Текст книги "От раба до вольного человека (СИ)"

Автор книги: Ал Кос

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 25. И вовсе не дух рудника

Как я и думал, задумка перевести нас в другой сектор принадлежала старому гоблину. Он сильно удивился нашему выбору, но возрождать не стал, предпочтя оговорить вопросы переброски нас во второй сектор и связанными с этим накладными расходами.

Впервые в жизни мы с гоблином спорили до хрипоты. И все потому, что он заломил за необходимые для лагеря материалы, припасы и кое-что из более качественного снаряжения цену в 40 тысяч золотом.

Не сказать, что это такая уж внушительная сумма, но мало того, что я сам оплачиваю переезд, в котором больше руководство шахт заинтересовано больше меня, так ещё и цены задраны в потолок.

– Во втором секторе вам делать нечего, – охрипшим голосом сказал гоблин. – Мы с Гроном последние десять лет скупаем там камни, пытаясь определить места их добычи, но толку пшик, если не считать пары-тройки месторождений мелких рубинов, которые наши люди уже добыли.

– А мы все же попробуем, – продолжил настаивать я. – Во-первых, поищем камни, а во-вторых, в третьем секторе только в лагере нужно будет оставлять не меньше сотни бойцов, а у меня их столько нет!

– Думаешь, что во втором секторе сможешь пополнить свой отряд? – резко придя в себя, поинтересовался гоблин.

– Сам нет, но офицеров у меня достаточно для того, чтобы взять эту заботу на себя, – увидев заинтересованность гоблина сказал я.

– Дай своим вот эти списки и через четыре часа вас переведут во второй сектор, материалы и припасы привезут туда же, – сказал старший карающий.

– Цена вопроса? – поинтересовался я, помня о причине, из-за которой и разгорелся спор.

– Двадцать крупных камней любого вида, – спокойно ответил гоблин.

– Так ты же говоришь, что там таких нет? – спокойно спросил я.

– А ты уверен, что сможешь их там найти, – улыбнувшись, ответил карающий. Вот и ищи. Да и я, так уж и быть, с вами туда переберусь.

*****

Три дня с о дня переезда у нас ушло на обустройство лагеря. И если бойцы были заняты возведением укреплений и наведением связей с местными вояками, которых по тем или иным причинам не было на собрании, организованном в прошлый раз, то я посвятил их Илли и муасу.

За эти дни эта парочка так сдружилась, что подросший щенок начал катать эльфийка на своей спине, чем очень удивил всех, кто видел это со стороны. Что же до маркизы Лисот, то она руководила той самой двадцатой рабынь, что позволяло нам отбросить заботу о размещение припасов и готовке.

На четвертый день Рэк заявил, что вместе с остальными офицерами смог отыскать полсотни бойцов, их офицеры давно погибли и теперь они выживают сами по себе.

Так мой отряд пополнили 10 гоблинов, 5 орков, 12 эльфов, 3 дроу и 21 человек. А мой карман опустел на гарантийное обязательство в 90 тысяч золотых. Ведь к бойцам ещё требовались оружие, боевая и шахтерская экипировка и запас провианта.

Кел предложил не мудрить, а распределить новичков по рассам, а людям предложил самостоятельно выбрать того, кому они будут подчиняться. Я же от этой работы самоустранился, морально готовясь к возможному провалу похода.

*****

Из лагеря в первый поход выдвинулись под моим руководством дроу, гоблины и люди. Конечно, брать столько новичков в первый поход было рискованно, но Кел дал понять, что так они быстрее вольются в сборный отряд. Да и выбор у них не велик: либо принять наши правила, либо возвращаться добывать руду, если, конечно, она вообще попадётся.

В этом секторе было более шестидесяти штреков, но добыча велась лишь в половине. Что до остальных, то в них изредка заглядывали новички, но, не добыв за несколько дней ничего ценнее меди, присоединялись к остальным.

– Куда пойдем командир? – поинтересовался Кел, глядя вместе со мной за тем, в какие штреки после завтрака уходят рабы.

– Начнем с крайнего слева, – сказал я, указав на штрек, в который, судя по всему, уже давно никто не ходил.

– Выдвигаемся! – скомандовал Офицер дроу и мы пошли в указанном мной направлении.

Как не конючила Илли, но муаса я забрал с собой. Его феноменальное чутье на обвалы уже не раз спасло жизнь мне и моим бойцам. Да и щенок явно не дал бы маркизе заниматься воспитанием моей дочери.

Уже 7 часов мы шли по штреку, но я не ощущал камней. Словно их совсем не было в породе. Да и цвет породы был каким-то странным. Иногда мы видели следы пребывания тут рабов, но, судя по тому, насколько незначительно они углублялись в стены трека, ничего путного они не нашли.

Ещё спустя три часа я объявил привал.

Кто его знает, что может здесь водиться, а большая часть моих бойцов лишь второй день сносно питается.

Спустя ещё пять часов я заметил первые признаки наличия камней и для интереса минут двадцать поработал киркой.

– А говорили, что в этом секторе крупных камней нет, сказал я, держа в руках 3 крупных рубина и 1 мелкий сапфир, – сказал я, перебрав породу.

– И ради этого мы так далеко зашли? – фыркнул кто-то из гоблинов, за что тут же получил подзатыльник от кого-то из товарищей.

– Шли мы, чтобы выяснить: есть ли тут камни, – спокойно сказал я, глядя на говоруна. – запасов еды и воды у нас на неделю, так что пойдем дальше.

– Они сейчас относятся к тебе так же как и я в первом походе, – тихо сказал Кел, когда мы возобновили движение.

Ещё четыре часа, я не видел и не ощущал ничего кроме мелких вкраплений, но ради них останавливаться смысла не было. А потом меня накрыло.

Впервые в жизни я слышал лёгкий шепот в своей голове и доносился он не из моего воображения, а от породы. На несколько я застыл на месте, а затем взялся за кирку. Около часа я молча рубил породу. Кел же, наблюдая за мной, приказал всем отдыхать.

Измельчив породу, я начал её перебирать, но не увидел ни одного камня.

Но почему я решил, что здесь должны быть именно камни? – закралась запоздалая мысль.

Я перебрал породу ещё раз выбирая всё, что нельзя было раздробить киркой, орудуя без лишнего энтузиазма. После чего отбросил явный мусор. В конечном счёте в руках у меня осталось всего пять комков, размером с крупный камень, но состояли они из какого-то неизвестного мне зеленоватого металла.

Обмыв находки водой, я показал их дроу. И если судить по его огруглившимся глазам, он прекрасно знал что это.

– Мифрил, – выдавил из себя Кел. – Это единственная руда, в которой как и в камнях содержится природная магическая энергия.

Руда и руда, – подумал я, но затем мое сознание зацепилась за последние слова дроу.

После чего я внимательнее рассмотрел самородки и прислушался к своим ощущениям. Затем повторил это же с ранее найденными камнями. Ощущение было одним и тем же, отличалась лишь его сила.

Так значит я ощущаю не камни или руду, а магическую силу, заключённую в них, – улыбнувшись, подумал я, а затем отдал приказ остальным: Час привала и приступим к работе.

За этот час я прошел пять пролетов и вернулся назад, будучи уверен, что в каждом из них что-то есть. А затем все, кроме дроу, распределившихся парами для караула, приступили к работе.

Глава 26. Опасная находка

Более пяти часов люди рубили породу, а гоблины в это время отдыхали. Я же продолжил обучение письму и чтению. Затем люди пошли отдыхать, а я с гоблинами приступили к своей части работы.

Единственной странностью было то, что в раскапываемых пролётах были либо камни, либо мифрил. Словно эти ресурсы обладали сознанием и не желали находиться рядом.

Самородки были небольшими: от пятидесяти до ста грамм, но нести их не так удобно, как камни. Хотя, как заверял Кел, полуторакилограммовый слиток очищенного мифрила стоит не менее ста тысяч золотых. Правда, на такой слиток требуется от пятнадцати до сорока пяти килограммов самородков.

Видя, что камней довольно мало, я решил, что лучше собирать магическую руду, раз уж она и так проходит через наши руки. А вот медь, свинец, олово и прочие малоценные руды, изредка попадавшиеся среди породы, было решено оставить вдоль прохода для ночных уборщиц.

Новички было начали роптать, но им быстро объяснили, что они вполне могут нагрести полные сумки хлама и возвращаться к работе на руднике за миску с варевом. При этом я пообещал, что все, кто уйдёт сразу, будут должны мне возместить ровно ту сумму, которую я за них заплатил. Желающих по понятным причинам не нашлось.

К концу шестых суток сумки бойцов были заполнены рудой, ну а я и три офицера несли добытые камни. Не такой добычи мы ожидали, но, что есть, то есть.

Больше суток мы добирались обратно, а когда вернулись, то узнали, что три рабыни, которым, как им поначалу казалось, не повезло со штреков, за эти дни смогли выкупиться с рудника. После этого старый гоблин был вынужден запретить уборку в нашем штреке.

Все из-за того, что некоторые из местных рабов, каким-то образом прознав от выкупившихся рабынь о халяве, сами повадились собирать дармовую руду. И всё бы ничего, если бы их телодвижения не были замечены другими. В итоге между организованными группами начались драки за право входа в штрек, где мы работали. По крайней мере, именно так объяснил мне старый карающий, пока мы шли к его каморке.

*****

Камни я и Кел понесли вдвоём, что же до руды, то её было решено отнести в лагерь и лишь после разговора с гоблином сдать ему. Как обычно, дроу вошёл со мной в кабинет и, поставив на стол сумки с камнями, вышел, ну а я с карающим остались один на один.

– Как и договаривались: 20 крупных камней, – сказал я, выложив на стол перед гоблином рубины.

– И где вы их только нашли? – удивлённо спросил гоблин. – Ты сейчас принёс больше, чем все местные за пять лет работы.

– Где нашли, там больше нет, спокойно ответил я.

– Судя по вашим сумкам и кучам брошенной руды, нашли вы немало, – подмигнул мне гоблин.

– Если честно, то для недели работы, камней очень мало, – вздохнув сказал я.

– Неужели золото нашли? – подмигнул мне, сказал гоблин.

– Не золото, но, как мне кажется, эта руда не менее ценна, – сказал я, протянув собеседнику небольшой. мифриловый самородок.

– Много нашли? – трясущимися руками взяв самородок, спросил карающий, явно сумев определить какую руду мы притащили.

– По прикидкам офицера дроу, самородков должно хватить на отливку 30 стандартных слитков, а может и куда больше, – сказал я, ещё не осознавая, что причина странного поведения гоблина кроется в моей находке.

– Ты хоть понимаешь, что твоя находка значит для рудника? – спросил карающий.

– Руда, как руда, – помолчав, сказал я. – Не думаю, что это более значимо, чем крупные алмазы, добываемые в первом секторе.

– О том, что изредка на руднике находят алмазы знают все, – взяв себя в руки, сказал гоблин. – Но вот мифриловая руда рабам практически не попадалась. Да и объемы были смехотворными.

– Можно подумать, что мы её много принесли, – не понимая, как мы вляпались, сказал я.

– Весь королевский мифриловый рудник производит до 50 слитков в месяц, – сказал карающий, а затем, глядя мне в глаза добавил. – Сам рудник раза в три больше нашего, а число рабов на нем вообще заоблачные. И учти, что все горняки, попавшие в рабство, гарантированно оказываются там.

– Предлагаешь руду выкинуть и сделать вид, что её тут нет? – спросил я, осознав, что наши старания могут привести к смене руководства на руднике. При этом ещё не известно как смена руководства рудника ударит по мне и моим людям.

– А ты уверен, что кто-нибудь из тех, кто был с тобой, не проболтается? – спросил гоблин, рассматривая самородок, словно видит если в первый раз.

– По руднику поползут слухи о том, что мы нашли золото, – спокойно сказал я. – Но вот когда мы выйдем на поверхность… я ручаться за всех не рискну.

– Выкупи у рудника одну плавильню и пятёрку рабов при ней, – подумав некоторое время, сказал гоблин. – Рабов подберём не болтливых, а вместо руды у тебя Грон выкупит готовые слитки. Их хотя бы вывезти можно под видом золота.

– А ваши молчуны не проговорится? – не уверенно спросил я.

– Выкупиш их семьи, и эти пятеро будут молчать до конца своей жизни, – отмахнулся карающий. – Сами они даже себя выкупить не могут.

– И в чем моя выгода? – поинтересовался я глядя гоблину в глаза.

– Во-первых, рудник заплатит по 120 тысяч золотых за стандартный слиток, сколько бы самородков на него не пошло, а не по 45 килограммов за ту же сумму, – сказал гоблин, начав загибать пальцы. – Во-вторых, по окончании контракта рудник выкупит плавильную за 95 процентов от продажной цены.

В-третьих, хорошие плавильщик тебе и на поверхности пригодятся, а за годы работы на руднике они не уступят в мастерстве надземным гномам.

И в четвёртых, ты решил мне сюда высыпать все найденные вами самородки магической руды?

Последнее гоблин сказал немного раздражённо и при этом нервно хихикнул.

– Цена вопроса? – понимая, что выбора особо нет, спросил я.

– 200 тысяч золотых за плавильню и ещё столько же за рабочих с семьями, – не моргнув и глазом, сказал карающий.

– Не слишком ли высока цена за обычных рабов? – спросил я, понимая, что сумма непомерно велика.

– В основном деньги нужны на поиск и выкуп семей рабочих, – пояснил гоблин. – Маленькие дети стоят не дорого, но вот подростки и женщины обходятся куда как дороже.

– Понял, – сказал я, прикидывая, что такая цена привяжет рабочих и их семьи ко мне на всю жизнь, хотя на деле, они нужны мне лишь на время работы на руднике. – Тогда для начала посчитаем камни, а затем подпишем договор на плавильню.

Гоблин со мной согласился и мы перешли к подсчёту.

За камни мне причиталось лишь 213 тысяч, а потому недостающую сумму я покрыл гарантийным обязательствами. Что же до 3 тысяч остатка, то на них я оплатил провиант, запасы которого постепенно сокращались.

*****

– Я прекрасно понимал, что у нас на руднике есть мифрил, – вздохнув, сказал Грона. – Но даже представить не мог, что его так много.

– У тебя ещё остались связи на королевском руднике? – понимая, что тревожит его начальника и друга, спросил старый гоблин.

– Связи то остались, но толку от них? – спросил орк.

– Будем сдавать слитки на королевский рудник в обмен на серебряную руду для переплавки, – заявил карающий.

– Нам то это выгодно, – подумав, сказал Грона. – Ну а для них какой прок?

– Нормы по мифрилу они уже около года выполнить не могут, – напомнил гоблин. – Так что тайно скупают его по округе.

– Так то руда, а тут слитки, – спокойно сказал орк, не понимая, к чему клонит гоблин.

– Руда штука ненадёжная, а вот выплавленый слитки, совсем другое дело, – улыбнувшись, заявил карающий. – Их и везти проще, и внимания привлекут куда меньше. Ну а практику обмена рудой между рудниками утвердил ещё дед нашего правителя.

– Я продал Сергу лучших плавильщиков, так что за качество слитков можно быть спокойными, но вот вопрос количества… – начал было гоблин, но осёкся, увидев взгляд орка.

– Выкупаем у него все слитки, сколько бы их не было, – заявил Грон. – А обменивать будем по 5 штук в месяц. Остальные будут храниться в нашем тайнике.

– Уверен, что там хватит места? – уточнил гоблин.

– На тысячу слитков хватит, а золото при нужде вывезем на поверхность, – фыркнул, заявил орк, и жестом показал, что разговор окончен.

Глава 27. Проблема с выкупом рабов

Рудник. Второй сектор

Около месяца мы работали в связке с плавильщиками, добывая мифрил и переплавляя его в слитки. За это время гоблин от моего имени смог отыскать и выкупить семьи четырех плавильщиков, а вот с пятой с самого начала возникли проблемы.

Семья у раба вроде бы была, но почему-то её след терялся на королевском мифриловом руднике. Ладно бы сам плавильщик был там, но держать семью работника на руднике, где от неё проку нет было бы глупо. Разве что семья была нужна не для работы, а ради чего-то другого.

Может быть, мы бы отбросили эту мысль, списав все на неописуемую красу сестры плавильщика или его дочерей, но отряд дроу, занимавшийся скрытым наблюдением за плавильней и рабочими, умудрились перехватить стражника, который, покрутившись вблизи ограды, закрывавший доступ к плавильне, отправился не в караулку на доклад к дежурному офицеру, а в сторону выхода с территории сектора.

Дроу аккуратно повязали стражника и доставили к старшему карающему, который всего за десять минут смог выяснить не только имена тех, кто помимо этого стражника передавал письма рабов за пределы рудника, но и имя посредника из стражи на поверхности, который организовывал доставку сообщений и выплачивал стражникам дополнительное жалование. Если задуматься, то подозрительность Кела помогла руководству рудника обнаружить того, кто годами занимался вербовкой стражников для шпионажа за производством на руднике.

Выяснить кому предназначались сообщения было не сложно. В этом гоблину помог мой муас, который на глазах у проштрафившихся стражников за считанные мгновенья разгрыз берцовую кость местного монстра, и затем, не скрывая своего гастрономического интереса, начал вылизываться.

Последним допрашивали плавильщика. Он долго отпирался и выложил всё, лишь когда его припёрли к стене. Плавильщик признался в том, что около года назад один из страдников передал ему записку, в которой говорилось, что его семья, включая двух малолетних сыновей, считавшихся до того момента умершими, жива и здорова. И если отец семейства хочет чтобы так и оставалось, то он обязан ежемесячно составлять отчёт обо всём, что переплавляется на руднике. Последний отчёт об обнаружении запасов мифрила он отправил только сегодня. И виной тому бунт и гибель стражника, который обычно приходил за записками.

Когда Грон узнал о происходящем, он ничуть не удивился, и более того: приказал казнить всех виновных, естественно, что за исключением плавильщика. Умолчать требовалось лишь о том, для кого предназначались послания. Мол, палач перестарался во время допроса и пытками довёл шпионов до сумасшествия, но так и не смог выяснить имени заказчика.

В тот же день все пятеро пропали в дальних штольнях третьего сектора. Что же до плавильщика, то он под диктовку переписал сообщения, указав нужные нам данные, и должен был дожидаться того, кто за ним придёт. Если, конечно, за ним всё же кто-то придёт.

*****

Там же. Спустя какое-то время

В кабинете старшего карающего сидело трое: хозяин кабинета, Нордмар и Грон. Все они прекрасно понимали, что угроза ухода информации о запасах мифрила на руднике сохранится до тех пор, пока семья плавильщика будет оставаться в руках одного из надсмотрщиков с королевского рудника. Выкупить семью, не привлекая внимания пробовали, но её не продают даже по тройной цен, а похитить слишком рисковано. Вот мы сейчас сидели и прикидывали варианты дальнейших действий.

– Может быть, проще убить раба и подобрать ему замену? – спустя какое-то время спросил Грон.

– А кто гарантирует, что другие не сидят у них на крючке? – подумав, спросил Нордмар.

– Головой ручаться за это я бы не стал, – вздохнув, сказал гоблин.

– А рабы с королевского рудника принадлежат кому? – спросил парень, просто, чтобы не молчать.

– Они – собственность короля, – как само собой разумеющееся сказал орк. – По крайней мере, до тех пор, пока их не выкупят.

– Так может стоит их выкупить у… – начал говорить Нордмар, но был перебит гоблином.

– Я тебе уже говорил, что их не под каким видом управляющий рудника не продаст! – повысив голос, заявил гоблин.

– Так выкупим их у владельца, – не унимался парень.

– Представляю себе, как ты добиваешься аудиенции у короля, ради того, чтобы выкупить пятерых рабов с его рудника, – отсмеявшись, заявил Грона.

– А ведь это может получиться, – подумав, заявил гоблин.

– Ты и правда веришь в возможность такой встречи? – поинтересовался орк у карающего.

– В это я не верю, – покачав головой, сказал гоблин. – Да и король нам не нужен, как и не нужны и связи в его свите. Нам нужен смотритель, который скупает рабов и распределяет их по рудниками.

– А он то тут каким боком? – спросил владелец рудника, явно не улавливая связи между этой персоной и выкупом семьи моего работника.

– Он один из тех, кто от имени короля имеет право забрать рабов с любого королевского рудника и перевести его на другой или даже приказать убить из-за бесполезности, – заявил карающий. – Сразу скажу: стоить это будет очень дорого.

– У плавильни скопилось 120 слитков мифрила, – пожав плечами, сказал я. – Так что на выкуп деньги найдем.

– Сколько? – пораженной глядя на меня, спросил орк.

– Если уже переплавили последнюю партию самородков, то больше, – сказал Нордмар, понимая, что в скором времени они и так об этом узнают.

– Если это всплывёт за пределами рудника, то придётся уходить на покой, – вздохнув, сказал Грон.

– Если мы семью рабочего выкупим, то не узнает никто, – уверенно заявил парень.

– А твои люди не выболтают? – настороженно уточнил гоблин.

– Все кроме дроу и эльфийских лучников считают, что мы переплавляем низкосортные самородки, получая из семидесяти килограммов один слиток, – ответил я.

– А не сдавали их почему? – спросил орк, глядя мне в глаза.

– Да всё времени не было, а денег у меня достаточно, – спокойно ответил Нордмар.

– Ты хоть понимаешь, что рабы могли пронюхать о слитках и тогда… – начал было гоблин но осёкся. – Дроу и элитные лучники там для охраны?

– И в лагере постоянно два десятка бойцов готовы выдвинуться на подмогу, – кивнув, ответил парень.

– Тоже идея твоего аристократа дроу? – уточнил Грон.

– Нет, Рэк заявил, что ему так будет спокойнее, да и бойцы при деле будут.

– Это всё не важно, – заявил гоблин. – Я тут подумал и решил, что мы организуем для тебя встречу со смотрителем, и ты сам договоришься о выкупе семьи плавильщика.

– К чему такие сложности? – удивленно спросил орк.

– Он свободный человек, а мы вроде как и не при делах, – начал объяснять карающий. – Встречуустроить не проблема, но появись мы там и смотритель начнёт рыть землю носом, чтобы выяснить причину нашей заинтересованности, а вот под Нордмара копать нет ни смысла, ни выгоды.

На том обсуждение вопроса и завершилось и все разошлись. Гоблин должен был подготовить встречу, а орк помочь со скрытным переносом слитков в хранилище рудника. Держать и дальше слитки в плавильне и правда было не безопасно.

*****

Резиденция верховного мага королевства Готор

Сиона была в бешенстве. И всё потому, что уже который день ей не позволяют покидать дом. Мало того, её начали обучать заклинаниям стихийной магии высшего порядка, требовавшим необычайной концентрации физических и магических сил. И что немало важно: от Сионы требовалась полная сосредоточенность на заклинании. Она же хотела заняться поисками Сергея, а потому месяц тренировок не дал никаких результатов.

И самой главной проблемой было то, что её отец наложил на окна и двери резиденции заклинание, которое не позволяло покинуть дом ни одному магически-одарённому существу. Вот потому девушка через силу изучала заклинания, вместо того, чтобы искать своего избранника.