Текст книги "RPG: Все еще десятник. Том 7 (СИ)"

Автор книги: Алексей Щинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Распустив всех, я подозвал к себе командиров десятков и начал расспрашивать о том, что кому удалось узнать. И подробностей приказов раскрылось достаточно много. Не так давно, со слов старшего помощника того замыкающего корабля, враги должны были организовать высадку на нужный нам остров, чтобы отвлечь часть сил гарнизона на восточную его часть. Тут же передали бумагу, в которой это обозначалось.

– Получается, спасли положение, но не спасли от десантной операции Афин, – хмыкнул я. – Если три корабля для отвлечения не такого уж и многочисленного гарнизона… то в десантной операции должно принимать участие кораблей десять. Если там так же, гребцы тоже воины, то полторы тысячи человек для штурма… это много на самом деле.

– Если не две тысячи, – нахмурился Талос, который подошёл примерно в самом начале нашей беседы. – У них до двух сотен человек спокойно поместится на кораблях. Так что не удивлюсь, если они смогут удивить.

– Значит, нужно организовать оборону на острове, гарантированно наши не знают о том, что их ждёт в ближайшие несколько дней, – пожал я плечами. – Придётся Нике и Палиасу нас чуть дольше подождать.

– Зато опыта наберутся побольше, – усмехнулась Артамена, которая оказалась рядом. – Может, смогут понять что-то там, чтобы совершить прорыв в мастерстве. Со слов Геры, я была на грани этого прорыва, но что-то пошло не так, не смогла ухватиться за нить.

– Богиня⁈ – удивился один из десятников.

– Девушка, которую назвали в её честь, – отмахнулся я. – И вообще… у меня к вам есть предложение, но оно может показаться вам немного безумным.

Многие бойцы уже знали, что мы видим то, чего многие не видят, что так «научились» делать и остальные. И я им предложил то же самое. В следующий раз мы с ними увидимся после Дельф, причём Ника будет уже в строю, что позволит нам не только усилить всех, но и позволит упростить жизнь. Думаю, что у меня появятся какие-нибудь рычаги давления на Видящих в будущем. Главное – найти чёртов монолит.

– Я только за, – поднял руку десятник пехотинцев. – Если это нам поможет сражаться чуть лучше, то стоит перетерпеть смерть. Ибо умереть мы можем только в бою! Хоу!

– Хоу! – поддержали его остальные бойцы и часть десятников.

Гребцы же смотрели на меня с надеждой. Всё же… нужно сделать то, что я задумал. Лишние лояльные люди мне никогда не помешают.

Глава 5

К очередному острову мы приплыли опять ночью. Но на этот раз нас ждали. Во время битвы кто-то заметил нас, видимо, решил предупредить, что кто-то на подступах одержал победу и может потребоваться ремонт. Потому что тут стояли даже мастера-корабелы. Я был польщён, пустил их проверить, всё же мастера своего дела лучше заметят все дефекты, а сам отправился к командиру местного гарнизона вместе с бумагами и полученными сведениями.

– Господин Советник, – поднялся на ноги человек, судя по отличительным признакам, в должности, равной тысячнику, не ниже, и ударил себя кулаком по груди. – Поздравляю вас с блистательной победой на море. Рад, что ваше мастерство подтверждается не только на наземном поле боя, но и морском. Вы – гордость Спарты!

– Льстите, – усмехнулся я. – Просто повезло, можно сказать. Если бы враг начал действовать парой минут раньше, то всё могло закончиться печально. Но я пришёл не по этому поводу, – вытащил я бумаги и положил перед ним. – Взгляните.

Мужчина, как бы сильно он сейчас ни хотел спать, взял бумаги и поднёс к горящей в лампе свече. Давненько такого не видел, обычно нить на масле использовалась, что эффективнее. Может, просто не нашлось, или ещё что. Но не суть. Читал он довольно быстро и чем дольше вчитывался, тем больше хмурился. Его увиденное сильно не радовало.

– Уроды… – вздохнул он, отложил свитки. – Но весьма ожидаемо. Но это ведь ещё не всё?

– Нет, – мотнул я головой. – Не всё.

Пришлось рассказывать про план Афин захватить этот остров, чтобы использовать его как плацдарм. Когда именно будет наноситься удар, я точно не знал, но отвлекающий, сто процентов, должен быть в ночи, а значит, и основной – максимум под утро. Под это дело мы стали придумывать план, чтобы запутать противника. Корабли афинян гарантированно уже в море и ждут, например, начала боя.

Тут же начали придумывать план, как правильно разделить силы на острове. Всего тут было восемь сотен человек: часть была потеряна в боях, часть отправлена на большую землю на лечение после ранений. Так что с тысячником я не прогадал. А больший гарнизон тут просто тяжело разместить. Лагерь займёт его большую часть и будет крайне уязвим. А зданий нет.

Вместе с моими людьми получалось девять сотен, что вполне достаточно для обороны острова. Но нужно было придумать, как их разместить так, чтобы смогли вовремя отразить удар, чтобы до последнего не показывали свое присутствие. Повторить подвиг при Марафоне.

– У нас тут есть лес, – показал он на точку на карте. – Можем спрятать там примерно пять сотен человек. Но не больше. Просто не уместятся. Так же можно инициировать «сражение» на другом берегу реки, поджечь что-нибудь для видимости.

– Звучит… интересно, – кивнул я. – Противник подумает, что наши силы отвлечены, и пойдёт в атаку, а когда начнётся высадка, наши силы ударят. Корабли быстро отойти не смогут, так как частично будут на берегу, поэтому пехота, которая окажется на земле, будет обречена. Корабли поджечь лучниками… сотня есть хоть?

– Две, – кивнул он. – Остальные – пехотинцы. Две сотни мечников и четыре сотни копейщиков. С пиками нет… но они тут и не нужны.

– Тогда три сотни копейщиков – как отвлекающий маневр, – показал я точку на карте, наиболее близкую к тому месту, где мы сражались. – Мечники – в первый ряд. Желательно ударить широким фронтом, чтобы сбросить. Копейщики за ними. Будут из-за спин товарищей колоть десантников.

– Широкий фронт тоже не совсем хорошо… – нахмурился он. – Но если десяток кораблей, то это где-то две трети стадии, ну или примерно три плетра… не так много. Можно и в три ряда попробовать воинов выставить. А если при поддержке ваших, то выйдет идеально.

– Тогда давайте так и поступим, – улыбнулся я. – Всё гениальное просто. Нечего усложнять. Итого у нас получается достаточно простой… и эффективный план. Пройдёмся ещё раз по пунктам.

Первое. Нам нужно было разделить людей. Как это уже было уточнено, три сотни копейщиков идут на юго-западные пределы острова, там что-то поджигают и имитируют бурную деятельность. Можно для вида наш корабль туда переместить, сделать вид, что высаживаемся. Точнее… мы так уже делали, потому что тянуть времени не было.

Второе. Одновременно с обманом соглядатаев противника и самого противника замаскировать две сотни мечников, две сотни лучников и сотню копейщиков вместе с моими людьми в лесу примерно в центре острова, на окраине холмов. Не совсем удобная позиция для удара, ибо полно хозяйств вокруг… но лучше места на этом острове просто не придумать. Да и высадка врагу будет удобнее именно с северной части острова. Другие места… опасны. Мы будем на высоте.

Третье. Когда противник подойдёт, а его уже заметили на горизонте, – «воробей» молодец, увидел их паруса с совами, – нанести удар. Главное – в ночи скрытно подобраться к ним, а потом вырезать всех, кто успеет спрыгнуть. Ну а кто не успеет – сжечь вместе с кораблями.

Вот и всё, простейший план. Главное – всё вовремя и грамотно сделать. Остальное – дело техники и умения. И пока мы находились в лесу, а наш корабль был занят на противоположном берегу, противник не подозревал о готовящейся осаде. А объявленный давным-давно комендантский час связывал руки наблюдателям врага, которые могли дать условный сигнал.

– Ну что, – посмотрел я на своих товарищей. – Кто-то хочет что-то сказать?

– Спать охота, – проговорил Ификл. – А так… всё нормально. Должны справиться. Как нас расставят-то?

Я задумался… но тут же нашёл интересное решение. Так как я буду на острие удара, логичнее было бы всех расставить примерно каждые двадцать пять метров. Ауры у нас дотягивались бы друг до друга, по крайней мере до ближайших товарищей, так что можно было рискнуть.

Строй делился на условные четыре равных отрезка. Делителями как раз были мы, полубоги. Центр – я. Центр правой половины – Астерра. Правый фланг – Артамена. Центр левой половины – Ификл. Левый фланг – Алкид. И так, по сути, мы могли нанести сокрушительный удар. Кайлана при этом будет нас поддерживать и своим кличем усиливать всех, пролетая над нами на огромной скорости.

– Строимся… клюнули, – с широкой улыбкой проговорил тысячник.

Я посмотрел на свои руки. Дрожи не было. Привык? Видимо, да. Но в любом случае, если получится нанести поражение противнику сейчас, то у Афин не будет удобного места, чтобы наносить удары по северо-востоку Спарты. Да и, судя по тому, что сегодня услышал, не смогут нанести нормальный удар по медленно наступающим нашим Легионам в районе Мегар. И наконец я понял, почему наступали медленно.

Пока мы шли, я вспоминал карту. Там были горы. Не самые удобные для того, чтобы переправлять там войска. А Мегары, по сути, стали городом-крепостью между Афинами и Спартой. Первые его достаточно сильно укрепили, так что нашим приходилось достаточно тяжело при его штурме. Но вроде как там были горные тропы, так что ничего сверхтяжёлого не было.

Ну а нам предстояла короткая, но, возможно, судьбоносная битва. Один рывок… быстрая резня, и всё. Вроде ничего сложно? Вроде ничего сложного. Но чем ближе становился момент высадки врага… тем больше я чувствовал нечто плохое. Словно вот-вот враг должен сделать что-то ужасное, что пошатнет мировой баланс. Я изо всех сил старался подавить это чувство, ведь Афины в данный момент сами страдали от нашествия полулюдей, но что-то было не так. Культ был и там силён?

Но менять план было уже поздно. Первый корабль вот-вот окажется на берегу, а пехотинцы начнут высадку. Мы уже подобрались достаточно быстро, прятались за домами, строениями, руинами от прошлых встречных сражений на острове, просто в кустах… и ждали… ждали… ждали…

– В атаку! – прокричал тысячник, и сотники продублировали его приказ.

Вся береговая линия тут же ожила. Афиняне, которые успели спрыгнуть, начали спешно выстраиваться в боевые порядки, создавать стены щитов, так как лучники моментально начали обстрел. Но было поздно. Они угодили в ловушку, которую сами и создали. Если бы не одно «но»…

– Забытые не оставят нас! – прогремел, причём буквально, странный воин на носу центрального, практически, корабля.

После этого в его руках сам по себе вспыхнул пергамент, а в руках начал формироваться огромный сгусток пламени. Единственное, что в этом случае можно было сделать, – атаковать с расстояния. Но я свой лук оставил на корабле, так что тут я был бессилен… оставалась только одна возможность.

– Кайлана! – мысленно прокричал я ей. – Убей этого гада, пока он нас не уничтожил!

– Уже! – ответила она, и примерно в этот же миг три пера ударили в его направлении… но он остался на ногах!

– Ничто вам не поможет, жалкие смертные! – пламя загорелось зелёным. – Вы будете страдать! Ибо этот мир более не принадлежит вам!

Мы уже сближались, оставались какие-то считанные десятки метров, и в этот миг начала пикировать на огромной скорости наша гарпия. Я понял её задумку. Огромный вес плюс скорость… никто такое не переживет. Даже такие «бессмертные» твари. Ей достаточно было его сбить, и всё. Магия должна была разрушиться. Но тут встает вопрос ребром: а что будет с ней?

Но тревоги относительно этого вопроса не было. Пострадает, я был уверен, но стальные перья просто не дадут ей умереть. Возможно, окажется в море, но, думаю, сможет доплыть. А если и нет, то спасём в любом случае. Но, чёрт, она была единственной, у кого нет тела для перерождения… даже нет её койки в Убежище.

– Живи… – прошептал я себе под нос, после чего ускорился.

Когда мы сблизились, враг не успел выстроить единый строй. Его силы были сосредоточены в основном между кораблями, десятка по три бойцов максимум. Остальные просто не успели спрыгнуть и влиться в строи. Много тел уже плавало за спинами, поражённые лучниками. А сами корабли начинали местами гореть.

Я оказался первым. Самым первым. Мой удар попытались заблокировать, но неожиданно для всех моя глефа вспыхнула светом самого Аполлона. Тут же кто-то крикнул, что тут полубоги… но что это поменяет? Даже если бы нас не было, сил острова бы вполне хватило, чтобы нанести поражение врагу. Просто нужно было совершить стремительный удар.

Несколько мгновений… и наш участок был полностью уничтожен. Мы начали забираться на корабли, чтобы завершить начатое. А ещё мне хотелось увидеть, куда пропал тот безумец. Последнее, что заметил, как на огромной скорости, расправив свои серебряные крылья, в него врезалась Кайлана. Ни криков, ни самой Кайланы не было видно. И это меня тревожило.

Оказавшись наверху, средь уже горящего корабля, который активно пытались потушить гребцы, я учинил резню. Жалеть никого не хотел, но кто сдавался, того просто выбрасывал в море. Сил хватало, чему удивлялся сам. И таких было, увы, меньшинство. Большая часть предпочитала, в той или иной мере, продолжить бой. Вот только чем я дальше шёл, тем с большей уверенностью понимал, что именно произошло.

Кайланы не было. Вообще. Она пропала. Как и тот урод. Только след пепла в той самой точке, где стоял тот воин. Словно он сжёг себя вместе с ней. Может, этот удар предназначался для меня? Или она просто поглотила всю силу того заклинания? Но сколько бы мысленно я ни обращался к ней… ответа не было.

Потеря. Первая потеря. И чем больше понимание этого факта укреплялось, тем сильнее злость и отчаяние укоренялись во мне. Мой просчёт. Мой! И каждый, кто рядом, ответит за это. Всё, что сейчас я видел, ещё больше подтверждало тот факт: Афинами управляют культисты. Нет там больше богов Олимпа, нет больше верных нашей планете людей. И город только уничтожить. Проще, чем искоренять членов культа. И как только мы это всё упустили?

– Сдохни, – сквозь зубы приговаривал я после удара. – И ты сдохни… и ты… и ты…

Боец за бойцом, не сдавшийся гребец за гребцом. Каждый, кто попадался, умирал от укола или рубящего удара. Каждый, кто был на моем пути, становился жертвой моей необузданной ярости. Я метался от врага к врагу, уничтожал каждого, кто был косвенно, даже прямо виноват в смерти моей союзницы. Но я до сих пор не мог поверить в её гибель. Я звал её. Продолжал мысленно и в полный голос звать её. Кричал. И продолжал убивать.

Но отклика так и не было. Только пустота в голове и почему-то в сердце. Она была первой из проклятых, из изгнанных в другой мир, кто присоединился к нам, кто поверил нам, кто стал частью нашего мира как равный… и она умерла за наш мир! Она погибла, чтобы её клан мог дальше сражаться, дальше жить в нашем мире!

Когда палуба опустела, я начал срывать свою злость просто на самом корабле. Я желал, чтобы он сгорел дотла… но, слава богам, Пламя не проявлялось, а меня пришли остановить свои же. Они ещё не понимали, что произошло, они еще не знали, кого мы потеряли… но, слава богам, они это сделали.

Когда пелена ярости спала, я кратко сказал, что Кайлана пропала, после чего направился в трюм. Да, корабль горел… но он ещё не сгорел, и пламя его целиком не объяло. Было время, чтобы найти хоть какие-то бумаги. И мне помогали все полубоги. Нужно было сделать это как можно быстрее. А пехотинцы же по моему приказу покинули палубу и направились на берег – собирать пленников и добивать раненых, если их уже было не спасти.

– Нашла! – заявила Артамена, чему я не был удивлен. – Приказы культа! Непонятный язык, смешанный с нашим!

Выскакивали мы уже практически из полностью объятого пламенем корабля. Пришлось даже Ификлу пробивать дыру в борту, чтобы нам не сгореть. Благо, каждый из нас умел плавать, и до берега мы добрались без проблем. Да, пергаменты немного пострадали… но это нюансы. Прочитать их всё ещё можно было.

Когда мы оказались на берегу, я бросил очередной взгляд на этот проклятый корабль. Последние надежды на то, что Кайлана внезапно появится… пропали. Она сгорела в том проклятом пламени. Она пожертвовала собой, чтобы это пламя не уничтожило нас. Я буквально чувствовал, что оно было подобно Пламени Гестии, что если бы охватило кого-то, то не смог бы его никто потушить. А она сгорела в полёте… из-за этого ни на кого оно не перекинулось. И даже стальные перья её не спасли.

Воины вокруг праздновали, потерь не было, только раненые, которым я мог бы помочь хоть сейчас… но я просто стоял и молча смотрел на корабль. Никто пока не понимал, что именно произошло, но первой обратила внимание на пропажу Астерра.

– А где Лана? – покрутила она головой. – Даже мысленно не отвечает.

– Командир? – подошёл Алкид. – Это была причина твоей ярости?

Я не отвечал. Просто продолжал молчать и смотреть на полыхающий корабль. И в рёве пламени я слышал самого Тифона. Он злился, кричал из-за того, что его «дочь» погибла. И его можно было понять. Первая, кто стал сражаться за этот мир. Первая, кто смог убедить другой клан встать на нашу сторону. Первая… кто погиб из полубогов в этой бессмысленной и беспощадной войне.

– Хоть могила будет её пуста… хоть её душа была поражена проклятьем… она билась достойно рядом с нами. – Воины вокруг стали затихать, смотреть с интересом в мою сторону, а потом начинали осознавать, что именно произошло. – Она была той, кто спасал нас множество раз.

– Она помогала в Олимпии, – проговорил Ификл, ударив себя кулаком в грудь.

– Она привела к нам кентавров Стального Копыта, – продолжил слова брата Ификл, повторив тот же жест.

– Она была отличной собеседницей, – высказалась Артамена, сделав то же самое.

– Прикрывала всегда в бою, – кивнула Астерра, также сделав почтительный воинский жест.

– Она всегда будет в наших сердцах, мы всегда будем помнить её храбрость. Аид, прими её душу, Арес, почти её память, Зевс… пускай твои молнии громыхают в её честь. Посейдон… прими её прах, – ударил я себя кулаком в грудь и понял, что по щеке течёт одинокая слеза. – Хоу! Воительница Спарты! Хоу!

Я кричал от всего сердца. Она была моей соратницей. Она была той, кто помогал множество раз, кто наводил нас на цели, кто подготавливал поле битвы. Она была нашей сестрой битвы. И она всегда будет с нами.

– Мы за неё отомстим, – прорычал я, после чего развернулся и пошел в сторону порта. – Я сожгу Афины дотла!

Глава 6

– И все же… почему она умерла?.. – спросил я, казалось, в пустоту, хотя тот, кому мои слова были адресованы, явно их услышал.

Не скажу достоверно, но Забытые, как и мы, даровали своим часть силы. И эта сила… она словно вырвала связь между Кайланой и мирозданием. Мне еще предстоит понять, как это произошло.

– Воздействовать же на мир нельзя? – подумал я тут же.

Я не на мир. Я на Убежища и вашу связь с ним. Помещения находятся вне мироздания и одновременно внутри него, новая грань, которая позволяет нам немного… воздействовать внутри него. Не более. Иначе бы мы не могли между поколениями менять его для вас.

– То есть… умерла она из-за Забытых?

Да.

– Тогда нужно сделать так, чтобы в забытых раз и навсегда перестали верить!

Пленных было достаточно много, чтобы получить от них хоть какие-то сведения. Полезные в данный момент, не очень… плевать. Мне нужны были любые свидетельства того, что Афины обречены. Почему? Потому что мне нужно было оправдать свои действия, свои будущие поступки. И пока всё шло к тому, что мой выбор был правильным. Но меня что-то смущало, вот только я пока не осознавал почему.

Каждый пленный понимал, что им по итогу манипулировали, каждый вражеский боец и раб не знали до этого момента, кто у них стоит во главе. Но все они, словно по велению чужой воли, продолжали сражаться. Даже во время допроса, если верить их словам, они слышали какие-то странные голоса в своей голове. И это показывало лишь одно – человек, если долго пребывает в области воздействия забытых, начинает терять свою «защиту». А сколько там промышлял культ? Сколько там они были у власти? Остаётся только гадать. Но зато понятно, почему они у нас особо не укрепились, почему у нас не заняли лидирующие позиции.

Царь знал, к чему всё идёт, и, видимо, готовился сильно заранее, готовился ещё до того, как я появился в этом мире в качестве полубога. Накопление сил, усовершенствование флота, огромное количество ветеранов, которых можно было при необходимости призвать на службу, выманивание противника и знание ключевых моментов. Вот что его спасло. Он знал… и грамотно воспользовался этими знаниями. Но он явно воюет только на своей стороне, думает только о своём благополучии. На мир ему плевать. А вот мне – нет. Поэтому меня и смущали ответы афинян. Я хотел им помочь… но пока не понимал как. А царь точно не поможет, он просто всех уничтожит. И пока я разделял его желание больше, чем желание помочь.

– Иногда убить отравленного более гуманно, чем пытаться его вылечить и ещё больше продлевать его муки, – ответил один из пленников, который буквально дрожал каждое мгновение, а его взгляд был наполнен страхом.

Он говорил про то, что уже не голоса, а какая-то хватка держит его, что ему больно из-за того, что он не пытается меня убить. Боролся, но у него не получалось победить. В конечном итоге он накинулся на меня… и умер от моих кулаков. Вот только умер он с улыбкой и благодарностью на устах. Возможно ли его исправить? Думаю, уже нет. Мне самому потребовался шлем, чтобы перестать слышать забытых.

– Шлем… – вышел я из временной тюрьмы, после чего забрался на корабль и стал его рассматривать.

У шлема было свойство, которое снижает ментальное воздействие. Вот только как? Непонятно. Да и не сможем мы создавать такое же снаряжение по одной простой причине. У нас нет божественной кузницы, в которой это снаряжение можно создавать. У нас нет возможности строить такие кузницы, чтобы обычный люд, видящие, смогли всё это делать так же. Но в будущем? Возможно, всё у нас получится.

Потом я снова вернулся к пленникам. Все они рассказывали, что их привели сюда боги, что Зевс и Арес велели сжечь Спарту из-за того, что она погрязла в ереси, что там больше не верят в богов. И никого не смущало, что эти боги общаются с каждым из них. До этого молчали, а тут внезапно начали. Идиоты, одним словом.

– Зато, в отличие от наших богов, те боги пытаются контактировать с людьми, – усмехнулась Артамена. – Вот только нужно учитывать конечные цели, которые не понравятся никому…

– Не понравятся никому… – подтвердил я её слова, выйдя после очередного допрошенного, которого опять пришлось прикончить. – И пока не видно света в конце этого тоннеля. В любом случае всё сводится к тому, что Афины придётся уничтожить, как и всех жителей там. Они подвержены влиянию…

– Или просто заблокировать? – посмотрел на меня Ификл. – Сначала заблокировать армией, а потом построить неприступную стену и отгородить этих безумцев от всей остальной Греции?

– Порты, – прикусила губу Астерра. – Порты, они обязательно будут строить даже мелкие лодки, чтобы оттуда сбежать. И они будут распространять свою чуму по нашему миру. Мы не сможем их сдерживать. Вообще не сможем. Выход один. Сначала блокада, а потом планомерное уничтожение. При этом нужно, чтобы царь на весь мир трубил, из-за чего это. Мне кажется, время пришло заявить об угрозе иномирных богов, которые хотят захватить нашу планету, и что Афины полностью прогнили.

– Я с ним поговорю на эту тему обязательно, – кивнул я. – Думаю, рядом с Афинами мне придётся быть осторожным. Да и напоминаю… в Афинах целых два Убежища из-за того, что город просто огромный. Нам придётся во время осады искать их, поддерживая наступательные действия.

– А потом заваливать проходы, – дополнил меня Ификл. – Чтобы ни один из противников наших богов не смог проникнуть туда. Думаю, вопрос времени, когда они узнают про Убежища более подробно. Ведь в Олимпии они же его искали? Так ведь? Или я ошибаюсь?

– Всё верно, – подтвердила Артамена.

– А они туда и не попадут, – усмехнулся я. – Артефакты должны быть активированы кровью инициатора нашего поколения, то есть моей кровью. Иначе у них ничего не выйдет. И пока этого не произошло, Убежища под надёжной защитой. Но сам факт, что они их нашли… печалит.

– Но они туда не попадут, боги об этом подумали, – улыбнулся Ификл.

– Скорее, сыны Гефеста, как и ты, – похлопал я его по плечу. – И тебе, видимо, придётся думать, как улучшить оборону Убежищ во всем мире. Чтобы никто, кроме полубогов и тех, кто видит, не смог пройти. Как-нибудь завязать её на мироздание, чтобы только через взаимодействие с ним… но это мы пока сильно вперёд смотрим.

– Да, командир, – усмехнулся сын Гефеста. – Нам сначала нужно понять, как нашему поколению снаряжение создавать.

И в его словах таился ответ на один очень интересный вопрос, который меня всё время мучил. Точнее, часть ответа. «Нашему поколению». А почему наше поколение не может пользоваться технологиями прошлого? Почему нам приходится вновь открывать все Убежища? Почему у нас свои методы прорыва? И ответ был как раз в словосочетании выше. Потому что у нас другое поколение.

Боги немного иначе начали создавать нас, немного иначе меняли саму структуру нашей души, наши кости, наши тела. Из-за этого у нас, как мне кажется, немного иной доступ к мирозданию. Перенастройка сделала нас сильнее, но из-за этого благами, которые были открыты раньше, мы пользоваться не можем. Мы сильнее… у нас другая энергетическая структура, у нас другие точки соприкосновения с мирозданием. Именно из-за этого нам приходится открывать все вновь. И именно из-за этого у нас другой путь преодоления пределов. Мы на шаг выше полубогов прошлого. Мы «родились» сразу на их второй ступени. Я в этом полностью уверен. А значит… нужно думать, как сделать шаг на их третью ступень. Вот в чём проблема.

Я улыбнулся. Пока размышлял, все разошлись, но полученные ответы были… интересными. Нет, сам путь не менялся, нужно было продолжать улучшать своё тело, точнее, сделать шаг в его улучшении, напитать мышцы магией. Но вот кости – как раз тот самый прошлый шаг – у нас уже были улучшены. Возможно, как раз те писания на костях.

Мы ждали данные разведки. Раз Афины начали действовать на одном направлении, то могли и на другом. И нам нужно было понимать: сможем мы спокойно прорваться до Коринфа или придётся это делать с боем? И пока ждали, наступил обед. По сути, ничего страшного, даже быстрее чем до вечера доплывём до нужной точки. Но время ценно.

Когда, наконец, прибыли разведчики с северо-западного направления, я направился к тысячнику, чтобы услышать доклады и прочитать отчёты. И они были сносными, назовём это так. Вражеские корабли были, но и наши активно противодействовали им. Шло накопление сил, причём с обеих сторон, и, возможно, главная битва будет завтра. Но пока нам не до неё. Мне мой корабль нужен для других целей. И если царь или Митрокл что-то скажут против… то пускай сначала докажут в бою право управлять моим кораблем. Я его заработал в бою, команду нанял и снабжаю всем сам, да, за счёт государства, но для государства я многое сделал, чтобы эти деньги получать.

– То есть завтра, получается, будет несколько разных сражений по территории всего залива, которые вместе собой представят одно большое, генеральное сражение, – закончил тысячник. – И нам в этот момент нужно готовиться к очередным высадкам. Но мы живы, а значит, часть плана противника на завтра не сможет быть реализована. А наши могут нанести удар раньше времени… нужно это сообщить. Пока мелкие быстрые корабли со стороны Афин не вернулись, но, думаю, они мои слова только подтвердят.

– Увы, ждать их уже не буду, – пожал я плечами. – Мне нужно в Элевсин, а потом в Афины. А они пока на территории противника. А значит, нужно присоединяться к наступлению. Кстати, а по ту сторону перешейка Афины не действуют?

– Мелкие отряды союзных им полисов, но они опасаются нападать на наши корабли, – хмурился командир сил острова. – Патры пару раз пытались брать в блокаду, Коринф тоже, но ничего не получалось, они получали по зубам и отступали.

– Значит, наш корабль там может понадобиться, спасибо, – улыбнулся я, выстраивая в голове план разговора с «высшими» особами.

Попрощавшись с тысячником, который думал насчёт укрепления береговой линии, выстраивания цепи обороны, я покинул его. Злость из-за смерти или пропажи Кайланы всё ещё переполняла меня, поэтому я хотел как можно быстрее оказаться на войне. Быть добрым я сегодня больше просто не мог. Поэтому каждый вражеский корабль, который повстречается мне на пути, будет уничтожен.

Пока мы совещались, уточняли информацию, ждали разведчиков и опрашивали пленных, команда корабля пополнила припасы, боеприпасы, просто дополнительное снаряжение для гребцов. Нечего было им просто так просиживать свои пятые точки. Неразумно. На многих кораблях они уже давно были частью команды. Иногда даже без рабов использовались эти корабли, только пехота в качестве гребцов и лучники на палубах.

Но мне требовалось проверить их лояльность. Да, они сами вызвались ко мне на службу, да, они сами хотели оказаться на моём корабле и под моим командованием. Но многие из них были ранее подчинёнными других государств. Чёрт, да там даже пару афинян было точно. Но события прошедших дней показали, на чьей они стороне.

Поэтому, когда мы отплыли и раскрыли паруса, набирая скорость, я встал в носу корабля и начал осматривать всех гребцов. Мужи. Кто-то старше, кто-то моложе. Но по большей части сильные люди, которые хоть и не имеют нормального боевого опыта, актуального при этом, но огонь в глазах у них был. Все они желали помогать, ибо рядом с ними был тот, кто пришёл от самих богов. Кто был создан богами и отправлен в этот мир. Остальное – нюансы.

Я не общался с каждым по отдельности, общался сразу с группой людей. Сто пятьдесят гребцов, двадцать запасных, разделил их на семь почти равных групп. На каждом борту по три и запасники. Иногда, кстати, менялись, если вдруг кто-то устал или получил травму. Но это во время активных действий. Я старался их беречь… и сейчас получал с их стороны отклик.

Первые двадцать пять человек. Обратился к ним, спросил, готовы ли они умереть в первую очередь за меня, потом уже за Спарту. Ответ был один – готовы. После этого те, кто был в моей пехоте, раздавали им снаряжение. Для лёгкости движения – кожаные доспехи с металлическими вставками, а также мечи со щитами. Нормальными щитами, а не кожаными. Оружие они должны были хранить возле себя, но не на себе. Потому что во время движения оно будет только мешать.