Текст книги "Сонеты 12, 112 Уильям Шекспир, — лит. перевод Свами Ранинанда"

Автор книги: Александр Комаров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Волна негодования родилась в груди и хлынула во все стороны, обожгла виски, прошла по ногам и рукам. От злости даже в горле пересохло. Но я сдержалась, не ответила на бездарный выпад. Не доставила мерзавке удовольствия. И не позволила безумной эмоциональной буре победить благоразумие.

- Наконец-то мы встретились. Не ожидали? - ухмыльнулся, тем временем, Аркадий, разглядывая жену и её любовника. - Ты постарел, - заметил он издевательски, остановившись возле Глеба Вениаминовича. Смотрел в его невозмутимое лицо с минуту, и ударил в живот - ловко, неожиданно и сильно.

Сыщик даже не охнул, только судорожно вздохнул, зато Карина громко вскрикнула.

- Что? - Аркадий повернулся к неверной жене. - Не хочешь, чтобы он пострадал? А, знаешь, я не решил, как с ним поступить: убить или оставить жить без тебя. Какое наказание будет страшнее?

Муж подошел ближе и протянул руку к лицу Карины, но женщина увернулась от прикосновения. Это усилило ярость Аркадия. Звук пощечины наотмашь в сыром каменном помещение разорвал наэлектризованный воздух.

- Не смей! - крикнул сыщик.

- Иначе что? - усмехнулся его бывший начальник. - Что ты сделаешь, Глеб? Убьешь меня? Но я уже мертв. Ударишь? Однако это ты, а не я, прикован к стене. Ты в моей власти. Вы оба. Мне решать, что с вами будет дальше.

У меня чесался язык съязвить, сказать гадость в адрес домашнего тирана, возомнившего себя богом. Но я снова не посмела открывать рот. Неосторожные слова сильнее распалят садиста. Я сделаю только хуже.

- Пора, - объявила похитительница. - Действуй, если решился. Время не ждёт.

- Решился, не сомневайся, - лицо Аркадия исказила улыбка безумца. - Жену я заберу с собой, и мы будем вместе вечно. Но сначала... сначала я отниму последнее, что у тебя осталось, Глеб. Твою единственную семью. Разбуди девчонку! - велел он сообщнице.

Я нутром почувствовала: дамочке не понравился его тон. Она сама предпочитала отдавать приказы, а не выполнять их. Но мерзавка не показала вида, чтобы никто не догадался, что союз не столь прочен, как могло показаться. Склонилась над Руфиной, положила ладонь на лоб гадалки и беззвучно зашептала заклятие.

Я перевела взгляд на Глеба Вениаминовича. Вот теперь бравый сыщик испугался. Разочарования и ненависти «племянницы» он страшился не меньше потери Карины. Аркадий прав: по крови девочка приходилась внучкой ему, но стала семьей соперника. Самой настоящей. Моё сердце пронзила жалость к сыщику. Хотя я представить не могла, как отреагировала бы, окажись на месте Руфины. Попыталась бы понять или разорвала отношения навсегда.

Девушка тихо застонала. Тело затекло после нескольких часов без движения. Она приподнялась, упираясь в каменный пол ладонями. Мутным взглядом обвела присутствующих. Удивилась, обнаружив меня. С тоской посмотрела на дядю, а потом увидела Аркадия с Кариной и что-то забормотала. Быть может, молитву, защищающую от призраков?

- Здравствуй, - явившийся с того света дед шагнул к Руфине, подавая руку, чтобы помочь подняться с холодного пола.

Но гадалка встала сама, глядя на Аркадия волком. Удивление ушло, но и страха на смуглом лице не было.

- Что ты задумал? - спросила она сурово.

- Вот и познакомились, - усмехнулся пожилой мужчина. - Твой так называемый дядя не учил тебя вежливости?

В голосе Аркадия зазвучала ярость, но Руфина и бровью не повела.

- Учил, но исключительно к тем, кто её заслуживал. Похищение и заковывание в цепи - точно не способствуют ни знакомству, ни благожелательному отношению.

- А ты выросла язвительной девочкой. И свободолюбивой, как я посмотрю.

- Руфина, не надо! - взмолился Глеб Вениаминович, отлично зная взрывной характер бывшего шефа, но девушка не собиралась молчать.

- Я происхожу из древнего магического рода. Не тебе меня поучать. Ты всего лишь озлобленный человек. И мертвец. Даже явился не сам, а с чужой помощью.

Надо было видеть лицо Аркадия. Ни жена, ни сын никогда не смели говорить с ним в подобном тоне, а, тем более, подчиненные. Внучка выросла без его влияния и не боялась перечить. Деду понадобилась вся имеющаяся выдержка, чтобы не сорваться и не ударить Руфину, как недавно её бабушку. По щекам разлились красные пятна, глаза стали бешеными, почти выкатились из орбит.

- Ты права, дружбы у нас не получится, - пожилой мужчина погладил подбородок. - Но всё же я сделаю тебе подарок. В нашу единственную встречу. Я подарю тебе правду. Развенчаю ложь, которой годами пичкал тебя Глеб. Ты имеешь право знать правду о нём.

На бледном Глеба Вениаминовича отразилась мука, Карина в отчаянье отвернулась, а Руфина посмотрела на Аркадия снисходительно.

- Какую правду? Что ты был столь отвратительным мужем, что жена предпочла другого?

Дед застыл, не ожидая подобной реакции.

- Что? - девушка шагнула ближе. - Я же гадалка. Потомственная. Отлично умею читать нити прошлого. Я «просмотрела» историю семьи, едва научилась пользоваться даром. Всегда было интересно, почему мой отец тебя ненавидел.

Аркадий отшатнулся. Вся его уверенность и напористость были ничем по сравнению с дерзким выпадом внучки.

- Ты лжешь! Рома меня не...

- Неужели? - Руфина едва стояла на ногах, но отпор давала отменно. - Тогда почему у нас дома не было ни одной твоей фотографии? Я спросила об этом папу однажды. Он ответил, что мой дед был очень плохим человеком, и нам ни к чему о нём помнить!

Воскресший родственник смелой гадалки напоминал взбесившегося гиппопотама, раздувшегося, вот-вот взорвётся. Но он не зря столько лет был большим начальником, умел сдерживаться, когда того требовали обстоятельства.

- Брось, - проговорил он, ухмыляясь. - Я не верю, что тебя это ни капли не смущает. Тебя вырастил любовник бабушки, человек, разрушивший нашу семью.

- У меня иное видение ситуации, - повела плечами Руфина. - К тому же, если б смущало, я бы не поддерживала с ним отношения. Но, как ты видишь, этого не случилось.

- Но Глеб явно не в курсе твой осведомленности. Почему ты не сказала ему?

- Это получился бы очень странный разговор. И я не хотела бередить раны.

Аркадий продолжал вглядываться в лицо внучки, ища признаки лжи, но не находил. В каменной сырой комнате повисла гробовая тишина, пронизанная всеобщим удивлением. Самым большим шоком слова Руфины стали для Глеба Вениаминовича. На бледном лице удивление смешалось с восхищением и гордостью. Кому бы гадалка ни приходилось кровной родней, воспитал её он.

- Пора заканчивать, - к Аркадию подошла сообщница. - Да, не сложилось с внучкой, но ты всё равно получишь то, зачем пришёл, - она с ухмылкой кивнула на Карину. - Но нужно поспешить. Полночь близится.

Я ахнула. Как полночь?! Сколько же я пробыла без сознания?!

Пожилой мужчина не шевелился. Мерзкая дамочка решила действовать сама. Взмахнула обеими руками. Руфина, будто кукла, с громких возгласом отлетела в угол, попыталась подняться, но не смогла, придавленная невидимым прессом. Цепи Карины лязгнули, замки расстегнулись и женщина упала на пол - к ногам ненавистного мужа. Его располневшее лицо исказила улыбка предвкушения.

- Теперь ты снова моя. Навсегда.

- Нет! - воспротивился Глеб Вениаминович.

Но что он мог противопоставить магии? Только цепи впились глубже. Лишь безысходность отразилась на лице. Он ничем - абсолютно ничем - не мог помочь любимой женщине. Как и Руфина, растерянно наблюдающая за происходящем с пола. У сыщика не было магического дара, у а его воспитанницы защитных чар.

Но, возможно, они были у меня.

«Помоги!» - взмолилась я, обращаясь у дару. - «Сделай что-нибудь!»

Вредная крылатая сущность вновь не пожелала ответить. Зато голову шипящими искрами посетило воспоминание.

«Не трать энергию на девушку. Всё равно пока силёнок не хватит её вытащить. Посмотри, кто стоит за ЕГО спиной. Это важнее».

Так сегодня утром было написано в книге, вылетевшей из шкафа. Той самой, что пару месяцев назад «подарил» волшебный магазин. В той, что однажды сохранила мне жизнь, не дав обуглиться вместе с Владимиром Воркуновым. О, боже! Получается, я не должна пытаться спасать Карину?! А лишь смотреть за спину Аркадия? Но там стояла похитительница чужих тел! В чужом обличье, разумеется!

Я поняла, что хотела от меня магическая книжка. Сосредоточится и постараться увидеть истинный облик неприятельницы. Да, наверное, это было важнее. Но как же Карина?! Её нельзя отдавать Аркадию!

«Глупая», - отозвался, наконец, дар голосом не мужским и не женским. - «Тебе придется научиться расставлять приоритеты. Одна жизнь - всего лишь одна жизнь».

Я была не согласна. Я видела, как жила Карина. Вечность с Аркадием - не должна стать её уделом. Она заслуживает иной судьбы. Глеб Вениаминович тоже. Но всё, что оставалось - наблюдать, как домашний тиран тащит волоком упирающуюся жертву к противоположной стене. Туда, где не было и намёка на выход.

- Я готов, - объявил мерзавец сообщнице.

- Хорошо, - она встала рядом, поднимая руки, и посмотрела на меня. Мол, видишь, как всё легко получается.

Едва заметное движение пальцами, и воздух заколыхался. Между темными сырыми камнями в темницу проник синий луч. Свет прошёл сквозь преграду и заискрился, разрастаясь и расширяясь с каждой секундой, пока не превратился в дверь почти правильной прямоугольной формы. Я попыталась разглядеть, что скрывается за ней, но видела лишь переливающееся марево.

- Не торопись, - предупредила женщина Аркадия, шагнувшего ближе. - Портал ещё не набрал достаточно силы.

Синий свет делал всех троих похожими на призраков. Впрочем, они и были существами не от мира сего. Даже Карина, являвшаяся в наш мир раз в год. Лицо Аркадия стало ещё отвратительнее. Кожа напоминала маску, которая вот-вот сорвется, обнажив нечто ужасное, тошнотворное. Он крепко держал жену за локти, вывернув ей руки. Она больше не сопротивлялась. Не могла? Или...

Карина посмотрела на Глеба Вениаминовича. В чёрных глазах прошёл всполох огня. Она выжидала. Собиралась с силами, чтобы дать отпор. Но какой?!

- Ещё чуть-чуть, - проговорила неприятельница, поймав нетерпеливый взгляд Аркадия. - Полминуты, и вы сможете уйти.

- Я так не думаю.

По темнице молнией пронеслась ярко-алая вспышка. Ударилась об потолок и рассыпалась искрами на полу. Мгновение, и на этом месте появился человек. А точнее, маг. Тот, кого наши противники сегодня больше не ожидали увидеть.

- Ты... - прошипела дамочка, скалясь.

Алексей Данилович усмехнулся в ответ. Он стоял посреди сырого помещения и спокойно глядел в фальшивые глаза похитительницы. Явился в щегольском пальто и шарфе с модным узлом, будто вышел на среднестатистическую прогулку и теперь взирал на простирающийся впереди пейзаж.

Аркадий бросился в портал, увлекая следом Карину, но не пробился. Дверь оказалась стеной, и супруги с грохотом упали на пол.

- Не возьмешь! - взвыла неприятельница, и из её рук посыпались серебристые драже, похожие на конфеты в обертках из фольги. Темницу разделила прозрачная стена, оставив за ней мерзкую дамочку и Аркадия с Кариной.

Чародей шевельнул пальцами, наши с сыщиком цепи лязгнули и втянулись в стену. Мы оба упали вниз, но успели сгруппироваться и сильно не ударились. Я с наслаждением потёрла запястья, глядя по ту сторону прозрачного занавеса. Аркадий встал на ноги, резким движением поднял жену.

- Сделай что-нибудь! - взмолился Глеб Вениаминович, обращаясь к другу.

Устинов не шевельнулся, но я почувствовала энергию, прошедшую к перегородке. Синий портал блеснул сильнее и начал медленно уменьшаться.

- Не смей! - приказала неприятельница.

Она сжала кулак, и в углу закашлялась Руфина, хватаясь за горло. Гадалка с трудом могла дышать, словно из помещения высосали воздух.

- Нет! - крикнули Карина и Глеб Вениаминович одновременно. Сыщик бросился к воспитаннице, но не успел коснуться её. Сам повалился на колени, задыхаясь.

- Я не хочу их убивать! - грозно объявила неприятельница. - Но сделаю это, если ты не остановишься и не дашь Аркадию с женой уйти!

Карина умоляюще посмотрела на Алексея Даниловича, и я вспомнила просьбу женщины: пожертвовать ею ради спасения близких, если встанет выбор. Чародей тяжело вздохнул и прекратил атаку. Портал разгорелся с новой силой, заново расширяясь, хотя и медленнее, чем в прошлый раз. Неприятельница ослабила хватку, и её жертвы стали дышать ровнее, но не в полную силу.

- А теперь скажи, чародей, как ты нас нашёл? - спросила дамочка с нотками презрения.

- Ты сама открыла портал, а с ним и дополнительную дорогу сюда.

- Ложь! - взревела она, и Руфина вновь громко кашлянула. - Ты не смог бы ступить на этот путь, если б не знал, откуда он пролегает. Я спрашиваю ещё раз: как ты сумел найти квартиру? Говори! Или один из них умрёт! Жизнь которого помощника ты ценишь меньше: бравого сыщика или талантливой гадалки?

Устинову не улыбалось откровенничать, но, кажется, он не мог помешать причинить вред Глебу Вениаминовичу и Руфине другим способом.

- Я понял, что ты любишь театральность, - признался он, нехотя. - А ещё, что сильно интересуешься Яной Светловой. Поэтому отправил её домой, предварительно поставив особый магический маячок. Я подозревал, что ты захочешь превратить девочку в зрителя. Мне не составило труда найти квартиру. Однако ты хорошо спрятала это измерение. Даже я не мог пробиться, пока ты не открыла портал. А дальше дело техники. Нужно было лишь взять энергетический след.

Неприятельница ухмыльнулась, и испытывающе посмотрела на меня, поймав сердитый взгляд, который я не успела спрятать.

- Не нравится быть пешкой? - спросила она с издёвкой.

Мне, правда, не нравилось. Наверняка, упомянутый маячок был поставлен, пока я пребывала в отключке в «Забытом чародее» после внезапного прикосновения Устинова. Мог бы и предупредить, а не бросать в пасть гиене, как пушечное мясо. Я согласилась бы рискнуть. Добровольно.

- Не нравится, - не стала лгать я. - Но, главное, сработало.

- Неужели? - на ненастоящем лице приподнялись брови. - Я сегодня всё равно получу, что хочу. Просто будет на одного зрителя больше, - она с превосходством глянула на чародея и проговорила победно. - Портал готов. Пора заканчивать этот балаган.

Я думала, чародей ответит или сделает что-то магическое, чтобы защитить друзей, но он молча смотрел в лицо похитительницы. Выглядел... нет, не жалким, но растерянным и мрачным. Я не могла поверить, что это конец. Он не мог прийти, чтобы сдаться!

«Ничего не предпринимайте, Яна», - зазвучал в голове голос Устинова, пока неприятельница ухмылялась, празднуя победу. - «Стойте и не шевелитесь. Так надо».

Я подчинилась. А что ещё оставалось? Вероятно, подобный приказ чародей отправил и Глебу Вениаминовичу с Руфиной. Они тоже не двигались. Не произносили ни единого слова. Девушка будто снова отключилась. Наяву. Глядела на всё пустым взглядом. Зато на непробиваемом обычно лице сыщика отражалась гамма эмоций, а самым сильным было отчаянье. Он смотрел на Карину с пронзительной тоской. Я отвернулась, не в силах видеть мучения сильного человека, оказавшегося беспомощнее ребёнка.

Аркадий, крепко держа жертву, стоял у края портала. Ещё полшага, и их проглотит упомянутая негодяем вечность. Похитительница обвела нас всех веселым взглядом и кивнула сообщнику. Он приготовился броситься в синюю магическую дверь, а дальше...

Дальше произошло сразу несколько событий. Сыщик с воспитанницей распластались на полу, словно желали с ним слиться. Над ними прошла энергетическая волна, накрывая обоих мерцающим зеленоватым куполом. Из рук чародея полетела красная молния в Аркадия - в самое сердце. Он охнул и ослабил хватку. Карина, как по команде, толкнула мужа в портал. А похитительница издала яростный вопль и послала в меня чёрный шар с жутким шлейфом дыма.

Я даже испугаться на успела. Магическое орудие не долетело до цели. Сработала защита Устинова, за спиной которого я стояла. Шар остановился на расстоянии вытянутой руки от чародея, упал на пол и с шипением растворился. Однако, несмотря на передислокацию сил, победа была иллюзией. Неприятельница предприняла очередную попытку поквитаться - махнула рукой в сторону портала. Тот расширился, зацепив стоявшую у края Карину.

- Нет! - закричал Глеб Вениаминович. Попытался вскочить, но помешал купол.

Несколько секунд, похожих на часы, мы видели супругов Евдокимовых, зависших, словно в космической невесомости. Аркадий отчаянно тянул руки, пытаясь схватить жену.

«Не туда смотришь!» - возмутился в голове дар.

Я вспомнила наказ волшебной книжки, с трудом оторвала взгляд от несчастной гадалки и посмотрела на похитительницу. В упор. Не веря в успех операции ни на грамм. Однако сработало. Мой взгляд сорвал «маску», и в сквозь серую дымку я увидела другое лицо. Настоящее лицо дамочки.

Она была красива. Породистая внешность. Аристократическая. Утонченные черты, высокие скулы, манящий изгиб губ, идеально ровный нос. На большие серые глаза падали темно-каштановые волосы, чуть вьющиеся, густые. Я никогда не видела её раньше, но могла поклясться, что мне знакомы эти глаза. Глаза, однажды смотревшие на меня с другого лица. Но когда? И где?

Мерзавка почувствовала сканирующий взгляд. Посмотрела с ненавистью. Что-то яростно прошептала и растворилась в воздухе с громким хлопком.

- Карина! - закричал Глеб Вениаминович, срывая голос.

Пальцы Аркадия были совсем близко. Ещё пара секунд, и он дотянется до добычи. Ещё чуть-чуть. Ещё немного.

Комнату огласил жуткий грохот, словно на стройке уронили груз с подъемного крана. Портал погас, унося с собой своих жертв. А вместе с ним исчез и каменный мешок. Я вдруг обнаружила, что мы стоим в самой обычной квартире с темным проемом окна без штор. В комнате без мебели и допотопными обоями с разноцветными полосами.

- Полночь, - объявил чародей и щелкнул пальцами, зажигая магией люстру.

- Нет! Не может быть! - зеленый купол тоже растворился и сыщик, наконец, вскочил на ноги. - Он забрал её! Он забрал её, Алексей! Почему ты ничего не сделал?!

- Успокойся, - попросил чародей мягко. - Аркадий не забрал её. Ты слышал, что я сказал? Полночь. Карина всегда исчезает с последним ударом часов. Мерзавец не успел до неё дотянуться. Я специально замедлил время. Так, чтобы это не заметили неприятели. Я выиграл для Карины несколько секунд. Дал ей шанс уйти туда, куда она отправляется из года в год, чтобы снова вернуться через двенадцать месяцев.

- Но Аркадий был близко! - Глеб Вениаминович заламывал руки. - Он мог...

- Нет! Не мог! - чародей повысил голос, похлопал друга по плечу и повернулся к Руфине, с трудом поднявшейся с пола. - Ты в порядке, дорогая?

- Жива, и то ладно, - гадалка пошатнулась и упала бы, если б не сильные руки сыщика.

Он горько посмотрел в её глаза, так похожие на Каринины.

- Прости меня. За то, что лгал тебе.

Руфина уткнулась носом ему в плечо и прошептала.

- Не мучай себя. Но пообещай, что завтра расскажешь мне всё-всё. Я понятия не имела, что она возвращается, что она всё ещё здесь. Мне так жаль!

- Мне тоже, - сыщик нежно поцеловал воспитанницу в лоб. - Самое главное, ты не пострадала. Я боялся за тебя.

- А я за тебя! - всхлипнула девушка. - Ты отвезешь меня домой? Я так устала.

Устинов с облегчением вздохнул. Его страшила реакция гадалки на семейные тайны, не меньше Глеба Вениаминовича.

- Как вы, Яна? - спросил он.

Я передернула плечами. Мне, как и Руфине, очень хотелось покинуть берлогу похитительницы и добраться до родной кровати.

- Сильно сердитесь на меня? - задал провокационный вопрос Устинов.

- А толку-то? Всё равно в следующий раз сделаете по своему, не спросив разрешения.

- Это был единственный способ добраться до похитительницы.

- Знаю. Но вас это не оправдывает.

- Значит, тварь сбежала? - спросил Глеб Вениаминович, продолжая обнимать Руфину.

По лицу Устинова прошла мрачная тень.

- Увы. Я не смог ей помешать. В отличие от Аркадия, вновь отправившегося на тот свет, эта неприятельница ещё вернется. Не получилось даже разглядеть её истинное лицо. Не хватило времени.

Я нервно хмыкнула, провела рукой по лбу, убирая спутанные волосы. Все трое повернулись ко мне, удивленные реакции.

- Я знаю, как гадина выглядит, - призналась я, глядя на чародея. - Ваша волшебная книжка, та, что магазин «подарил», велела смотреть, когда придёт время. Я не думала, что получится разглядеть.

Устинов от удивления сделал шаг назад.

- Ну, знаете! - воскликнул он. Мой подвиг стал для него сюрпризом. - Вы не перестаете меня удивлять, милая барышня. Покажите картинку.

Глеб Вениаминович и Руфина передумали уходить и теперь наблюдали за мной.

- Ладно, - кивнула я. - Разрешаю вам увидеть лицо мерзавки.

И зажмурилась, представляя в деталях увиденное несколько минут назад. Каждую черточку, каждый локон и невероятно знакомые серые глаза.

- Ох! - вырвалось у чародея.

- Что? - испуганно спросила я. Почудилось, могильным холодом повеяло.

Он, и правда, стал похож на мертвеца. Все краски сошли с лица. В гроб краше кладут.

- Алексей, что не так? - встревожился сыщик. - Кто она?

Но чародей молчал. Покачивался, глядя в никуда.

- Глеб, отвези Яну домой. А я... Мне нужно побыть одному. Подумать.

Он растворился в воздухе прежде, чем кто-то из нас успел возразить. Пришлось недоуменно глазеть друг на друга и гадать, насколько всё плохо.

...Домой я попала, когда часы показывали без двадцати час. Я ожидала расспросов родственников. Всё-таки растворилась, выйдя в подъезд без верхней одежды. Но в квартире царила тишина. И темнота. Все преспокойно спали. Наверняка, магическим сном. На столе в зале осталась неубранная посуда, а Клякса вместе с потомством тоже видела десятые сновидения в кресле, и даже не шелохнулась, пока я стелила постель и переодевалась.

В голове царил сумбур из разрозненных мыслей. Я честно попыталась проанализировать хоть одну из них. Но глаза закрылись, унося прочь магические и самые обычные проблемы. Подумаешь, что неприятельница осталась на свободе. Завтра будет завтра.