Текст книги "Никогда тебя не отпущу (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

Глава 36

Вбегаю к себе домой. Отец идет следом. Весь в своих мыслях, угрюмый. По дороге не проронил ни слова. На все мои вопросы отмалчивался. Думаю, даже не слышал, настолько произошедшее его потрясло.

И меня колотит, в первую очередь от беспокойства за детей. Отпускает, когда нахожу Агату в комнате Марка. Они беззаботно играют.

Все бы отдала, чтобы эта беззаботность продолжалась вечность, и страхи не коснулись их.

– Что-то случилось? – дочь мгновенно улавливает мое состояние.

– Бабушка в больнице, – отвечает за меня отец.

– Ей очень плохо? Я могу помочь? Ее надо проведать? – Агата подходит к деду и пытливо заглядывает ей в глаза.

– Нет. Ты с братом будешь с мамой. Плохие люди хотят причинить вам вред, потому ты ни с кем не должна общаться, – голос у отца встревоженный.

За этот час он куда-то растерял весь свой лоск и уверенность. Передо мной пожилой, измученный человек.

– Мам? Что за плохие люди? Это правда? – ждет подтверждения слов Андрея.

Она не слишком близка с дедом по понятным причинам.

– Правда. Но мы в безопасности. Со всем справимся, – целую дочь в макушку.

Я бы не стала рассказывать ей про Галину. Зачем лишние переживания. Тем более Агата уж точно не поможет решить ситуацию. Но отец и тут влез.

Успокоив дочь. Проверив, что Светлана с Марком справляется и все у них нормально, спускаюсь с отцом на первый этаж. Мы выходим во двор.

– Я сейчас к Галине в больницу. Сидите дома и не высовывайтесь. Я подумаю, как безопасней всего вас увезти.

– Нет. С тобой не поеду, – мотаю головой. – Ярослав под ударом. И не факт, что наш отъезд не спровоцирует подонков на более радикальные действия. И я тебе не доверяю.

– Ты думаешь, я сам напал на свою жену? – переходит на крик.

– На нее напали из-за твоих махинаций. Если ты родную дочь не щадил, то что говорить о чужих людях, скольким ты успел нагадить! – отвечаю в тон ему. – У тебя есть варианты, кто это может быть?

– Если не Степка… я без понятия… И от этого еще гаже, – закрывает лицо ладонями.

– Вспоминай, кому переходил дорогу!

– Яра тоже траванули! Так что не мне одному мстят.

– С Ярославом я не уверена. Возможно, это был ты, – протягиваю с сомнением.

– Насколько же ты меня ненавидишь, что допускаешь подобное?! – замирает, внимательно вглядывается в мое лицо, смотрит ошарашено, будто только сейчас до него доходит. – Неужели настолько сильно…

– А ты вспомни свои «подвиги», – развожу руками. – Теперь пожинай плоды.

– Вик, я не хотел тебе вреда… – шепчет растерянно.

– И Косте ты не хотел. Едва не угробил родного сына. Пап, не надо сейчас строить из себя заботливого родителя. Не идет тебе это.

– С Костей все случайно вышло… там перестарались. А увез я его отсюда, чтобы он тут дров не наломал и не влез, куда не следует.

– Я даже не сомневаюсь, что сейчас у тебя на все отмазка найдется. Неинтересно, – смотрю поверх его головы. Напряжение спало и сейчас усталость наваливается. – Езжай как ты к Галине. Расскажешь как она. Пусть поправляется.

– А ты подумай об отъезде, – бросает глухо, садится в машину и уезжает.

Не могу я довериться отцу, после его поступков в прошлом. Сейчас он тоже может учить невесть что. Плюс Ярослав в больнице, его я точно не оставлю. Как и он меня в трудную минуту.

Но как защититься, если я не знаю от кого, и по кому будет следующий удар?

Если отец не травил Ярослава, то кто? Не Степан организовал нападение на Галину, то кто?

В одном я практически уверена, это все связано с событиями прошлого. А отец Дениса так и не успел рассказать мне правду. Полной картины событий я не знаю, потому строить догадки еще сложнее.

А мне ведь тоже угрожали. Как уберечь детей?

Едва мысленно задаю этот вопрос, как телефон оживает.

Степан.

Без раздумий принимаю вызов. Не время прятать голову в песок.

– Слушаю.

– Несравненная Виктория, доброго здравия! – звучит тягучий слащавый голос.

– Что вы хотели, Степан? – холодно обрываю его поток лести.

– Свое желание сотрудничества я озвучивал ранее. Но теперь, в виду открывшихся новых обстоятельств, оно просто необходимо.

– Вы знаете, кто напал на Галину? Или тут знать не надо, и это были вы?

– Мне нужна кровь Андрюши. Но никак не его супруги. Галя не виновата, что полюбила мерзавца. И как по мне это низко, не находите? – смеется.

– Кто тогда?

– Всему свое время. Знаниям тоже, Виктория. А вот если мы с вами объединимся против Андрюши, то шансы выйти целой и невредимой у вас значительно возрастают. Вы ведь хотите защитить детей? А если вы в отца команду вступите, то, боюсь, что даже я не смогу вам помочь.

– Шантажируете?

– Ну что вы, – мурлычет как кот, – Просто указываю на то, что выбора у вас нет. Только наше взаимовыгодное сотрудничество.

Глава 37

– Степан, не беспокойте меня больше звонками, – кладу трубку.

Он информацию не скажет, просто хочет использовать меня в своих целях.

Замечаю какое-то движение в будке охраны. Иду навстречу к охраннику.

– Там Денис Ярославович подъехал, – сообщает мне парень.

– Я к нему выйду сама. Не пускайте его, – направляюсь к воротам.

Еще с Денисом мне разборок не хватало. Надо его отправить поскорее, но это проще подумать, чем сделать.

– Вик, что происходит?! – набрасывается на меня, едва видит.

– Ты не вовремя. Денис, не до тебя сейчас.

– Я хочу видеть дочь! – нависает надо мной, пристально разглядывает.

Чувствую себя как под рентгеновским аппаратом.

– С Агатой все нормально. Просто сейчас… не до тебя… – запинаюсь, не знаю, как ему объяснить.

Правду говорить не хочется. С другой стороны про Галину он все равно узнает. Так какой смысл скрывать?

Неужели я настолько ему не доверяю? Мысль колет иглами прямо в кровоточащее сердце.

Нет, не настолько. Но после его выходки с женским звонком, его поспешном бегстве, хочу как можно дальше держаться от Дениса.

Не верю, что он может мне навредить… Но он столько врал…

– Жених вернулся? – скалится. Отпихивает меня и устремляется во двор.

– Стой! – кричу. Но где там, он прет как танк.

Охранники преграждают ему путь.

– Если хочешь, чтобы остались целыми, отзови, – рявкает как зверюга бешеный, глаза кровью наливаются.

Снова вижу перед собой кого-то другого, но только не Дениса, которого знала всю жизнь.

– Пусть идет, – даю отмашку охране.

Я прекрасно помню, что он сотворил с Каримом и охранниками на свадьбе. Повторения точно не желаю.

Денис вбегает в дом и как ищейка оббегает каждый угол. В шкафы и под кровати он тоже заглядывает.

Ненормальный.

Молчу. Не останавливаю его. Смысл.

Неужели он реально ищет у меня под кроватью Карима? Или еще кого? По себе меряет? Или просто калифорнийское солнышко головку напекло?

– Агата, к вам сегодня кто-то заезжал? – спрашивает дочь.

А вот сейчас велико желание его стукнуть чем-то тяжелым.

– Дедушка заезжал, – малышка пожимает плечами.

– И все?

– Все… – склоняет голову набок. – Пап, а что ты ревнуешь маму? – и улыбается как лиса.

– Стоп… – Денис на несколько секунд зависает. – Дедушка Андрей?

– Да…

– Что он тут забыл?! – рычит. – Кто его впустил в дом?

– Денис, идем поговорим, – прерываю его.

Хватаю за руку, отрывая от дочери.

– Агат, мы на кухне будем. Все окей, – натянуто улыбаюсь дочери.

– Ах, – вздыхает. – И долго вы будете? – смотрит на нас строгим взглядом.

– Будем что? – хором спрашиваем.

– Ругаться. Вместо того чтобы просто быть вместе, – а теперь как на нашкодивших детей смотрит.

И ответить ей нечего. Не объяснить же, что это невозможно. Что между нами выросла такая стена, которую никогда не сломать.

– Что твой ненормальный папаша делал у тебя дома? – накидывается на меня, едва оказываемся наедине.

– Какое ты право имеешь устраивать нашей дочери допрос? – выставляю ответную претензию.

– Я спросил у дочери, что тут происходит! Она на моей стороне и не потерпит твоих хахалей! Все козочка допрыгалась! Больше никаких мужиков! – вены на шее вздуваются, венка на виске пульсирует.

– Ты мне не будешь ставить условия! Ты отец Агаты. А для меня никто! Нет тебя для меня! – нервы сдают, и я едва контролирую голос, чтобы не орать на весь дом.

– Никто… – дергается как от удара.

– Именно так!

– Можешь говорить что хочешь, – удивительно спокойный тон, пугающий. – Но я тебя не отпущу. НИКОГДА. Если придется, я это выбью у тебя на лбу, чтобы никогда не забыла.

– А я твоего мнения не спрашиваю. Это моя жизнь и только я ею буду распоряжаться!

Подходит вплотную. Хочет поцеловать, но я в последний миг выскальзываю. Не дам затуманить себе голову.

– Выйдешь за Карима и помиришься с папашей? – выгибает губы в презрительной ухмылке.

– А вот и выйду! И твое разрешение не понадобится!

– Подпишешь ему смертный приговор, – рычит.

– Ты больной!

– Тобой да, – говорит едва слышно. – И всегда был… с первого взгляда…

Сейчас снова вижу того Дениса, открытого, нежного, моего невзирая ни на что и ни на кого. Сердце сжимается, тянется к нему в болезненно-любовных спазмах.

– Даже после всех твоих действий. Предательств, обманов, после всех… приму назад… И ребенка загубленного нашего попробую простить… Я больной… реально больной, такого не прощают, – говорит то ли мне, то ли сам себе.

Своими словами снова разрушает хрупкий миг теплоты и промелькнувшей веры.

– Уходи, – говорю глухо.

– Я хочу поехать с Агатой купить железную дорогу Марку. Я обещал, – смотрит мне в глаза болезненным взглядом. Словно его ранили, а он продолжает двигаться сквозь невыносимую боль. – Он мне уже дорог… он же твой…

– Агата останется дома. Ты все равно узнаешь, – вздыхаю. – Галину порезали сегодня. И дома отцу ее кровью угрозы написали. Поэтому он был тут.

– Что уже? – вырывается у него растерянное.

– То есть ты знал? – отшатываюсь так резко, что с грохотом врезаюсь в стол.

Глава 38

– Вик, твой папаша много дел натворил, – не мигая смотрит мне в глаза. – Рано или поздно, он должен за все ответить.

– Ты за этим стоишь? – спрашиваю шепотом, голос сел.

– Не я…

– Но ты знаешь, кто это, – ответ вижу в его глазах, даже подтверждения не требуется.

– Да…

– Почему Галина? Она не лучший человек, но зачем так, – закрываю рот рукой, подавляя всхлип.

В кого он превратился. Похоже, я была о нем лучшего мнения, чем он есть на самом деле.

– Вик, если бы я мог, я бы предотвратил. Не успел, – разводит руки в стороны. Но сожаления не вижу.

– Своего отца тоже ты отравил? – высказываю жуткую догадку.

– Думаешь, я а такое способен? – глаза полыхают огнем, в них кроме ярости больше ничего не прочитать.

– Думаю, да и на что-нибудь похлеще.

– Я никогда не причиню вреда ни тебе, ни детям.

– А твои новые друзья, с которыми ты связался? – держусь руками за стол, пол под ногами качается.

– Я уберегу тебя ото всех. Никто не приблизится. Ты будешь в безопасности, – рычит.

– Так же как Галина? А потом скажешь, прости, я не успел? Или это надо было для дела?

– Не будет такого! – подходит ближе, осторожно убирает локон, упавший мне на глаза.

– Денис, они уже строчат мне смс с угрозами. Твой «друг» Степан предлагает сотрудничество, названивает, приезжает! Отличную компанию ты себе выбрал! Так будь с ними! Не лезь ко мне! Оставь! Если на меня плевать, – всхлипываю, – Подумай о дочери! Агата подобного не заслужила!

– Что за смс? – крылья носа трепещут, в глазах уже настоящий пожар.

– Поиграем, сучья дочь! И я должна быть уверена в своей безопасности после этого? Просто довериться твоим словам? – отталкиваю его со всей силы. – Не подходи! Не прикасайся! НИКОГДА!

– Я разберусь, Вик. Обещаю, все скоро закончится! Я близок к цели. Когда смогу, я все-все тебе расскажу.

– Еще не забудь познакомить с той бабой, которая тебе названивала, и к которой ты как верный пес помчал! – зря я это ляпнула. Спалила свою ревность, что пожирает меня куда сильнее врагов.

Потому что не будь Денис обманщиком, мы бы вместе справились. А так… он на стороне врагов.

Сейчас он это подтвердил. Безвозвратно растоптав нас.

– Все не так. Она не моя баба, – взъерошивает волосы.

– Пошел вон! – отворачиваюсь.

– Вик!

– Ни слова больше не говори, – пытаюсь передать взглядом все свое презрение, все свои разбитые надежды и изувеченную любовь.

Денис разворачивается и уходит. А я заливаюсь слезами, в который раз прощаясь с ним. Сколько обещаю себе, что все, хватит. А все равно в глубине души на что-то надеюсь.

Подхожу к окну. И вижу какую-то возню во дворе.

Что опять случилось? Выбегаю к воротам.

Денис держит за ворот куртки Карима. Тот побитый, едва стоит на ногах.

– Отпусти его немедленно! – кричу.

Охранники нас окружают, но я даю им знак не лезть. Если они затеют драку, тогда с Каримом может произойти непоправимое.

– А то что? – скалится Денис.

– Ты ненормальный! Слабого будешь бить? Человека, вышедшего из больницы? – от моих слов, Карим болезненно морщится.

Задела его мужское самолюбие. Но в данной ситуации нет времени выражения выбирать.

– Еще и замуж за него сходи! Я ведь не оправдал твоих надежд. Не то, что он! – выплевывает каждое слово с неприкрытой горечью.

– А это не твое дело! Я сказала, убирайся!

Швыряет Карима об металлический забор. Мой бывший жених со стоном оседает на землю.

Денис запрыгивает в машину и уезжает. А с носа Карима течет кровь, глаза закатываются, он в полусознательном состоянии.

– Зачем же ты из больницы вышел?! – причитаю.

– Виктория Андреевна, позвольте, помогу, – охранник склоняется над Каримом и пробует остановить кровотечение. Его напарник уже звонит в скорую.

– Виктория я так тебя люблю, – шепчет заплетающимся языком.

А я не знаю, что ответить. Правильнее всего было бы – забудь меня. Я приношу тебе только неприятности. Но сейчас явно не время для подобного разговора.

К счастью скорая приезжает быстро. Извиняюсь перед Каримом, что не могу поехать с ним.

Дети превыше всего. А сейчас я не могу их оставить. Я все еще не понимаю, от кого исходит основная угроза.

Денис знает, но он не сказал. Значит, и рассчитывать, на его защиту бессмысленно.

Неужели теперь он враг?

Эта мысль отравляет. Не хочу верить. Не могу смириться. Но факты вещь упрямая. А они указывают именно на это.

Глава 39

Следующие два дня проходят спокойно. Если можно назвать состояние, когда сидишь как на вулкане, ожидая со всех концов извержения.

Карим снова в больнице. Ему ожидаемо стало хуже. А я… не хочу к нему ехать. Переписываюсь с ним, желаю скорейшего выздоровления, игнорирую его признания и теплые слова.

После всего происходящего, меня полностью от него отвернуло. Не в Кариме дело. Он ничего плохо не совершил. Просто во мне окончательно что-то разбилось и восстановлению и починке не подлежит.

Отец тоже мне звонит. Рассказывает, что жизни Галины ничего не угрожает. Просит быть осторожной и не выходить из дома. Также снова предлагает уехать. И обещает заехать ко мне на днях. Его видеть тоже не желаю. Беда нас не объединила. Доверия к нему нет. Хоть есть сомнения, что все же не он главное зло. Но от этого не легче, слишком отец постарался отравить мне жизнь, чтобы я так просто все забыла.

Конечно, провести время с детьми – это хорошо. Но я не могу вечно сидеть взаперти. Мысли атакуют. И Денис все из головы не выходит. Неужели он встал на сторону врагов? Что вообще в его голове? Чем он думает? Что с ним происходило эти четыре года?

На третий день мне звонят из больницы. Сообщают, что Ярослав пришел в себя, и хочет меня видеть.

Детей оставить одних не решаюсь, потому вижу единственный выход – звоню брату. Костя соглашается, правда он не в восторге от моей идеи. На удивление, он солидарен с моим отцом. Пока я не покидаю дом, твердит мне не переставая, что тут оставаться опасно.

В больницу доезжаю быстро. Охрана на месте. Ярослава перевели в другую палату. Он выглядит заметно лучше. Уже не такой бледный, даже улыбается мне.

– Викуся, как я рад тебя видеть! Спасительница моя! – тянет ко мне руку.

– Яр, очнулся! – сажусь на край кровати и расцеловываю его в обе щеки.

– Если бы не ты. Меня бы не было, – вздыхает.

Видно, что он еще очень слаб, но пытается держаться.

– Ты знаешь, кто мог тебя отравить? Я думала, на отца, но… потом выяснились другие факты… Я запуталась. Мне тебя так не хватало, – сжимаю его сухую ладонь.

– Не время мне тут валяться, когда тучи сгущаются, – поджимает губы. – Я хотел тебя уберечь. Многое не рассказывал. Еще и потому, что понимал – ты меня возненавидишь. А ты мне как дочь, Викусь. Жалею, что не разглядел этого раньше. О многом жалею, – в глазах плещутся сожаления.

– Мне нужно все знать. Яр, я не понимаю уже кто друг, кто враг. Степан в городе. Я ведь все были уверены, что он погиб…

– В этом была уверена только Елена. Мы с Андреем давно знаем, что смерть он свою подстроил. У него смысл существования – отравлять жизнь другим. Начну с истоков, так тебе будет понятнее, – тянется за стаканом с водой. Я ему помогаю сделать несколько глотков. – С Андреем мы дружили с детства. Тогда казалось, что это дружба на всю жизнь. Нас было много общего, оба из неблагополучных семей, вдвоем хотели вырвать у судьбы свой вкусный кусок пирога. Когда мы уже заканчивали школу, на одной из вечеринок мы познакомились со Степаном. Он отличался от нас, парень из богатой семьи, который сорил деньгами направо и налево. Чего греха таить, – Ярослав смотрит на меня виновато, – Мы с Андрюхой, привыкшие считать каждую копейку, восприняли дружбу с ним как манну небесную. Степан не скупился, оплачивал выпивку, водил нас в крутые места. Мы тогда не задумывались, почему он не общается с парнями из своего круга, а все свое время тратит на нас босяков. Это сейчас я понимаю, что он нас прикармливал. А тогда юношеская наивность творила свое дело. Больше двух лет мы дружили. Степан часто втягивал нас в не совсем законные делишки. Не так для заработка ради, как больше для адреналина. Ему было скучно, у Степки было все, и ему постоянно хотелось острых ощущений. Андрей же в то время влюбился в девушку, которая упорно его не замечала. Мы ее не видели, но он нам все уши прожужжал, какая она нереальная и замечательная. И он на все пойдет, чтоб заполучить ее себе. А у Степана назревал конфликт дома, его разгульная жизнь не нравилась его родителям и они решили женить сына. Кандидатку в жены искать долго не пришлось – ею была дочь лучшего друга их семьи.

– Елена, – шепчу тихо.

– Верно, Викусь, именно она, влюбленная в Степана по уши, наивная, избалованная, красивая…

Глава 40

– Елена была наивной девочкой. Она не знала предательства, проблем, родители всю жизнь ее опекали, – Ярослав рассказывает о жене без нежности, просто констатирует факт. Из чего можно делать вывод, что ее он никогда не любил. – Она влюбилась в Степана. А он же в свою очередь, решил не идти наперекор родителям. Повстречаться с Леной, потянуть время, а там возможно, и от свадьбы удастся отмазаться. Степа разыгрывал перед ней белого рыцаря. На радость родителям. Усыплял бдительность, доил своего отца, а сам продолжал привычный образ жизни. Конечно, же девушек в его жизни было много, он изменял своей невесте, едва ли у нее не под носом. Но ослепленная любовью и его сказками, она ничего не замечала и смотрела на него, как на свое божество. Андрей в это время продолжал ухаживать за Катей. Постоянно жаловался нам, что она его унижает, посылая при всех. Катерина была из бедной семьи, мать ее жила в деревне, поступила в институт она благодаря своему трудолюбию. Девушка училась днями и ночами, подрабатывала, делая курсовые студентам, даже бралась за старшие курсы. Твоя мама была очень умной, – а вот сейчас в его голосе грусть, неприкрытая тоска.

– Ты же говорил, вы познакомились, когда она уже была в браке?

– Именно так. На тот момент о твоей матери я слышал только рассказы. Я немного отделился от Степана с Андреем. Больше времени посвящал учебе и подработке официантом в одном ресторане. Мне претило подлизываться к Степе за каждую копейку. Но порой мы пересекались, часто Андрей и Степа захаживали в ресторан, где я трудился. Потому в курсе их жизненный историй я был отчасти, а происходивший далее ужас я и вовсе не застал, так как уехал на практику. Мне как одному из лучших студентов предложили хорошее место в другом городе. Именно поэтому, о произошедшем с Катенькой я узнал гораздо позже. Уверен, зная, я об их планах заранее, непременно бы постарался помешать… – Ярослав замолкает, тяжело дышит.

Он сейчас слаб, а откровения отбирают остатки сил.

– Может, делаем перерыв? Потом продолжишь? – интересуюсь, вытирая пот с его лба.

– Нет. Я не знаю, будет ли мое завтра. Я откладывал. Ничего хорошего из этого не вышло, – упрямо поджимает губы. – Я отбыл на практику. А тем временем, Катерина при всей своей группе дерзко отшила твоего отца. Сделала так, что его подняли на смех. Андрей не мог подобного простить и обратился к Степану за помощью. Степан помог… так помог… – стискивает зубы. – Они заманили твою маму в квартиру. Подговорили одну студентку, типа ей нужна помощь. А там в квартире устроили жуткую вечеринку… где твоей матерью пользовались все, кто хотел… Ты понимаешь о чем я… Над невинной девочкой жутко надругались. А потом фотографии с этой вечеринки гуляли по всему институту. Дошли до деканата. Катерину отчислили. Степан же подставил ее на крупную сумму денег. Со всех сторон ее обложили. И тогда твой отец предложил ей выйти за него замуж. Он долго ее ломал, проделывал страшные вещи… О которых тебе лучше не знать… скажу лишь, что та вечеринка не была единственной. Твоя мать согласилась. А на их свадьбе, Степан потребовал у твоего отца расплатиться с ним за помощь, твоей матерью. Так что Катерина свою брачную ночь провела в посели со Степаном. Думаю, в тот момент между Андреем и Степой впервые пробежала черная кошка. Твой отец явно не хотел делиться трофеем, а Степану понравилась Катя.

Я слушаю его, качая головой, волосы на затылке шевелятся. И все еще не верю, что это происходило в реальности. Слишком жестоко, чтобы поверить. Слишком ужасно, что все это выпало на долю моей мамы.

Катя всеми фибрами души ненавидела своих мучителей. Всячески демонстрировала им свое пренебрежение, за что ее нещадно наказывали. Они отправили твою мать работать в стриптиз бар, где клиенты могли потребовать дополнительные услуги. От ежедневного кошмара, она стала выпивать, чтобы как-то забыться. А твой отец стал строить свою карьеру, отдельно и без ведома Степана. Он стал работать на конкурента его отца. При этом он при первой возможности подкладывал Катю под нужных людей. Он ей мстил за презрение. Катерина позже говорила, не раз он обещал ей, что все изменится, если она добровольно примет его. Твоя мать отказывалась снова и снова, за что жестоко расплачивалась. А Андрей играл на два фронта. Продолжал дружить со Степаном, и добывать компромат на его отца. Твой отец был вхож в дом, и ему удалось выкрасть очень важные документы. Это стало началом конца империи Степана. Бизнес его родителей рушился на глазах. И тогда единственно доступным решением была женитьба Степана на Елене. Капитала ее родителей могли спасти империю Степиных родителей. Но отец Елены, прознав о положении дел будущих родственников, решил отменить свадьбу. Об этом он сказал лично отцу Степана. И собирался сказать об этом Елене. Но тут подсуетился Степа, он увез Лену в горы, а сам нанял отморозков, Андрея попросил быть главным. В общем, под руководством твоего отца, родителей Лены зарезали. Очень уж Степа не хотел терять деньги. Теперь он грезил браком с Леной. А твоему отцу он пообещал золотые горы за помощь. Вернувшись, Лена застала ужасающую картину, которая и по сей день ее не отпускает.