Текст книги "Как кабачок меня убил и я стала истинной двум принцам (СИ)"

Автор книги: Александр Шугарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Кассиан сжал бумагу двумя пальцами. Лорен придвинул к себе тетрадь и начал быстро считать.

– Пятьдесят банок соуса мы сделаем, – произнес он после короткой паузы. – Если начать большую варку до полудня, яблок хватит. Овощную партию сначала проверим после охлаждения, но двадцать банок не проблема. Сироп на завтра обещать нельзя, пока Кассиан не выбрал рецепт, мы не знаем выход.

Рейвен спокойно доел и положил ложку в миску.

– Он нужен к завтрашнему вечеру. Постоялый двор принимает большую группу путешественников и хочет подать новое к ужину. Я сказал, что Терновый Лог справится.

Кассиан закрыл глаза и выругался. Я посмотрела на него, на Лорена, который уже переписывал расчеты, потом на Рейвена. В моем мире за него бы дрались, как за менеджера по продажам.

Еще вчера утром у меня был гниющий урожай и два принца в спальне. Сегодня один мужчина придумал продукт, второй уже строил производство, а третий продал в десять раз больше, чем мы успели приготовить.

Аграфена подошла к столу, посмотрела на всех нас и громко квохнула.

– Да. У меня те же вопросы, милая… Особенно интересно, в какой момент я согласилась отвечать сразу за троих взрослых мужчин и одну курицу.

Кассиан расправил смятый лист заказа, положил его рядом с разделочной доской и снова взял нож.

– Ладно. Пятьдесят банок получишь. Но если еще раз продашь продукт до того, как я его придумал, я приготовлю тебя.

Рейвен усмехнулся, откинулся на спинку стула и протянул ему пустую миску.

– Сначала накормим королевство. Потом можешь попробовать.

Лорен уже встал и подозвал Марту, чтобы уточнить количество свободных банок. А я сидела посреди кухни и смотрела, как вокруг одного листа с заказом Терновый Лог снова приходит в движение. Похоже, собственное дело мы все-таки открыли.

Глава 6. Два принца, три котла и одна курица

Пятьдесят банок яблочного соуса, двадцать овощной закуски и сироп, которого еще даже не существовало. Все это превратило нашу кухню в производство раньше, чем я успела осознать, что у меня теперь оно вообще есть. Боги, даже погоревать о смерти не дали нормально!

Лорен разложил на столе свои записи, Кассиан освободил все рабочие поверхности. Тарн привел еще четверых работников, и следующие полчаса я вместе с ними перебирала на улице корзины. Хорошие яблоки отправлялись обратно в прохладный погреб, мягкие несли на кухню.

– Поврежденные ягоды отдельно для сиропа кладите. Гиганты-кабачки к Кассиану все, – махнула на них ладонью.

Аграфена ходила между людьми и попыталась залезть в корзину, где лежали яблоки.

– Нет, дорогая, сегодня ты работаешь начальником, а начальники продукты не воруют, – я сняла ее с края корзины и поставила на землю. – Люди заняты, попробуй не пакостить. Хотя кому я это говорю, – пробормотала. – У меня еще три взрослых мужика, а с ними надежды примерно столько же.

Курица подняла голову, потом демонстративно отвернулась и направилась к кухне. Поняла, что ли? Надеюсь.

Через час у меня ныли руки, подол платья покрыла земля. Но зато возле кухни появились ровные ряды корзин. Часть урожая точно не пропадет и принесет, надеюсь, золотые монетки. Знать бы еще, сколько и за что тут покупается.

Внутри дома оказалось очень жарко, несмотря на открытые окна. Кассиан стоял возле сразу трех котлов, рукава были закатаны почти до плеч, на висках блестел пот. В правой руке он держал длинную деревянную ложку, которой указывал окружающим, будто армиями командовал.

– Яблоки сюда, банки сначала кипятим и только потом ставим на тот стол. Морковь не режем крупно. Марта, попробуйте сироп, я добавил еще кислоты.... И где мой перец? Я его сюда клал.

Он вдруг замолчал и посмотрел вниз. Аграфена стояла возле его сапога и держала в клюве красный кусочек.

Кассиан медленно опустил ложку. Курица переступила лапами, зажала перец удобнее и сделала еще один шаг назад.

– Госпожа Олден, заберите свою птицу, пока я не нарушил обещание никого не резать в вашем поместье.

– Давай сюда, разбойница. Перец острый, тебе он зачем вообще?

Аграфена проглотила кусочек раньше, чем я успела ее поймать. Несколько секунд ничего не происходило, потом птица резко мотнула головой, открыла клюв и бросилась к миске с водой возле двери. Вот дурная.

Рейвен, который как раз заносил ящик банок, едва успел переступить через нее.

– Не смей смеяться, – предупредил Кассиан, снова взяв ложку. – Лучше отнеси банки на дальний стол и проверь, все ли целые. Зачем ты вообще сироп обещал?

Рейвен прижал коробку к животу, и я невольно задержала взгляд на его руках, где под закатанными рукавами напряглись мышцы. Удивительно, что принцы вообще ни на что не жаловались и работали.

– Потому что хозяин постоялого двора рассказал мне, что летом у него уходит по несколько кувшинов ягодной воды за вечер, – сказал он уже возле стола, расставляя банки. – Он покупает ягоды, потом платит кухарке, она давит их, добавляет мед… Если мы привезем готовую основу, он просто разведет ее водой. Ему дешевле, нам выгоднее, Кассиану есть чем заняться вместо убийств.

Кассиан повернулся к нему всем корпусом и вытер руки полотенцем.

– Ты совершенно прав, и именно поэтому я тебя пока не убил.

Яблочный соус уже медленно кипел, густая красновато-коричневая масса поднималась тяжелыми пузырями. Во втором котле тушились кабачки с морковью, луком и специями, а возле окна остывал ягодный сироп красивого темного цвета.

– Даже не думай лезть ложкой в котел, – предупредил Кассиан, заметив мой голодный взгляд. – Но сироп можешь попробовать.

Ура, злой ассасин дал хоть что-то поесть. Он налил немного сиропа в кружку, добавил воду и сам протянул мне. Я попробовала осторожно, почувствовала ягоды, легкую кислоту и сладость, но весьма и весьма умеренную.

– Ммм… Очень вкусно. Лед бы еще в комплекте продавать.

– Нужен маг, которого у нас нет, – оперся ладонями о стол Кассиан. – Так бы мы зачаровывали воду, потом кусочки, чтобы не растаяли раньше времени.

– Ладно, давайте сразу считать, сколько сиропа нужно на кувшин и сколько таких кувшинов получится из бутылки. Иначе Лорен придет и спросит, сколько ягод ушло…

– Он уже пришел, – сообщил Кассиан, глядя мне за плечо. – И, судя по лицу, принес еще одну прекрасную новость.

Лорен вошел с тремя листами в руке и сразу направился к свободному краю стола.

– Свободных банок сто тридцать две, из них двадцать шесть слишком маленькие для заказанной партии. Я велел Тарну собрать всю пустую тару из кладовых и проверить крышки, но если Рейвен продолжит продавать такими темпами, через несколько дней банок не останется совсем.

Кассиан ничего не ответил, только протянул ему кружку с разведенным сиропом. Лорен сделал глоток, задержал жидкость во рту, проглотил и взял карандаш.

– Хорошо. Сколько ягод ушло?

Я расхохоталась и оперлась бедром о стол. Кассиан медленно провел ладонью по лицу, выругался, но на этот раз сам назвал вес ягод, меда и воды.

К обеду Терновый Лог перестал напоминать хозяйство, где несколько дней назад спокойно выращивали овощи. Работники ходили между погребом, кухней и сараем с корзинами, возле колодца непрерывно мыли банки, Марта следила за кипячением крышек.

Лорен занял небольшую кладовую рядом с кухней и превратил ее в склад готовой продукции. Я зашла туда, когда несла первую корзину наполненных банок, и остановилась на пороге. На полках уже лежали бумажки с названиями, на стене висел лист с количеством партий, возле двери стоял стол, где записывали, что пришло с кухни и что забрали на доставку.

– Лорен, мы работаем меньше суток, – я поставила корзину на стол и провела пальцем по первой записи. – Откуда у нас уже склад… учет… учет партий и человек, который расписывается за полученные банки?

– Рейвен придет и унесет отсюда тридцать банок, не сказав никому, – фыркнул принц. – Через неделю ты спросишь, почему деньги не сходятся, и все посмотрят друг на друга. Я лучше сразу сделаю все по уму и буду знать, с кого спрашивать.

Я уперлась ладонями о стол позади себя и посмотрела на его лицо, заметив муку на щеке.

– У тебя тут грязно, наследник престола.

Подняла руку и стерла след большим пальцем. Лорен замолчал, его ладонь переместилась со стола на мою талию, пальцы сжались поверх ткани. В кладовой было прохладнее, чем на кухне, но под ладонью дракона кожа сразу стала теплее.

Из коридора раздался голос Марты, зовущей меня проверить ягоды. Лорен выдохнул через нос, убрал руку и отступил, а я схватила пустую корзину.

– Работаем, ваше высочество. Награда у вас все еще под вопросом, так что не расслабляйтесь.

– Именно поэтому стараюсь быть полезным…

* * *

Я точно переоценила собственные силы. Ноги к вечеру страшно гудели, спина болела. А кухня нагрелась до такого состояния, что хотелось снять половину одежды и никого не спрашивать о приличиях.

Зато пятьдесят банок яблочного соуса уже стояли на полках. Овощная закуска остывала перед фасовкой, сироп Кассиан перелил в бутылки. Рейвен успел дважды съездить на постоялый двор, отвез часть готового заказа и снова исчез черт знает куда.

Я стояла возле котла с последней партией соуса, когда Лорен вошел с двумя тяжелыми корзинами банок. Даже его аккуратно собранные волосы уже выбились у висков.

– Ты ел сегодня? – спросила, продолжая перемешивать соус.

Потом зачерпнула немного остывшей овощной закуски другой ложкой и протянула ему.

– Открой рот.

Лорен посмотрел на меня, но наклонился и медленно снял еду губами, не касаясь ложки зубами. Его взгляд остался на моем лице, язык коротко прошел по нижней губе, убирая каплю соуса, а у меня как-то тепло стало совсем не там, где надо.

– Вкусно, – сказал Лорен и выпрямился. – Но одной ложки мало, так что вечером накормишь нормально?

Ты глянь. Оказывается, он тоже умеет быть наглым, а не только младший.

– Иди крышки считай, – сунула ложку в миску и повернулась к котлу. – Еще слово, и будешь есть в кладовой и один.

Дракон ушел довольный. А я только теперь заметила Кассиана у соседнего стола, который смотрел на меня поверх нарезанных яблок.

– Что?

– Ничего, – Кассиан вернулся к ножу. – Просто думаю, сколько еды понадобится Терновому Логу, если ты собираешься кормить двух драконов с ложки.

Я швырнула в него полотенце. Кассиан поймал его одной рукой и продолжил резать яблоки.

Рейвен вернулся уже после заката. Сначала во дворе послышались колеса, а через несколько в кухню вошел мужчина, которого мне захотелось одновременно накормить и придушить.

Черная рубашка была расстегнута почти до середины груди, волосы он давно распустил, на шее блестел пот. За ним двое работников заносили еще несколько пустых ящиков.

– Только не говори, что опять что-то продал, – я поставила на стол бутылку сиропа и чуть не застонала.

Рейвен снял корзину и выпил целую кружку воды, которую ему сунула Марта. После этого подошел ко мне, оперся бедром о стол и кивнул на миску с овощной закуской.

– Если ты Лорена кормила с ложки, я требую равного отношения к наследникам. Мне уже рассказали. Я даже обидеться успеть.

Я посмотрела на Марту. Та мгновенно отвернулась к печи, а Кассиан усмехнулся.

– Ты сам прекрасно умеешь пользоваться руками, – но все-таки набрала немного закуски. – И не улыбайся так довольно, это только потому, что с утра носишься и не ел.

Рейвен наклонился к ложке, но вместо того чтобы просто снять еду губами, обхватил пальцами мое запястье. И что ты там так медленно смакуешь, а?

– Теперь могу рассказывать, – сказал он чуть ли не мурлыкая, отпуская меня. – Постоялый двор забрал первую часть заказа. Еще там остановились два торговца, которые попробовали соус за ужином и хотят по двадцать банок каждый. Хозяин соседней харчевни услышал разговор и заказал еще двадцать. Срок три дня, так что паниковать пока рано.

В кухне стало так тихо, что муху было слышно. Я медленно положила ложку на стол и посмотрела на Кассиана. Может, ударим его?

Ассасин закрыл глаза. Лорен вышел из кладовой как раз вовремя, остановился возле двери и мгновенно достал книжку.

– Рейвен, ты перестаешь продавать все, что видишь. У нас сегодня первый день производства, люди с ног валятся!

Дракон придвинул к себе миску с овощной закуской и вообще виноватым себя не считал.

– Анна, я ж не дурак. Три дня на шестьдесят банок вполне реально, еще и отдохнуть сможем. Я не просто продаю, а смотрю, кто что покупает, сколько берет, что им нравится. Нам же постоянные покупатели нужны.

Я хотела возразить, но как будто все было разумно. Зараза номер два был прав. Зараза номер один уже спрашивал у заразы номер три, сколько времени заняла сегодняшняя большая варка и сколько людей работало одновременно.

– Значит, шестьдесят за три дня делаем, а новые заказы берем только со сроком от недели, – Лорен записал несколько строк и поднял голову на брата.

Рейвен доел закуску, вытер хлебом миску и кивнул совершенно серьезно.

– Вы мне там пишите, что по нагрузке, раз в два-три дня. Чтоб я знал, что обещать можно.

К полуночи кухня наконец начала пустеть. Работники разошлись, Марта ушла последней, Кассиан закрылся в кладовой с новыми записями. Я осталась с братьями у большого рабочего стола и помогала убирать посуду.

Лорен поднял тяжелый котел, чтобы отнести к мойке, Рейвен собрал сразу несколько деревянных досок и мисок. Оба явно чертовски устали.

Я посмотрела на них и неожиданно почувствовала дикую благодарность. Они могли уехать во дворец, отправить слуг, просто дать мне денег… Но вместо этого весь день таскали банки и развозили соус.

– Спасибо, – сказала я, вытирая стол влажной тканью. – Серьезно. Без ваших денег я бы еще справилась, наверное. А без вас сегодня нет.

Рейвен поставил посуду и подошел первым, положив ладонь мне на поясницу. На этот раз я не отодвинулась, и его пальцы медленно прошли по ткани к боку.

– Запомни эти слова, дорогая Истинная. Особенно часть, где ты признаешь мою незаменимость.

Лорен подошел с другой стороны и забрал у меня тряпку. Его пальцы коснулись моих, задержались, а потом накрыли бедро.

– Иди спать, Анна. Мы закончим здесь и тоже разойдемся.

Мне очень хотелось заметить, что они оба тоже спать хотят, но спорить не осталось сил. Я пожелала им спокойной ночи, помылась в остывшей бане, потом легла и почти сразу провалилась в сон.

Проснулась через несколько часов от странного ощущения, что за дверью кто-то есть. Сначала лежала неподвижно, потом услышала тихий шорох. все-таки поднялась и открыла дверь.

Лорен сидел прямо на полу у стены, вытянув длинные ноги, а Рейвен устроился напротив на низкой скамье и уперся затылком в косяк. Оба подняли головы одновременно и выглядели совершенно измученными.

– Я даже боюсь спрашивать, что вы здесь делаете, – плотнее запахнула халат и посмотрела на них. – Только не говорите, что у нас появилась еще одна проблема.

Рейвен потер ладонью лицо и посмотрел на Лорена. Тот тяжело выдохнул, поднялся с пола и остановился передо мной, а серебряная метка на его запястье слабо светилась в темном коридоре.

– Драконья, Анна. И мы уже несколько часов пытаемся решить ее без твоего участия, но ничего не получается.

Глава 7. В которой два дракона попросились ко мне спать

– Драконья, Анна. И мы уже несколько часов пытаемся решить ее без твоего участия, но ничего не получается.

Я открыла дверь шире и несколько секунд просто смотрела на обоих, думая, чего с несчастными созданиями делать. Рейвен сидел на низкой скамье напротив, упершись локтями в колени, Лорен напряженно стоял у стены. Оба были одеты, что уже радовало.

– Нам плохо, когда тебя долго нет рядом, вот и вся проблема. Мы легли в гостевой комнате, потом походили по дому, – вздохнул Рейвен. – Вышли во двор, вернулись… И в итоге оказались здесь, – развел руками.

Я перевела взгляд на Лорена. Тот пожал плечами, мол, подтверждаю, так все и было. И вот что прикажете делать? Они мне завтра как огурчики нужны, а будут как вареные и перемолотые огурчики.

– Это нормально у вас? У драконов в смысле.

Лорен оперся плечом о стену и наконец немного расслабил спину.

– Обычно первые дни после появления метки драконам тяжело находиться далеко от пары, затем нормально. Просто мы постоянно были рядом с ярмарки. А тут разошлись.

– И решили караулить дверь?

– Ну не сразу, чего уж ты так, – Рейвен потер затылок и показал на скамью. – До этого мы честно пытались быть разумными взрослыми мужчинами.

– А постучать нельзя было? – вдохнула я. – Давно бы сказали, что происходит.

– Ты весь день работала и к полуночи еле стояла, – совершенно серьезно сказал Лорен. – Еще решила бы, что придумали повод попасть в твою спальню.

Заразы… Ведь эти двое действительно могли просто войти, сослаться на Истинность и лечь в кроватку. Но сидели тут, страдали. Героически и благородно, чтоб их.

Я запахнула халат плотнее и посмотрела в спальню. Кровать занимала почти половину комнаты – большая, широкая, совершенно неприлично удобная на фоне двух взрослых драконов.

– Если вы просто будете в комнате, этого хватит? Не обязательно же лежать рядом со мной?

Оба кивнули, и я отступила, пропуская их внутрь. Комната мгновенно стала меньше. Днем как-то иначе все ощущалось, а теперь… Светила одна лампа возле стены, я стояла в длинной ночной рубашке под халатом рядом с двумя огромными мужиками.

Рейвен сел в кресло, вытянул ноги и сразу уперся пятками в ножку небольшого столика.

– Прекрасная мебель, – пробормотал. – Особенно для людей ростом с Марту.

– Ну дом не строился под твой рост, знаешь ли. Так что без жалоб, пока не выгнала.

Лорен переставил корзину с одеждой и устроился во втором кресле. Только расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и откинул голову на спинку.

Я посмотрела на них и, помедлив, сняла халат. Рейвен замолчал, его взгляд скользнул по открытым плечам, ниже и вообще принц не делал вид, что не рассматривал меня. Лорен тоже взгляда не отрывал, только потом отвернулся к окну и положил ладони на подлокотники.

Я забралась под одеяло и повернулась на бок.

– Лучше стало?

– Намного. Теперь осталось решить небольшую проблему с тем, что ты лежишь рядом в тонкой рубашке.

Я натянула одеяло выше груди и прищурилась на Рейвена.

– Могу открыть дверь обратно.

Вроде и смешно, и странно. Совершенно не моя спальня, не мое тело, не моя сорочка. Но на столике стояла кружка, принесенная вечером. За дверью лежали сапоги, которые я сегодня испачкала в саду. И два дракона…

В первый день я рассказала им про машину без лошадей, другую жизнь и кабачок, но оба явно решили, что у меня немного мозги съехали из-за потери памяти.

Как объяснять людям, что однажды умерла на дороге, а теперь живу в другом мире, если сама не поняла, как это произошло? Проще было разбираться с урожаем, ценами и мужиками. Их хотя бы потрогать можно…

От это мысли сон окончательно ушел. Я повернулась к стене. И что мне делать? Нет, приглашать спать рядом точно не буду, знаю, чем оно кончится, и не сильно готова. Особенно потому что их двое!

Так, не думать, не думать. Ты их и знать-то толком не знаешь. Но…

– Можете ближе к кровати сесть, если хотите, – буркнула. – Там в шкафу есть пара теплых одеял и подушки запасные.

Сама не поняла, как узнала последнее, но точно была уверена – все на полках. Очень толстые пуховые одеяла, в моем мире теперь черта с два такие отыщешь.

Послышался шорох, такой быстрый, что сразу поняла – уговаривать принцев не надо. В сумраке различила два силуэта, послышался стук дверцы шкафа, короткий поиск и белые полотна оказались на полу. Там хотя бы ковер, не просто на пол положат.

Когда братья устроились, я перевернулась лицом к ним и… опустила руку с края кровати. Пальцы почти коснулись плеча Рейвена.

– Подержать? – усмехнулся он.

Я перевернула кисть и сама переплела пальцы с его.

– Только руку. И молча, желательно.

Пальцы мягко сжались вокруг моих, большой прошел по коже и остановился.

Я высвободила вторую руку из-под одеяла и опустила с края матраса. Пальцы задели волосы Лорена у виска, он повернул голову, и ладонь оказалась у щеки. Несколько секунд старший просто смотрел на меня, затем медленно поднял руку и обхватил запястье.

Поднял его и коснулся губами кожи с внутренней стороны. Живот сразу стянуло теплом, я резко вдохнула под тихие смешки. Заразы. Вот и лежите без моих рук. Но прежде чем успела забрать, по запястью прошелся теплый язык, а второе уже целовали.

Грудь напряглась под рубашкой. Мне пришлось облизнуть пересохшие губы и только потом возмущенно сказать… Или не сказать. Лорен наклонился надо мной, между нашими губами осталось совсем мало пространства, а пальцы на запястье сжались сильнее.

Поцеловал! Этот наглец меня поцеловал!

В тихом омуте черти водятся, потому что он не церемонился и сразу вынудил приоткрыть губы. Язык скользнул между ними, дыхания резко перестало хватать. Пальцы сами сжались на его плечах.

Нет, ну если это ад. Я…

Стоило ему отстраниться, а мне – вдохнуть, как губы накрыли вторые. Рейвен целовал более жадно, прикусив нижнюю перед тем, как дать мне возможность пользоваться легкими.

Я смотрела на них в шоке, чувствуя, как горят губы. А они – нагло и довольно, чуть ли не устроившись на кровати сверху.

– А ну… КЫШ!

Голос сорвался, зато им обоим досталось подушкой. Вот там спите, внизу!

* * *

Проснулась я от громкого куриного вопля. Сначала решила, что мне снится кухня и Кассиан опять воюет с Аграфеной, но через секунду дверь распахнулась, и в спальню влетела сама виновница.

Курица остановилась у порога.

Рейвен спал на полу справа от моей кровати, одну руку положив под голову, а второй держал край одеяла. Рубашка за ночь задралась, открывая живот и часть темной татуировки на боку. Лорен умудрился сползти ниже по борту кровати, но головой по-прежнему лежал на матрасе.

Аграфена вытянула шею и издала громкий возмущенный звук.

– Они спали на полу, – я резко села и поправила сорочку. – Никто никого не развращал.

Почти…

Рейвен открыл глаза, дернулся и ударился затылком о кровать.

– Проклятье. Доброе утро и тебе, куриное чудовище.

Аграфена направилась прямо к нему. Рейвен успел подняться до первого удара клювом и отступил за кресло, курица побежала следом, хлопая крыльями и решив защищать мою честь.

Лорен проснулся от грохота. Поднялся слишком быстро, задел плечом край столика и с совершенно потерянным выражением смотрел на происходящее.

В этот момент в коридоре послышались шаги.

– Только не Марта, – успела прошептать я.

Дверь распахнулась шире. Конечно, Марта… Она остановилась на пороге, глаза ее стали огромными.

Я сидела в кровати в ночной рубашке. Лорен стоял рядом растрепанный, с расстегнутым воротом. Рейвен прятался за креслом от курицы и рубашку заправить тоже не успел.

– Г-госпожа Анна, завтрак готов..

– Они спали на полу! Оба. Всю ночь!

– К-конечно, госпожа..

– Ты сейчас не веришь мне, – угрожающе заявила я.

– Почему же? Я всегда вам верю.

– Марта!

Рейвен наконец поймал Аграфену обеими руками за тело и поднял перед собой. Курица возмущенно замахала лапами, но клюв до него уже не доставал.

– Отпусти ее, пока она не запомнила и не отомстила ночью, – Лорен застегнул рубашку и провел ладонью по волосам.

Рейвен поставил курицу на пол. Аграфена поняла, что разврат отодвигается, клюнула его в ногу, получила порцию ругани и гордо вышла в коридор. Снизу донесся голос Кассиана:

– Если семейный позор закончен, спускайтесь! Я пожарил оладьи и все съем сам!

* * *

К завтраку я спустилась уже полностью одетой, решив не реагировать ни на одну шутку. Вообще ни на одну.

Кассиан стоял возле печи, собрав рыжие волосы на затылке, и снимал кабачковые оладьи на большое блюдо. На столе уже стояли сметана, остатки вчерашней овощной закуски и несколько банок нового соуса.

– Ммм…

– Кассиан, я тебя наняла готовить, молчи.

– Так я готовлю. А обсуждать чужую спальню можно параллельно, язык… не занят.

Все трое хмыкнули, а я ну очень хотела отходить полотенцем по задницам. Только есть хотелось сильнее, так что предпочла взять оладушек, намазать сметаной и демонстративно откусить большой кусок.

– Мы спали на полу, увы, – Рейвен тоже сел завтракать.

Кассиан медленно перевел на него взгляд.

– Оба?

– Еще один вопрос, – предупредила я. – И ты будешь завтракать в гробу вместе с кабачками.

Кассиан поднял ладони и сел напротив, рядом с Лореном. Мы почти успели спокойно позавтракать, когда в кухню вошел Тарн, держа плотный конверт с темно-зеленой печатью.

– Госпожа Анна, посыльный из города привез. Сказал, срочное, от торговой гильдии.

Я вытерла пальцы и взяла письмо, вскрыла конверт.

Терновый Лог начал продавать переработанную продукцию за пределами собственного хозяйства. Для свободной торговли в городах требовалось подтверждение гильдии.

Я дочитала до середины и нахмурилась. Хм. Ну вот даже тут бюрократия не отпускает! Счас еще узнаю, что тут налог в 50 %. Хотя Лорен наверняка уже посчитал все местные особенности.

– Так. А вот это уже интереснее, – пробормотала, читая дальше вслух.

Для получения права свободной торговли переработанной пищевой продукцией в городах округа хозяйство Терновый Лог обязано представить продукцию на открытой проверке во время праздника урожая. Проверка включает оценку состава, качества, условий хранения, безопасности и отсутствия запрещенного магического воздействия.

Отсутствие запрещенного магического воздействия.

Ну конечно.

Женщина, которую вся округа уже считает ведьмой, приворожившей сразу двух королевских драконов, теперь должна публично доказать, что не добавляет любовь еще и в кабачковую икру.

– Когда праздник? – спросил Кассиан, вытирая руки.

– Через несколько дней. Времени мало.

Ассасин уже забрал письмо и перечитал требования.

– Нужно решить, что именно показываем. Не тащить же туда весь погреб. Соус, овощную закуску, сироп, маринад, еще одно блюдо для дегустации. И надо заранее понимать, как они проверяют хранение, потому что без рун мы ограничены обычной стерилизацией.

– Зато покупатели у нас уже есть, – Рейвен отодвинул тарелку и подался вперед. – Проверка публичная, значит, туда придут люди. Можно сразу устроить нормальную дегустацию и собрать заказы, нашим тут еще расскажем, пусть поддержать придут.

Под столом раздалось тихое кудахтанье, я опустила голову, пока мальчики обсуждали тару и прочее.

Аграфена каким-то образом снова проникла на кухню и тянулась к оладье, упавшей возле сапога Рейвена.

– Даже не думай, – я подняла кусочек раньше нее и посмотрела на курицу.

Аграфена недовольно клюнула пол и уже нацелилась на сапог Рейвена. Вот его можно, особенно после ночи.

– Ладно. Спасли урожай, открыли производство, наладили продажи. Теперь осталось доказать, что я не добавляю приворот в кабачки, – фыркнула.

– Ай, да чтоб тебя, чудовище пернатое, хватит меня жрать!