Текст книги "Инволюция (СИ)"

Автор книги: А. Кауф

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Они осматривают каждую трещину. Заглядывают в образовавшиеся провалы. Пристально всматриваются в воду, ожидая найти хотя бы осколки. Руководствуясь смутным описаниям предмета, путники оглядывают даже гнезда чаек. Вдруг им захотелось украсть сверкающий предмет? Морские обитатели скал взмывают в небо, устраивая недовольные перепалки. Не готовые к вторжению в собственный дом, пернатые крикуны пытаются напасть на незваных гостей. Одного из таких, пролетевших слишком близко, Терри успевает схватить зубами за хвост.

– Тьфу, фу, а! – отплевываясь перьями, бормочет охотник. – Челтов кулиный шашлык!

Обогнув Утес наполовину, они останавливаются передохнуть под самой вершиной. За это время туман рассеялся, и едкое солнце всё чаще появляется из-за облачных стен. Под его светом мрачная тёмная вода становится прозрачной до самого дна. Гребни волн в слепом исступлении бьются о скалы. Они делали это, ещё когда человечество было совсем молодо, и ни одна сила не заставит их отступиться от своего пути.

Терри садится на сухую часть скалистого уступа. Последние силы ушли на сопротивление панике. Здесь, далеко от суши и в непосредственной близости от воды, ему, как никогда, хочется оказаться дома. Переполошив местную округу и изрядно подмочив одежду, они так ничего и не нашли. Даже осколков. Агата садится рядом. Под солнечным светом серые глаза становятся кристально белыми. «Нейтлального оттенка», —как бы сказал Терри. Рыжие веснушки яркими пятнышками выделяются на щёчках. Медь волос лишь сильнее подчёркивает это.

Редкий момент молчания вызывает у Агаты в голове поток мыслей. По ходу их маленького приключения ей всё не удавалось обдумать новую информацию. Мир, в котором она оказалась волею судьбы, подвергал испытанию восприятие обычных в другой жизни вещей. Кто же мог подумать, что в подобном изолированном городке могут происходить столь необычные вещи и явления.

«И как только люди умудрились придумать скуку?».

– Там! Гляди!

Всполошившийся под боком попутчик вмиг развевает пелену, возвращая в реальность.

– Что-то блестит в воде!

Проследив взглядом за тем, куда указывает Терри, Агата действительно замечает подозрительное сияние в воде. Странный предмет отбрасывает радужные блики, подобно призме. Свет исходит будто из глубин, как если бы предмет покоился на дне, а не на поверхности.

– Это то, о чём я думаю?

– Похоже на то.

От волнения ребёнок случайно поскальзывается и чуть не падает в объятия мелководья. Благо, Агата успевает ухватить его за край жилетки и вернуть в исходное положение.

– Слушай, Аг-г-га. А давай, ты его достанешь?

– Ещё раз меня так назовешь – отправишься сам покорять морские просторы.

Агата закатывает джинсы, стараясь поднять их выше колен. Кандидатуру Терри она и не рассматривала. Тот даже под угрозой смерти не полезет мочить шкуру. К несчастью, предмет поисков находится в не малых десяти метрах от их места. Остаётся только надеяться, что мелководье не закончится так быстро. Иначе смысла в её подкатанных штанах не будет никакого.

– Аккулатней там. Моле очень ковално. Того и глядишь, по-настоящему станешь утопленницей, – тревожно оглядывая девушку, сообщает Терри.

– Да, мама.

Передразнивание слегка успокаивает напряженного ребёнка, рождая улыбку на бледном личике. Глаза мечутся. С языка вот-вот слетит предложение о помощи. Однако, разум подсказывает: он бессилен в этой ситуации. Терри остаётся только со страхом следить, как Агата заходит в воду.

Уже через десяток шагов ботинки намокают, пробуждая толпы мурашек. Еще через несколько холодное течение забирается внутрь. Неприятная дрожь пробегает по телу. Девушка ускоряет шаг, стараясь не думать о возможной простуде. То, что её удалось избежать после «прогулки» под холодным дождём на Мёртвом Болоте, ещё не значит, что и в этот раз получится.

– Всё холошо? – сзади раздается волнительный крик.

– Да! – коротко отвечает Агата. Зубы начинают стучать. Тело потряхивает от холода. Она из всех сил старается сохранять твёрдость в голосе.

Вода облизывает икры ледяными языками волн. Загадочный предмет подмигивает редким солнечным лучам своим радужным свечением. Дырявые скалы с неодобрением взирают на девушку. Их плотная гряда растягивается почти на километр, но именно рядом со свечением расходится. Будто испугавшись, они обступают предмет, образуя дыру в непреступной цепи.

Чем ближе Агата подходит к цели, тем больше ей кажется, что загадочный шар (если это он) находится намного ниже предполагаемой глубины. Свечение идёт будто из-под земли, пробуривая саму породу.

«Невозможно», – хмурится Агата.

В этот момент неровная поверхность внезапно сменяется гладкой. Наполированные водой гладкие камни уступают место стеклянному покрытию. Непрозрачное, оно походит на начищенный кусок металла и стеклянную крышку одновременно. Озноб, пробежавший по телу и сковавший замерзшие пальцы на ногах, подгоняет скорее вернуться на сушу. Шаг. Еще один шаг. И вот…

– Какого чёрта…

– Агат-а-а!

Но девушка не отвечает. Она исступленно пялится на свечение, исходящее за стеклянной поверхностью. Затем, будто выпав из анабиоза, она рывком опускает руку к предполагаемому источнику радуги. Пальцы касаются гладкой поверхности. Никакого предмета там и в помине нет.

– Аг-г-г-а-а-а-т-а!

– Терри, чёрт тебя дери, я… – Агата резко обрывается.

Фигурка на горизонте мечется, яростно размахивая руками. Гримаса ужаса застыла на его лице.

– Сзади! Беги-и-и!

Грозная тень застилает собой свет. Агата оборачивается. На мгновение её взгляд выхватывает очертания громадной волны. В следующую секунду солёный поток обрушивается, сбивая с ног и лишая ориентации. Забивается в нос и рот. Оглушает. Наполняет собой лёгкие. Единственная рука взмывает вверх. Подняться. Выбраться. Плыть. Голова выныривает на поверхность. За ней тело. Растянувшись на гладкой поверхности, Агата пытается отплеваться. Стеклянный слой прямо на её глазах покрывается сетью трещин.

«Бежать».

Кеды соскальзывают с гладкого дна. Единственная рука старается вернуть равновесие и контроль над телом. На горизонте пляшет размытая фигура Терри. В паническом страхе перед водой, он бегает у берега, не решаясь прийти на выручку. Ужас сковывает изнутри. Терри прекрасно знает, насколько может быть яростно проклятое, как и всё в этом городе, море.

Агата поднимается на ноги. Шатаясь, она делает несколько шагов в направлении берега. Треск стекла перекрывает перешёптывание волн. Агата вскрикивает. Опора под левой ногой исчезает. Схватившись за колено, она пытается вырваться. Острые зубья стекла впиваются в добычу. Новая тень нависает сзади. Стена воды ударяет, будто хлыст. Опустить на дно. Похоронить. Утопить.

– Я иду!

Маленький силуэт бросается в воду. Осевший голос едва прорывается сквозь морской шум.

– Не смей! Тер-р-ри!

Волна ударяет с новой силой. Будто молоток гвоздь, оно прибивает тело к гладкой поверхности. От удара по всему стеклу пробегают дорожки трещин. На мгновение нога освобождается. Оставшаяся часть стеклянной конструкции обрушивается. Водоворот затягивает тело вниз.

Агата бросает все силы на последний рывок. Переползая на четвереньках, она благополучно покидает опасную брешь. Но разгневанное море наносит решительный удар. Мощный толчок отбрасывает обратно. Смертельная воронка засасывает внутрь. Раздирающая глотку вода перекрывает дыхание. Осколки ранят лицо. Манящее забытьё окутывает пеленой. Измученное борьбой тело податливо опускается вниз. Взгляд серых глаз обращается к смеющемуся бледному солнцу. Пенные брызги мрачного моря блестят под его лучами. А над ними кружит ворон. С бежевыми, будто неостывший пепел, крыльями.

⠀

* * *

– С вашего позволения, мы бы хотелось задать ещё пару вопросов, мисс Валери.

Мужчина переворачивает страницу блокнота. Несколько плавных движений по экрану телефона включают новую дорожку аудиозаписи. Требовательный взгляд журналиста обращается к фигуре, сидящей напротив. Черное кружево окутывает грудь. Тканевые змеи, искусно сшитые на заказ модным домом, скрываются в шлейфе из полупрозрачной ткани. Их неживые тела укутывают самые сокровенные точки, но часть торса девушки остаётся открытой для всеобщего обозрения. Трудно утаивать красоту, когда каждый миллиметр твоего существа так и кричит об этом. Всегда безупречная улыбка, как и кожа, олицетворяют идеал молодости и цветения. Все человеческие изъяны обошли стороной. Кроме одного. Мерзкий бутон тщеславия и бессердечия распустился, осквернив корнями сердце. Его плоды – коротко подстриженные здоровые волосы, аккуратные ноготки с маникюром, стройное тело, модельный рост, идеально вписывающееся в золотое сечение лицо и прелестные формы. Всё, чего только можно пожелать за скромную плату – сгнившую душу.

– Слушаю.

Она могла бы просто кивнуть, но отдавать приказы– куда приятнее. А уж снисходить до выполнения просьб ничтожной прислуги – поступок настоящей леди.

– Научная ассоциация Комплекса не выдвигала обвинения против мисс МакГрегори несмотря на подозрения о проводимых опытах в закрытом от посторонних глаз лабораторном помещении. Как считаете, почему?

– Из неё получился бы талантливый учёный. Потерять такой ценный кадр было бы весьма прискорбно, – тон брезгливый, но не лишен стали.

Тщеславная манера общения, приказы вместо просьб и пренебрежение к тем, кто ниже её круга. И вот уже человеку хочется просто встать на стул, чтобы хоть как-то казаться выше в неуютной атмосфере. Да, она умеет заставить других чувствовать свою ничтожность.

– Они долгое время закрывали глаза на все бесчинства, творящиеся в стенах лаборатории. Если бы не моя проницательность, кто знает, что бы ещё она успела натворить.

Мужчина что-то быстро пишет в блокноте. Валери морщит нос, подмечая кривой скачущий почерк.

– Вы невероятно умны, мисс Валери, – журналист кивает. Он напоминает девушке послушную лошадь. – Насколько нам известно, вы долгое время спонсировали проекты мисс МакГрегори. Однако только недавно вам удалось распознать таящуюся угрозу. Что навело вас на мысль вызвать проверяющую комиссию?

– Буду честна, – девушка изящно прикладывает ладонь к груди. – Первое время я восхищалась её эрудицией, широкими взглядами, блестящим умом и так далее. Но чем дольше я работала с Агатой, тем больше ужаса у меня вызывали её эксперименты, – по безупречному ровному лбу пробегает морщинка. – То, с каким упоением она взирала на сотворенных собственными руками чудовищ и в какого монстра стала превращаться сама, не смогло укрыться от меня. Дикие теории, с которыми прямая дорога в сумасшедший дом, Агата пыталась претворить в нашу жизнь. И всё ради недосягаемой идеи. Подумать только, покуситься на саму вечность. Нарушить законы, выстраиваемые миллионными лет заботливой природой. Повергнуть мир в хаос, вот какова была её идея!

Девушка прерывает вдохновенную речь. Отодвинув ящик стола, она достаёт маленькое зеркальце и внимательно рассматривает лицо. Не нарушился ли макияж? Может, пора записаться на массаж? Краем глаза она следит за порхающей над листком рукой журналиста. Валери уверена – эта речь ещё не раз прозвучит в новостных СМИ, а затем войдет в историю, как гениальные рассуждения великого человека, спасшего мир.

– Есть вещи, которые человеку лучше никогда не знать, – зеркальце возвращается в ящик стола. – А такие люди, как Агата, всегда будут стремиться нарушить это правило. Их болезненная гениальность неизлечима. Маска холоднокровия лишь прикрытие, скрывающее монстра, которому нет места на этой земле.

– Мисс Валери, вы действительно отважная девушка, раз решили в одиночку вести войну не только против Агаты, но и против семейки МакГрегори.

Лесть? Притворство? Нет. Это заслуженная похвала. Твари, давно потерявшие всё человеческое в душе, не смеют поганить столь прекрасное и хрупкое природное равновесие.

– Non sunt facienda mala ut veniant bona 5. Как жаль, что Агата забыла об этом, – наигранно грустно протягивает она. Лицо принимает выражение скорби, в то время как разум рисует головокружительную победу над злом. – Ни один человек в мире не подозревал о таящейся угрозе. Только я, Рошель Валери, набралась решимости дать бой ядам, травящим этот мир. Можете поставить эту цитату на главную страницу.

Скрытая просьба является приказом. И журналист не ослушается её. Он здесь по благосклонной воле Валери и будет показать людям лишь то, что она сочтёт достойным внимания.

– Скажите, мисс, вы не боитесь Агаты? Всем известно, что в критических ситуациях она принимает гениальные в своей изощрённости решения. К тому же в настоящий момент её местоположение никому не…

Мужчина резко обрывается. Дрогнувшая прелестная улыбка не исчезает. Лишь шире натягивается, демонстрируя ряд белых аккуратных зубов. Гневные огоньки в глазах и чуть сильнее, чем прежде, побледневшие костяшки пальцев выдают истинное настроение леди. Держать эмоции всегда при себе. Никому не давать догадаться, что у тебя в душе. В этом она с Агатой была до омерзения похожа.

– Я думаю, время нашей встречи подошло к концу. Мне пора возвращаться к своим делам, – приторная сладость ядом сочится с её губ. – Тадеуш, проводи этого джентльмена к его машине.

Пожилой слуга-индиец беззвучно подходит к побледневшему журналисту. Тот открывает рот. Вцепляется в сиденье стула. Не желает уходить, упорствуя в получении ответа.

– Вам пора.

Сухой старческий голос прерывает начавшийся было порыв. Стальной взгляд двух пар глаз вынуждает ослабить хватку.

– Подождите. Я не задал ещё столько вопросов! – журналист порывается к улыбающейся девушке – Не хотите рассказать о ваших личных достижениях? Мы бы поставили эту колонку на первую страницу.

Улыбка Валери растягивается ещё больше. Прелестные трели птиц радуют душу своей красотой, особенно, когда воспевают величие своего хозяина. Но стоит им увлечься, как чудесная песня превращается мерзкое верещание, способное свести с ума.

– У меня назначена встреча. Всего хорошего, месье.

Журналист отлипает от стола. Он помнит, о чём предупреждали его перед встречей. Если он не хочет лишиться карьеры, стоит повиноваться приказам мисс Валери. Этой девушке под силу уничтожить его жизнь за три дня. И как он мог забыть главное правило? «Никогда не сомневайся в мисс или в предпринятых ею действиях».

Дверь негромко захлопывается, оставляя девушку в одиночестве. Нервный стук ноготков по столешнице разносится в тишине. Не желая мириться с подступившим негодованием, она встаёт из кресла. Звук каблуков по мраморному полу тонким эхом отражается от полупустых стен комнаты. Девушка подходит к окну, всматриваясь в бушующий красками солнечный город. Окна от потолка до пола вдоль одной из стен. За ними живёт бурной жизнью центр города. Улочки переполнены вечно спешащими людьми, магистральные артерии пропускают через себя тысячи машин, а туристы с фотоаппаратами, кажется, готовы снимать даже мусорные баки рядом с величественными зданиями. Старинная архитектура здесь смешивается с блестящими небоскрёбами. Уличные музыканты бренчат популярные песни, пока стаи голубей склёвывают щедро рассыпанные у центрального фонтана крошки.

На двух смотрящих друг на друга стенах комнаты расположен ряд зеркал. Их стеклянные поверхности отражают солнечных зайчиков. Один из них падает на рабочий стол. Радостное мельтешение света раздражает девушку. В любой другой день принятие солнечных ванн расслабило бы её. Но не сегодня. Достав из ящичка пульт, она заставляет плотные шторы из дорогого шелка притупить слепящее солнце.

Слуга, как и подобает, беззвучно проскальзывает в помещение. С подноса на стол опускается белая салфетка с узорчатыми краями и изящный стакан с жидкостью. Чуткие слуги семьи знают: чай с чабрецом всегда помогает мисс расслабиться после тяжелых переживаний.

– Мисс Валери, вам поступило сообщение от агента из Ливингстон Бэя.

Девушка берет стакан с чаем и немного отпивает.

«Надеюсь, хоть здесь не будет разочарования».

– Она мертва?

– Пока что у агента нет возможности убедиться в этом.

Пухлые губы дергаются, и на секунду приятное лицо превращается в отвратительную гримасу, которой испугался бы даже портрет Дориана Грея.

– Агент просит передать, что даже при провале, хотя это и исключено, есть ещё один запасной план. Желаете заслушать?

Стакан с громким стуком опускается на столешницу. Яростный порыв угасает, не успев начаться. Рошель сцепляет руки в замок и кладёт их на подбородок. Уловив знак, слуга достаёт телефон и нажимает на воспроизведение нужного отрывка из записанного разговора.

– Мэм, у меня есть блестящая идея, как сыграть на слабостях этой девушки, – шум моря и крики чаек на заднем фоне напоминают Валери о том, как давно она не была на отдыхе. – Заготовленная мной ловушка призвана выудить цель из норы и заставить её идти туда, куда я направлю. Агате и в голову не придёт, что здесь какой-то подвох. Она будет думать, что делает выбор сама, в то время как за ниточки буду дергать именно я. Стоит ей только пересечь черту этого места, как можно заказывать надгробную плиту. Никто из тех идиотов или смельчаков, что почти одно и тоже, сунувшихся туда, не вернулись назад. Что уж говорить о хрупкой девушке, у которой телосложение – это кожа да кости?

Аудио замолкает. Рошель прикладывает кончики пальцев ко лбу и усиленного его массирует.

– Пусть продолжает наблюдение. Если подтвердится информация о смерти – сообщить первым же звонком на прямую линию.

– Разве вы не хотели заменить агента на кого-то другого? – старик быстро отстукивает в телефоне заметку. – Этот человек уже не раз выставлял себя в дурном свете. Вряд ли ещё один шанс сможет сгладить прошлые провалы.

«Эти слуги порой так утомляют своей безграмотностью».

Рошель бросает язвительный взгляд, не менее ядовито отвечая на вопрос:

– Мы заключили сделку. Он уберёт Агату с моего пути так, что никто не догадается, что к этому была причастна Рошель Валери. Я же, в свою очередь, помогу ему уничтожить один гадкий и мерзкий… рассадник Тьмы.

Валери морщится от произнесенной фразы. Изначально она отклонила просьбу человека. Связываться с потусторонними силами, одновременно противостоя им, абсурдно. Но, обдумав в одиночестве все «за» и «против», решила, что потеряет немного. Как когда-то говорила её бывшая коллега Агата: «Всё во благо великой цели».

– Я бы никогда не стала брать на службу какого-то проходимца. Перехватить человека на задании, связаться со мной, не выдав своего местоположения, ещё и сторговаться об условиях сделки. Ха-ха! Не каждому под силу подобная дерзость.

– Не поймите меня превратно, мисс, – старик отвешивает поклон, извиняясь, – но ваше положение позволяет нанять более опытного спецагента для подобной задачи. Мне, старому дураку, непонятно, почему ваша светлейшая и умнейшая голова избрала именно такой метод решения проблемы.

Валери заливается смехом. Действительно, куда ему, седому идиоту, понять её стратегические планы. Этим тупицам только и остаётся, что разжевывать элементарные вещи.

– Эта мысль посещала меня не раз, Тадеуш. Агата в ловушке. Но и мы связали себя. Случившееся взбудоражило общественность, научный круг и спецслужбы. Нанять «особого человека», чтобы убрать Агату и её семью, – неоправданный риск. Лёгкая прогулка на авто рядом с мёртвым городком не настолько подозрительна, как выход на заказного убийцу. Ты так не считаешь?

Слуга безмолвно кивает, терпеливо ожидая продолжения.

– Моральные рамки очень хрупки. Выйди за них, и люди обрушатся на тебя шквалом негодования. В конце концов, именно я все эти годы курировала проекты Агаты. Безумные рассказы про «ключ от жизни и смерти» прошли мимо моих ушей, и теперь, когда она на свободе с практически готовым образцом препарата, я обязана остановить её. Одно неловкое движение – и Рошель Валери из героя превратится во всеобщий предмет ненависти.

В голове раздражающим жужжанием всплывает последний вопрос журналиста. За ним перед глазами вихрем пролетают картинки недалёкого прошлого. Тошнотворный запах бьёт по ноздрям. Омерзительные эксперименты сливаются в единую массу. И на фоне этого бледное бесстрастное лицо с серыми глазами.

– Исчезни, – надменно бросает Рошель. – Мне нужно побыть одной.

Откланявшись, слуга беззвучно ретируется к двери. В образовавшейся тишине собственные мысли звучат громче обычного. Несколько минут девушка меряет шагами комнату, пока не останавливается возле стены без зеркал. На ней в золотых рамочках развешаны все достижения её жизни. Сверкающие злобой и жадностью глаза разглядывают каждую победу. Нет. Она совсем не глупа. И ничуть не хуже Агаты. Среди прочих застекленных листков есть и благодарности за вклад в науку. Жаль, только Валери она интересовала лишь со стороны прибыли. Стоит ли считать везением, что в поисках нового источника дохода ей довелось познакомиться с монстром в белом халате и его отродьями? С одной стороны – да. Не дать позволить миру увидеть завершение чудовищного эксперимента – работа истинного героя. Вырубить на корню. Уничтожить. Подавить всё зло, способное нарушить спокойствие мелких людишек. С другой же…

– Боюсь ли я тебя? Скажу напрямую. Моё сердце окутывает страх, стоит только воспоминаниям проснуться. Каждую ночь меня терзают кошмары. Вина. И сожаление, – мягкий шёпот нежно растворяется в тишине. – Не доглядела. Не убедила прекратить. Позволила тебе стать монстром! – голос твердеет. Звонкий, будто удары в колокол, он оглушает собственные мысли. – Это моя оплошность. И только мне разбираться с нею. Ни властям, ни полисменам. Мне. «Личные счёты», —как бы сказала ты. Я уничтожу тебя, моя дорогая Агата. Раздавлю, будто букашку на ладони. Заставлю твое прогнившее и жестокое сердце остановиться раз и навсегда.