близко и стала обходить нас по кругу.
Мне хотелось одновременно двух противоположных вещей – поскорее смыться, но и ни в коем случае не подать виду, как мне тревожно тут находиться. Интуиция ушла в несознанку и упрямо молчала, поэтому второе легко пересилило первое – я не чувствовала прямой угрозы и оставалась стоять на месте, как глупый кролик, зачарованный удавом!
– Терпеть не могу, когда он путает мне все карты! – раздраженно поделилась девушка. Воздух вокруг пропитался стойким перегаром. Неужели она сама оприходовала большую часть бутылки? – Но раз уж без этого никак... Ладно, Майя, давай поиграем в "было – не было". Иначе как ещё я смогу узнать, что знаешь ты?
Ей удалось произнести моё имя как ругательство, а потом необычные васильковые глаза вспыхнули опасным блеском:
– Хотя, есть один способ... – и случилось то, чего я никак не ожидала!
Похоже, хваленая чуйка решила уйти в незапланированный отпуск, потому что я, конечно, старалась держаться подальше от воды, но никак не была готова уже во второй раз пережить кошмар прямиком из бурного детства. Он начался почти что безобидно – безболезненный толчок Ирины в спину совсем не испугал, а разозлил! Никогда раньше я ни с кем не дралась, но в тот момент живо представила картинку, как с огромным удовольствием вцеплюсь в её искусственные волосы. Однако мечтам не суждено было сбыться, ведь за несколько следующих секунд произошло что-то невообразимо немыслимое!
