Текст книги "Хранитель моей жизни (СИ)"

Автор книги: Агата Аргер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

Агата Аргер
Хранитель моей жизни

1

«… что в имени тебе моем»

Когда-то ароматная, а сейчас превратившаяся в отвратительную горькую отраву жидкость скользнула в горло, и я поморщилась. Остывший кофе больше не давал энергии, но, возможно, заблудившаяся доза кофеина все же попадет в мой организм, и тогда я восстану из тумана забвения.

Голова гудела, мысли нестройным хороводом будоражили мозг и сдавливали виски. А все из-за Давида Вольского, самого знаменитого редактора издательства «BB. Паблишер». Он – Царь и Бог книжного мира всего восточного полушария Земли, а по совместительству мой работодатель.

Локоть соскользнул со стола, и аккуратно уложенная на ладони щека рухнула в пропасть. Для полного счастья мне не хватало только свалиться под стол и встретить Вольского распластанной по темно-синему ковролину.

Представила, как щека оцарапалась об это древнее чудо и поморщилась. Между кучей дел, в мгновения перерыва мой взгляд всегда невольно останавливался на уро… кхм, некрасивом покрытии. Неужели у издательства нет денег заменить это убожество? Ах, да. Осознание ударило молотом по усталому мозгу, и я мысленно хлопнула себя по лбу. Его Величество Давид Вольский ненавидел стук каблуков по полу, а следовательно, ни за что в жизни он не разрешит убрать ковролин.

Глубокий вздох вырвался из груди, голова устало опустилась. Я зажала пальцами глаза и приказала себе проснуться. Впереди сложный день, и только одному человеку на всем белом свете известно, как он пройдет.

Взгляд зацепился за стопку распечатанных проектов обложек новых книг. Еще одна странность Давида: он терпеть не мог изучать эскизы и наброски верстки на компьютере. Обожал широкоформатное представление, чтобы можно было «подойти» к книге с разных сторон.

И именно поэтому я не спала всю ночь. И не одна, кстати, в компании двух очаровательных особей мужского пола, которые работали в издательстве графическими дизайнерами. В половине одиннадцатого ночи, когда нормальные люди пьют теплое молоко и ложатся спать, я услышала в трубке голос Вольского, который в безапелляционном тоне (а по-другому он не умеет в принципе) сообщил, что просмотр дизайнов будет утром. Завтрашним утром, а не через две недели, как было условлено ранее.

Ребята-дизайнеры были не особенно рады, но работу сделали. Сейчас отсыпаются, скорее всего, а я всю оставшуюся часть ночи искала круглосуточную типографию, которых, к слову, не существует.

Телефон зазвонил настолько неожиданно, что от испуга я буквально подскочила на стуле.

– Приемная Давида Вольского, слушаю.

– Мась, – жаркий шепот Лизы ворвался в затянутые забвением барабанные перепонки. Я передернула плечами. – Твой идет.

Больше Лизке, которая была моей подругой и работала на ресепшене, и говорить ничего не нужно было. И кофе, кстати, стал лишним. Организм мгновенно проснулся и активизировался, словно я влила во внутрь несколько литров энергетика.

Быстрыми движениями я собрала макеты, поправила узкую юбку и поднялась. Как раз вовремя. Дверь лифта открылась и Вольский вышел на этаж. Пиджак переброшен через локоть, у уха телефон. Шаг быстрый и резкий. Настроение, ммм…

Я снова вздохнула: день будет трудным.

Промчавшись мимо, Давид моргнул глазами в ответ на мое приветствие, шагнул в свой кабинет и прикрыл стеклянную дверь. Спустя минут семь махнул рукой. Вот для чего он установил в кабинете стеклянные двери. Мобильных телефонов или АТС ведь не существует…

Подавив волну усталости и очередной вздох, я поднялась, прихватила блокнот и ручку и зашла к Вольскому. На вальяжно распластанное тело в кресле постаралась не обращать внимание. Вся превратилась в слух.

– Совещание в десять. Эскизы должны быть на столе в переговорной вместе с дизайнерами. Передай маркетологам, чтобы добыли мне эфирное время в прайм-тайме для релиза нового проекта, – почти не глядя в блокнот, я фиксировала все, что слышала. – У Ричи что-то упало настроение, запиши его к ветеринару и найди собачьего психолога. В девять я иду в оперу, костюм нужно забрать из химчистки и привезти прямо сюда.

Давид остановился и махнул рукой, чтобы я исчезла.

– И еще, дива моя белокурая. Купи в кофейне на углу ванильный раф. Только попроси, чтобы сливок было побольше.

Я проглотила никому не нужное замечание о том, что у меня есть имя, кивнула и вернулась к столу. Написала сообщение-напоминание о собрании, спускаясь в лифте на первый этаж, позвонила маркетолагам, а когда стояла в длинной утренней очереди в кофейне, открыла всемирную паутину в поисках психолога. Заодно проверила обновление книги на одной из площадок самиздата, которую читала перед сном. Страница браузера обновилась, но сайт оповестил о том, что новых глав не добавлено.

Очередь не двигалась, становилось мучительно жарко. Сухой летний воздух проникал в легкие и грудь третьего размера, скромно затянутая в плотную футболку, поднималась все чаще.

И какой настоящий мужчина пьет ванильный раф?

Ответить на вопрос не удалось, телефон ожил. Сначала строку уведомлений пополнило одно сообщение от Вольского, затем другое, следом за ним третье. Оказывается, я безбожно опаздывала на совещание, которое начнется только через пятнадцать минут.

Времени прокрастинировать не было, схватила кофе, затолкала телефон в сумочку и рванула обратно. Чтобы остановить сорванное дыхание, на выходе из лифта сделала глубокий вдох. Выдох застрял у стеклянной двери.

– Это что? – Вольский посмотрел поверх бумаг на стакан и нахмурился. – Я просил маккиато. Не можешь запомнить, записывай. Свободна.

А прошло всего тридцать пять минут рабочего дня…

Дальше все было как в плохом низкобюджетном фильме. Подготовленные макеты не понравились. Давид отправил в прачечную не тот костюм, который хотел одеть в оперу, и мне пришлось мчаться к нему домой за нужным. Опера, кстати, тоже оказалась отвратной, в чем внезапно была виновата я. Ах, да, Ричи совсем поник, и моя безрукость в вопросе поиска собачьего психолога, стала финальной точкой рабочего дня.

В одиннадцать тридцать, когда я уходила из издательства, на улице было совсем темно. Усталость от бессонной ночи и тяжесть прошедшего дня стотонной плитой навалились на плечи. Я забросила на плечо сумку с ноутбуком и подняла голову к темному небу. На нем лишь одинокая луна, которая с каждым днем становилась все полнее и уверенно приближалась к полнолунию.

Глупо, конечно, но больше поговорить было не с кем. Я склонила голову и, глядя на луну, отправила в бездонную пропасть неба вопрос: «Когда станет легче? Силы уже на исходе».

Не получив ответа, зажмурилась, представила мягкость кровати, тихо мурлыкнула, а открыв глаза, решила заказать такси. Квартира находилась на другом конце города и сил на общественный транспорт попросту не было.

*

– Девушка, вам плохо?

Тихий взволнованный голос водителя вывел из тумана. Я отрыла глаза и поняла, что по щекам беззвучно текли слезы. Это все усталость, которая с такими темпами точно приведет к нервному срыву или выгоранию. А сдаваться мне нельзя, у меня цель есть.

– Нет, все хорошо, спасибо. Был очень сложный долгий день.

– Вы плакали, – мужской голос был приятным и мягко укутывал в одеяло заботы.

Когда обо мне последний раз волновались? Я смахнула горькие мысли и слезы со щек. Поерзала на заднем сидении такси и улыбнулась.

– Это психологическая разгрузка после рабочего дня.

Водитель хмыкнул.

– Знаете, что лучше всего помогает разгрузиться? Хороший сек… кхм, простите, не знаю можно ли вам говорить такое.

– Мне двадцать три.

– Тогда можно, – мужчина тихо рассмеялся, следом за ним улыбнулась и я. – Так вот, хороший секс или немного алкоголя.

– Мне кажется, или вы меня клеить собрались?

– И снова, простите, но нет. Я женат и жену люблю больше жизни.

– Ну вот, а я-то надеялась… без обязательств, случайный знакомый и все такое… – странно, но страха перед незнакомым мужчиной совсем не было. Наоборот, хотелось шутить.

– А вот такого не советую. Это в фильмах выглядит красиво и легко. А в жизни полно всяких придурков.

– Спасибо за совет, но получается вы сами отмели сразу два пункта. Мужчины у меня нет, и я не пью.

– Тогда безалкогольное что-нибудь можно. Мозг обманем, голова станет легче, но и капли алкоголя в организм не попадет, – в этом что-то было. – А хотите, я остановлюсь сейчас вон у того магазина?

– А вы знаете… хочу.

Машина припарковалась у края дороги, я забежала в круглосуточный магазин и вышла с заговорческой улыбкой на лице. Почему нет?

Раскупорила и абсолютно некультурно сделала большой глоток. Чушь все это и не бывает так сразу, но мне стало легче. А вот голова за оставшиеся двадцать минут как будто немного тяжелее. И спать захотелось.

Как зашла в подъезд и поднялась в лифте на двенадцатый этаж, не помню.

Но сознание мгновенно проснулось, стоило только увидеть в темной квартире незнакомого мужчину. Он стоял в свете луны у большого окна, спрятав руки в карманы. Высокий, широкоплечий, с чуть охрипшим глубоким голосом.

– Я не вор, не маньяк и не сталкер. Не пугайся, пожалуйста, и просто выслушай.

Сумка вместе с ноутбуком рухнула на пол, плечом я прислонилась к стене и потерла глаза. Вздохнула.

– А вот и белочка пришла.

2

«…капельки лунного света застряли среди ресниц. Они необъяснимо светились. Я проглотила колючий ком и тряхнула головой. Так не бывает…»

– Я не белочка, – мужчина хмыкнул.

– Ой, да плевать, – я развернулась и уперлась спиной в стену, закрыла глаза. Ноги совсем перестали держать. – Варианта два: либо я напилась безалкогольным вином, либо от усталости у меня поехала крыша. И ты, пусть и очень красивая, но галлюцинация.

– Довольно необычный комплимент мужчине.

– Просто я, как любой творческий человек, люблю эстетику. Поэтому у меня и галлюцинации вполне эстетичны, – я вскинула руку и покрутила ею в воздухе.

Он промолчал. В тишине комнаты не было слышно чужого дыхания. На долю мгновения показалось, что в комнате никого и не было. Я откинула голову на стену, зажала пальцами глаза и с трудом разлепила веки.

– Завтра прямо с утра напишу этому лживому производителю, что под этикеткой «Без алкоголя» не должно быть алкоголя.

– Они не лгали, – послышалось из глубины комнаты.

А нет, галлюцинация все еще здесь.

– Тогда найду психиатра или психолога, – внезапно перед глазами появился Ричи, и я усмехнулась. – Хотя, какой из меня сыщик, если я даже собаке его не могу найти.

– Зачем собаке психолог? – а вот теперь среди хрипотцы появилось удивление. Да-да, я тоже задавалась этим вопросом.

– Чтоб жить веселее стало. Ладно, – оттолкнувшись от стены, я хлопнула в ладоши. – С тобой, конечно, жуть как интересно, но со своим воображением я и в мыслях могу пообщаться. А мне спать пора.

– Я не галлюцинация и ты не пьяна, – снова повторил он своим ужас каким глубоким голосом.

По открытым рукам побежали мурашки. Я взглянула сперва на них, затем на незнакомца. Как там в книгах пишут? Он был очень горячим (не в прямом смысле этого слова, но кстати, возможно, и в прямом. Я же его еще не трогала. Боже, что значит: «Еще»?).

Тихий смешок не сбил меня с цели, и я дальше продолжила блуждать глазами по мужчине.

Высокий, на полторы головы выше меня, с темными, словно воронье крыло, волосами. Широкие плечи и брови, жилистая шея и острые скулы. Луна волшебным образом делала его силуэт еще притягательнее. Мои глаза метались от лица к телу и возвращались обратно. А незнакомец неподвижно стоял в свете луны, словно позволял мне себя разглядывать.

Он был в костюме и рубашке. Ткань плотно обтягивала его грудь и бедра. Из-за наглухо застегнутого воротника просвечивалась тонкая полоска слегка смуглой кожи. Он красивый (не смазливый, на которого могли бы вешаться малолетки, а именно по-мужски красивый). И если бы я была в книге, растеклась бы лужицей у его сильных ног. Без вариантов.

– Ты слишком громко думаешь.

– Говоришь так, словно можешь читать мысли.

– Могу, когда захочу, – он повел плечами, будто сказал что-то вполне естественное.

– Ну конечно. И о чем же я думала? – вздернутая бровь и сложенные на груди руки его не смутили. Наоборот, уголки четко очерченных губ дрогнули в улыбке.

– Ты не захочешь, чтобы я произнес это вслух.

– Порази меня, – я склонила голову, бросив вызов и через мгновение, когда мужской голос заполнил комнату, почувствовала, как огнем обожгло уши, шею и щеки.

– Я не горячий. В том самом смысле, о котором ты подумала, но спасибо… наверное. Рост 1.98, чтобы ты не гадала, а кожа да, немного смуглая. И, – он умел ставить жирные точки, – про лужицу… Не стоит, но опять же спасибо.

Руки мгновенно поднялись к лицу и спрятала жгущий румянец в ладонях. «Божечки», шепнула и как веером потрясла руками у щек.

– Я здесь.

– Я знаю, что ты здесь, – абсурд ситуации начал нервировать. – Ну и кто ты?

Мужчина пожал плечами и развел в стороны руки.

Ах, да. Мгновение назад это была не точка.

Точка последовала через секунду.

– Бог.

3

«… будет наоборот…»

В квартире повисла звенящая тишина.

Я ощущала скопившееся напряжение приподнятыми от шока волосками на руках. Затылку стало неуютно холодно, и я поежилась.

– Это уже даже не звоночек, а самая настоящая сирена, – выдохнула в облако лунного света. – Я рехнулась.

Мужчина молча покачал головой и сделал шаг вперед.

– Ты в здравом уме. Прекрати.

– Да-да, именно в здравом уме человек разговаривает с Богом. С тем самым? – указала пальцем на потолок, имея в виду совсем не бетонное перекрытие над нашими головами, окрашенное белой краской.

Незнакомец промолчал, чем заставил пружину нервов зайти на новый виток.

Внезапно в голове вспыхнуло неизвестно когда и неизвестно где обретенное знание. Кажется, в какой-то передаче рассказывали, что призрак можно прогнать всего лишь дотронувшись до него. Они не имеют телесную оболочку и поэтому пальцы потрогают воздух, а привидение растворится, словно его никогда и не было.

Передо мной вряд ли стоял призрак, но я почему-то решила, что и с галлюцинациями можно поступить также.

Не оставив себе времени подумать, я отлепила тело от стены и резко двинулась к мужчине. Через мгновение и два шага протянутая рука коснулась вполне себе теплой груди. Я сильнее вжала пальцы в тело и в раскрытую ладонь вибрацией стукнуло сердце.

Чтоб меня…

– Не сквернословь, – тихий шепот у самой макушки припечатал шок. Я отпрыгнула и потерла руку, словно только что достала ее из костра.

– Я молчала!

– Ты думала.

– Какого?..

– Уверен, это тоже плохое слово, – он прищурился. Незнакомец был спокоен, я же давилась шоком, смешанным с ужасом.

– Кто? Что? Ты что делаешь в моей квартире? Как ты попал сюда? Я… я полицию сейчас вызову.

– Не стоит. Им я вряд ли что-то смогу объяснить.

– А мне? – между стен задребезжали истеричные нотки. – А мне ты объяснишь?

– Это и планировал сделать, как только ты вошла в квартиру. Но что-то пошло не так.

– Да все не так. Всеэтоне так!

– Давай успокоимся, ладно?

Я кипела от злости, как повидавший жизнь чайник, и металлические стенки не выдерживали свалившихся на голову непонимания и ужаса.

А главное, теперь я посмотрела на мужчину совсем другими глазами. Он был сильным. И высоким. И явно накачанным, судя по мышцам, что были обтянуты тканью пиджака. А я абсолютна беспомощной. И даже перцовый баллончик, затерявшийся в сумке, был разряжен.

Внезапно мужские руки медленно поднялись, раскрытые ладони были обращены в мою сторону. Я отшатнулась.

– Я не причиню тебе вреда. Поверь, я здесь для другого, – теперь шутка про то, что умеет читать мысли, уже не казалась шуткой. Он снова угадал.

– У меня нечего красть. И выкуп за меня не дадут. Семьи нет и… друзей нет. У меня никого нет, – словно со стороны я услышала чей-то голос. Он сипел и, кажется, дрожал. По-моему, он был моим.

Долгую минуту мужчина молчал, затем шепнул непонятное: «Ладно», в три длинных шага пересек комнату и скрылся на кухне. Я стояла, оцепенев, прекрасно понимая, что даже бороться с ним не смогу. Если вдруг что…

Звук спускаемой в кране воды заставил вздрогнуть. А холодное стекло насильно всученного мне стакана привело в чувство.

– Выпей. Тебе нужно успокоиться. Разговор будет долгим.

И я выпила. Смотрела в бездонные темные глаза и безропотно пила.

– Я могу присесть? – спросила, когда снова взяла себя в руки и протолкнула тошнотворный ком обратно в пищевод.

– Ты можешь делать все, что угодно. Это твой дом, и я в нем всего лишь гость.

– Сомнительное заявление.

– Ты меня звала, – он настаивал на своем.

– Я? Когда?

– Главное не когда, акак. Я не прихожу ко всем по первому зову. Но тебе нужна помощь.

За время, проведенное в квартире, вопросов скопилось много. Но щекотал под солнечным сплетением один, особенный.

– Ты правда читаешь мысли?

– Могу, но не всегда люблю этим пользоваться.

– Больше не делай этого со мной, ладно? Мне не по себе, – я не могла что-то требовать от незнакомого мужчины, так внезапно ворвавшегося в мою вполне размеренную жизнь. Но интуиция подсказывала, что попросить можно. Следом она уверенно кивнула, услышав ответ.

– Хорошо. Я свое слово не нарушу, обещаю.

– Ладно и… – «что за чушь?» кричала в рупор рациональная часть мозга. «Ты не будешь жалеть», в ответ ей вторило внутреннее «Я», – ты правда Бог?

– Лгать не привык.

Я шагнула к комоду, поставила стакан и, покачивая головой, отошла к стене. От нее снова вернулась к комоду.

– Ну это же… так ведь не бывает. Не в 21 веке, когда люди летают на Луну и планируют колонизировать Марс.

Незнакомец тихо улыбнулся, осмотрелся и пробежался пальцами по корешкам книг на полке. Он двинулся по комнате, изучая, но я не нервничала. Поняла, что страх отступил. Вместо него пришло любопытство.

– Ты можешь не верить словам, но ты должна поверить глазам. А я перед тобой… Кстати, прости, но ты позвала меня слишком неожиданно, и я не успел узнать твое имя.

– А ты можешь и это?

Очередной смешок и новая лампочка интереса зажглась в моей голове.

– О том, что я могу, мы поговорим чуть позже.

– Я Нала.

– На-ла?.. – он нахмурился и медленно повторил мое имя, пробуя его на вкус. Вскинул вопросительный взгляд, безмолвно прося объяснений.

– Мама обожала мультфильм «Король и Лев», поэтому… – очень часто во взрослой жизни мне приходилось объяснять людям, почему меня зовут не привычным именем Катя или Лена, а таким странным и немного отталкивающим в нашем обществе. С ним объясняться не хотелось. Показалось, что он готов был принять любое. Я махнула рукой. – Неважно, а ты?

– Меня зовут Лука´.

– Лука´… Красивое имя, – я прокрутила слово на языке еще раз и нахмурилась. Оно показалось смутно знакомым. – И ты… В смысле, какой ты Бог? Ну, – абсурдность ситуации не давала нормально думать, мысли путались. Я шепнула: «Божечки», поняла, что сказала и, с широко распахнутыми глазами, пролепетала следом: «Прости». – Ну, ты же не самый главный Бог? Да? – мне очень хотелось, чтобы он ответил: «Да». Когда кивнул, стало будто бы легче. – Так, за что ты отвечаешь?

– За многое, Нала. За порядок, за течение жизни и смерти. Я слежу, чтобы нити судьбы прялись правильно, и все имело свое значение.

– Нити судьбы прядут Мойры. Я читала: Клото, Лахеса и Антропа.

– Мойры, Парки… В разных культурах их называют по-разному.

– Но ты не они.

– Я контролирую их.

– Это важная… работа. А я? Почему ты сош… – я невольно вскинула взгляд на потолок, – пришел ко мне?

– Ты звала, Нала. Твоя жизнь немного запуталась и сейчас ты идешь неверным путем. Твоя судьба в другом.

– Так нужно было просто дать мне знак, – истеричная усмешка скривила губы. – Или у вас все по-другому работает?

Лука хмыкнул.

– Слегка.

Мы замолчали и ненадолго в комнате снова зажглись искры напряжения. В моей голове сновало столько мыслей, что, кажется, я слышала их звучание. Они вопили, перекрикивая друг друга и сжимали виски. Лука как будто почувствовал, что мне нужно немного времени, развернулся и подошел к окну. Поднял голову и о чем-то задумался. Не моргая, всматривался в полукруглое очертание луны. Он едва слышно снова произнес мое имя: «На-ла» и глухо добавил: «Будет наоборот».

– Постой, – осознание внезапной вспышкой обожгло мозжечок. – Нити, судьба, Лука… там было так же, но по-другому, – я схватила сумку и вытащила телефон. Дрожащими пальцами коснулась экрана и открыла страницу браузера. – Она была здесь, она точно была здесь, – перед глазами возникла яркая картинка книжной обложки. Еще несколько касаний и я уже бегала глазам по тексту. – Вот! Я читала о тебе. Хранитель… они называли тебя Хранителем. Но это… это ведь выдуманная история одного человека. Это не взаправду.

– Хранитель, – он задумался. Костяшками пальцев провел по подбородку. – Хм, можно и так. Я не против.

– Но это же абсурд, Лука. Герой книги не может появиться в реальности.

– Я не герой, Нала. И я здесь.

Сил для борьбы не осталось. Я устало опустила руки, вздохнула и прислонилась плечом к стене.

– Ладно. И что мы будем делать дальше?

– Сперва тебе нужно выспаться. А с наступлением нового дня все станет понятнее.

Я даже улыбнуться не смогла. Только приподняла уголки губ и, прикрыв на мгновение глаза, чуть качнула головой.

– Я не смогу спать зная, что в квартире находится посторонний мужчина.

Лука был серьезным. А голос, что разрезал тишину на тонкие ровные лоскуты, все также забирался под кожу.

– Я всегда был рядом, Нала. Просто теперь ты знаешь это наверняка.