Текст книги "Летучие пленники"
Автор книги: Алексей Владимиров
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
Война Лазурного берега
У солидного дома, в котором находилась одна из недавно возникших парижских фирм, собралась толпа зевак. Над входом в здание красовалась невесть кем намалеванная надпись: «Не покупайте духов нашей фирмы! Ядовитая подделка!»
«Кому это понадобилось? – гадали прохожие. – Не станут же работники фирмы себя порочить!»
А те в ответ на расспросы только пожимали плечами. Хотя прекрасно знали, чьих рук это дело.
На Лазурном берегу, возле города Грасса, на многие километры тянулись цветочные плантации. В зависимости от времени года отсюда на фабрики отправляли гвоздику, фиалки, жасмин, герань. Из душистого сырья получали эфирное масло. А оно становилось духами.
Душистые изделия Лазурного берега приносили немалые доходы. Они пользовались известностью чуть не во всем мире. И вдруг у них появились соперники.
Началось все с ванили…
Это растение относится к семейству орхидей, славящихся красотой цветов. Красив и лимонно-желтый цветок ванили. Но он не имеет запаха. Не пахнет и зеленый стручок с семенами. Аромат таится в семенах-бобах, напоминающих фасоль.
Родина ванили – Мексика. С тех пор как европейцы проникли в Южную Америку, пахучие бобы вывозили во многие страны. Ваниль требовали и кулинары, и создатели душистых составов.
И вдруг оказалось, что пахучее начало мексиканки-ванили можно получить из северных хвойных деревьев.
Для этого весной очищали дерево от коры. Затем скребками снимали верхний, нежный и сочный слой вплоть до древесины. Из него после длительной обработки – кипячения, фильтрования, охлаждения – получали кристаллы кониферина. А из этого вещества после химической обработки извлекали игольчатые кристаллы ванилина.
В 1874 году была построена первая фабрика для производства пахучих кристаллов ванилина.
Вслед за тем был открыт способ получения гелиотропина – вещества с запахом цветка гелиотропа. Потом создан йонон – пахучее вещество с запахом фиалки. Затем – искусственный мускус…
Владельцы цветочных плантаций забеспокоились: в искусственных душистых веществах они увидели угрозу своим доходам. И объявили войну конкурентам. По их приказу продажные писаки высмеивали новые душистые вещества, называя их подделками и фальшивками. Подручные хозяев Лазурного берега нанимались на работу в только что организованные фирмы, чтобы выведать их планы, а заодно и опорочить ученых, работающих над созданием новых ароматов.
Тем не менее искусственные душистые вещества становились всё необходимей. Они помогали рождению новых ароматов. К тому же искусственные душистые вещества были гораздо доступнее натуральных. Их получение не зависело от капризов природы.
Владельцы плантаций стали распространять слухи о ядовитости искусственных душистых веществ. Они надеялись отвратить покупателей от изделий новых фабрик и фирм. Но и эта выдумка не помогла. Искусственные душистые вещества всё шире входили в жизнь. Война, затеянная Лазурным берегом, была проиграна.
Тайник
Рабочие спустились по крутым ступеням в подвал фабрики. У того, кто помоложе, в руках фонарь. У пожилого – ломик.
Медленно двинулись они по каменным плитам, устилавшим пол. Каждую надо простучать: авось звук выдаст пустоту. Вот и еще рядок плит. И еще. Нигде нет тайника…
Тот, кто помоложе, вздохнул:
– Пустое занятие.
– Не спеши! Дело стоит того! – отрезал пожилой и снова застучал ломиком.
До революции в России почти не производили душистых веществ – привозили из-за границы. Правда, сырье часто оказывалось русским. Так было, например, с анисовым маслом. Оно привозилось из Германии, а готовили его из выращенного в Воронежской губернии аниса.
Большим спросом пользовались в России французские духи. А секрет их тонкого аромата во многом объяснялся мускусом, который французские фабрики получали из Сибири.
Вдоволь было в России сырья и для производства искусственных душистых веществ. Но их вовсе не производили. Предприятия, выпускавшие душистые составы, работали почти полностью на привозном сырье. И обслуживались в основном иностранными специалистами. Да и предприятия были маленькие, с примитивным, почти кустарным оборудованием. А после трудных лет гражданской войны находились к тому же в полном запустении.
Не лучше было положение и здесь, на фабричке, именовавшейся «Петербургской химической лабораторией». Казалось, не удастся пустить ее никогда. В цехах пыль и грязь. Чаны заржавели, пришли в негодность.
Впрочем, с этой бедой еще можно было как-то сладить: то подчистить, то подлатать. А вот где взять душистое сырье? Ну хотя бы на первое время.
– Будет сырье! – обнадежил один из старых рабочих. И рассказал, как в один из послереволюционных дней случайно услышал разговор бывшего владельца фабрики с управляющим.
Разговор шел о душистых маслах: как поступить с такой ценностью? Чтобы получить грамм розового масла, нужно вырастить тысячу роз. Чтобы добыть килограмм жасминового – около десяти миллионов цветов. Душистое масло ценилось на вес золота. И хозяин распорядился: «Надо припрятать!»
Испортиться масло не могло. Его и через двести лет можно пустить в дело, если хранить не в жестяном или железном сосуде и уберечь от воздействия солнечных лучей. Свет изменяет свойства душистых веществ, разрушает их.
Для поиска отрядили рабочего, который сообщил добрую весть. А в помощь – одного из новичков.
Начать решили с подвала. Обстучали все стены и плиты пола. Некоторые даже подняли – нигде ничего. Обшарили все закоулки в цехах – безрезультатно. Многим уже стало казаться, что все это пустая затея. И вдруг посчастливилось.
Решили осмотреть деревянную пристройку во дворе. Разгребли завал старых чанов, сливных баков и под ними обнаружили тайник. Там стояли завернутые в полотно бутыли с эфирным маслом.
Увиденные невидимки
Наверно, каждому приходилось видеть «чудеса», творимые фокусником. Вот только что у него в руке был шарик – и нет его! Как сквозь землю провалился!
Нечто подобное происходит со стеклянной палочкой и душистым кедровым маслом. Его получают из «живицы» сибирского кедра.
В стакан с прозрачным кедровым маслом опускают стеклянную палочку. Едва ее кончик погрузился в масло– пропал. Погрузилась вся палочка – будто и не было ее, исчезла!
Может, палочка растворилась? Нет, просто стала невидимкой.
Это «чудо» оказалось кстати не для фокусников, а для ученых.
У нашего зрения есть пределы. Предмет меньше чем в семь-восемь сотых миллиметра уже не разглядишь.
А человек издавна стремился сделать свои глаза более зоркими. При археологический раскопках древних городов не раз находили простейшие оптические приборы – линзы из отшлифованного горного хрусталя, а затем и из стекла.
Эти линзы – первый шаг к тому, чтобы увидеть невидимое. Правда, прошло много лет, прежде чем линзы открыли все свои возможности. Этого добился голландец Левенгук. С помощью созданных им линз люди заглянули в невидимый ранее мир.
Алая кровь оказалась прозрачной жидкостью, в которой плавали крошечные красные шарики.
В настое перца кишели разнообразные «зверьки» – микроорганизмы.
Создание голландского оптика теперь назвали бы лупой. Он использовал только одну линзу. Но примерно с той же поры делались попытки применить сочетания линз так, как это делается в современных микроскопах. Это обещало во много раз увеличить изображение, сделать глаза еще более зоркими.
Первые попытки успеха не принесли. Изображение так искажалось, что над микроскопистами смеялись, будто они «изучают пятна в своих глазах». Изображение и в самом деле оставляло желать лучшего.
Долгие годы бились над усовершенствованием микроскопа. Для этого испробовали множество средств. И среди них – душистое кедровое масло.
Каждое вещество на пути луча света – препятствие. Если свет проходит через него, он преломляется. Причем каждый раз по-своему. Как сказали бы ученые, у каждого вещества свой угол преломления. А вот у стекла и кедрового масла один и тот же. Для луча света все равно – что стекло, что масло. Поэтому-то и происходит «чудо» исчезновения стеклянной палочки в кедровом масле.
За это свойство душистого масла и «ухватились» микроскописты. Лучшего материала для склеивания оптических стекол не найдешь, как ни старайся. Прямо фокус: было два стекла, стало одно. И следа такого «клея» не заметишь.
Впрочем, дело не только в этом. Слой душистого масла, помещенный между окуляром микроскопа и рассматриваемым предметом, помог сделать изображение четким и ясным.
Причем такими свойствами обладает не только кедровое, но и пихтовое масло – так называемый пихтовый бальзам. Его приготовляют из пихты.
Душистые масла помогли увидеть не видимый простым глазом мир.
Муравьиная работа
В одной из древнегреческих легенд рассказывается об испытании, которое выпало на долю скромной девушки Психеи. Богиня Венера приказала ей разобрать по зернышку гору пшеницы и овса: в одну сторону пшеничные зерна, в другую – овсяные.
Плохо пришлось бы Психее, если бы не муравьи. Несметные полчища насекомых пришли девушке на помощь и растащили гору овса и пшеницы по зернышкам…
Но бывает, что и на самом деле надо выполнить примерно такую же работу.
Высится гора перемолотой в мельчайшие песчинки руды. Кажется: есть руда, будет и металл. Да не тут-то было. Загружать руду в плавильную печь – все равно что засыпать печь песком. На одну песчинку чистой руды приходится сто, а то и много сотен песчинок пустой породы. Из такой руды металла не выплавишь. Сначала надо отделить полезные песчинки от ненужных. А как отделить? Кажется, только муравьям это под силу.
Можно и без их помощи обойтись. Конечно, просто так, вручную, толку не будет. А вот если использовать…
Впрочем, лучше по порядку.
Прежде всего измельченную руду – чем меньше будут песчинки, тем лучше – засыпают в громадный бак. Затем туда вливают душистое сосновое или эвкалиптовое масло. Каждое из этих веществ обладает любопытным свойством. Масло обволакивает песчинки чистой руды и не подпускает к ним воду, не дает смочить. В то же время помогает песчинкам пустой породы напитаться влагой.
Воду наливают в бак вслед за эфирным маслом. Потом пускается в ход электрическая мешалка. Смесь – так называемая пульпа – взбаламучивается, перемешивается.
Теперь пора приниматься за «муравьиную» работу – отделять полезные песчинки от ненужных.
В бак снизу пускают струю воздуха. Вся пульпа словно вскипает, пронизывается множеством пузырьков воздуха. Они стремятся пробиться к поверхности. Вот тут-то и проявляется драгоценное свойство эфирного масла.
Песчинки чистой руды, обработанные маслом, так и липнут к пузырькам. Пузырьки поднимаются на поверхность и прихватывают с собой полезные песчинки. А насквозь промокшие песчинки пустой породы пузырьки подхватить не могут – они опускаются на дно.
Пузырькам нет числа. Словно мириады воздушных шариков, поднимаются они со дна на поверхность. Всплывают и прихватывают с собой ценный груз. Эта операция и называется флотацией – от английского слова «флотейшн», что значит «всплывание», «выныривание».
Глядишь, в баке уже пузырится рудная пена. За один час пузырьки выносят на поверхность десятки кубометров чистой руды. Остается только снять полезные песчинки, а песчинки пустой породы, осевшие на дно, сбросить в отвал.
Человек взял в союзники всего-навсего воду, воздух и душистое масло, а гора песчинок оказалась разделенной. Теперь можно браться за выплавку металла: свинца или меди, цинка или золота.
Многие металлические руды вообще нельзя было бы использовать, если бы люди не научились выполнять «муравьиную» работу.
Овощной фимиам
Около тысячи лет назад, рассказывается в одной восточной легенде, при дворе хана жил старик садовник. Плоды и цветы, которые он выращивал в саду своего властелина, славились далеко за пределами страны.
В саду было немало диковинных растений. И среди них маленькое грушевое деревце, которое хан получил в подарок от индийского магараджи.
Однажды хан сказал старику:
– Этой осенью плоды с грушевого дерева должны украсить мой стол. Иначе не сносить тебе головы.
Сердце садовника сжалось. Плоды груши вызревали только в очень жаркое лето. А в этот год оно было ветреным и холодным. Старик день и ночь не отходил от дерева: утеплял, подкармливал. Но над садом пронесся свирепый ураган, сбил с дерева еще незрелые груши.
Теперь спасти садовника могло только чудо. Он собрал плоды, принес в свою тесную хижину. Потом взял курильницу с горячими углями, положил сверху душистого ладана и стал молить богов, чтобы они помогли ему.
Три дня подряд «курилась» курильница. Три дня струился в хижине сладковатый дымок фимиама. И чудо свершилось: груши стали янтарно-желтыми, дозрели.
Прошли века, и кто-то решил проверить: может ли случиться такое?
Душистый дым ладана действительно оказывал на незрелые плоды волшебное действие. Но прошли еще долгие годы, прежде чем выяснили, почему это происходит.
Оказалось, что «виновник» чуда – бесцветный газ со сладковатым запахом, который обнаружили в дыме ладана: этилен. Его к этому времени научились получать из нефти и природного газа. А вслед за тем превращать в полиэтилен. «Царь пластмасс» – так назвали материал химики.
Из полиэтилена делают легкие и прочные водопроводные трубы, покрытия для мебели, небьющуюся посуду, флаконы для духов. А полиэтиленовая пленка? Пожалуй, лучшего упаковочного материала не придумаешь. Если завернуть в пленку хлеб, он и через неделю останется таким же свежим. А можно превратить пленку в мешок, похожий на громадную колбасу. Она заменит громоздкую баржу. Буксир без труда потащит за собой такие «колбасы» с грузами, например с нефтью. Можно из пленки соорудить парники и теплицы. Можно сделать укрытие для зерна. Не перечислишь всего, на что идет материал, рожденный газом со сладковатым запахом.
А вот почему этилен так чудодейственно влияет на плоды, выяснилось сравнительно недавно.
Оказалось, что бесцветный газ образуется в мякоти плодов. В зрелых плодах и овощах его много. В зеленых – мало. Окурить их этиленом – значит насытить веществом, необходимым для созревания.
Старик садовник довел до спелости плоды одного дерева. В наши дни так поступают со многими тоннами плодов и овощей. Слуга хана разложил плоды в своей хижине. Теперь их помещают в специальную этиленовую камеру. Иногда укладывают прямо на полки. Иногда вносят в ящиках с отверстиями. Садовник окуривал плоды дымом ладана. В камеру раз в сутки вдувается чистый этилен. Лимоны, яблоки, груши, помидоры созревают в два, а то и в пять раз быстрее, поглощая газ со сладковатым запахом – овощной фимиам.
Невидимые защитники
Когда профессор Томского университета Борис Токин сделал сообщение о своем открытии, к нему отнеслись с недоверием. Казалось невероятным, что растения могут выделять какие-то невидимые летучие вещества, убивающие микробов.
Однако простейший опыт рассеял недоверие.
Стеклянная банка с плотно притертой пробкой, в которую вставлена стеклянная трубка. К стеклянной трубке подсоединена резиновая. Она ведет к стеклянному колпаку.
Под колпаком – измельченные листья черемухи. В банке – предметное стекло микроскопа с каплей, в которой снуют простейшие организмы – инфузории.
Через полчаса вынимают из банки предметное стекло, кладут под окуляр микроскопа. Инфузории неподвижны: погибли.
Если положить под колпак измельченные листья черной смородины, эвкалипта, луковую кашицу, результат будет тот же. Невидимые вещества, губители микробов, таятся и в эфирных маслах, в хвое и смоле хвойных деревьев.
Около пятисот растений выделяют невидимые защитные вещества. Фитонциды – так назвали их – спасают растение от вредителей, уничтожают микробов гниения.
Гектар лиственного леса выделяет летом за день 2 килограмма летучих фитонцидов, хвойного – 5 килограммов, а можжевельника – 30 килограммов. Такого количества хватило бы для того, чтобы убить всех микробов в среднем по величине городе. Вот почему целительной силой обладает лесной воздух.
Впрочем, не отстают и комнатные растения. Герань, например, снижает содержание микробов в воздухе почти вдвое. Мелкоцветная хризантема еще больше. А избавиться от микробов – значит избавиться от болезней.
Теперь стали ясны многие целительные свойства растений: фитонциды расправлялись с болезнетворными микробами. В летучих веществах распаренных душистых растений лечебная сила «чепучинного сидения». Этот способ лечения дыхательных путей применяется и поныне.
Правда, теперь не приходится ни запираться в дощатую камеру, ни парить душистые травы. Для этого пользуются специальным прибором – ингалятором. В него вносят эфирное масло эвкалипта, кипариса или мяты. Больной вдыхает пахучие испарения, а вместе с ними летучие целительные вещества.
Фитонциды открыты около сорока лет назад. За это время они стали постоянными помощниками врачей.
В годы Отечественной войны во фронтовых госпиталях гнойные раны лечили кедровой «живицей» и кашицей лука. Фитонциды смолы и лука дезинфицировали рану, помогали ее заживлению.
Из чеснока начали изготовлять целый ряд лекарственных препаратов. В том числе сативин – лекарство от дизентерии.
Во многих лабораториях изучают возможности использования невидимых летучих веществ. Для этого не обязательно превращать их в порошки и микстуры.
Дышать целебным смолистым воздухом можно и в помещении. Стоит лишь зажечь ароматическую свечу, в состав которой входит душистая смола. Если воздух насыщен ароматом смолы – значит, он чист. Здоровье человека оберегают фитонциды – наши невидимые защитники.
Апельсиновый «холодильник»
Каждый знает: для того чтобы сохранить продукты, их нужно положить в холодильник.
А если наоборот?
Как будто такого быть не может… А вот бутылка молока простояла около двух месяцев, и молоко не испортилось, потому что «холодильник» был в самом молоке. Точнее, эфирное масло апельсина. Еще точнее – вещество, которое входит в состав масла.
Фитонциды цитрусовых масел – сущий яд для вредоносных гнилостных микробов. Этим и объясняется чудодейственное свойство сока цитрусовых плодов, которое подметили еще в древности. В ту пору соком апельсинов, лимонов, мандаринов заливали мясо и рыбу, чтобы сохранить их впрок.
Конечно, сейчас нет смысла беречь мясо или рыбу в апельсиновом соке. Но вот воспользоваться таящимися в нем веществами – другое дело.
Для начала этими веществами насытили молоко. Оно сохранило свои свойства в течение семи с половиной недель. Правда, молоко приобрело непривычный привкус. Не беда. Можно воспользоваться такими веществами, вкус и запах которых окажутся кстати. Да не только в молоке дело! Эфирные масла способны сохранять множество других необходимых продуктов.
Пройдет немного времени, и, быть может, для всех станет привычным апельсиновый «холодильник».
Букет для тараканов
Никто не знает когда родился обычай приносить в дом свежесрезанные ветви деревьев. Но появился он не случайно. Ветви деревьев радовали сочной зеленью и ароматом.
Впрочем, иногда люди срезали ветви не для того, чтобы самим наслаждаться их запахом, а для того, чтобы его почувствовали… насекомые.
Кому приятно, если над столом кружит целый рой мух или влетают в окно жуки и садятся куда попало. Ни спокойно посидеть, ни заснуть! Множество средств нашли люди, чтобы отделаться от надоедливых насекомых. И среди них – запах.
Оказалось, что насекомые недолюбливают, а то и «боятся» запаха некоторых растений. Дело тут в летучих веществах – фитонцидах. Они губительно действуют не только на микробов. Летучие вещества черемухи, например, могут убить мышь. Что же удивляться, если эфирное масло кориандра – растения с ребристым стеблем и коричнево-желтыми плодами – убивает мух, жуков. А от пахучих ветвей эвкалипта мухи и жуки спешат улететь подальше – так им неприятен этот запах.
Впрочем, мало ли насекомых, досаждающих людям. Ну хотя бы тараканы. И продукты губят, и заразу разносят.
В таких случаях раньше отправлялись в лес за ветвями пахучей бузины, за букетом для тараканов: они этого запаха не переносят.
Пахучее пугало
На деревянной крестовине потрепанная рубаха, сверху видавший виды картуз. Испокон веков так отпугивали птиц. Только вот беда: птахи быстро привыкают к «страшилищу».
И вот уже на пернатых кричат, машут руками. А они отлетят на минуту-другую – и опять на грядки.
Ну как их отпугнуть, на каком языке погрозить «убирайтесь подобру-поздорову»? Да так, чтобы послушались!
На «языке запахов». Ведь именно на нем «переговариваются» животные друг с другом. Иногда сообщают «последние новости»: «Здесь пищи не добудешь», «Здесь она есть». Иногда метят границы своих владений. Так, например, как это делает кабарожка. Есть у многих животных и химический пахучий сигнал тревоги. Ну хотя бы у пескаря. Кожа рыбешки, если ее поранят зубы хищника, выделяет вещества, запах которых предупреждает сородичей об опасности. Они пускаются наутек.
А муравьи «бьют тревогу», брызгая из находящейся на брюшке желёзки пахучей кислотой. В муравейнике тотчас поднимается переполох.
Вот бы разгадать секрет пахучих сигналов. Ну хотя бы освоить «язык» насекомых. Тогда, пожалуй, удалось бы отделаться от тех из них, кто приносит вред. Люди издавна вели с ними войну, но не всегда оказывались победителями.
Жители древнегреческого города Миуса, расположенного в дельте реки Меандр, не выдержав нашествия комариных полчищ, переселились в другое место.
История сохранила рассказ и о том, как персидские войска сняли осаду города Несибиса из-за того, что гнус напал на вьючный скот и боевых слонов.
Гнусом называют племя кровососущих насекомых: комаров, мошек, слепней. Они и сейчас приносят немало бед. Мириады безжалостных кровопийц забираются под одежду, лезут в глаза, уши. У людей от их укусов поднимается температура, иногда их приходится класть в больницу.
Животные, измученные гнусом, начинают худеть, меньше давать молока. К тому же насекомые, вонзая хоботки в кожу животных, разносят болезни.
В таком случае не лучше ли расправиться с насекомыми одним махом?
Один американский делец, владелец роскошных отелей, так и поступил. Постояльцы жаловались на назойливых насекомых: мешают гулять по лесу. Вот делец и уничтожил насекомых с помощью ядохимикатов. Он надеялся этим привлечь постояльцев, а отели вскоре совсем опустели.
Исчезли насекомые – пернатые остались без пищи и покинули эти края. Лес стал чахнуть, «лысеть». Кого привлечет местность, где нет ни деревьев, ни птиц?
Нет, куда разумнее не уничтожать насекомых, а отпугнуть их, «заговорив» на их пахучем «языке».
Но сначала надо раскрыть химический состав «пахучих пугал». Да еще проверить их в действии, чтобы не прогнать ненароком вместе с «врагами» и «друзей».
Первые такие вещества появились в начале нашего века. Их назвали репелентами, что в переводе с французского языка значит «отпугивающие». Нелегко далось их создание. Из 22 тысяч появившихся «отпугивателей» оказались пригодными только 70. Среди них и репеленты против гнуса. Их наносят на кожу, ими пропитывают палатки, одежду, опрыскивают скот.
Мировую известность получил созданный советскими учеными препарат ДЭТА. Он отпугивает все разновидности гнуса. Стоит нанести его на кожу, и крылатые кровопийцы не подлетят в течение 20 часов.
Создано и пахучее вещество, отпугивающее акул. Подводные хищники не переносят запаха гниющего мяса своих сородичей. Оказалось, что этот запах можно воссоздать с помощью уксусной кислоты. На ее основе был получен противоакулий препарат. Пользуясь им, водолазы спокойно погружаются в глубины моря.
Но все это только начало. С помощью репелентов можно обороняться и против наземных хищников и управлять косяками рыб. Сейчас даже трудно угадать, какие возможности откроются у этих пахучих веществ в будущем.
Казалось же когда-то, что не удастся создать пахучее вещество для отпугивания птиц. А его создали из отходов завода, производящего азотные удобрения. Вреда от этого вещества ни почве, ни птахам. Но, услышав пахучий сигнал «спасайся!», птицы улетают надолго.
Впрочем, отделаться от незваных гостей можно не только с помощью «пахучего пугала».
