Текст книги "Полубояринов 3 (СИ)"

Автор книги: Александр Сухов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 22 страниц)

Глава 8

Глава 8

Марина Захаровна Зайонц, сидя за своим столом, перебирала папки с делами студентов, не допущенных преподавателями к сдаче грядущей экзаменационной сессии.

– Ох уж мне эти высокородные! Вечно с ними всё не так! – Причитала заведующая учебной частью факультета Пространства-Времени, взяв в руки следующее личное дело из немалой стопки. – Князь Демидов. Ну очень ожидаемо. Неуравновешенный мальчишка с гипертрофированным чувством собственного величия. Демонстрировать свой аристократический норов перед маститыми и заслуженными преподавателями – прямой путь к отчислению. – И, обратившись к сидящей напротив сотруднице, уверенным командирским голосом изрекла: – Самсонова, составь письмо родителям шалопая по форме номер пять на основании жалобы профессоров Томского и Казанцева. – И отодвинула папку с документами на край своего стола.

– Сделаю, Мариночка Захаровна, в самом лучшем виде. – Прощебетала Антонина Самсонова миловидная девушка двадцати двух лет недавняя выпускница факультета, совмещавшая учебу в аспирантуре с административной должностью при факультете и очень дорожившая своим рабочим местом по причине хронического безденежья.

Госпожа Зайонц протянула руку, чтобы взять следующую папку с личным делом очередного кандидата на отчисление, но тут дверь распахнулась, и в помещение учебной части вошла голубоглазая брюнетка на вид под тридцать весьма привлекательной наружности. К тому же, обладательница двух полушарий, сопоставимых по размеру и форме с могучей грудью Марины Захаровны.

Посетительница моментально определив, кто тут самый главный, с достоинством поклонилась Зайонц и представилась:

– Беримец Изольда Исааковна, официальный представитель Его Сиятельства Александра Николаевича Коринфского-Полубояринова.

– Проходите, госпожа Беримец, и присаживайтесь, – хозяйка кабинета указала рукой на стоящий перед её столом предмет мебели, – вот на этот стул. – После того, как посетительница разместилась со всеми возможными удобствами Марина Захаровна посмотрела оценивающим взглядом на Изольду Исааковну. – Итак, уважаемая Изольда Исааковна, я вас слушаю.

– Тут такое дело, Марина Захаровна… Ну вы, разумеется, в курсе несчастья, произошедшего чуть более полугода назад с моим работодателем.

– Ну да, он пропал во время того громкого инцидента под Кубинкой. – С грустной улыбкой на лице констатировала Зайонц. – Мне очень жаль. Хороший был мальчик. Проявлял завидное усердие в учебе. К тому же, универсал. Вы, наверное, по поводу письма, официально уведомляющего администрацию графского рода Коринфских-Полубояриновых об отчислении Александра Николаевича из МГМУ в связи с юридически признанным фактом его смерти.

– Совершенно верно, госпожа Зайонц, действительно, я здесь по этому поводу. Дело в том, что перед отбытием графа на обучение я и еще ряд его сотрудников без какого-либо принуждения принесли ему «клятву на крови», связавшую наши души неразрывными узами. Ну вы, как продвинутая одаренная, просто обязаны быть в курсе подобных вещей.

– Уважаемая Изольда Исааковна, мне известна подобная методика. Однако к любому насилию над человеческой волей я отношусь сугубо отрицательно, поскольку считаю, что всякое разумное существо не должно зависеть от чьей-либо сиюминутной прихоти. Сегодня ваш работодатель добр к вам и милостив, а что будет завтра, сие даже всемогущим богам неведомо, поскольку будущее сокрыто даже для их проницательных взоров… Впрочем, – госпожа Зайонц, умерив пыл, продолжила в менее эмоциональной манере, – вы дама взрослая и в своем праве принимать или не принимать те или иные решения, даже столь сомнительного, на мой взгляд, характера.

На вполне резонную отповедь Марины Захаровны, Изольда Исааковна, потупив взор с грустью в голосе ответила:

– Вы просто не знаете толком Александра Николаевича. Это честнейший и благороднейший человек, неспособный нанести ущерб чести и достоинству тем, кого он взял под свою руку.

– И какими посулами, позвольте узнать, он вас подвигнул на столь ответственный, я бы сказала, безрассудный поступок? – Зайонц с нескрываемым интересом посмотрела на посетительницу.

На что посетительница отреагировала в довольно резкой форме:

– Это к делу, по которому я здесь нахожусь совершенно не относится, уважаемая Марина Захаровна. Единственное, что я могу добавить к вышесказанному, «клятву на крови» вместе со мной принесли еще три десятка человек. Так что делайте выводы. Но я здесь вовсе не за тем, чтобы разглагольствовать о том, что происходит внутри рода Коринфских-Полубояриновых. Дело в том, что Александр Николаевич жив, и это факт, подтвержденный руководителем Геральдической палаты Российской Империи князем Барятинским-Ростопчиным Евгением Евграфовичем. – После этих слов женщина извлекла из внепространственного хранилища кожаную папку и, расстегнув хитроумную застежку, явила на свет документ за подписью только что упомянутого чиновника высшего ранга. – Вот, извольте убедиться собственными глазами в правоте моих слов.

Опытной чиновнице хватило беглого взгляда на заверенную знакомой размашистой княжьей подписью и магическими печатями бумагу, чтобы убедиться в её подлинности. Вернув документ госпоже Беримец, она с улыбкой на лице сказала:

– Насколько я понимаю, вы здесь для того, чтобы деканат отменил принятое постановление об отчислении студента Коринфского-Полубояринова. – Это был не вопрос, а констатация факта.

– Вы абсолютно правы, госпожа Зайонц. Я здесь именно по этой причине, поскольку вам ли не знать, что отчисление студента из стен МГМУ по любой, пусть даже независящей от него причине, является фактом дискредитирующим данное лицо в глазах широкой общественности и последующее восстановление его в статусе студента фактически невозможно.

На что Марина Захаровна с доброй улыбкой заговорила:

– Я очень рада, услышать от вас, что Александр Николаевич жив и здоров. Действительно, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, мы не имеем права отчислить студента Коринфского-Полубояринова, к тому же, человека представленного указом Его Императорского Величества к званию Героя Российской Империи. Вы зря беспокоились, уважаемая Изольда Исааковна. Вам вовсе необязательно было являться сюда лично. Для отмены опрометчиво принятого руководством нашего факультета решения было бы вполне достаточно уведомительного письма с приложением копии данного документа.

Госпожа Беримец одарила местную начальницу не менее доброжелательной улыбкой.

– Только не подумайте, что я пытаюсь каким-либо образом проявить недоверие к руководству МГМУ в общем и вашего факультета в частности, но как администратору со стажем, мне известно, что личная встреча с человеком, от которого зависит то или иное решение, более ценится, нежели банальный формализм в виде официального письменного уведомления.

– Согласна с вами, уважаемая, но только не в данном конкретном случае. Еще раз хочу повторить от имени руководства факультета и себя лично, мы несказанно рады тому, что Александр Николаевич жив, и для нас будет честь застолбить для него статус студента до тех пор, пока он не сможет вернуться в стены альма-матер. Кстати, вы не можете, хотя бы ориентировочно обозначить срок его явки?

На что лицо Изольды Исааковны погрустнело.

– К сожалению, Марина Захаровна, сие мне неведомо. Графа затянуло в портал во время той жуткой истории и единственное, что мне и еще трем десяткам слуг рода Коринфских-Полубояриновых, связанных с его главой «клятвой на крови», известно, что он жив и вполне здоров. И я ни на мгновение не сомневаюсь, что рано или поздно ему удастся вернуться обратно в наш мир.

– Может чаю или кофе? – Запоздало спохватилась хозяйка кабинета.

– Я бы с удовольствием, но дела, понимаете ли, неотложные. Так что прошу прощения, может, как-нибудь в следующий раз. Засим позвольте откланяться.

После того, как за неожиданной посетительницей закрылась дверь, Марина Захаровна задумчиво покачала головой и, выдвинув ящик стола со сканирующим артефактом, проанализировала его показания. Не поверив глазам, еще раз проверила полученные данные. Убедившись в том, что зрение её не обманывает, она задалась вопросом:

«Хотела бы я знать, как именно этот Полубояринов очаровал столь примечательную особу. Второй ранг ментальной магии – это весьма и весьма серьезный показатель. Такие специалисты на дороге не валяются и привязать их кровью задача отнюдь нетривиальная. Однако факт остается фактом. Вот же граф, ну и хват! Такую бабу захомутать». – Отринув грешные мысли, она перевела взгляд на перешептывающихся подчиненных и громко по-солдафонски рявкнула: – Ну и чего сачкуем⁈ За работу, дорогие мои! Формуляры сами себя не заполнят.

* * *

Сижу на нагретом местным солнцем валуне неподалеку от входа в пещеру. На сердце тоска-печаль.

Сегодня ровно двухсотый день моего пребывания в этом странном мире. С учетом разницы суточной продолжительности на Земле минуло полгода с приличным таким хвостиком. В соответствии с законами Российской Империи я должен быть признан умершим. А это означает, что все мое имущество перейдет под управление созданного для таких случаев ведомства при кабинете министров. И далеко не факт, что после возвращения на Землю мне удастся вернуть свое добро. По большому счету, плевать мне на денежные счета и недвижимость, за своих людей радею. Вряд ли назначенный управляющим чиновник сохранит в целости и сохранности мою команду. Придется моим сотрудникам срываться с насиженных мест в поисках работы. Это меня очень расстраивает, поскольку ответственность за судьбы тех, кто мне доверился вбита в подкорку моего мозга еще в стенах Академии ВКС.

Ладно, главное выбраться отсюда. А там свяжусь со всеми, объясню, так мол и так. Не по своей воле отсутствовал. Попрошу вернуться на прежнее место работы. Достойную денежную компенсацию выплачу за беспокойство.

Насчет денежных средств я не волнуюсь. Запущенная Клэр программа по отъему финансовых ресурсов с «бесхозных» банковских счетов, по заверениям нейросети, работает без её участия и в самом скором времени должна принести приличные дивиденды. Если не удастся вернуть Коринфино вместе со всеми ранее принадлежавшими моему роду предприятиями, приобрету бесхозный кусок земли размером с Германию где-нибудь в Сибири и заживу не хуже прежнего, главное значительно дальше от жадных взоров столичных чиновников.

Ах да, еще из МГМУ меня выпрут за регулярное непосещение занятий и неявку на сдачу зачётов и экзаменов. Оно, конечно, беды в этом особой нет. Все знания, которые мне даст альма-матер уже в моей голове. К тому же, мой чародейский потенциал в местных условиях прогрессирует как на дрожжах, во всяком случае значительно эффективнее нежели в универе. Особенно этому способствуют регулярные сливы моей маны в энергетический центр питомца.

Благодаря этим магическим манипуляциям, да еще при отличной кормежке, Гера набирает в росте, массе и в уме, разумеется, завидными темпами.

Обнаружил эту его способность совершенно случайно. В одну из своих охотничьих вылазок мой питомец был атакован стаей местных пернатых. Увлеченный жаждой битвы он ударился о скалу и серьезно повредил правое крыло. Поскольку темпы срастания сломанной кости, несмотря на повышенную способность дракона к регенерации, ни меня, ни Германа категорически не устраивали, я попытался воздействовать на перелом аспектом магии Жизни. Но по какой-то непонятной причине, ни одно из известных мне заклинаний не желало работать с драконьей плотью. Разочаровавшись в своих лекарских способностях, я поддался какому-то наитию и направил поток «сырой» маны напрямую в драконье средоточие. И каково же было мое удивление, после того, как моя энергия была без негативных последствий усвоена питомцем. Более того, закачка маны стимулировала внутренний регенеративный потенциал моего питомца и сломанная кость вполне успешно срослась едва ли не на моих глазах. Ладно, малость преувеличиваю, все равно крыло Геры полностью зажило часа за три-четыре Более того, я заметил, что эти магические вливания благоприятно сказываются на общем развитии питомца. Спустя два месяца после начала моих манипуляций с магическим ядром Герман достиг тонны веса при длине туловища от носа до кончика хвоста около восьми метров. Еще не взрослый дракон, но уже и не дитя малое.

Теперь при столь впечатляющих габаритах и достаточно развитых магических способностях питомец вполне способен перевозить по воздуху тело своего Папа-Ма. Три дня назад мы с ним и провели эксперимент. Вот только закончился он для петовода падением с высоты трех сотен метров. Дабы порадовать ездока дракон, не задумываясь о последствиях, совершил головокружительный воздушный кульбит. Разумеется, я не разбился, даже ничуть не пострадал, поскольку успел воспользоваться подходящим в подобной ситуации заклинанием аспекта магии Воздуха. Приземлился вполне удачно, но соответствующие выводы сделал. Чтобы задействовать питомца в качестве ездового маунта и перемещаться по воздуху на его спине без риска падения потребуется соответствующая сбруя.

Раньше шорничеством заниматься мне как-то не доводилось. Однако жизнь заставила, к тому же кое-какие знания в голове имеются. Как оказалось, ничего особо сложного в этом нет. Главное тщательно проработать конструкторский проект, чем мы с Клэр в первую очередь и занялись.

Вслед за проектировочными работами последовала технологическая проработка будущего седла и подбор необходимого для его производства сырья. Поскольку по натуре я человек запасливый, в моем внепространственном хранилище обнаружилось и пара выдубленных «воловьих» шкур, и приличный кусок прочной сухой древесины, и достаточное количество самородной меди для изготовления металлических деталей. Даже набор игл и несколько мотков прочных ниток оказались там какими-то неисповедимыми путями. Во всяком случае, я не помню, чтобы туда их закладывал. Наверное, на автомате это случилось.

Обзаведясь всеми необходимыми материалами, я приступил к работе. По заранее заготовленным лекалам мы с Клэр порезали шкуры на куски и полосы. Изготовление деревянных деталей также много времени не заняло Затем все это я аккуратно соединил в единое целое, не забыв обработать специальным алхимическим составом для увеличения прочностных характеристик.

Осталось изготовить металлические детали и можно отправляться в путь-дорогу без опасения вывалиться из седла. Эту работу я решил отложить назавтра, поскольку скоро наступит ночь с обязательным проливным дождем.

Перед сном основательно перекусил, поскольку, вопреки советам диетологов, не привык ложиться спать на голодный желудок. Кстати, за прошедшее время я основательно обогатил количество предметов кухонной утвари. Теперь у меня имеется казан литров на двадцать, куча кастрюль разнообразного объема, несколько кружек, ну и по мелочи: вилки, ложки, ножи. Большую часть предметов отливал из меди – этого добра, наряду с серебром, золотом и другими металлами в виде самородных жил в местных пещерах обнаружилось в избытке. Часто для того, чтобы добыть их приходилось изгонять обитателя или обитателей пещер с насиженных мест. Ответственным за это назначил питомца, один вид которого заставлял монстров бежать сломя голову куда глаза глядят. Ну а особо упертых (попадались и таковые) Гера угощал обильной порцией магического огня, что чаще всего приводило к фатальным последствиям.

Стоит отметить, что примерно через месяц после начала принудительной прокачки магического средоточия питомца, его способность исторгать огонь резко возросла. Теперь это уже не скромная «паяльная лампа», нормальный такой огнемет с радиусом уверенного поражения не защищенных магией биологических объектов не менее пятнадцати метров. И это не предел. Судя по тому, на что оказался способен его настоящий отец, у моего питомца в этом плане огромный потенциал, который ему еще предстоит реализовать.

Пока я трудился, Гера занимался архиважным делом, а именно охотой. И не банальным уничтожением беззащитных травоядных, пасущихся на открытых участках местности. Мой питомец пристрастился к мясу местных «кабанчиков» и с некоторых пор устраивает на них засады. За него не переживаю, он непременно вернется еще до наступления темного времени суток.

Как только я вошел в пещеру, мой взгляд вольно или невольно упал на тщательно заделанный проход, ведущий в подземелье, построенное для каких-то неведомых целей непонятно куда исчезнувшими хозяевами этого мира.

Воспоминания о том, каких трудов стоило мне открыть проход в загадочную комнату, охраняемую практически неуязвимыми големами, до сих пор отзываются фантомными болевыми ощущениями в моих энергоканалах.

Как отмечалось выше, каменную дверь полуметровой толщины в результате магического взрыва буквально вынесло из крепежей. Значительная часть настенной иероглифики также пострадала от ударной волны и высокой температуры. То что не осыпалось, представляет собой бесформенные потеки расплавленного в момент взрыва камня.

И что же я получил в результате?

К величайшему моему разочарованию, внутри пещеры никаких сокровищ не обнаружилось. И вообще ничего там не было. Абсолютно пустое довольно обширное пространство с гладкими стенами, вот и всё. Я лично облазил помещение в поисках скрытых полостей или тайных дверей. Однако все мои старания оказались напрасными. Словами не передать мое разочарование. Ну если только матерным слогом. Ладно, признаюсь, волю своему языку я тогда дал в полной мере. Услышь в тот момент мои словесные перлы родные матушка с отцом, непременно узрели бы своё родное «скромное» дитятко с новой ранее неизвестной им стороны. Как ни странно, но батя, скорее всего, был бы шокирован сильнее маман. Рафинированный интеллигент профессор-историк, в отличие от маменьки, полковника криминальной полиции, никогда даже голоса не повышал, во всяком случае в семейном кругу. А вот матушка запросто могла выдать крепкое словцо в адрес меня или двух моих старших сестер и младшего братца. При этом она была уверена в том, что её детки матом ругаться неспособны.

Поймал себя на мысли, что из-за навалившихся проблем нечасто вспоминаю родных людей. Что-то наподобие ментальной защиты как-то само собой сформировалось в моей голове. Кто-то назовет это вопиющей черствостью в отношении самых близких мне людей, но я так не считаю, поскольку мне доподлинно известно, что с ними все в полном порядке. Что же касательно меня, тут всё относительно хорошо. Единственное, о чем я очень сожалею – это то, что не в состоянии подать весточку родным и близким, что жив и здоров. Что же касательно нынешних временных трудностей, так я их непременно преодолею. Хочется, конечно, побыстрее, но тут уж как получится.

На этой оптимистической ноте я упал на шкуру крылатого кота и, не дождавшись возвращения питомца, забылся крепким сном человека, ведущего праведный образ жизни.

За истекшую ночь ничего необычного не произошло. Спал до самого утра сном младенца. Кажется, мне что-то снилось, а вот что именно, хоть убей, вспомнить не могу. Утро (точнее, солнечный полдень) началось с традиционной разминки. Затем водные процедуры. Легкий перекус. После завтрака часовой медитативный транс, во время которого я щедро поделился магической энергией с продолжавшим дрыхнуть питомцем. Но стоило мне направить в его средоточие поток маны, тут же проснулся и заворчал в адрес Папы-Ма что-то не очень лицеприятное. Традиция у нас такая. А после перекачки маны, он окончательно очухался и отправился охотиться на диких свиней – уж очень по душе ему это занятие.

Выпустив из гнезда «птенца» весом в тонну, я вернулся к изготовлению сбруи для дракона. Точнее её металлических деталей. Человеку, обладающему соответствующими магическими навыками, нет надобности заниматься традиционным кузнечным ремеслом. Достаточно расплавить самородный металл в силовом коконе и разлить его по нематериальным формам, созданным посредством магических манипуляций. Больше времени мне потребовалось для того, чтобы собственными ручонками закрепить в строго определенных местах все эти застежки, заклепки, люверсы, тренчики и прочее-прочее. Оно, вроде бы, ничего сложного, но закончил работу лишь к концу дня.

За пару часов до наступления темноты сбруя была полностью готова. Выглядела она вовсе не по-дилетантски – эдакое солидное изделие на которое и взгромоздиться не стыдно.

Для примерки кликнул по мыслесвязи дракона. Прибыл недовольный, видите ли Папа-Ма его от любимого занятия оторвал в момент, когда стадо кабанов должно было вот-вот прибыть на место водопоя. Ничего, не похудеет – эвон набрал массу, всем своим ровесникам на завидки.

Установка сбруи по месту назначения много времени не заняла. Вскоре и сам я забрался в «кресло пилота» и зафиксировался ремнями безопасности. Получилось очень даже удобно. Пятая точка покоится на подбитом волосом из хвостов и грив местных «лошадей» и «зебр» довольно мягком сидении. Спина в районе поясницы и лопаток опирается на удобную мягкую спинку. Также предусмотрены упоры для ног. Получилось что-то наподобие кабины древнего истребителя моей родной реальности. Единственное отличие, вместо стеклянного фонаря, от негативного воздействия встречного потока воздуха меня будет оберегать созданное магией силовое поле.

Я собирался, было, отложить летные испытания назавтра, но Гера в категорической форме потребовал полетать до наступления ночи. Пришлось идти на поводу, ну не огорчать же ребенка.

Взлетели, поднялись на высоту примерно трех километров. Питомец не упустил возможности продемонстрировать свои летные качества. И скажу без похвальбы, я с честью выдержал испытание бочками, мертвыми петлями, лихими боевыми разворотами, штопорами и прочими фигурами высшего пилотажа. После возвращения на землю и тщательного обследования сбруи меня обрадовало то, что ни один её элемент в процессе испытаний не подвел. Всё работало, как любил говаривать один мой пращур Полубояринов Анатолий Глебович, чики-пуки.

На следующий день после всех обязательных процедур я запихнул во внепространственное хранилище шкуру «мантикоры» и сообщил питомцу, что мы отбываем с насиженного места. Предстоящее путешествие Гера воспринял с энтузиазмом. Чтобы не терять времени на охоту, я выделил дракону тушу молодого «бычка», обреченного стать нашей добычей из-за случайно сломанной им ноги.

После совместного завтрака я взгромоздил сбрую на спину питомца, закрепил ремни застежками, затем сам забрался в «пилотскую кабину» и зафиксировался ремнями безопасности. Ну всё, как говорится, в добрый путь. Перед тем, как покинуть долину, в которой мы с питомцем провели более полугода, Гера совершил прощальный облет.

Оказавшись на высоте двух километров, я обратил внимание питомца на отлично просматривающуюся гряду Драконьих холмов и роящиеся над ними мелкие точки его соплеменников. После чего обратился к нему по мыслесвязи:

– Герман, запомни это место. Когда-нибудь мне придется тебя покинуть. С собой взять не смогу, ибо там, куда я уйду ты не сможешь выжить. Если… точнее, когда это случится, ты вернешься в эти места и присоединишься к живущим здесь драконам. Так что надежно фиксируй в памяти маршрут нашего движения, чтобы не заблудиться среди бескрайних просторов этого мира.

– Но Папа-Ма, я не хочу, чтобы ты меня покинул! – возразил дракон.

– Мой будущий уход не обсуждается, как и твое возвращение в драконью стаю. Тебя там охотно примут… я надеюсь. Ну всё, не вешай носа, сынок, погнали на север, как завещал персонаж по имени Табаки, о котором я тебе когда-то поведал.

– А мы пойдем на север! А мы пойдем на север! – взлетая в небесную синь, запел Герман.

На что я по-доброму улыбнулся. Ну чисто дитя малое неразумное. До взрослого состояния расти и расти.