355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Алекс Карр » 9-я книга. Тарат Зурбин » Текст книги (страница 2)
9-я книга. Тарат Зурбин
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 01:36

Текст книги "9-я книга. Тарат Зурбин"


Автор книги: Алекс Карр



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Примерные координаты во Вселенной:


Галактика Хизан, расположенная

в срединной части Вселенной


Галактические координаты:

Срединная доля галактики,


Синий сектор Гегемонии Интайра

Планетарное время:


2 день месяца кобейн,

23404 года Звездной Эры


15 часов 00 минут

по часовому поясу Сартуаза


Продолжение рассказа Сержа Ладина.

Весь дальнейший полет к Фроймилу прошел без происшествий. Никем не замеченные мы добрались до звездной системы Тедион, провели с борта «Уригленны» все необходимые исследования и даже спустили на поверхность планеты несколько роботов, чтобы получить дополнительные данные о Фроймиле. Краганские крейсера были довольно далеко от этого района, но заметь они какое-нибудь движение, то несомненно приблизились бы, чтобы произвести разведку боем.

От толринцев никаких хлопот не было, за исключением разве что того, что они, пользуясь нашим гостеприимством, слопали за время полета к Фроймилу и от него к Интайру огромное количество мяса. Вообще-то, эти ребята быстро нашли общий язык с моими космолетчиками и космодесантниками и даже умудрялись заступать вместе с ними на вахты и помогали им на хозработах. И это при том, что они провели собственными силами капремонт своих крейсеров, почти не прибегая к помощи моих инженеров и техников. Когда мы подходили к границам звездной системы Тифлиды, толринские крейсера покинули ангары "Уригленны" и подошли к Интайру своим ходом, как военный отряд, прибывший с визитом доброй воли. Командование космофлота было очень радо этому визиту и я заработал в свой актив еще несколько положительных очков.

Перед тем как подняться на борт своего крейсера, Гин Шноссримна, наконец, вручил Вирати свой подарок, которого она дожидалась несколько месяцев. Это был кулон, изготовленный из камня овальной формы, довольно серенького на вид и к тому же на простом кожаном ремешке. На прощание Гин прошептал что-то на ухо Вирати, похоже приятное, так как моя сестренка вся так и расцвела от радости.

В последние два месяца Вирати была паинькой и не бросала в сторону Оорка пылких взглядов. Правда, они частенько общались и даже мило беседовали несколько раз, но все это происходило в присутствии других офицеров и носило вполне мирный характер. Впрочем, все это уже было уже несущественно, так как я твердо принял решение по прибытии на Интайр списать Вирати с "Уригленны" и направить ее на учебу в военно-космическую академию.

К Фроймилу Оорку предстояло лететь без каких-либо помех со стороны моей любимой сестренки. В отличие от Оорка, я то верил в предсказания, а несколько задушевных разговоров с Гином, только укрепили меня в этом. Гин не был телепатом, ему был подвластен лишь банальный телепорт мелких предметов на расстояние до пяти метров, да телекинетическое воздействие на предметы массой не более килограмма.

Да, Гин Шноссримна был сенситивом, но сенситивом маленьким-маленьким, однако, в то время я был поражен даже этим до глубины души. Гин сказал мне, что всякого предсказания можно избежать и что кости с рунными знаками, брошенные на покрывало Судьбы, показывают лишь самый реальный вариант Будущего. Еще он сказал мне, что если кто-то попытается воспротивиться предсказанному и противопоставит своей Судьбе решительные действия, то будущие события пойдут уже совсем по другому сценарию.

Так как главной движущей силой Судьбы в данном случае была Вирати, то я и решил выключить ее на время из сценария этой судьбоносной пьесы. Ведь не мог же я взять и отказать из-за этого Оорку и лишить Интайр такой невероятно привлекательной перспективы. Поэтому, как только "Уригленна" встала на суточную орбиту Интайра, то я отдал приказ всем приданным мне специалистам покинуть борт крейсера, а экипажу и космодесанту отдыхать после полета и нести сокращенную стояночную вахту. Мы же с Оорком сели в адмиральскую космояхту и направились в штаб флота, к Старику Ваджу.

Главный военный администратор военно-космического флота Гегемонии Интайра и старый друг нашей семьи, космос-адмирал Руирт Вадж не заставил нас ждать и принял буквально спустя пять минут после того, как мы вошли в его офис. Старик вышел нам навстречу из-за своего огромного письменного стола, тепло и по отечески обнял меня и сказал:

– Рад видеть тебя, мой мальчик, рад видеть…

К Оорку он отнесся без фамильярности, но тоже очень тепло и даже предложил нам присесть в стороне от его письменного стола в уголке, на мягких, уютных креслах и велел адъютанту подать нам бутылку риссы и фрукты. Старик сам разлил золотистый напиток по бокалам, после чего добродушно попенял мне:

– Ах, Кай, Кай… Ты все такой же неисправимый романтик и никак не избавишься от своего благородства. Другой бы на твоем месте просто сжег эти толринские крейсера и дело с концом, а ты мало того что дал им бой, так еще и предложил высокому командору Шноссримне почетную капитуляцию. А если бы он взял и подорвал на борту "Уригленны" термоядерные заряды? Что было бы, в том случае, не будь Гин таким же благородным рыцарем как и ты?

Оорк, рассматривая риссу на свет, не преминул заметить:

– Вот именно, администратор Вадж, что было бы если у Интайра не нашлось таких благородных интар и интаров, которым можно было вложить в руки оружие такой сокрушительной мощи?

Старик широко улыбнулся и ответил Оорку:

– Все очень просто, администратор Элт, в галактике не было бы Гегемонии Интайра, это и ребенку не понятно. Во всяком случае Толрин уже послал на Интайр правительственную делегацию, чтобы подготовить дружеский визит Верховного Хранителя Толрина и в Верховном Совете сейчас уже строчат текст союзнического договора. Вот что значит вкладывать меч в благородную десницу. Ну, что ты скажешь, мой мальчик, о планах этого безумца, администратора Элта? Ты готов быть его правой рукой? Ведь я намерен настоять на его полной самостоятельности в отношении колонизации всего этого сектора спирального рукава, да и на соседние сектора он также вправе претендовать. Следующие пять суперкрейсеров тоже будут отданы в ваше распоряжение, если ты, конечно, поддержишь его планы.

– Я согласен, мой адмирал, но все-таки у меня есть одно маленькое условие. – Ответил я адмиралу Ваджу и у того глаза полезли на лоб.

– Как, тебе еще нужно и угождать теперь? – Воскликнул однокурсник моего отца.

– О, мой адмирал, это сущий пустяк! Речь идет лишь о маленькой услуге, которую я прошу вас оказать моей семье. Вам всего-то и нужно сделать, что немедленно подписать приказ о переводе космос-сержанта Вирати Клиот куда-нибудь. Думаю, если вы прикажете ей поступить в академию космофлота, она не посмеет отказать вам.

Адмирал Вадж помрачнел.

– Да, уж, наша маленькая Вирати задала мне дел, когда, сначала, добрые две с половиной сотни лучших командиров флота внезапно потребовали отпуска, а затем, так же внезапно, вернулись на свои корабли. Что, дело действительно обстоит так серьезно, мой мальчик?

Мне ничего не оставалось делать, как честно признаться:

– Да, мой адмирал, серьезнее уже некуда. Моя сестренка положила глаз на одного интара, а он, как на грех, женат, любит свою жену и не помышляет о разводе. Сами понимаете, будет лучше если она побудет какое-то время вдали от предмета своего вожделения, а там глядишь все и образумится. Девичьи слезы высыхают быстро, мой адмирал.

Старик задумчиво вздохнул и вполголоса произнес немного в сторону:

– Хотел бы я взглянуть на того парня, которому Вирати хочет подарить свою любовь. Повезло, счастливчику. Бьюсь об заклад, это, наверное, незаурядная личность.

Я молча указал рукой на Оорка, который сидел насупившись. Старик сосредоточенно покивал головой и сказал:

– Хорошо, мой мальчик, я сегодня же подготовлю такой приказ и лично поговорю с Вирати о ее будущей флотской должности.

Обменявшись еще кое-какими соображениями с адмиралом Ваджем, мы вскоре покинули его офис. Я направился на базу космофлота, ругаться с интендантами, а Оорк в Верховный Административный Совет Интайра. Нам следовало немедленно приступить к погрузке имущества колонии и, главное принять на борт двенадцать миллионов синтеттов. Работы предстояло невесть сколько и я уже начал считать дни, дожидаясь того момента, когда я снова поднимусь на капитанский мостик своего корабля и отдам приказ навигаторам проложить кратчайший курс на Фроймил.

Когда я вернулся на борт "Уригленны", Вирати уже получила приказ Старика, собрала все свои вещи и дожидалась меня. Как только я вошел в каюту она бросилась ко мне и радостным голосом воскликнула:

– Кай, братик, космос-адмирал Вадж откомандировывает меня в академию. Мне предложено пройти ускоренный курс военной дипломатии и присоединиться к тебе на Фроймиле через два года. Обещаю, Кай, я уже через год сдам все экзамены и у тебя будет сестра военный дипломат!

О Господи, какой же я был глупец, поверив в весь этот вздор, который, ничуть не смущаясь, несла эта маленькая чертовка. Она расцеловала меня в обе щеки, подхватила на плечо простой флотский мешок со своими пожитками и выбежала прочь. Я в тот момент так обрадовался, что не подумал о каком-либо подвохе и не заглянул на ее половину, а ведь она даже не забрала из спальни свою любимую куклу!

В течение следующих семи месяцев, которые ушли на погрузку, у меня не было ни единой свободной минуты, чтобы помыслить о чем-либо ином. С Вирати за это время я так ни разу не увиделся. Несколько раз я пытался повидаться со своей сестрой, но нигде не мог ее разыскать. Загрузить под завязку такой огромный корабль как "Уригленна", стоило нам всем весьма немалых трудов, ведь мы брали на борт огромное количество грузов и к каждому контейнеру, к каждому градостроительному модулю стоило отнестись очень серьезно, думая не столько о его погрузке, сколько о последующей разгрузке.

Мы брали с собой все, вплоть до шести боевых спутников, которые пришлось выставить снаружи, принайтовав их к корпусу корабля. По моему распоряжению в трюмы было загружено полсотни больших и четыре с лишним тысячи малых исследовательских модулей, которые можно было тайно сбросить на любой планете и спрятать так хорошо, что их никогда бы не смогли обнаружить спутники-разведчики противника.

В процессе подготовки к старту я познакомился с Эмиилом Бор Зааном и был буквально ошеломлен им. Ошеломлен и покорен эти могучим, начинающим седеть интаром, был восхищен его умом и широтой взглядов. Правда, надо заметить, что хлопот от него мне, как командиру крейсера, было предостаточно, так как профессор Бор Заан был намерен развернуть свои исследования не то что сразу после высадки на Фроймил, а уже во время самой погрузки. Этот огромный интар, происходивший из народа уири, кажется никогда не расставался со своим портативным компьютером и продолжал работать даже разговаривая с тобой. К счастью, на "Уригленне" имелись достаточно просторные жилые и лабораторные отсеки и этот вопрос был решен очень быстро.

Научно-исследовательский институт Эмиила Бор Заана должен был перебазироваться на борт крейсера не в авральном порядке, а постепенно, по мере подготовке лабораторных помещений. Так же постепенно он должен был перенесен на Фроймил. Старина Эмиил уже составил план работы и был уверен, что к моменту переселения интари из провинции Кирен на Фроймил, ему будет чем обрадовать ее жителей. Именно поэтому администратор Элт заказал для его института новейшее оборудование, самые современные приборы и технику, материалы и комплектующие, но самое главное из провинции Кирен было забрано то, без чего жизнь в ней заметно осложнится – Большой Мозаичный Мозг.

Нельзя сказать что жизнь в провинции остановится, но учитывая, что Большой Мозаичный Мозг координировал ее деятельность на протяжении добрых пятнадцати тысяч лет и являлся организационным ядром ее администрации, то уже одно это можно было назвать очень большой жертвой. Большой Мозаичный Мозг хранил в себе сведения о каждом жителе провинции и был способен решать как сугубо управленческие, так и научные задачи.

Как раз именно то, что Великий Бэмми отправлялся на Фроймил, подвигло очень многих синтеттов, которые, не без основания, считали его сознание своим виртуальным домом, отправиться следом. В том, что они приняли такое решение, не было ничего удивительного, синтетты всегда были готовы прийти на помощь интари, но, пожалуй, впервые в истории Интайра такое огромное число синтеттов покидало его разом.

Все они добровольно подписали контракт с администратором Элтом и обязались подчиняться всем его приказам, хотя уже его самое первое его распоряжение, данное синтеттам, произвести посадку на борт "Уригленны" и произвести самоконсервацию для того, чтобы до минимума сократить занимаемое ими на борту место, выглядело очень суровым. Синтеттам предстояло провести весь полет до Фроймила вытянувшись по стойке смирно в специальных транспортных цилиндрах в одном из трюмовых отсеков "Уригленны". Не смотря на это никто из синтеттов не отказался, хотя все они были предупреждены об этом заранее. Вероятно, они согласились на это потому, что на борту крейсера уже находился Великий Бэмми и они могли погрузиться в его сознание.

Вот против этого я восстал с первой же минуты. Как командир боевого корабля я обладал на его борту всей полнотой власти и потому запретил Оорку Элту даже думать о том, чтобы перевозить синтеттов на Фроймил, словно скот. Для них были открыт пассажирский отсек корабля и принято на борт все то, что должно было обеспечить им комфортное и веселое путешествие. О чем-либо другом я просто не мог и помыслить, ну, а для того, чтобы Оорк не ворчал по поводу их вынужденного безделья, я попросил синтеттов привести в порядок все остальные пассажирские каюты.

Синтетты сопровождали интари более семнадцати тысяч лет. Это были создания, сотворенные разумом интари и они были нашими верными друзьями, помощниками во всех делах и самыми лучшими учителями в юности. Хотя синтетты официально не служили в космофлоте, а стало быть не входили в команду "Уригленны", их на борту корабля было две тысячи четыреста душ. Синтетты нанимались командованием не для воинской службы, но добровольно несли вахты на вспомогательных, не боевых постах корабля и их не касались боевые тревоги. В их задачу входило на корабле другое. Они были призваны создавать на корабле уют, домашнюю обстановку в каютах космолетчиков и космодесантников и обеспечивать психологическую разгрузку. На "Уригленне" женщин-синтетт было впятеро больше, чем мужчин, что объяснялось соотношением на корабле интар и интаров и не трудно догадаться, что почти все их ночи были наполнены заботами.

Не знаю уж как, но синтетты всегда точно знали когда и к кому им следует войти. Перед синтеттами открывались шлюзы всех кают и если кто-либо, проходя по коридору, видел форменную каскетку, висящую на специальном крючке створки шлюза, то он уже не задерживался перед входом в каюту и следовал дальше. При этом визит синтетты или синтетта, вовсе не означал для интара или интары, что они обязательно будут заниматься сексом. Иногда это был просто задушевный разговор, иногда расслабляющий массаж, а иногда и весьма строгое внушение. В моем понимании, синтетты были душой корабля и со всеми я не задумываясь ни одной лишней секунды подписывал очередной годовой контракт, зная, что в любой момент синтетт или синтетта могли расторгнуть его и покинуть нас без каких-либо объяснений. Почему это иногда происходило я тоже не знал, но это никогда не приводило к конфликтам.

Почти никто не мог похвастаться долгими дружескими или приятельскими отношениями с синтеттами, но никто и не обижался на то, что к нему раз за разом приходила другая синтетта. Они сами знали когда им нужно быть постоянными и когда прекращать контакты и это тоже никогда не обсуждалось. Во всяком случае с синтеттами. Между собой космолетчики и космодесантники частенько трепались об этом, но, как правило, речь шла только о том, чем новеньким их обрадовали наши нежные и терпеливые подруги-синтетты.

Когда на "Уригленне", внезапно, появилось свыше семи сотен гигантов-толринцев, которые все были мужчинами, то наши синтетты немедленно окружили их лаской и заботой, а затем и стали на время их подругами. Гин был просто покорен их совершенством и говоря о синтеттах, которые частенько навещали его по ночам, восхвалял их до небес и называл самым мощным оружием Интайра. В чем-то я с ним был согласен, ведь это именно синтетты помогли нам завоевать сердца толринцев и сделать их своими союзниками.

Те же красотки-синтетты, которые познакомились с толринцами гораздо ближе других членов экипажа "Уригленны", подготовили мне, пусть и весьма общий, но довольно конкретный доклад в котором очень высоко оценивали качества толринцев, как возможных союзников Интайра. В этом докладе не было ни единого слова, указывающего на личность того или иного толринца, синтетты никогда не выдавали чужих секретов, но он позволил мне создать более полное впечатление о Гине Шноссримне и его подчиненных. Впрочем, уже одно то, что сто семьдесят три синтетты подписали годовой контракт с высоким командором, говорило о том, что они отличные парни, хотя и ужасно здоровенные. Как раз это было самой лучшей рекомендацией Толрину и его воинам.

Это была только одна из причин по которой, я, узнав о том, как синтетты будут путешествовать к Фроймилу, пришел в негодование и устроил Оорку и его другу Эмиилу Бор Заану суровую и беспощадную выволочку. Мой разнос вразумил их и они больше не интересовались тем, как им сэкономить на их программе колонизации Фроймила. Впрочем, переплачивать им тоже не пришлось, так как я выбил для этого средства из командования космофлота, оформив все двенадцать миллионов синтеттов, как вспомогательную команду.

Ещё одной особенностью этой экспедиции было то, что на борт "Уригленны" было погружено большое количество термоядерных боеприпасов. Не то чтобы мы собирались воевать с Краганом, это было исключено, а скорее для порядка. На борт моего крейсера было погружено имущество огромной ценности, а потому командование космофлотом сочло своим долгом доукомплектовать боевые системы корабля несколькими сверхмощными видами оружия, включая антиматы, и приказало мне принять на борт три сотни ракет дальнего радиуса действия, оснащенных термоядерными боеголовками.

Право же, ввиду того, что на борт моего корабля должны были подняться несколько миллиардеров, которые, так же как и провинция Кирен, вложили в экспедицию немалые средства, это было вполне оправдано и если бы даже все тяжелые крейсера краганцев разом решили бы попытать счастья, у них ничего не вышло бы. "Уригленна" была способна постоять за себя не смотря на то, что ее личный состав был доукомплектован всего лишь полутора сотнями ученых. Старик Вадж, видя что Эмиил Бор Заан собрал вокруг себя лучших ученых Интайра, видимо, оскорбился и решил доказать ему, что и в космофлоте есть умные и толковые ребята.

Впоследствии именно они смогли сделать так, что и моя "Уригленна", и все наши подземные убежища, смогли пережить восмидесятитысячелетнее ожидание. Хотя, по сравнению с тем, что сделала команда Эмиила Бор Заана это и не кажется таким уж фантастическим, то, что они сделали, без сомнения было научным подвигом. Без их разработок нам вообще не суждено было сохранить свое научное и техническое наследие.

Галактика «Хизан», Срединная доля, Синий сектор, Зона Гегемонии Интайра, звездная система Тифлиды, борт космического корабля «Уригленна», находящегося на суточной орбите планеты Интайр.


Примерные координаты во Вселенной:


Галактика Хизан, расположенная

в срединной части Вселенной


Галактические координаты:

Срединная доля галактики,


Синий сектор Гегемонии Интайра

Планетарное время:


25 день месяца ирн,

23405 года Звездной Эры


12 часов 00 минут

по часовому поясу Сартуаза


Продолжение рассказа Сержа Ладина.

Настал 25-й день месяца ирн 23386 года Звездной Эры. Ровно в двенадцать часов мы, три главных администратора колонии Фроймил, одетые в парадные мундиры, стояли на капитанском мостике. Зажав в кулаке свой талисман, доставшийся мне от канонира зорканского крейсера, я негромко сказал:

– Курс на Фроймил. Полный вперед, ребята.

Позади остались долгие месяцы тревог и волнений. Прощание с друзьями, торжественный банкет в Верховном Административном Совете и не менее торжественные проводы, прощальные наставления, дружеские рукопожатия, объятья и поцелуи. Впереди был Фроймил. Впереди была тяжелая, но чертовски важная и интересная работа.

Не смотря на то, что все были в приподнятом настроении и как только "Уригленна" стартовала, раздался звон бокалов, наполненных золотой риссой, я чувствовал себя как-то неуверенно, ведь с того момента, как я попрощался с Вирати, мне так и не удалось ее увидеть ни разу. Я знал, что она начала обучение в академии, знал что с учебой она справляется, разговаривал с несколькими ее преподавателями, но так и не смог встретиться с ней.

Вирати старательно избегала меня и даже не посылала никакой весточки о себе и это меня очень сильно тревожило. В тот момент я справедливо полагал, что ругать мне следовало за это, только самого себя. Вот я и терзал себя, думая, что у меня видимо не хватило душевной чуткости и такта по отношению к своей сестренке, раз Вирати не захотела встретиться со мной перед отлетом "Уригленны".

Оорк, видя мое душевное состояние, не стал отмалчиваться и после старта сделал неумелую попытку заговорить со мной. Что же, пожалуй, мне стоило хотя бы поворчать на него за то, что он не смог объяснить моей сестренке как она заблуждалась на его счет. Может быть Оорк и был хорошим гражданским администратором, у меня не было причин сомневаться в том что он был отличный парень и хороший друг, но утешитель был из него совсем ни к черту. Едва войдя в мою каюту, он налил себе бокал риссы и сказал:

– Кай, какого дьявола ты поссорился с Вирати?

Нисколько не смутившись выражению, появившемуся на моей физиономии, он продолжил выговаривать мне:

– Я виделся с ней неделю назад и она выглядела подавленной. Тебе бы не следовало поступать с ней так, Кай. Девочка очень переживает и тебе нужно будет извиниться…

Медленно закипая от гнева, я опустился в кресло и глухо проворчал, не глядя на него:

– По-моему, это тебе нужно было объясниться с ней, болван. Она вбила себе в голову, что ты принц из ее снов, похоже, влюбилась в тебя без памяти, а ты, чурбан неотесанный, даже не постарался поговорить с ней серьезно! Неужели у тебя не нашлось бы для нее каких-нибудь слов, примеров, наконец, чтобы она поняла что ты полное ничтожество и самовлюбленный, гнусный тип, который недостоин её любви?

Последнюю фразу я произнес в сердцах и она явно была лишней, но привела она к совершенно иному, чем я ожидал, результату. Задумчиво глядя на трехмерный портрет Вирати, стоявший на полочке моего домашнего секретера, Оорк сказал:

– Знаешь, Кай, встретив Вирати я вдруг задумался о том, а был ли я счастлив с Юрайе? В молодости я очень любил ее, она всегда была для меня верным другом, у нас двое прекрасных детей… Но был ли я по настоящему счастлив с ней? Вообще, был ли я влюблен в неё? Сходил ли я по ней с ума и была ли Юрайе безумно влюблена в меня? Был ли я ее героем и была ли она моим самым главным призом? Самое смешное, Кай, что я не нахожу ответа, особенно когда вспоминаю волшебные глаза Вирати и то, как она на меня смотрела…

Нечего сказать, Оорк нашел самые верные слова, чтобы успокоить меня. В те минуты я почти возненавидел его. Зато, надо признаться, я вдруг понял, что был не прав. Мне не стоило разлучать его и Вирати, ведь в глазах этого парня я вдруг увидел такую тоску, что мне сразу же стало ясно, через год он точно бы объяснился со своей Юрайе, которая мне не очень то понравилась и стал бы моим зятем. В этом я в тот момент был уже полностью уверен.

Галактика «Хизан», Срединная доля, Синий сектор, Зона Гегемонии Интайра, борт космического корабля идущего курсом на планету Фроймил.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю