Текст книги "Новая хозяйка "Сладких грез" (СИ)"

Автор книги: Александра Гаршина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

Глава 6

Так как на рынок надо было идти только на рассвете, остаток дня мы решили посвятить уборке второго этажа. Хоть я и не собиралась пока им не заниматься, однако знание о царящем там бардаке сильно подрывало желание находиться в этом доме. А вспоминая, что творится за его пределами – вообще хотелось облиться жидким мылом и антисептиком заодно. И так и ходить. Поэтому пусть будет хоть одно полностью чистое пространство в моей нынешней жизни.

Лелабея выгребла золу из печи на кухне, достала вёдра, тряпки, и мы пошли драить. По мере превращения стен из чёрных в светлое дерево, из липких полов в гладкие, из мутных окон в прозрачные, я тихо радовалась хотя бы тому, что нет плесени и тараканов. Вот вообще бы не удивилась! Ещё бы дыры в потолке чем-то перекрыть, и рухлядь вытащить в сад да сжечь. И возможно, стал бы этаж вполне обитаем. Но с туалетом вопрос решить, конечно, надо. Было очень противно сюда ходить, а другой вариант отсутствовал. Хорошо хоть, что купальня была отдельная на первом этаже. Плохо, что без канализации и водопровода, и вёдра приходилось таскать самим. С моей любовью рано утром принять прохладный душ для бодрости на весь день придётся явно прощаться.

Но сейчас это не первостепенная важность. Гораздо больше меня интересовало другое: как же избавиться от этих запахов? Браслет молчал, Лелабея тоже не знала. А я так тем более. Вот над чем, а над устройством туалета и канализации мне точно не приходилось думать в своём мире.

– Лелабея, а здесь есть какие-то рабочие инструменты? – уже вечером, когда мы очень уставшие и намытые, сидела за скромным ужином, мне пришла в голову идея. Правда, для неё тоже нужна будет помощь. Ну или как минимум лестница. Но вполне себе вариант – осторожно оторвать приколоченные как попало доски от витрины и залатать ими дыры в потолке. Тоже как попало, да. По-другому я не умела. Мой максимум – это косую табуретку сколотить или полку повесить. Тоже не сильно ровно. Почему-то мой глазомер не подводил меня только на кухне.

– Да, Диа. В кладовой на улице.

Я кинула взгляд в окно. Сумерки уже опутали землю, на тёмном небе яркими точками загорались разноцветные звёздочки, плыл тонкий месяц. Через открытую дверь с заднего двора врывался тёплый ветер, колыхалась под его напором плотная чёрная штора. Со свечой не выйти – задует пламя вмиг. Ламп или фонарей здесь не было, помимо магических светильников – но они не заряжены. Поэтому сегодня выйти возможности уже не было. Тем более что скоро опять может начаться паломничество в лавку.

Хорошо хоть, что забор здесь отделял весь участок от входа и с улицы в огород было не пройти. И бабка не скупилась на охранные заклинания для защиты участка. Обновлять их требовалось раз в год, и последний раз это сделали зимой – поэтому у меня есть минимум полгода на спокойную жизнь. Как бы за это время отвадить от лавки всех настойчивых покупателей? Всё снова сводилось к тому, что надо открывать витрину и заполнять её чем-то, с зельями не связанным. Но честно – было страшно.

– Лелабея, а на стёклах есть та же защита, как и на заборе?

– Нет, Диа.

– Плохо, – пробурчала, потягивая кипяток с лёгким ароматом чая. Потому что чайные листья тоже практически закончились и пришлось сделать заварку примерно такую, какую давал дешёвый чайный пакетик на десятый раз. Да, я знала, какую даёт такой пакетик. После выхода из детдома мне сложно пришлось в финансовом плане. Экономила, как могла.

На ночь мы снова забаррикадировали вход креслами, искренне надеясь, что сегодня никто не будет ломиться. Однако желанию не суждено было исполниться. Стоило нам уснуть, как разнёсся стук в дверь. Усиленно сдерживая маты, потопала к входу. Я хоть когда-нибудь посплю здесь спокойно⁈ Ну надоели уже, сил нет!

– Кто⁈ – рявкнула, стоило подойти к двери. Стук тут же прекратился.

– Выдайте мне мой заказ! Я за него давно заплатил! – услышала в ответ уже знакомый голос. Этот мужчина приходил самый первый за зельем воспоминаний.

– Здесь больше не продают зелья, деньги я вам верну!

– Мне не нужны деньги, дайте зелье! – вместе с выкриком в дверь снова заколотили. Трещина увеличивалась, и я начала серьёзно опасаться, что он её вынесет.

– Уходите, или я позову стражей! – похолодела, затравленно оглядываясь. Сегодня, почему-то, не было слышно на улице вчерашнего стражника. Да и вообще никакого. Дверь ходила ходуном, я отступала к кухне.

– Моара, что нам делать? – пискнула малышка, прижав дрожащие руки к сердцу.

– Ты же маг земли, дверь деревянная, можешь как-то укрепить? – шепнула, пытаясь взять себя в руки. Не время раскисать.

– Нет, моара, – всхлипнула она, – я только на растения могу воздействовать.

– Так, ладно, думаем дальше, – я судорожно крутила в голове варианты выхода. И не находила, кроме как в окно. Ну ладно, не в окно, в дверь на задний участок. Но оттуда-то куда бежать? Калитки здесь не было, перелезть к соседям тоже не выйдет – заборы в этом мире высокие и гладкие.

Дверь с тяжёлым стуком рухнула на сваленные в кучу кресла. Щепки усеяли пол, а в тёмном проёме, подсвечиваемый лишь отблесками света из кухни, стоял тот самый мужчина. Снова видно было только его глаза. Но в этот раз не грустные, как тогда. А безумные. Одним движением он отодвинул кресла вместе с остатками двери и шагнул внутрь. Я прижала к себе Лелабею и сделала шаг назад. Сердце глухо колотилось где-то в горле, ладони вспотели, живот неприятно свело.

Он кинулся ко мне, вытянув руки. Я быстро захлопнула кухонную дверь и прижалась к ней плечом, чувствуя, как она ходит ходуном. Она рассыпется явно быстрее, чем входная.

– Лелабея, дай мне нож, – шепнула ей, подтолкнув в сторону полок. Девчушка кинулась туда, быстро притащив требуемое.

– Мо-мо-моара Диа… – заикаясь, начала она.

– Что?

– Это легар.

– Твою!.. – я захлопнула рот, пытаясь подобрать цензурное обозначение своих мыслей. Получалось плохо. Убивать его нельзя даже для защиты! Но какой у меня есть выход? Ждать, пока он убьёт нас?

Мужчина наступал, сверкая безумным взглядом.

– Выдайте мне зелье! – с тихой яростью потребовал он. – Мне нужно вернуться в эти воспоминания!

– Зачем? Разве вы не понимаете, что это не приведёт к хорошему? – я попыталась потянуть время, медленно отступая. Нож всё так же держала в правой руке, левой прижимала к себе Лелабею.

– Это не ваше дело!

– У вас же есть реальная жизнь, эти зелья её только разрушают! – я продолжала отступать. Осталось немного до двери на задний двор. Но то делать потом?

– Вы ничего не понимаете! У меня дочь погибла, зачем мне теперь эта жизнь⁈ – с такой болью произнёс он, что я даже остановилась. – Дайте мне зелье!

– Простите, но я не могу. Таким здесь больше не торгуют и не будут, – несмотря на мелькнувшее, было сомнение, я всё же твёрдо отказала. Пусть на нём можно заработать и жить нормально, если бы удалось найти рецепты или выяснить у Лелабеи – но нет, позицию по этому поводу я оставлю неизменной.

В глазах легара снова появилось безумие. Я оттолкнула малышку в открытые двери в тот момент, когда он стремительно бросился на нас. Упала под его натиском, выронив из рук нож, больно стукнувшись головой о пол. Вцепилась в его руки, которыми он сжимал мне горло, задёргала ногами. Но всё тщетно. В глазах мутнело, я судорожно пыталась сделать вдох, но у меня ничего не получалось.

– Что здесь происходит⁈ – сквозь шум в ушах услышала я крик, а в следующий миг получила свободу. Перевернулась на живот, жадно хватая воздух, не обращая внимания на скатывающиеся на пол слёзы.

– Вы как, в порядке? – передо мной присел мужчина, помогая мне встать. – Позвать лекаря, у вас есть разрешение от мужа на лечение?

Я молча помотала головой. Горло разрывало от боли, и говорить я просто не могла.

– Так, ладно. Тогда сделаем так. Отправьте рабыню к травнице, хоть немного снять боль, хорошо? А я пока заберу легара в отделение. За вашей лавкой присмотрит мой напарник. А утром приду к вам, и мы пообщаемся. Хорошо?

Я кивнула. Шатаясь, дошла до кровати. Рухнула в неё, закрыв глаза и поглаживая горло. И почему этот мир так старается меня убить?

Услышав шаги в торговом зале и скрип половиц, испуганно подкинулась. Придерживаясь за стены и мебель, вышла. В кресле, освободив его от щепок и досок, сидел мужчина в возрасте, не отрывая взгляда от улицы.

– Моара, вам не стоило беспокоиться, – сказал он, не поворачиваясь ко мне. – Я страж Димеэн, до утра я побуду здесь и присмотрю, чтобы никто не зашёл. Вы можете идти отдыхать.

Я молча отправилась назад в кровать. Надо же, какая польза оказалась от подозрений в смерти легары. Даже не предполагала, что эти надсмотрщики пригодятся. Однако сейчас я этому рада.

– Диа, я принесла зелье на компресс, вам надо лечь на спину, – тихий шёпот дриады вырвал меня из тревожного полусна. Я молча исполнила требуемое, ощутив, как горла коснулась приятная прохлада. Лелабея поправила смоченную зельем тряпку и присела рядом со мной.

Боль и першение медленно уходили. Я открыла глаза, слегка повернула голову, уставившись на улицу. Тучи затягивали тёмный небосклон, пряча за собой яркие звёзды. В такую погоду и ночь очень хотелось раскиснуть. Но я не могла себе этого позволить. В конце концов, я всё ещё жива, это ли не радость? Хотя такими темпами вряд ли это надолго. Сколько ещё было у бабки клиентов, которые могут таскаться в лавку? А слежка вряд ли будет бесконечной. Дому очень нужна защита. И вот за неё я готова отдать всё, что у меня есть. Кроме маминого кольца и второй почки, конечно. Первую можно и продать.

Ночь тянулась бесконечно долго, но всё же на небе забрезжил рассвет. Тонкие солнечные лучи пробивались сквозь чёрные тучи, подсвечивая их золотом. Со стороны входа вновь послышался шум. Я подскочила, малышка тоже.

– К-к-то там? – попытка задать вопрос оказалась неприятным испытанием. В горле словно несколько игл застряли и шевелились при каждой букве. Я закашлялась. Лелабея сунула стакан воды, который я выпила залпом. Вроде немного полегчало.

– Посмотри, – прошептала я, кивнув в сторону торгового зала. Дриада осторожно выглянула.

– Это стражник, Диа, – вернувшись, обрадованно ответила. Я облегчённо выдохнула.

– Моара, вы в порядке? – в проёме показался страж, а я только сейчас поняла, что его голос мне очень знаком. Именно он отгонял посетителей лавки прошлой ночью.

– Да, спасибо, – шепнула, поняв, что так мне пока легче. По крайней мере, практически не больно.

– Моё имя Мариел. Мы уже знакомились, но через дверь, – он улыбнулся так открыто, что я не сдержалась в ответной улыбке. На второе наше знакомство я его хотя бы увидела: высокий, подтянутый и очень красивый. Брюнет с серыми глазами, нос с небольшой горбинкой, достаточно пухлые губы – всё как я люблю.

Я указала ему на стул и присела сама. Лелабея принесла нам чай, и я покраснела от неловкости, разглядывая этот очень светлый напиток цвета… М-м-м… Даже стыдно называть.

Однако Мариелу надо отдать должное: он и не поморщился, делая глоток. Провёл рукой по волосам, убирая упавшие на глаза тёмные пряди. Вообще, как я заметила, здесь в моде у мужчин не короткие стрижки, а до плеч.

– Итак, моара Диямира. Легара допросили, он признал вину. Разумеется, его никто не посадит.

Я фыркнула. Кто бы сомневался! Аристократ против какой-то простолюдинки, имеющей прав чуть больше, чем у рабынь.

– Однако он полностью возместит вам материальный ущерб. А именно на починку дверей как входной, так и в кухню.

– И на этом спасибо, – я криво улыбнулась. Что-то мне эта история напоминает. С той лишь разницей, что в своём мире мне и за ущерб никто ничего не выплатил. Так что здесь могу только сказать спасибо за щедрость.

– Это не всё. Он также выплатит определённую сумму за попытку убийства, – Мариел улыбнулся.

– Серьёзно⁈

– Да, я смог этого добиться, – он кивнул, а я подавила острое желание броситься ему на шею с благодарностями.

– Даже не знаю, как вас благодарить!

– Ну что вы, не стоит. Если только ужином как-нибудь угостите? Дней через пять, например? – он лукаво улыбнулся. Я согласно кивнула.

– С большим удовольствием! Буду вас ждать!

Глава 7

Деньги за ущерб мне принесли довольно быстро, и я с благоговением приняла этот холщовый мешочек. На ближайшие дни моя почка спасена! Ну, надеюсь. А то кто знает, во сколько здесь оценивается покушение на убийство всего лишь женщины. Конечно, будь я в своём мире, я бы это так не оставила…

Но я уже один раз «не оставила», теперь страдаю здесь. Так что задвигаем принципы подальше и радуемся тому, что есть. Спасибо Мариелу, что вообще смог чего-то добиться в отношении меня. Особенно учитывая, что он это сделал без разрешения мужа. Хотя вот этого человека лучше вообще не вспоминать, а то вдруг приедет. Была бы суеверная, сплюнула бы три раза через левое плечо чёрной кошки, чтобы отвести эту возможность. Или как там надо?

Я развязала верёвку и высыпала содержимое на стол. Света, поступающего из дверного проёма с отсутствующей дверью, сейчас хватало рассмотреть монеты. Крупные кругляшки серебра вперемешку валялись с небольшими круглыми медными. И много это или мало?

«Медяк низшая монета. Сотня медяков равно одному серебряному. Сотня серебряных равна одному золотому», – тут же выдал информацию браслет. Которая мне, конечно, помогла. Но не сильно.

– Лелабея, что в этом мире можно купить на один медяк?

– Семена, катушку ниток. На десять уже крынку молока, например. Или полчаши творога.

Что-то как-то тоже не помогла. Сколько здесь у них в чаше? В крынке? И как измеряются остальные продукты с переводом на наш вес?

Браслет молчал. Видимо, перевести не мог. Но если примерно пересчитать на мои родные цены, то десять медяков были бы равны ста рублям. Значит, один примерно десять. Серебряный при таком подсчёте равен тысяче рублей, а золотой сотне тысяч. Но, опять же, совсем не факт, что цены здесь будут на всё наравне с нашими. Ну да ладно, опытным путём выясню.

– Моара, можно? – в дверной проём, предварительно постучав для вида, сунулся крепкий мужчина. Толстый, пересекающий лоб, глаз и щёку шрам, уходящий в густую бороду, насупленные брови не вызывали доверия, и я напряглась.

– Меня к вам страж Мариел прислал, сказал двери поставить надобно, – поспешно добавил он, увидев мой заметавшийся взгляд.

– Ах, это, – я облегчённо улыбнулась, – да, надо.

Я усиленно сдерживала себя от вопроса про разрешение. Не стоит лишний раз напоминать. Может, Мариел всё уже уладил. Так что не буду вызывать подозрений.

Он, так и не представившись, принялся молча за работу. Я старалась сидеть и не отсвечивать. Глядя, как быстро и легко управляется с деревом, даже возникли мысли попросить его потолок залатать. Но не буду с этим спешить. Сначала с Лелабеей надо обсудить всё. Без неё мне сейчас и двинуться лишний раз страшно, угроза утопления от меня никуда не делась.

– С вас пятнадцать серебряных, – через всего час по ощущениям выдал мужчина. Потолок резко забылся. Не настолько много мне принесли денег, чтобы ещё и на него позариться!

Я послушно отсчитала монеты из стопки. Новая дверь с силой хлопнула, возвещая об уходе работника, а я грустно смотрела на остаток. Как и подозревала, не сильно дорого расценили покушение на убийство – на уровне с двумя дверьми. Осталось столько же серебряных и пятьдесят медяков. Как бы ими грамотно распорядиться?

– Лелабея, а защиту заказать на дверь, или освещение зарядить – это дорого бы стоило? Нужно разрешение от мужа?

– На действия по обстановке и ремонту дома у вас есть разрешение в договоре на дом.

Так, уже хорошо.

– Цены на защитные чары начинаются от двадцати серебряных, на освещение меньше, всего две.

А это уже плохо, защита мне была важнее. Полумрак в торговом зале, которым я всё равно не пользовалась, мне пока не мешал.

– А за сколько мы могли бы продать цепочку? – задумчиво разглядывая монеты, поинтересовалась я у малышки.

– Диа, я вчера её рассмотрела. У нас в мире нет таких плетений, – виновато ответила она. Я уронила голову на стол, сдерживая желание ещё и постучать ей. Но, может, это и к лучшему? За лавкой всё равно следят, как бы я на этот чёрный рынок пошла?

– Ну тогда давай начнём хотя бы с закупки продуктов. И ниток с иголкой, платья бы перешить. Да и семян можно. Всё равно надо. А потом уже подумаем над остальным.

В идеале бы ещё хоть какую-то обувь по размеру, но пока этого тоже можно избежать. Очень хотелось защиту, особенно после произошедшего вчера! Потерплю неудобства, ничего страшного не случится.

Быстро собравшись, мы с дриадой выскользнули наружу. Лелабея уверенно вела меня через проулки и узкие улицы, пока мы не очутились возле рынка. Надо же, а по прямой я в два раза дольше шла! Вот что значит пойти с местным провожатым.

Первым делом дриада завела меня в небольшой закуток в самом начале рынка. Там мы оказались среди грязных, сваленных как попало, свёртков из тряпок с семенами. Тоже гнилыми или плесневелыми, как я смогла углядеть. Ну неужели им самим нравится так жить? Это же невозможно!

Лелабея перебирала семена, активно переругиваясь с неопрятной торговкой. Я молчала и не вмешивалась. Малышка давно здесь живёт, явно уверенно себя чувствует, значит, здесь так принято. Но отвращение к городу поднималось всё выше и выше. Однако и выхода у меня нет, десять лет здесь мне быть. Надо показывать жителям, что может быть по-другому. Интересно, получится у меня, или не я первая, не я последняя?

Как только мы зашли уже на рынок, мне пришлось подавливать в себе желание развернуться, сбежать домой, запереться и больше оттуда не выходить. Но ограничилась заткнутым носом, пока мы с Лелабеей шли между первыми рядами с тухлым мясом и рыбой. Очень хотелось спросить у малышки, можно ли где-то в городе купить нормальное мясо, но было страшно. Здесь фраза «рот закрой, а то муха залетит» грозила воплотиться в реальность. Глаза щипало от вони, но вскоре мы миновали эти прилавки и перешли к овощам. Знакомых здесь было ровно ноль. Поэтому мне тоже не осталось выбора, кроме как довериться малышке. Но когда я увидела, как она выбирает из гнилого ассортимента наименее пропавшее, я не выдержала.

– Неужели здесь нигде нельзя купить нормальные? – наклонившись, тихо спросила я. Лелабея молча покачала головой.

После овощей мы перешли к крупам, которые, к счастью, не все были мне неизвестны. Хорошая новость: белая мука в мире была. Плохая новость: вся с жучками. Никто не видел проблемы просеять муку или перебрать крупу от грязи и насекомых. Кроме меня. Сахар тоже оказался, но с примесью какого-то песка. Не понимаю, как они здесь вообще живут с таким питанием! Может, в других городах ситуация лучше?

«В крупных городах есть лавки с качественными продуктами, но они стоят дорого», – получила я ответ от браслета. Вздохнула. Вот лучше бы туда попала. Может, там и кондитерку свою любимую смогла бы развить. А здесь кому я продавать что-то буду? Из вот этого готовить ради дешевизны совесть не позволит. А дорогое покупать, как я понимаю, некому. Хотя есть же здесь легары. Не верю, что они питаются вот этим.

– Лелабея, аристократы же живут в этом городе? Неужели они тоже такое покупают? – спросила я, пока мы шли к дому.

– Нет, моара. Им привозят самое лучшее. А всё остальное везут на рынки и в магазины. То, что в домах легар не успевают использовать, также уходит на рынки.

– И нормальные продукты никто не пробовал продавать не только легарам?

– Пробовали. Но это дорого, простые жители не могут купить. Поэтому перестали.

Я замолчала. Какой-то замкнутый круг. Но есть над чем подумать. Тем более что малышка владеет магией земли. Кстати, не помешает у неё спросить, как эта магия на ней сказывается. А то, может, её нельзя напрягать. Но это уже дома.

– Лелабея, пошли сюда зайдём, – я потянула малышку в булочную, мимо которой мы проходили. Было просто интересно посмотреть, что предлагают здесь. Как и везде, столкнулась с плесневелыми и чёрствыми продуктами и в который раз посочувствовала желудкам горожан. Да и не только горожан, раз во всём мире такое принято. Но всё же в первую очередь сейчас меня интересовал ассортимент. А увидев то, что совсем не ожидала, я даже обрадовалась! Некоторые булочки были покрыты шоколадной глазурью. Значит, какао-бобы в мире существуют, просто называются по-другому. Хорошая новость. Есть повод достать чемодан и, наконец, разобрать его. Или пока не стоит? Неизвестно кто ещё ворвётся в лавку и увидит не совсем привычные этому миру приборы и продукты. Я, конечно, любила поплавать, но не настолько, чтобы радоваться возможности закончить жизнь в воде. Всё снова сводится к защите.

Мы быстро вернулись домой. Я мыла, чистила и обрезала овощи, пока малышка растапливала печь. Крупы купить не позволила брезгливость, поэтому снова сидим на рагу – и чувствую, скоро я его есть не смогу. Но месяц надо продержаться.

– Лелабея, а тебе можно вообще пользоваться магией? Как часто?

– Да, Диа, можно. Чем чаще я это буду делать, тем лучше будет развиваться сила.

– О, это хорошая новость! А раньше ты много магичила?

– Нет, Диа. Мало хозяев разрешают своим рабам пользоваться магией.

– Почему?

– Боятся, – пожала она плечами. – Что те станут сильными и смогут снять ошейник. Ещё и хозяевам отомстят.

– Логично, – хмыкнула я, – а это реально?

– Смотря какая сила, насколько выросла и что ей можно сделать, – туманно ответила малышка. Я же задумалась.

– А как они это контролируют? Ну, хозяева.

– Все разрешения и запреты, высказанные вслух, впитывают магические рабские ошейники.

– А обручальные также? – я коснулась шеи.

– Нет, конечно! – дриада даже рассмеялась. – Это же просто брачное колье!

«Ах, так вот в чём отличие», – мелькнуло в голове. Странно, почему браслет об этом не поведал? Или я как-то не так вопрос там задавала?

– А если ты будешь много сразу магичить, не устанешь?

– Нет. Я же дриада, мы силы берём из природы.

– Другой вопрос. А ты вообще хочешь так?

– А можно? – Лелабея выронила из рук глиняную тарелку. Та разлетелась по полу, но малышка даже не обратила внимания, с надеждой и слезами в глазах глядя на меня.

– Даже нужно, – я улыбнулась, – только осколки собери, а то поранишься.

Малышка бросилась мне на шею, но тут же смущённо отступила и принялась за уборку. Я молча нарезала овощи, впервые в этом мире чувствуя подъём настроения. А жизнь-то налаживается! У нас есть огород, есть теплица, семена мы купили. Значит, как минимум сами сможем питаться нормально. Можно ещё попробовать продавать это, и появится надежда на покупку качественной муки и сахара. Возможно, дриада даже сможет вырастить кофе и какао – только сначала пусть сама всё посмотрит, что здесь есть с другими названиями. А если сильно повезёт, то за десять лет моей вынужденной жизни здесь она даже сможет развить магию достаточно, чтобы освободиться от рабства. Всё же в договоре прописан только запрет на то, чтобы я её освобождала. И нарушением не будет, если она это сделает сама. Только радоваться надо аккуратней: жизнь уже показала, что после одной хорошей новости подкинет десяток плохих.