Текст книги "Ведьмина Чаша"

Автор книги: Адель Лозовская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Пару раз я сползала, один раз едва не сорвалась вниз под треск все же выдержавших меня веток и обеспокоенный взгляд переживающего Киммера, но судьба лишь проверяла меня на прочность.

Балансируя на пружинящих ветках ярматы, я старательно пробиралась цели – неприметному ореху размером с мой кулак. Он сливался с ветками дерева, являясь, по сути, его сердцем, которое можно спокойно забрать, если сюда доберешься и проявишь силу воли. Мне приходилось залезать так высоко в далеком детстве, когда нестерпимо хотелось чего-нибудь красивого, чтобы аж за душу брало.

И ярмата душистая в этом плане была выигрышным вариантом: завораживающий вид открывался с ее верхушки, да и мудрость жизненную дерево давало с избытком. За все хорошее рано или поздно приходится платить. Ничего просто так не бывает.

Я с трепетом коснулась шершавого ореха и потянула его на себя, искренне надеясь, что Гарконаш прав. У дерева вырастет новое сердце, и ярмата не погибнет по прихоти одной глупой драконицы, желающей докопаться до правды всеми возможными способами.

Что же стало с неизвестным драконом и принцессой Алисией? Живы ли они?

Я искренне надеялась, что, если мне удастся снять защиту с памяти Гарконаша, это приблизит меня на шаг ближе к пониманию, откуда я взялась в Ведьминой Чаше. И что произошло с теми, кто подарил мне жизнь.

ГЛАВА 13

Года два назад мне довелось побывать на представлении бродячего цирка. Не абы какого, а именитого, не раз и не два выступавшего перед разношерстной публикой с большим успехом, поэтому билет стоил втридорога. До сих пор помню щемящее чувство восторга, когда парень и девушка под куполом цирка шапито делали всякие красивые па. Как он крепко держал ее за руку, не давая упасть, а она без страха выполняла отрепетированные трюки их совместной программы.

И сегодня мы с Киммером пополнили славные ряды этих циркачей!

– Ну и зачем вы за мной полезли? – Некомфортно вести беседу, когда твои ноги болтаются далеко от земли, а голова неудобно задрана вверх, но выбора у меня нет. Вполне возможно, что позже выяснить причину поступка Киммера я могу и не успеть. Мало ли что случится здесь и сейчас.

– Я услышал ваш крик и полез узнать, что с вами. – Принц был совершенно спокоен, словно держать меня так для него не составляло особого труда. – Как видите, не зря!

Ага, вижу! Прям оторвать взгляд не могу, как же мне повезло!

Вот откуда вы взялись на мою голову, такой внимательный и заботливый, а, Киммер?!

Другой бы на вашем месте стоял столбом или место себе понадежней искал, где бы схорониться на случай появления неведомых врагов.

А я теперь не знаю, плакать мне от внезапного счастья или смеяться от собственного невезения. Не надо было мне столь бурно радоваться сорванному сердцу ярматы, ох не надо было!

– Это вы виноваты, Киммер! Вы приносите мне неудачу!

– Вы всегда можете договориться с драконом, Кайла, чтобы он меня вернул раньше положенного срока! – усмехнулся принц и притянул меня поближе к себе, вызвав бурю чувств в моей душе. – И тогда вы точно будете в выигрыше!

Кто-то явно решил покрасоваться и поиграть мышцами, вот только зачем? Я уже оценила и нахожусь под впечатлением. Не надо провоцировать меня на дополнительные эмоции. Ни к чему хорошему это не приведет, проходили, знаем-с!

– Как и вы, Киммер!

Принц тянул меня все ближе к себе, вцепившись другой рукой в толстую ветку ярматы.

Я положила орех в карман и приготовилась вцепиться в спасительную ветку мертвой хваткой. Другой попытки перестать болтать ногами у меня явно не предвидится.

– Разве? – На лице Киммера проступила испарина, и он с рыком уменьшил расстояние между мной и веткой.

Я не стала мешкать и выполнила задуманное с блеском, схватив ветку рукой, а позже и ногу перекинула на нее для верности. Принц помог мне забраться туда, после чего прижал меня к себе, уперевшись для верности в ствол дерева. Эх, придется и вещи Киммера сжечь вместе с моими перчатками и носочками. Такими темпами мои запасы оскудеют раньше срока. Придется мне снова шить днями и ночами… или проще все купить?

Киммер смотрел все тем же странным взглядом, словно меня здесь и не существовало.

Я занервничала.

Не нравится мне сложившаяся ситуация.

Я снова иду той извилистой дорожкой, по которой приличные девушки не ходят. Оказываюсь в объятиях принца уже второй раз, что является непозволительной роскошью. Пора избавляться от опеки Марлоу, убираться прочь из Ведьминой Чаши и искать себе мужа толкового, рукастого и любимого, чтобы дом на берегу у моря построить и детишек родить, трех, не меньше.

Осталась лишь самая малость. Сущий пустяк. Избавиться от треклятого мага и жить припеваючи. И как это сделать?

– Что вы делаете? – настороженно спросила я Киммера, уткнувшегося носом в мои волосы.

– Вам неприятно? – Принц слегка отстранился и провел тыльной стороной перчатки по локонам подозрительной драконицы.

– Нет, и это мне не нравится. Не люблю неопределенность. – Я сглотнула от прилива чувств, но сумела не выдать обуявшие меня эмоции. Спасибо урокам Марлоу!

– Отчего же? – Киммер задумчиво коснулся моего лица, как слепой ощупывает вставшее на его пути препятствие. Мягко, недоверчиво и с затаенной надеждой на лучшее. – Между нами все совершенно ясно. Вы – порядочная девушка, с принципами и со стальным стержнем внутри, что вызывает мое восхищение и уважение. Я же – мужчина, попавший под ваше обаяние. И есть грань, которую мы с вами никогда не переступим. Нам осталось быть вместе каких-то жалких три дня, после чего мы вряд ли когда-нибудь встретимся. Разве стоит портить их ненужными сомнениями?

Я опешила, признавая, что в словах принца имеется определенный смысл. Нам отведено не так много времени на то, чтобы насладиться обществом друг друга. Я получу внимание, положенное понравившейся девушке. А что получит Киммер?

Загадка.

Но я готова сыграть в эту игру, поскольку принц прав. Есть грань, которую мы ни за что не переступим. И хорошо, что мы оба понимаем ее значимость в жизни наследника Элирии и драконицы из Ведьминой Чаши.

Странное такое чувство – головой он понимал, что нельзя обнимать Кайлу, прикасаться к ее волосам и вдыхать их сладкий аромат, а все равно продолжал делать то, что считал неправильным.

Вопреки голосу разума. По воле сердца. Непозволительная роскошь, нежданно-негаданно свалившаяся на Киммера с неба. И от этого подарка судьбы отказаться будет совсем непросто.

– Странный у вас ошейник, Кайла. Сплошной металл без рун, магических иероглифов и прочих колдовских знаков. Их нанесли на внутреннюю поверхность этой… мерзости?

– Вероятнее всего, Киммер, ваше предположение справедливо. Мне не довелось разглядеть ошейник со всех сторон. Могу лишь сказать, что его внутренняя подкладка, по ощущениям, сделана из мягкого материала, не царапающего кожу и не затрудняющего дыхание. А вот металл… Он не совсем обычен, Киммер, и я думаю, что дело именно в нем.

Наследник престола Элирии ждал. Чувствовал, как Кайла собирается с силами и мыслями, чтобы открыться и поведать ему о том, что причиняет ей боль. Киммер не торопил девушку и не спешил бередить ее раны. Иначе Кайла замкнется и уйдет в себя, а принцу придется довольствоваться лишь догадками, ничем не подкрепленными. Догадками, на которых далеко не уедешь.

– На мне этот ошейник столько, сколько я себя помню. – Кайла говорила обыденным тоном, словно рассказывала соседке, как приготовить вкусную похлебку, не более того. – Не сильно солгу, если скажу, что с рождения. Ведь именно тогда я попала сюда, в замок, расположенный в Ведьминой Чаше.

Горькая усмешка заиграла на губах рассказчицы, и аромат девушки тут же изменился. Дохнуло осенью. А так приятно пахло ранней весной…

– Знаете, Киммер, как противно жить с этой штукой, которая растет вместе с тобой? Просыпаться с ней каждое утро, заниматься домашними делами и засыпать с этим ошейником, понимая, что так будет продолжаться всю твою сознательную жизнь. И хочется выть от безысходности, от тоски, от надоевших стен, что окружают тебя долгие годы. Только… поможет ли это мне? Сомневаюсь… Я в клетке, Киммер, в самой настоящей клетке, которую сменила бы с превеликим удовольствием, представься мне шанс уйти отсюда. Даже без ничего.

Киммер прижал девушку к себе, стараясь передать ей хотя бы крупицу своего тепла. Внешне принц оставался совершенно спокойным, а внутри его бушевала злоба, требуя найти коварного мага, сотворившего с Кайлой Такое, и пообщаться при помощи хорошей стали. В замке имеется оружие, Киммер запомнил, где оно лежит.

– Расскажите мне о ваших попытках выбраться отсюда, Кайла. Ни за что не поверю, что их не было.

– Были, что тут скрывать! – не стала отпираться девушка, удобно положив голову Киммеру на плечо. – За хорошую работу хозяин выпускал меня в близлежащие города на несколько часов, дабы я не тронулась умом от долгого пребывания в замке. Там я искала мастеров из гильдий гномов, эльфов, орков… Разные расы и мировоззрения, знания, опыт и умение обращаться с инструментами для самых сложных работ… Мнение едино: снять ошейник может только тот, кто его надел на мою многострадальную шею. Никому другому столь трудный процесс не подвластен.

– Вы не пробовали бежать из Ведьминой Чаши, Кайла? Вдруг хозяин вас попросту обманывает?

– Пробовала, Киммер, далеко не ушла. Скрутило меня так, что еле доползла. Тяжело ползти по снегу, в метель, когда все тело ломит от боли. Как до замка добралась, до сих пор не понимаю. Второй раз я подобный подвиг не совершу. Кишка у меня тонка…

Киммер достал индикатор магии из кармана и принялся водить им вокруг ошейника Кайлы.

Девушка не видела, как камешек меняет свой окрас, пристально всматриваясь в напряженное лицо принца, на котором появлялось удивление, смешанное с возмущением и досадой.

– Желтый цвет указывает на то, что на ошейник наложены чары сокрытия чародейских знаков. Поэтому их никто и не видит, Кайла, как ни пытаются. – Киммер старательно рассказывал девушке то, что Бирх вдалбливал в его голову не одно занятие. – Фиолетовый выдает вашу связь с ошейником по определенному параметру. Уверен, что речь идет о зависимости ошейника от вас: вы росли, и он соответственно рос вместе с вами. А вот красный цвет здесь самый интересный.

Принц приобнял девушку покрепче. Реакция Кайлы на новости о ее ошейнике может быть самой разной. От истеричного смеха до слез. От попытки вырваться из рук принца до потери сознания в его же руках. Стоит девушку подстраховать. На всякий случай.

– Вы не привязаны к замку через ошейник, Кайла. Его основное предназначение заключается в ином… в кардинальном изменении вашей внешности… Вы не та, кого видите каждый день в зеркале и в глазах окружающих вас существ. И я очень хочу узнать у бездушного мага, сотворившего с вами такое, чем именно вы заслужили подобное наказание.

Час от часу не легче! Жила я себе спокойно, изредка трогая по приказу Марлоу королевичей да принцесс, выбираясь иногда по делам земным, суетным, а оказывается, что я – это не я. И такое бывает на свете.

День открытий сегодня, можно праздник устраивать. Пир на весь мир, так сказать! Поводов уйма, и один лучше другого!

Киммер признался, что ко мне неравнодушен. Повод? Повод!

Ошейник изменяет мой облик. Повод? Повод! За него стоит выпить минимум кружку пива!

А кольцо-то фамильное, что Марлоу принадлежит, не таким уж безвредным оказалось. Через него маг меня и привязал к замку, да еще и силы из меня тянет, гад пузатый!

Молодец он, Марлоу, хорошо соображает. Не то что я. Правильно придумал запугать наивного ребенка ошейником, мол, именно из-за него ты не можешь покидать надолго Ведьмину Чашу. Если бы маг с самого начала сказал мне, что кольцо является виновником моих страданий, то сняла бы его тут же. Не получилось бы снять – отгрызла бы палец и улетела куда-нибудь подальше. В ту же Элирию, например. Чем не вариант?

Вот теперь, правда, не знаю, что и делать. На распутье стою.

Избавиться от фамильного украшения Марлоу? И как быстро я смогу покинуть Ведьмину Чашу вместе с Киммером, Миликой, Тихоней, Шрамом, Актером и Гарконашем? Я сильно сомневаюсь, что последний захочет покидать насиженное место. Да и жить в страхе за судьбу близких мне существ не хочу. Одна я сбежала бы точно, а вот за них у меня сердце кровью обливается. Марлоу не тот человек, что забудет и простит. Царство Неприкаянных Душ перевернет вверх дном, а своего непременно добьется.

Такого врага опасно оставлять живым и невредимым, стоит озаботиться его прямым попаданием к любимым предкам. Но лишь после того, как Марлоу поведает секрет, как снять этот ненавистный ошейник.

На этом настаивает Киммер. Мне же, если честно, все равно. Я привыкла к своей внешности, и она меня полностью устраивает. С трудом представляю, что могу выглядеть как-то иначе.

Мое неприятие идеи наследника престола Элирии было вызвано еще и тем, что возвращение в исходную форму весьма болезненный процесс, а перспектива выяснить, что имеется огромный горб, жирная бородавка на кривом носу или бельмо на правом глазу, меня абсолютно не прельщает.

Для себя же я решила следующее: расправляюсь с Марлоу при помощи Киммера, возвращаю принца пред заплаканные очи принцессы Сарии, пристраиваю Милику в пансион благородных девиц и вместе с грифоном и берийскими псами поселяюсь где-нибудь в глухой провинции с возможностью покидать ее, когда мне заблагорассудится.

Жаль, что замок я больше не увижу. Привыкла я к нему. И к запасам своим. И к скоту домашнему. Да и к быту налаженному.

Положа руку на сердце, не хочу я убивать Марлоу. Он причинил мне много зла, и шрамы есть не только на теле. А грех этот для меня может вполне оказаться неподъемным. И так на душе моей предостаточно разного рода провинностей перед богами. Не одних гарпий я лишила жизни когда-то. Не одних…

Иду впереди Киммера, периодически поглядываю на его идиллию с Чудом. Да-да, именно так он назвал спасенного птенца пушистиков. Кажется, эти двое нашли друг друга. Прям завидно немного… совсем чуть-чуть!

Получила внимания, как сорока на ветке, дай другим насладиться им сполна. Чудо же нам с Киммером обниматься не мешало? Не мешало! Вот и я не буду им мешать!

Птенец просидел все время на соседней ветке, не прерывая наше общение писком, пением и прочими звуками, перетягивая воображаемое одеяло на себя. Будто его и не было на ярмате душистой вместе с нами. Маленькое скрытное Чудо!

Я остановилась и жестом приказала Киммеру не шевелиться. Осторожно переступила через едва заметную леску и велела принцу ступать за мной след в след.

– Какие интересные лесники обитают в сей неприступной глуши. – Наследник престола Элирии заинтересованно разглядывал приготовленную для зазевавшегося зверя ловушку. – Вы их точно никогда не встречали, Кайла?

– Ну отчего же, принц, видела пару раз. Издалека.

– Не соизволили с ними познакомиться? Приняли бы вас в семью, не так было бы одиноко.

– Не люблю, когда знакомство начинают с криков, ругани, да еще и с копий. Если бы попали – другой разговор. А так… зачем мне семья из таких же мазил, как я?

ГЛАВА 14

– Поражаюсь вашей силе, Кайла! Получить такую рану и терпеть, превозмогая боль и стойко стиснув зубы… мое вам заслуженное уважение. Теперь я понимаю, почему вы смогли прожить в Ведьминой Чаше столько лет…

Молчу. Еле сдерживаюсь, чтобы не огреть принца от всей широты души.

Удерживает лишь одно: потом его придется тащить на себе в замок. А мне это надо?

– Не молчите, Кайла, скажите хоть слово! Иначе я окончательно уверюсь в том, что у вас шоковое состояние…

А другого, Киммер, у меня и не будет! Не каждый день в меня попадают семена иглистой мырхи! И все из-за вас, Киммер! Из-за вас! Можно же смотреть по сторонам и выполнять в точности то, что я велю?! Помощник называется!

Вот теперь лежу на боку и не знаю, плакать мне или смеяться. Первое все-таки предпочтительнее. Семена у иглистой мырхи болючие, прорасти хотят.

И буду я ходить по замку такая красивая, с цветами в…

– Я был на войне, Кайла, и знаю, как оказать раненому первую медицинскую помощь. Перестаньте закрывать от меня причинное место, ведь никто, кроме меня, вам здесь не поможет!..

Ошибочка, Киммер! Мне никто не поможет пережить это горе. Семена мырхи удаляются при помощи лекарских инструментов, лезвия которых нагревают до определенной температуры. И остаются от них шрамы на всю оставшуюся жизнь. Не верите? Я когда-нибудь вам, Киммер, покажу.

На руке у меня есть один. По глупости заработала, как сейчас. Полезла прикрывать спину наследного принца Элирии. Его-то закрыла, а зад свой не уберегла!

Вот где в жизни справедливость, а?

– Нет ее! – подтвердил мои мысли Киммер.

Я что, говорила вслух? Вот балда!

– Не выдержала ваших истерик и сбежала. Я же остался и никуда от вас сбегать не собираюсь. Более того, я уберу семена так, что, кроме наших с вами воспоминаний, ничего не останется. Даже шрама! Слово чести!

– Вы их у меня высосете, что ли? – брякнула я не подумав.

От боли совсем плохая стала, мозги набекрень, что дальше?

– Секрет, – озорно улыбнулся мне принц, одним движением переворачивая меня на живот. – Время, Кайла, время! Не надоело еще от боли зубы в порошок стирать? Давайте быстрее, оголяйтесь! Я и сам могу это сделать за вас, но что-то на изнасилование тогда будет похож сей процесс. Не по-людски получится, Кайла…

А пялиться на мои ягодицы по-людски?! О боги, какой позор… О чем я только думаю.

В гробовой тишине (Чудо не рискнуло подать свой голосок в такой момент!) я приспустила походные штаны вместе с отнюдь не эльфийским нижним бельем и принялась ждать обещанной помощи Киммера. Если его слова окажутся правдой, то обязательно, когда вернемся в замок, надену эльфийское. Распотрошу запасы своего приданого!

Далеко не факт, что принцу будет позволено увидеть мои кружева, но настроение от этого у меня точно поднимется. Снедька уверяла, что от осознания того, что на тебе красивое белье, сразу становишься увереннее и привлекательнее. Вот и проверим на практике!

Слышу, как принц снимает с руки перчатку и отбрасывает ее в сторону. Чувствую, как нечто холодное скользит по нежной коже, как оно замирает над больным местом и постепенно снижает градус нахлынувшей на меня пульсации.

– Вытаскиваю по одному… и не смотрите на сей процесс, Кайла, зрелище не для слабонервных…

Зря вы так сказали, Киммер! Пока вы не заикнулись об этом, у меня не было ни малейшего интереса таращиться на то, как вы избавляете меня от последствий нашей с вами глупости. А теперь он, разумеется, возник, и я не устою перед соблазном насладиться сей процедурой сполна!..

Поворачиваю голову и вижу – кисть принца находится внутри моей пораженной ягодицы, словно так и должно быть! Он что, призрак, что ли?

– Спокойно, Кайла, спокойно! Сейчас я вам все объясню. Придется выполнить то почти забытое обещание, данное вам в наш первый совместный завтрак. Только прошу, не дергайтесь! Не хочу потом ловить вас по всему лесу и вытаскивать эти треклятые семена! Наслаждайтесь моим рассказом, это лучше, чем лежать в тишине…

Меня не зря прозвали обретенным принцем, Кайла. У моего отца, Трогда Свирепого, не было детей. Не понесла от него королева, уйдя после неудачных родов в монастырь замаливать свои грехи. Жаль, что такое случилось, ведь она была ни в чем не виновата. Виноват был мой отец… и моя мать!

Так уж вышло, что Трогд Свирепый уродился весьма охочим до женского пола. Мог легко вскружить голову наивной девице, провести с ней ночь, а утром бросить. Его победы множились, лица и имена забывались. К чему любовь, когда ты не волен следовать бьющемуся в груди сердцу, ведь жену тебе найдет совет или вышестоящая королевская персона. Так и жил себе Трогд Свирепый, пока не повстречал мою мать, ставшую очередной игрушкой. Только для нее мой отец очередным не был.

Она влюбилась, Кайла. Пламенно, искренне, до боли в сердце, разрывавшемся от горькой правды: дочь простого мельника Трогду Свирепому не нужна.

Не смогла моя мать принять тот факт, что ею воспользовались.

Затаила она злобу на отца и после того, как ему выбрали достойную невесту, пошла к болотной ведьме.

Та не стала ходить вокруг да около, сразу предупредив, что мою мать ожидает страшная расплата, поскольку столь ужасные заклятия просто так не работают. Никогда не знаешь, что высшие силы заберут взамен за помощь в делах подобного рода.

Что взять с дочки мельника? Здоровье? Мельницу? А может быть, голос? Мой отец настолько искалечил душу и сердце матери, что ей было все равно, что отдавать. Лишь бы Трогд Свирепый испытал хоть что-то подобное, что испытала дочь мельника.

Да пусть он никогда ни одной девицы не коснется!

Брошенная в сердцах фраза оказалась роковой. Болотная ведьма исполнила просьбу матери, сказав напоследок, что за грехи родителей сполна расплачиваются их любимые дети.

Мать не придала ее словам особого значения, а через восемь месяцев родился я. Сын дочери мельника и короля Элирии. Бастард, о котором не ведал Трогд Свирепый!

Прошло двенадцать лет. Мать давно позабыла о ведьме и ее проклятии, а у бывшего ее возлюбленного не получалось завести с королевой ребенка, ходили упорные слухи о том, что и с другими женщинами у него тоже ничего не складывается. А последствия проклятия начали в полной мере проявляться на мне.

Вы не представляете, Кайла, какая это мука – не видеть женщин. Их красоту, светящиеся глаза, улыбки… Сплошной туман. Весь черный и гнетущий, очерчивающий контуры фигур, которых ты не можешь коснуться. Не потому, что ты не хочешь или они не хотят. Просто так распорядилось проклятие, сыграв со мною злую шутку.

Я словно призрак, Кайла.

И это лишает меня права на семью, детей и счастье, которое у мельника вполне могло быть с какой-нибудь влюбленной в него крестьянкой.

Однако месть решила все за меня, и попробуй ей объясни, что сын за отца не ответчик.

Моя мать пришла в ужас от осознания того, что приключилось со мной по ее вине. В отчаянии она бежала под проливным дождем к той болотной ведьме и, стоя на коленях, умоляла снять с меня последствия проклятия.

Все тщетно. Сделанного назад не воротишь.

Под каркающий смех болотной ведьмы моя мать уходила прочь, понуро опустив голову.

Шли годы. Женский лик мне виделся лишь на портретах да на изображениях монет, а оставаться дома я больше не мог: война с Сарией выжимала все ресурсы из моей страны, в том числе и людские.

Достигнув призывного возраста, я самостоятельно отправился на фронт. Не потому, что стремился участвовать в боевых сражениях, нет. Меня тяготило чувство вины матери, тот пропитанный мертвечиной запах, исходящий от этого страдания человеческой души.

Поступок матери забрал у меня часть зрения в привычном обывательском смысле, усилив мое осязание и слух, словно в отместку за то, что было для меня недоступно.

Столь щедрые подарки помогли мне выжить там, где наступившая ночь не гарантировала перемирие, а рассвет не означал начало военных действий. Я не геройствовал, Кайла, но и не шел последним в атаку, однако из каждой передряги я выходил без единой царапины.

И однажды мне довелось предстать перед самим королем.

Трогд Свирепый прибыл в сопровождении личной гвардии и Бирха к нам, выжившим после взятия форпоста сарийской армии. Я впервые увидел отца вживую и ужаснулся тому, что предстало моим глазам.

Сгорбленная фигура, осунувшееся лицо, потухший взгляд и безразличие в голосе. Слова без искры, без сопереживания, как будто мы не жизни свои отдаем с его именем на устах, а занимаемся бесполезным делом, которое ничего не стоит. И ради кого?

Я не выдержал, Кайла, и все высказал ему. Невзирая на то что это было открытое неуважение к монарху. В тот момент я не думал о последствиях своего поступка, как и моя мать двадцать лет назад. Не смог смолчать, глядя на то, как мои собратья по оружию, пережившие неописуемый ужас войны, постепенно понимали, что сражались зря. Защитой родной страны там и не пахло.

До рукоприкладства не дошло, но короля я вывел из себя, заставил его выплеснуть ярость наружу и забыть о своем высоком статусе.

Мы жарко спорили, не замечая, как гвардия Трогда окружает меня плотным кольцом, а сам король давно отринул приличия ведения переговоров.

В тот момент Бирх заметил наше с отцом сходство, выждал, когда меня уведут в темницу, где я должен был находиться до заседания трибунала, и лишь потом поделился своими предположениями с его величеством Трогдом Свирепым, гарантом процветания Элирии.

Были долгие магические проверки и всякого рода экспертизы.

В конечном счете Трогд Свирепый меня признал, и я стал обретенным принцем, как меня прозвали в народе. Тем, кому по силам вернуть Элирии ее истинное величие и закончить войну.

И будьте уверены, Кайла, последнее не за горами. Осталось дождаться вашего мага и вернуть мир в отношения Элирии и Сарии. Потому что пора прекратить то, что не приносит ничего, кроме боли и искалеченных судеб…

Два откровения за два дня – это слишком для меня. Нет, серьезно, я после дневника еще не отошла, а тут Киммер со своим выбивающим почву из-под ног признанием. Главное, нашел подходящее время и место, чтобы посвятить в свою тайну девушку, с которой знаком настолько долго, что можно сосчитать дни на пальцах одной руки. Браво, принц, продолжайте в том же духе!

Прямо не знаю, что и делать после того, что услышала.

Верить и дальше словам принца, что он ко мне неровно дышит? Такое чувство, что за моей спиной Снедька крутит пальцем у виска да приговаривает: «Не будь наивной клушей!»

Мужчины любят глазами. Не слышала я историй о том, чтобы влюбленные соединялись узами брака благодаря привлекательному запаху девушки и ее чарующему голосу. Репутация и внешность всегда играли решающую роль в выборе будущей пары, но никак не аромат женского тела. Или у Киммера на меня такая реакция потому, что я единственная девушка в округе? Надо за ним присматривать!

Я покосилась на принца, задумчивого и тихого, как Шрам перед очередной пакостью. Понял, наверное, что сболтнул лишнее, да и не в те уши. Не переживайте, наследник Элирии, я никому не скажу о вашем секрете.

Я вообще не буду о вас говорить.

Никому и никогда.

Вы будете моим светлым воспоминанием о лучшем мгновении, проведенном в Ведьминой Чаше. И напоминанием о том, что так и не стало явью.

Я повертела в руках странный предмет, похожий на непонятный зуб вымершего зверя. Сей чудный элемент Киммер достал из моего бедра после того, как убрал приветствия иглистой мырхи. И отдал мне его на долгую память, ехидно улыбаясь!

Сомневаюсь, что Киммер мне специально подбросил этот зуб, а учитывая область моего тела, где была найдена вещица неизвестного происхождения, полагаю, что именно так решил отомстить мне тот сирийский маг.

Оригинально!

И сил хватило пробить шкуру дракона, дабы донести послание как можно ближе к тому, кто тебя впечатлил!

Вот захотелось как-то бросить все и слетать в Сарию, найти того мага и как следует с ним поговорить! Обещаю, что буду с ним предельно нежна и с полным мочевым пузырем.

Ему понравится, будет лучше первого раза. Даю честное слово дракона!

– На ярмату душистую слазили, у иглистой мырхи колючек насобирали… Что-то еще, Кайла?

– Остался последний ингредиент, и можно идти домой. Заскучали, принц?

– Отнюдь нет, Кайла… как же можно заскучать в обществе такой обворожительной красавицы?

– Вы льстите, принц, так убедительно, что я почти вам верю. Но вы не видите моего лица… Так как вы можете утверждать, что я красива?

– Красивы, Кайла, и даже не сомневайтесь в этом. Не все прекрасное измеряется смазливой мордашкой и точеной фигуркой! – Киммер говорил серьезно, без намека на сарказм или иронию.

Интересно, он правда так думает или передо мной специально выделывается? Кто ж их, принцев-то, разберет!

– Нет ничего красивее поступков и отношения к окружающим. Я любуюсь вами, Кайла. Как вы заботитесь о Милике, берийских псах и грифоне. Как вы спорите со мной, отстаиваете свою точку зрения до последнего аргумента, не признавая никаких поражений и побед другой стороны. Как вы боитесь показаться такой, какая вы есть на самом деле: чувственной, нежной и ранимой. Потому что нет с вами того, кто станет для вас надежной опорой и щитом от житейских невзгод. Я бы очень хотел им быть для вас, Кайла, только принцу нельзя связывать себя узами брака с незнатной особой. А с мельником вы никогда бы не встретились в Ведьминой Чаше…

– Тогда зачем вы мне это говорите, Киммер? – Чувственная и ранимая я никак не могла понять, чем вызвана столь бурная реакция. Нравится ковыряться в том, что трогать априори нельзя? – Решили примкнуть к невзгодам, раз не смогли стать щитом?

– Решил не молчать и быть с вами честным. – Наследник престола Элирии невесело усмехнулся, почесывая под шейкой жмурящегося от удовольствия птенца. – Я же первый ваш мужчина, Кайла, и не стоит отрицать сей интересный факт. Первый, кого вы кормили вместе со своей семьей. Первый, кому вы показали свой чудесный замок. Первый, с кем вы разделили прогулку по Ведьминой Чаше. И первый, кто открыто говорит вам о своих чувствах.

– Зато я у вас не первая, принц Киммер! – недовольно сказала я, поправляя висящую на бедре сумку с добытыми для зелья ингредиентами, и передразнила тон наследника престола Элирии: – И не стоит отрицать сей интересный факт!

– Даже в мыслях не было спорить с вами, Кайла. – Принц примирительно поднял руки, словно сдаваясь давнему недругу в его немилостивый плен. – Я общался с женщинами, когда родился мельником, был воином и стал принцем. Иначе злым языкам не составило бы особого труда приписать меня к тем, кто предпочитает женскому полу мужской. Однако дальше общения не заходило. Выдуманная помолвка всегда меня выручала и служила поводом не показывать свой роковой изъян.

– Не стоит посвящать меня в тайны вашей интимной жизни, принц, я не жрец и не смогу помочь вам искупить грехи! – Я остановилась на берегу реки, усыпанном камнями разной величины и сырой землей, мысленно прикидывая, который сейчас час. По моим подсчетам выходило, что полдень. Значит, вода уже прогрелась настолько, насколько возможно в природных условиях Ведьминой Чаши. – А как вы собирались жить с принцессой Сарии, Киммер? Брак же предполагает это… ну это…

– Постель? – не стал сглаживать углы он. Хорошо, что «коитус» не сказал, иначе бы мое лицо точно за версту видно было! – Личный маг отца, Бирх, работает над решением данной проблемы. Положительные результаты уже имеются: на мне перчатки его работы, что позволяет касаться прекрасных дам. Осталось придумать другую перчатку, на… и брак из пустышки станет реальностью!