Текст книги "Мамочка, в моем сердце дыра. Пронзительная книга о детской депрессии"

Автор книги: Алена Щекотова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Глава 6. Мифы, страшилки и заблуждения о том, что вредно и что полезно ребенку

Миф первый. Гаджеты – вселенское зло?

– Из-за компьютерных игр все психологические проблемы детей! Эти стрелялки – ужас! Что творится, приучают детей к жесткости.

– Интернет – опасная паутина, там злые люди, нехорошие сообщества, анархия, подростки бог знает что пишут и даже… матерятся!

– Манги какие-то читают дурацкие с телефона. Аниме непонятное смотрят. Ну разве чему путному их научат эти странные японцы?

Признаюсь, дорогой читатель, на протяжении нескольких лет и я придерживалась подобных убеждений. Период, когда мои друзья «рубились в приставку» («Обитель зла», «Лара Крофт», «Сиберия», «Сталкер»), а во мне кипел огонь любопытства, азарта и желания быть принятой «своими», с рождением второго ребенка резко закончился. И началась эра: «Сегодня тебе можно играть только полчаса», «Досматриваешь мультик и выключаешь», «Вот сделаешь уроки, тогда можно будет взять PSP».

Куда исчезли моя беззаботность и энтузиазм в этом вопросе?

Их поглотил монстр по имени «Родительская ответственность». Я сменила свою точку зрения на противоположную. Из девицы, что могла играть в игры или смотреть сериалы ночь напролет, я превратилась в «правильную маму», позволяющую своему отпрыску тратить не более 15 минут в день на развлечения в виртуальном мире.

Однако истина, как всегда, где-то посередине. Впадать в крайности опасно.

Пластиковая коробка с экраном сама по себе не может мистическим образом поглотить мозги наших детей или искалечить их психику. Игры, в которых стреляют и убивают, – тоже.

Я вижу в этой теме и плюсы и минусы. Надеюсь, мои аргументы помогут вам сформировать объективное мнение по этому вопросу.

Итак. Минусы.

• Когда ребенок зависает в гаджетах, его тело почти неподвижно, минимум физической активности. А надо сказать, что маленькому человеку просто жизненно необходимо как можно чаще прыгать, дрыгать, бегать и скакать. Так уж он устроен. Любой хомо сапиенс, независимо от возраста, оказавшись без движения, утрачивает на время контакт со своим телом, с телесными потребностями. Поэтому сутки напролет сидеть перед мерцающим экраном – сомнительная история.

• Глаза, как и все остальное в нашем теле, нуждаются в активности. В случае длительного фокуса на плоском изображении, которое к тому же находится на одном и том же расстоянии от глаза, они не получают здоровую нагрузку. Хрусталик теряет способность быстро фокусироваться на новом объекте при смене расстояния.

• Виртуальное общение не научит подрастающего человека всем проявлениям человеческой близости. Обнять, похлопать по плечу, протянуть руку, посмотреть молча в душу… Через экран сие трудноосуществимо.

Все эти пункты отнюдь не означают, что нужно категорически ограничить использование электронных девайсов. Но регулировать эту историю по времени смысл точно есть. А дети, функция самоконтроля у которых развита намного слабее, чем у взрослых, нуждаются во внешнем контроле. Сами они еще не могут собой управлять. Не потому что «безответственные» или «наплеватьнавсекромесвоеготелефона», а потому что не очень зрелые в силу возраста.

А теперь о плюсах: почему маленьких хакеров все же стоит допускать в виртуальный мир?

• Игнорировать особенности современной реальности глупо, а местами даже опасно. Мы живем в эпоху интернета; общение, новости и творчество существуют в онлайн-формате. Найти мужа, оформить паспорт, купить диван – там можно все. Когда наши дети отправляются в виртуальное путешествие, они учатся. Учатся законам, по которым сейчас существует мир. Давайте не будем лишать детей этой возможности.

• В сети дети постигают основы коммуникации: строят отношения, поддерживают их, завершают; выражают свою позицию, делятся чувствами. Иногда это менее болезненный и более безопасный способ отношений, чем встречи в реальной жизни. Всегда можно выйти из Сети, если на тебя нападают, в переписке есть время сформулировать внятный ответ и подобрать нужные слова.

• Вопреки расхожему мнению многих отцов и мам, «стрелялки» не добавляют агрессии ребенку, а наоборот. Странно? И тем не менее это именно так. Сейчас объясню подробнее: маленький человек вынужден ежедневно совершать тысячи вещей, которые ему очень часто делать совсем не хочется. Представьте себя на его месте: вам зачем-то нужно вставать ежедневно ни свет ни заря. Волочиться по холодной улице в место, где нет родных, но есть строгие и уставшие тети. Которые ВСЕГДА от вас чего-то хотят и требуют. Наказывают оценками. Ограничивают свободу. Заставляют есть кашу и жить по распорядку. Наконец, вечером вы, уставшие, приходите домой, с вожделением наконец хватаетесь за игрушки или ноутбук – а вам говорят: а ты уроки сделал? И все. Приплыли. Не до жиру. Все это для ребенка – сплошная фрустрация. И потому в маленькой ребеночьей душе очень часто клокочут огромные тонны ярости. Но что с нею делать? Драться запрещает мама. Спорить с учительницей не дает папа. Ну и на родителей особо не тявкнешь – еще телефон заберут за «плохое поведение». «Куда девать нервы?» – как говорится в том знаменитом меме из ВК.

И дети нашли ответ на этот вопрос. Они включили компьютер и с остервенением начали уничтожать бегающие фигурки на экране.

Блистательное решение, скажу я вам. Не пролита ни одна капля крови! Нет оскорблений, нет опасного самоедства из серии: «Я ничтожество, все плохое происходит из-за меня». Агрессивные игры – самый безопасный способ избавиться от эмоционального напряжения.

• Частенько погружение в виртуальный мир помогает детям органично и без надрывных усилий закрепить знание родного или иностранного языка. Иногда оценка не так сильно мотивирует юного геймера на правильное написание или узнавание новых слов, как захватывающий процесс игры или диалог с интересным товарищем, живущим на другом континенте. Не редкость случаи, когда уровень английского у ребенка начинал постепенно ползти вверх просто потому, что у него появился закадычный американский приятель. Примерно то же самое происходит и с другими академическими дисциплинами.

Давайте подведем итоги.

Сколько все-таки времени детям можно проводить онлайн без вреда для их здоровья?

Если вы – родитель, то ответ на этот вопрос находить вам. Опирайтесь в своих поисках на свои чувства, они вам все подскажут: на тревогу (она подсветит, когда происходит что-то неполезное для вашего чада) и на гнев (который зачастую сигнализирует о том, что границы и временные рамки нарушены).

Тут нет «правильного» и «неправильного». Есть только живой процесс регуляции условий, в которых живет ребенок и его семья.

Миф второй. Детская депрессия возможна лишь в маргинальных семьях

Увы, это не так. Есть очень приличные семьи, в которых детей растят работящие, вполне социально адаптированные родители. У них может быть высокий уровень дохода, семейные традиции, полная семья… и ребенок, страдающий депрессией. Ничто внешнее не является прививкой от визита Дамы в Черном: ни солидный статус, ни частые путешествия, ни хороший заработок. Даже наличие очень теплого родителя, вовлеченных бабушек и дедушек не может уберечь ребенка от депрессивного эпизода.

Причины депрессии, как правило, не связаны с материальным аспектом. Все дело в том, что ребенку приходится справляться со своими сложными внутренними процессами в одиночку.

Глубокие, стабильные, честные и живые отношения внутри семьи уменьшают вероятность того, что ребенок окажется в депрессии.

Миф третий. Во всем виноваты… друзья/школа/улица/СМИ/страна, в которой мы живем

Это неправда. Ребенок выбирает среду, друзей, новости, исходя из своего внутреннего состояния.

Человек, которого мучают страхи, будет смотреть ужастики, завороженный происходящим на экране.

Подросток, желающий бунтовать, найдет себе для этой цели соответствующую компанию.

Школьница, охваченная унынием и отчаянием, включит «Апрель» Виктора Цоя и будет горевать вместе с легендой русского рока.

Внутреннее состояние определяет внешние выборы. Хорошая новость заключается в том, что на внутреннее состояние можно влиять. Подробнее об этом мы поговорим в части «Что делать можно и очень даже нужно».

Миф четвертый. Депрессия – это патология, психическая болезнь, а на детях она и вовсе ставит крест!

Это и впрямь сущая мифология! Депрессия не является патологией, в депрессивном состоянии могут оказываться психически здоровые люди – и взрослые, и дети. Это не врожденное нарушение, а чаще всего результат многолетнего одиночества и изоляции маленького человека в его трудностях и сложных чувствах.

Но тем не менее существуют случаи, когда депрессия принимает острую, серьезную форму и человек становится настолько психически истощен, что несколько дней не встает с кровати. В медицине это называется «клиническая депрессия». Здесь, кроме психологической помощи, действительно потребуется лечение у психиатра. Клиническая депрессия является психиатрическим заболеванием. Но, к счастью, излечимым.

Миф пятый. Депрессии не бывает, вся ваша хандра от безделья

– Ему просто нечем заняться, вот он с ума и сходит. Если нет свободного времени, то и грустить некогда. Ребенка надо постоянно развивать!

– Как, в 5 лет еще не читает? Караул, он же в школе двоечником будет!

Так рассуждают многие обыватели. Они боятся, что ребенок может начать отставать в развитии, а потому стараются занять каждую секунду жизни малыша и старательно следят, чтобы чадо не дай бог не заскучало и не захандрило.

Однако излишнее рвение опасно. Скука – это состояние, в котором маленький человек встречается с собой, пробует замечать свои желания и учится их реализовывать. Сам!

Важно, чтобы в жизни ребенка были интересные занятия, увлекательный досуг, кружки. Действительно, детство – время пробовать себя в разном. Но, как и везде, в этом вопросе хороша мера. Ребенок тоже нуждается в паузах и остановках, в противном случае он столкнется с выгоранием. Стошнить может даже от самого любимого дела, если заниматься им безостановочно.

Чуть позже мы еще поговорим с вами о значении скуки и замедления в жизни ребенка.

Глава 7. Что делать НЕЛЬЗЯ, если у ребенка депрессия

Если рядом с вами оказался ребенок с признаками депрессии, то ни в коем случае не стоит:

• осуждать,

• критиковать,

• сравнивать,

• оценивать.

Даже если вы узнали, что он режет себя, или обнаружили суицидальную записку, помните: это не каприз, не безумная манипуляция, а скорее отчаянный зов о помощи. Тем единственным способом, на который ребенок сейчас способен.

Не нужно сильно пугаться или зацикливаться на критике компании, с которой он общается, группы в соцсетях, где он состоит, сомнительной подружки с наколками: поверьте, основная сложность и угроза сейчас внутри ребенка, а не снаружи. Внешние интересы и выборы просто отражают его внутренние процессы.

Основная задача этого периода – навести мосты: установить контакт, создать доверительную атмосферу. Хотя даже наличие теплых отношений со значимыми людьми не отменит депрессию волшебным образом, но проживаться она будет совсем по-другому. В разы мягче и быстрее.

И напротив, ребенок, преследуемый родителями и ожесточившийся, рискует натворить страшные вещи, которые уже нельзя будет исправить. Например, суицид. Или уход из дома. Или тяжелые наркотики.

Поэтому внимание, уважение к сложностям ребенка, диалоги, попытки понять – наше все.

Опасно и вредно в этот период лишать детей возможности общаться, наказывать полным лишением интернета, телефона, компьютера. Как и вообще наказывать – это всегда не лучшее решение. Наказания – это яд, высушивающий между родителем и чадом ростки близости и безопасности. И потому о наказаниях хочу поговорить подробнее.

Верить нельзя наказывать?

«Меня в детстве били – и ничего, человеком вырос».

Признаюсь, раньше я впадала в ступор и лишь глуповато хлопала ресницами в ответ на эту фразу, не в силах дать мало-мальски внятный ответ. Тема детских наказаний занимала мой мозг, а иногда от услышанных в своем же кабинете историй немело мое сердце.

Сейчас, имея ощутимый родительский и профессиональный опыт, я пришла к однозначному выводу: я против наказаний.

Совсем.

Вообще.

Про физические вообще молчу. Но и эмоциональные наказания, на мой взгляд, – этакая едкая плесень, отравляющая отношения. К ним я отношу:

• молчание,

• игнорирование,

• насмешки,

• унижение,

• обесценивание.

И сейчас мой ответ тому, кто «гордится» своим опытом, был бы таков:

Да, ты вырос человеком. Но в некоторых местах твоей души тогда появилась выжженная пустыня. На этих заброшенных территориях нет места любви, доверию и спокойствию. Скорее всего, ты даже не чувствуешь, не замечаешь в себе эти куски замороженного страдания, поэтому и вслух ты отрицаешь наличие боли и шрамов внутри.

Вряд ли такой ответ я произнесу вслух. Сказанный вне терапии, он может прозвучать как минимум странно. Это будет скорее чувственный отклик, который тихим шелестом пронесется внутри меня вместо прежней растерянности.

Недавно я познакомилась с результатами исследований в теме физических наказаний. Оказалось, что мужчины, которых в детстве били, шлепали и шпыняли, как правило, во взрослой жизни активно декларируют ценность брака и семьи… и при этом регулярно и без устали женятся. Зачастую эти отношения не становятся длительными и глубокими, обрываются и завершаются быстрее, чем у респондентов, что выросли в более безопасной среде. А после очередного расставания такие люди бодро и быстро шли в новые отношения, снова женились – и вновь, как вы догадываетесь, ненадолго.

Те же, кто в детстве не имел опыта физического насилия, внешне гораздо спокойнее относились к вопросу ценности отношений, меньше об этом говорили – но при этом, как правило, на момент опроса находились в длительных отношениях.

Эта статистика изумила меня. Казалось бы: пострадавшим от наказаний логично не хотеть близости с людьми, проклинать и чураться ее, а не вот это все.

Но спустя какое-то время я поняла, что именно это и гнало их в новые отношения: горячее и отчаянное желание получить другой опыт бытия с ближним. Безопасный, принимающий. Огромная нужда в другом, нормальном, человеческом тепле. Перманентная пустота в душе, вынуждающая постоянно куда-то бежать, не позволяющая остановиться и обрести покой и умиротворение.

И в чем-то они правы, эти ищущие. Ведь правда, именно в отношениях можно постепенно заполнить эти зияющие внутренние пустоты, залатать зудящие раны. Вот только как это сделать, они не знают.

В результате подобная пустота, отсутствие близости, ощущения связи с другими людьми приводит таких людей к депрессии, отсутствию смыслов уже во взрослом возрасте.

Глава 8. Что в случае с детской депрессией делать можно и очень даже нужно

Для начала… сдаться

Главная и ключевая мысль этой книги: с депрессией вредно и бессмысленно бороться. Если уж она пришла, стоит перестать от нее убегать. Все равно настигнет.

С Дамой в Черном бесполезно воевать – ей можно и нужно сдаться. Ее важно рассмотреть, изучить узор. Заглянуть в лицо. Послушать, о чем она хочет поведать. Что характерно: ей точно есть что сказать. И как правило, звучит она исключительно по делу.

Такая мысль может показаться странной и загадочной. И потому я объясню.

Говоря проще, важно разобраться, какие именно переживания накопились у ребенка за последнее время. Назвать эти чувства. Не пытаться от них убегать, переключаться или торопить дитя с проживанием непростых процессов. Тогда у вас появится реальный шанс понять про своего ребенка самое главное: с какими именно его потребностями связаны эти эмоции и его состояние.

Ниже я привожу иерархию потребностей, составленную с учетом собственного профессионального опыта на основе знаменитой пирамиды Маслоу:

Абсолютно любое чувство отражает удовлетворение или, напротив, ущемление определенной потребности человека. Соответственно, если потребность удовлетворена, возникают чувства «позитивного» спектра (к примеру, радость). Если же потребность оказалась фрустрированной, человек испытывает так называемые сложные чувства (грусть, страх, злость, бессилие и проч.).

Например:

Страх чаще всего сигнал о том, что нарушена потребность в безопасности.

Стыд может возникать у ребенка в случае дефицита принятия (= отвержения) группой людей (скажем, классом или отрядом в лагере).

Радость означает, что ребенок почувствовал себя любимым.

Когда все члены семьи осознают эту железобетонную закономерность, эмоции перестают быть досадным недоразумением, роскошью кисейных барышень и становятся способом услышать по-настоящему как себя, так и своего ребенка.

Но в случае с депрессией важно также разобраться, по какой причине ребенок регулярно выбирает оставлять свои чувства внутри? Конечно, хорошо бы научить его самостоятельно распознавать свои эмоции, выражать и реализовывать их социально приемлемым образом. Другими словами, есть смысл развивать у детей эмоциональный интеллект. Но на практике это бывает не так-то просто сделать. Ведь чаще всего и сами родители не слишком понимают, что именно чувствуют, и не знают, что со своими внутренними процессами делать.

«Все эти ваши чувства… Баловство сплошное!»

Взрослым, заподозрившим у ребенка депрессию, настоятельно рекомендую обратиться к специалисту – детскому психологу или психотерапевту. Специалист научит ребенка рефлексировать, а заодно подскажет, как «прокачать этот скилл» родителю.

Замечать тело

Однако иногда даже самые старательные родители и самые прекрасные книги не слишком-то помогают маленькому человеку понять, что он хочет, какие эмоции испытывает.

Не страшно. Есть главная палочка-выручалочка, которая поможет разморозить ребенка с ледышкой в сердце. Волшебная таблетка, которую многие ищут – иногда долго и безрезультатно.

Эта «таблетка» – качественный контакт с телом.

Тело – наш главный дом. Мы живем в нем ежечасно, ежесекундно, пользуемся им без выходных и перерывов. С ним все время что-то происходит: где-то тянет, где-то чешется, ноет, вибрирует, давит или мерзнет. Человек прежде всего – это физическая оболочка.

И будет шикарно все это многоцветие замечать! Но важное уточнение: замечать не как патологию, не как сбой в системе. А воспринимать свои телесные ощущения скорее как слова самого значимого человека, близкого друга, который делится чем-то важным и сокровенным.

Эмоции – это не только психические процессы, а в большей мере физиологические. Наши чувства в первую очередь – некий отклик тела на окружающую среду. Отклик, связанный с нашими потребностями, с возможностью их удовлетворить или, напротив, с угрозой их нарушить.

Причем отклик этот часто может быть несколько архаичным. К примеру, если мы выходим из дома и замечаем снаружи что-то, что мозг интерпретирует как угрозу, наше тело мобилизуется и будет готово «бежать», «бить» или «замирать». Для этого активно заработает сердечная мышца, которая станет бодро гнать кровь в мозг и в конечности. Поэтому в моменты, когда нам страшно, мы обнаруживаем, как сильно колотится сердце. Это не потому, что у нас тахикардия. Напротив: наше мудрое тело уже мысленно «улепетывает, сверкая пятками и спасая пятую точку».

Так что тело ребенка может рассказать много чего интересного.

Тело и телесные реакции депрессивного ребенка будут сильно отличаться от физических проявлений его более активного сверстника. Депрессия и частые физические болезни – это в том числе и про удержанные физические импульсы. Страдающего депрессией ребенка, по всей вероятности, регулярно останавливали другие, а может, он сам привык себя останавливать. И оттого в теле скапливается много напряжения. Все силы бедолага привык расходовать не на реализацию своих потребностей, а на удержание витальной энергии. И потому – упадок сил, апатия, диван, смартфон.

Сейчас я вам предложу одну странную, но при этом классную рекомендацию, которая ну очень эффективна в случае с депрессией.

Внимательно наблюдайте за телесными проявлениями ребенка: замечайте, что происходит с его интонацией, мимикой, положением тела в пространстве, особенностями его динамики и статики.

Не пытайтесь это как-то оценить, исправить или интерпретировать. Просто «слушайте» язык его тела и называйте ему то, что «услышали». А заодно вносите в общение себя и свои телесные ощущения.

Выглядеть это может примерно так:

– Я вижу, что, когда ты говоришь, твой взгляд устремлен в пол. В такой момент мне становится холодно и как-то одиноко.

Или:

– Замечаю, как твои руки сейчас с силой теребят бумажку. А еще ты улыбаешься, рассказывая про учительницу. Она при этом почему-то убеждена, что ты не работаешь и не стараешься. Я слышу, как мое сердце начинает биться сильнее в ответ на твой рассказ, а в груди становится горячо.

Возможно, подобные фразы вызовут недоумение. Зачем ребенку информация о телесных реакциях родителя? Отвечу: это способствует живому контакту между двумя людьми, которые (повторюсь), в первую очередь, живут в теле и реагируют именно телом. Таким образом, происходит истинное Возвращение к себе, своему естеству. Ребенок благодаря такой чувственной реакции сможет убедиться, поверить и почувствовать, что его действительно видят. А еще благодаря такому взгляду, живому, непосредственно возникающему в моменте (а не рациональному!) отклику родителя он сможет лучше услышать себя, прикоснуться к своим переживаниям.

Вопреки ожиданиям я не буду сейчас пиарить спорт, пробежки и пилатес. Занятия эти весьма достойные и полезные, их стоит ввести в свои будни и взрослым, и детям, но только в том случае, когда человек ощущает, что он действительно хочет этих движений. Если же он будет себя заставлять, это превратится в насилие и никакой пользы не случится.

Но частенько и сам родитель может не замечать свои телесные реакции. Тогда быть помощником ребенку в деле обретения хорошего и устойчивого контакта с телом ему затруднительно. Но это упущение исправимо.

Как услышать голос своего тела? Чего оно хочет, в чем нуждается, от чего кайфует, что отвергает?

В этом помогут простые практики. Можно в любое время суток, находясь в любом месте (в автобусе, на работе, в кресле, на прогулке), направлять фокус внимания на свои телесные ощущения – начиная с кончиков пальцев ног и постепенно поднимаясь к макушке. Не обходите вниманием ни одну часть тела! Мысленно «прощупывайте» себя: что сейчас чувствуют ваши ступни? А лодыжки? Удобно ли пояснице? Что ощущается в животе? В груди? В голове?..

Если делать это ежедневно и по несколько раз, контакт с телом усилится. Сформированная привычка замечать физические желания и импульсы позволит ощутить, какие движения хочется совершать. А еще поможет заземлиться, стать стабильнее, ощутить внутреннюю опору и целостность. И действительно, тело – это опора, которая всегда с нами. Наши кости, на которые мы опираемся, наши мышцы, которые делают нас могущими и подвижными, наша кожа, которая позволяет нам обозначить границу с внешним миром… Человека невозможно лишить этой опоры – за исключением случаев, когда он сам выбирает игнорировать свое тело.

Люди – и большие и маленькие – нуждаются в контакте с Другим. Особенно телесном. Человеку нужен Человек. Потому замечайте в себе импульс потрогать, обнять, погладить, понюхать своего ребенка. Не останавливайте себя стыдом или идеей о бесполезности объятий. Ведь это взаимное удовольствие, своеобразная трапеза, которая может приносить насыщение, удовлетворение. Массаж, поглаживания, шуточные бои, а также легкие пощипывания и почесывания – все это гораздо эффективнее лекарств, если речь идет об эмоционально замороженных детях.

Юлия Гиппенрейтер в своих книгах пишет, что ребенку необходимы минимум 8 объятий в день. Мне нравится ее идея. Не жалейте на это времени, нет ничего важнее. Крепкое родительское объятие может унять истерику ребенка (и взрослого, кстати, тоже). Вот уж действительно – вместо тысячи слов.

Обнимайтесь чаще. Это бесплатный и здоровый способ быть счастливее.

Быть в настоящем

Суета сует. Жизнь родителя, особенно с сентября по май, напоминает изматывающий кросс без финиша. Работа, уроки, сад, родительский чат в «Вотсапе», 489 непрочитанных в Телеграме, биатлон, баян, уроки бисера, соскоб на энтеробиоз.

Остановиться – значит умереть. Ну или кануть в Лету. И это в лучшем случае.

Однако полное отсутствие остановок чревато. Выгоранием. Потерей контакта с детьми. Нарушением привязанности. И, как следствие, депрессией.

И потому замедляться необходимо. Делать себе и ребятне выходные: без кружков и поделок, домашки и стихов наизусть. Всамделишные выходные, когда можно по-настоящему НИЧЕГО не делать. Причем всем членам семьи.

Страшно звучит? А вы попробуйте, вам понравится! Можно, например…

• Валяться на диване с пиццей, вместе с детьми хохоча под свежевышедший в прокат мультик.

• Завернуться в клетчатый плед с облепиховым чаем и книжкой в обнимку и позволить детям заниматься ничегонеделанием.

• Устроить дома вечеринку или дискотеку, караоке с баллами или перестрелку из пистолетов «нерфов».

В такие дни можно увидеть своих детей. Что они за люди такие? Какой у них характер? Чем они живут. Что у нас общего, а в чем отличие? Почему мой потомок обожает Кузю-троечника, а соседку по парте ненавидит?

Важно: не пытайтесь занять каждую минуту жизни ребенка! Для того чтобы у подрастающей личности формировалась Самость, здоровое Эго, необходимо свободное время, когда ребенок успевает почувствовать именно себя, опытным путем нащупывает, чего хочет именно он, что конкретно ему нравится делать и т. д. Да, где-то придется ему и поскучать (это, кстати, вопреки устоявшемуся мнению, полезное состояние – оно идеально подходит именно для решения задач, связанных с узнаванием себя и самоактуализацией). Если такого времени ребенку не давать, а постоянно заполнять его бытие занятиями, кружками, поручениями всех видов и мастей, велики шансы вырастить хорошего и ответственного Исполнителя Чужой Воли, а не Автора Собственной Жизни.

Кружки и поручения – это прекрасно. Но при условии обязательного наличия свободного времени.

Принимать ребенка в его чувствах

Он со всей дури хлопнул дверью. Стены содрогнулись. В следующую секунду из комнаты раздался оглушительный стук.

– Да! – недовольно рыкнул он.

В его берлогу с возмущенным видом протиснулась мама. Только ее тут не хватало!

– Чего? – хмыкает он.

Какое-то время она сверлит его взглядом. Он бы, пожалуй, не удивился, если б из ее ноздрей в этот момент повалил пар – так сильно она смахивает нынче на подкипающий чайник.

– Я решительно против такого обхождения с дверьми, – заявляет наконец мама. – Они хлипкие и картонные. Развалятся – ты, что ли, новые купишь? Но я слышу, что ты очень зол, и предлагаю тебе найти другой способ это выразить. Было б прекрасно, если б словами… К примеру: на кого ты злишься?

– На кого, на кого! На тебя, разумеется! Вечно лезешь со своими советами… словно я тупица!

– Я вижу, что ты уже взрослый парень, много что понимаешь, – выдержав небольшую паузу, начинает говорить мама. – Неудивительно, что тебя бесит мое вмешательство. Но я так делаю не потому, что считаю тебя глупым или не замечаю твою взрослость. Я по привычке беспокоюсь, мне трудно перестроиться на новый лад, и потому я продолжаю давать советы. Давай подумаем, как нам с этим обойтись, чтобы учесть и твою самостоятельность, и мои привычки.

В этом диалоге родитель подростка делает ряд очень полезных вещей:

1. Остается в контакте, не уходит в аффект, не кричит.

2. Но и остается живым, не замораживается, не скрывает своих чувств.

3. Отражает подростку то, что он злится, принимает его в проявлениях гнева (что в дальнейшем поможет юноше позволять своей агрессии быть).

4. Помогает заметить и себя, и Другого одновременно – благодаря чему и происходит контакт.

5. Обозначает суть конфликта и предлагает процесс конструктивного его решения.

Подросток был принят в своем гневе. А это значит, что он хороший, нормальный, в том числе и когда злится. А значит – можно не скрывать или подавлять свою агрессию. Надо просто научиться выражать ее так, чтобы не страдали двери. А то и правда ведь развалиться могут…

В случае с депрессивным ребенком будет полезно поддержать даже незначительные проявления досады (на большее тот зачастую не способен): «Я слышу твой недовольный голос…», «Наверное, ты злишься…», «Понимаю, это и впрямь очень обидно, когда шарик вот так, без предупреждения, улетел в небо!».

Научить ребенка экологично выражать свои чувства

Ребенок по сути своей – чистый лист, новая тетрадка в линейку, и от того, что и как мы, взрослые, в этой тетрадке напишем, зависит умение ребенка выражать свои чувства.

Запрещаем ли мы их, позволяем ли, пугаемся или радуемся эмоциям своего дитя, обсуждаем или замалчиваем?..

Взрослый может научить подрастающее поколение замечать и называть свои процессы, а также предложить те способы их выражения, которые разрешены в конкретной семейной системе.

Например, в случае со злостью.

Можно договориться, что утюгами и прочими тяжестями кидаться нельзя, а вот кричать, топать ногами и рвать бумажки – можно.

Это касается сброса крайнего напряжения. Но будет полезно, если вы с ребенком сможете пойти дальше и поможете ему научиться замечать потребность (см. пункт «Для начала сдаться»), в связи с которой возникло переживание. И сформулировать ее.

Ситуация:

Папа без стука зашел к дочке в комнату. Она в ярости кричит ему, чтоб убирался и что вообще-то стучаться надо.

Отец семейства говорит о том, что его задела форма выражения ее гнева, но по существу вопроса он принимает ее замечание. Он приносит извинения за вторжение и инициирует обсуждение с дочкой, какая именно потребность была задета и как поступать в подобных ситуациях (возможно, этот разговор случится не сразу, а чуть позже, когда юная валькирия слегка остынет и тоже извинится).

В диалоге выясняется следующее: девочка ощутила, что ее границы попраны, и ей стало тревожно и не по себе в своем укромном уголке. То есть была нарушена ее потребность в безопасности.

По итогу обсуждения они договариваются о том, что…

Папа:

1. Всегда стучит.

2. Заходит в комнату лишь в случае положительного ответа.

Дочь:

1. Не использует грубые слова в диалоге с отцом, такие как «убирайся», «вон».

2. Говорит о своей злости максимально прямо и по адресу. Примерно так: «Папа, я на тебя ужасно злюсь».

Так можно развернуть с ребенком любое переживание: ревность, зависть, печаль, страх, обиду, интерес и даже радость.

Это не всегда легко. Иногда не удается определить потребность, ребенок может закрыться, уйти в протест, у родителя может не хватать сил и терпения разбираться. В таких случаях, как я уже говорила и буду говорить впредь: можно и нужно обращаться за профессиональной помощью. Не все можно освоить по книжке, иногда нужен живой человек, обладающий необходимыми профессиональными компетенциями.