Текст книги "Не гадай на любовь (СИ)"

Автор книги: Алена Кручко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

ГЛАВА 11. Слишком!

Комната, куда поселили Дею, была – слишком. Просто слишком! Вроде и без роскоши, обставленная лаконично и просто, но эта лаконичность наверняка стоила чертову уйму денег и даже еще больше. Чертову прорву! К тому же это была не комната, а, как оно называется? Номер? Апартаменты? Дея не знала, неоткуда ей было знать такие тонкости. Роскошный раздельный санузел не слишком удивил, но отдельные спальня, кабинет, громадная гостиная, в которой запросто можно устроить вечеринку, и широкая лоджия с видом на парк, объединяющая все три комнаты?! Чересчур просторно для одной скромной студентки. Дее казалось, что она потеряется здесь, как единственная монетка в набитом конспектами рюкзаке.

Было любопытно. Очень. Но… как в музее, что ли? Посмотреть, как живут в богатых домах, исключительно в целях самообразования. Потому что кино, оказывается, ничуть не похоже на правду. Дея с удовольствием поплескалась в огромной ванной, воспользовалась артефактной стационарной сушилкой, покрутила ручки ретро-магнитолы, но представить, что будет сегодня спать вот на этой кровати размером с половину их комнаты в общаге, пока не получалось.

И вообще, чем дальше, тем больше становилось не по себе. Не верилось, что в такой дом могли пригласить просто так, ни с того ни с сего, совершенно незнакомую девушку. Должен быть какой-то подвох. Какая-то причина. А она не понимала! Не считать же настоящей причиной то, что ее совершенно случайно прихватили заодно с Гаяром, который когда-то почему-то сбежал из этого дома и которого хотели уговорить вернуться?

Почему сбежал и почему захотели вернуть только сейчас – тоже интересные вопросы. Вот только ответы взять неоткуда.

Помаявшись, наверное, с четверть часа, Дея спросила себя – а почему она сидит в этих комнатах? Ей разве запрещали выходить? Погулять, поискать, где в этом огромном доме есть люди, посмотреть, чем они заняты, послушать, о чем говорят? Главное, что бы не выглядеть подсматривающей и подслушивающей. Она просто гуляет. Проводит время.

Хотя нет, главное – не заблудиться, когда решит вернуться обратно.

Дверь ее комнат была в середине длинного коридора. Пришли они справа, туда она и свернула. Миновала лифт и вышла к лестнице. Широченной, мраморной, огибающей холл высотой во все здание, с первого этажа до крыши. Именно до крыши: Дея подняла голову и замерла при виде стеклянного сводчатого потолка, сквозь который виднелось синее южное небо и лился солнечный свет. И весь колодец холла был залит этим светом, теплым, золотым и удивительно чистым. Как будто концентрированным! Без магии такое точно не сотворить, но какой маг такое может?! Магистр артефакторики, не меньше.

На уровне этажа холл огибал круговой балкон, и Дея пошла по нему, касаясь рукой идеально гладких перил из красноватого темного дерева. Несколько шагов – и остановилась. Она не могла оторвать взгляд от залитого светом прозрачного купола. Вроде бы ничего особенного, всего лишь стеклянный потолок, но почему-то спирало в груди от совершенно детского восторга. Как будто еще шаг, и очутишься в сказке, где можно обернуться птицей и взлететь!

Женские голоса из коридора показались на этом фоне настолько странными, чуждыми этой красоте, что Дея не сразу поняла, о чем говорят.

– И все-таки! Наследник или нет, он Отрелио! Разве пристало ему ошиваться вдали от семьи? Строить из себя волка-одиночку, пф!

– Разве это наше дело, Розия?

Дея заозиралась. Попятилась от перил к стене. Боги, здесь и спрятаться-то негде! Разве что притвориться барельефом.

– А мне вот интересно, он совсем вернулся?

– Хорошо бы.

– А что с ним за девушка, кто-нибудь знает? Неужели невеста?!

«Невеста»?

Дея прикусила ладонь, чтобы не вскрикнуть. Хотела подслушать что-нибудь интересное? Получите и распишитесь! «Невеста»! А если не только они так думают?! Наверняка не только… слухи, они ведь как зараза, разносятся со скоростью ветра. И что, каждому объяснять, что они с Гаяром случайные знакомые? Даже меньше чем знакомые. Только имена друг друга и знают…

– Если и так, он точно не собирался показывать ее Боссу сейчас. – «Босс» прозвучало крайне почтительно, гораздо почтительнее, чем «глава рода», которое приходилось слышать от кое-кого в школе. А Дея беззвучно выдохнула: женщины, кажется, остановились у лифта. По крайней мере, не придется мямлить что-нибудь вроде «добрый день, а я здесь прогуливалась и заблудилась»…

– Они оба без вещей и выглядят так, будто оказались здесь совершенно случайно. И посмотрите, во что она одета!

«Что дали, в то и одета!»

Неприятно все-таки, когда тебе вот так перемывают косточки, а ты не можешь даже выйти и высказать прямо, что обо всем этом думаешь. И об одежде, и о «невесте», и даже о том, что не их дело, где «ошивается» Гаяр!

– А в гараже любимая машина младшего босса без стекол и вся покореженная.

– Думаешь, это… – Тут подъехал лифт, и болтушки уехали, оставив Дею не обнаруженной, но и без интересных сведений. И бывает же так – вроде и удачно подслушала, а вопросов меньше не стало. Даже наоборот. Да еще и возмущение теперь так и кипело. Болтушки чертовы!

Любоваться волшебной архитектурой больше не хотелось, и Дея пошла к лестнице. Остановилась, глядя сверху на широкие пролеты, на залитый солнцем мрамор ступеней, мягко сияющее дерево перил, фигурный паркет далеко внизу, и так явственно представилось, как спускаются здесь одетые для бала красавицы! Длинные платья, изящные туфельки… а тут она в глупых резиновых тапках. И вообще в таком виде, что только сплетницам языки чесать.

И так не радужное настроение окончательно испортилось.

Но она все-таки шагнула вниз. Ступенька, другая, третья. Перила казались шелковыми под пальцами, и вполне получилось вообразить себя в платье, почему-то белом, как у невесты. Наслушалась!

– Госпожа Дея! – окликнули сверху. Приятный, бархатисто-грудной женский голос. Дея обернулась.

Окликнувшей ее женщине было лет, пожалуй, около сорока, и выглядела она… впечатляюще? Внушительно? Высокая, не толстая, но пышная, с тяжелым узлом иссиня-черных волос, густыми бровями, выдающимся носом и несколькими черными волосинками над алыми, красиво очерченными губами. Длинное черное платье могло бы, наверное, сделать ее почти зловещей, если бы не белый кружевной воротничок и брошь под ним в виде белой лилии – светлый металл, жемчуг, сверкающие прозрачные камушки. Серебро и хрусталь или платина и бриллианты? Дея не умела различать, а жаль, это могло бы намекнуть на место женщины в доме и семье.

– Я принесла одежду для вас, госпожа Дея. Советую переодеться прямо сейчас.

Дея поднялась к ней, остановилась рядом. Эта женщина вызывала в ней странные, противоречивые чувства. Бессознательное опасение и такое же бессознательное желание довериться.

– Вы похожи на наставницу Халборд, – вырвалось у нее. – Хотя совсем разные. И, пожалуйста, ну какая из меня госпожа?

Женщина чуть ли не насквозь просветила ее откровенно оценивающим взглядом, заставив, кажется, покраснеть. И вдруг улыбнулась.

– Пожалуй, что и неплохая выйдет со временем. Я Гаирэ, можно просто Ира. Так что, помочь тебе переодеться? И, если захочешь, могу потом показать дом и парк.

Переоделась бы Дея и сама, но «показать дом» – о-о, это звучало крайне заманчиво!

– Да, пожалуйста, – быстро согласилась она. И вдруг призналась, хотя совсем не собиралась этого говорить: – Мне здесь не по себе.

– В доме? Или в Сигидале? – Дее показалось, что, спросив, Гаирэ уже знала ответ. Такое же чувство часто возникало с наставницей Халборд.

– Вы тоже гадалка? – и снова на язык вырвалась первая же мысль, и только потом Дея ответила: – В доме. Сигидалу я почти и не видела.

– Значит, та твоя наставница – гадалка, так? На которую я похожа и не похожа? Я предсказательница, и Кай сказал, что нам с тобой будет полезно пообщаться.

Они вернулись в комнату, и Дея ахнула, увидев разложенные на огромной кровати платья. Всего два, но какие. Одно, очевидно, для прогулок по городу – легкое, с рукавами-фонариками и летящей юбкой, радостной солнечной расцветки, и второе – наверное, вечернее, или то, что называют «для коктейлей», а может, здесь принято ходить в таком по дому? Шелковое, строгого силуэта, сливочно-белое с легчайшим кремовым оттенком. У Деи загорелись щеки от мысли, что оно подошло бы и невесте. Тьфу, вот же привязалось!

Но главное, пусть ей не приходилось даже мерить одежду известных брендов, опознать их она могла. И примерно знала, сколько стоят такие платья.

– Эти платья такие же, как этот дом! – выпалила она. – Слишком!

– Кай рассказал, как вы здесь оказались, – Дея не поняла, Гаирэ снова назвала на «вы» ее или имела сейчас в виду их с Гаяром обоих. – Он считает, что обязан возместить.

– Он совсем не обязан…

На самом деле Дея очень хотела надеть одно из этих платьев! Тем более, что как раз заметила и обувь в тон, босоножки для первого и открытые туфли для второго. Но не окажется ли она в долгу, приняв настолько дорогую помощь?

– А еще, – перебила ее Гаирэ, мимолетно дотронувшись до ладони, – в наших краях так принято. Уж если ты у кого в гостях, о тебе позаботятся. Не надо стесняться. Ты ничего не будешь должна взамен. В шкафу белье и всякие мелочи. И пара платьев попроще, если вдруг понадобится.

– «Вдруг»?

– Для пляжа эти точно не годятся. Одевайся, не пойдешь же ты обедать в таком виде.

– Обедать, – убито повторила Дея. Судя по всему, по виду дома, по этим платьям, обед здесь – целое мероприятие! Действо, для которого предусмотрена куча условий и условностей, о которых она понятия не имеет! – Я влипла, да?

Гаирэ тихо рассмеялась.

– Не паникуй. Поверь, тебе простят любую оплошность.

– Почему вдруг?

– Потому что тебе предсказатель семьи это говорит. Разве у тебя так не бывает, когда просто знаешь?

ГЛАВА 12. Возвращение

Все шло неправильно. Не так, как ожидал Гаяр. Будто он не удрал когда-то из семьи с грандиозным скандалом. Будто его все это время ждали и, черти б их всех побрали, любили. Все, от деда, в его неповторимо-ядовитой манере, до последней горничной.

Это заставляло напрягаться и ждать подвоха. Даже несмотря на разговор с дедом, довольно откровенный и, честно сказать, тем и удививший.

Или его ожидания были категорически ошибочными?

«Семье нужен каждый», он не забыл эту простую формулу, руководство к действию для поколений его предков. Если судить по ней, конечно, он был нужен. Правильное воспитание, сильная магия, хотя и недостаточно темная, а за все эти годы еще и опыт неплохой приобрел. В сложных делах семьи всегда найдется, куда применить такого мага.

Но ведь была и другая формула. «Предавший раз – предаст и снова». Отступникам не было пути назад. Их могли оставить жить, если отступничество не слишком вредило семье, но принять обратно – нет. Или его не считали ни отступником, ни предателем? Но тогда – кем? «Блудным внуком», как пошутил Кай? Не смешно.

В семнадцать лет Гаяр был уверен, что понимает свою семью. В двадцать восемь – терялся в догадках и не знал, что думать и что решить. Рассказывайте после этого о пользе жизненного опыта!

Так что на обед он шел в совершенно раздерганном состоянии.

И в десятке шагов от малой столовой столкнулся с Каем.

Тот мазнул по нему взглядом. Иронично приподнял бровь.

– Слишком напряжен. Расслабься, никто не собирается тебя убивать.

– Добавь еще: «паркет портить».

– Насчет паркета не переживай, у нас есть реставраторы. Неплохие.

– Рад за нас.

Каким образом у него вырвалось это «нас», он сам не понял. Кай снова приподнял бровь, но цепляться за оговорку не стал, а вместо этого спросил:

– Где Дея? Думал, ты приведешь.

Гаяр в сердцах хлопнул себя по лбу. Даже не подумал. А должен был.

– Я даже не узнал, где ее поселили.

– Четвертый этаж, первый номер западного крыла.

– Апартаменты для важных гостей?

Кай пожал плечами:

– Почему нет?

– Схожу за ней.

Но идти не пришлось – только повернулся к лестнице, как показалась Дея в сопровождении Гаирэ. Та почти не изменилась за годы, разве что стала еще фигуристей. А вот Дея… Оказывается, некоторым, чтобы измениться, не то что годы не нужны, а даже получаса много. Достаточно переодеться. Дея выглядела так, что захотелось глаза протереть. А потом – схватить это чудесное создание, спрятать ото всех и никому, никогда, ни на мгновение не отдавать. Как яркий луч солнца, прорезавший успокаивающий сумрак вечно сонных коридоров – тоненькая, стройная, в золотисто-желтом платье, с рассыпавшимися по плечам золотыми локонами, да ещё на фоне жгучей брюнетки Иры, всегда носившей черное…

– Дурак будешь, если упустишь, – едва слышно сказал Кай.

И Гаяру совсем не захотелось объяснять, что они с Деей друг друга и не знают практически, что да, он на нее давно обратил внимание, а она? Потому что Кай дело сказал. Тот белобрысый больше не ее парень, девушка свободна, так почему бы не занять освободившееся место в ее сердце?

«Прекрасно выглядишь», – хотел сказать он, но поймал ее взгляд и порадовался, что не успел. Слишком напряжена. Хуже, чем он сам. Как будто тоже ждет подвоха, не понимая, какого и почему. И банальные, заезженные комплименты – худшее, что можно сейчас придумать.

– Как ты, отдохнула? – Гаяр подал ей руку ладонью вверх, предлагая опереться. – Надеюсь, комната тебя не шокировала. Кай, похоже, решил пыль в глаза пустить, нашел для тебя лучшую.

– Зачем? – она перевела взгляд с него на Кая.

– А почему нет? – с легким удивлением отозвался тот. – После всех злоключений вы заслуживаете хоть какой-то компенсации, а ведь это я так глупо вас выдернул. Ира, ты с нами? – протянул руку предсказательнице, повторяя жест Гаяра, так что в столовую они вошли двумя парами.

Дед уже был там, а с ним – госпожа Анериэ, и Гаяр тут же задался вопросом, почему. Вроде бы, прежде тот не таскал секретаршу на семейные обеды. Что-то изменилось в их отношениях за эти годы? Или хотел, что бы та посмотрела на Дею? Гаирэ и Анериэ вдвоем действительно могли дать девушке всеобъемлющую оценку.

На всякий случай он выпустил немного своей магии, успокаивая ее.

– Все хорошо, – слегка укоризненно сказала Дея.

– Прости. Не хочу, что бы ты нервничала.

– Не буду, – с легкой насмешкой пообещала она.

На самом деле обед в обществе Старшего Босса Отрелио мог заставить нервничать кого угодно. Но Дея не вполне понимала, куда попала, а дед сдерживал свою язвительность и больше смотрел и слушал, чем говорил. Отдал инициативу Каю и Анериэ, и те на удивление ловко раскрутили гостью на доверительный разговор. Скорее всего, Дея не была совсем откровенной, но вряд ли сама поняла, насколько много рассказала о себе – учитывая возможности семьи добывать информацию, опираясь на незначительные факты и случайные оговорки.

– Вы погостите у нас, – дед помедлил, что-то высчитывая в уме, – дней десять, пожалуй?

На самом деле это не было вопросом, скорее распоряжением, не предусматривающим возражений. Гаяр понимал, зачем, но поняла ли Дея? Он не вмешивался: прежде чем начинать борьбу за сердце девушки, неплохо бы убедиться, что та достаточно умна. Красота, магия, характер – это многое, но далеко не всё.

Дея задумалась на несколько мгновений. Вежливо склонила голову:

– Да, благодарю вас.

Принесли десерт. Гаяр смотрел на блюдо с сырными слойками, и в груди ворочался колючий жаркий ком. Любимое лакомство его детства точно не могло оказаться сегодня на столе случайно.

Гаирэ коснулась его руки, сказала тихо:

– Тебя ждали, Гай. Долго ждали и очень рады. Ешь, это для тебя.

И ей, той, что знала больше их с Каем детских секретов, чем любой другой, включая мать с отцом и деда, той, что покрывала их шалости, предсказывала удачи и неприятности и сама варила зелья, что бы залечить их царапины, он не смог сказать, как сказал Анериэ: «Я здесь в гостях». Он взял слойку, засунул в рот сразу половину, как в детстве, и захрустел, зажмурившись от удовольствия.

ГЛАВА 13. Как работают проклятия

– Значит, сама себе ты гадать не можешь, – Гаирэ провела кончиками пальцев по ладони Деи – мягко, щекочуще. Так же, как делала это и сама Дея, прислушиваясь к чужим судьбам – едва касаясь, потому что на самом деле важны совсем не линии на ладони.

Они сидели в беседке в глубине сада, а беседка стояла на сваях в мелком, но широком пруду, и к ней вел единственный мостик, изогнутый плавной дугой. В зеленоватой воде лениво шевелили плавниками огромные зеркальные карпы, на поверхности у самой беседки цвели белые водяные лилии. Красиво, но Гаирэ выбрала это место, «потому что здесь никто не помешает секретничать».

– Это так обидно, – призналась Дея. – Несправедливо. О других узнать можешь, а о себе – нет.

– Погадать тебе?

Тот самый вопрос, который она привыкла задавать другим, но ни разу еще не слышала сама – всерьез. Девчонки из школы не считаются, ни у одной из них нет настоящего дара, их гадание – всего лишь игра. Наставница Халборд «посмотрела» ее один раз, в самом начале, для себя какие-то выводы сделала, но с Деей делиться ими не стала. А бабушка и вовсе…

– Бабушка всегда говорила, что гадалке лучше не смотреть свою судьбу. А я не понимаю, почему?

– Потому что судьбы нет, есть только бесконечный выбор. В каждой точке твоего пути, каждый миг. Если пристрастишься постоянно проверять, туда ли идешь – недолго и спятить. Твоя бабушка, похоже, сама поставила тебе этот блок. Мудро, на самом деле.

– А снять можно?

– А нужно ли? – Гаирэ покачала головой. – Всему свое время. Ты сама почувствуешь. Так что скажешь, посмотреть тебя?

– Да, – голос дрогнул, а сердце заколотилось. Дея медленно вздохнула. Глупо так сильно волноваться.

Голос Гаирэ, грудной, бархатистый, стал ниже и глуше.

– Делаешь вид, что знаешь свой путь, а на самом деле – идешь с закрытыми глазами. Доверяешь не тем, обжигаешься снова и снова. Ты знаешь, что это проклятие, девочка? Не твое, кому-то из предков досталось: всегда выбирать худшее. Пути в никуда. Тяжелая работа за никчемные деньги, любовь к тем, кто предаст и продаст, талант все испортить на ровном месте. Никто не снимет, кроме тебя самой. Но ты – можешь снять.

Услышать такое… Как будто слон лягнул в грудь: вышибло дух, а снова вдохнуть – не получалось. Слишком больно. А главное, словно плотину в мозгу прорвало, и тоннами ледяной воды обрушились на голову факты, случаи, оговорки, всё то, что и сама могла бы заметить, обдумать и сделать выводы.

Предсказание – не угадывание, а подсказка от судьбы. Сколько раз она так говорила, но сама только сейчас поняла до конца. И как это ощущается – тоже. Будто упала застилавшая глаза пелена, и оказалось, что стоишь на самом краю обрыва. Вперед, как раньше шла – нельзя, и как свернуть – непонятно.

– Куда идти? – она даже не поняла, что сказала это вслух, пока не услышала ответ Гаирэ:

– Важно не «куда», а «как». С открытыми глазами.

Дея крепко сжала руки, пытаясь унять дрожь. Получалось плохо.

– Это можно снять? Как-нибудь, я не знаю, ритуалом? Или… Я слышала, есть маги-целители, которые проклятья снимают?

Гаирэ качнула головой.

– Это не те проклятья. Целитель снимет то, от чего ты могла бы умереть. Или не умереть, а… гадости разные бывают. Есть и такие, с какими сам жить не захочешь. Ритуалисты – это если ауру перекорежат. Связи порвут. Привязку нацепят, – перечисляла, а Дею начинало колотить от ужаса. Что ей делать, если все-таки попадется на «привязку»? Знакомых ритуалистов у нее нет, только школьные профессора, но где гарантия, что они не скажут, как Роман, «тебе выпал шанс, радуйся»? – А у тебя родовое. Отвратительная пакость как раз из-за того, что никто посторонний не снимет. Только член рода, который сумеет сломать навязанный роду шаблон. Понимаешь?

– Не очень, – призналась Дея. – В школе обо всех этих родовых заморочках вообще ничего не рассказывают. «Кому надо, тот знает, а кто не знает, тому и незачем»! И в целом о проклятиях тоже мало. Я и не думала, что они тоже родовые бывают.

– Это большая тема, – задумчиво сказала Гаирэ. – Быстро не объяснишь. Но если только о тебе, сама можешь понять, как оно работает. Твой шаблон – это, если по-простому сказать, те грабли, на которые ты наступаешь снова и снова, хотя уже разбивала себе лоб. Тот огонь, который уже обжигал тебя, но ты снова суешь в него руки.

Дея вскочила, схватилась за перила. Крепко, будто только эта ненадежная опора отделяла ее от падения в пропасть.

– То есть, если один раз обманул парень, в которого я была влюблена и которому верила, второй раз – снова то же самое, нужно всего лишь перестать влюбляться и верить парням?

Карпы подплыли ближе. Они что, решили, что их будут кормить? Разве что тушкой свежей утопленницы, но до таких глубин отчаяния Дея пока не докатилась. И надеялась, что не докатится. Еще чего не хватало, в самом деле!

Гаирэ встала рядом, чуть боком. Вроде и на нее глядит, но не настырно, а так, вскользь. Приподняла брови, не удивленно, а, пожалуй, иронично:

– Перестать влюбляться? На первый взгляд хороший способ, но на самом деле это все равно что… – задумалась на несколько мгновений, кивнула каким-то своим мыслям и продолжила: – Все равно что ты упала и рассадила коленку, а потом взяла да и перестала ходить вообще. Ведь, если не ходить, то и не упадешь и даже не споткнешься. Все хорошо, коленки целые, а на самом деле?

– Учиться ходить? – буркнула Дея. – Понять бы еще, как. Я же не могу заглянуть каждому в голову. Все они говорят, что любят, а потом…

– А ты зачем слушаешь? Не слушай.

Не слушать?

– Не люблю давать советы, но у твоей матери, скорее всего, такая же проблема, вот она тебя и не научила. Не слушай мужчин, смотри на них. Не на внешность, нет. На дела. Слова без дел ничего не стоят. Зато дела могут говорить без слов.

Помолчала, старательно рассматривая карпов, будто впервые их видела. Дея оценила: ей нужно было немного времени, чтобы… а правда, зачем? Прийти в себя от сокрушительной новости? Подумать о словах и делах, о том, кто, как и чем производит на нее впечатление, почему именно так и не пора ли пересмотреть критерии? Определенно, пора. А заодно – откопать где-то в самой глубине души умершую, казалось, уже навсегда надежду.

Она научится. Ходить, не разбивая коленки, научилась ведь когда-то. Жить, не разбивая собственное сердце, тоже научится.

– По крайней мере, второй раз прошел легче первого, – сердито сказала она. – Я точно не настроена страдать несколько лет. Зато очень хочется принять предложение Гая…

– Предложение?.. – брови Гаирэ изумленно взлетели к самым волосам.

– Набить Роману морду. Он предлагал.

– О-о… Соглашайся. Непременно соглашайся, – предсказательница выглядела очень довольной и советовала явно от души. Может, и правда?..