Текст книги "Схрон. Дневник выживальщика. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Александр Шишковчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 37 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

Глава 41

Сначала бежали по дороге. Но, когда позади заскрежетали ворота, и вокруг зачиркали коварные пули, я понял – надо уходить в лес! Снег может быть по пояс, да и плевать! Настырных селян это тоже задержит. Рванув за ворот дубленки, обозначил пленнице новое направление. Альбинка усвоила серьезность моих намерений и покорно движется в заданном темпе. Хотя, скорей всего, стерва просто не хочет словить шальной заряд картечи в зад.

Конечно, я могу бросить ее, пусть валит обратно в свой хлев. Но это мой козырь. И шанс на вызволение Вована из деревенского заточения. Но торговаться с Карловичем буду, обезопасив себя полностью. Сейчас не лучшее время для этого. Нужно во что бы то ни стало оторваться от местных. И, в конце концов, если удалось вырваться мне, то и у десантуры может получиться. Надеюсь, он не упустит возможность, пока вся деревня гоняется за мной.

Приятным бонусом оказалось то, что после недавней оттепели придавило крепким морозцем. Образовался твердый наст, который отлично держит мой мускулистый организм. Бежится просто отлично, адреналин кипит в крови, помогая не чувствовать усталость. Яростные вопли преследователей и лай их охотничьих псов только добавляют мне прыти. Хрен они меня схватят! Я на свободе, черт побери!

Проклятое тявканье стало приближаться. Черт! Они спустили собак. Обернувшись, увидал несущегося с диким оскалом алабая.

– Тяпа, фас! – взвизгнула моя пленница. – Куси его!

Бах! Выстрел револьвера прервал прыжок.

– Сволочь! Нет! Ты убил Тяпу!

Все, барабан пуст. Сунув револьвер за пояс, сделал еще пару выстрелов из Сайги по бегущим шавкам, а когда вдали среди деревьев мелькнули человеческие фигуры, шарахнул и по ним. Уроды, мать их, не поняли еще, что я чертовски опасен?

Усмехнувшись, схватил Альбину за руку и потащил дальше, петляя между елок. Я могу бежать сколько угодно, значит, будет бежать и она. Скоро наступит ночь, а в кромешной тьме деревенские, вряд ли, продолжат погоню.

Внезапно выскочили на крутой уходящий вниз склон. Ледяная корка, так хорошо помогавшая на ровной поверхности, сыграла здесь злую шутку. Девка охнула, поскользнувшись. Я тоже не смог удержаться на ногах. Мы стремительно помчались, с каждой секундой набирая скорость. Сразу отпустил Альбину, пытаясь, если не остановиться, то хотя бы затормозить ужасное падение. Деревьев тут почти нет, только кривые березки местами. На одну из них мне удалось накинуть ремень карабина. Жестко рвануло мышцы и сухожилия, но я сумел удержаться.

Выдохнув, осмотрелся. Девчонка, смешно барахтаясь, продолжила этот бобслей и через пару мгновений скрылась за перегибом. Громкий вскрик возвестил о том, что она достигла дна речной долины. Блин, так ведь может и сбежать, сучка, тем самым сорвав мой прекрасный план. Нетушки! Осторожными перекатами, от березки к березке, я спустился вниз. Ништяк, на месте, коза!

– Поднимайся! – приказал я, вслушиваясь в крики погони. Скоро они будут здесь.

– Не могу!

– Шевелись! – Передернул рычаг затвора.

– Моя нога! – крикнула Альбина.

– Что с ней?

– Не знаю! А! Не трогай, больно!

Хреново. Тащить ее на себе что ли? Так далеко не уйду. Несколько долгих секунд я перебирал варианты. Оставить тут? Пристрелить? От того, что выберу, зависит моя дальнейшая судьба. И судьба Вована.

Все эти варианты – гавно. Возникла идея получше. Закинув Сайгу на плечо, улыбнулся и сказал:

– Ладно, сучка, живи. Повезло тебе. Председателю привет!

Заценив ее удивленные глаза, я развернулся и побежал. Русло реки сильно петляет, поэтому девушка сразу скрылась из виду. Но вскоре послышались ее вопли. Зовет на помощь, как я и предполагал.

Тут же быстро взобрался на противоположный берег. Здесь склон гораздо положе. Скрываясь за елями, вернулся обратно. Ништяк! Метров пятьдесят, и все, как на ладони. Сейчас остудим пыл этих ухарей. Устроившись среди корней упавшего дерева, приготовил Сайгу. Утрамбовав снег, выложил три оставшихся магазина. Рядом примостился Вепрь. Как раз вовремя. С высокого берега раздались крики, разносясь эхом по долине. А вот и охотнички. Я кровожадно улыбнулся.

– Я здесь! Сюда! – снова заголосила Альбинка.

Надо же, обманула, зараза. Она уже спокойно стоит на двух ногах!

– Мужики, она тама! – донеслось сверху.

– Альбинка?! Ты как?!

– Я внизу!

– Где тот ерохвост, растудыть его в щеколду?

– Он убежал!!!

Сейчас я вам покажу, кого тут в щеколду… наверху собирается все больше народу. Подбежал еще один егерь с тявкающим, как заведенный, псом. Далековато, блин, для картечи. Отложив в сторону карабин, взял Валерин винтарь, снял крышечки с дорогой оптики. В этот момент чувак с псом на повадке сорвался вниз и покатился по склону.

– Коляныч, держися! – заорали мужики. – Держи Лая!

Проскользив с десяток метров, собакен жалобно взвыл, захрипел, заскреб всеми лапами по льду, застряв на березке. Висящий на нем хозяин, походу, перекрыл кислород.

– Мужики, есть канат у кавонить? – заволновались наверху. – Лай ща задохнецца!

– Нету, бля!

Деревенские, придерживая друг друга, начали топорами рубить ступени. Альбина нервно бегает взад-вперед, с тревогой наблюдая за ходом спасательной операции. Прицельная метка Вепря сместилась с дергающейся на последнем издыхании собаки на Коляныча. Но палец не успел нажать спуск. Поводок выскользнул из рукавиц, мужик с воплями посвистел вниз.

– Коляяяяныч!

Сурово бабахнул Вепрь. К ногам Альбины прилетел двухсотый. Стиснув кулачки, она завизжала, что есть мочи.

Градус паники в криках повысился:

– Откедова стреляють?

– Да диавол ево разберет!

Все забегали, задергались. Я вновь открыл огонь. В ответку лупят невпопад и совсем не туда. Еще один бородач сорвался со склона. Орущее тело развернуло. Попавшийся на пути скальный выступ размозжил череп. Ништяк. Меньше патронов тратить. Бах! Бах! Злые пули Вепря подрезают тушки врагов, сбивая с ног. Трупаки улетают с горы, оставляя красные дорожки.

Альбина, пригнувшись, понеслась по руслу реки. Заметив, что магазин Вепря опустел, я дал серию из Сайги, но враги попрятались за деревьями. Подхватил оружие, патроны и бесшумным зверем метнулся вслед за беглянкой, оставаясь в тени вековых заснеженных елей.

Довольно быстро обогнав черноволосую бестию, как, чертик из табакерки, возник перед ней. Альбина набрала в грудь воздух для крика, но я жестом остановил, приложив палец к губам. Еще не остывший ствол Сайги, сурово глядит в ее раскрасневшееся лицо.

– Пошла! – сказал я.

– Куда?

– По реке, а дальше – куда скажу.

Мы пошли быстро, скрываясь в глубине тайги. Крики боли и сожалений давно остались позади. Но я все равно не сбавляю темп. Может, деревенские забили на погоню, а может, зализав раны, идут по следу. Этого я не знаю, но в одном сомневаться не приходится. Они чертовски, просто нереально, блять, расстроены. Наверно, придется идти всю ночь, чтобы оторваться. И чтобы к утру выйти к бункеру Валеры. Он сейчас ближе всего, если, конечно, я правильно воспроизвел в уме карту местности.

Глава 42

Говорят, сложней всего начать, совершить первое действие, а потом пойдет по накатанной? Я так не считаю. Деревенским не удалось сломить мою сверхпрочную, как легированная сталь, волю, что позволило совершить дерзкий побег. Однако ядерный апокалипсис постоянно подкидывает все новые коварства, смертоносные ловушки и лютый гемор. Каждый следующий шаг сложнее предыдущего, будущее скрыто тьмой неизвестности, а выживание под большим вопросом.

Как ни тяжело это признавать, но, походу, я заблудился. Мне казалось, что знаю окрестные земли вокруг Схрона, если не так хорошо, как Егорыч, то достаточно, чтобы ориентироваться без компаса и карты. Однако в черной мгле я не узнаю привычных ориентиров. Даже стороны света определить не представляется возможным. Звезд не видно, небо затянуто плотным покрывалом туч. Кто-то, наверно, думает, что можно найти север по мху на деревьях? Ну-ну… посмотрел бы, как вы это сделаете в темноте, без фонаря. Когда я все же попытался разглядеть мох, щелкая зажигалкой, обнаружил совершенно противоположные показатели на двух соседних елях. Да, блять, хреново…

Обессиленная пленница уселась прямо в сугроб во время моих манипуляций. Ее надменное гордое поначалу лицо теперь не выражает ничего кроме безысходности. Альбина поняла – ее односельчане, вряд ли, нас отыщут, не говоря о том, чтобы догнать. Я даже не опасаюсь, что сбежит. Остаться сейчас одной в лесу – верная смерть. Так что не сбежит. Мороз, отсутствие оружия, еды, огня, походного снаряжения, а также, не такой уж далекий волчий вой – все это держит надежнее цепей и веревок.

– Ну? Чего уставился? – равнодушно произнесла она.

– Идем, – ответил я, протягивая руку, чтобы поставить на ноги.

– О, господи… сколько можно? Может, просто убьешь? Прямо тут. – Она зачерпнула пригоршню снега и отправила в рот.

– Не ешь снег.

– Хочу пить…

– Это не поможет от жажды. В снеге нет нужных солей и минералов.

– Блять! Я сдохну сейчас, если не напьюсь!

– Если хочешь выжить, слушайся меня, – спокойно ответил я. Хотя мой организм давно изнывает от голода и обезвоживания. Силы еще есть, но уже близко к красной черте. Где же этот бункер Валеры…

– Почему?!

– Потому, что я – выживальщик, – развернулся и пошел.

Через пару мгновений позади захрустел снег. Догоняет. Одно хорошо, в этой короткой перепалкеудалось немного передохнуть. Сколько еще идти? По правде говоря, можно было встать на ночевку, развести костер. Меня – мастера выживания – не пугает ночевка в тридцатиградусную стужу под открытым небом. Больше страшит не проснуться. Но не замерзнув насмерть, а получив во сне пулю из собственной Сайги. Эта сука-Альбинка, наверняка, постарается воспользоваться шансом. Короче, моя паранойя против этой затеи.

***

Выйдя на очередную реку, остановился. Вроде, знакомые места. Я напряженно всмотрелся в едва различимые во мраке скалистые берега. Кажется, или это речка, на которой находится вход в пещеру Вована? Если все верно, значит до нее километров пять. Бункер очкарика чуток ближе. А я уже заколебался таскать его Вепрь, если честно. Толкнув в спину девушку, дал команду двигать дальше. Знакомые места заставили ощутить прилив сил.

А вскоре впереди послышался шум. Вода. Видимо, в этом месте быстрое течение не дает образовываться корке льда. Ништяк! Можно, наконец, попить! Главное, не провалиться, лед может быть тонок. В этот момент Альбина кинулась вперед.

– Стой, блин! – предупреждающе крикнул я.

Но она уже, скользнула на животе, скинула варежки и стала жадно черпать ладошками из черного бурлящего потока.

– Давай теперь, назад и аккуратно! – Я бы предпочел добраться до воды, ступая по торчащим валунам.

Эта коза обернулась, фыркнула:

– Да пошел ты!

– Поговори мне еще, сучка, – проворчал в ответ и осторожно двинулся по камням.

Добравшись до открытой воды, присел на корты, зачерпнул. Ледяная вода обожгла пищевод, заломило зубы, но я не обратил внимания, пью небольшими глотками, как советуют во всех пособиях по выживанию. Какой кайф! Жаль, нет бутылки, чтобы набрать про запас. Хотя, все равно бы замерзло. Прервал меня издевательский смех.

– Не думала, что ты такой трусишка!

Я медленно поднял голову. Эта стерва уже напилась и, поднявшись, отряхивает тулупчик.

– По камушкам пошел! – продолжила она. – Ха-ха! Да по этому льду можно на машине ездить!

И в подтверждение своих слов топнула обшитым мехом сапожком. Хотел было ответить, да в этот миг раздался треск.

– Мама! – визгнула дура, когда льдина под ней разошлась в стороны. – Вытащи меня, дебил!

Она ушла в воду по пояс. Не глубоко, но злое течение сбивает с ног. Чертыхаясь, я поспешил на помощь. Не хватало еще упустить единственную заложницу. Та уже пару раз окунулась с головой, истерично молотя руками по воде. Даже шапку унесло. Блять, с камней не достать. Быстро скинув со спины Вепрь, ухватил ствол и протянул к ней.

– Хватайся! Резче!

Альбина загребла против течения, но сил не хватает. И не хватает каких-то полметра до спасительного приклада. Делать нечего, придется ступать на лед. Поставил ногу, перенес вес. Держит, кажись. Вновь протянул винтовку. И тут же она отчаянно вцепилась в вырез на прикладе. Я потянул. Затем рванул, по грудь вытаскивая деваху на лед.

– С.. па.. ссии… бо! – стуча зубами, произнесла она.

– Блять, руку теперь давай! – Не дожидаясь, подхватил под локоть.

Черт, тяжело! Из-за мокрой одежды, поди. Я рванул, напрягая все мышцы. Затрещало. Но не мои безупречные мускулы, а лед! В следующий миг хищный ледяной поток подхватил и меня. Ударило об острые камни на дне. Главное не выпустить Вепрь, мелькнула дурацкая мысль. Оперся на него, как на посох и, наконец-то получилось встать. Но тут же чуть не свалился вновь. Это Альбинка приклеилась ко мне, как утопающий к спасательному кругу. В некотором роде так оно и есть. Громко матерясь, я подхватил ее, напрягся и, подняв над водой, зашвырнул подальше, на толстый лед. Этот рывок стоил мне равновесия. Только успел вдохнуть, как ледяная вода сомкнулась над головой.

Удалось вынырнуть, но дна под ногами не чувствую. Отнесло метров на пять. Пара секунд – и утащит под лед! Я взметнул руки, хватаясь за край. Что-то мешает… чертов Вепрь! Каким-то образом до сих пор не потерял его. Метнув, как копье, удалось закинуть подальше. Винтарь вращаясь, словно брошенная хоккейная клюшка, покатился по льду.

Ништяк. Теперь надо выбраться, Санек! Тело уже начало неметь. Сколько там человек может провести в ледяной воде? Ноги не ощущают опоры, Сайга тянет назад, паскудное Деревяшкино пальто налилось монолитной тяжестью. Главное, не паниковать! У меня же есть нож Марата! Из памяти вырвалась картинка из старого советского фильма, где солдат, так же, с помощью кинжала, сумел выбраться на льдину. Но то в кино, а в реальности все гораздо сложнее. Деревенеющими пальцами нащупал рукоять в кармане. Слава богу, не уплыл!

Короткий замах! Хрясь! Лезвие вонзилось в лед. Так, потихоньку… сантиметр за сантиметр я начал вытаскивать из воды свое тело. Так, теперь, зарубимся подальше. Но едва выдернул нож, как соскользнул обратно, едва успев воткнуть нож в самый край. Сука! Это невозможно! Силы покидают. Хотел заорать, но зубы отбивают яростную чечетку. Это фиаско, братан, насмешливо произнес внутренний голос.

В этот момент зрение отметило движение. Альбинка! Она подошла, но не ко мне… а к валериному Вепрю. Нагнулась, подняла. Насрать, после купания он теперь долго не выстрелит. Но все равно обидно! Я спас жизнь этой твари, а она…

– Держи!

Рядом со мной упала лямка наплечного ремня. Ухватился не раздумывая. Другой рукой вонзил нож дальше в лед. Альбина, зацепившись за камень, держит винтовку за ствол, как я минуту назад. Главное, без резких движений. Аккуратненько выполз сначала по пояс, а затем и полностью. Добрался до спасительного камня. Чудовищные судороги задергали сразу все мышцы, как при электрическом разряде. Но мне все же с третьей попытки удалось подняться. Конечно, удалившись на безопасное расстояние от ужасной промоины. Забрал Вепрь, повесил на плечо.

Девушку трясет, как паралитичку. Ее волосы застыли причудливым образом, покрывшись ледяной коркой. У меня при малейшем движении хрустит одежда. С каждым шагом двигаться все тяжелее. Я огляделся. Положение аховое. Ночь, зима, мы вымокли до нитки. Холод не ощущается, но это от адреналина. Получится ли добраться до Валеры? Или до пещеры Вована? Что туда, что туда топать пару часов. А Схрон еще дальше. Дойти можно, но с пальцами на руках и ногах, скорей всего, придется расстаться. А это не входит в мои планы. Взгляд остановился на густо заросшем берегу. Лес. Костер. Жизнь.

Развести огромный, мать его, костер. Просушиться. Да. Вытащив мокрую зажигалку, я сунул ее за пазуху, потом подмышку. От того удастся ли высечь искру, зависит теперь все. Стараясь, как можно быстрее переставлять замерзающие кегли, заковылял к берегу. Идет ли за мной Альбина или примерзла к камню, я не знаю. В данный момент мне абсолютно похуй.

Глава 43

Чирк… чирк… чирк… блять! Вновь крутанул колесико зажигалки. Искра есть, но пламя не идет. Склонившись над горкой сухих веток и бересты, чувствую, как лютая стужа высасывает жизнь из моего мощного организма. Но я не беспомощный горожанин, впервые выбравшийся на природу. Я, можно сказать, мастер спорта по выживанию. Отодрав примерзший магазин Сайги, принялся выковыривать и потрошить ножом патроны. Надеюсь, не все они промокли насквозь. Может, найдется несколько сухих крупинок?

Сзади зашуршали шаги. Альбинка. Надо же, еще живая, сучка. Не прерывая свое занятие, сказал:

– Наломай веток побольше.

– Хорошо.

– Да не зеленых, а сухие…

– Знаю.

То же мне, знающая. Что ж тогда под лед угодила? Я ничего не ответил, в этот момент из моей груди вырвался паршивый сухой кашель. А вот это хреново. Не хватало еще сейчас подцепить пневмонию!

Ну что ж, попробуем… на куске бересты образовалось несколько горок пороха. Или загорится, или смерть. Дунув несколько раз в зажигалку, чиркнул. Пшшш! Сноп искр радостно взметнулся, как бенгальский огонь, чуть не опалив мне брови и ресницы. Ништяк! Занялись ветки, сучья, кусочки бересты.

– О, огонь! Здорово! – выдохнула Альбинка, бросая рядом охапку хвороста.

– Нужно еще. – Я с хрустом разогнулся и принялся ломать сучья с ближайшей поваленной елки.

Вскоре костер взметнулся метра на полтора. Мы подкладываем все новые и новые ветки. Я почувствовал, что согреваюсь. Даже не столько от пышущего жара, сколько от яростных движений по добыче топлива. Чтобы просушится, его потребуется дохрена. Альбина то и дело подходит к огню, протягивая замерзшие пальцы, но я отгонял. Не время расслабляться. Главное – больше дров.

В качестве завершающего штриха, я подтащил толстый ствол поваленного дерева. Вот теперь гореть будет долго. Девка вновь пристроилась греться. От нее повалил пар, оттаявшие космы облепили лицо. Симпатичное лицо… хм, Саня, что за бред лезет тебе в голову. Она же враг!

– Раздевайся! – велел я.

– Что???

– Надо отжать одежду, иначе не просохнет.

– Вообще, полностью?

– Естественно.

Я с трудом снял задубевшее пальто и повесил на заранее приготовленных вокруг костра перекладинах. Альбина искоса поглядывая на меня, пытается избавиться от дубленки. Пришлось помочь, развернув ее спиной к костру и дождавшись, пока отойдут примерзшие к спине волосы. Сотрясаясь от проклятого кашля, я стянул штаны, свитер, трусы. Сложнее всего было снять превратившееся в две промороженные глыбы тактические ботинки.

Мы отжали шмотки над костром, не обращая внимания на наготу друг друга. Какие могут быть эротические чувства, когда стоишь на грани жизни и смерти? Одежду я развесил так, чтобы получился экран, отражающий живительное тепло. Но стоит отойти на пару метров, как начинается космический холод. Накинув полупросохшее, пальто я сходил за лапником. Будем готовиться к ночевке, а спать на снегу – самоубийство.

Альбина уселась, поджав колени, крутя возле огня оттаивающий сапог. Отблески пламени красиво играют на изгибах обнаженного тела. Я присел рядом, вытащил промокшую пачку. Вроде целые. Принялся просушивать более менее целые сигареты. Несмотря на кашель, очень хочется курить. Девушка подняла голову и уставилась большими черными глазами:

– Спасибо тебе.

– Не за что, блять… – проворчал я. – Ты моя пленница, не забывай.

– А зачем ты меня украл? Я тебе нравлюсь?

– Если б не мой друг, который остался у твоих односельчан, – я сплюнул, – давно бы вышиб тебе мозги.

– Врешь ты все, – усмехнулась она, откидывая волосы и обнажая аккуратные груди. – Я же вижу, как ты смотришь.

– Это твои фантазии!

– А твой дружок говорит обратное! – засмеялась Альбина, бесстыдно пялясь на мой член.

В голове зашумело. Пришлось поджать ногу, закрывая обзор. Я понял, чертовка пытается соблазнить меня.

– А ты мне сразу понравился, Саша…

– Блять! Что ты несешь, шлюха?! – взорвался я.

– Я не шлюха!

– Да?! Ты была с Маратом, а потом предала его! Лезла ко мне, а через полчаса уже трахалась с Вованом! Потом оказывается, этот гандон Деревяшка – твой жених! И ты говоришь, что не шлюха?! Да ты, наверно, с половиной деревни переспала!

– Нет! – воскликнула она.

Я прикурил от уголька сигарету и нервно затянулся.

– Дай и мне, – попросила. На щеках блеснули две дорожки слез.

После минутного раздумья протянул ей сигу.

– Ничего ты не знаешь, Саша… – произнесла Альбина, выпуская дым через ноздри. – Это вам, мужикам, раздолье после Конца Света. Вам можно бегать по лесам, охотиться, грабить, убивать… а я девушка! Мне, чтобы получить миску похлебки, приходилось убирать за свиньями, стирать заблеванные шмотки этих подонков…

– Раздвигать ноги… – вставил я.

– Нет!

– Не очень-то ты любишь своих.

– Они мне не свои! Председатель со своей бандой появились в поселке сразу после начала войны. Еще до прихода зимы. Сразу стали устанавливать порядки, прибрали в свои руки все запасы еды. Большая часть деревни вступила в их отряд, а несогласных убили… среди них был и мой папа…. Он работал участковым, а они повесили его прямо на площади!

– Прости, не в курсе был. – Я подкинул в огонь еще веток. – А что с Маратом, почему ты его сдала? Он же хотел убрать Председателя.

– С Маратом у меня ничего не было, он просто подкатывал ко мне все время! И не в моем он вкусе. А в ту ночь, он рассказал, что задумал. Хотел вас использовать, устроить переполох, деревню поджечь и сбежать с припасами еды. В этом ему должны были помочь его дружки... Борис, Альберт… еще кто-то… Меня звал…

– А что не согласилась?

– Потому что он такой же подонок, как и остальные! Позже у нас появился, но сразу спелся с Председателем. А я не могла позволить, чтобы он сжег родную деревню! У нас ведь женщины есть, дети, старики… и с десантником твоим я не трахалась!

– Будто я не слышал!

– Да просто ручками побаловались… хотела, чтоб ты заревновал…

– Я? Да ладно!

– У тебя глаза честные, я сразу поняла, что ты – мой шанс сбежать от них.

– Ну-ну… – меня повеселило ее нелепое признание.

Я еще не забыл, как она плевалась и царапалась во время похищения. Давит, сучка, на жалость, а потом всадит нож в сердце. И никто не найдет закоченевший в дебрях тайги труп Санька. Подняв Сайгу, принялся разбирать и чистить. Только верному оружию и остается доверять в этом гребанном мире. Альбина молча наблюдает за моими действиями.

– Не сходится кое-что… – произнес, наконец, я. – Ты ведь была с Деревяшкой.

– А что мне оставалось делать?! Меня бы убили! А племянничек Председателя давно бегает за мной. Пришлось притворяться.

– Ну-ну… – повторил я.

– И что теперь делать? – спросила она.

– Спать. – Затвор Сайги надежно щелкнул в моих руках. Вроде, в порядке.

– Как?

– Вместе. Согревая друг друга теплом наших тел.

– Хорошо! – глаза Альбины возбужденно сверкнули.

Закинув еще охапку дров в костер, я расстелил на лапнике пальто и штаны. Они практически высохли. Девушка поднялась и шагнула ко мне. Не удержавшись, я поглядел на ее груди под распахнутой дубленкой, на гладкий лобок и с ностальгией вспомнил Ленкин «огненный подвал».

– Какой ты горячий… – шепнула она, прижимаясь всем телом.

Бля, походу, у меня все-таки температура. Мы укрылись дубленками, кофтами, свитерами. Ништяк, с такой грелочкой, пожалуй, переживу эту ночь. Нож и карабин я предварительно положил под голову, так что можно спать спокойно. В этот момент ощутил поглаживание своих стальных яиц и мягкое прикосновение губ на шее. Вот ведь, зараза!

– Спи! – приказал я, перехватив ее шаловливые руки.

Альбина фыркнула и обиженно засопела. Обхватив ее, чтобы не рыпалась, начал проваливаться в сон.

***

Мне снова снится Схрон. И Лена. О, да! Я лежу на нашей шикарной кровати, а она извивается на мне, вскрикивая в истоме, неистово двигая бедрами. Сиськи красиво скачут перед носом. Моя могучая термоядерная боеголовка пронзает ее нутро. Вот-вот раздастся взрыв… Лена склонилась, не прекращая движений, наши губы сомкнулись в поцелуе. В этот момент она подняла веки. Я вздрогнул. Потому что вместо привычных зеленых изумрудов, увидел черные, как ночь, глаза.

Схрон закружился, распадаясь на куски. Рыжие волосы Лены обернулись черной смолью моей пленницы. Но движения и стоны не исчезли. Альбина, как наездница, скачет на мне! Что за хрень?! Я попытался вырваться, но она плотнее сжала бедра, усилила напор. На лице торжествующая улыбка. В следующий миг наш общий крик разорвал безмолвие леса, уносясь ввысь вместе с горящими искрами костра, со склонившихся елей посыпался снег.

– Что ты творишь?! – прохрипел я, когда смог говорить.

– Ты меня спас. Я должна была тебя отблагодарить… – Альбина прижалась в долгом поцелуе. Я почувствовал ее блудливый сноровистый язычок. – Повторим?

Меня сотрясло диким кашлем. Легкие горят, выворачиваясь наизнанку.

– Не в этот раз, крошка, не в этот раз… – наконец произнес я, проваливаясь в тяжелый лихорадочный сон.

***

Проснулся от холода. Черт! Где она?! Разлепил глаза. Костер почти догорел. Альбина уже полностью одетая, застегивает сапожки. Я приподнялся на локте. Не с первой попытки. Меня затрясло. Блять, температура…

– Ты куда? – просил я, когда удалось справиться с кашлем.

Она не ответила, только стрельнула взглядом. Затем резко поднялась, подхватила мою Сайгу, повесила на шею. Хотел поймать ее за ногу, но скрутило в очередном приступе. До боли знакомо щелкнул затвор. Несколько секунд темное дуло карабина глядело на меня. Затем отвернулось в сторону. Отвела взгляд и Альбина. Развернувшись, зашагала прочь и вскоре скрылась за деревьями.

Вот, сучка! Я начал быстро одеваться. Точнее казалось, что быстро. Пальцы дрожат, мышцы сводит спазмами. Проклятая слабость! На то, чтобы зашнуровать ботинки ушла целая вечность. Я перевел дух и медленно поднялся. Хрена лысого ты убежишь от Санька! Сделал шаг, земля закачалась, как палуба корабля в шторм. В следующее мгновенье сознание отключилось, и я повалился на слежавшийся за ночь лапник.