Текст книги "Рок-звезда Советского Союза 2 (СИ)"

Автор книги: Александр Яманов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11

Ноябрь 1978 года, Москва. Орудьево, Московская область.

Жизнь хороша! А хорошо жить ещё лучше! Именно эти слова из «Кавказской пленницы» крутились у меня в голове. Выйдя на ступеньки здания на Сущёвской улице, где расположено издательство «Молодая гвардия», я посмотрел на яркое солнце и улыбнулся. Сегодня даже погода радует несмотря на небольшой мороз. На улице примерно минус три, зато солнечно. Надо искать во всём плюсы!

Причина моего отличного настроения проста как три копейки. Иванов только что утвердил в печать «Ведьмака»! Не всё прошло гладко, но важен итог. Так-то Анатолий Степанович – весьма строгий и дотошный критик. С одной стороны, он похвалил меня за выбор сюжета с русскими, вернее, восточнославянскими мотивами. С другой – долго громил манеру изложения, бедный язык и отсутствие глубины. Интересно, а чего он хочет от фэнтези-боевика? Описания природы уровня Паустовского или психологизма, как у Чехова? В фантастике главное – действо и грамотный антураж. Поэтому плагиат Сапковского, изложенный на мой лад, понравился читателям.

В СССР немного иной подход к литературе, более требовательный. Что и доказал мэтр на нашей встрече. При этом типографии печатают столько откровенного шлака, что становится жалко читателей. И куда девается знаменитая экономия бумаги? Это я сейчас даже не о произведениях советских и коммунистических вождей. Иногда я захаживаю в публичную библиотеку Орудьево, где беру книги писателей пятидесятых-семидесятых годов. Скажем так, они разочаровывают. Хотя несколько раз попадались сборники интересной фантастики. Оказалось, я очень мало знаю об отечественной литературе.

Да и плевать. В мои планы не входит заниматься её развитием. Главное, продолжение «Ведьмака» поставили в печать на следующий год, а примерно в мае стоит ожидать выхода книги. Это успех! А ещё неплохое подспорье для продвижения музыки. До недавних пор я был никем, обычным выскочкой, положившим на музыку стихи Есенина. Именно так меня стараются характеризовать недоброжелатели и враги. Ага, уже есть и такие, в том числе среди звёзд эстрады. И их неожиданно много! Гудкин сообщил по секрету, назвав несколько фамилий. Я малость удивился, но потом махнул рукой.

У меня свой путь. А популярное фантастическое произведение поможет обосновывать перед комиссиями уклон моих текстов в мистику и мифопоэтику. Попробуй придерись. Внедрять тяжёлую музыку будет сложнее, но мы тоже справимся. Просто нельзя торопиться и надо дозировать утяжеление звучания. Пока вроде получается.

Меня больше волнует обещанный гонорар в размере трёх тысяч рублей. Обычно начинающий писатель получает примерно сто двадцать – сто пятьдесят за авторский лист. Но мне подняли ставку до двухсот семидесяти рублей. Неплохо! А у мэтров ставка может доходить до восьми сотен. Есть к чему стремиться. Иванов также посоветовал мне подать документы на вступление в Союз писателей, пообещав оказать всемерную поддержку. Полевой тоже поможет.

Сначала я посчитал эту идею бесполезной, но старшие товарищи сразу доказали ошибочность подобных рассуждений. Членство в СП даёт немало преференций и льгот. Да и зарабатывать на этом можно. Например, встречи с читателями неплохо оплачиваются, если правильно оформлены. Организации с удовольствием приглашают различных деятелей культуры для общения с коллективами. Руководству завода или фабрики – галочка за успешную работу с культмассовым сектором, а выступающим – неплохая денежка. С копейки по меркам крупного производства или ведомства.

Забавно, но моё заявление на вступление в Союз композиторов прокатили. Во-первых, не оказалось авторитетного поручителя. Во-вторых, у члена должно быть музыкальное образование по специальности «композиция». Очередной советский сюрреализм. Выходит, важнее нужная корочка, а не умение писать популярную музыку. Ничего, чуть позже я сделаю ещё попытку, когда обрасту соответствующими связями. Гудкин с Дворником подтвердили, что это возможно, и прецедентов хватает. Просто конкурентов нигде не любят. А здесь речь о хороших деньгах и преференциях.

Но все эти события меркнут перед одним. Недавно мне позвонили из Германии. Толком поговорить не получилось, так как продюсер, получивший записи, боялся сказать лишнего. Суть в том, что песни понравились, и он обещал посетить наш концерт в декабре, когда прилетит в Москву. Интересно, в ДК уже установили прослушку? Я ведь разговаривал с рабочего телефона, ещё и по-немецки.

Со звонком вообще целая история. У нас репетиция в самом разгаре, и вдруг прибегает лично главбух с ошалелыми глазами и, запинаясь, сообщает, что с товарищем Оболенским вскоре свяжутся из самой ФРГ. Оказывается, телефонистки предупреждают о заказанном звонке и назначают точное время. Ещё более сильный удар понесла психика Марии Ильиничны, когда она услышала немецкую речь в моём исполнении. Было ощущение, что мадам сейчас грохнется в обморок. Надеюсь, она не подумала о шпионе, затесавшемся в ряды сотрудников дома культуры и передавшем секретную информацию о расположении местных туалетов?

Когда я рассказывал об этом коллективу, все смеялись. Но как-то натужно. Подобный звонок просто обязан зафиксировать КГБ. Никому из наших не нужно пристальное внимание столь могущественной организации. Только как мне выходить на европейский рынок? Для начала, конечно. Планы по завоеванию мира я буду осуществлять позже. Шучу! Надо объективно смотреть на вещи. Хорошо, если получится выступить на Западе и тем более записать там альбом.

Я больше рассчитываю продать несколько песен и попробовать выступить с кем-то из западных звёзд дуэтом. Посмотрим. Но сомневаюсь, что советскую группу серьёзно допустят к европейской публике. Зато условный успех за границей должен открыть для меня все двери и помочь с продвижением рока. Надоели мелкие чиновники от культуры, раздувшиеся от собственной важности и способные запретить любую песню и тем более музыку. Ладно бы в словах было что-то антисоветское или спорный контекст. Так ведь нет! Люди просто запрещают, потому что не понимают, или, опасаясь, как бы чего не вышло. Мне одна тётка прямо так и заявила: мол, а вдруг в ваших песнях скрытый смысл и они порочат советскую власть. Бред!

А это только низшие звенья, через которые с трудом, но можно продраться. С ужасом ожидаю, когда мной займутся более серьёзные товарищи. Наши песни уже популярны, а значит, скоро радиослушатели начнут просить их поставить в эфире. Только качественных записей попросту нет. И большой вопрос, разрешат ли нам выйти на следующий уровень. Поэтому книга и сотрудничество с немцем должны упасть в копилку моего будущего успеха.

Пока же у меня более важное дело. Сегодня должна приехать Анна. Она снова умотала на какой-то слёт и вернулась только вчера. Я предложил ей сходить в ресторан, но девушка отказалась. Мол, лучше посидим у меня дома, но шашлык должен быть самого лучшего качества. Кто против? Хотя поход в ресторан больше подходил моим намерениям. Часов шесть ещё есть, продукты куплены, надо только подобрать нормальный букет. Этим и займусь, а потом в Орудьево.

* * *

– Аааххх! – простонала Аня и рухнула на меня, чуть не пронзив твёрдыми сосками.

Мы кувыркаемся уже несколько часов, с перерывами на еду и вино. Прямо какой-то секс-марафон. Я не против, так как соскучился, но сегодня рыжая – сплошной ураган, который не остановить. Начиналось всё чинно и благородно. Дама обрадовалась подаренным цветам, потом ужин и разговоры. Как без них? Нам есть о чём поговорить, и не только об отношениях. Их мы чаще обходим стороной, так повелось изначально. Поэтому я долго раздумывал о лучшем поводе сменить тему и решить один важный вопрос. Но не получилось, а потом мы плавно переместились в кровать, где разговоры излишни.

Хотя было жгучее желание похвастаться литературными успехами, о которых я пока помалкивал. Однако решил оставить всё на утро. А может, и на следующий вечер. Ведь встретились мы в пятницу. Поэтому я подумал, что мы проведём вместе все выходные. В ресторан тоже надо сходить. Иногда хочется развеяться, потанцевать и повеселиться. А то больше развлекаю других.

Ещё можно, наконец, познакомить Аню с кем-то из моих друзей. Кстати, а они у меня есть? Раньше я думал, что Кузнец – мой лучший друг. Недавно мы объяснились и вроде наладили отношения. Андрюха снова влился в коллектив, перестав кукситься и пугать народ угрюмым видом. В личной жизни у него налаживается. Дарья сменила гнев на милость, и ребята сейчас встречаются. По слухам, там всё серьёзно.

Не удивлюсь, если причина перемены настроения красотки банальна и проста. ВИА приобрёл статус, музыканты начали нормально зарабатывать, ещё нам положены многие заводские льготы, включая очередь на квартиру. Так почему не застолбить более или менее приличный вариант, тем более в тебя влюблённый? Отсутствие взаимности – дело житейское. Бабы они везде одинаковые, поэтому я не завидую Кузнецу. Намучается он со своей королевой. Не просто так один поэт написал: «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей». Он знал в этом толк.

Только я отвлёкся. С друзьями у меня сейчас беда. Андрюхин фортель забыт, но осадок остался. Прежних душевных отношений не вернуть. Хотя мы все делаем вид, что ситуация нормализовалась. Но должно пройти какое-то время.

Сейчас в мой основной круг общения входят Рама и Лукьян, с которыми мы вместе начали качаться. Именно здоровяка-ударника можно назвать ближайшим товарищем. Только не другом. Как ни странно, под эту категорию подходит Аня, с которой нас объединяет не только постель и чувства. Она действительно надёжная. Так, мне кажется.

– Ты меня сегодня совсем заездил, – произнесла подруга, проведя ноготками по моей груди. – Будто с цепи сорвался.

Прижимаю крепче желанное тело и молчу. Это кто кого заездил. Ещё и набросилась на меня, будто с цепи сорвалась. Начинаю поглаживать приятные выпуклости и понимаю, что уже отдохнул и готов к новым шалостям. Почувствовав моё возбуждение, девушка перевернулась набок, а затем села на край кровати.

– Я в ванну и давай спать. Иначе мы так до утра будем кувыркаться. А мне отдохнуть надо, дорога была тяжёлой – двенадцать часов на автобусе ехала.

Рыжая нимфа упорхнула, а меня будто выключили. Сразу пришла сонливость, я ведь тоже почти не отдыхаю. Поэтому лучше отложить разговоры на завтра, вернее, уже сегодня. Сам не заметил, как уснул.

* * *

С утра мы не успели проснуться, как Анна снова начала меня домогаться. Ага, именно так! Ха-ха! В общем, начало дня прошло бодро и интенсивно, лучше любой зарядки. Только специфические звуки намекали, что молодые люди занимаются не совсем физкультурой. Странно, что в этот раз была наша обычная страсть, но не хватало той толики чувственности, превращающей банальный секс в занятие любовью. После двух подходов мы решили сделать паузу.

– Накормишь девушку завтраком или будешь продолжать морить её голодом? – голубые глазищи смотрели на меня с иронией.

Делать нечего. Под громкое «Ой!» хлопаю упругую попку и вскакиваю с кровати. Правильно, нечего валяться. Нас ждут великие дела. Быстро умывшись, я последовал на кухню. Чуть позже в ванной послышался звук льющейся воды. Значит, минут десять у меня есть. Аня не любительница мыться часами.

– Ммм! Волшебно! – девушка закатила глаза от удовольствия. – Оболенский, у меня давно выработался комплекс неполноценности перед твоими кулинарными талантами. Ты даже из завтрака умудряешься сделать произведение искусства!

Похвала подруги приятна! Но дело скорее в том, что она плохо готовит. Я ведь сделал обычный омлет с ветчиной, посыпанный натёртым сыром. Ещё пожарил гренки на сливочном масле. Пища калорийная, но мы оба ведём активный образ жизни, поэтому не боимся полноты.

– Кофе! – снова воскликнула рыжая, когда я начал разливать напиток из турки.

Девушка предпочитает обычный чёрный, у меня – с молоком и сахаром. Вот такие извращения.

Некоторое время мы сидели молча, наслаждаясь сытой негой и приятным моментом. Анна без макияжа, в моей рубашке и с собранными в хвост волосами нравится мне гораздо больше, чем в официальном образе. Сейчас она выглядит по-домашнему и мило. На работе девушка преображается в жёсткого и одновременно ироничного сотрудника мощной структуры. От неё прямо несёт силой и отчуждённостью, если дело касается каких-то просчётов или проблемы. Не хотел бы я иметь такого начальника. Нынешняя ситуация гораздо приятнее.

Чего-то на меня снова накатила волна неуверенности. Вроде не мальчик – внутренне, конечно, а нервничаю. Или опасаюсь отказа? Может, лучше пройтись с Анной по району? Погода сегодня отличная, снова солнечно! У нас здесь сосны вокруг, будто в бору, и воздух опьяняюще чистый. Там и поговорю. Обдумываю ситуацию, сжимая коробочку, лежащую в кармане шорт. Нет, лучше сейчас.

Наконец, достаю заветный футляр, обтянутый замшей. Вдруг подруга буквально обдала меня холодным душем. Моральным, естественно.

– Ник, я, вообще-то, приехала попрощаться, – произнесла Аня, глядя мне в глаза. – С тобой мне не просто хорошо, а изумительно! Только… Не обижайся, но ты занимаешься несерьёзным делом, даже бесперспективным. Понимаю, ты талантлив и не видишь себя без музыки. Но любой нормальной девушке надо думать о будущем. А с тобой его нет.

Надеюсь, мне удалось сохранить невозмутимое выражение лица. Хотя какая разница? Что за глупости лезут в голову?

– Сам понимаешь, мне ещё карьеру делать. Это моя цель. Детская мечта, которая должна осуществиться! А ты будешь тянуть меня вниз. Я выхожу замуж, Ник, – Анна, наконец, перешла к сути. – Собственно, у меня всё.

Было желание показать ей договор с издательством, заодно сообщить, что Ярослав Князев – это мой псевдоним. Но хотелось сделать рыжику сюрприз уже после всего. Я ведь не идиот и прекрасно понимаю шаткость нынешнего положения. Анна правильно сказала, что нормальной женщине необходима уверенность в будущем своего мужчины. Просто любовью сыт не будешь. Одно дело – музыкант при заводском ДК, и совсем другое – популярный писатель с перспективными творческими планами. Да мне хватило бы одного «Ведьмака», чтобы качать деньги из системы и обеспечить себе достойный быт. По идее, надо задуматься о выходе к иностранному читателю, да и киношники могут заинтересоваться.

Только сейчас всё неважно. Глупо впадать в меланхолию из-за произошедшего, всё-таки я переживал в жизни разные разочарования и трагедии. Но… Больно!

Любопытно, чтобы она сказала, узнав об успехе книги? Хотя решение Анна наверняка приняла давно. Поэтому неважно. От волнения сжимаю коробочку с кольцом, которую я почти достал. Футляр громко треснул, отчего девушка вздрогнула и удивлённо уставилась на мою руку. В некогда любимых голубых глазах появилось понимание.

– Я закажу тебе такси, – встаю из-за стола и сую коробочку в карман. – Ты пока переодевайся.

Недавно возле магазина поставили телефонную будку, поэтому можно не бегать звонить к Ларину. Бросаю футляр на трюмо и выхожу из дома. До нужного места я дошёл в прострации, просто машинально переставляя ноги. Естественно, внутри меня шла борьба. Можно ли было изменить ситуацию? Это главный вопрос, который я себе задавал.

Из тяжёлых мыслей меня вывела стандартная картина. А в будке стоял парень, что-то радостно вещавший в трубку. Честно говоря, надоела подобная публика, считающая, что если заплатил две копейки, то можно болтать до бесконечности. Ладно, в большом городе, где будок обычно несколько. Но у нас на районе она одна. Почему власть не озаботится ограничением времени разговора, не знаю.

Обычно я спокойно реагирую даже на откровенное хамство. Быдла в стране хватает, и всех не перевоспитаешь. Только сегодня парню не повезло. Постояв примерно минуту, я осторожно постучал по его плечу.

– Чего? – на меня уставились злым взглядом. – Не видишь, я разговариваю. Да здесь какой-то дятел мешает. В общем, слушай…

Парень снова повернулся ко мне спиной, даже не выслушав. А если человеку надо вызвать экстренную службу? Вдруг человеку плохо или дом горит? Тут на меня накатило, аж зубы скрипнули от злости. Хватаю наглеца за руку и выбрасываю его из будки. Затем начинаю медленно наступать на него.

– Ты совсем? – воскликнул уже испуганный парень, а потом заверещал. – Я сейчас милицию вызову!

Не обращая внимания на крики, подхожу вплотную к хаму и с трудом останавливаюсь, чтобы не зарядить ему ногой по мерзкой роже. Поняв мои намерения, парень взвизгнул по-бабски и отпрыгнул в сторону. Затем начал убегать сначала на четвереньках, после чего вскочил на ноги.

Делаю несколько глубоких вдохов и выдохов, постепенно успокаиваясь. Не хватало ещё загреметь за хулиганство или избиение. Понимаю, больно. Но цель превыше всего!

Быстро дозваниваюсь до таксопарка и вызываю машину. Надеюсь, она приедет быстро. Ситуация с такси в СССР – это отдельная тема для разговоров. Печальная.

По дороге домой я уже успокоился. По крайней мере, срывов и истерик не будет. Захожу в дом и нахожу Анну, сидящую на кухне. Перед ней лежит кольцо. Лицо девушки бледное и задумчивое. Она подняла на меня грустный взгляд, но я промолчал и просто схватил кольцо.

– Никита, я… – дрогнувшим голосом произнесла Анна и осеклась.

– Недостойна кольца моей бабушки, – произношу со злой усмешкой и демонстративно мою украшение под краном.

Глупо? Возможно, но надо же было как-то отреагировать. А то попрощаться она пришла. Потрахалась и к жениху. Наверное, это настоящая любовь. Или хорошо характеризует моральный уровень бывшей возлюбленной.

Увидев мои манипуляции, Анна дёрнулась, будто от пощёчины. Её лицо моментально покраснело. Рыжим сложно сдерживать чувства.

– Ключи положи на полку, где дверь, знаешь. Прощай!

Выхожу из кухни и направляюсь в зал. Сейчас мне надо отвлечься. А что может быть лучше музыки? Громкий звук захлопнувшейся двери стал перевёрнутой страницей моей жизни. Неприятность эту мы переживём.

Включаю комбик и тянусь к гитаре. Несколько пробных аккордов, а затем песня полилась автоматически.

На холодной земле стоит город большой,

Там горят фонари и машины гудят.

https://vkvideo.ru/video-47695562_456240241?ysclid=ms9guurjbc255569642

Не собираюсь перепевать Цоя. Это сродни святотатству. Просто песня хорошо легла на настроение. Закончив, я оказался в полной тишине. На улице прошуршали шины автомобиля. Скорее всего, отъезжает такси, увозя мою любовь.

Понимаю, что дверь закрыли не за мной, но следующую песню я также запел на автомате. И начал чувствовать, что хандра уходит. Ничего, жизнь на этом не заканчивается, а только начинается.

https://rutube.ru/video/77a5c7c0567a79b22f19585eb8dbbb0e/

Глава 12

Декабрь 1978 года, Химки, Московская область.

Нас пригласили дать целый тур предновогодних концертов в городах Подмосковья. На этот раз условия организаторов отличались, да и мы начали выбирать. Коллектив решил проигнорировать ДК, где нас приняли холодно и народ расходился во время выступлений.

Есть ещё бытовые моменты. Представьте: вы после выступления потный и уставший. А дирекция не может обеспечить ребят даже умывальником, или чай приходится заваривать с помощью кипятильника. Ещё и воду выпрашивали, а строгий администратор устроил выволочку, напирая на пожарную безопасность. И зачем нам ехать в такой клуб? Пусть даже его руководство решило исправить недочёты, а по факту – отвратительную работу.

По итогу мы выбрали пять концертных площадок, заодно договорились дать обязательные выступления в своём ДК и Ногинском филиале. Только для нас такая ситуация в радость. Своя публика, комфортные условия, ещё и ехать далеко не надо. Но Гудкин пообещал уже в середине января выезд по ведомственной линии. Наконец, сработали договорённости, достигнутые Анной. Хоть какая-то польза от рыжей. Это я так себя настраиваю на негативное отношение, которого пока нет. Девушка сильно запала мне в душу.

Впрочем, надо двигаться вперёд и обрубать подобные связи, ослабляющие мужчину. Вон Кузнец незаметно превратился в эталонного подкаблучника, отчитывающегося перед Дашей за каждый пук. Он даже в качалку перестал ходить. Мол, это дело полузаконное, и подруга предостерегла его о потенциальной опасности. Зачем вообще рассказывать бабе подобные вещи. Мы и раньше занимались. Только больше тяжёлой атлетикой, после хорошей пробежки и игры в волейбол или баскетбол на стадионе, где собирается много парней с завода после работы. Просто дополнительно нагружали мышцы. Сейчас немного работаем на рельеф, держим диету, но без фанатизма. Мы всё-таки музыканты, увлекающиеся спортом, а не культуристы.

Забавно, но перед концертом нервничал я, а не коллектив. Дворник подошёл поговорить после репетиции, почувствовав моё напряжение.

– Никита, ты зря переживаешь. Она справится.

Я сначала подумал, что речь об Ираиде, и удивлённо посмотрел на её мужа. Затем улыбнулся, поняв, что концертмейстер говорит о Пелагее. Да, мы решили дать девочке возможность выступить на более высоком уровне. С организацией конкурса «Голос» происходят какие-то странности, зато более-менее регулярно выступают созданные детские ансамбли. Правда, ребят ожидала наша судьба, а может, и похуже. Им приходится давать концерты больше перед юной публикой, в небольших залах, часто школах.

А ведь «Семицветики» – сильный и профессиональный коллектив с хорошим репертуаром. Думаю, даже в России моего времени он мог с успехом гастролировать по стране. В СССР же иная система. Есть Большой детский хор, Хор мальчиков имени Свешникова, Ансамбль Локтева и ещё десяток республиканских коллективов, имеющих доступ не только к широкой аудитории, но и к радио с телевидением. Остальным группам сложнее, разве что остаётся заявлять о себе на детских конкурсах. Там всё сложно.

Возможно, моя задумка стала жертвой интриг, или чиновники намудрили. Надо будет пообщаться с Элеонорой на новогоднем концерте. А пока я решил сдержать слово, подтягивая талантливую девочку, разучив с ней две песни. Одна из них точно потенциальный хит, если пройдёт комиссию. Ну и мы договорились с родителями Пелагеи, что она выступит с нами. Там вопрос со школой, но сама юная артистка пообещала наверстать пропущенные уроки.

Ребёнку дали шанс, и все силы были брошены на репетиции. Благо я пока опасаюсь форсировать продвижение именно харда, начав наступление с альтернативной подачи фолка и мистического рока. На самом деле получился этакий ералаш, если брать ещё нашу эстрадную программу. Недавно мы отыграли её на финальной репетиции, где присутствовали в основном работники ДК, друзья и знакомые. Вроде получилось неплохо. Потому Дворник и удивился моей нервной реакции.

– Борис Исаакович, а хотите, вы тоже занервничаете? – спрашиваю с ехидной улыбкой.

Концертмейстер сразу задумался и подозрительно посмотрел на меня. Он уже привык, что, несмотря на молодость и смазливую внешность, я не так прост, а может, слишком сложен для понимания.

– Никита, вы уже всё решили. Кого теперь волнует моё мнение? – со вздохом ответил Борис.

– Можно уйти и забыть о нашем разговоре, – продолжаю иронизировать.

– Угу. А потом сгорать от любопытства? – проворчал собеседник. – Рассказывайте. В крайнем случае, корвалол всегда со мной. Если не поможет, у Миши есть более действенное армянское лекарство. Но его лучше употреблять после окончания концерта, а не перед началом.

– Вы же знаете, что в Москву недавно приехала германская группа «Бони М»? – Борис настороженно кивнул. – Они должны дать десять концертов. Кстати, наши организаторы зачем-то обозвали их «ВИА стран Карибского моря». Говорят, хотели избежать ажиотажа. Только полстолицы ищет лишний билетик, которые барыги толкают по сто и более рублей. Впрочем, это не важно. Я бы не пошёл смотреть на кривляние толпы негров, даже заплати мне за это.

– Снова ваша категоричность и даже резкость. Зачем обижать хороших и популярных артистов? Но я отношу это к юному возрасту и…

– Ага, ещё скажите о попытке утвердиться за чужой счёт! – перебиваю Бориса с усмешкой. – Они на самом деле обычные кривляки, которых можно заменить, и ничего не изменится. Однако за неграми стоит человек, придумавший этот проект, написавший песни и создавший яркий образ. Он даже поёт за Бобби Фаррела, который просто танцует и открывает рот, так как не умеет попадать в ритм. Женский вокал тоже вполне себе обычный. В США можно найти десятки певиц получше. Так вот, Франк Фариан, создавший «Бони М», посетит наш сегодняшний концерт.

– Как? – Дворник аж выронил пачку сигарет, которую достал из кармана. – Фариан приедет в Химки слушать выступление ВИА «Странные сны»? Но как он о нас узнал? Хотя… Ваши репетиции и песни на немецком с английским!

– Вот именно! Только продюсер приедет не потому, что поражён нашим репертуаром, услышанным по западногерманскому радио, – на этот раз моя усмешка вышла кривоватой. – Вы угадали насчёт композиций, предназначенных персонально для него. Он их уже слышал, но в сыром варианте. Теперь песни выглядят совершенно иначе.

– Ещё вы очень подтянули вокал за последние месяцы. Хоть завтра в оперу, – кивнул Борис, теребя поднятую пачку. – Не хочу знать, как вам удалось выйти на немца. Скажу одно: это очень опасно. Думаю, после звонка из-за границы, наделавшего в ДК много шума, нами уже заинтересовались соответствующие органы. Теперь придётся только ждать вызова. Надеюсь, вы знаете, что делаете. По большому счёту нам с Ираидой всё равно. Мы уже морально настроились на эмиграцию, когда состоялся наш разговор в «Арбате». Но насколько я понимаю, Никита Оболенский точно за границу не поедет?

Чего это он обратился ко мне в третьем лице? Или во втором? Пробел у меня в образовании, однако. По сути, Дворник прав. Не удивлюсь, если за нами уже начали следить.

– Только вы ошиблись. Я не собираюсь нервничать, – удивил меня концертмейстер. – Мы работаем на своём уровне, поэтому нечего стыдиться. Скажу больше, коллектив растёт и пока не достиг своего потолка. Даже Ираида начала прогрессировать и искать новые образцы. Но всё равно у нас есть определённый предел. Как и у большей части советской эстрады. Это вы с Пелагеей выбиваетесь из общей массы. Девочка – самый настоящий бриллиант! Я бы уже сейчас сравнил её с Зыкиной. Другие аналогии просто не приходят в голову. А ваши песни настолько необычные, что и сравнивать с кем-то сложно. Такое ощущение, что передо мной не обычный парень из Подмосковья, а инопланетянин.

– Главное, чтобы меня не приняли за агента иностранной разведки, прибывшего в СССР пытать неокрепшие умы советских граждан качественной музыкой, – произношу под смех Дворника. – Хорошо, что вы со мной поговорили. Прямо камень с души сняли. Сразу стало легче, и исчезли сомнения.

– Только теперь они появились у меня, а вместо камня – целый валун.

Тут мы начали ржать уже совершенно неприлично, обратив на себя внимание Ираиды с Мишей, вышедших в коридор. Отмахнувшись от супруги и товарища, Борис пошёл курить на улицу. Я же, действительно успокоившись, направился переодеваться и причёсываться. Ничего. Мы сделаем сегодня ход и будем ждать ответа властей или кто там курирует «Сны».

* * *

Концертный зал мне понравился. Он вместительнее нашего ДК примерно мест на триста. И здесь амфитеатр, причём кресла резко поднимаются вверх, давая возможность публике хорошо видеть сцену. Да и выступающие лучше вылавливают отдельные лица.

Выступали мы без ВИА на разогреве, решив отказаться от подобной схемы. В данный момент репертуар позволяет нам отыграть чуть ли не трёхчасовую программу с совершенно разными композициями. Плюс, сегодня три вокалиста, что тоже добавляет разнообразия, будто перед тобой выступают три разных коллектива. У нас ведь и музыка варьируется от баллад с фолком до твиста. По словам Гудкина, большинство зрителей пришло послушать именно «Сны», и только меньшую часть билетов распространяли по предприятиям. Растём!

Сказав несколько приветственных слов, я убедился, что аппаратура в порядке, и подал знак к началу. Мы разбили репертуар примерно на равноценные части, чередуя медленные и быстрые композиции.

Понравилось, что публика хорошо отреагировала на «Странные сны» в исполнении Левищевой. Всё-таки распространяемые кассеты начали давать результат. Олег в последнее время превратил свою каморку в звукозаписывающую студию. Я даже попросил его немного снизить активность. Можно попасть в поле зрения ОБХСС. Благо техник тиражирует нашу музыку и делает это бесплатно. Надеюсь, проскочим.

Вторым положительным моментом стала реакция публики. В пляс пока никто не пускался, но ситуация была близка к этому нехарактерному для СССР моменту. По крайней мере, «Девочка», «Гуляка» и «Медведи» вызвали очень приятную и заметную отдачу. А когда публика получает удовольствие от выступления, то это чувствуется и передаётся музыкантам. Дворник даже показал мне большой палец после того, как Ираида проникновенно исполнила «Сны».

А ещё концертмейстер явно пытался разглядеть в зале Фариана. Судя по шевелениям на правом балконе во время исполнения третьей композиции, иностранец в сопровождении нескольких человек уже в зале. Я действительно успокоился и даже не смотрел в ту сторону. Незачем это. Лучше вылавливать радостные лица слушателей. Заодно не стоит сообщать Борису о присутствии его авторитетного коллеги, он как раз может задёргаться.

– Уважаемые зрители, – обращаюсь к залу после окончания первой части концерта, хоть мы не делали перерыв. – Хочу поделиться с вами одной новостью. Дело в том, что я пишу не только стихи для песен ВИА «Странные сны». Думаю, некоторые из присутствующих читают журнал «Юность», и им попался на глаза роман «Ведьмак». В общем, под именем Ярослав Князев скрывается ваш покорный слуга.

В ответ часть публики отреагировала возгласами и аплодисментами. Особое удовольствие мне доставило выражение лиц Левищевой и Дворника, стоящих за кулисами. Ещё и парни отреагировали эмоционально. Рама быстро прошёлся по барабанам, а Лукьян, любящий читать, тихо выматерился. Кстати, он пытался обсуждать со мной произведение и предлагал его коллективу. Вроде только Рог и Олег заинтересовались приключениями в магическом мире. Чую, что мне предстоит ещё объясняться перед парнями.

– Не подумайте, что я хвалюсь, – продолжаю говорить в микрофон. – Просто несколько следующих песен навеяны мотивами из сказочного произведения. Надеюсь, они вам понравятся. Тем более у нас сюрприз. Сегодня с нами дебютирует солистка ансамбля «Семицветики» и отличная певица Пелагея Сергеева. Прошу поддержать юное дарование.

Зал начал хлопать, но без особого фанатизма. Так даже лучше, меньше давления на девочку. Но судя по выражению лица, Пелагея совершенно не нервничает. Прошедший год хорошо отразился не только на стабилизации голоса артистки, но и её нервной системе. Всё приходит с опытом, именно поэтому я внушаю девочке, что ей необходимы постоянные регулярные выступления.