290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Гунны - Кровь Дракона (СИ) » Текст книги (страница 1)
Гунны - Кровь Дракона (СИ)
  • Текст добавлен: 30 ноября 2019, 19:30

Текст книги "Гунны - Кровь Дракона (СИ)"


Автор книги: А. Умиралиев






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

А. А. Умиралиев
ГУННЫ – КРОВЬ ДРАКОНА

Глава первая

Южная Хань

Осада города Наньань

– Четвертый попал! Пятый попал!.. Седьмой попал – Шептал Ван Мань.

Ван Мань – командующий южным корпусом армии империи Хань восседал на большом деревянном, с высокой спинкой, украшенном золотом кресле, подлокотники которого были вырезаны в форме драконов. Он сосредоточенно наблюдал за тем как один за другим «Хшуань Фенг»[1]1
  «Хшуань Фенг» – древнекитайский перрьер/требушет.


[Закрыть]
мечут камни в стены города Наньань и, попадая в одну точку оборонительной стены, у ее основания разбиваются о мощь крепости.

– Этот изменник выбрал отличную крепость для того чтобы укрыться с остатками своей армии. – Сказал вслух Ван Мань.

Стоящие вокруг него офицеры вслед за генералом Дун Чжо ухмыльнулись, но тут же спрятали свои улыбки, как только Ван Мань обернулся. Он, заметив их ухмылки ничего им не смог сказать.

Ван Мань понимал, что не пользуется уважением у этих опытных рубак, обиженных за своего настоящего командира Дун Чжо, вместо которого назначили командующим его, придворного ученого. Ван Мань неосознанно, подсознательно ища защиту, вцепился руками в подлокотники подаренного императором Лю Ши кресла, который являлся символом особого расположения и доверия Сына Неба к нему.

Ван Маню, что бы еще более сблизиться с императором, нужна была победа над мятежниками. Он, вопреки желанию генералов не бросил на штурм крепости солдат, а приказал дождаться пока построенные им катапульты, разобьют стены. Нет, ему не было жаль простых солдат. Для него, как и для любого придворного вельможи, они были в лучшем случае средством для достижения цели. Но он боялся командующего войсками мятежников, который две недели назад чуть было, не уничтожил его армию, и только многократное превосходство в численности спасло Ван Маня от поражения.

– Двенадцатый попал. – Прошептал Ван Мань, следя за траекторией полета камня, который попав в очередной раз в намеченную точку разбился. В следующую секунду от стены отвалился огромный кусок и, упав на землю, поднял столб пыли.

«Еще немного, еще немного…», – сердце Ван Маня от радости бешено забилось, – «скоро стена рухнет! И это благодаря мне! Это я изобрел новую конструкцию Хшуань Фенг! Это я правильно рассчитал траекторию полета снарядов, что почти все они попадают точно в цель».

– Береги-и-и-сь! – Закричал командир одного из расчетов «Хшуань Фенг» и в следующее мгновение камень размером в большой арбуз упал ему на голову, размозжив череп.

– Семнадцатый попал! – Снова прошептал Ван Мань, не обращая внимания на вопли обслуги предыдущей метательной машины, а затем крикнул, – эти камнеметы убивают больше моих солдат, чем наносят вред стенам Наньаня и укрывшимся за ними повстанцам. Это третий «Хшуань Фенг», который сегодня сломался!

– Мой господин, у всех ломается метательный рычаг, – ответил Ван Маню генерал Дун Чжо и, поднеся к носу зеленый шелковый платок, высморкнувшись, продолжил, – бамбуковая основа при перегрузке сильно гнется, в результате не выдерживает и рушится.

– Да вижу я это, не слепой. Ты мне объясни, откуда ты набрал этих неумех?

– Это лучшие артиллеристы во всей империи и не их вина, что они, против своей воли выполняя твой приказ, перегружают «Хшуань Фенг». – Ответил, почти прорычав Дун Чжо.

– Ну, ничего страшного. У нас еще осталось больше двадцати этих метательных машин, и они исправно бросают камни в стены. – Примирительно улыбнулся генералу Ван Мань.

Дун Чжо очень раздражал Ван Маня. Генерал прямо указывал ему на его ошибки при командовании и планировании военными действиями, а иногда и в очень грубой форме в присутствии подчиненных офицеров и даже солдат. Ван Маню хотелось казнить Дун Чжо, как он поступил с несколькими десятками офицеров и военных инженеров, пытавшихся вслед за генералом перечить ему. Он жгуче ненавидел его, но казнить, пока не смел. Дун Чжо был близким родственником императора Лю Ши и обладал большим авторитетом в армии.

В свою очередь, Дун Чжо презирал Ван Маня за его низкие воинские способности, мягкотелость и полное отсутствие даже самых элементарных боевых навыков, которыми, по его мнению, должен обладать каждый представитель знати Поднебесной. Но, так же как и Ван Мань, Дун Чжо не мог самовольно отстранить его от командования армией, так как тот был младшим братом императрицы Сяо Юань.

Дун Чжо хотел отправить жалобу лично императору Лю Ши на Ван Маня, бездарное командование которого поставило на грань гибели существование армии Хань на юге империи и грозила рассыпаться под ударами восставшего Чен Тана.

«Только многократное численное превосходство и мое вмешательство спасло от разгрома Ван Маня. Может, мне не надо было вмешиваться в сражение? И тогда поражение легло бы тяжкой виной только на Ван Маня». – Размышлял генерал, наблюдая, как десятки катапульт продолжают метать камни в крепостные стены города, – «нет, то, что я не позволил Чен Тану одержать победу, это верное решение. Всем известно, что истинным правителем Поднебесной является императрица Сяо Юань. По ее приказу были казнены все близкие родственники и друзья Чен Тана и даже многие офицеры, чья вина была только в том, что они какое-то время служили с ним или под его командованием. Меня от гнева Сяо спасло только чудо. Она прекрасно знает, что мы с Чен Таном долгие годы вместе сражались с хуннами у северных границ империи».

– О-оо, мой глупый, несчастный друг! – Прошептал неслышно Дун Чжо, – что за безумный поступок совершил ты, отправившись на земли западных варваров? Что тебя заставило совершить еще более безумный поступок, подняв мятеж против Лю Ши?

«Нет, то, что я остановил Чен Тана и не дал ему разгромить Ван Маня это верное решение». – В очередной раз постарался уверить себя Дун Чжо, – «не поступи я так, в измене обвинен был бы я, и вся вина в поражении легла бы на меня».

Генерал смотрел, как суетятся артиллеристы вокруг метательных машин.

«Все-таки надо отдать должное Ван Маню. Он верно рассчитал направление и конечную цель для снарядов. Еще немного и стена…».

– Рухнула, она рухнула! – Завопил в восторге Ван Мань, резко вскочив с кресла, отчего подушка, на которой он сидел, выпала за ним, – стена рухнула! – Продолжал кричать он. Затем, вспомнив о чем-то, замолчал и резко повернулся к Дун Чжо. Он посмотрел на него с такой надменностью, от чего генерал невольно склонился перед ним. За генералом поклонились все присутствующие офицеры.

– Вот видишь Дун Чжо, – сказал почти в экстазе Ван Мань, оглядывая всех и показав рукой на разрушенную стену крепости, как на доказательство своего превосходства над ними, продолжил, – не обязательно только уметь махать мечами. Достаточно быть просто умным человеком, чтобы выиграть войну!

Дун Чжо склонился еще ниже тем самым стараясь скрыть вспыхнувшую на лице ярость и не дать ей выхода…

* * *

В городе Наньань, у обрушившейся части стены собрались и ощетинились копьями несколько тысяч солдат. На один шаг впереди всех стоял Чен Тан. Его глаза были обращены в пролом стены и на стоящую дальше огромную армию Ван Маня.

– Император, «Хшуань Фенг» прекратили обстрел. – Доложился ему один из его офицеров.

Чен Тан снова обратил внимание на то, что последовавшие за ним люди, несмотря на скорое неминуемое поражение и гибель, продолжают именовать его императором Поднебесной.

«Да-а, не долго я носил этот титул. А ведь именно этот странный ху предложил ему назваться императором при живом и законном Сыне Неба – Лю Ши». – Размышлял он, и его воспоминания уже в который раз вернулись на несколько месяцев назад, к беседе с шаньюем западных хуннов, когда он находился у них в плену:

…– И Чен, я рекомендую тебе принять титул императора, – сказал тогда Боши.

– Но это невозможно при живом и полном здоровья Сыне Неба! Меня все примут за самозванца, то есть не примут, я им и буду. – Ответил внешне спокойно Чен Тан, хотя Боши всполошил все его потаенные желания.

– Я ведь тебя не обязываю назваться потомком основателя свергнутого династией Хань первого императора Ин Чжэна. Хотя почему бы и нет? Ну, а если все же не хочешь, прими титул под своим именем. Объяви о том, что династия Хань утратила свой Небесный мандат.

– Что утратила?

– Ну, данное Небом право на власть и низложи Лю Ши под этим предлогом.

– Объявить-то это легко. Деваться мне больше некуда. Меня ждет скорая смерть. Но может, ты мне лучше подскажешь, как убрать Лю Ши с золотого трона? – Начал раздражатся Чен Тан, – власть его крепка и армия любит его. А я неудачник, потерпевший позорное поражение от грязных и невежественных ху! – Продолжил он в ярости от чего забыл, что оскорбляет сидящего напротив своего победителя и правителя этих самых варваров, – кто признает меня и пойдет за таким императором?

Боши, к его счастью, не обратив внимания на оскорбление ответил:

– Мягкое может противостоять жесткому, слабое может противостоять сильному. Тот, кто слаб, может получить поддержку от народа. Тот, кто притворяется сильным, вызовет народное негодование…

Чен Тан открыл рот в удивлении, но сказать по этому поводу ничего не смог.

«Этот ху цитирует Книгу основ Цзяна Шана – князя Желтой скалы!»[2]2
  Книга основ – «Три стратегии Хуан Шигуна», в древнем Китае считалась книгой, способной вдохновить народ на бунт.


[Закрыть]
, – Подумал только он, – «и кому? Лучшему военачальнику Поднебесной!».

– Потеря государства и гибель происходит от потери народного доверия. – Продолжал излагать строки из книги этот необычный шаньюй, – поэтому найди то, что ненавидит народ в правлении Лю Ши и заяви, что при твоем правлении такого не будет. Тогда народ поднимется и пойдет за тобой. Используя мощь народа и гнев сможешь устранить Лю Ши и станешь следующим императором.

– И что же ненавидит народ?

Боши ответил:

– Неужели ты сам этого не замечаешь и не понимаешь?

И увидев недоуменный взгляд Чен Тана, Боши, ухмыльнувшись, продолжил:

– Во всей империи назревает бунт! Миллионы крестьян влезают в долги к богатым землевладельцам и чиновникам и вынуждены работать на них. Многие из них стали рабами. Оставшиеся, что бы избежать рабской участи продают свои небольшие земельные наделы и даже откупаются от долгов своими детьми. Сейчас невольничье население империи сравнялось в численности со свободными людьми. Почти все оставшиеся свободные крестьяне вынуждены жить в нищете и нести тяжелую для них повинность служа в армии и в строительстве Великой стены. Ремесленники и мелкие купцы изнурены налогами. Более того, недавно присоединенные к Хань племена дянь, елань и целань, живущие в южных и юго-западных окраинах империи также очень недовольны правлением Лю Ши. Но и это еще не все! Как ты сам знаешь, среди окружения Сына Неба тоже нет единства, и они разделены на противоборствующие кланы за власть и влияние на него.

– Ты хочешь, что бы я привлек на свою сторону ванов[3]3
  Ван – правитель провинции, назначаемый императором.


[Закрыть]
и глав семейств? Но они будут презирать меня, как только узнают, что я все еще жив и вернулся, потерпев позорное поражение от варваров. Точно также как я презирал бы любого из них, окажись они на моем месте. Видно судьба у меня такая. – Горько вздохнул тогда он, посмотрев в глаза Боши.

Но шаньюй, вдруг засмеявшись, ответил, еще более повергнув его в шок:

– Да, привлеки ванов. Обещай им власть какая была у них до Ин Чжэна. Обещай, что когда ты станешь императором, освободишь всех рабов из числа граждан империи, и каждый крестьянин получит землю, а ремесленникам будут упразднены все налоги на три года.

– Но это невозможно…

– Да тебе и не надо будет выполнять обещанное тобой. Главное подними народ на восстание. А там, когда станешь новым Сыном Неба, разберешься…

«Боши тогда убедил меня вернуться в Поднебесную и отпустил со мной всех оставшихся в живых от моей армии солдат. Вернувшись, я, следуя его совету, обещал освободить находящихся в невольничестве крестьян, снизить налоги, всеми мыслимыми и немыслимыми посулами, сумел привлечь на свою сторону несколько десятков могущественных семей. В мятеже вспыхнула вся южная половина империи. Почти все случилось так, как предрекал шаньюй западных хуннов. Только племена дянь, елань и целань не приняли предложение присоединиться ко мне и поднять восстание против династии Хань. Хотя они также отвергли требования Лю Ши, обратить на меня свои армии. Зачем Боши отпустил меня, своего врага? Я бы не оставил его в живых. Победи я, все ху были бы казнены!».

И только увидев четыреста тысяч солдат под командованием Ван Маня следовавших на юг империи все дальше от западных границ, сожженные ими десятки городов и деревень империи, сотни тысяч убитых, Чен Тан понял, чего добился шаньюй Боши отпустив его. Но было уже поздно что-то менять…».

– Видимо все же судьба у меня такая. – С горечью сказал Чен Тан наблюдая как в пролом стены врываются передовые отряды Ван Маня и высвободив из ножен меч приготовился к своему последнему бою…

* * *

Хань

столица – Чанъань

В огромном тронном зале «Дэяндянь»[4]4
  «Дэяндянь» – зал добродетельной энергии «ян».


[Закрыть]
перед восседавшим на золотом троне Сыне Неба – Лю Ши, склонив головы до пола расположились в несколько ровных рядов десятки высших сановников империи Хань. Император был одет в роскошные желтые шелковые одеяния с вышитыми от рукава к рукаву двумя красными драконами, головы которых, сплетаясь на его груди, раскрыв пасти, смотрели золотыми глазами вперед. Голову императора венчала корона из жемчужных нитей. Лю Ши мрачно нахмурившись, слушал донесение единственного стоящего перед ним человека в синих шелковых одеяниях, на груди и спине которого были вышиты цапли – знак принадлежности к высшему чиновничьему сословию.

– …Мятеж Чен Тана подержали ваны провинций Ба, Чэнду, Линьциня, Наньаня и Цзянхэ, – докладывал глава Министерства просвещения Гуан Ду, – ваны провинций Чанша, Гуйян и Фаньюй, племен минью и дунью воспользовавшись уходом из восточных провинций большей части гарнизонов также подняли мятеж.

– Они признали Чен Тана? – Спросил Лю Ши.

– Великий император, они вслед за Чен Таном объявили о создании новой династии и выбрали императором вана провинции Чанша – По Тайя. Остатки восточного корпуса укрылись в городе Цзянлин.

– Насколько я помню это ты предложил снять большую часть войск из восточных провинций и отдать под командование Ван Маня, а нуцай[5]5
  Нуцай – раб.


[Закрыть]
? – Нахмурился Лю Ши, повернув голову в сторону стоящего на коленях главы Военного министерства Тянь Даня.

– О-о, Ваньсуй-е[6]6
  Ваньсуй-е – Десятитысячелетний властелин.


[Закрыть]
, – ответил Тянь Дань встав с колен после того как трижды ударился в поклоне своим лбом о каменный пол тронного зала, – присоединив сто тысяч солдат к корпусу Ван Маня мы дали ему неоспоримое превосходство в численности над изменником Чен Таном. Мятежник По Тай и его генералы не имеют и малой части военного опыта Чен Тана. Корпус Вань Маня уже разбил его армию и осадил остатки войск мятежного генерала в Наньане и скоро крепость падет.

– Неужели для того чтобы одолеть Чен Тана нужно было оголять восточные провинции? Неужели такой мудрый человек как Вань Мань не справился бы с этим мятежным глупцом? – Мягко сказала императрица Сяо Юань, сидевшая слева от Лю Ши и тоже на золотом троне, только меньшего размера.

– Несомненно, мудрость Ван Маня выше всяких похвал, – ответил Тянь Дань, поклонившись императрице, – но давая этот совет, я руководствовался еще и тем, что о своем мятеже объявили ваны племен дянь, елань и целань, объединенная армия которых составляет почти двести тысяч воинов. Их еще предстоит снова привести к покорности. В мятежной армии По Тая сейчас не больше пятнадцати десятков тысяч. И его солдаты остановились в пятистах ли от Цзянлина, не решаясь приблизиться к нему и захватили лишь город Учан. Даже если у По Тая хватит смелости напасть на Цзянлин, его семидесятитысячный гарнизон легко удержит город до прихода победоносного Ван Маня. – Закончив говорить, военный министр снова поклонился Сяо Юань.

Императрица улыбнулась, слегка кивнув головой Тянь Даню…

– Может нам перебросить для подавления восстания По Тая армию с северных границ? – Спросил Лю Ши глядя на склоненные головы сановников.

– О, Великий, – произнес глава иностранного ведомства Чэнь Хао, также как и военный министр до него, перед тем как встать, трижды склонился ниц, ударившись лбом о пол, – я думаю в этом нет необходимости. Многоуважаемый Тянь Дань прав. Гарнизон Цзянлиня легко остановит мятежников По Тая. Угроза от него меньшая по сравнению с опасностью, исходящей от хуннов. Шаньюй восточных хуннов Хуханье заверяет нас в своей преданности. Но в его владениях сейчас очень не спокойно. Многие князья хуннов недовольны его подчинением Поднебесной. И если увести с северных границ армию и оставить без охраны Великую стену, Хуханье не сможет удержать своих варваров и они возобновят свои опустошительные набеги в Срединное государство. Также, если шаньюй западных хуннов Боши решит объединить все племена варваров и нападет на Хуханье, мы должны будем оказать ему помощь дабы предотвратить губительное для нас объединение кочевых племен. Думаю, в этом случае даже трех сотен тысяч стоящих на северных границах империи будет недостаточно. Предлагаю наоборот усилить северный гарнизон, как только Ван Мань одержит победу над Чен Таном.

– Угроза, исходящая от Боши действительно велика, потому мы подумаем над твои предложением Чэнь Хао. Но скажи нам, что происходит сейчас западнее провинции Ганьсю? – Обратился к министру Лю Ши.

– Да, господин. Сын вашей покойной двоюродной сестры Лю Цзею – Шими сумел захватить столицу государства Усунь-го – Чугу-Чен[7]7
  Чугу-Чэн – город Красной долины


[Закрыть]
. Но не все вожди признали его власть. Многие бежали к Боши, а оставшиеся продолжают оказывать сопротивление. Сохранять власть над частью владений Усунь-го ему удается при помощи сорока тысяч солдат, которые по вашему повелению мы успели набрать после гибели западного пограничного корпуса. Но Шими умоляет о помощи. Он утверждает, что Боши готовит поход на земли западнее Ганьсу.

– Это так?

– Наши лазутчики доносят, что правитель Кангюе, после гибели своей дочери жаждет мести, он требует похода на Усунь-го.

– А, что лучше для нас?

– Шими еще слаб. Большинство жителей Усунь-го верят, что Боши находится под покровительством Неба и им управляет дух шаньюя Моду, который двести лет назад был причиной многих бед Срединного государства. Поэтому я согласен с опасениями Шими. Большинство усуней признает власть шаньюя западных хуннов после того как он приведет своих варваров на земли их племени и сможет легко одолеть вашего ставленника. И тогда недалеко от наших западных границ будут войска хуннов, кангюе, усунь и принявших покровительство Боши племен сэ[8]8
  Сэ – саки.


[Закрыть]
. Тогда княжества Шулэ, Шачэ, Ятян, Юши, Куси, Веньсу, королевство Шаньшань[9]9
  Княжества Шулэ, Шачэ, Ятян, Юши, Куси, Веньсу, королевство Шаньшань и др. – государства Таримской впадины, находились на территории современного Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР.


[Закрыть]
и другие будут вынуждены отказать от повиновения нам и подчинятся хуннам. А это еще двести тысяч воинов и прекращение ежегодных выплат зерном, скотом, серебром и многими другими ценностями…

– И когда же он нападет на Шими? – Спросил неожиданно для всех громко Лю Ши и, вскочив со своего трона, стал ходить вокруг него, задумчиво скрестив руки за спиной от чего широкие рукава, как и подол его шелкового одеяния, волочились за ним по полу.

– Лазутчики сообщают, что Боши медлит. Думаю это связано с тем, что он дал священную клятву отомстить за смерть своего отца. В его смерти он винит Хуханье.

– Так он начнет войну с Хуханье? – Спросил с начинающим раздражением в голосе Лю Ши, – твои шпионы могут сказать точно, что будет делать этот проклятый ху?

– Премудрый правитель, – ответил, побледнев Чэнь Хао, но, невзирая на страх, его голос, продолжал звучать так же ровно и спокойно, – шаньюй Боши еще молод и потому не предсказуем…

– Так повлияй на него! Сделай так, что бы он пошел войной на Хуханье.

– Сейчас это сложно. Боши отдалил от себя князей, чьи жены были вашими поданными. Он даже издал указ о недопустимости участия в государственных делах вождей и запретил занимать высшие военные должности кочевникам, у которых есть жены ханьки.

– И, как восприняли это вожди и военачальники кочевников?

– Те вожди, у которых не было жен из Поднебесной, поддержали шаньюя. Те же, у которых они были, предпочли промолчать. Простые кочевники выразили одобрение решению Боши и потому эти вожди не решились выступить против него. Большинство военачальников просто вернули родителям, а некоторые даже убили своих жен – ханек, не желая терять свои должности.

– Проклятые варвары!

– Мой повелитель, по счастью моя дочь все еще жива!

На вопросительный взгляд Лю Ши, Чэнь Хао ответил:

– Выполняя ваше повеление, я семь лет назад выдал замуж свою дочь Инь Линь за вана могущественного племени о-кут[10]10
  О-кут – гузы


[Закрыть]
. И она сумела уговорить своего мужа присоединиться к Хуханье. Тем более, что у него есть еще обида за убитую по вине Боши племянницу.

– Хм, – нахмурил лоб Лю Ши, – восстание племени о-кут усилит шаньюя восточных хуннов! А еще ты сообщал, что внук вана племени сяньби – Лошан покинул Боши и присоединился к Хуханье.

– Да император. Все это отвлечет Боши от Усунь-го и он вынужден будет начать междоусобную войну с племенем о-кут, восточными хуннами и сяньби. Даже если он и одержит победу в этой борьбе, сил на войну с Усунь-го у него уже не останется. Это даст время Шими укрепить свою власть среди них, да и к тому времени мятеж Чен Тана будет подавлен и освободившуюся часть армии Ван Маня мы сможем направить ему в помощь.

– Хм, нам не нужна победа Боши. Отправь сегодня же гонца к Хуханье и сообщи, что мы не оставляем в беде своих верных подданных. Триста тысяч воинов империи Хань, как и в прошлый раз защитят его. Пусть смело начинает войну с Боши.

– Святой император, это еще не все. К нам прибыло посольство из государства находящееся южнее моря Лэйцжой[11]11
  Лэйцжой– Аральское море


[Закрыть]
и западнее страны Давань[12]12
  Давань – Ферганская долина


[Закрыть]
. Они просят о союзе и помощи в борьбе с хуннами…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю