Текст книги "Генеральный 7 (СИ)"

Автор книги: Ал Коруд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)

Калибр 6 мм стал обновленным для Советской Армии и явился результатом длительной работы «Унифицированной 6-мм программы». Под нее был разработан заново высокоскоростной патрон, одинаково пригодный и для снайперских винтовок, и для пулемётов общего назначения. Боеприпас, который дает более настильную траекторию, сохранит скорость на дальних дистанциях и обеспечит лучшую бронепробиваемость по сравнению с существующими калибрами. Результатом стал новый патронный стандарт 6×49 мм. По расчетам и результатам испытаний, его начальная скорость составляла 1150 м/с

На бумаге патрон выглядел почти идеальным:

улучшенная дальность стрельбы на сверхзвуковых скоростях;

лучшая бронепробиваемость и пробиваемость препятствий по сравнению с 5,45×39 и 7,62×54;

потенциал для снайперских винтовок и пулемётов.

Но за каждым преимуществом стояли компромиссы:

уменьшение ёмкости магазинов;

рост массы боекомплекта;

ускоренный износ стволов;

логистическая сложность внедрения нового калибра.

История патрона такого калибра также примечательна. Зачастую выбор оптимального боеприпаса обрастает легендами, к одной из которых можно отнести распространённое мнение о том, что идеальным патроном для автомата должен стать патрон калибра 6,5 мм, предложенный в 1913 году конструктором В. Г. Фёдоровым 1913 году патрон 6,5×57 мм для автоматической винтовки его же разработки. Для патрона 6,5×57 мм В. Г. Федоров разработал не только стандартные, но и бронебойные пули, с сердечниками из вольфрамового сплава. Патрон 6,5×57 мм так и не был принят на вооружение российской, а затем уже и советской армии, в связи с чем говорить о его вероятных преимуществах можно только в формате альтернативной истории.

В конце XIX – начале XX века было выпущено множество патронов калибра 6,5 мм – это и итальянский патрон 6,5×52 мм Mannlicher-Carcano, и шведский 6,5×55SE мм Swedish Mauser, и японский 6,5×50SR Arisaka, который В. Г. Фёдоров применял в своей винтовке вместо собственного патрона 6,5×57 мм. В конечном итоге, в XX веке с огромным отрывом доминировали патроны калибра 7,62 мм и малоимпульсные патроны калибра 5,45/5,56 мм. В итоге в XX веке с огромным отрывом доминировали патроны калибра 7,62 мм и малоимпульсные патроны калибра 5,45/5,56 мм. С учётом средств, которые вкладывали ведущие державы мира в оборонные исследования, вряд ли можно говорить о том, что данный выбор является необоснованным.

В ином будущем 6×49 мм был разработан в конце 80-х годов XX века специалистами Центрального научно-исследовательского института точного машиностроения (ЦНИИТОЧМАШ). Патрон 6×49 мм является винтовочно-пулеметным боеприпасом, предназначенным для поражения целей, защищенных средствами индивидуальной бронезащиты (СИБ), на дальности до 1000 метров. Под него была разработана снайперская винтовка ТКБ-0145К разработки ЦКИБ СОО и СВК, СВК-С.

В этом течении времени программа стартовала в конце шестидесятых. Так что к восьмидесятым появился целый оружейный комплекс: штурмовой карабин АК-75, пулемет ПК −2, снайперская винтовка СВМ. Стечкин под этот патрон выпустил малогабаритный автомат с лафетной схемой со смещённым импульсом отдачи. Армия начала перевооружение. Конечно, первыми оружие в боевых условиях испытали воины Африканского и прочих корпусов. Затем пришел черед Мобильных войск, часто бывающих в горячих точках. В итоге сейчас они были полностью первыми перевооружены.

Стоящий неподалеку полковник-инструктор с как будто вырубленным из дерева лицом, поинтересовался:

– Как тебе новый автомат?

– Честно?

– Хотелось бы.

– Еще сыроват. Калашников был надежней. У нас в Персидском заливе случались с ним проблемы. Там же много песка и пыли. Ну и вдобавок пришлось переучивать личный состав. Патрон мощней, длинными очередями стрелять не рекомендуется.

– Да, это оружие уже для опытных бойцов, – согласился полковник. Он про эту проблему слышал не в первый раз. – Но за месяц другой человека подготовить не так сложно.

– Если готовить, то да. Но в ближнем бою мне больше новый Стечкин понравился. Длинными очередями работает точнее, не клинит.

– Это оружие особенное.

– Но для штурмовиков лучше не придумаешь.

– Считаешь, что нужно пересмотреть вооружение отделения?

Капитан задумался:

– Мы сами при штурме Дохи, когда освобождали ее от саудовцев, так и сделали. Благо оружия всякого хватало. Привезли на испытания целый самолет. А тут война и срочная командировка. Лучшие стрелки работали издалека на прикрытие с АК-105, штурмовики шли со Стечкиными. Их поддерживали пулеметчики. Эти больше всех от перевооружения выиграли. Пулеметы стали легче, можно брать коробки на двести патронов. Отличное получилось оружие непосредственной поддержки.

– Отделения по двенадцать человек?

– Да, нового типа. Как раз под боевую транспортную машину «Лимузин −2». В Харькове производят. Машина уже специально сделана под транспортер, броня комплексная, есть тяжелый пулемет, управляемый изнутри, ночное видение, тепловизор, станция связи. Нам командир-оператор не раз помогал с целеуказаниями. И вдобавок внутри система пожаротушения. То есть шансы выбраться в случае подбития.

– Тебе нужно обязательно выступить у нас на семинаре.

– Хорошо. Для этого сюда и приехал.

Капитан положил собранный автомат рядом и оглянулся, затем тихо спросил старшего офицера:

– Товарищ полковник, зачем это все? Где-то воевать далеко от дома? Мы же потери несем настоящие. Я лично две похоронки подписал. Молодые и крепкие парни. Нет, я понимаю, мы люди военные, подчиняемся приказу. Но…

Старший товарищ понимающе глянул на недавнего лейтенанта. Как бы и сам не так давно задавал подобные вопросы.

– Пойдем, чая попьем и поговорим.

Капитан на самом деле ничем не рисковал. Бывшие курсы «Выстрел» давно стали настоящей армейской лабораторией. Именно здесь обменивались опытом и мнениями по поводу боевой подготовки на основе настоящего опыта, полученного с риском для жизни. Где, как не здесь задавать жесткие вопросы. Ведь зачастую именно отсюда они идут дальше наверх.

Чайная была оформлена в южном стиле. Длинная веранда с густой зеленью прикрывала от солнца. Деревянная мебель, деревенский декор на стенах, вышитые салфетки на столах.

– Вопрос одновременно сложный, Николай, но и ответ простой. Это кровавая дань за наше спокойствие.

Молодой офицер поднял выцветшие на жарком солнце глаза.

– Они неизбежны?

– Как еще прикажешь готовить кадры? Ты же сам видел войну. Там все не так, как на учениях. Она непредсказуема и постоянно все идет не по плану. Ведь так?

Капитан задумался:

– Вы правы. Ситуация так быстро может поменяться, что никакой Устав такое не предусмотрит. В пустыне наши машины забуксовали, так мы использовали местные автомобили на огромных колесах. Эти проходили по пескам везде.

– Почему не авиация?

– Погода была нелетная. А наши засекли радиопереговоры и установили точно место нахождения группы противника. Они нам на коммуникациях гадили. Свалились к арабам как снег на голову. Те ручки вверх и подняли. Без потерь точку заняли.

– Это правильно. И говорит, о чем?

– Здоровая инициатива на войне уместна.

– И должна присутствовать всегда при выполнении боевого задания. Иначе потери и задержки. В ППД ведь другие порядки?

– Да. Рутина и уставной порядок.

– Сечешь поляну.

Полковник придвинул к себе тарелку с блинами.

– Ты на пирожки налегай, тебе еще мучное можно.

– Спасибо.

– Не убедил?

– Извините, я понимаю, что есть государственные интересы. Но ситуация больно разительная. Приходит парень из мирной спокойной жизни, буквально со школьной скамьи, а его – в чуждую нам цивилизацию лицом в грязь. И убивать людей – это все-таки не дрова рубить.

– Ну ты тоже особо не нагнетай! В боевых действиях участвуют сверхсрочники и корпусники. Там люди постарше. И все добровольцы.

– Но советские же люди!

– Ну ты чего хотел? Чтобы мир был во всем мире. Так, прекрасно знаешь, что не дадут. Ты же во второй командировке работал. Видел, как там живут и что за нравы.

Капитан допил чай и согласно кивнул:

– Никакой агитации не нужно. Мы же подготовку на южных границах проходили. Разница огромная. У нас школы, больницы, дороги. Люди хорошо одетые и улыбаются. А там, как в Средневековье окунаешься.

– И вот против такого мы, люди военные и стоим. У нашей страны много друзей, но хватает и недругов.

– Только ведь они не в…

Полковник остановил его жестом:

– Об этом тебе политруки расскажут. Ты пойми правильно: война против нас не прекращалась ни на год. Только идет она за границами Союза. И если этот факт игнорировать, то война придет в наш дом. Так что пацаны на самом деле умирают за мир над головами советских людей. И это правильная смерть для мужика. Твоя задача сделать так, чтобы пацаны вернулись домой. Наша общая задача. Вот поэтому, – полковник кивнул в сторону АК-105, висящего на вешалке, – изобретается новое и лучшее в мире оружие. Снаряжение у нас на зависть всем. В космосе боевые комплексы летают.

Полковник споткнулся, заметив удивление на лице молодого офицера.

– Не доводили еще? Тогда забудь.

– Да я все понимаю, тащ полковник. Толстовцем себя не считаю. Ударили по щеке, ударь в ответ со всей дури! Просто…

– Накатывает?

– Ага, иногда до одури.

– Так что поделать. Этот мир устроен несправедливо. Если честно, и нам до нее далеко. Но это не повод опускать руки. Ты же помнишь, что Ильич говорил. Наша судьба – тянуть мир вверх. И я с ним согласен. Тогда мы в истории останемся теми, что зажег факел и вывел человечество к свету. И потому не стоит плакать по пути в будущее. Мы знаем, на что идем и ради чего.

Лицо Николая заметно разгладилось. Видимо, слова офицера Центра легли на подготовленную почву.

– Я слышал его речь, еще в училище был.

– И потому лучше понимаешь, что мы делаем. И не забывай о пользе, что мы приносим армии. Ты не помнишь, но еще, когда американцы во Вьетнаме воевали, наши ПВОшники, и летчики там напрямую с их ЭйрФорс схватились. Как потом с учетом боевого опыта была сильно пересмотрена наша доктрина и поменялся Боевой Устав. Позже это переосмысление здорово помогло нам во время миротворческих операциях, да и в Маньчжурии.

– Противник тоже не спит!

Полковник пожал плечами:

– Постоянное соревнование щита и меча. Но ты пойми другое. Такие командировки развивают самостоятельность, инициативу и умение видеть поле боя в движении. Ведь так?

– Согласен, – капитан внезапно понял, что инструктор продолжил разговор не просто так.

– Знаешь в чем причина провального сорок первого?

– Нет было опыта настоящих боевых действий?

– И это тоже. Но большую роль сыграла привычка слепо подчиняться приказам. А что делать, если их нет? И опыта реальных боев нет. Пока ждали указаний вышестоящих командиров, их тепленьких немцы обходили и били с тыла. Никто не желал брать на себя инициативу. То есть еще несколько месяцев существовала армия мирного времени. Да вся в итоге и сгинула. Пока не набрали новых молодых офицеров, что выжили и получили следующие командные должности. Вот они войну и выиграли. Зачастую не имея специального военного образования. Война их учила на практике.

Николай нахмурил брови:

– То есть образование не поможет?

– Да не скажи. Молодежь туда со школы брали, подкованную, особенно в артиллеристы. Это пехота была в основном с деревень. Им и оружие попроще выдавали, чтобы не ломалась. Ну сам знаешь, это азы. Мосинка и СВТ.

– Помню, рассказывали, что моряки с автоматической винтовкой вполне справлялись.

– Потому что во флот брали людей образованней или заводских. Да и обстановка на корабле, где подразделения маленькие, учила проявлять здоровую инициативу и думать самому. Но и между тем дисциплина у них была жесткая. Потому что если умирать, то всем разом. Сечешь?

– Как у нас в мобильных? Мы готовы работать за линией фронта автономно.

– Правильно! Потому вас учат большему, чем обычную пехоту, и бросают в самое пекло.

– И такая подготовка стимулирует самостоятельность.

– Ты прав. Вот поэтому моряки во время Великой Отечественной действовали эффективно и крайне инициативно. Придумывали неожиданные тактические ходы, совершали безумные операции. Вспомним оборону Одессы. Беспримерный десант на Григорьевку, что обеспечил в дальнейшем свободный проход транспортов в порт города. Успех во многом получился за счет взаимодействия с кораблями и береговой артиллерии, а также боевой смекалки. Например, морские пехотинцы стремительной атакой захватили румынскую батарею и вскоре открыли из ее орудий огонь по врагу. Успешное наступление десанта и сухопутных частей сыграло важную роль в обороне Одессы. Противник лишился возможности обстреливать город и порт.

Десант в районе Григорьевки, кстати, стал первым крупным тактическим десантом Черноморского флота в годы Великой Отечественной войны. Корни его успеха обеспечены тщательной разведкой и внезапностью операции, хорошей подготовкой личного состава десанта, достижением господства в воздухе в районе высадки, своевременной поддержкой огнем корабельной артиллерии и одновременной выброской парашютного десанта в тыл противника.

– Классическая комбинированная операция!

– Затем морская пехота покрыла себя неувядаемой славой в Севастополе. Моряки не раз придумывали разные хитрости. Например, 1-я Морская пограничная школа отремонтировала восемь 45-мм морских учебных пушек и выставили их в районе Балаклава-Кадыковка. При налетах фашистской авиации на Балаклаву зенитная батарея вела мощный огонь трассирующими снарядами. Вокруг вражеских самолетов создавалось светящееся море огня и нервы фашистских летчиков не выдерживали такого «нестандартного» огня, и самолеты сворачивали в сторону моря.

– Находчивые ребята. Мы также, как БТРы в песках завязли, подумали – на чем местные катают? Приспособили сверху пулемёт, так и ворвались в их деревню. Или что у них там.

Полковник глянул на часы:

– Тогда завтра в десять жду тебя на занятиях с лекцией – «Тактика десантного взвода в условиях боевых действий в пустыне». Я вижу, что у тебя их платок остался на память. И заплечный бак с водой видел. Все подробности выложи.

Космоград. Квартира в новостройках. Долгожданная встреча

– Широко, Николай, построился!

Тот стал заметно взрослее, несколько грузнее, на голове уже меньше волос, но он еще не вышел из лучшего мужского возраста между тридцатью и сорока. Высокий и крепкий блондин, в коротких рукавах просматривались налитые мускулы, с восхищением изучал просторные комнаты кооперативной квартиры брата. Умеют в новых городах строить! Да и кварталы устроены удобно. Большой универсальный магазин буквально за углом, по пути от автобуса корпус комбината бытового обслуживания. Во дворах детский садик, школа с бассейном также неподалеку. По широким проспектам ходит электротранспорт. Все так удобно устроено!

– Так уже лет пять, как тут живу, – довольно лыбился старший брат. – Взяли ссуду на кооператив, недавно все выплатили. Зато сами с усами! Каждому по комнате. Тебя столько лет звали в гости?

– Да все выбраться времени не было! Сами понимаешь, дети. Их ведь с севера обязательно нужно на море возить. Сейчас большие, самостоятельные – в лагере отдыхают.

– Вы сами нынче куда?

– В Грецию летим. Я, сам понимаешь, в тех краях бывал не раз. Но Люда же хочет мир повидать. Надоело ей в четырех стенах сидеть, да на Двину смотреть.

Николай покачал головой. Ему по причине секретности заграница не светила.

– В профкоме путевку дали?

– Дождешься! За валюту купил в турагентстве. Паспорт у меня есть, Людмиле быстро выписали, как преподавателю активисту. Только что там жарко сейчас. Но из-за детей…

– Понимаю. Обстоятельства. Хотя если Люда в первый раз заграницей, то из магазинов вылезать не будет.

– Да что я там в Греции не видел, такого, что у нас нет? Мне хорошо нынче платят, из-за границы привожу, чего в магазине нет, в Союзимпорте за валюту или чеки выписываю.

– Э нет, брат, в Греции все есть!

Братья глянули друг на друга и заржали. В этот момент с кухни раздались женские голоса

– Мужчины, все готово! За стол!

Младший привез импортный коньяк, видимо, специально берег для встречи. Николай поставил стопку на стол и выдохнул:

– Хорошо! Богато живешь!

Павел осклабился:

– Не жалуемся!

Зинаида, видимо, успела переговорить с Людмилой, пока накрывали стол:

– Рыбы у них в городе полным-полно. И своя, и завозная.

– Зато с колбасой не очень.

– Да ладно тебе, Людка, в кооперативном всегда есть. И часто мы ее едим? Полукопченую и то по праздникам. Зато птица в магазинах свободно, телятина, оленина.

Жена младшего махнула рукой:

– Лучше стало, по очередям не бегаем. Разве что в садик попасть было сложно. Город строится широко. Все возвести не успевают. Мы, как переехали в новую квартиру за мостом, года два помыкали горя. Ездить далеко. Потом новую школу рядышком построили, аккурат, как старшему идти. Стало легче.

– И новый спортивный комплекс построили с бассейном.

– Я сама туда хожу.

Зинаида ахнула:

– То-то гляжу, ты в хорошей форме.

– Летом на велосипеде на работу езжу. У нас это модно. Дорожки вдоль набережной провели. Это Паше зимой нравится на лыжах, да на зимнюю рыбалку. Я мерзнуть не люблю.

– Какие вы молодцы! А мой, – жен старшего брата обратили внимание на его начинающее выпирать пузико. Николай рассмеялся:

– Все, завтра выйду на лыжи!

– Не забрасывай физкультуру. Мы во время рейса: кто на велотренажере, кто гирями занимается. У нас даже карате имеется. Саня, бывший морпех учит.

– Ничего себе! У вас настоящая боевая единица флота.

Братья были в хорошем настроении и много смеялись, затем чокнулись за здоровье.

– Зина, ты когда к нам? Я тебе путевку на Соловки сделаю.

Жена старшего перевела взгляд на Николая.

– Коля, бери отпуск летом.

Тот задумался и кивнул:

– В следующем годе получится. В этом в октябре в Батуми съездим. Там еще будет тепло. Говорят, все побережье там переделали для туристов. Не хуже, чем в Крыму стало.

Павел налил еще по одной:

– Давайте тогда за наши семьи и за детей, чтобы у них жизнь была еще лучше.

– Обязательно будет лучше!

Глава 21

15 февраля 1984 года. Переход

Ну вот и Андропова пережил. Неужели я в новом теле уже почти двадцать лет? Даже при моей феноменальной памяти, что лишь улучшалась со временем, некоторые вещи вспоминаются уже как сквозь некий морок. Личность реципиента все реже приходит или помогает. А смысл? Леонида Ильича я пережил. Не сказать, что в полном здравии, у врачей целые простыни отчетов насчет моего здоровья. Диагнозы неутешительны. Но мне, честно говоря, все равно. Пожил богато! Особенно вторую жизнь. Но и первую не забываю. Там все-таки было детство, юность, прошли молодые годы. Все двигалось без подсказок и наяву. А здесь иногда кажется, что вокруг меня движется бесконечный сон. Чем чёрт не шутит, а вдруг?

На самом деле я лежу где-то и умираю, а гаснущий мозг растянул секунды на десятилетия. Радуя вмешательством в здешний мир. Но в любом случае деваться мне некуда. С корабля в открытом море. Так и живу. Стараюсь посильно выполнять свои обязанности. Послезнание помогает все меньше, жизнь тут больно круто поменялась. В научных достижениях иногда ни черта не понимаю. Похоже, что и наука вообще сдвинулась куда-то в сторону. Не будет здесь технологического затыка и дрочества нулевых и десятых с айфонами и облачными хранилищами. Много внимания уделяется биологии и генетике. И я тут ни при чём. Открыл в свое время шлюзы, а там, как понеслось! Ученые увидели перспективы, появились энтузиасты-новаторы, помчались в новую отрасль карьеристы, потекли финансы. Работами живо заинтересовались военные и космическая отрасль. Зачем нам подгонять под космонавтов технику, если можно создать космонавтов, которым не страшна радиация и невесомость!

У фантаста Сергея Павлова был в моем времени цикл «Лунная радуга». В ней описывались так называемые «экзоты», люди, изменявшиеся в ходе космических перелетов. Внеземье одновременно отбирало человеческое, но и дарило некие способности. Возможно, что стоит начать менять людей раньше нашего выхода в Далекий космос? Дилемма, с которой все равно рано или поздно столкнуться наши потомки. Пока дискуссия об этом ведется только в фантастических журналах. Кстати, это хорошо, что я дал толчок развитию советской фантастики. Туда пришло очень много новых и незаурядных умов. Некоторые поставленные ими вопросы заводят меня в тупик. Мы в будущем застряли на уровне рынка потребления и потеряли очень и очень много для развития всего человечества. Все-таки обрушение СССР стало огромным шагом назад для человечества.

Здесь же в ходу поистине вселенские вопросы: Зачем и почему? То, что задавал Тарковский в своем «Солярисе». Если мы не разобрались до конца в самих себя, то что мы понесем в космос? Наверное, в моем будущем это и есть основная причина, почему мы застряли на околоземной орбите. Что нам может дать потребительское общество в плане духовном? Оно мертво, его интересует рынок акций, способ быстрее заработать и потратить. Отсюда циничность в отношениях между людьми и странами. Использование их, как профит. Не зря олигархические группировки, никого не стесняясь, выдвинули лозунг: «Люди – новая нефть!» Только вот людской ресурс, накопленный в другой цивилизации, конечен.

Вот потому меня и беспокоит нечто, идущее из будущего. Некие флюиды ужаса. Что там осталось без меня? Чем кончилась бесконечная бойня, возникающая то там, то сям? Бесконечный ужас или ужасный конец? Кто его знает, может, дрогнули пальцы около кнопок. Сработал девиз: «Зачем на этот мир без России?» ТАМ, не поверили. Россия в последние сорок лет лишь отступала и сдавалась. И в итоге мы потеряли мир. От такой мысли становится еще холодней, и я поворачиваю к дому. Личники послушно идут неподалеку. К сожалению, бег на лыжах и работа с шестом уже позади. Лишь неспешные прогулки и плавание бодрят меня.

Оглядываюсь по сторонам. Вместо дома и маленьких построек, что стояли здесь двадцать лет назад, вырос целый правительственный корпус. Дом чуть дальше среди деревьев, за ним небольшой лесок. Ближе к воротам рабочее здание АП, дальше спортивный комплекс, ну и череда хозяйственных построек. Можно сказать – зажрался барин. Но учитывая, какие дворцы отгрохали олигархи и околокремлевские деятели, все по-божески. И для страны я сделал намного больше, чем та шваль, взятая вся вместе. И что еще больше меня радует, все построено не за государственные деньги. Мои книги печатают по всему миру, гонорар в валюте идет на отдельный счет. Из него я помогаю отдельным людям, организациям.

Еще в начале семидесятых на эти деньги был начат проект «Семейный детский дом». Не должны дети расти вне семьи, пусть и не совсем родной. В обществе живо вспыхнули горячие дискуссии, и почин Генерального поддержали. Советский социум еще не скурвился и нашлось очень много людей, что предложили свои услуги, свои семьи для эксперимента. По прошлому будущему опыту было понятно, что лучше такие семейные детдома устраивать в сельской местности или хотя бы в пригородах. Выросли первые коттеджи, была подарена обстановка, а также выделены средства на приусадебные участки. Потому что деньгами мы хоть и не обижали, но свои овощи и фрукты всяко лучше покупных. Да и детвора к труду с детства приучалась. Что было важно.

И по мере роста таких детдомов мы расширяли список услуг для них. С семьями работали психологи, тренеры, репетиторы. Дети не должны ощущать себя ущербными, а родители – заниматься выживанием. Понятно, что находились узкие места, не все можно было рассчитать сразу. Вот тут мой фонд и работающие в нем люди приходили на помощь. И надо сказать, что Галина мне очень помогла. У нее уже был опыт работы в социальной сфере, и вскоре она с подругами из Всесоюзного Женсовета дружно отодвинули меня от руля. Мол, папа, не мешай женщинам наводить в огромном доме порядок. И у них получалось! Идея получила продолжение и пошла вширь. Скажу больше. Часть выросших в таких детдомах детишек сами завели подобные или работали инструкторами. Так, к началу восьмидесятых нам удалось покончить с таким позорным явлением, как детские дома при живых родителях.

Вообще, одной из основных идей по обновлению партии я считал поддержку любой здоровой общественной инициативы. Мы убили в прошлом будущем связку народа и партии дешевой демагогией. Люди должны ежедневно видеть работу партийных органов и рядовых коммунистов. Не тянешь – отдай членскую книжку, уйди с должности! Оздоровление партии шло самым здоровым путем. Да и в обстановке растущего 'гражданского общества, в рамках которого я развивал влияние Советов всех уровней, многое вставало на свои места вполне естественным образом. Ты главное – не мешай процессу! Почему-то у нас власти при любом строе сразу начинают проводить в жизнь всевозможные ограничения. Нельзя! Запрещено! Запретить собираться по трое! Закрыть мессенджеры! Идиоты, не умеющие работать с обществом, не должны находиться у власти.

И снова начинаем строить вместо дворцов крепости. Но извините, кто вам их охранять будет?

– Как закрыли⁈ Кто распорядился? Да твою же…

Я был зол, чертовски зол. Так что после обеда не будет отдыха.

– Что случилось, Леня?

Смотрю на Викторию Павловну так, что она аж отшатывается.

– Рабочий момент.

– Ну да. Я тебя таким злым давно не выдала.

– Это потому что кто-то решает слишком много. Машину в Кремль срочно!

Охрана видит, что я не в духе, поэтому никто не смеет перечить. Это обычно я «милый дедушка», в такие моменты могут быть жутким и жестоким. И правда, чего кого-то жалеть? СССР и так избежал многих проблем. Так что переживут и барский гнев.

Когда послезнание было в силе и работало, как часы, очень многих неприятностей удалось избежать. Не произошли страшные аварии, не случились катастрофы, а природные катаклизмы прошли для страны более ровно. Как землетрясение в Ташкенте или недавняя арктическая зима с 1978 на 1979 года. Сильные морозы в европейской части РСФСР ударили ещё в середине декабря, но самые лютые были в последних числах месяца. Именно тогда сформировался очень мощный арктический антициклон и быстро распространился на юго-запад. Ослабление морозов началось после Нового года, но в некоторых районах ещё до него. Во многих местах европейской части РСФСР и некоторых районах Урала декабрь оказался на 6—14 °C холоднее нормы. В этот раз службы были готовы. Аналог МЧС – Корпус Гражданской Обороны задействован. КГО уже не раз помогал стране в сложных ситуациях. Странно, что раньше никто не догадался собрать силы в кулак.

Но ближе к середине семидесятых мой дар почти перестал работать. Слишком много накопилось изменений. Например, ввод войск в Афганистан не мог произойти в любом случае. Со мной или без меня. Зато случилась Маньчжурская операция, Африканский корпус воевал без перерыва. Стране за величие и будущее приходилось расплачиваться. Но был и положительный момент. Пристальное внимание к несостоявшимся техногенным авариям помогло выработать действенные методы борьбы с ними, убрать до минимума из жизни расхлябанность, довести до ума многие серийные образцы и сделать на будущее выводы. Кривая аварийности за пятнадцать лет пошла резко вниз. Так что все равно не зря работал. Список же природных катастроф и стихийных бедствий на будущее лежит в секретной папке в Информбюро.

– Петр Миронович, ты почему своевольничаешь? Это была тщательно разработанная операция!

Машеров нервничает. Редко мы в таком тоне разговариваем. Но есть у него одна черта характера – иногда, где не надо, он излишне добренький. А не может такое себе позволить глава государства. Потому что как Главнокомандующий обязан зрить в будущее. Дашь слабину сейчас, спасешь десятки, и вскоре погибнут тысячи.

– Как так можно убивать целыми семьями?

– Да запросто! Вы же в курсе, что это за семейка и сколько гадостей они сделали нам.

– Все равно. Пока я на посту Генерального, то считаю подобные операции неприемлемыми!

Вот дьявол дери, сам же настоял на таком решении. Информбюро жестко завязано на Генеральном секретаре, Председатель лишь может воспользоваться правом вето. И Машеров ставит меня перед тяжким выбором: или нарушить собой же написанные законы, или искать обходные маневры. Нет, мужик он хороший, но сейчас жалеет совсем не тех.

Семейство Валленбергов – одна из влиятельнейших семей в Швеции. Если вы думаете, что этой страной правят или правили социалисты, то глубоко ошибаетесь. Политикам лишь разрешалось играть в государственные игры. Под присмотром. Или они оказывались на обочине истории. Как можно руководить государством, если у тебя нет денег? А деньги в Швеции лишь у нескольких семей. История богатства семьи Валленбергов начинается в 19 веке с епископа Маркуса Валленберга. В Швеции запланировали построить Гётэ-канал, который бы соединил Балтийское море с Северным, насквозь через всю территорию Швеции. Маркус Валленберг скупил земельные участки вдоль строящегося канала, а затем выгодно их перепродал. В 1833 году Маркус Валленберг умирает, его состояние достается его жене Анне. В 1839 году Анна обратилась к сыну Андре Оскару с просьбой распоряжаться её капиталом. За небольшое вознаграждение Андре Оскар согласился управлять ее капиталом, а затем и капиталами ее подруг и знакомых.

То есть начинали, как и все капиталисты с махинаций и банкинга. Основными семейными активами управляет несколько представителей семьи. Тех, кто не разбирается в инвестициях, не допускают до управления. Клан Валленбергов действует как единая консолидированная преемственная система. Дети воспитываются в семейных традициях, обучаются в лучших университетах, проходят стажировки в крупных банках и предприятиях Одним из условий успеха – протестантская сектантская этика, отвергающая дух Христа, как не стяжателя. Ну и, разумеется, уход от налогов и коллективная собственность.

Основное состояние семьи Валленбергов сосредоточено не в индивидуальном владении, а в благотворительных фондах, которые сочетают в себе благотворительную деятельность и владение ключевыми пакетами ценных бумаг. Такая структура собственности формирует коллективную ответственность семьи Валленбергов, а фонды, будучи благотворительными, не облагаются налогами.

В 1970-х компании под их контролем обеспечивали до 40 % рабочих мест в Швеции и составляли около 40 % капитализации Стокгольмской фондовой биржи. Удачной покупкой семья Валленбергов считает приобретение в начале 60-х годов ХХ века у шведского предпринимателя Акселя Веннер-Грина контрольного пакета акций корпорации «Электролюкс», выпускавшей холодильное оборудование. Одной из самых значительных для семейного бизнеса финансовых операций, безусловно, можно считать слияние в начале 70-х годов ХХ века «Эншильд банка» с другим крупным шведским банком – «Скандинависка банкен» и образование на основе этого слияния нового банка – «Скандинависка эншильд банкен» («С-Е-Банкен»).