Текст книги "Самородок для алмазного короля Академии Сфер (СИ)"

Автор книги: Алекс Найт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 26

– Есть добро, а есть зло, Эмма. Зло – заставлять кого-то заниматься с тобой.

– Но это зло только для него, а для меня добро, – нахмурилась она. – Если он будет со мной заниматься, я перестану чувствовать себя тупой.

– Как сложно… – буркнул я под нос. – Неужели ты не понимаешь, что заставлять плохо?

– Но он же не отказался, а мне это выгодно, – она почти обиженно надула губы. – Как понять, что я не поступлю ненормально, если откажусь?

– Просто… О! Не поступай с драконами так, как ты бы не хотела, чтобы поступали с тобой, – нашёлся я.

И в серо-белых глазах девушки вспыхнуло озарение.

– Поняла. Мне бы не хотелось, чтобы меня силой заставляли проводить с кем-то время.

– Вот на личные ощущения и ориентируйся, – щёлкнул я пальцами и даже улыбнулся в ответ на улыбку Эммы. – И, пожалуй, тебе надо почитать что-то про отношения и философию.

А вдруг не потянет? Это же большинству покажется нудным. Но какая мне разница, с другой стороны? Даже если она кого-то заставит с ней заниматься, почему это должно меня волновать? Хотя здесь ответить легче: это неправильно. Да и чем меньше проблем у неё, тем проще мне.

– Я пока читаю историю, – она продолжала с любопытством смотреть в мои глаза. – Мне даются точные науки. Похоже, в них я разбиралась. А на истории чувствую себя тупицей, как и на литературе.

– Это проблема многих, – усмехнулся я. – Коснись моего браслета. Ощущаешь резонанс хоть с одним из камней?

Я приподнял манжету и протянул к ней руку. Тонкие пальцы скользнули по браслету.

– Нет, – посмурнела она. – И даже если бы что-то подошло, ты бы отдал мне? Они же наверняка очень дорогие.

– Дорогие, – не стал спорить я, поймав её руку, на всякий случай приложил ладонь девушки к браслету с разных сторон. Пальцы Эммы задрожали, а сама она смутилась. – Несколько камней есть в моей комнате. Надо попробовать с ними.

– А если мне просто не подходят алмазы? Правда… ректор сказал, что я универсал.

– Так и сказал? – напряжённо уточнил я, отпуская её руку.

И испытал иррациональное разочарование, когда прикосновение к её коже прервалось. Показалось, и Эмма расстроилась. Похоже, странная реакция – не только моя беда.

– Да. Он не смог определить стихию. А из камней мне подошёл только нефрит. Но ректор советовал не демонстрировать свои способности.

– Он прав. Больше никому не рассказывай. Даже моим друзьям.

– Но они же друзья.

– Есть тайны, которые стоит доверять самым близким. Тем, в ком ты уверена. У тебя такие есть?

– Нет, – нахмурилась она. – У меня вообще никого нет. Только ты, – призналась, продолжая присматриваться к моему лицу.

Её заявление и внимательный взгляд сбили на миг дыхание.

– Однажды появятся, – ответил я, прочистив горло. – Надеюсь, кто-то лучше этих хулиганов.

– Но они…

– Дружелюбные? – предположил я, перебивая её, и Эмма чуть смутилась.

– Да, – буркнула она.

К счастью, подошёл официант с нашим заказом и прервал этот странный разговор.

– Что-нибудь ещё? – уточнил он, выкладывая перед нами тарелки.

– Эмма будет ваш клубничный торт, – решил я. – Она ещё не пробовала.

– Спасибо, – прошептала Эмма, когда официант ушёл.

– Я ничего особенного не сделал. И не болтай, что мы были здесь с тобой наедине.

– Поняла, – она опустила взгляд к тарелке с супом. – Мне и некому рассказывать.

– Эмма… – я тяжело сглотнул, прежде чем задать следующий вопрос, – ты тоже чувствуешь… это?

Захотелось рассмеяться над собственным косноязычием. Но я сам не мог понять, что чувствую и как суметь облечь свои ощущения в слова.

– Что? – она вскинулась, серо-белые глаза наполнила… надежда.

И я понял, что зря поднял этот вопрос.

– Тягу ко мне. Тебе нравится мой запах?

– Да, – она кивнула так резко, что серые волосы всколыхнулись и несколько прядей скользнули ей на лицо. – Это нормально?

– Думаю, да, – соврал я. – Это эффект нашей связи. Не поддавайся этим ощущениям, они не имеют ничего общего с реальностью.

– Но ведь ты сказал, что тоже это чувствуешь.

– И что?

– Зачем тогда не поддаваться? – уточнила она, в очередной раз вводя меня своей прямолинейностью и наивностью в ступор.

Это для меня связь, что удавка, выводит из себя, заставляет чувствовать так, как не стоит. А она явно принимает её, либо воспринимает по-другому.

– Потому что я чувствую иначе, – ответил жёстко. – Я чувствую, что это эффект связи, и испытываю неприятие из-за… принуждения.

– Тогда… – она нахмурилась в задумчивости. – Но я не чувствую неприятия. Наверное, оттого, что позволила, отпустила себя. Для меня это не принуждение. Ты тоже прими, Скай.

Проклятье… Кажется, вот новая проблема, Эмма может в меня влюбиться. Со связью, тягой и наивностью это произойдёт легко и без неприятия. И потом она будет страдать, либо что хуже, устраивать мне проблемы. Я ведь не знаю её, она согласилась принуждать незнакомца, мне сто́ит насторожиться. И даже если она не злодейка или психопатка, нужно обезопасить её от навеянных чувств, будущего разочарования и разбитого сердца. Я обязан вызвать в ней неприятие.

– Эмма, что принять? – усмехнулся я зло. – А ты… вообще знаешь про связь мужчины и женщины? – озадачился вдруг.

– Ты про любовь и семью? Думаю, знаю, – кивнула она. – Мы так можем? – спросила и лишила меня дара речи почти на минуту.

Ведь и вправду, как с ребёнком.

– Нет, не можем, Эмма. Сама подумай, кто ты и кто я. Я принц. Ты безродный самородок, без связей, без средств, не очень умная, по твоим словам, сирота, ещё и наивная до жути. А я почти помолвлен и влюблён в принцессу, красавицу и потрясающую во всех смыслах драконицу.

Снова врал ей, но сам виноват – поднял опасную тему. И так будет правильно. Не хотелось бы, чтобы она тянулась ко мне и испытывала навеянную влюблённость. В отличие от меня, она не осознаёт, что это лишь особенность связи.

– Понимаю, – она снова уткнула взгляд в тарелку.

Показалось, расстроилась.

– И ты не о том думаешь.

Да и я тоже…

– Давай просто есть. Еда здесь вкусная, – предложил ей, тоже испытывая неожиданное расстройство из-за итогов разговора. – Уверен, и торт тебе понравится.

– Я тоже, – украдкой улыбнулась она.

Глава 27

Некоторое время мы ели в молчании. Эмма смешно хмурилась, пока вылавливала улиток из супа и потом принялась махать на лицо руками, когда осознала остроту блюда. Я искренне пытался не смеяться, но это давалось непросто.

– По-прежнему любишь острое? – поинтересовался я.

– Да, – хихикнула она, часто моргая из-за навернувшихся на глаза слёз. – Я не ожидала. А ты любишь острое, Скай?

– Не особо, – я уткнулся взглядом в тарелку, давая понять, что разговоры лишние.

Но Эмма не понимала намёков, потому принялась временами расспрашивать меня о разных блюдах. Приходилось отвечать. Но так хоть трапеза прошла довольно быстро. Вскоре моя собеседница перешла к дегустации торта, и потом почти десять минут мычала от восторга. Выглядело мило.

На этом ужин завершился, я расплатился, и мы покинули кафе. В воздухе стояла сушь из-за особенностей купола. Когда включат поливалки, станет легче. Кажется, и Эмме не нравилась погода на территории академии, но здесь только так. Правда, раньше было хуже, это сейчас драгинженеры доработали систему вентиляции и увлажнения воздуха.

– Я сегодня взорвала накопитель. Вложила слишком много силы, – поделилась со мной Эмма.

Она явно не собиралась молчать.

– Такое бывает. Не пострадала? – уточнил я, присматриваясь к её рукам.

– Учитель успел выбить накопитель. Я рада, что это нормально.

– Очевидно, ты сильный маг. По крайней мере, я лил в тебя магию, лил, а ты так и не лопнула, – хмыкнул я, с дрожью в теле вспоминая тот день. Но тогда её резерв действительно казался бездонным. – Есть упражнения для развития контроля. Посмотри в книге «Магические практики». Ты же взяла книги, которые я тебе подобрал?

– Да, конечно, – закивала она, снова слишком внимательно и любопытно присматриваясь к моему лицу.

Как сложно просто находиться с ней рядом. Смогу ли я привыкнуть к этой связи? И что почувствую, когда её разорвут? Почему-то эти мысли вызывали неприятие.

– Привет, Скай! – помахали мне мимо проходящие девчонки.

Я рассеянно кивнул и мысленно закатил глаза на чрезмерное любопытство к Эмме.

– Если тебе будут угрожать из-за меня и прочее, скажи мне, я разберусь, – сообщил ей.

– Угрожать? Ты про похитителей?

– Про местных девчонок, – поморщился я. – Как бы объяснить… Понимаешь, когда происходило переселение, фактически исчезло классовое неравенство. В ковчегах сквозь пространство летели вчерашние бездомные с бывшими миллиардерами. При распределении каждый получил жильё в Элизиуме, как и право обучаться в одной из основных академий новой страны. Но классовое неравенство выражается не только в доходе и количестве самоцветов на счёте, но и в уровне образования, социальной осознанности. И… я усложняю, да?

– Я понимаю, – заверила меня Эмма. – Здесь все начали с чистого листа.

– Практически, – выдохнул я с облегчением. – Но у нас всех разные изначальные данные. Отсутствие денег в погибшем мире означало и плохое образование, жизнь в лишениях, необходимость выживать, иногда грабить, врать. Аристократам наука о добре и зле преподаётся с пелёнок, как и другие предметы, бедняки часто не могли или не хотели получать образование. Потому временами они хуже тебя знают, что правильно, а где проходят границы, когда богачи игнорируют нормы, считая себя выше других. Поэтому я не хотел, чтобы ты поступала. Мама слишком идеализирует Элизиум. Верит в равные возможности для всех.

– Ты не веришь?

– Выловишь пару раз стекло из ботинка или слетаешь с лестницы, тоже засомневаешься.

И отрастишь клыки, как в моём случае. Больше никто не рискует так делать.

– Кстати, про полёты с лестницы, – поморщился я. – От Брайса в первую очередь держись подальше.

– Мне показалось, вы друзья.

– Мы не сталкиваемся, – ответил я расплывчато. Особенно после поломки купола из-за одной из стычек. – Он как раз из богатых, кто поднялся нечестным путём. Брайс, может, и неплохой, но его отца подозревают во многом, только не могут доказать, да и не рискуют трогать. Он на высшей ступени в ордене добытчиков.

– Он преступник?

– Скажем так, об этом тоже лучше читать в сводках версо и в газетах, а не говорить. И держаться подальше от Брайса, даже если он кажется дружелюбным. За ним очередь из разбитых сердец, он меняет подружек чаще, чем я грифели. И к тебе может приглядываться из-за отца, поэтому с ним будь особенно внимательной, Эмма, поняла?

– Поняла, – кивнула она и снова мило уткнула указательный палец в подбородок. – Но с кем же мне общаться, если ты всех… отбраковал?

– Найди самую тихую девчонку и подружись с ней, – закатил я глаза.

– Хорошо, – озадаченно отозвалась она. – Я попробую.

Стоит ли просить сначала посоветоваться со мной? Так, а вот это уже глупости!

– И не устраивай мне неприятности, Эмма.

– Хорошо, – поникла она.

К счастью, мы добрались до жилого здания. Здесь стало встречаться больше знакомых, потому я попытался идти подальше от Эммы и не разговаривать с ней. В лифте мы находились не одни, потому тоже молчали, я лишь перекинулся парой фраз со знакомым. И так в напряжении добрались до пятого этажа.

– Идём. Попробуем мои алмазы, – я махнул рукой, побуждая девушку следовать за мной.

А в комнате нас ждал сюрприз в лице Эмбер. Рубиновая лежала на моей кровати на животе, что-то строчила в версо и весело дрыгала ногами. По помещению разливалась тихая музыка, приятно журчал увлажнитель воздуха в виде спускающегося с миниатюрной горы водопада. Я одновременно обрадовался и расстроился от присутствия подруги. При ней станет проще общаться с Эммой и в то же время иррационально хотелось продлить мгновения наедине с ней.

– Не пришёл в столовую и опять игнорируешь мои сообщения, Стеллар, – возмутилась Эмбер, подскакивая с кровати. – О, ты не один? – и весело поиграла бровями, ведь не видела в моей подопечной соперницы или какой-то проблемы.

Надеюсь, не зря.

– Скай спас меня от падения с лестницы, – мило потупилась Эмма. – И объяснял, как обстоят дела в академии.

– Какой молодец, – Эмбер расплылась в улыбке.

– Я хотел предложить ей свои незадействованные алмазы. А то родители не смогли помочь, – пояснил, направившись к шкафу.

– Как щедро с твоей стороны, – промурлыкала он, подскакивая ко мне, и повисла на моём плече. – Обожаю твои приступы благородства, – и зажмурившись, потёрлась щекой о моё предплечье.

– Я точно не помешаю? – спросила Эмма.

– Проверим камни, и ты свободна, – сухо ответил я, доставая коробку из шкафа, а потом демонстративно потрепал Эмбер по макушке.

Поцелуй бы и вовсе развеял все надежды Эммы и глупые стремления на фоне связи, но мы с рубиновой не в таких отношениях, по крайней мере, пока.

К сожалению, подошёл лишь один самоцвет и довольно слабый, повреждённый во время вылазки за пределы Элизиума. Потому он хоть и отзывался Эмме, усиливал её, но во внешности разве что наполнил серебром глаза. Зато это дарило надежду на скорый резонанс с другими алмазами. Пусть это глупо и неправильно, я хотел видеть её в цветах своего дома.

Эмма ушла как будто довольной, да и Эмбер разве что не мурлыкала, потому я удивился, когда она обратилась ко мне внезапно серьёзным тоном:

– Леонард говорил с тобой о ней?

– Из-за резонанса с обсидианами? Это не так уж и важно.

– Пока да, но скоро её увидят с алмазом. И она сегодня взорвала накопитель, все гадают о её силе. Леонард не посмеет скрывать от отца.

– Эмма под покровительством алмазного дома, – отрезал я.

– Знаю. Просто не хочу, чтобы отцы снова лезли в нашу дружбу, – насупилась она.

– И я, – ответил честно, обнимая подругу.

Сильный самородок заинтересует обсидиановый дом. Но меня больше страшили неприятности со стороны Брайса и его отца.

Глава 28

/Эмма Марс/

– Самую тихую… – буркнула я, оглядывая помещение столовой.

Сегодня пришла пораньше, чтобы подыскать подругу по совету Ская, но пока на глаза не попадался никто подходящий.

– Что ты там бормочешь? – над головой раздался весёлый голос Закари.

Я огляделась, но обнаружила возле него лишь одного из королей академии, незнакомого мне лично опалового. Выше янтарного друга и шире в плечах, он смотрел на меня почти скучающе и с какой-то надменностью в лилово-голубых глазах. Длинные перламутрово-фиолетовые волосы привлекали взгляд своей насыщенностью, но я старалась сильно не косить на них взглядом.

– Габриэль Иридус, – сообщил он сухо. – Рад знакомству, Эмма.

– И мне приятно, Габриэль, – вежливо ответила я, мельком оглядевшись.

На нас поглядывали с любопытством. Надеюсь, никто не подбросит мне стекло в обувь из-за простого разговора с королями. Но ещё больше надеюсь на то, что Скай серьёзно преувеличивает.

– Так что ты ворчала? – весело поинтересовался янтарный, подхватывая мой поднос. И пока я хлопала глазами, поставил его на ленту раздачи. – Ты какой салат будешь? Фруктовый или с овощами?

– Острый, – отозвалась я, мысленно воя от досады. Успела забыть, какой Закари энергичный, вездесущий и бесцеремонный. – Ничего не бормотала. Скай посоветовал мне завести тихую подругу.

– Из-за того, что ты связалась с хулиганами? – скучающе предположил Габриэль. – Он прав, Джет и Рори плохая компания для любой девушки.

Опаловый взял из шкафа два острых салата, один поставил на мой поднос, второй – на свой.

– И как вы это едите? – поморщился Закари, хватая вазочку с нарезанными фруктами.

Я скептически заломила бровь, переглянулась с закатившим глаза опаловым и рассмеялась.

В итоге короли подсказали мне с выбором новых блюд и отпустили. Не пришлось придумывать оправдания и плести объяснения. С Рори и Джетом было сложнее. Стоило мне приняться за трапезу, как они присели за стол по обе стороны от меня.

– Осторожнее ты с королями, – проворчал Рори, отбрасывая от лица пряди золотых волос. – Наверняка приглядываются к самородку, чтобы утащить в свой дом.

– Они тебе не угрожали? – уточнил Джет.

А я, кажется, слишком устала удивляться, потому просто устало вздохнула.

– Знаете, все мне говорят про опасности, возможные угрозы, полёты с лестницы, стекло в сапогах.

– Кто-то посмел подбросить тебе стекло? – прищурился Джет.

– Нет! В том и дело! Все ко мне дружелюбны. Вы, хотя вас называют хулиганами, короли, якобы себе на уме и со своими интересами. Даже Виола и Гвинет милые и добрые, но они вроде должны быть злобными стервами.

– У нас иногда выходной, – раздался с соседнего столика ехидный голос Гвинет, и я почти мгновенно вспыхнула.

– Просто я пытаюсь разобраться. Почему все так запугивают меня, предупреждают об опасностях, а опасностей и нет.

– Пусть и не будет, – примирительно улыбнулся Рори. – Веди себя внимательнее, Эмма.

– И не хулиганы мы, – поморщился Джет. – Если не даём себя в обиду, это не значит, что мы плохие.

– Но вы заставляете Лика со мной заниматься. Это неправильно.

– Он слабый, – пожал плечами Рори.

– Я тоже, – возразила ему.

– Но ты красивая, – отбил весело Джет, отчего я вновь смутилась.

– Но Лик тоже красивый. Ему тоже нужна защита. Разве не правильно тогда защищать всех, кто слаб?

– Я не знаю, что ответить, – почесал макушку Джет. – Ты странная.

– Наивная, – поправил его Рори. – Пропадёт она в академии.

– Пропадёт, – согласился Джет.

Я мысленно провыла, но решила не отвечать. Может, опасности есть, просто мне их не видно за чередой событий?

Джет и Рори заботились обо мне, потому я не сумела отказаться от их дружбы, даже несмотря на предостережения Ская. Так что на следующую пару мы отправились вместе и снова заняли дальний стол. Разве что я сначала подошла к Лику, извинилась и пояснила причины своего вчерашнего молчания и незнания некоторых жизненных аспектов. А он удивил.

– Мне несложно позаниматься с тобой, Эмма, – смущённо ответил он, снимая очки, и отбросил с лица чёлку. А ведь и вправду красивый. Видимо, недостаточно, чтобы Джет и Рори его защищали. – Буду рад помочь тебе влиться в учёбу.

– Это чудесно. Спасибо огромное, – расплылась я в улыбке и счастливая побежала к друзьям, чтобы поделиться своими достижениями.

Они похмыкали, посмеялись, но будто одобрили и моё отношение, и поступок Лика.

А после обеда я впервые нарушила правила. Просто услышала разговор идущих впереди девчонок.

– Скай и Брайс договорились о поединке! Как здорово! – пропищала одна, указывая на свой версо.

– Идём смотреть, – счастливо ответила её подруга.

Меня же их слова напугали. Я решила, что Скай и Брайс столкнулись из-за меня, но быстро вспомнилось, как они договаривались о тренировке.

– Септимус, что за планируемый поединок между Скаем и Брайсом? – обратилась к своему версо-духу.

– Возможно, имеется в виду запланированная тренировка на полигоне между адептами с курса магистратуры, Эмма, – сообщил он, мило растягивая моё имя.

– А где пройдёт эта тренировка? – закусив губу в задумчивости, уточнила я.

Мне стоило проигнорировать эту информацию, но любопытство пересиливало.

– Я могу указать на схеме, Эмма. Но ты ведь помнишь, что у тебя занятие?

– Конечно, – надулась я. – Не будь занудой.

– Боюсь, такая функция не заложена в моё сознание, – ответил он, но мне почудилась улыбка в его словах.

Но как бы он ни предостерегал, получив схему, я побежала на полигон. Предстоящий поединок интересовал больше, чем две бессмысленные для меня пары.

Кажется, я училась ориентироваться, потому что быстро миновала главное здание и добралась до соседнего спортивного поля с многоуровневыми трибунами. Здесь собралось достаточно адептов, многие разместились на скамейках, перекусывали, общались либо читали. Мне же не стоило попадаться на глаза Скаю, потому я шмыгнула под трибуны и двинулась под рядами скамеек, приглядываясь к полю.

Вскоре моему взору предстал Скай, и я почти мгновенно оправдала свой прогул. Белый костюм, состоящий из туники и штанов, подчёркивал подтянутую фигуру и гармонировал с яркой внешностью. Волосы растрепались, на светлой коже блестел пот. Серебряные глаза сосредоточенно наблюдали за оружием противника по спаррингу, пока руки парировали удары деревянного меча. Я задержала дыхание и мысленно взвизгнула от восторга, когда соперник Ская упал на траву. Бой был завершён.

– Стеллар, ты готов⁈ – спросил насмешливо Брайс, направляясь к Скаю.

Рубиновый облачился в красный костюм, что придавало его образу дерзость. Сидящие на трибуне девчонки восторженно загалдели. Я же только фыркнула. Ничего они не понимают.

А Брайс достиг Ская. Они обменялись парой фраз и отступили. Воздух заклубился вокруг ладони алмазного и обратился полупрозрачным мечом. А Брайс материализовал огненный кнут. Подоспевшая Эмбер окружила их алым защитным куполом. И рубиновый сразу рванул в бой. Дыхание оборвалось, когда пламенная удавка обвязалась вокруг лезвия воздушного меча. Но Скай играючи развернул своё оружие, избегая захвата.

Это было потрясающе! Мужчины сближались и отдалялись. Ветер гудел, о барьер ударяли огненные искры. Оружие сталкивалось, развеивалось и вновь создавалось. А маги будто и вовсе не знали усталости, бросались друг на друга, пытались ужалить стихией или колкой фразой. Я не слышала, о чём они говорят, но мужчины явно не забывали друг друга поддевать. Зрелище так увлекло, что прозвучавший за спиной скрип заставил вздрогнуть и резко выпрямиться. Но обернуться я не успела. Висок взорвался болью, мир подёрнулся рябью и вспыхнул призрачным образом.

Меня подхватили знакомые руки, обняли, не давая упасть.

«Ты не должна бояться. Они недостойны. Веришь мне?», – раздался у уха мужской голос.

Я знала, кому он принадлежит, но забыла.

«Верю. И всегда верила только тебе», – ответила без раздумий, и в следующее мгновение виде́ние развеялось.

Сверху слышались крики зрителей. Вдали раздавались удары магических атак. Я лежала на траве. По лицу текло что-то горячее. От виска разносилась боль. Тело не слушалось.

– Скай, помоги, – я зажмурилась, смаргивая слёзы с глаз.