Текст книги "Как кабачок меня убил и я стала истинной двум принцам (СИ)"

Автор книги: Александр Шугарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Александр Шугарт
Как кабачок меня убил и я стала истинной двум принцам

Глава 1. Предательские кабачки

Первое, что я увидела после смерти, были два полураздетых мужчины.

Один стоял у открытого окна в полотенце, обернутом подозрительно низко вокруг бедер. Вода стекала по загорелой шее с черных волос, задерживалась между ключицами и мееедленно спускалась по широкой груди.

Я внимательно проследила за каплей, которая добралась до живота мужчины и исчезла под тканью. Просто нужно было оценить обстановку. Особенно если обстановка имела рост под два метра и могла потерять важную деталь для приличия посмертия.

Второй мужчина стоял ко мне спиной возле стены. Брюки на нем были, рубашки не было, зато в руке имелся молоток. Он поднял руки, примеряя над кроватью деревянную планку, и под смуглой кожей плавно двинулись мышцы.

Спина была широкая. Руки сильные. Брюки сидели на бедрах так, словно портной точно знал, с какого именно места женщины будут рассматривать свою новую загробную жизнь.

Мужчина ударил молотком по гвоздю, у поясницы напряглись мышцы, а я вдруг подумала, что смерть могла оказаться не такой уж плохой.

Потом вспомнила, как именно умерла.

Из-за кабачков, прости господи.

Знаете, не спасая ребенка из огня, не закрывая собой подругу… Меня просто сбила машина, потому что у пакета порвалось дно, а самый крупный кабачок выкатился прямо на дорогу.

Каждую весну мама обещала посадить всего два кустика кабачков. К середине лета эти монстры захватывали огород, теплицу и дома соседей. Кабачки лежали на подоконниках, под кроватями и появлялись в сумках гостей, стоило отвернуться.

В тот вечер мама нагрузила мне огромный пакет и сказала, что кабачки молоденькие и сами съедятся. Не знаю, как она себе представляла такую картину.

Так вот. что случилось в итоге? Один укатился под припаркованную машину. Второй, самый толстый и наглый, выбрал проезжую часть, и я шагнула за ним совершенно машинально.

Раздался гудок, затем визг тормозов. Последней моей мыслью было совсем не то, что я слишком молода и так мало успела в жизни.

Вот зараза. Теперь мама решит, что я специально не хотела есть кабачки.

После этого дорога исчезла. Теперь я лежала в незнакомой постели и смотрела на двух мужчин, которые вполне могли быть щедрой компенсацией от мироздания за нелепую смерть.

В конце концов, для ада здесь было слишком светло. В комнату падало утреннее солнце, на деревянных стенах висели связки сухих трав, за окном шелестели деревья. Пахло свежим воздухом и чем-то сладким, похожим на яблоки.

Мужчина у стены первым заметил, что я открыла глаза. Он замер с поднятым молотком, затем медленно опустил руку и повернулся.

Я мысленно кашлянула, потому что ну хотя бы спереди мог быть для неприличия некрасив. Широкая грудь, твердый живот, длинный светлый шрам под ребрами.

Он нахмурился, скользнул серым взглядом по моему лицу, задержался на губах и снова поднялся к глазам.

– Анна, ты меня слышишь? Наконец-то ты пришла в себя, мы уже не знали, каких лекарей звать.

Мужчина в полотенце сразу подошел ближе, и теперь я поняла, что они братья. Близнецы.

Мироздание, ты издеваешься?

Те же темные волосы, серые глаза, прямой нос и жесткая линия подбородка. Только этот двигался свободнее и уже улыбался. Может быть… Он смутится? Нет? Мокрая кожа, полотенце. Ладно, продолжайте, мне нравится.

– Рейвен, оденься, – произнес мужчина с молотком. – Она только в себя пришла.

Он поднял с кресла белую рубашку и надел ее сам, но застегнул только несколько пуговиц. Грудь все равно оставалась открытой, и при движении ткань расходилась, показывая полоску живота.

– Где я? – после пробуждения голос был хриплым. – И кто такая Анна?

Улыбка Рейвена исчезла. Второй мужчина подошел ближе и сел в кресло возле кровати, положив молоток на стол.

– Ты Анна Олден. Это Терновый Лог, твое поместье. Меня зовут Лорен, брата Рейвен. Ты… совсем ничего не помнишь?

Я попыталась найти в голове хоть что-то, связанное с именем Анна, поместьем или двумя одинаковыми мужчинами. Но там были только мама, работа, квартира с вечно текущим краном и кабачки.

– Я помню… помню свою жизнь. Только в ней меня звали не Анна, никаких поместий у меня не было, а вчера вечером меня сбила машина. Пакет порвался, и кабачки упали, я побежала за ними.

Рейвен нахмурился.

– Что такое машина?

– Большая железная телега. Ездит быстро, ну, такая… Ездит быстро, большая, – я попыталась показать габариты.

– Карета.

– Да нет, без лошадей.

Мужчины молчали. Кажется, они решили, что я сошла с ума. Если честно, со стороны правда звучало странно, я бы лично не поверила. Тем более что мир был не похож на мой. Скорее, на романтическое женское фэнтези.

– Ты погибла из-за кабачка? – спросил Рейвен, все-таки улыбаясь.

– Смешно, да. И можешь смеяться, пока полотенце не потерял, как я – кабачки.

Он опустил взгляд и спокойно поправил узел. Ткань натянулась на бедрах, открывая крепкую ногу почти до самого верха.

Я отвернулась в тишине, затем хотела еще что-то сказать, объяснить, потому что мне явно не поверили, но за дверью раздался топот.

Затем дверь распахнулась, и внутрь влетела крупная рыжая курица. За ней появилась полная женщина в сером платье, но птица уже подпрыгнула, взмахнула крыльями и приземлилась прямо на кровать.

Я вскрикнула от неожиданности. Рейвен отступил, потому что курица немедленно повернулась к нему и угрожающе вытянула шею.

– Аграфена! Сейчас же слезь с госпожи! – женщина бросилась к кровати, но остановилась под тяжелым куриным взглядом. – Простите, госпожа Анна. Она со вчерашнего вечера сидела под вашей дверью.

Аграфена переступила лапами по одеялу, устроилась у меня на коленях и тихо квохнула. Так… Уже интересно. Я осторожно погладила теплые рыжие перья, курица прикрыла глаза и прижалась сильнее.

– Она моя?

– Ваша, госпожа, а чья еще-то. Вы сами ее выходили, когда она была цыпленком. Держали на кухне, с ложечки кормили…

Женщина улыбнулась, но быстро поняла, что я не шучу. Улыбка исчезла, лицо стало бледным.

– Вы ее не узнаете? А меня?

Я покачала головой.

– Простите. Не узнаю.

Она прижала ладонь ко рту. Лорен сразу поднялся и встал рядом с кроватью, глядя на женщину.

– Марта, позови лекаря. Пока никому не говори о потере памяти, скажи только, что Анна очнулась и ей нужен покой.

– Но вчера уже все видели...

– И не нужно давать людям новую пищу для слухов, пока мы не понимаем, что произошло. Позови лекаря и принеси завтрак.

Марта кивнула, еще раз встревоженно посмотрела на меня и вышла. Аграфена осталась, явно не считая чьи-то там приказы важными.

Я погладила ее по спине и посмотрела на мужчин.

– Теперь объясните, кто вы такие? Да, я ничего не помню и не шучу.

Лорен вернулся в кресло, а Рейвен сел на край кровати. Курица приоткрыла глаз, как-то недовольно вздохнула, но решила, что поглаживания стоят дороже, чем удар клювом по чужой заднице.

– Мы встретили тебя вчера на ярмарке, – начал осторожно Лорен. – Ты продавала урожай своего поместья. И когда мы подошли к твоему прилавку, произошло нечто, чего никто из нас не ожидал.

Он расстегнул манжету и закатал рукав. На внутренней стороне его запястья была метка – тонкий узор из серебристых линий окружал маленькую драконью чешуйку.

Рейвен молча протянул руку, и я увидела, что на его запястье была такая же метка, только узор отливал золотом.

– Они появились на ярмарке?..

– Наши драконы узнали тебя сразу, только заговорили, и ты потеряла сознание.

– Какие еще драконы?

Лорен и Рейвен переглянулись. И теперь уже для меня история звучала так, словно они про какие-то кабачки и машины стали рассуждать.

– Мы драконы, – спокойно сообщил Лорен. – Оба.

Я посмотрела на одного, затем на второго. Внешне, прямо скажем, не похожи. Были крупными, очень красивыми и слишком мало одетыми мужиками без крыльев и хвостов.

– Настоящие прям?

– Я могу обратиться во дворе, если тебе нужны доказательства, – предложил Рейвен.

Я не стала уточнять, насколько большой у него дракон, потому что меня явно не так поймут.

– Хорошо, – я села поудобнее на кровати. – Вы драконы. У вас появились метки. Какое отношение это имеет ко мне и почему вы до сих пор в моем. Моем же? Доме.

Теперь и Лорен сел на край кровати. Матрас прогнулся под его весом, и я невольно качнулась в его сторону. Он поймал меня за локоть, коротко удержал горячими пальцами.

Теперь я оказалась между братьями. От Рейвена все еще пахло водой и почему-то хвойным дымом. От Лорена – чистой тканью, деревом и чем-то горьким.

Я вообще не знала их, впервые видела. Не помнила вчерашнюю встречу, ярмарку, курицу, спальню.

– Метки появляются у драконов, когда они встречают Истинную, – сказал Лорен, не отводя взгляда. – С момента их появления мы точно знаем, кто ты.

Я посмотрела на серебряную линию на его запястье, затем на золотую метку Рейвена.

– Истинная кого из вас?

– Обоих, – ответил Рейвен.

Что? Простите, что? Несколько мгновений я просто смотрела на них. Два дракона. Одна Истинная.

– Мы не собирались оставлять тебя на ярмарке среди людей. Они уже решили, что ты нас зачаровала и подняли шум, – Рейвен усмехнулся.

Очаровательно. Теперь я еще и ведьма? Скосив взгляд, поняла, что из брюнетки превратилась в рыжую. Рыжих сжигали первыми, разве нет?

Рейвен наклонился ближе, отрывая меня от важных размышлений.

– Возможно, ты действительно нас приворожила. Уходить-то нам не хочется…

Он вроде и шутил, но взгляд оставался серьезным, и вот это чуточку пугало. Хотя бы потому что, если они неадекватные, я что делать буду?

– Я никого не привораживала.

– Абсолютно согласны, – Лорен положил ладонь на край кровати с другой стороны и тоже придвинулся ближе. – Драконы внутри сами решили, что ты будешь нашей.

Я посмотрела сначала на его руку, затем на Рейвена. На мокрые волосы, открытую грудь, сильные пальцы у моего локтя. На распахнутый ворот рубашки Лорена и серебряную метку на его запястье.

– А вы… без ваших драконов этих, что решили?

Рейвен наклонился еще ближе, его дыхание коснулось моей щеки, а улыбка стала куда хитрее.

– Мы пока пытаемся вести себя прилично.

Глава 2. Два высочества

– Мы пока пытаемся вести себя прилично.

Я медленно перевела взгляд с Рейвена на Лорена. Прозвучало весьма интересно. И, честно сказать, не то чтобы была рада с разбегу прыгнуть в объятия двух незнакомых мужиков. Так что все красиво, мускулисто, но давайте нормально друг друга узнаем?

Ответить я не успела. За дверью раздался осторожный стук, после которого Марта заглянула в спальню и сообщила, что лекарь уже приехал. За ее спиной стоял сухощавый мужчина лет шестидесяти с большим кожаным саквояжем и недовольным лицом.

Лорен первым поднялся с кровати, освобождая лекарю место возле меня. Рейвен тоже встал и встал у окна, не торопясь сменить полотенце на что-то приличное.

Лекарь вошел, посмотрел на меня, курицу, затем на двух мужчин. Его брови поползли вверх, поклонился так низко, что саквояж едва не ударился о пол.

– Ваши высочества, рад видеть вас в добром здравии. Госпожа Олден, вам лучше не вставать до окончания осмотра. Вы… вы не беспокойтесь.

Лицо лекаря мгновенно потеряло недовольство. Я повернула голову к близнецам, подозрительно прищурившись.

– Высочества? Мне ведь не показалось, он сказал «ваши высочества» во множественном числе?

Рейвен отвернулся к окну и провел ладонью по мокрым волосам, делая вид, что вообще ничего не слышал. Лорен застегнул еще одну пуговицу на рубашке, не поднимая головы.

– Мы собирались рассказать тебе после осмотра. Не хотелось сообщать все сразу, пока ты не пришла в себя окончательно.

– То есть два дракона на одну женщину можно считать щадящим началом, а два высочества сверху уже что-то не то, да?

Осмотр начался с вопросов, на которые я даже не знала толком, что ответить. Голова не болела, тошноты не было, в глазах не двоилось. Но я не помнила ни поместья, ни собственных работников, ни вчерашней ярмарки. Про машину молчала, близнецы тоже.

Лекарь послушал дыхание, проверил пульс и посветил мне в глаза маленьким магическим камнем. Камень оказался холодным, неприятным и, слава местным богам, не показал, что я вообще не из этого мира.

– Телесных повреждений нет. Магическая вспышка могла повлиять на память, поэтому я советую покой, простую пищу и никаких сильных потрясений хотя бы несколько дней.

Я посмотрела на Рейвена в полотенце, затем на Лорена с меткой Истинности на запястье. Считаются на потрясения?

– А память вернется? Или мне теперь придется знакомиться с собственной жизнью по рассказам окружающих

Лекарь сказал, что воспоминания могли вернуться полностью, частично или не вернуться вовсе, после чего оставил Марте несколько порошков и строго приказал мне не перенапрягаться.

У двери он снова поклонился близнецам и вышел спиной вперед. На этот раз сомнений быть не могло: два почти голых мужчины в моей спальне действительно являлись членами королевской семьи.

Когда дверь закрылась, я поправила сползшее с плеча одеяло и посмотрела на них. Рейвен первым понял, что молчание становится опасным, поэтому все-таки снял с кресла одежду и направился к ширме. Спасибо, что не тут решил полотенце снимать.

– Меня зовут Лорен Корвейн. Я старший сын короля и наследник престола. Рейвен – мой брат-близнец. Мы приехали в эту часть королевства по государственным делам и заехали на ярмарку по дороге обратно. Вот и вся история.

Прям вся, да? Я ждала продолжения, но Лорен и вправду замолчал. А как же всякие “наши земли простираются вот отсюда и дооо туда” и прочее?

Рейвен вышел из-за ширмы уже в черных брюках и распахнутой рубашке.

– Наши драконы проснулись одновременно, люди вокруг начали кричать, а ты просто потеряла сознание.

Я задумалась. С одной стороны, падать в обморок при виде двух принцев было несколько унизительно. С другой, если они выглядели хотя бы вполовину так же, как сегодня утром, прежнюю Анну можно было понять.

– Значит, вы привезли меня домой и остались здесь. А остальные решили, что обычная хозяйка небольшого поместья приворожила сразу двух королевских драконов.

Лорен коротко кивнул. Их как будто вообще ничего не смущало.

– Мы знаем, что никакого приворота не было, – пожал плечами близнец. – Метки невозможно подделать, так что пусть говорят, что хотят.

– Прекрасно. Значит, остается убедить всех остальных, что я не ведьма, не преступница и не коллекционирую принцев. А еще я хотела бы увидеть поместье.

Раз уж застряла и придется как-то жить. Что-то есть, во что-то одеваться как минимум. Я осторожно сняла Аграфену с коленей и поставила на кровать. Марта попыталась возразить, напомнила про лекаря и покой, но я уже устала от неизвестности.

В результате сошлись на том, что сначала оденусь, поем и только потом выйду во двор.

Комната, в которой Марта помогала мне переодеться, находилась рядом со спальней. В большом зеркале я впервые увидела Анну Олден целиком и некоторое время просто рассматривала женщину, чье тело теперь принадлежало мне.

Красивая. Рыжая, кудрявая, с веснушками. Глаза оказались зелеными, грудь размера второго, бедра округлыми. Жить, как говорится, можно. Еще бы как-то маме дать весточку… Боги. Она там, наверное, с ума сошла.

Я смотрела в зеркало, стараясь не представлять, что происходит в том мире. Качнула головой и сощурилась, удерживая слезы.

– Госпожа?

– Д-да… Да, Марта. Так, – я вдохнула глубоко. – Мне сколько лет? Только честно.

Марта посмотрела на меня через зеркало и сообщила, что госпоже Анне двадцать девять. Новость меня устроила, в прошлой жизни я успела прожить тридцать один год.

За завтраком выяснила, что Терновый Лог был большим крепким хозяйством. Здесь выращивали овощи, ягоды, яблоки и лекарственные травы, держали кур, несколько коров и пасеку, а большую часть продукции продавали в соседние города.

– Родители ваши умерли несколько лет назад, царствие им небесное. Вы одна хозяйство держали. Работников немного, но все свои, давно у вас служат.

Марта говорила осторожно и все время наблюдала за моей реакцией, подкладывая сметанку к оладьям. И вот как мне разобраться с чужой огромной жизнью? Как наверстать? А жить ведь хотелось, чертовски хотелось, раз выпал еще один шанс.

Искоса посмотрела на близнецов.

Лорен и Рейвен завтракали вместе со мной, хотя наверняка обычно ели в местах несколько роскошнее моей кухни. Рейвен попробовал кабачковые оладьи, замолчал на несколько секунд и взял еще два, а Лорен начал расспрашивать Марту о количестве работников и хозяйстве.

Марта сначала отвечала ему испуганно, а через несколько минут уже принесла старую тетрадь с записями и положила на стол. Мне бы ее тоже изучить. Но сначала увидеть все воочию, чтобы понимать, о цифрах чего говорим.

Во двор мы вышли почти через час. Аграфена пошла первой, высоко поднимая лапы и время от времени оглядываясь, чтобы убедиться, что все трое следуют за ней.

Поместье оказалось больше, чем я представляла... За домом тянулся огород, дальше – сад, справа стояли курятник и сушильня, возле погреба работники переносили ящики с ягодами и овощами.

Кабачки. Кабачков было действительно много. Они лежали в корзинах, на деревянных настилах и под навесом. Что ж, прежняя Анна тоже проиграла эту войну.

– Теперь я понимаю, почему умерла именно из-за них, – пробормотала так, чтобы никто не слышал. – Они нашли меня даже в другом мире.

Рейвен хотел подойти к ближайшей грядке, но Аграфена немедленно преградила ему дорогу. Курица расправила крылья, вытянула шею и издала звук, после которого даже принц предпочел остановиться.

– Она всегда так охраняет овощи? – спросил он, не сводя взгляда с птицы.

– Да что вы, ваше Высочества, только от чужих, – сообщила Марта и тут же прижала ладонь ко рту, поняв, что сморозила и кому.

Лорен расхохотался, но тоже не стал испытывать судьбу и клюк курицы. Я прошла дальше и заглянула в ближайшие корзины.

Огурцы нужно было снимать еще вчера, несколько ящиков с малиной начали подтекать. Зелень на солнце… Что ж вы делаете.

Возле сарая нас встретил пожилой работник по имени Тарн, который поклонился принцам, затем мне и сообщил, что телега для постоянного покупателя уже загружена.

– Только сам господин Берг почему-то задерживается, – почесал затылок Тарн. – Он должен забрать ягоды, огурцы, зелень. Крупный заказ-то, госпожа, где его носит? Мы собирались расплатиться за новые доски для сушильни, людей нанять на сбор яблок. Сгниют же, госпожа.

Лорен подошел к телеге, снял ткань с одного из ящиков, где были ягоды, и велел работникам переставить нижние корзины в тень. Спорить с наследным принцем никто не стал, а я чуть облегченно вздохнула. Значит, без капризов принцы, еще и с мозгами. И с руками, потому что Рейвен тоже включился в работу. Он поднял сразу две тяжелые корзины и понес их следом, не обращая внимания на взгляды работников.

Телега господина Берга появилась у ворот ближе к полудню. Невысокий полный мужчина даже не въехал во двор. Остановил лошадь снаружи, уже привычно для меня поклонился драконам, но и сам заходить не спешил. Так что я подошла к воротам вместе с Мартой. За спиной встали братья, и господин Берг мгновенно еще раз поклонился.

– Госпожа Олден, я приехал сообщить, что не смогу заказ забрать. Деньги-то за прошлую поставку передам позже, – вытер пот со лба. – Но сегодня я уеду с пустой телегой, вы не сердитесь.

Я посмотрела на ящики, которые мы только что спасали от солнца. Хозяйство было чужое, но сколько сил было в него вложено…

– Продукты испортились? Цена изменилась или вы нашли другого поставщика? Объясните причину, господин Берг.

Он наконец поднял глаза, вытер под носом ладонью.

– После вчерашнего никто в округе не хочет продавать продукты женщины, которая драконов зачаровала. Простите, госпожа Олден, но я не могу рисковать лавкой и семьей.

Господин Берг поклонился еще раз, развернул телегу и уехал, оставив нас у ворот. Я посмотрела на полную телегу, после этого закатала рукава платья и повернулась к работникам.

– Тогда продадим все сами. До вечера ягоды ждать не будут, а я второй раз из-за урожая помирать не собираюсь.

Глава 3. Нахальство и деньги

– Тогда продадим все сами. До вечера ягоды ждать не будут, а я второй раз из-за урожая помирать не собираюсь.

Несколько работников смотрели на меня откровенно непонимающе. По лицу Марты было понятно, что прежняя Анна нечасто встречала отказ крупного покупателя предложением немедленно открыть собственное дело и послать заказчика к черту.

– Госпожа, – начала она осторожно. – Нам негде продать столько товара за один день. На ярмарке после вчерашнего нас не примут, до города почти два часа пути, а ягоды уже начали течь. Можно разнести часть по соседям, только у большинства свои огороды, и покупать наши огурцы с кабачками они не станут.

– Значит, соседям овощи не предлагаем. Здесь рядом есть большая дорога, постоялый двор, мельница или место, где останавливаются телеги? Хоть что-то?

Тарн указал за ворота направо. Дорога проходила в четверти часа от поместья, возле старого моста находился перекресток, через который ехали в два соседних города, к мельнице и на западные фермы. Там же стояла кузница, а возницы часто останавливались напоить лошадей и проверить колеса. И там проезжали далеко не только крестьяне со своим хозяйством.

Вооот, уже лучше. Путешественникам, торговцам и владельцам постоялых дворов нужны были продукты, готовая еда и партии товара. Были ли у них свои поставщики? Наверняка. Но кто не рискует, тот не пьет… Что тут пьют? Сидр? Медовуху?

– Марта, надо понять, что можно продать сегодня. И не только овощи. Что у нас есть такого, чего не было у каждой второй хозяйки за соседним забором?

Марта раскрыла тетрадь и начала загибать пальцы. Ягоды были собраны раньше, чем на многих соседних участках, яиц накопилось несколько корзин. В погребе стояли банки с яблочно-пряным соусом, в сушильне хранились связки лекарственных трав. Возле дома росла зелень, которую, как оказалось, с удовольствием брали постоялые дворы и городские кухни.

– Вот это и продаем в первую очередь. Возницам предложим еду в дорогу, яйца, яблоки. Может, возьмут небольшие корзины ягод. Для постоялого двора соберем крупную партию овощей и зелени, горожанам сделаем готовые наборы. Кабачки положим в общий товар, постараемся продать все, что сможем! Так. А за сколько вообще все продавали?

Лорен забрал у Марты тетрадь и начал просматривать записи. Его палец двигался по строчкам с числами, а лицо становилось все серьезнее. Через несколько минут он поднял голову и посмотрел на загруженную телегу.

– Берг покупал ягоды почти на треть дешевле городской цены. За собранные огурцы платил половину. Хм… В последних двух поставках часть денег вообще не выплачена, интересно...

Тарн опустил голову. Марта поспешила объяснить, что других постоянных покупателей рядом не было, а Берг забирал большие партии и обещал продать все без остатка. В конце лета прежняя Анна соглашалась почти на любые условия, потому что собранный урожай нужно было куда-то девать.

Я протянула руку за тетрадью, но Лорен не отдал ее сразу, задержав пальцы на моих.

– Ты не обязана заниматься этим. Я могу отправить людей в город и выкупить весь урожай сам, чтобы продукты не пропали.

Разумно. Разумно, легко и просто. А можно вообще вернуться в спальню, закрыть глаза и попросить мироздание вернуть меня обратно. Или сесть на шею двум принцам.

– Если ты купишь урожай, сегодня мы спасем продукты, но завтра останемся с тем же Бергом и теми же ценами, – ответила я. – Так что работаем, мальчики, если хотите меня завоевать.

Близнецы переглянулись и хмыкнули. Лорен чинно поклонился, Рейвен козырнул, и дело пошло.

* * *

Следующие два часа Терновый Лог гудел от работы. Возле кухни разожгли вторую печь, Марта смешивала тесто для оладий, а я стояла рядом и разбиралась с местными продуктами и мерами. К счастью, ничего такого сложного не было. Натереть, посолить, отжать, добавить яйца, муку и зелень, все как в нашем мире.

Часть ягод разложили по небольшим корзинкам, которые удобно было взять в дорогу. Из яиц, зелени и яблок собрали несколько наборов для постоялых дворов. Банки с соусом протерли, перевязали чистой тканью и поставили отдельно, а крупные ящики с огурцами и кабачками оставили для кухонь и торговцев.

Рейвен вошел на кухню с пустыми корзинами и остановился возле стола. Волосы он собрал сзади, рубашка прилипла к спине от жары, а на груди снова расстегнулись несколько пуговиц. Работавшие здесь женщины сразу притихли, посматривая на наследника.

– Что вы делаете? Пахнет вкуснее, чем во дворце во время большого приема.

– Приманку для людей, которым не нужны сырые кабачки, – усмехнулась я. – Отойди от стола, ты капаешь потом возле теста.

Рейвен вытер шею рукавом, но с места не сдвинулся. Вместо этого взял горячую оладью, перебросил ее с ладони на ладонь, откусил почти половину и тут же блаженно улыбнулся.

– На мне приманка работает. Я готов купить весь поднос, банку соуса и женщину, которая все это приготовила.

Марта замерла с ложкой в руке, а две кухонные работницы одновременно опустили головы. Я сняла со стола полотенце и совершенно без страха попыталась отходить принца по заднице. Рейвен расхохотался и украл еще один оладушек.

– Женщина не продается. Вытрись нормально и отнеси банки с соусом к телеге, только не разбей.

Он поймал полотенце одной рукой и медленно вытер шею. Улыбка стала шире, но уходить он не торопился.

– Я не собирался покупать тебя за деньги, Анна. Драконы уже все решили, так что тебя я буду приманивать чем-нибудь другим.

– Передай своим драконам, что хозяйство принадлежит мне, кабачки тоже, и я сама решаю, кому что достанется.

– О, я передам... Они любят, когда ты распоряжаешься, – на секунду стал ближе и тут же отстранился.

После его ухода на кухне несколько мгновений стояла тишина. Марта первой опустила ложку обратно в миску и осторожно посмотрела на меня.

– Госпожа…

– Нет, Марта. Не начинай. Я ничего не помню и не знаю, – демонстративно закрыла уши руками.

* * *

К перекрестку отправились двумя телегами. На первой лежали корзины с овощами, яблоками, ягодами и яйцами. На вторую поставили небольшой стол, сундук с посудой, подносы с оладьями и банки соуса. Лорен ехал рядом с возницей и держал тетрадь с расчетами, а Рейвен сидел на борту напротив меня.

Дорога заняла меньше четверти часа, а сам перекресток оказался очень удачным. Рядом стоял старый каменный мост, неподалеку работала маленькая кузница, а через дорогу находилась площадка, где возницы поили лошадей и осматривали колеса. К полудню здесь было достаточно людей, только никто и не думал увидеть две телеги с урожаем… и двух королевских принцев, которые сами начали разгружать ящики.

Лорен сразу начал командовать, куда что поставить. Ягоды и зелень – под навес, овощи – ближе к дороге, яйца – подальше от Аграфены, а стол с оладьями поставили в центре. Не спрашивайте, курица от меня ни на шаг не отходила и побежала за телегами. Оставлять ее во дворе мне стало жалко.

Первые проезжие замедлили телеги, но не остановились. Потом к столу подошла женщина с двумя детьми, судя по одежде, возвращалась из города. Она узнала меня, побледнела и уже хотела уйти, но младший мальчик потянул ее за юбку и попросил оладушек.

– Мааам, я есть хочу!

– Угощайтесь, – я улыбнулась. – В них нет приворота, только кабачок, яйцо, мука и зелень.

Женщина посмотрела за мою спину и низко поклонилась, побледнев еще больше.

– Люди говорят, вы подчинили их высочества, – ответила она шепотом. – Вчера на ярмарке переполох был…

– Я понимаю, но точно их не привораживала. Поверьте, способ познакомиться с королевской семьей мне тоже не пришелся по вкусу.

Рейвен негромко рассмеялся, а Лорен подошел ближе. Женщина сразу склонила голову, но он остановил ее жестом и взял со стола оладушек.

– Госпожа Олден никого не подчиняла, мы находимся здесь по собственной воле, потому что она наша Истинная. Ее продукты также не содержат магии.

– Вы можете проверить любую корзину, – предложил Рейвен. – Урожай собран сегодня утром, цены указаны на доске. Вес измерим при вас и не обманем. Возьмите для мальчишек оладьи, яйца и готовую еду, изноются, пока доберетесь до дома.

Женщина помедлила, но купила для детей оладьи, небольшую корзинку ягод и десяток яиц. Пока Марта считала монеты, возле стола остановились еще двое возниц. Один узнал Рейвена и, заикаясь, спросил, действительно ли он принц.

– Именно так, и сегодня я торгую всем, что принадлежит Анне Олден. Поверьте, если купите жене в город корзинку свежих ягод, она простит вам опоздание и запах медовухи.

Возница рассмеялся и купил ягоды и несколько яблок. Второй взял огурцы для трактира и банку соуса – Рейвен открыл одну для пробы.

Через полчаса возле телег уже стояло несколько человек.

Людей привлекали принцы, а потом они уже покупали. Я спрашивала, куда человек едет, и старалась предложить то, что пригодится. Возницам предлагала продукты в дорогу, хозяевам кухонь показывала большие корзины с зеленью и овощами, городским покупателям давала пробовать соус и ранние ягоды. Марта принимала деньги, а Лорен следил за весами и записывал каждую продажу.

Рейвен запоминал покупателей, легко разговаривал с детьми и женщинами, носил тяжелые корзины к телегам и не давал людям просто так уйти. У него было какое-то особое обаяние и умение к себе расположить и стражника, и старушку.

К середине дня оладьи закончились. Марта отправила работника обратно в поместье за новой партией, а я начала собирать большой заказ для постоялого двора. Огурцы лежали в нижнем ящике, поэтому пришлось наклониться через борт телеги и потянуться к ним.

Рейвен подошел сзади, положил ладони по обе стороны от меня и сам придвинул тяжелый ящик ближе. Его грудь коснулась моей спины, горячее дыхание прошло по шее.

Я выпрямилась слишком быстро и уперлась затылком ему в подбородок. Рефлекторно подняла голову, и теперь мы смотрели друг другу в глаза. Рейвен тихо выдохнул и придержал меня за талию.

– Я сама могла достать ящик.

– Тогда у меня не было бы повода помочь, а я сегодня стараюсь быть самым полезным принцем на этом перекрестке.

С другой стороны подошел Лорен с пустой корзиной. Он посмотрел на открытый ящик, руку брата на моей талии и поставил ношу на телегу.

– Отойди немного, Анна, я подниму ящик целиком и освобожу проход.

– Ты просто пришел позже, – хмыкнул Рейвен, но ладонь с моей талии убрал. – Теперь пытаешься впечатлить ее грубой силой, но я был первым.

– Я хочу закончить до вечера, но если Анна при этом впечатлится…

Лорен подхватил тяжелый ящик и переставил его на край телеги. Рукава рубашки были закатаны, на предплечьях напряглись мышцы, а Рейвен рядом демонстративно взял сразу две корзины.