Текст книги "Чужие земли (СИ)"

Автор книги: Альберт Максимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Эрве удивился, а потом у него в голове что-то взорвалось, в глазах потемнело и юный грасс потерял сознание. Пришел он в себя, когда больно обо что-то приложился телом. Несколько секунд Эрве пытался понять, где он и что с ним, потом догадался, что его попросту швырнули на землю. Но это была мелочь, не заслуживающая внимания, по сравнению с тем, что он ощутил. А ощутил он кляп во рту и связанные руки. Опять плен? Да что же это такое!

Потом перед его глазами показались ноги. Несколько человек, один из которых нагнулся и перевернул его на спину. Трое мужчин, в двоих из которых он узнал напавших на него мужчин. Третий, до этого ему неизвестный, держал в руках нечто напоминающее ошейник. Некоторые илоты ходят в похожих украшениях.

Неизвестный наклонился и быстрыми движениями обвил ошейником его шею, а затем защелкнул его. Двое других мужчин вытащили у Эрве кляп и развязали руки, связав вместо них его ноги. Когда все трое отошли на край полянки, где лежали без движения тела двух других напавших на Эрве людей и получивших хороший заряд заклятия, он попытался разобраться с веревкой, опутывающей его ноги. Та, конечно, была магически заговорена, но насколько сильное заклятие было наложено? С более слабым он справиться сможет, но в этот раз Эрве не почувствовал в себе никаких магических сил. Совсем никаких. Он запаниковал, напавшие люди это заметили и один из них засмеялся:

– Не получается никак? Все, отволхвовался, мальчик. Это ошейник очищения. Пока он на тебе, ты волхвовать не сможешь. Он очистил до пустоты все твои способности.

– Надо было втроем идти, теперь жди, когда очнутся, – недовольно молвил один из нападавших.

– Ничего, сейчас очухаются. Видать, сильно он их приложил, обычно сразу в сознание приходят, когда мага по голове погладишь. А то, что двое без амулетов, тоже ничего страшного, зато мы с гарантией проверили его способности. Настоящий грасс, за которого грасс Трастен три тулата обещал.

– Что-то дороговато, обычно полтулата грассы стоили.

– Так радуйтесь, что так дорого платят. Мальчишку обыскали?

– Так вот же его кошелек.

– Шесть балеров с медью?

Третий из похитителей наклонился над Эрве и стал тщательно его ощупывать и с довольным видом вытащил из потайного места другой кошелек.

– О! Еще один! – воскликнул один из похитителей.

– Ого! – теперь все трое не удержались от восклицания. – Один, два, три… шестнадцать тулатов! Вот это повезло!

– И еще три от Трастена.

– Удачно мы поработали. Я столько сразу не видел.

– А его охранник, что с ним?

– Убежал, сразу же деру дал. Через кусты ломанулся, вдогонку броситься не успели.

– Проболтается?

– А что он скажет? Нас через час здесь уже не будет.

– А их кони?

– Они достанутся Херату, его дочка мальчишку славно сюда заманила.

– Два тулата…

– Да брось ты, один конь, действительно, тулат стоит, а второй так, обычная виланская лошадка.

– Шестнадцать тулатов на три не делится. Этим, – бандит кивнул на двух лежащих без сознания, – про второй кошелек знать не нужно.

– Согласен. Но давайте быстрее, а то, не ровен час, очухаются. Делим на нас троих. Каждому по пять тулатов, шесть балеров и тигримов сколько будет?

– Вам по пять тулатов, мне шесть, – третий похититель внес свое предложение.

– Это почему же? Ты сам-то в стороне стоял.

– Я его охраннику путь преграждал, кто же знал, что тот со страху через кусты поломится? А тулат идет мне за ошейник. Он два тулата стоит.

– Так что с того? Довезем до грасса Трастена, он его снимет, ошейник опять у тебя будет. И двух тулатов он не стоит. Один, полтора тулата, но не больше.

– Это если у мага напрямую покупать, а через посредника ему цена два тулата. А то, что он мне обратно вернется, так я беру треть тулата с общей доли. Как вы без ошейника собрались мальчишку везти? С кляпом во рту? До первого стражника? А так везем с собой спящего илота с ошейником, никто не придерется. Только одежонку ему надо поменять. Рыскач, давай иди за конями, там в моей сумке одежонка припасена.

Эрве лежал, слушал и поражался произошедшему с ним. Надо же так подставиться! Мерзкая девчонка! Заманила его, а он и нос задрал, об опасности забыл, на охранника положился. А тот попросту струсил, испугался двоих бандитов, хотя сам хвастал, что пятерых в одиночку зарубил. Наврал, а он, Эрве, поверил. Какой охранник из Гелода? Только фигурой удался. Не иначе, обычным слугой у грасса был, где-то нахватался азов в умении мечом работать, чтобы сразу в глаза неопытность не бросалась. Да и то разве что перед такими лопухами, как Эрве. Настоящие грассы сразу же разобрались бы, что Гелод никакой не охранник.

И вот теперь его везут по какой-то петляющей дороге, чуть ли не тропке. Через Брестон похитители ехать поостереглись, решили сделать солидный крюк, выехав на южную дорогу, соединяющую таретство с трактом, идущим через свободные земли. Там его и отдадут за три тулата грассу Трастену, а тот продаст его дальше на юг уже за пять тулатов. Бандит Забид об этом как раз рассказывал на одном из привалов, когда бандиты везли его и Вучко с Дири на юг. А там его отдадут чернокожим чужакам, приехавшим из-за Большого Моря. Кстати, когда его переодевали, выжженных на его груди ворон заметили, слегка удивились, но расспрашивать не стали, видимо, им это не интересно. Для похитителей главное то, что он волхвовать умеет. За это они и получат хорошие денежки.

Когда тропка вывела их на южную дорогу, один из похитителей легонько ударил Эрве по голове, отправляя его в забытье. Очнулся он, когда въезжали в ворота пограничного форта, того самого, где он оставил Дири. Здесь его грубо швырнули на землю. Двое бандитов, которых он при нападении повалил сотворенным заклятьем, до сих пор не могли простить полученной порции боли, хотя их дружки его почти сразу же оглушили, тем самым лишив болезнетворное заклятье силы. Так что те недолго мучились, полминуты, не больше, но бандиты оказались злопамятны. Эрве несколько раз получал болезные удары сапогами по ногам, когда остальные трое бандитов не смотрели в его сторону. Вот и сейчас один из двоих злопамятных не сдержался и пнул Эрве прямо по копчику. Очень больно!

Пленившие его бандиты, видимо, были в хороших отношениях со стражниками форта, те даже решили распить пару привезенных с собой бандитами бутылок с каким-то отменным пойлом. А Эрве отнесли в дом и опустили в подпол. Крышка захлопнулась, и он остался один в темноте. Завтра утром похитители отправятся дальше на юг. Видимо, до сих пор боятся волчьей стаи. Не знают, что ее полностью или почти полностью перебили, вот и осторожничают по привычке.

Эрве поудобнее устроился на грязной соломе в углу подпола, не боясь запачкать свою новую одежду, которая была совсем не новой и вряд ли чище этой грязной соломы. А потом он заснул, несмотря на спазмы голода.

Проснулся Эрве, когда кто-то открывал крышку люка.

– Эрве! – веселый голос Волчонка поразил его не меньше, чем выглядывающая из-за спины Вучко растрепанная голова Дири.

Глава 15

Глава пятнадцатая. В поисках

В местный столичный город до наступления темноты добраться мы не смогли. Я, конечно, стал лучше держаться в седле, Дири тем более, но с нами еще был небольшой табун, который для неопытных наездников являлся определенной проблемой.

Когда лучи заходящего солнца уже начали гаснуть на краю горизонта, а города все еще не было видно, я принял решение остановиться на ночной привал. Плохо, конечно. Нужно расседлать коней, напоить, накормить, благо из форта мы забрали и овса для коней, самим немного перекусить теплым, почти горячим вяленым мясом, наконец, устроиться на ночлег. Впрочем, последнее действие было менее затратным на силы и время. Самой большой проблемой и трудностью являлось ночное дежурство. От усталости глаза сами собой закрываются, а ведь спать нельзя – неизвестно, что сулит эта ночь. Раньше было легче, втроем дежурить проще, чем вдвоем.

Тут уж не до хорошего сна. Только, кажется, заснул, а тебя уже будят. Впрочем, это я разбудил Дири посередине ночи, а сам лег на расстеленное одеяло и провалился в глубокий сон, наказав пацану разбудить меня на рассвете. Поспать каждому из нас удалось лишь по три-четыре часа. Можно было бы и побольше, но я твердо решил, что отоспимся уже в городе. Чем быстрее туда приедем, тем быстрее найдем Эрве.

До города, который назывался Брестоном, мы добирались еще почти три часа. В первом встретившемся постоялом дворе решили остановиться. Я поинтересовался у хозяина, не появлялся ли здесь светловолосый худощавый мальчик на вид двенадцати-тринадцати лет. Получив отрицательный ответ, я понял, что если сейчас не лягу в кровать, то свалюсь и засну прямо на полу заведения. Состояние Дири было не лучше моего.

Проснулись, когда день стал близиться к своему завершению. Солнце еще светило, но чувствовалось, что оно быстро сдает свои позиции идущей на смену дня ночи. Мы с Дири спустились в обеденный зал. Не мешало впервые за многие дни нормально перекусить. Сушеное и вяленое мясо меня немного достало. Заодно не помешает навести справки об Эрве. Если он прошлым вечером здесь не остановился, может быть, кто-то видел его и вспомнит в какую сторону тот подался.

После обеда мы попытались выйти в город, но уже стемнело и ночью в неизвестном нам месте кого-то искать бесполезно. Пришлось вернуться обратно, перед сном еще немного перекусить и снова завалиться спать, наверстывая все наши недосыпы.

Утром позавтракали, и пока я наводил порядок с вещами, Дири в поисках информации об Эрве обежал всю округу, начав с конюшни и даже заглянув на кухню. И раскопал кончик ниточки, шустряк такой!

Позавчера вечером местный слуга видел мальчика, похожего по описанию на Эрве. По словам слуги, тот был из благородных и кривился от вида этого постоялого двора.

– Ну и куда он поехал, не запомнил? – стал я допытывать слугу.

– Помню, господин, что он поехал. Он меня даже расспрашивал, как туда добраться.

– Куда, куда он поехал? – вырвалось у меня от нетерпения.

Слуга замолчал и почесал затылок.

– Надо бы вспомнить, да что-то запамятовал. Вот и позавчера не мог вспомнить дорогу, а господин дал мне тигрим и я сразу вспомнил!

Я усмехнулся. Ну, понятно, не подмажешь, не узнаешь. И достал медную монету.

– Вспомнишь?

– Уже вспомнил, господин. В гостинице он остановился. В «Диком вепре».

– Это где? Как добраться?

– Добраться можно, у любого спросите, скажут. Я господина сам лично до места проводил. Не за так, конечно.

– Еще хочешь тигрим? Ладно, получишь, если и нас проводишь. Сейчас сходи на конюшню и вели седлать двух наших коней, остальные пусть пока здесь постоят.

В гостиницу «Дикий вепрь» мы добрались за какую-то четверть часа. Знать бы, что так рядом, могли бы по приезду в город потерпеть еще чуток, доехав прямиком до «Вепря», да вон как вышло. На мой вопрос об интересуемом нами постояльце хозяин гостиницы ответил, что такой был, да только вчера днем покинул его гостиницу. Куда юный благородный уехал, хозяин не знал. Он лишь добавил, что молодого грасса сопровождал охранник, высокий молодой детина.

– Ты уверен, – удивился я, – насчет охранника?

– Сам видел. Охранник с мечом в ножнах. И с кинжалом.

Я ничего не понимал. По описанию постоялец гостиницы вылитый Эрве. Худенький светловолосый мальчик, даже одежда та самая. А охранник откуда?

Пока я, опешивший от странной информации, шел обратно, потом сидел в раздумьях на скамейке возле входа на постоялый двор, прошло еще какое-то время. Пару раз перед глазами мелькнул жуликоватый слуга, заработавший за утро два тигрима. Не заплатишь – не узнаешь…

– Дири, поедем-ка снова навестим хозяина «Белого вепря».

На этот раз я зашел к нему не с пустыми руками, а с серебряным балером. Повертев его перед носом хозяина гостиницы, сразу же заявил:

– Кто поможет разыскать моего друга, тому и монету.

Хозяин впился взглядом, видно, что жадность одолевает, но молчит, что-то думает. Если бы не знал, куда делся Эрве, стал бы молчать? Скажете, молчит, потому что в ступор от жадности впал? Да разве это такие большие деньги для владельца явно не бедной гостиницы? И я добавил еще один балер. Потом еще. Хозяин пялится на деньги, но молчит.

– Никто не знает, значит, монеты останутся у меня.

И демонстративно начинаю опускать их в кошелек.

– Юный грасс собирался снять несколько комнат.

– Но ты не знаешь, где? – моя рука остановилась.

– У моего родственника, здесь не так далеко.

– И он там?

– Этого я не знаю. Но он пошел туда. Я в сопровождение дал Гайко. Он может проводить господина.

– Хорошо.

Сам кладу один балер ему на стол.

– Второй передам твоему Гайко, когда он доведет меня до дома и подтвердится, что это правда.

– А третий балер?

– Третий балер Гайко получит, когда я увижу своего друга. Это справедливо. Не так ли, уважаемый?

Хозяин нехотя кивнул головой. Он не обманул, и Эрве действительно снял три комнаты у его родственника сроком на две недели. Да только ни с того ни с сего этим утром собрался и уехал. Да, с ним был охранник, крепкий и высокий молодой мужчина. Куда уехал? Хозяин не знал, но показанный ему серебряный балер помог выяснить направление пути. Эрве, по словам испуганной служанки, направился в Миртерию.

Я хотел ее поподробнее расспросить, но та и так еле державшаяся на ногах попросту упала в обморок. Странно, конечно. И этот внезапный отъезд, и откуда-то взявшийся охранник, и запуганная служанка…

Мы попросили родственника послать кого-нибудь на постоялый двор и передать хозяину, что заберем коней чуть позже, заплатив за их постой, а сами, не мешкая, бросились к выезду из города догонять Эрве. Настичь его я думал, если не в этот день, то на следующий наверняка, ведь разница во времени, как мы разминулись, составляла каких-то несколько часов.

Но ни в этот день, ни на другой Эрве не настигли. Его вообще никто не видел на дороге, ведущей в Миртерию. В конце второго дня нашей безуспешной погони мы уже доскакали до пограничного поста. Но мальчика в сопровождении охранника не видели ни таможенники Брестонского таретства, ни соседствующего с ним владения на востоке. Мистика? Или Эрве здесь и не было.

Стоило задуматься. Я хорошо помнил, что Эрве не горел желанием задержаться в Миртерии, наоборот, хотел как можно быстрее ее покинуть. А тут, оказывается, сам туда едет. Здесь что-то не то. Не иначе, пацан следы заметает, меняя места жительства. А на самом деле он поехал не на восток в Миртерию, а на запад в Силетию. Точно! Я же только потерял несколько дней, пустившись по ложному следу.

В Брестон вернулись только поздним вечером третьего дня, дорога нас совершенно разбила, и мы, возвратившись на постоялый двор, попросту завалились спать. Так и продрыхли до обеда следующего дня. Наскоро перекусив, вновь поехали к родственнику хозяина гостиницы. У меня появилось большое желание переговорить с пуганой служанкой.

Но разговора не получилось. Едва увидев меня и Дири, та снова плюхнулась в обморок. Такая нежная? Что-то не верится. Если служанку нельзя расспросить, тогда надо поговорить с ее хозяином. А ведь они чего-то боятся. Вон как тот испуган. Но молчит, даже на два балера не реагирует.

Если деньги не помогают, тогда в дело должна вступить магия. Болезненные заклятья, как Эрве, я творить не умею, зато Зов сделать смогу. И сделал. Хозяин, превратившийся в куклу, подошел ко мне на ватных ногах. Я хватку ослабил, а потом и вовсе отпустил.

– Говори, или мне придется вновь заклятье наложить, только на этот раз более сильное, – пригрозил я ему.

И хозяин, как говорится, поплыл. Упал передо мной на колени, руки себе заламывает, сопли распускает. И рассказывает то, что узнал от служанки.

Ничего себе! Вот так пацан! Взрослую служанку в постель затащил! Силен! И попался, раскрыв тайну наколок на своей груди. Силетские вороны, знак знатного рода, тайна, которую Эрве оберегал от посторонних глаз.

Теперь мне стал понятен столь внезапный отъезд Эрве. И увертка, что он, дескать, едет в Миртерию. Нет, Эрве направился в Силетию. А мы с Дири потеряли трое суток, попавшись на его уловку. Теперь догнать Эрве будет сложно, если вообще это возможно.

Раз так, то завтра утром мы отправимся в сторону Силетии, найдем или нет Эрве – это как повезет. А остаток дня надо потратить для продажи ненужных нам коней. Трех оставшихся нам хватит за глаза.

Семерых лишних коней я продал владельцу постоялого двора за три с половиной тулата. Задешево спустил, да только торговаться я не умею, да и достались они нам задарма и были обузой.

Днем мы уже въезжали на постоялый двор, стоявший на западном тракте. Я пошел заказывать обед, а Дири решил проследить, как обустроят наших коняшек. Не успел я сделать заказ, как пацан прибегает весь взъерошенный.

– Вучко, там конь Эрве!

– Где?

– На конюшне.

Я из-за стола чуть не выпрыгнул. Вот это удача! Мы его ищем, уже отчаялись, а он, оказывается, все эти дни здесь отлеживается. Иду к хозяину и про постояльца спрашиваю. Тот как-то вдруг побледнел, головой затряс и только после повторно заданного вопроса, смог ответить.

– Не было его. Он уехал.

Это уже совсем интересно. Так он был или его не было? Если не было, то как смог уехать? Это я и спросил у хозяина.

– Уехал. Вчера.

– На чем?

– На коне.

– Что за конь?

– Конь… обычный… на нем приехал и уехал.

Вижу, что врет. Врет и ужасно чего-то боится.

– Значит, так. Или ты говоришь правду, или ты умрешь в муках.

Хозяин головой трясет, а затем вдруг громко кричит:

– На помощь! Убивают!

Вижу, к стойке, где мы с хозяином беседуем, двое здоровяков бегут, не иначе, вышибалы. Того, что поменьше я молотком приложил, а второго поостерегся – уж больно голова крепкая, а шея – в обхват руки, наверное. Боюсь, что магический молот не поможет. Штырем ткнуть? Покалечить или убить можно. Тут я вспомнил, как грасса Трастена побил. В этот раз бить штырем в ногу не стоит, а вот тем же молотком по коленной чашечке аккуратно стукнуть, не проблема. Разбить кость не разобью, а с ног эту гору свалю. На одной ноге не побегаешь.

Свалил. Грохот стоял! А я этого вышибалу потом еще и молоточком по голове приложил. Это, значит, чтобы мне не мешал с его хозяином беседу вести. Как вести? У меня теперь опыт есть. Снова Зов сотворил, потом отпустил, взял щепку, зажег ее, взглядом зажег, конечно. Этого было достаточно. Хозяин рассказал всё. Да у него тут бандитское гнездо!

Выдал он и сообщников, да только где их искать? Появляются на постоялом дворе нерегулярно, бывает, что по несколько месяцев их нет. Сейчас им очень понадобился юный грасс. Главное, чтобы волхвовать умел. За труды хозяину достались кони постояльцев. Мальчика и его охранника. Самих же их он со вчерашнего дня не видел. Не иначе, схватили и увезли на юг.

Слушаю я и шизею – это надо же, как пацаны попадают во всякие истории. Я, впрочем, не лучше. А Эрве надо выручать. На юг увезли? Хозяин подтверждает, говорит, что повезли по тропке, в обход города. И куда, спрашиваю, эта тропка выходит?

– На южную дорогу, к Волчьему лесу, господин.

– Это где домик с таможенниками? Ну, с людьми, которые пошлину собирают с въезжающих?

– Да, господин, все верно.

Получается, у похитителей фора в сутки, но едут они медленно и по длинной дороге. Если нам с Дири направиться по западному тракту до города, а затем выехать на южную дорогу, то до форта доберемся лишь завтра поздним утром. Это при том, что поедем быстро и, заночевав в поле, после рассвета сразу же продолжим путь. В принципе должны успеть перехватить похитителей в районе форта или чуть южнее.

К форту подъехали, как и планировали, утром. Вот мы, вот в версте таможенники, с которыми я не так давно встречался и выручил из подпола Дири. Подъехать поближе? Можно, конечно, и подъехать, только как бы стрелу не словить. Здесь все просто.

Постоял немного, подумал, спешился и велел Дири коней в лес отвести и там привязать. А сам направился вдоль лесной опушки к форту. Я же не знаю, что там происходит. И кто там находится.

Через четверть часа уже стою рядышком с забором. Аккуратно заглянул внутрь ограды. Вижу, как пятеро неизвестных мне мужчин, все с оружием на поясах, коней седлают. Кажется, по описанию, данному хозяином постоялого двора на западном тракте, парочку из них признал. А вот Эрве не видно. Может быть, в подполе сидит? И что делать-то? Мне со всеми не справиться, если еще сюда и трех таможенников приписать. А они, мои старые знакомцы, тоже появились. И видно, что с бандитами в хороших отношениях – стоят, зубоскалят.

Старший из таможенников что-то сказал тугодуму Бордо, тот открыл створку ворот и к заграждению, что на дороге стоит, идет. Подошел, жердь оттаскивает, проход для бандитов в сторону свободных земель открывает. Вот тут я его на Зов и взял. Приманил к себе, слегка хватку отпустил и приказываю:

– Зови сюда старшего из ваших гостей.

Только вижу, что тугодум понять ничего не может. Поэтому спрашиваю:

– Как старшего из гостей зовут?

– Телдом.

– Теперь громко его позови, скажи: «Телдом, выйди сюда».

Бордо приказ исполнил, а его молоточком аккуратненько приложил, пусть пока на травке полежит. А тут и Телдом вышел. Это один из пятерых бандитов. Дернулся он, но я уже успел его зацепить, к себе тяну. Пока получается, но вокруг меня воздух уже холодеет, значит, энергия на исходе. Надо место менять, на следующую волшбу сил может и не хватить. Утро-то сегодня что-то прохладное, солнышко за тучками прячется.

Отпустил я его, хотя магический поводок еще держу, спрашиваю:

– Эрве где? Мальчик.

Телдом за грудь хватается, шарит, видать, там амулет защитный под рубахой. Ну-ну, убедись, что не поможет он тебе. В качестве доказательства, я сотворил штырь поострее, да в щеку его кольнул. Для наглядности. Опасности для жизни нет, а кровь течет. Кажется, проняло его. А я еще и оскалился.

– Оружие брось на траву, а сам иди во двор и своим прикажи разоружиться и встать у забора. Если кто-то сглупит, дергаться начнет, то всех выворачивающим заклятьем накрою. До вечера кишки изо рта лезть будут.

Это я, конечно, попугал, заклятье выдумал. Про такое и не слышал, тем более подобного сказанному сотворить не сумею.

Телдом на ватных ногах (странно, я же Зов снял) идет, кровь по щеке течет, а я снова в дырку между кольями забора смотрю. Бандиты и таможенники немного всполошились, а Телдом что-то им толкует, те не очень поддаются, я сдвинулся ближе к калитке, на старом месте почти всю энергию выкачал, надо новое место для ее источника подбирать.

Дальше смотрю, Телдом с одним из бандитов ругаться начал, вижу, что все на волоске висит, надо действовать. Если перед ними сейчас появлюсь, спорщик за оружие схватится. Его я, конечно, повалю, но и другие, на него глядя, за мечи возьмутся, а у двоих и луки есть.

Тогда решаюсь на новый магический фокус. Точнее, старый и повседневный. Штырем думаю спорщика кольнуть, но посильнее, чем Телдома. А новизна волшбы в том, что штырь требуется через щелку послать, а такого я никогда не делал. Пройдет ли сотворенная сила через щелочку, не застрянет ли, не отдастся ли мне рикошетом? Рискованно, но это лучше, чем в открытую с бандитами связываться.

Вначале накачал энергии, потом к щели прильнул, дождался, когда спорщик перестанет дергаться, чтобы прицел не сбить, и послал штырь в сторону бандита, в его лоб метясь. Попал! Удалось!

Хороший удар получился, спорщика в сторону мотнуло, изо лба кровь потекла, тот стоит, ничего не понимая, трясется, а Телдом снова убеждает. И убедил. Все бандиты оружие побросали, к забору отодвинулись. Последним спорщик идет, пошатываясь, кровь всё течет, глаза заливает.

Ну вот, теперь мой выход. Вхожу в калитку, а сам энергию из воздуха собираю, щит начинаю сооружать. Если кинут чем-то или из лука пальнут, то щит должен атаку отбить. Нет, бандиты стоят, глаза вытаращив, а двое оставшихся таможенников не меньше бандитов удивлены, но тоже стоят, не дергаясь.

– Оружие на землю, – командую я, – и к стене.

В прошлый раз, видать, я их хорошо запугал. К тому же важного грасса из Кортании изобразил.

– Грасс Эрве где?

– В подвале, господин, – несколько голосов угодливо отвечают, а сзади меня Дири появляется – коней пристроил и ко мне побежал.

– Стоять у стены, – приказываю, а сам в дом иду, Эрве выручать.

Надо бы Дири сказать, чтобы за обезоруженными приглядел, мало ли, оружие поднять не долго, да как-то не допер до такой простой вещи, слишком взвинтился от происходящего, да и Эрве выручить торопился.

Открыл я крышку подвала, а там внизу Эрве сидит и на нас с Дири таращится. Только его вытащили, как со стороны двора шум раздался, лошадиный. Когда я выскочил на крыльцо (осторожно, конечно), то бандитов уже не было. Звук копыт удалялся в южную сторону. Побоялись меня и, воспользовавшись тем, что я в дом ушел, на коней вскочили (те уже были оседланы), в открытую створку ворот выскочили и, пользуясь тем, что заграждение Бордо успел отодвинуть, ускакали на юг.

Таможенников мы засадили в подвал, всех троих, включая еще не пришедшего в создание тугодума Бордо. А потом, закрыв ворота, я стал расспрашивать Эрве о том, что же с ним произошло. А тот снова сопли распустил. Давненько я их не видел, хоть бы Дири постеснялся, а еще грасс. Хотя сейчас на грасса он совсем не похож. Босой, да в рваной и грязной одежде. Дири, когда мы с ним в первый раз встретились, и то намного лучше был одет, хотя илотом тогда считался. Нет, не считался, а был самым настоящим илотом, только без ошейника, как сейчас Эрве.

Что это за украшение такое, Эрве тоже рассказал. Я попытался снять – никак, магический он. Магию у Эрве блокирует, и снять его может только хороший маг. По словам Эрве, если бы не влияние ошейника, то его магических способностей все равно не хватит, чтобы такой ошейник расстегнуть. И на меня пацан смотрит. С надеждой. Как же, я же маг. Магией, конечно, владею, да не до такой же степени. К тому же самоучка я, да и магия моя не здешняя, корни ее в другом мире. Нет, не снять мне ошейник.

Значит, надо обратно в Брестон ехать, мага хорошего искать. И Эрве обувку и одежду купить. Тут как раз выяснилось, что все его деньги бандиты забрали, между собой поделив. И теперь денежки скачут по южной дороге по направлению к свободным землям, судя по всему, к грассу Трастену. И одежда Эрве с сапожками, лежащие в седельной сумке, туда же едут.

Ладно, ничего страшного, главное, что жив парень остался и с нами он теперь, а деньги – дело наживное, у меня их много, купим Эрве еще лучшую одежку. Это я так подумал, вслух произнести не успел, как вижу, Дири свой кошелек достает, монеты вытряхивает, на две кучки делит, одну из которых Эрве протягивает. А тот застыл статуей, ничего не соображая.

До меня не сразу соль ситуации дошла. Для Эрве подобная щедрость, видимо, дело неслыханное. Такие большие деньги (свои личные!) ему кто-то отдает за просто так. Молодец Дири, это по-нашему, по-земному. Точнее, частично по-земному. У нас тоже люди разные есть, и пены среди них порядочно наберется.

Пока Дири бегал за нашими конями, я спросил Эрве про охранника, что с ним был, кто таков? Пацан с горечью в устах поведал, как он сильно в нем ошибся.

– Да не расстраивался. Ну, ошибся, с кем не бывают. Вон люди взрослые тоже часто ошибаются, а ты ведь и вовсе пацан. В твои-то годы…

Эрве сильно дернулся, видимо, не понравилось, что я напомнил, что малой он еще. Чтобы немного подсластить беседу, я перевел разговор на его успехи на девчачьем фронте. Но и здесь Эрве что-то не понравилось, на меня исподлобья смотрит. Что это с ним? Другие наоборот в таком-то возрасте (а хоть и старше, тоже самое!) похвастаться своей крутизной не прочь. А этот почему-то менжуется. Чего стесняться? Мы с пацанами в его возрасте и не такое обсуждали. Хотя я тоже, надо признать, тогда в юрте степняков немного засмущался. Это когда девицы начали стриптизировать. Но ушел в другую юрту только из-за пацанов. Одно дело на словах языком поболтать, другое дело при них, малолетках, все делать.

Ладно, не хочет на такие темы говорить, мучить не буду. И перевел разговор на то, как это его бандиты захватить смогли. А Эрве еще больше психовать начал, ноздри раздувает, а потом и вовсе на меня кричать стал. Ладно, вижу, что нервничает, пусть успокоится. Плен, да еще и этот ошейник довели пацана до точки.

Поэтому расспросы я закончил, теперь пора и уезжать, нечего здесь засиживаться. Подпол, конечно, открыли, но предупредили таможенников, чтобы те в течение часа не вылезали из него. А сами забрались на коней и направились на север, в Брестон. Добрались до города еще засветло, до темноты времени достаточно, денег много, поэтому дешевый постоялый двор проигнорировали, а направились прямиком в хорошую гостиницу, где Эрве останавливался.

Приехали, коней слуге передали, сами внутрь заходим. Хозяин, тот самый, что два балера получил от меня за информацию о том, куда Эрве выехал, навстречу идет, удивляется. А потом у него и вовсе челюсть отвалилась – Эрве признал. Уж очень удивился. В прошлый раз тот грассом представился, а сейчас перед ним босой и грязный илот с ошейником на шее.

Ситуацию надо срочно исправлять, благо лавки, торгующие одеждой и обувью, еще должны работать. Одежду для него подобрали самую лучшую. Вначале я думал, что надо ее примерить на Дири, уж больно грязна рубаха была на Эрве. Пачкать хорошую рубашку, натягивая ее на такое дерьмо... бр-р. Почему примерять, натягивая одну рубашку на другую, что на нем надета? Потому как знаю, что Эрве ни за что не захочет раздеваться, показывая посторонним своих ворон на груди. Да и самого Эрве чистеньким не назовешь. Но в помещении лавки оказался закуток, где можно было раздеться и все примерять. Вот туда мы с Эрве и пошли, оставив Дири с хозяином лавки, потому как знаю, что не будет грассенок при Дири раздеваться.

Эрве оказался не таким уж и грязным, Дири не намного его чище. Одежда пришлась ему в самую пору, видимо, лавочнику ее продал какой-нибудь грасс, сын которого подрос. А когда очередь дошла до примерки штанов, то Эрве засмущался, попросил меня отвернуться. Как девчонка какая-то, до чего же стеснительный! Или такое воспитание у здешних грассов? Ладно, я отвернулся.

А потом ему и отличные сапоги подобрали. Ох, чувствую, Дири будет завидовать. У пацана на обувку небольшой сдвиг. Я его понимаю.

Когда возвращались к месту ночлега, начало темнеть, а из соседнего проулка вдруг вынырнул хозяин гостиницы, спешащий к себе. Куда-то ходил, что такого? Да только хозяин почему-то остановился, испуганно на нас глядя, а затем, еще быстрее двигаясь, прошмыгнул к себе в заведение.

На следующий день мы все втроем двинулись на поиски мага. Не простого, а почти золотого. В прямом смысле этого слова. За снятие ошейника он запросил десять балеров, а это половина золотого тулата. Расценочки здесь! А куда деваться? Не оставаться же Эрве с ошейником на всю оставшуюся жизнь? Тем более, он сам заплатил. Из тех денег, которыми с ним поделился Дири.