Текст книги "Бывшие. Реабилитация любви (СИ)"

Автор книги: Алекса Винская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

Глава 9

– Что? Я просто интересуюсь. – Словно нарочно раззадоривая Градова, продолжил Артём. – Дима сказал, что вы знакомы. Давно?

Мои руки на секунду замерли и Дима тоже напрягся.

– Мы пересекались. – Собравшись с силами ответила я, пытаясь продолжить работу. – Но это неважно, здесь я как врач.

– Неважно? Но Дима вчера был сам не свой после вашего визита. Я решил, что вы, может быть...

– Артём, хватит.

На этот раз голос Градова прозвучал как расколовшаяся сталь. Его тело напряглось, нога стала каменной. Артём поднял руки в примирительном жесте, но я успела заметить его взгляд – острый, изучающий. Хм, почему-то мне кажется, что ему нравится эта игра “доведи Градова”.

– Всё-всё, молчу. Не думал, что для вас это такая острая тема.

Я закончила осмотр и поднялась, стягивая перчатки и разминая затекшие ноги.

– Сейчас выполним базовый комплекс упражнений, потом – массаж.

– Звучит как план, – Артём хлопнул в ладоши. – Можно посмотреть?

– Артём! – Дима окончательно разозлился на глупые подколы приятеля, и мне стало неловко от того, что я стала поводом для этого конфликта.

– Ладно, ладно! – Гость вскочил с кресла, одернул свитер и направился к выходу из гостиной. – Уже ухожу, не буду мешать.

По пути Артём подошёл к Дмитрию и похлопал его по плечу.

– Выздоравливай, Градов. И не кусай доктора, она тебе ещё пригодится.

Дмитрий ничего не ответил, но Артёма это ни капельки не смутило. Он повернулся ко мне и подмигнул:

– Было приятно познакомиться, доктор Кира. Надеюсь, ещё увидимся.

Я лишь слегка улыбнулась в ответ, и Артём ушёл. В комнате стало заметно тише. Я ждала, что Дима мне что-то скажет – извинится за друга, или наоборот, снова начнёт язвить. Но он молчит и его молчание давит сильнее любых слов и только сейчас я поняла, что Артём своим трёпом неплохо разряжал обстановку.

– Начнём? – Я указала на коврик у дивана, стараясь побыстрее приступить к делу, чтобы не задерживаться тут надолго.

Дмитрий кивнул и начал подниматься, опираясь на трость. Я протянула ему руку, но он сделал вид что не заметил мой жест – гордый, не хочет признавать свою слабость.

Следующие сорок минут прошли практически в тишине. Я показывала упражнения, Дима их повторял, и лишь изредка я поправляла его положение и просила не делать резких движений.

Но каждый раз, когда мне приходилось его касаться, контролируя движение сустава, что-то внутри меня сжималось с такой силой, что я не могла даже вздохнуть.

Дмитрию эта зарядка тоже далась непросто. Я видела, как напрягаются его плечи, как он старательно отводит взгляд и старается увернуться, если наши лица находятся слишком близко. А ведь это только второй день… Как же мы вынесем остальное время, если для нас обоих это настоящее испытание?

– Достаточно. – Наконец сказала я, хотя по плану у меня было еще два подхода.  – На сегодня хватит, нога слишком напряженная.

Превозмогая боль, Дима сел на диван, тяжело дыша. Его лоб покрылся испариной и мне вдруг стало так его жалко…

Пытаясь об этом не думать, я начала собирать сумку.

– Если всё пойдёт хорошо, через неделю попробуем ходить без трости.

– Спасибо, Кира Витальевна.

Градов попытался произнести эти слова холодно, официально. Но я услышала в них нотку тепла, которая занозой вонзилась в мою грудь. Нужно ответить. Нельзя показывать, что меня хоть как-то беспокоит его присутствие. Но я не смогла…

Молча кивнув, я направилась к выходу где меня уже ждал Григорий. Удивительный человек – появляется и исчезает как призрак, и всегда знает о том, где ему нужно быть.

– А где же… – Я повернулась к комоду, но на нем я обнаружила только шарф.

– Вы что-то потеряли? – Засуетился домоправитель, разглядывая меня своими темными, почти черными глазами.

– Перчатки. Я оставляла их тут, вместе с шарфом. А их нет.

Я сделала шаг назад, осматривая все вокруг – возможно, я зацепила их шарфом, и они упали. Но нет, на полу перчаток тоже не оказалось.

В этот момент, из глубины дома раздался шум, и я обернулась чтобы посмотреть на его источник.

Со второго этажа дома к нам приблизился мальчик шести-семи лет, в компании щенка золотистого ретривера, в пасти которого я увидела… Свои перчатки!

– Бонд, отдай! – Заливисто хохоча закричал мальчишка, но щенок только юркнул у Григория между ног и рванул по коридору вперед, не желая отдавать свою добычу.

– Эй! – Вырвалось у меня, но конечно же никакой злости я не испытала. Всё это выглядит так странно, но так забавно. И что это за ребенок?

Словно прочитав мои мысли, мальчик затормозил напротив меня и поднял голову. Его большие, круглые карие глаза уставились на меня с любопытством и когда он улыбнулся, я с трудом сдержала смех – во рту у мальчишки не хватает пары зубов, от чего он выглядит невероятно потешно.

– Здрасьте. – Шмыгнув носом поздоровался парень, продолжая улыбаться.

– Привет, – Растерянно ответила я, прокручивая в голове все варианты того, кто это может быть. Племянник? Крестник? Сын…?

Судя по тому, как одет мальчишка, он здесь не в гостях – домашний спортивный костюм, смешные, изрядно поношенные тапочки-динозавры. Но и ничего общего с Градовым я не вижу – совсем не знакомые мне черты лица.

– Вы доктор? – Мальчик нарушил тишину, заметив у меня в руках сумку с логотипом нашего медицинского центра.

– Да, я врач-реабилитолог. Лечу спортивные травмы. А ты?

– А я Миша! – Мальчик расплылся в улыбке и протянул мне свою худенькую ручонку.  – А это Бонд.

Кивнув в сторону коридора, в котором скрылся пёс, мальчишка неожиданно покраснел.

– Вы извините его, за перчатки. Он маленький совсем, поэтому хулиганит. Мне его только подарили, я еще не успел его воспитать.

– Ничего. – Я улыбнулась, повязывая вокруг шеи шарф и продолжая с интересом рассматривать мальчика.

– Миша! – Из коридора появилась пожилая женщина в фартуке. – Вот ты где! Пора заниматься, бегом!

– Ну Нина Петровна! – Мальчишка застонал и театрально закинул голову, изображая предобморочное состояние.

– Я уже очень много лет Нина Петровна. Марш наверх!

Мальчик вздохнул, махнул мне рукой и нехотя поплелся за женщиной к лестнице. Щенок так и не вернулся, и все что мне осталось, это уйти, оставив свои перчатки на растерзание хвостатому проказнику.

Выйдя на улицу, я сразу же об этом пожалела – холодный воздух обжёг руки, и я стала натягивать на них рукава куртки. Но честно говоря, не так уж и сильно меня это заботит. Гораздо больше мою голову занимают мысли о мальчике, которого я совсем не ожидала увидеть в доме Градова.

На вид ему не больше семи. И если это сын Димы… Выходит, он изменял мне не только после моего ухода, но и во время наших отношений, во время подготовки к свадьбе и во время моей беременности.

Не в силах выбросить из головы мысли о незнакомом мне мальчике, я быстрым шагом направилась к машине, пряча руки в длинные рукава куртки.

Декабрьский мороз покусывает пальцы, но это ерунда по сравнению с тем, что творится у меня внутри после этих встреч с Градовым.

Достав ключи, я попыталась попасть в замок, но пальцы так окоченели от холода, что ключ выскользнул и упал в снег.

– Чёрт!

Я наклонилась и стала рыться в рыхлом снегу, пытаясь нащупать потерю.

– Кира Витальевна, подождите! – За моей спиной раздались торопливые шаги, и от неожиданности я так неуклюже вздрогнула, что чуть было не сбила головой зеркало.

– Я не хотел вас напугать, извините. – Артём подошел ко мне, на ходу застёгивая куртку. – Вы что-то уронили?

Не дожидаясь ответа, Артём присел рядом и ловко выудил ключи из снега.

– Вот, держите.

Я протянула руку, и когда я случайно коснулась ладони Артёма, он изумленно вскинул брови.

– Ого, так сильно замерзли? Что же вы, ходите без перчаток?

– На них была объявлена охота.

Артём непонимающе нахмурился. Похоже, моя шутка оказалась слишком непонятной.

– Щенок утащил. Ну ничего, бывает, я на него не в обиде.

– Бонд? – Артём рассмеялся. – Да, этот тот ещё проказник. Пару дней назад он пожевал мой ботинок, за восемьсот долларов. Но вы правы, обижаться на него невозможно.

Я учтиво улыбнулась, боясь обидеть Артёма своей холодностью. Но сил вести беседу у меня нет – мне ужасно холодно, да и сегодняшняя колкость Градова до сих пор держит меня в напряжении, не давая даже нормально дышать.

– Давайте я вас подвезу. – Артём кивнул в сторону своего внедорожника. – Вы явно очень перенервничали… из-за перчаток.

– Спасибо. Но я не могу оставить свою машину. Мне ведь завтра снова сюда ехать, да и не хочется обнаружить ее без колёс.

– Ахах. – Посмеялся Артём, окинув взглядом мою потрёпанную Тойоту. Похоже он не верит в то, что на неё могут позариться даже воры. – Тогда позвольте я хотя бы по вам ее заведу. У вас вон как руки дрожат, провозитесь еще целую вечность.

Я понимаю, что мне стоит отказаться. Так будет правильнее, да и вообще, это странно – я же не немощная какая-то. Только вот пальцы практически не слушают меня, а мысль о том, что придётся снова воевать с зажиганием на морозе, навевает тоску.

Подняв голову, я посмотрела Артёму в глаза. Открытое, чистое, улыбчивое лицо – без подвоха, без требований. Человек просто хочет помочь, а я как обычно ищу причину отказаться.

– Она капризная. Там нужно будет ключ немного прижать вправо. Раза со второго заведется. – Протягивая ключи, я предупредила мужчину о том, что его ждет за рулем моей “Тойотки”.

Артём взял ключи и ободряюще похлопал меня по плечу.

– Разберёмся.

Мужчина сел за руль моей старенькой машины, и я вдруг словно очнулась от глубокого сна. Что на меня нашло? Почему я отдаю ключи человеку, которого знаю меньше часа?

Может, потому что устала? Устала быть сильной, контролировать всё вокруг, справляться со всем в одиночку. Еще и вдобавок ко всему, тащить на себе необоснованную агрессию Градова.

Артём повернул ключ в зажигании и с первой же попытки мотор завёлся. Так, будто с ним никогда и не было проблем.

– Как?! – Я взвизгнула, не сумев скрыть удивление. – Я обычно минут пять с ней воюю по утрам!

– Повезло, наверное. – Артём пожал плечами и подмигнул, но с водительского места не встал.  – Садитесь, не мёрзните.

Я обошла машину и опустилась на пассажирское сиденье, рассчитывая посидеть тут пару минут, а потом вернуться за руль.

Это так непривычно – я тысячу лет не сидела с этой стороны. В последний раз, наверное, еще во время отношений с Димой. А ведь тут всё ощущается совсем иначе – можно просто сидеть, смотреть в окно, не думать о дороге и ничего не контролировать.

Артём включил печку на максимум, и тёплый воздух хлынул из вентиляционных решёток, согревая мои руки.

– Так куда вас отвезти? В клинику?

– А разве…

– Я вас подвезу. Руки у вас так и не согрелись, да и вижу, как вы напряжены. А там пробки, дороги замело.

– А как же вы потом вернетесь за машиной? – Мне стало неловко от того, что мужчина, желая мне помочь, создает себе массу проблем.

Артём только улыбнулся, не отрывая взгляд от дороги и выкручивая руль, чтобы выехать.

– Не переживайте так, я взрослый мальчик, доберусь как-нибудь.

Глава 10

Я кивнула, ощущая, как постепенно согреваясь, моё тело расслабляется на пассажирском сидении. В этом добром намерении, в простой заботе, есть какой-то свет, который так редко появляется в моём окружении.

За окном сквозь потёки снега, то и дело мелькают тусклые лучи встречных фар. Артём нажал кнопку радио и тихая мелодия смешалась с легким жужжанием печки.

– Спасибо. – Прошептала я, опустив на колени руки, которые стали оттаивать словно сосульки.

– Не за что. – Ответил Артём с лёгкой улыбкой, продолжая внимательно следить за дорогой.

Мы ехали молча, но внутри у меня появилось четкое ощущение, что я не одна. Что рядом со мной сидит человек, который решил позаботиться обо мне, впервые за долгое время.

Наконец мы стали подбираться к центру города, и машина свернула к небольшому кафе, которое я раньше как-то не замечала. Витрина с мягким светом, деревянные ставни, сквозь щели которых пробивается оранжевый свет.

Я удивленно посмотрела на Артёма, ведь он должен был отвезти меня к клинике.

– Здесь хороший кофе. – Заметив моё удивление, пояснил Артём.

Он загнал машину на парковку, и заглушил мотор. Но выходить сразу не стал – повернулся, и как-то странно посмотрел на меня.

– Мне нужно на работу. У меня еще сегодня прием, а я никого не предупредила. – Чувствуя себя ужасно неловко, произнесла я.

– Ну позвоните, скажите что немного задержитесь. Обещаю, задерживать не стану – выпьем по чашечке кофе и разойдемся по своим делам.

Я кивнула, хотя честно говоря, у меня нет никакого желания выходить из машины на холод. Сунув руку в карман, я вытащила из него телефон и быстро напечатала Ниночке сообщение, предупредив о том, что приеду немного позже.

Когда мы вошли в кафе, нас встретил запах свежей выпечки и обжаренных кофейных зерен. Внутри оказалось очень уютно – тихо, играет спокойная музыка, за столиками сидят всего несколько человек, погружённых в свои мысли.

Артём провёл меня к столику у окна, сам устроился напротив, и жестом подозвав официанта, он стал листать меню.

– Кир, ты… Ой, прости. Можно на ты? – Все также улыбаясь своей ослепительно-белой улыбкой, спросил мужчина.

– Да, конечно. – Стараясь не показывать смущение, ответила я, подвинув к себе меню-карту с кофейными напитками.

– Отлично. Так вот, возьми капучино с имбирем. Его тут готовят просто сногшибательно, и он отлично согревает.

Минут через пять принесли заказ, и обняв горячую высокую кружку руками, я сделала глоток. И правда – чуть горьковатое тепло разлилось по телу, обжигая и согревая.

Неловкое молчание заполнило пространство между нами, но оно не раздражает – скорее наоборот, дает время прийти в себя.

Но Артём всё же решил его прервать.

– Сложно, да? Вся эта история с Димкой. Мне показалось, или тебе не очень приятно с ним работать?

Непроизвольно моё тело снова напряглось, и я отставила чашку в сторону.

– Я бы не хотела говорить на эту тему. – Сухо ответила я, чуть запнувшись от неожиданности вопроса.

Мужчина кивнул, немного задумался и только потом продолжил:

– Понимаю, извини. Но мне кажется, иногда всё-таки полезно… просто рассказать некоторые вещи. Готов побыть “случайным попутчиком”, чтобы ты смогла выговориться и разделить свою тяжесть.

Я внимательно посмотрела на собеседника и не смогла сразу ответить. Его тон неожиданно бережный, деликатный, и именно это вызывает во мне смешанные чувства – одновременно и раздражение, и желание довериться.

– Время всё расставит на свои места. – Наконец уклончиво ответила я, напомнив себе о том, что Артём – друг Градова, и с ним он явно будет гораздо откровеннее, чем со мной.

Артём понимающе улыбнулся, постукивая пальцами по столу.

– Ну ладно. Просто имей в виду – если вдруг передумаешь и захочешь поговорить, я на связи в любое время.

В продолжение своих слов, мужчина достал из внутреннего кармана куртки черную блестящую ручку, достал из подставки салфетку и размашистым почерком написал на ней телефон.

– Вот, запиши потом, чтобы не потерять.

Взяв салфетку, я аккуратно сложила ее пополам и убрала в карман брюк.

– Слушай… – Артем взял телефон и прищурившись, посмотрел на экран. – Тут сообщение с работы, мне наверное придется уехать.

– Как же ты доберешься? Давай я отвезу тебя, только скажи куда. – Я вспомнила, что машина Артёма осталась у дома Градова, и он собирался вернуться за ней на такси.

– Брось ты, думаешь я не справлюсь? Сейчас меня заберет кто-нибудь из коллег.

Поднявшись со своего места, Артём достал карточку и хлопнул ею по терминалу, расплатившись за кофе.

Отставив свою чашку, я встала, чтобы проводить мужчину.

– Пообещай, что позвонишь? – Вдруг произнес он, сделав шаг ко мне на встречу.

Мы оказались так близко друг к другу, что я ощутила запах его парфюма и терпкое, мятное дыхание. Жар залил мои щеки, и я опустила глаза, не понимая куда мне деть руки и вообще, спрятаться от этой неловкости.

– Да, конечно. – Промямлила я не своим голосом, мечтая провалиться под землю.

– О, чуть не забыл. Вот. – Артём протянул мне ключи от машины, и когда я стала их брать, наши ладони встретились и на какое-то время он замер, наблюдая за моей реакцией.

Ощутив тепло от кожи Артёма, я вздрогнула.

– Спасибо. – Выдохнула я, робко одернув руку.

– Не за что. Рад был с тобой познакомиться. Жаль, что не могу задержаться.

Мы попрощались, и Артём ушел, оставив меня в неком замешательстве. Мне показалось, или он пытался заигрывать со мной? Не хочу страдать синдромом главного героя, но как еще можно объяснить все его попытки коснуться меня, эти двусмысленные фразы?

Кофе почти остыл, и допив его до самого дна, я стала одеваться. На улице снова замело, и я накинула шарф на голову, чтобы не продрогнуть, пока добегу до машины.

День в клинике прошел стандартно – я приняла пару своих пациентов, и в самом конце все же взяла Игоря Савченко. Он сейчас наблюдается у Кости, но нам обоим будет спокойнее, если я буду контролировать процесс время от времени.

Виктор Андреевич на работе не появился. Я хотела переговорить с ним по поводу своей замены – все же есть у нас сильные реабилитологи, пусть он поставит к Градову кого-нибудь другого. После его сегодняшнего укола на тему того, что на меня нельзя опереться, ездить к нему у меня совсем не осталось желания. Но девочки сказали, что босс теперь постоянно в разъездах – он пытается подыскать другое здание для клиники, да и с лицензией начались какие-то проблемы.

Я выехала домой как обычно с небольшим опозданием, но сегодня мне и не хочется торопиться. Негромко включив радио, я медленно перестроилась в ряд и стала ползти по вечернему проспекту, любуясь в окно на то, как красиво украшен город. Надо же, все эти дни я этого даже не замечала.

Ну вот и мой двор. Снова пришлось покружиться, чтобы найти свободное место – у нас тут с этим вечные сложности, и вечные ссоры соседей из-за парковки. Обнаружив в итоге небольшой карман, я припарковала машину и пошла к дому, представляя, как я сейчас встану под горячий душ, и простою там целую вечность – пока вода не вытеснит из меня весь холод.

– А это еще что?

Как обычно, лампочка на моем этаже перегорела, и все что мне удалось рассмотреть – это темный силуэт чего-то объемного у себя на пороге.

Испугавшись, я полезла в карман за телефоном, но когда фонарик загорелся и я подошла ближе, оказалось что это даже не монстр, и не уснувший бездомный. Да, именно такую картину нарисовала моя тревожная фантазия за пару секунд.

Я переложила телефон в другую руку, наклонилась и подняла с коврика большой букет светло-сиреневых ирисов и коричневый бумажный пакет.

– Надо же. – Уткнувшись носом в букет, я вдохнула аромат любимых цветов.

Придерживая хрупкие стебли, я открыла дверь, вошла в квартиру и локтем ударила по выключателю.

– Шпротик, привет. Ты не знаешь, кто нам оставил такой приятный сюрприз?

В ответ на мой вопрос, кот презрительно фыркнул и степенно пошел в сторону кухни, ожидая, что я побегу за ним, чтобы насыпать корм.

Но я не пошла. Едва скинув обувь, я прошла в комнату, положила цветы на стол и заглянула в пакет.

Пара мягких, нежнейших, кашемировых перчаток кофейного цвета. И всё – ни записки, ни какого-то намека на то, кто бы это мог быть.

Опустившись на стул, я снова понюхала цветы. Красивые. И перчатки тоже очень красивые, но как я могу принять подарок, не зная, кто именно его сделал?

Но точно ли я не знаю?

Улыбнувшись, я достала из кармана сложенную пополам бумажную салфетку, и разгладив ее ладонью на столе, я посмотрела на номер.

А вдруг это не он? Хотя, кто бы это мог быть? Градов? Ну конечно же нет. Он слишком ярко демонстрирует свою неприязнь. Да и его характер мне хорошо известен – он не стал бы этого делать.

Выключив фонарик который все еще ярко светил в потолок, я написала короткое смс – “спасибо за всё”. Очевидно, что подарок оставил Артём, и будет невежливо не поблагодарить его за такое внимание.

Как только сообщение улетело, я отложила телефон и стала переодеваться – хочется побыстрее в душ и ложиться спать. Завтра суббота, в клинику мне не нужно, но визиты к Градову пока еще никто не отменял.

Я взяла полотенце, халат и почти уже вышла из комнаты, но телефон на столе сообщил о том, что пришел ответ. Короткий, еще короче моего, и еще больше ставящий меня в неловкое положение – подмигивающий смайлик, отправляющий воздушный поцелуй.

Глава 11

Дмитрий

Я проснулся за час до будильника – нога поднывает, да и в целом сон был тяжелым, беспокойным.

Вчерашний день не выходит из головы – всё время думаю, что мне не стоило так обижать Киру, еще и при Артёме.

К тому же, я все время прокручиваю наш разговор в первый её визит. Кира с такой обидой кинула мне в лицо обвинения в измене. Словно это не она первая разорвала отношения, словно не она убежала с другим, словно… это я чего-то не знаю, видя ситуацию только с одного бока.

Откинув одеяло, я сел на кровати, морщась от тупой боли в колене. Ночью я неудачно повернулся, и теперь нога напоминает о себе с удвоенной силой.

К половине девятого я спустился в гостиную – одетый и гладко выбритый, как будто я ожидаю очень важных гостей.

Гриша принёс кофе и молча удалился. Это одна из главных причин, почему я выбрал в помощники его – он всегда чувствует, когда мне нужно побыть одному, никогда не лезет с расспросами и не трещит без умолку, как это делали мои предыдущие домоправительницы.

Подвинув к себе поднос, я взял чайную ложку и тут я с удивлением обнаружил, что сахарница пуста. Странно, Гриша никогда не забывает о таких мелочах. По крайней мере не упомню, чтобы за четыре года работы на меня, у него были такие нелепые промахи.

Поднявшись с дивана и опираясь на трость, я поковылял на кухню.

– Нет, сейчас не могу говорить, я перезвоню позже. Да, я всё понял. – Дверь оказалась приоткрыта и еще у порога я услышал приглушённый голос помощника.

Я толкнул дверь, и Гриша резко обернулся. Его лицо на долю секунды исказилось чем-то похожим на испуг, а рука с телефоном метнулась в карман фартука.

– Дмитрий Васильевич! – Дворецкий быстро взял себя в руки и изобразил привычную невозмутимость. – Чем-то могу помочь?

– Сахар. – Коротко бросил я, протянув ему пустую сахарницу.

– Ох, простите. Идите, я сейчас принесу.

Григорий достал из шкафчика большую банку с сахаром и стал его пересыпать. Но я не ушел. Молча наблюдая за его действиями, я заметил, как у мужчины едва заметно трясутся руки.

И такая странность в его поведении уже не первый раз. На прошлой неделе я застал Гришу с телефоном в гараже – он так же резко отключился увидев меня, и на мой вопрос, что он там делает, пробормотал что-то неясное. А позавчера он выходил во двор “подышать воздухом” – в минус пятнадцать, без куртки, и снова с телефоном у уха.

Хотя, чему я удивляюсь. Гриша взрослый мужчина, лет на двадцать старше меня. У него уже внуки есть, ради них он собственно и работает. Поэтому, вполне возможно, что у него какие-то личные проблемы, семейные дела.

– Всё в порядке, Гриша? – На всякий случай спросил я, внимательно глядя на работника. Он человек закрытый, будет молчать до последнего, но вдруг ему нужна помощь?

– Да, конечно. Всё хорошо, Дмитрий Васильевич. Пойдемте, я отнесу сахарницу в гостиную, чтобы вам не пришлось тащить и ее, и трость.

Врёт. Я слишком хорошо знаю людей, чтобы не заметить, как Гриша отвел глаза.

Но сейчас не время для расспросов. Через полтора часа приедет Кира, а у меня есть еще кое-какие дела, которые нужно к этому моменту разгрузить. О Грише я подумаю потом, когда буду немного посвободнее.

Выпив свой кофе, я достал ноутбук и попытался немного включиться в работу – проверить почту, распечатать ведомости, которые мне прислала бухгалтер. Но в процессе я поймал себя на том, что то и дело поглядываю на часы.

Она опаздывает.

Я попытался убедить себя в том, что пять минут – это ерунда. Пробки, снег, плохая дорога. Но всё же внутри шевельнулось что-то неприятное – а вдруг она не приедет? Вдруг мой вчерашний подкол стал последней каплей, и она решила послать к чёрту и меня, и мою покалеченную ногу?

Звук домофона сегодня прозвучал как звон церковных колоколов. Я облегченно выдохнул, и отложил ноутбук на полку, ожидая, что вот-вот её увижу.

Гриша вышел на улицу, и по тропинке прошел к калитке, чтобы открыть. У нас навернулся пульт дистанционного управления, и уже месяц мы ждем мастера, который должен всё это наладить.

Через пару минут  в коридоре раздались шаги, неразборчивый голос Гриши, и наконец, Кира появилась на пороге гостиной.

– Доброе утро. – Равнодушно поздоровалась девушка, поставив сумку на привычное место и бросив на столик пару кашемировых перчаток.

– Доброе. Рад тебя видеть. – Я попытался загладить вчерашнюю ситуацию, но Кира даже не обратила на это внимания. Она достала из сумки блокнот и стала внимательно в нем что-то изучать.

– Красивые перчатки. – Не желая оставлять попытки примириться, сказал я.

– Спасибо. – Кира мельком глянула на столик, и тут же вернулась к своему блокноту, даже не посмотрев на меня.

“Спасибо” и всё – никаких объяснений, никакой реакции. Холодная стена, которая, кажется, стала еще глуше, чем была изначально.

– Как прошла ночь? – Отложив блокнот, Кира присела рядом, и её пальцы привычно потянулись к моему колену.

– Паршиво. – Честно признался я. – Неудачно повернулся, теперь болит сильнее, чем вчера.

– Давай посмотрим.

Тёплые руки девушки коснулись моей кожи, и я невольно напрягся от её прикосновения. Но гораздо сильнее меня тронул аромат – цветочный, с тонкой ноткой ванили и лайма. Тот самый запах, который она любила еще тогда, в нашей прошлой жизни.

– Да, отёк немного увеличился, – констатировала Кира, ощупывая сустав. – Но ничего критичного, переживать пока не стоит.

Я кивнул, стараясь смотреть куда угодно, только не на её склонённую голову. Чувствую себя слабаком, который не может совладать с собственными эмоциями и готов сорваться в любой момент.

– Начнём с разминки, – Кира поднялась и отошла немного в сторону, чтобы я мог встать. – Потом массаж. Всё как обычно, по той же схеме.

Несмотря на ноющий сустав, разминка далась мне гораздо легче, чем вчера – то ли нога начала привыкать к нагрузкам, то ли я просто старался не думать о боли. Согни ногу, разогни, подними, опусти – голос звучал ровно и отстранённо, и я просто старался выполнять все ее команды.

После разминки Кира жестом указала мне на диван.

– Садись, теперь массаж.

Я опустился на привычное место, вытянув больную ногу. Кира пододвинула пуфик, села напротив и положила мою ногу себе на колени. Её пальцы начали разминать мышцы вокруг сустава мягкими, уверенными движениями.

Когда она надавила на особенно болезненную точку, я невольно поморщился.

– Больно?

– Терпимо. – Я выдохнул сквозь зубы. – Наверное, стоило выбрать хобби поспокойнее. Шахматы там, или вязание.

Её губы дрогнули.

– Ты и шахматы? – В голосе мелькнула тень иронии. – Ты же через пять минут доску перевернёшь от нетерпения.

– Это было один раз.

– Правда? Я помню как минимум два.

И тут она улыбнулась. Не вежливо, не вымученно, а по-настоящему. Уголки губ приподнялись, в глазах мелькнуло что-то тёплое, живое. То, чего мне так не хватало все эти годы.

– Скучал по этой улыбке. – Слова вырвались сами, прежде чем я успел подумать, стоит ли их произносить или нет.

Кира замерла, ее пальцы на моём колене остановились. Она посмотрела куда-то в сторону, на стену за моим плечом.

Секунда, две, три.

Её руки снова пришли в движение, лицо стало непроницаемым. Да, она ясно даёт понять, что никаких разговоров о прошлом не будет.