Текст книги "Семя и всходы (СИ)"

Автор книги: Yugoross

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 35 страниц)

Затем, Вик заставил считать и возможности подъёма межкорпусной открытой палубы. Там всё сложнее. Если срастить эту надстройку балками с такими же надстройками на корпусах, то по прочности она тоже вписывается в допуски. Поднять движки выше основной перемычки и четвёрки главных движков на кормовой площадке удаётся. Проблемы только в габаритах общего «гиперкокона» при переходе...

– Подожди. Какие движки приподнять выше основной перемычки? О чём это ты? – прервал бубнящий монолог искина Руду.

– Так... «средняка». – промлямлил сбитый с настроя Брату, – Среднего крейсера, которого ты планируешь найти и восстановить.

– ...Ну, да.... Если на межкорпусной палубе можно ремонтировать «средняк», то почему нельзя перевозить? – Сам себя спросил Руду.

– А вот если удастся подключить к разгону и шесть движков «средняка», то время такового упадёт до восьми или десяти, максимум, часов. Почти как у современного джарварского «тяжа». Хакданские и дживейские, конечно, побыстрее будут....– вновь забубнил повеселевший Брату.

– Погоди! – вновь «тормознул» искина капитан. – А что за проблемы...впрочем, ... понял! Средний крейсер может при его поднятии не уместиться по высоте в размеры гиперкокона при прыжке?

– Да, капитан. – подтвердил Брату, – но я уже дважды всё пересчитал и ещё пересчитаю. Получается, что если это будет крейсер модели «Ан Хамази», как ты и планируешь, то впритирочку, но всё получится. Другие модели не пройдут по высоте, а этот джарварец пройдёт. Разве что некоторые надстройки придётся демонтировать, да орудийные башенки ПКО может срезать гиперкоконом. Впрочем, с твоего «средняка» может ничего демонтировать и не придётся...

– Стоп! С какого такого моего «средняка», что, есть и не мой? – очередной раз остановил причитания искина Руду.

– Так ведь,... Лёня потом предложил, как только закончится восстановление всех кораблей, сбросить с грузовика наш крейсер -разведчик и «средняк». Потом соединить их жёсткой сцепкой, с плоским бруском «Ан Хамази» это вполне осуществимо. Ведь, даже, в пилотских базах знаний об этой возможности упомянуто, и после синхронизации гипердвигателей для создания совместного гиперкокона в прыжке, запустить их отдельным тандемом. С синхронизацией я теперь вполне справлюсь. После освоения возможностей кластера «десятиклассников», я и твоему хвалёному «шестнадцатому" нос натяну. Экипаж – ты и Алекс. И ты же сам знаешь, что расстыковка тандема в случае нужды производится почти мгновенно, и в возможном боестолкновении каждый корабль действует совершенно самостоятельно...

А на освободившиеся места можно поставить ещё один восстановленный «Лигур» на корпусе и ... «Ан Хамази».... тоже восстановленный... на межкорпусной палубе... Или ещё два «Лигура». А Ирина добавила, что если не себе, так на продажу....

– Ой, мааамочки! – втянув голову в плечи обречённо протянул Руду,.. потом рявкнул, – Да , прекрати же ржать! Я тебя точно прибью сегодня, братец!

– Ну, конечно! Как говорит в таких случаях тот же Лёня: «...всех непричастных привлеку, всех невиновных накажу!» Настоящий дживейский капитан! – с трудом вымолвил, уже начавший икать от смеха, Нефу.

– А кто же собирается пилотировать всё это безобразие, не скажешь, «железяка»? – опять взялся за искина Руду.

– Так ведь я уже говорил, что ты и Алекс пойдёте на тандеме. Остальные на «Прелести».

– Что это ещё за «Прелесть»? Откуда? – обречённо спросил «на автомате» Руду, уже догадываясь, что услышит в ответ.

– Докладываю! – бодро отрапортовал Брату. Земляне, после обсуждения, немного почему то поржав, почти как Нефу сейчас, утвердили новое имя транспортника. Владелец корабля, то есть, Виктор, не возражал. Теперь грузовик называется «Прелесть».

Отследив боковым зрением уползающего из рубки в коридор на четвереньках невнятно поскуливающего Нефу, капитан решительно заявил,

– Я в медкапсулу, учиться! И не сметь меня из неё извлекать, пока эта банда не будет готова взяться за ... «Прелесть»,.. ети её в душу... и маму... и вообще! – и решительно зашагал в медотсек.

– Принято, капитан – дисциплинированно отозвался искин, затем задумчиво добавил, – И всё таки он у нас псих!... Но зато, отходчивый!!!

Глава 9.

Огромное, крайне несуразно выглядящее сооружение заканчивало почти суточной продолжительности разгон перед уходом в гиперпространство. Только длинные раскалённые на выходе хвосты, вырывавшиеся из дюз многочисленных разнокалиберных двигателей, указывали на его явное родство с космическими флотами разумных, обитавших в Содружестве Космических Государств. Впрочем, два корабля, относящихся к семейству так называемых лёгких или малых крейсеров, закреплённые на поверхности сооружения, вполне идентифицировались опытным взглядом, но и они были неодинаковы, будучи произведёнными явно на разных предприятиях по разным чертежам.

Один был похож на глубоководную рыбу, оказавшуюся слишком близко к поверхности и раздувшуюся слегка от внутреннего повышенного давления, а второй больше напоминал морских обиталей с уплощённым округлым телом, типа земного морского ската. Соответственно, дживейская и антранская школа кораблестроения определялась буквально на глаз. А вот, то, на чём они крепились, было больше похоже на обглоданный кем то скелет неведомого животного. И только наличие явно принадлежащего этому уродцу набора из нескольких огромных, работающих вовсю двигателей, заставляло и в нём заподозрить родство с космическими кораблями. Угадать в этом решётчатом недоразумении транспортник весьма распрострнённой джарварской модели «Ан Сарври» мог только намётанный глаз опытного пилота или флотских инженеров и техников. Двухэтажная ажурная конструкция, выполненная из балок силового набора, соединённых решётчатыми перемычками из балок меньшего сечения, на которой и были закреплены два лёгких крейсера с активно работающими двигательными установками, в совокупности создавали весьма абстрактную и несколько сюреалистичную картину. Но любоваться ею было некому.

Руду сидел в рубке крейсера – разведчика в своём удобном ложементе капитана и, по штатному совместительству, первого пилота, привычно терпеливо, даже, меланхолично отслеживая на табло меняющиеся цифры последних, необходимых для ухода в гиперпереход, процентов так называемого прыжкового потенциала. Рядом, в кресле второго пилота, так же спокойно сидел их удивительный псион и привлечённый специалист по штату, Алекс Ясень. Время от времени он замирал буквально на несколько мгновений, впадая в свой, уже привычный для команды, псионический транс или медитацию. Руду знал, что каждую выпадающую свободную минуту его товарищ и подчинённый использует для тренировок и развития своего дара. Причём, это были тренировки почти всегда совмещаемые с очередным экспериментом. Опытных учителей и наставников у Алекса никогда не было, да и не могло быть, по ряду обстоятельств, и, развиваться далее, как псион, без постановки многочисленных и, вероятно, не всегда безопасных экспериментов и опытов, он не мог.

Получив однажды жёсткий отпор, на попытку заполучить от Алекса более подробную информацию о его даре и способах его развития и совершенствования, Руду больше ни разу не пытался повторить нечто подобное. Да и опасно было проявлять неразумное упрямство в отношениях с инициированным мощным псионом. Это могло кончиться для излишне любопытного максимально печально. Несмотря на прекрасные отношения между ним и Александром, плавно перерастающие в настоящую мужскую дружбу, Руду ни на секунду не позволял себе забыть о истинных возможностях таких, наделённых опасным для окружающих даром, людей. Его брат Нефу сейчас находился в роли «привлечённого капитана» в рубке транспортника. Вместе с ним в статусе пилота – стажёра сегодня управляла огромным кораблём Ирина.

Повторялась история с получением официальной отметки в нейросети и индивидуальной карте, о поднятии на более высокий профессиональный уровень в пилотском ремесле. Тогда земляне получали профессию пилота средних кораблей, по принятой в Содружестве основной их классификации. Теперь, к изученным пилотским базам знаний для получения права пилотирования больших кораблей, надо было опять совершить под опекой пилота – наставника хотя бы один реальный гиперпрыжок, с предварительной выдачей искину навигационных заданий. Демонстрировать навыки маневрирования в ручном режиме управления, теперь уже не требовалось. Всё равно, это было практически невозможное деяние и для самых опытных пилотов. Слишком большими массами и объёмами сложнейших конфигураций, в виде больших космических кораблей, мог в теории управлять только разумный с возможностями мощного искина.

Тут, опять, как и в случае с крейсерами, срабатывало несоответствие ранжирования кораблей в общей классификации и в отдельной ранговой линейке транспортников или грузовиков. Лёгкие или малые транспортники в общей классификации, числились средними кораблями, а их средний транспортник модели «Ан Сарври», по той же общей, был несомненно большим кораблём. Виктор, фактически являясь владельцем трофейного корабля, не мог быть признан его капитаном ни одним искином в Содружестве, без обретения нужной «засечки» на нейросети и отметки о получении соответствующей профессии в индивидуальной карте. Здесь ему карту пока заменял временный идентификатор пассажира корабля, вступавшего хотя бы однажды в юридические отношения с одним из субъектов Содружества. Этого уже было достаточно для обретения почти всех прав гражданина Содружества.

Особенно это правило касалось имущественной и профессиональной сфер. Вне освоенного космоса, капитан военного корабля Флота одного из субъектов конфедерации получал права, в принципе, не отличавшиеся от таковых у президента или канцлера при монархическом типе правления. Он принимал все необходимые правовые решения, строго в рамках действовавшего в Содружестве и его субъектах законодательства, которые, конечно, позже, подлежали утверждению вышестоящих ветвей власти. Но, это уже было скорее формальностью. Капитан, принявший ошибочное или не в полной мере правомочное решение, мог быть наказан с разной степенью суровости, но ещё не было в практике случая, чтобы принятое им правовое решение было отменено.

Так что, официальное признание Руду среднего транспортника модели «Ан Сарври» трофеем Викту Бера, обнаруженного им в космосе при явных свидетельствах давнего отсутствия живых членов экипажа, подтверждённого главным искином корабля, было по сути окончательным и отмене не подлежало. То же самое относилось и к получению отметок о профессии. Как владелец корабля Викту мог заключать контракт найма только «временно привлечённых специалистов». Каких либо ограничений на тип специалистов в инструкциях и правилах Брату не обнаружил. Так появился, с согласия Руду, временно привлечённый капитан корабля и, по совместительству, пилот – инструктор Нефу Чак. Вот такая юридическая казуистика. Но, тем не менее, всё было абсолютно по закону!

В принципе, Виктор получил заветную отметку о необходимой профессии уже после первого «возвратного» прыжка за вожделенными двигателями тяжёлого антранского крейсера, но в очереди на получение профессии стояли товарищи. Следующим стажёром отработал своё Леонид, а сегодня пилотские «корочки» получит Ирина. Алекс мог пока не спешить. Руду всё– равно в ближайшее время не намерен был отпускать от себя далеко волшебную «палочку – выручалочку». Так что Нефу продолжал оставаться в своей забавной временной должности.

Руду не без содрогания вспомнил их первый прыжок на пресловутой «Прелести». Растянувшийся на тридцать с небольшим часов разгон казался уже бесконечным. Хорошо ещё, что явно нарастивший свои возможности с поглощением ресурсов пары «десятиклассников» Брату, сумел, «припахав» и искин-кластер «Ската», организовать мощный направленный и управляемый силовой щит для их химеры. Система была достаточна замусорена, и без этого щита риск сброса уже набранного прыжкового потенциала на ноль при столкновениях с достаточно массивными помехами на треке разгона была весьма реальной. Но переход в результате был совершён к пси – активированному реперу вполне успешно, причём Брату уже при шестидесяти процентах набранного прыжкового потенциала сообщил, что и без дополнительной пси-накачки Алекса сумел завершить все рассчёты и точно «видит» репер в точке прибытия. Это уже было чем то новеньким.

Но «фанатеть» с экспериментами не стали. Заменив на корпусах по одному двигателю со средних крейсеров на благополучно снятые с «тяжа» мощные движки для джарварских тяжеловесов и слив остатки топлива из его баков, обратный переход совершили уже, с показавшимся куда более комфортным, двадцати двух часовым разгоном. Хотя и это пока было очень большим сроком. Хакданская двигательная четвёрка на основной площадке мало того, что была чуть менее мощной, чем штатная группировка, так ещё и порой норовила барахлить с дополнительным сбросом мощности.

В голове очень привычно и мягко отзвонила система предупреждения нейроимпланта о близком уходе в гиперпространство немедленно продублированное Брату, и почти сразу ненадолго слегка закружилась голова. Переход к новой для них предпоследней в ряду систем «отскока» начался. О заходе в одну из основных систем Горячего Завала теперь и речи быть не могло. Организовать трек разгона для крайне неспешной «Прелести» в системе, разрешённые пояса которой буквально забиты остатками былого сражения, было весьма проблематично.

Их «легкач» и пришёл бы туда и ушёл оттуда по наводке Алекса вполне спокойно. Но воевали там почти исключительно тяжёлые боевые корабли, включая немалое количество линкоров и тяжёлых рейдеров носителей с тучами москитного флота на борту. А москитный флот – это ещё и весьма изрядные объёмы, засеянные минными полями. Именно многочисленные эсминцы, корветы и тяжёлые штурмовики за счёт своей численности способны за короткое время засевать этой пакостью обширные районы. Там весьма проблематично найти малоповреждённый средний крейсер. После попадания под залп линкора или «тяжа» от него мало что останется, кроме разного калибра обломков. Вот трофеев в виде ценного и сложного оборудование на останках больших и дорогостоящих кораблей там набрать можно, а сами корабли лучше искать в ближайших системах «отскока», а то и ещё чуть дальше.

Было бы время, и поискали бы.

Но их экипаж и так «успешно» преодолевал почти полугодовую отметку в своём затянувшемся путешествии – возврате домой. Тем более, что предварительное «пси"-сканирование системы показало наличие в ней никак не менее двухсот энергоактивных объектов. Это более чем вдвое больше, чем было в предыдущей, где они и заимели весь свой корабельный парк, включая «Прелесть». И здесь имелось достаточно пси – сигнатур принадлежащих лёгким и средним крейсерам. Были и транспортники, сразу восемь сигнатур Алекс уверенно определил, как принадлежащие «товаркам – сёстрам" «Прелести». Говоря о численности потенциальных кандидатов в трофеи, имелись в виду только объекты сохранившие хотя бы минимум энергонасыщенности. Экипаж же вполне бы устроил и совершенно мёртвый корабль с целым двигателем или грузовым модулем.

На время прыжка Алексу в рубке делать было нечего и он отправился на очередную учёбу в медотсек. Там во всю хозяйничала его Ирина. Несмотря на то, что она отказалась от изучения военных медицинских баз, тем не менее доучиваемый ею шестой уровень по большинству баз медицинской ветки фактически оставил не у дел Нефу, как медика. Он то редко по какой дисциплине усвоил полностью четвёртый уровень. Но для, фактически, медтехника, а не врача, обслуживающего высокоавтоматизированные военные образцы медкапсул, этого было вполне достаточно. Искины этих капсул справлялись, можно сказать, самостоятельно с большинством проблем связанных с самыми тяжёлыми ранениями экипажа и пассажиров. А вот, виртуозно подобрать совершенно индивидуальный состав разгона для ускоренного изучения баз знаний без изученной в пятом, а лучше в шестом уровне фармакологии и нейрофизиологии очень сложно. Ирина уже «переварила» в этих дисциплинах шестой уровень баз знаний. На этот раз в гипере предстояло провести почти трое суток. Навигационный угол подвёл. Виктор и Ирина активно изучали базы знаний Торговля и Финансы, доучивая уже четвёртый уровень. Особенно важно это было для Виктора. Именно «вольному стрелку», в случая успешного окончания командой пути, предстояло реализовывать накопленный в пути «хабар», а возможно и регистрировать корпорацию. Он и готовился, намериваясь поднять уровень до максимума по имевшемся в распоряжении экипажа базам знаний по этим веткам.

Почти всё остальное свободное время Алекс и Ирина упорно возились с боевой средней лазерной установкой. Сначала возился только Алекс, затем всё чаще стала подключаться Ирина. Вопросов, Руду, уже наученный горьким опытом, не задавал. Сочтёт псион возможным , расскажет. А нет, так нет. Эту установку землянин выпросил, по его словам, для опытов ещё после одной из первых мародёрок на останках четырёх хакданских «средняков», в той системе, куда и ходили за парой движков с антранского «тяжа». Тогда экипаж впервые столкнулся с реальной возможностью заполучить «горячего» от вроде бы безнадёжно разбитого «обмылка» боевого корабля. И если бы не предварительная «анестезия» Алекса, им бы и прилетело!

Поначалу, провозившись с лазером два-три часа, Алекс, позже, уже вместе с Ириной, уходили хмурые и недовольные. Затем, к их непонятным работам стал подключаться Вик. Но и помощь гениального механика, похоже, не помогала. Просвет в попытках изуродовать боевой лазер явно появился с подключением Леонида. В работах с лазером он разительно менялся. Куда и девался балагур и надоеда. Отрешённый, ушедший в себя взгляд, короткие тихие переговоры с Алексом и Ириной. И вот, вся компания явно повеселела. К работам вновь был подключён Вик. Руду понял всё так – период теоретических изысканий и экспериментов успешно завершён, и наступило время изготовления реальных предметов, устройств и приспособлений. Поэтому, вновь потребовалась помощь механика – практика. Как оказалось, Руду был совсем недалёк от истины.

На следующий день Алекс и Вик, при активном участии Ирины, занялись установкой явно модифицированного ими боевого среднего лазера на одну из штатных оружейных точек «Ската». И капитан понял, что псион похоже не желает подпускать к своим секретам даже Брату. Хотя, это у него вряд ли получится. Брату давно контролировал искины всех кораблей, базирующихся на «Прелести», включая и управляющий кластер самого грузовика. Лазер антранского производства, который заменяли на хакданский трофейный, даже, немного превосходил по мощности своего сменщика. Но, тем не менее, замена состоялась. Похоже, дело было не в мощности.

Наконец, наступил час выхода из затянувшегося на этот раз гиперперехода. «Прелесть» вывалилась в привычное пространство в тридцати километрах от пси-активированного репера. Это был буквально «снайперский» выход. До сих пор, ближе, тоже ничтожных по космическим меркам, пятидесяти километров, выходить не удавалось. Это была самая «чистая» часть системы. В недалёких окрестностях от репера высвечивалось не более полутора десятков относительно рассредоточенных объектов.

Только в одном месте этой части системы, примерно в двух тысячах километров от точки выхода, находилась довольно тесно расположенная группа из шести объектов, сигнатуры которых позволяли практически безошибочно отнести их к средним крейсерам. Причём, это были явно крейсеры какой то одной из сторон давнего конфликта. Бывшие враги, будучи столь тесно расположеными, непременно бы устроили продолжение «войнушки» до полного уничтожения объектов одной из сторон.

Руду совсем уже наметил первый выход к этой группе, но тут, с ожидаемой заявкой на важный эксперимент, «подъехал» Алекс.

С, вполне ожидаемой Руду, заявкой. Всё правильно, лазер установлен, лазер должен выстрелить. Выход Алекс заявил на «Скате» вместе с Леонидом. В ответ на возражения Руду о недопустимости необоснованной перетасовки устоявшихся сработанных экипажей, Алекс предложил капитану взять в пару своего брата. Уж, с ним то, степень сработанности будет наивысшей. Потом, успокоил Руду, объяснив , что на самом то деле, он имел ввиду парный выход. Он с Леонидом на «Скате», а Руду с Виком на «Рыбке», чуть отставая, как бы на подстраховке. Хотя характер возможной опасности объяснять не стал. Руду поморщился, услышав в очередной раз, намертво приклеившееся к его крейсеру игривое прозвище, но возражать не стал. Возражать было абсолютно бесполезно. Всё дело было в Ирине.

Как то, в очередной раз пытаясь что то сказать о крейсере – разведчике, она вдруг буквально взорвалась негодованием,

– Какого демона я должна всякий раз вспоминать и выговаривать дурацкий набор букв и цифр, когда требуется что то сказать о нашем крейсере? Почему корабль не имеет собственного имени?

Руду попытался объяснить нормы установленные штабом Флота по идентификационной маркировке малых крейсеров разведки, но был безжалостно перебит и вынужден был выслушать прямым текстом незамысловатый адрес по которому Ирина посылала и штаб, и всех его умников, а если капитан со штабом согласен, то и капитана тоже!

– Но ведь не положено.... по протоколу, – только и смог он сказать, с опаской поглядывая на постепенно распаляющуюся фурию, возвышающуюся над ним на целую голову. Нефу, видевший неоднократно, чем заканчиваются подобные вспышки для закадычной парочки своих шкодливых и несносных мучителей, у одного из которых до сих пор не хватало одной ноги, тихо и незаметно слинял из кают-компании.

Однако, он явно поспешил. Ирина, вдруг, успокоилась и переспросила,

– Не положено, говоришь? Имя давать не положено? Тогда дадим прозвище! Брату! Есть в протоколах запреты на прозвища для кораблей?

– В протоколах запретов не обнаружено, – противным скрипящим голосом типичного канцелярского штафирки, от которого у всех даже зубы заныли, пронудел искин.

– Слышал, капитан! – торжествующе продолжила воинственная дева, – Прозываю наш корабль "Рыбкой"! Кто не понял, узнает про раков и места в которых они переживают неблагоприятное время года!

И всё! Сказала, как приклеила! Попытки Руду усовестить Виктора и Леонида, тоже начавших погонять корабль Рыбкой, закончились только окончательным закреплением в памяти продиктованного впервые Ириной заветного адреса.

Между тем, Брату выдал результаты сканирования окрестностей выхода по данным сканкомплекса «Рыбки». Ближайшим энергонасыщенным объектом оказался повреждённый лёгкий хакданский крейсер пятого поколения «Сору 5Р». Алекс отметил на нём, как минимум, два активных искина и несколько действующих средних реакторов и накопителей. То есть, цель достаточно опасная. Крейсеры разведки хакданцев этого поколения вооружались лазерным оружием средней дальности и ракетным вооружением. Крипто-комплекс «Ската», который тоже относился к пятому поколению не давал гарантии скрытности приближения.

Поэтому Алекс остановил своего «водоплавающего» на растоянии максимальной дальности стрельбы для своего перестроенного лазера . К удивлению Руду, расстояние приближалось к дальности стрельбы среднего тоннельного орудия. Обычная лазерная установка на таком расстоянии могла, разве что, подсветить цель , не нанеся ей никакого вреда. Лазерный луч, даже, спичку бы не воспламенил на столь значительном удалении. Но здесь решались совершенно иные задачи. Алекс коротко помедитировал, слегка насыщая искины недобитка уже многократно испытанной порцией пси-энергии, а затем дал добро своему корабельному кластеру управляющих искинов на выстрел. Негромко щёлкнул короткий импульс, «озвученный» сработавшим конденсатором накопителя, практически невидимый импульс света «воткнулся», а если точнее,. то просто коснулся корпуса «легкача», и все его искины отправились в аут, ожидать команды на перезагрузку. Удовлетворённо крякнув, Алекс дал команду и «Мих крипто» под управлением Вика бодро помчался к «легкачу» для окончательного снятия искинов или, как говорил в таких случаях Лёня, для «приведения наглецов в меридиан»..

Новое оружие сработало! Сработало с первого раза и на максимальной, можно сказать, запредельной для обычного лёгкого крейсера дистанции. Тут же возбуждённо забубнил Брату,

– Меня во время выстрела вовсе не зацепило! А то ведь прилетало каждый раз, когда Алекс шарахал лучём, запуская гасящий активность искинов резонанс пси-накачки. Я ему всегда об этом докладывал, а он объяснял, что не может ещё сузить пси – луч и совсем его локализовать. «Отсветка» всё равно будет, и цеплять всех в округе будет, но говорил и о том, что он работает над разрешением проблемы. Похоже, решил! Вот только, когда резонанс был уже инициирован лазером, прошёл общий «пси-шум», я его почувствовал, но локализовать, понять откуда прилетело, не мог. Значит и посторонний наблюдатель, чувствительный к «пси» не поймёт, от кого прилетело! Браво Александр!

Руду, совсем уже собравшийся осадить надоедливого искина, теперь внимательно прислушивался к его восторженному бормотанию. Он уже «умучился» раз за разом укладывать неустанно подкидываемые псионом неожиданные новые чудеса, в вынужденно непрерывно пересматриваемые им, тактические схемы проведения его отрядом возможных оборонительных и наступательных мероприятий, во всех мыслимых ситуациях, которые могли возникнуть на их пути.

Конечно, границы способностей Алекса к быстрой пси-накачке искинов враждебных им кораблей будут решать всё! Но, тем не менее, схемы использования в бою четырёх таких лазеров надо заранее прорабатывать. Именно столько единиц с их стороны будет возможно задействовать по максимуму в возможных грядущих боестолкновениях. Руду учитывал свою Рыбку, Скат, «Ан Хамази», который они обязательно найдут и восстановят и «Прелесть» или один из закреплённых на её корпусах «Лигуров». Вот, с «Ан Хамази» могут быть проблемы. Это же «средняк» с чисто артеллерийским вооружением. Главные искины могут и отказаться подключить к системе управления вооружением неуставной лазерный довесок. Но, на крайний случай, можно будет установить автономный «искин – оружейник» с автономным же питанием от четырёх – пяти собственых средних реакторов с накопителями и на него же завязать сеть независимого сканкомплекса содранного с одного из побитых «Лигуров». Подчинить их, напрямую через нейросеть, капитану, а главному управляющему приказать, не вмешиваться в работу дополнительного спецоборудования.

«Полевое» перспективное планирование в исполнении капитана было прервано воплем Вика,

– Да, как же можно было бросить такой корабль! У них совсем за войну мозги отшибло! С ума сойти, тут же всё почти целое! Прилетело по рубке и разбило главный управляющий искин, а остальное живо! Все основные двигатели и гипер – хоть сейчас запускай! Топлива тю-тю, баки все продырявило и маневровые отшибло. Остальное цело. Ремдроиды по всему кораблю, оцепеневшие после Сашулиной плюхи, сидят. А ведь, всё что могли, почти восстановили. Баки залатали, пробоины в корпусе даже заплатами зашили. Топливо залить , искина добавить, линки управления на нём замкнуть и поехали! Жалко разбирать готовый кораблик. Руду, что будем делать?

– Пока сними все рабочие искины. Если говоришь, что всё цело, то их должно быть не менее трёх, не считая запасных в трюмах: от рем-комплекса, оружейный и из медотсека. Алекс, подходи вплотную и Скатом отбуксируй этого хакданца к «Прелести». Скат помощнее моей «Рыбки», а хакданец – один их самых миниатюрных среди «легкачей». Там решим что с ним делать, разбирать или восстановить и спрятать где-нибудь здесь на будущее! Потом продолжим эксперимент... после короткого разговора. У меня всё же появились вопросы, которые при всём желании не обойти, – распорядился Руду,

– А я пока сканкомплексом «позырю» с более близкого расстояния на следующего подранка. Вик, поможешь ребятам зацепить этого «почти целого» и ко мне на «Мих крипто»! Руду уже не в первый раз даже не заметил, как сам воспользовался, раздавая приказы, так возмущавшим его поначалу прозвищем своего корабля. И не удивительно, потому что это было на самом деле удобно.

Следующей энергонасыщенной целью оказался такой же, как и предыдущий, лёгкий крейсер «Сору 5У», отличавшийся от разведчика, судя по маркировке, только заявленной универсальностью. И он тоже был из разряда малоповреждённых. Только вот двигатели у него были разбиты, зато искин, похоже, вполне «жив», и сканкомплекс у него был в полном порядке. Приблизившуюся Рыбку засёк вполне успешно, и Брату получил запрос от него по паролям и кодам. Руду счёл за благо отступить, пообещав про себя строптивцу вразумляющую пилюлю от псиона в ближайшем будущем, а сам с тоской стал готовить защиту от неизбежных нападок сладкой троицы – Вика, с его «хомяком» и «жабой». Капитан уже давно вынужденно воспринял эти забавные земные примочки о «персональных зверинцах разумных». А ведь теперь, один, действительно целый, лёгкий хакданец, команде обеспечен. Уж, из двух подранков Вик одну «конфетку» слепит гарантированно. Но, брать в поход по хакданским владениям такой трофей нельзя. Обидно! Да и экипажей где взять?

Вопреки ожиданиям, Вик «поскулил» вполне в меру, преобладала радость и предвкушение предстоящего создания очередного шедевра восстановительных работ в его исполнении. У Руду же, мысленно формирующего список необходимых и , главное, допустимых вопросов псиону в предстоящем разговоре, постепенно созревало понимание ошибочности его стремления заполучить в пару Рыбке средний артиллерийский крейсер джарварской модели.

«Средняку» для должной отдачи в возможных боях нужен был экипаж, минимум, из трёх человек. А людей для этого просто не было. Надо было искать и восстанавливать ещё один «Лигур 5Р». Нужен был именно антранский «легкач» – разведчик, как Скат. На нём имелся очень неплохой крипто-комплекс пятого поколения. Такими «вкусняшками» имперцы оснащали, среди разнообразных вариантов специализаций «легкачей", только разведчиков. Против скана седьмого поколения на Рыбке он конечно не защищал, но в походе по Завалу и ожидавшему их местному Фронтиру мог здорово выручить.

Пираты и «контрики», в основном, владели парком судов третьего и четвёртого поколений, редко – пятого. А для них, практически невидимый «легкач», да ещё вооружённый такой «гулей», как лазер модернизированный псионом, становился смертельно опасным противником. Управлять легким крейсером мог и один капитан, роль оружейника исполнил бы искин, только вовремя ему команды отдавай.