355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Дихнов » За двумя кладами погонишься... » Текст книги (страница 4)
За двумя кладами погонишься...
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 18:05

Текст книги "За двумя кладами погонишься..."


Автор книги: Александр Дихнов


Соавторы: Татьяна Дихнова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

На дверях моего будущего дома по-прежнему красовалась траурная повязка, а окна были наглухо зашторены. Сжавшись в ожидании грохота, я нажала на панель звонка. На сей раз получилось еще громче, хотя это казалось совершенно невозможным. Как водится, пришлось ждать достаточно долго, перед тем как дверь неожиданно распахнулась и я увидела экономку. Мадам Джоннси улыбнулась мне как старой знакомой.

– Добрый день, мадемуазель... – На ее лице появилось несколько смущенное выражение. – Простите, я запамятовала ваше имя.

– Айлия Нуар, – сдержав ухмылку, сообщила я.

– Ах да, мадемуазель Айлия, – снова улыбнулась экономка и замолчала.

Некоторое время мы пялились друг на друга, потом мне надоело ждать, когда же мадам вспомнит о своих служебных обязанностях, и я спросила:

– Мадемуазель Энниль дома? Мне нужно с ней переговорить.

– Дома, где же ей, бедняжке, быть, – кивнула экономка, пропуская меня в холл. – Вы обождите пока здесь, я ее сейчас позову.

С этими словами она направилась к лестнице, наверху которой именно в этот момент появилась мадам Фау, разодетая так, как будто собиралась на званый вечер для верхушки столичной аристократии. Остановившись на площадке, она провозгласила:

– Мари, я пойду прогуляюсь, не забудь покормить Антея ужином, ты же знаешь, какой он рассеянный, заработается и обо всем на свете забудет.

Заработается? До этого момента я считала, что племянник хозяина дома бездельничает. Получается, я в нем ошиблась.

Спустившись до середины лестницы, мадам наконец заметила меня.

– Мари, почему у нас посторонние в холле? – грозно вопросила она замершую у подножия экономку.

– Это не посторонние, – ничуть не смутившись, парировала та. – Мадемуазель Нуар покупает дом и в связи с этим пришла обсудить деловые вопросы с мадемуазель Энниль.

– Вот как, – с угрозой протянула мадам Фау, подходя ко мне вплотную. – Вынуждена вас огорчить, но Акси себя плохо чувствует и никого не хочет видеть, так что беседу придется отложить. Вас проводить к выходу? – натянуто улыбнулась она.

Сказать, что я разозлилась, – это не сказать ничего. Мало того что от духов, которыми облила себя сестрица покойного, у меня першило в горле, так меня еще и беззастенчиво выпроваживали. Я открыла рот, чтобы мягко намекнуть на неуместность такого обращения, но меня совершенно нахально подхватили под локоть и потянули к боковой двери. Несколько шагов я барахталась, не слишком понимая, что именно происходит, но затем извернулась и вырвалась из цепкой хватки мадам Фау.

– Ну, знаете ли, – задохнувшись от возмущения, начала я, уставившись прямо в глаза совершенно невоспитанной даме, – это немного чересчур, вам не кажется?

– Я смотрю, у нас наконец стало весело, – раздался со второго этажа насмешливый голос. – Маман, вы опять буяните? А что это за милая девушка?

– Она уже уходит, – сквозь зубы процедила вышеупомянутая маман, предпринимая очередную попытку воссоединить меня с входной дверью.

– Нет, не ухожу, – отскочила я. – Мсье, мне нужно переговорить с вами касательно покупки завещанной мсье Эннилем картины.

Антей мгновенно преодолел лестницу и галантно предложил мне руку:

– Конечно, мадемуазель, пройдемте в кабинет. Извини, маман, но мы тебя покидаем.

Недовольно сверкнув глазами, мадам Фау признала свое поражение, но, направляясь к дверям, добавила:

– Мари, запомните, Акси отдыхает, и ее ни в коем случае нельзя беспокоить. Вы это хорошо поняли?

– Да, мадам, – опустив глаза, ответила экономка.

Как только сестра мсье Энниля отправилась на вечерний моцион, я подхватила ее сына под любезно предложенный локоть, и мы направились вверх по лестнице в кабинет.

– Пожалуйста, любуйтесь, – махнул рукой спутник, когда мы оказались в нужной комнате. – Вот интересующая вас картина.

Подойдя вплотную к полотну, я с любопытством на него уставилась. И зачем дракону понадобился этот шедевр? С первого взгляда ничего особенного – очередная версия свержения монаршего правления, имевшего место более семисот лет назад. Художник запечатлел сцену битвы на ступенях королевского дворца в Оршо, когда гномы и друиды, которым опостылело правление людей, в едином порыве пошли на штурм дворца. Вся огромная лестница, ведущая наверх, была заполнена самыми разнообразными существами, но особенно четко автор прорисовал пролет из двух дюжин ступенек, на середине которого размахивала мечом невесть откуда здесь взявшаяся великолепная эльфийка, а двумя ступеньками ниже лежала свежеотрубленная голова монарха в роскошной короне.

Брр... я бы такое у себя дома никогда не повесила, но о вкусах не спорят. Насмотревшись, я повернулась к терпеливо ожидающему конца моего вдумчивого созерцания Антею.

– А кто автор этого полотна? И сколько вы за него хотите?

– У меня есть предложение, – вместо ответа сообщил мужчина. – Во-первых, хотелось бы узнать, с кем имею удовольствие общаться, а во-вторых, перенести нашу дискуссию в кафе. Мне необходимо подышать свежим воздухом, в этом доме в последнее время воцарилась не очень жизнерадостная атмосфера.

– Прекрасно вас понимаю, – кивнула я. – От чашки кофе я не откажусь, а зовут меня Айлия Нуар.

– Красивое имя, – похвалил Антей, вновь предлагая мне руку.

Оказавшись в небольшом уличном кафе, мы сели за столик, сделали заказ, и, когда официант удалился, спутник предложил:

– Как насчет того, чтобы перейти на ты?

– Легко, – чуть улыбнулась я.

– Прекрасно. Честно говоря, предпочитаю обходиться без официозности в отношениях с красивой девушкой, пусть даже они пока и чисто деловые. Слушай, я тебя где-то видел, причем совсем недавно...

Собеседник в задумчивости наморщил лоб, но я быстро избавила его от мучений.

– Мы действительно недавно виделись в приемной адвоката Роже Массу. Именно он сообщил мне о том, что ты собираешься продавать картину, которую дядя оставил в наследство.

– Понятно. Но ты что у адвоката делала?

Ух, какой въедливый.

– Я? Обсуждала вопрос покупки дома. Мы с мсье Эннилем за день до его смерти подписали договор покупки.

– Так это ты собираешься нас выселить? – не сдержавшись, довольно зло воскликнул Антей, но практически сразу взял себя в руки. – Слушай, а ты уверена, что тебе нужен наш особняк? Он на самом деле жутко старый, почти на ладан дышит.

– Я подумаю, – быстро пообещала я, не желая продолжать эту тему. – А вот насчет картины я точно уверена. Итак, сколько ты за нее хочешь?

– Договоримся, – подмигнул мне собеседник, принимая от подошедшего официанта чашки с дымящимся кофе и пирожными.

Глава 3

В которой героиня знакомится с пожилым детективом, более интересующимся розами, нежели преступлениями, узнает про огромную жемчужину, пропавшую много лет назад, а в процессе слежки за мадемуазель Энниль находит новую работу

Домой я вернулась в несколько смешанных чувствах. О стоимости картины мы с Антеем действительно быстро договорились, но после этого просидели в кафе еще около часа, просто разговаривая о куче разных вещей. Племянник мсье Энниля, как и следовало ожидать, оказался весьма образованным человеком и интересным собеседником. Естественно, одной чашкой кофе мы не ограничились, а когда пришла пора платить по счету, выяснилось, что денег у Антея не хватает, и мне пришлось доплачивать. Правда, этот эпизод я сочла скорее забавным, чем неприятным.

Также из нашей беседы я твердо поняла одно – в дом меня больше, скорее всего, не пустят, а если я, размахивая договором, и умудрюсь туда проникнуть, то ни о каком спокойном общении с мадемуазель Фау речи быть не может. Придется искать обходные пути. За целый вечер ничего лучше простого и банального подкарауливания перед входом я так и не придумала и легла спать, не слишком довольная собой.

Утро порадовало меня унылым серым небом, монотонно накрапывающим дождем и совершенно мокрым Фарькой, пришедшим погреться под одеяло. В результате подобного бесцеремонного вторжения я, ворча и ругаясь, встала и отволокла совершенно зарвавшегося зверя под горячий душ. Правда, проснуться толком не получилось, и, все еще с трудом продирая глаза, я приступила к приготовлению завтрака. Сегодня в качестве основного блюда предполагалась каша из тыквы с медом, коя получилась превосходной и заслужила полнейшее одобрение приведенного в порядок оцелота. Для окончательного примирения мне пришлось взять его с собой в город. Будем надеяться, мсье Руаппи хорошо относится к обнаглевшим домашним любимцам.

Прикрывшись от усилившегося и хлещущего тугими струями дождя защитным коконом, мы достигли справочной, оставшись на удивление сухими. К счастью, нынешнее место жительства мсье Верна Руаппи узнать удалось без проблем, и мы тут же полетели в нужном направлении. Я лишь надеялась, что находящийся на заслуженном отдыхе детектив не шляется целыми днями невесть где, а мирно сидит дома. По прибытии на бульвар Ньюбарри я нашла дом под номером восемь, оказавшийся довольно большим и несколько мрачным зданием, и, в очередной раз напомнив зверю о необходимости приличного поведения, поднялась на парадное крыльцо.

Войдя внутрь, я немедленно поняла, что оказалась в одном из немногочисленных столичных пансионов, созданных как раз для подобного типа людей – некогда известных, богатых и не желающих проводить остаток своих дней в одиночестве. Здесь, кроме неплохих отдельных квартир, жильцам предлагалась роскошная гостиная, большая столовая с домашней кухней для тех, кто так и не научился или не любит готовить, хорошая библиотека. Каждое утро в дом доставлялись свежие газеты, молоко, творог и яйца с загородной фермы. Оглядевшись, пошла в направлении, откуда доносились аппетитные запахи, здраво рассудив, что самое место для хозяйки дома в подобное время суток там, где готовят еду для ее жильцов. Должна же она время от времени наблюдать за поварами. Толкнув дверь в самом конце коридора, я убедилась в правильности своих предположений – в ту же секунду, как я вошла, из-за облака пара раздался гневный крик:

– Почему животные на кухне?

Не став дожидаться, пока меня выдворят силой, придержала попытавшегося в испуге спрыгнуть с меня Фарьку и юркнула обратно в коридор. Практически сразу же следом за мной туда вышла выглядящая на первый взгляд вполне дружелюбно дама.

– У вас голова на плечах есть или как? – поинтересовалась она. – Представьте на секундочку, что будет, если мои постояльцы обнаружат в рыбном заливном шерсть? Я немедленно потеряю половину клиентов. Мой пансион всегда славился безупречным качеством обслуживания.

Я покаянно опустила голову.

– Простите, мадам, я, безусловно, не права, но кроме как на кухне я не обнаружила ни одной живой души.

– Да, – прервала меня хозяйка, – это действительно проблема. Моя помощница совсем недавно уволилась, она, видите ли, внезапно влюбилась, согласилась выйти замуж и уехать в Йерр, а от меня это безответственно скрывала до самого последнего момента, так что я временно осталась одна и пока не могу найти ей замену. Но, думаю, вы пришли не о моих проблемах поговорить. Или вас прислало агентство на место Адели? Сразу уточню, ни о каких домашних животных не может быть и речи.

– Нет, – чудом удалось мне вклиниться, – я не на работу пришла устраиваться, мне нужно поговорить с одним из ваших постояльцев, мсье Верном Руаппи. Не подскажете, где я могу его найти?

Тут с кухни раздался ужасающий грохот и испуганный женский визг. Мгновенно сравнявшись цветом лица со спелым помидором, хозяйка махнула рукой:

– Посмотрите во внутреннем дворе, он там пионы разводит, – и со скоростью небольшого торнадо скрылась за дверью.

Мысленно посочувствовав бедным поварам, я развернулась и пошла в указанном ею направлении, высматривая выход во двор. Искомая дверь обнаружилась довольно быстро, и вскоре я снова оказалась под надоевшим до зубовного скрежета дождем. Нет, поймите меня правильно, я ничего не имею против льющейся с небес воды, особенно если нахожусь дома без необходимости появляться на улице. Я люблю время от времени побродить под хлещущими ливневыми струями, зажимая уши от оглушительных раскатов грома; помню, я получила массу удовольствия, пересиживая весеннюю грозу в пещере дракона, но это монотонное капанье с неба в час по чайной ложке меня всегда раздражало. Неужели бывший детектив настолько любит пионы, что возится с ними даже в такую погоду? Перспектива беседы под открытым небом меня совершенно не вдохновляла. Но, к счастью, выяснилось, что мсье Руаппи здравомыслия еще не растерял и проводит время в дальнем конце сада, распивая чай под большим навесом. Мгновенно повеселев, я под прикрытием кокона преодолела разделяющие нас несколько десятков ярдов, осторожно лавируя среди мокрых кустов роз и пионов, которые, пребывая в пышном цвету, источали одуряющий аромат.

За столом, в обществе нескольких разноплановых чашек, полного чайника и аж двух ваз с печеньем, сидел пожилой мсье более чем худощавого телосложения. Простой арифметический подсчет показывал, что бывший известный детектив родился не намного раньше мсье Эндрю. Но, наверное, вредная профессия оставила свой след, и выглядел он примерно лет на двадцать старше, причем выражалось это не столько в количестве морщин, коих на лице мсье Руаппи было совсем немного, сколько в полностью седых волосах и пронзительном и вместе с тем немного усталом взгляде темных глаз. Несмотря на дождь и возню в саду, одет детектив на пенсии был в серый костюм, дополненный зеленой клетчатой рубашкой.

Подойдя поближе, я на всякий случай уточнила:

– Простите, это вы мсье Верн Руаппи?

– Именно так, неужели вы сомневались? – лукаво улыбнулся тот. – А с кем имею удовольствие общаться? Присаживайтесь, прошу вас, выпейте со мной чаю. И с вашим очаровательным зверьком мы печеньем поделимся.

– Мадемуазель Айлия Нуар, – представилась я, освобождая один из плетеных стульев от наваленных на него горшков для рассады.

Когда я расположилась за столом, а оцелот уютно разлегся на моих коленях, детектив налил мне чаю и, пододвигая чашку, посетовал:

– В такую погоду все сидят по домам, за старые кости переживают. А что этим костям сделается? Хорошо, что вы пришли, составите мне компанию. У вас есть время? – забеспокоился он.

– Для чашки чая найдется, – кивнула я. – Тем более что я к вам по делу.

– Как интересно... Давненько ко мне никто по делу не приходил, на днях месяц будет. Видно, преступность потихоньку снижается или преступники глупеют. Надеюсь, вы в курсе, что я больше не занимаюсь непосредственно расследованиями и ограничиваюсь лишь теоретическими изысканиями.

– В курсе. И именно это мне в данный момент и нужно. Скажите, вы помните дело о Розовом Солнце?

Услышав мой вопрос, собеседник поперхнулся печеньем. Бесцеремонно скинув Фаря на стул, я вскочила и с силой постучала детектива по спине.

– Спасибо, – откашлявшись, просипел он. – Простите, что так получилось, но очень уж вы меня удивили. Уже много лет никто, в том числе и я, не вспоминал о той давней истории, ставшей первой и единственной моей полной неудачей. Если не секрет, почему вдруг она вас заинтересовала?

Я приступила к разъяснениям в перерывах между питием чая и откармливанием оцелота печеньем.

– Дело в том, что я собираюсь купить дом, в котором обитал мсье Андэ Морих вплоть до своей смерти, и совершенно естественно, что меня интересует все происшедшее в тех стенах. Кроме того, – решила я добавить ложку меда, – в последнее время я увлеклась расследованиями, и для меня честь пообщаться со столь известным и успешным детективом, как вы.

И почему я не зашла в городскую библиотеку и не полистала старые газеты, чтобы составить себе более полное представление о собеседнике? Ладно, сейчас не время переживать, тем более что мсье Руаппи горделиво расправил плечи и несколько свысока уточнил:

– И как? Вам удалось успешно завершить какое-нибудь расследование?

По его взгляду было понятно, что всерьез мои слова собеседник не воспринял. К нему наверняка регулярно приходят молодые люди, возомнившие себя талантливыми детективами, а на самом деле ничего особенного не представляющие.

– Даже два расследования, – невозмутимо парировала я. – Не так давно в Высшей Академии Магии убили преподавателя, и именно я нашла преступника.

– Правда? – В удивленном возгласе детектива проскользнули уважительные нотки. – Я читал про это дело, его нельзя отнести к разряду очевидных. Вы молодец.

Скрыв чашкой довольную улыбку, я сделала глоток и снова попросила:

– Расскажите мне про Розовое Солнце.

– Да-да, всенепременно, – засуетился собеседник. – Простите, что я отвлекся, но ко мне уже месяц не заходил никто незнакомый. Итак, Розовое Солнце... – Словно издеваясь, он привстал со стула, наполнил свою чашку свежей порцией вкусного, ароматного чая и, вновь удобно устроившись в кресле, наконец заговорил: – Занялся этим делом я совершенно неожиданно. К тому времени я около полугода служил в полиции и уже окончательно пришел к мысли, что несколько ошибся с выбором профессии, но никаких привлекательных альтернатив не находилось, и я каждый день понуро брел на нелюбимую работу. И вот в одно утро, когда я уныло пил кофе на рабочем месте, поступил вызов из дома... какой у него номер?

– Двадцать три, – уточнила я.

– Да, именно из дома двадцать три на канале Дэннире, и мне как дежурному пришлось в обществе двух помощников отправляться на место преступления. Прибыв в особняк, я обнаружил в холле насмерть перепуганную экономку, на которую орали двое рослых мужчин. Завидев меня, они синхронно переключились на новую цель. Я даже сейчас помню, как у меня моментально заложило уши. Некоторое время я никак не мог понять, о чем речь, но постепенно уровень шума пошел на убыль, и я вник в суть дела, которое формулировалось коротко: «Немедленно верните нам Розовое Солнце». Двое невоздержанных мужчин оказались слугами главы совета Кохинора, мсье Карела Болонье. Как выяснилось, они прибыли в столицу специально для того, чтобы привезти лучшему ювелиру в стране жемчужину для создания равной ей по красоте оправы, и этим утром должны были забрать готовое изделие.

– Которое, как я понимаю, в доме отсутствовало? – уточнила я, тихо поглаживая заскучавшего Фарьку.

Оцелот уже несколько минут пытался сбежать с моих колен, а это было совершенно нежелательно, поскольку грозило неминуемой гибелью нескольким розам и пионам. Несмотря на то что почти всю жизнь провел в доме, мой зверек обожал на досуге рыть норы, и объяснить ему, что чужой сад – место для этого абсолютно неподходящее, лично я бы не взялась.

– Именно так, – подтвердил собеседник, принимаясь за следующую чашку чая. – Поняв, что дело непростое и может обернуться политическим скандалом, я немедленно отправил одного из констеблей за помощью, а второго отрядил в рабочий кабинет покойного, следить, чтобы больше ничего не пропало. Когда прибыли полицейские, они провели тщательный обыск дома; умелыми магами в присутствии многочисленных свидетелей были вскрыты все сейфы, но жемчужину так и не нашли. Пока шли поиски, я отпаивал и утешал несчастную экономку и по ходу дела проводил ее допрос, из которого выяснил примерно следующее: в предыдущий день у ее сестры были именины, и мсье Морих оказался столь любезен, что отпустил ее на весь вечер и ночь, так что на работу она вышла только в 7 утра. Естественно, у нее имелся свой ключ, так что, не тревожа хозяина, она вошла в дом и принялась за уборку, которая, естественно, закончилась, едва она добралась до кабинета. При виде хозяина, лежащего в луже крови, экономка лишилась чувств и пришла в себя, лишь когда в дверь принялись весьма назойливо звонить эти невоспитанные мужланы. Это точная цитата, – тут же пояснил детектив. – Хотите еще чаю?

– Не откажусь, – протянула я чашку. – Как хорошо вы помните тот день, это просто потрясающе. Ведь с тех пор прошло немало лет.

– Тут нет ничего удивительного, – улыбнулся польщенный детектив, – как я уже упоминал, это было мое первое настоящее дело, и оно врезалось мне в память вплоть до малейших подробностей. Ведь именно благодаря известности Розового Солнца у меня появились новые клиенты и я смог покинуть полицейское управление.

– Да, это стоит того, чтобы помнить всю жизнь, – согласилась я, принимая новую порцию чая. – Но что же было дальше?

– Дальше я мягко поинтересовался, не попадалось ли мадам Леукенни в одном из шкафов или сейфов Розовое Солнце, и она со знанием дела сообщила мне, что ее хозяин не расставался с жемчужиной ни на минуту, здраво полагая, что его карман – наиболее сохранное место и заполучить ценность смогут только через его труп.

– Но, думаю, ему в голову не приходило, что так и получится, – вздохнула я.

– Именно. А теперь попробуйте угадать, какие выводы я сделал из полученной от экономки информации? – лукаво подмигнул мне собеседник. – Если уж вы действительно интересуетесь расследованиями, подобная тренировка будет полезна.

Ох, дракон номер два, пусть и в человеческом обличье. Но вопрос был легкий, и я с готовностью ответила:

– Первый, он же главный и основополагающий вывод – это то, что убийство напрямую связано с пропажей жемчужины, а значит, в нем замешан кто-то из жителей Кохинора, знающий о заказе.

– Точно! – с воодушевлением вскинул ладони детектив. – Знаете, а у вас, несомненно, есть способности. Рассудив подобным образом, я в первую очередь принялся искать информацию о семье покойного. Довольно быстро выяснилось, что у него имеются только дальние родственники и живут они, как ни странно, в Кохиноре, а значит, вполне могли знать о планах городского главы. Долго и очень скрупулезно я проверял их алиби и в результате совершенно убедился, что все родственники как приклеенные сидели у себя в городе и никаких видимых контактов с жителями Теннета не имели. А вот что я сделал дальше? – ехидно поинтересовался он и выжидательно на меня уставился.

– По всей вероятности, поискали с другой стороны, – недовольно проворчала я. В конце концов, я пришла сюда информацию получать, а не загадки разгадывать. – Кроме родственников ювелира заполучить жемчужину вполне могли хотеть родственники главы совета Кохинора. Вы их проверяли?

– Послушайте, – с непонятной подозрительностью спросил собеседник, – зачем вы сюда пришли, если и без меня все прекрасно знаете? Да, дело обстояло именно так – закончив с семьей погибшего, я перекинулся на семью владельца Розового Солнца и выяснил довольно интересные подробности. Оказывается, вокруг жемчужины там разгорелись настоящие страсти. Один из молодых людей получил ее в подарок от бабушки, а затем, собравшись жениться на двоюродной кузине, вручил ценность ей в качестве свадебного подарка. Но свадьба расстроилась, а ушлая мадемуазель, являющаяся не кем иным, как младшей дочерью городского главы, наотрез отказалась возвращать Розовое Солнце, заявив, что забирать назад подарки – дурной тон и подобное поведение недостойно мужчины. Справедливое возмущение несостоявшегося жениха было подавлено вызовом в помощь влиятельного отца, и юноше пришлось ретироваться несолоно хлебавши. Пару месяцев семьи ругались, припоминая друг другу все прошлые прегрешения, а затем Розовое Солнце отвезли к мсье Мориху.

– Но тогда получается, что родственники городского главы точно знали, что жемчужина находится у ювелира, и вполне могли предпринять попытку вернуть ее законному, на их взгляд, владельцу.

– Я подумал так же, – признался детектив, за время монолога растерявший всю свою подозрительность. – И принялся всесторонне изучать данное предположение. Действительно, довольно быстро выяснилось, что через неделю, после отбытия слуг мсье Болонье, его двоюродный племянник, бывший владелец Розового Солнца, тоже проследовал в столицу и провел там несколько дней.

– Не захватывающих момент убийства, естественно? – тут же уточнила я.

– Ну конечно, – тут же снисходительно улыбнулся мсье, – юного Рейна сложно было счесть полным идиотом. Сделав предположение, что в результате пребывания в столице он нанял для похищения жемчужины одного из местных воров, я использовал все свои связи, но так и не сумел выйти на исполнителя.

– А не мог юноша привезти его с собой из Кохинора? – задумчиво уточнила я.

– Мог, конечно, – кивнул мсье Руаппи, – но я более года тщательно следил за всеми членами их семьи и могу поклясться, что Розовое Солнце они не получили. Затем же я сдался, да и клиентов становилось все больше, времени катастрофически не хватало.

– Вы так долго занимались этим делом? – поразилась я.

– Не просто же так, – усмехнулся детектив, – обокраденный мсье Болонье объявил о весьма внушительном вознаграждении тому, кто вернет в его семью потерянную фамильную драгоценность, а деньги, как вы понимаете, никогда не лишние, вот я и попытался их заработать.

– То есть кроме тех или иных родственников других подозреваемых у вас так и не возникло? – уточнила я.

– А откуда им взяться? – удивился собеседник. – Я совершенно уверен в правильности своих умозаключений.

– Понятно, – отозвалась я, допивая последний глоток чая. – Значит, больше ничего интересного вы мне сообщить не можете?

– Наверняка могу, – подмигнул детектив. – Спрашивайте, с удовольствием отвечу.

Хм...

Увидев мое явное замешательство, мсье Руаппи снисходительно улыбнулся и взглянул на небо.

– Как хорошо, дождь закончился. Можно смело покопаться в клумбах. – Встав, детектив на пенсии с хрустом потянулся. – Если появятся вопросы, приходите.

Я тоже поднялась со стула, переместив Фарьку на плечо.

– Если что, буду счастлива воспользоваться вашим предложением. Спасибо за очень содержательную беседу. Оставляю вас наедине с розами, кстати, должна заметить, они очень красивы.

– Погодите, – жестом остановил меня собеседник.

Подойдя к одному из пышно цветущих кустов, он срезал оттуда яркий желто-красный пион и преподнес его мне.

– Вот, возьмите на память.

– Еще раз спасибо, – зарывшись носом в ароматные лепестки, пробормотала я и, засунув цветок в спутанные локоны, покинула садик бывшего детектива.

Оказавшись на улице, я вздохнула чистый, наполненный дождевой влагой воздух, присела на скурр, зависший у клумбы с бархатцами, до цветения которых было еще далеко, и попыталась понять, что делать теперь. С одной стороны, мне очень хотелось посоветоваться с Зенедином, с другой – он давным-давно велел переговорить с мадемуазель Энниль, да и картину я у Антея еще не забрала, сие мероприятие намечено на вечер. Не мотаться же целый день между Ауири и Теннетом. Хотя... Фарька вряд ли сумеет просидеть на крыше пару часов, в бездействии ожидая, пока на улицу выйдет дочь покойного мсье Энниля. Понуро вздохнув, я взлетела, решив разобраться с направлением уже в воздухе.

Как только я воспарила над столицей, мне стало совершенно очевидно, что следует немедленно двигаться в сторону моего будущего особняка, а кто я такая, чтобы не слушаться собственной интуиции? Приземлившись на крыше соседнего дома, я отметила, что траурная лента с двери исчезла, а шторы на окнах гостеприимно подняты. Похоже, семейство покойного мсье Энниля горевало недолго.

В подтверждение моих выводов уже минут через десять двери дома распахнулись и на крыльце показалась мадам Фау в сопровождении Антея. По их облачению было похоже, что сыну в приказном порядке велено составить мамочке компанию в посещении какого-нибудь не в меру скучного общественного мероприятия, наподобие открытия новой выставки. Оставалось лишь надеяться, что Антей достаточно быстро освободится и вечером мы сумеем совершить запланированный обмен холста на деньги. Еще мне очень хотелось проследить за ними, но здравый смысл подсказывал, что стоит остаться на наблюдательном посту. Пометавшись пару секунд по крыше, я заметила свернувшегося на скурре клубочком оцелота.

– Фарька! – воодушевившись, воскликнула я. – Иди сюда быстро.

Мгновенно проснувшись, зверек поднял голову.

– Ч'о та'ое?

Подхватив его на руки, я плюхнулась на скурр и медленно полетела над боковой улочкой, держась позади семейства Фау.

– Видишь тех двоих? – указав на их спины, спросила я у Фаря. – Сможешь за ними проследить и рассказать, куда и зачем они ходили?

Подпрыгнув от неожиданности, оцелот горделиво приосанился и вякнул:

– Ко'е'но, смо'у!

– Вот и славно, – подытожила я и, осторожно снизившись, опустила новоявленного сыщика на землю. – Встречаемся здесь же вечером, – едва успела сказать я вслед мелькнувшей по камням светлой ящерке.

Понадеявшись, что первый опыт самостоятельных походов по городу закончится для Фарьки успехом, я взлетела на крышу и вновь уютно развалилась на солнышке. Что-то подсказывало мне, что мадемуазель Энниль не станет сидеть дома в одиночестве. На сей раз ждать пришлось несколько дольше, и прошло не менее часа до того момента, как дверь осторожно приоткрылась и в образовавшуюся щель проскользнула юная Акси, декольте которой меня, признаюсь, несколько шокировало.

Осторожно прикрыв за собой дверь, девушка воровато посмотрела по сторонам, как бы проверяя, не заметил ли кто ее побег. Подобное поведение меня насторожило, и я пригнулась, дабы оказаться вне поля ее зрения. Видимо, осмотр удовлетворил мадемуазель, и она двинулась вдоль по улочке, время от времени оглядываясь. Дальше – больше: едва свернув за угол, она прижалась к стене и некоторое время так простояла, а затем осторожно выглянула, чтобы убедиться в отсутствии слежки, подошла к одной из ждущих на небольшой площади повозок и, усевшись на сиденье, сказала вознице, куда ехать...

Очень странно. Неужели у столь невинного с виду обитателя дома рыльце в пушку? Сложно поверить, но как иначе объяснить столь странное поведение. Хотя и уже упомянутое декольте, и прическа, и кокетливая сумочка опровергали мои подозрения. На первый, второй и какой угодно взгляд она выглядела просто прихорошившейся девушкой... если бы не странные оглядывания через плечо.

Предвкушая любопытные и неожиданные открытия, я летела за повозкой, следя по ходу, чтобы меня от пассажирки прикрывали крыши. Примерно через четверть часа на другой маленькой площади фургончик остановился, и к нему подбежал юноша с букетом цветов. Расплатившись с возницей, он помог мадемуазель Энниль спуститься на землю, подарил букет и, крепко взяв ее за руку, повел к небольшому уличному кафе. Вот тебе и все открытие... Оказывается, юная наследница тайком бегает на свидания. Интересно, чем так плох ее ухажер, что ей приходится прятаться от членов своей семьи? И что теперь следует делать мне? Честно говоря, никакого желания долго наблюдать за воркующей парочкой я не испытывала.

Не мешкая, я спустилась с крыш на землю, прислонила скурр к дереву, уверенно вошла в кафе и уселась за облюбованный голубками столик. Стоит отдать им должное, они ничего не сказали, лишь удивленно на меня воззрились. Думаю, если бы ко мне, когда любимый нежно держит меня за руку, подсела незнакомая девица, она бы так просто не отделалась. Хотя и тут что-то назревает... Заметив хмуро сведенные брови начинающего ухажера, я поторопилась заговорить:


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю