Текст книги "Всё будет по-моему! Арка 4 (СИ)"

Автор книги: Wing-Span

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 51 страниц)

Глава 288

От резких пронзительных слов принцессы фанаты Кары непроизвольно поёжились. Если бы сказанное адресовалось им, то в общаге следующим днём непременно нашли бы несколько тел покончивших с собой влюблённых дурачков.

«Быть того не может…» – неверяще пробормотал Сруль, с отчаянием замотав головой.

{Неужели до него дошло?! Слава Персефоне!} – очаровательно улыбнулась Кара от радости. Для неё, высшего демона, обычно проще простого сломить дух почти любого человека, однако этот толстокожий урод смог бросить вызов её способностям. Но теперь-то она своего добилась, можно выдохнуть!

Наивная.

После долгой паузы Сруль, с видом озаренного учёного, узревшего истину мироздания, воскликнул: «Вы провоцируете меня, чтобы я ухаживал за вами! Ну конечно же, женщины ведь любят прятать свои настоящие чувства за фасадом грубости и безразличия!»

У Кары перехватило дыхание. Она аж закашлялась от подступившего негодования. Какое разочарование! Демоница уже надеялась, даже поверила в свой успех, однако всё оказалось тщетно. Он опять её обломал.

Многие зрители этой сцены непревзойденной тупости Сруля дружно шлепнули себя по лбу.

Кён отряхнулся, с чрезмерной уверенностью в себе приблизился к любимой красавице и протянул ей коробку шоколадных конфет в форме сердца: «Примите мой скромный подарок, о великая богиня!»

Кара – демон гнева, однако злиться на патологического идиота становилось всё сложнее. Она крепко сжимала кулак и раздумывала: не отправить ли дебила на тот свет одним хорошим ударом? К чему все эти мучения, если есть давно проверенное решение? Кто он вообще такой, чтобы она тратила на него своё драгоценное время и силы?

Однако эта идея все же была отклонена. Принцесса попросту не желала менять придуманный ранее план. Её демоническая натура способна уничтожить сердце любого мужчины, а этот урод, значит, исключение? Ну уж нет! Её самолюбие и гордость не перенесут, если их обладательница не справится с каким-то ничтожным выродком. Вдобавок Кара привыкла всегда и любыми способами добиваться поставленных целей, такой у неё характер.

Приняв окончательное решение, демоница резким движением руки выбила коробку из рук урода: «Не нужны мне твои подачки! Если ты, свинья, хочешь обрадовать меня, то кастрируй себя на глазах всей школы! Заодно этим поступком сделаешь огромное одолжение всему миру, оставив его без своих уродливых потомков.»

«Неужели вы хотите от меня детей?» – с придыханием спросил Сруль.

«Нет! Я лучше рожу от собаки, чем от тебя!» – отрезала Кара.

«Тогда…» – Сруль, будто что-то осознав, присел на колени, подобрал конфету с пола и попробовал на вкус, затем брезгливо выплюнул: «Тьфу! Богиня, вы совершенно правы, эти конфеты – настоящий мусор! Я, великий наследник Булковых, совершил огромную ошибку, подарив вам конфеты вместо вкусных, хрустящих булочек!» – толстяк жестом фокусника вынул три свежих багета из кольца.

«Боже, какой же ты нелепый болван!» – раздражённо прошипела Кара.

Артур, уловив идеальный момент, поспешил вмешаться: «Поганое отродье, причём здесь подарок?! Принцесса сказала, что от свиньи вроде тебя ей ничего не нужно! Проваливай к чёрту, не мешай всем обедать, чудовище!»

Прихвостни лидера фан-клуба поспешили присоединиться к травле: «Вонючий мешок с фекалиями, её высочество не желает тебя видеть и слышать! Сделай всем одолжение, кастрируй себя!» … «Убейся об стену, жалкий ублюдок!»

Остальные Гранды тоже примкнули к унижениям. Для всех присутствующих будет большой честью встать на защиту её высочества, вдобавок они выполняют негласную мечту большинства учеников: затравить урода до самоубийства.

Кара довольно закивала, получив помощь от обычно только раздражающих людишек. На фоне этого единого порыва она отдала необдуманный приказ: «Слуги, вышвырните этого недоразвитого выродка!»

Несколько слуг, обладающих внушительной силой, хотели было схватить Сруля, но перед юношей, подобно стальной стене, встали два мускулистых телохранителя.

Яростные ауры столкнулись, угнетая своей мощью даже учеников из других залов. Все сразу же замолкли и напряглись. Неужели сейчас начнётся серьёзный бой?

Слуги нерешительно затоптались на месте.

Демоница уже пожалела о своих поспешных словах. Ну конечно же эти верзилы защитят его! И как быть дальше? Если начнётся битва, то мать её потом точно прикончит! Однако взять свои слова назад девушка тоже не могла: слишком унизительно для принцессы.

«К-кара, пожалуйста, отзови слуг…» – робкий мелодичный голосок принадлежал Марине. Она беспокоилась за Кёна. Да, он сделал ей больно, не придя вчера на помощь, но от этого блондинка не стала его ненавидеть. Он всего лишь хотел помочь… И помог.

Кара захотела расцеловать Марину: «Что ж, раз моя любимая подруга просит, то я так и поступлю. Слуги, приказ отменяется.» – договорив, она отвернулась, всем своим видом демонстрируя полное отсутствие интереса к уроду.

Когда давящие ауры рассеялись, зрители облегчённо вздохнули. Кризис миновал.

Сруль, в очередной раз что-то поняв, стукнул себя по лбу: «О, какой же я бестактный идиот! Теперь я понял, почему вы желаете, чтобы я ушёл! Как я мог забыть, что вы обедаете?! Простите меня, любимая богиня, приятного вам аппетита, а я продолжу свои ухаживания сразу после трапезы!» – он откланялся и, величественно приосанившись, покинул зал в полнейшей тишине.

Фанаты Кары, как и остальные Гранды, мрачно переглядывались. Похоже, до дебила так ничего и не дошло. Старание учеников и принцессы пропали зазря. Сруль продолжит свои приставания и дальше, играя на нервах девушки и остальных учеников, в частности её фанатов. Все задавались вопросами: почему её высочество, ну или принц, просто не прикажут директору исключить его? Почему она все-таки сдержалась, нанеся тот внезапный удар Срулю в голову?..

На заявление Сруля Кара даже не обернулась: {И как мне действовать дальше? Он же все мои попытки раздавить его переиначивает в свою пользу… Как долго я еще смогу терпеть его мерзкую рожу и назойливое ухлестывание?} – без аппетита ковыряя чайной ложкой тортик, размышляла девушка.

…

Время шло. Каждый день Сруль Булков по несколько раз «ухаживал» за принцессой на злобу её фанатам и тайным поклонникам. Он дарил ей цветы, сладости, драгоценности и многое другое, а демоница со злорадством уничтожала всё это прямо у него на глазах. Он признавался ей в чувствах самыми необычными и креативными способами, а в ответ получал едкие оскорбления и пренебрежительное отношение.

От такого воистину бездушного отношения даже многочисленные свидетели бесплодных попыток толстяка впадали в уныние, однако туполобый Сруль был словно неуязвим! Девушка начала подозревать, что у него некое психическое расстройство, не позволяющее признавать поражения… Однако эта теория вскоре потерпела крах. Когда демоница превратила в пепел подаренный ей аппетитный багет, Сруль разрыдался, как обиженный ребёнок. Значит его всё-таки можно задеть, просто она плохо старается!

Находчивости и настойчивости Сруля в завоевании сердца любимой позавидовали бы сами боги. В королевстве Железный трон бытует поверье, что даже самые неприступные стены, защищающие сердце девушки от любвеобильного завоевателя, рано или поздно падут. Так вот, фанаты принцессы нашли сто и одну причину, почему это чушь собачья! Даже подали петицию удалить сию ересь из всех возможных источников. Они хотели верить и верили, что любые попытки этого дебила покорить сердце их любимой девушки совершенно бессмысленны.

Кён же довольно потирал ладошки. Он обожал играть на нервах любимой сучки и насиловать её мозги. Своеобразное садистское наслаждение, плоды которого наполняли сосуд тьмой. Ну а самый лакомый кусочек ждет его на предстоящей свадьбе…

Также Лавру нравилось наблюдать через визуальную формацию за развивающимися отношениями Марины и Кары. От увиденного порой даже приходилось скрещивать ноги. Пошлая демоница с каждым следующим днём превосходила сама себя, видимо, задавшись какой-то коварной целью. Их забавы постепенно переместились в школу.

Бедняжка не могла сопротивляться озабоченной принцессе. Девушка старалась, но ей недоставало уверенности и решительности. Подруга уламывала её либо наглостью, либо путем хитрых и коварных манипуляций.

Если после первого раза Марина горько плакала, то уже через пару дней свыклась, а чуть позже и вовсе начала получать удовольствие. Внешняя привлекательность и сексуальная фигура Кары нравилась девушке, а чувство оргазма стало новым и очень притягательным опытом, ведь в прошлом секс с дряхлым стариком приносил только отвращение и жалость к себе. При этом лесбиянкой она себя не считала.

Ближе к концу недели Марина, удивляясь самой себе, позволяла её высочеству очень многие непристойности, а иногда и сама с любопытством выполняла просьбы, от которых раньше с криком убежала бы из школы. Приобретение подобного опыта не стало большой проблемой из-за пережитого в прошлом с Флицем. Блондинка быстро осваивалась, а сопротивление и отторжение постепенно сходили на нет. Складывалось ощущение, что Кара специально старалась её как следует развратить.

Когда принцесса уломала Марину заняться этим в женском туалете школы, бывшая служанка Флица подумала, что сгорит со стыда, однако признала, что случившееся стало для неё впечатляющим и незабываемым опытом. Благо никто ничего не заметил.

Кроме оного, Марину очень заинтересовали действия Кёна, пытающегося причудливыми способами соблазнить подругу, постоянно признаваясь ей в любви, очевидно, фальшивой. И почему парень так старательно играет на нервах учеников и принцессы? Девушка терялась в догадках, пытаясь понять, что же он задумал.

Блондинка хотела встретиться с юношей и всё разузнать, но он отказался и объяснил всё по звукопередатчику. Из его слов девушка выяснила о сборе эмоций и о скорой (вероятной) свадьбе с Карой. Сказать, что это звучало безумно – ничего не сказать! Бывшая служанка с трудом поверила ему. Откуда ни возьмись появилось странное, неприятное чувство, будто воздух стал спертым, а в животе застрял колючий ком из противоречивых эмоций… Кажется, так описывается ревность?

Разговор о свадьбе и всём вытекающем затянулся на целый час. Марина проявила удивительную настойчивость в своих расспросах. Неприятное чувство никак не проходило. Ей просто не хотелось, чтобы у Кёна появилась жена. Но почему?

Как бы между делом Кён извинился за то, что не смог спасти её от нападок принцессы. Марина попыталась включить режим «я на тебя обижена, ничего не хочу слышать», однако быстро сдалась, ведь она уже простила его и даже в каком-то смысле была благодарна.

Мысли Марины также часто занимал Франц. Она хотела проводить с ним больше времени, да он и сам настаивал, но встречаться получалось нечасто. Учёба и ненасытная до секса Кара отнимали большую часть времени и сил, прямо как Флиц когда-то, что за судьба такая? Вдобавок подруга ещё и упрашивала помогать с учёбой… Довольно наглая просьба от старшекурсницы-отличницы, но отказать не получалось.

Те немногие состоявшиеся встречи по итогу не приносили никакого удовольствия, скорее даже разочаровывали. Бывший хозяин постоянно ходил в синяках, ссадинах, угрюмый и подавленный. Он больше не шутил, не острил, а его рассказы утратили былую яркость. Ученики в белой форме то и дело косо смотрели на него и насмехались, а самые смелые из них выкрикивали что-то в духе: «как мило, две девочки гуляют!» или «эй, сосунок, ты гуляешь с лучшей подругой первой принцессы, где уважение во взгляде?! Ну-ка преклонись!». Гранды, очевидно, его травили, но на любое предложение помощи он отвечал категоричным отказом.

Марина понимала, что гордость бывшего лучшего формацевта Стоунов не позволяла Францу принять помощь от любимой девушки. Вроде бы больше ста лет мужчине, а ведёт себя, как упрямый мальчишка…

Также рядом с Францем постоянно происходили странные события. Бывшего хозяина буквально преследовали неудачи! То в кафе обольют, то на голову упадёт ваза с цветком, удобренным свежим навозом или помёт, а однажды какая-то сумасшедшая поклонница в маске облила его чей-то (не своей же?) мочой и исчезла. Парень в тот момент выглядел столь потерянным и раздавленным, что Марина не решалась смотреть ему в глаза. Одним словом – кошмар.

В таком духе прошла неделя, наступил выходной.

Утром Франц покинул общагу и украдкой направился в здание школы, нервно оглядываясь по сторонам, стараясь избегать Грандов в белой форме. Эти ублюдки при любом удобном случае прицепятся и смешают его и без того униженное достоинство с грязью. Они травят его не только от зависти (всё же он муж красавицы Марины), но и потому, что он не желает принимать своё жалкое клеймо «ничтожества», которое Гранды умело вбивали в своих жертв.

У парня больше не было сил терпеть, поэтому он, вопреки приказу «господина», направился к директору, чтобы отыскать у того покровительство, а чтоб не попасться Кёну, оставил его нефрит-прослушку в комнате.

Глава 289

Последняя неделя стала для Франца сущим кошмаром: пристающие ученицы, унижающие ученики, а под конец и принцесса пригрозила держаться подальше от её новой любимой подруги. Теперь сложно даже просто встретиться с Мариной: всё её время отнимала учёба или чёртова принцесса. На фоне всего этого белобрысый парень боялся сорваться, превратиться в дракона и поубивать всех недоброжелателей к чёртовой матери.

Уникальное тело «Бога драконов», дарованное Кёном, ужасало. Оно раскрылось только на долю процента, но уже способно на невероятные вещи. В качестве платы за огромную силу рассудок поглощает безмерная жажда крови ко всему живому, а чтобы вновь вернуться в человеческий облик, нужна жертва, чего никак нельзя допустить, особенно находясь в известном на всё королевство Церносе.

Но все вышесказанное беспокоило Франца куда меньше, чем отношения с любимой. Парень с прискорбием заметил, что Марина с каждой новой встречей относится к нему всё прохладнее. Она перестала улыбаться и смеяться над его историями и шутками, не задавала вопросов и не поддерживала беседу, лишь невпопад рассеянно кивая. Оно и понятно, какой девушке понравится парень, неспособный за себя постоять?

Франца изнутри разъедало чувство беспомощности, ему казалось, что он слишком слаб, поэтому недостоин Марины. К концу недели ему даже стало тяжело звать её на прогулки… Настолько всё было плохо.

Формацевт принял первые попытки изменить положение дел: отправился к директору, чтобы найти себе покровителя. Теоретически он мог обратиться к какой-нибудь своей поклоннице с влиятельными родителями, но тогда она бы потребовала забыть про Марину, а этого парень категорически не хотел. Обращаться за помощью к Кёну было и вовсе бессмысленно. Чем «господин» ему поможет? По доброте душевной выделит одного из своих охранников? Смешно.

В главном здании школы в выходной день было безлюдно, поэтому по пути на пятый этаж Франц никого не встретил. Следуя по коридору к главному кабинету, парень глубоко задумался: зачем Нулан его пригласил? Как правильно попросить о защите? О, наверное, стоит для начала извиниться за недельное опоздание…

В этот момент из кабинета директора вышла рыжеволосая веснушчатая красавица Джулия – четвёртая по силе, вторая по успеваемости и популярности ученица Церноса. Многие парни фанатели от неё чуть ли не до безумия, а девушки завидовали её выдающимся качествам: умная, харизматичная, отличное чувство юмора, стройная сексуальная фигурка с выпуклыми формами, светлая гладкая кожа; уверенностью и грацией словно пронизано каждое её движение. Сейчас девушка выглядела несколько раздраженной, видимо, разговор с отцом (директором) не удался.

Подозрительно вздёрнув тонкую бровь при виде блондина, рыжеволосая особа выставила ладонь: «Куда это ты направляешься, красавчик?»

Франц, погружённый в свои мысли, не заметил, как столкнулся с чьей-то рукой, поднял взгляд и, решив, что имеет дело с очередной приставучей шлюшкой, страдальчески воскликнул, не особо стесняясь в выражениях: «Блядь, да как вы меня находите постоянно?!»

«Ты как со мной разговариваешь, шкет?!» – холодно процедила Джулия, с силой оттолкнув от себя грубияна.

«Эм… Ты разве не из этих?» – озадаченно спросил Франц, пристально рассматривая оскорблённую ученицу. Парень, разумеется, понятия не имел, кто такая Джулия. Школьные знаменитости его интересовали чуть ли не в последнюю очередь.

«Из этих? Думаешь, если директор тобой заинтересовался, то ты можешь разговаривать со мной, как вздумается?» – Джулия грозно прищурилась.

«В смысле заинтересовался?» – Франц, совершенно не желая тратить время на пустую болтовню, равнодушно отмахнулся: «Слушай, мелкая, у меня и без тебя в этой ёбаной школе хватает проблем. Ради бога, отстань, дай пройти.»

Настолько по-хамски с Джулией ещё никогда не разговаривали. Зная её отца и дедушку, все в школе, включая учителей, чуть ли не по струнке вокруг неё ходят, а тут какой-то смазливый слабак называет мелкой, грубо обращается, так ещё и ни во что не ставит! У девушки от возмущения аж раскрылся рот: «Т-ты, дерзкий сумасброд, назвал меня мелкой?!»

«А?» – только успел удивиться Франц, как разъяренная конопатая отвесила ему молниеносную пощёчину. Парень каким-то чудом успел в последний момент отвести голову, но длинные ногти все же оставили на щеке три глубокие борозды. По лицу мужчины потекла кровь.

«Мелкая дрянь, ты совсем охуела?!» – вульгарно разразился в ругательствах Франц, схватившись за лицо.

Резкие слова хама раздразнили Джулию ещё пуще. Ей захотелось поставить зазнавшегося дурака на место любой ценой: «Мелкий утырок, ты сам виноват! Я, как старшая и ответственная ученица, обязана преподать тебе урок хороших манер!» – разгневанно произнесла она и начала медленно приближаться.

К слову, Джулии, выглядевшей на 19 лет, казалось, что Франц гораздо младше её.

Директор почувствовал стихийные колебания рядом с дверью, поэтому вышел из кабинета, чтобы проверить их источник. Увидев, как его дочь намеревается атаковать хорошо знакомого ему ученика, он рванул вперёд и остановил её, схватив за руку: «Джулия! Немедленно иди в свою комнату!» – его тон был по-отцовски строгим, не терпящим возражений.

«Но папа, этот дурень оскорбил меня! Я должна наказать его!» – пожаловалась девушка, скорчив умилительную мордашку. Поведи она себя так с каким-нибудь из её поклонников, тот бы не поверил в услышанное либо умер бы от счастья.

«Я сам во всём разберусь. Немедленно иди в свою комнату.» – повторил директор.

Джулия в глубине души была чертовски недовольна такому стечению обстоятельств, но возразить не смела. Строгое воспитание дедушки-военного привило ей беспрекословное подчинение старшим.

Пронзив напоследок Франца угрожающим взглядом, как будто говорящим «Мы еще не закончили!», леди широким шагом покинула здание школы.

Франц только сейчас понял, с кем имел дело. Он уже пожалел о содеянном, ведь теперь о покровительстве её отца можно забыть.

«Франц, не так ли?» – нежно улыбнулся мужчина с длинными пышными волосами, утонченным женственным лицом и выразительными глазами.

«Директор Нулан, вы знаете моё имя? Для меня большая честь…»

«Не стоит. Заходи. Есть важный разговор.» – прервал его директор и зашёл вместе с блондином в кабинет.

Примерно спустя пять минут оттуда стрелой вылетел Франц. Его лицо мертвенно побледнело, лоб был покрыт холодным потом, а в глазах стоял животный ужас: {Блядь, блядь, БЛЯДЬ! Куда я попал?! А-а-а-а-а!}

«Хорошенько подумай над моим предложением! Я не хочу использовать кнут!» – хищно оскалившись, крикнул ему вдогонку директор Нулан и бархатисто рассмеялся.

Франц стремительно покинул здание школы и забежал в ближайшее уединённое место, коим оказался мужской туалет в торговом квартале. Его грудь вздымалась, как у испуганного зайца, едва сбежавшего от волка. Пальцы дрожали от переизбытка эмоций.

{Надо было слушать пацана! Почему я его не послушал?! БЛЯДЬ, ПОЧЕМУ?! Что же теперь делать?!..} – сокрушался Франц, отчаянно пытаясь разорвать сверхпрочный металлический браслет на своём запястье.

Поначалу разговор с директором протекал многообещающе: тот принял извинения за недельное опоздание и хамство, проявленное к дочери, вёл себя дружелюбно, чуть ли не ласково, даже предложил выпить чаю с пряниками.

От подобной любезности и душевности со стороны главы школы во Франце даже зародилась надежда на успех его затеи, поэтому он как на духу поведал о своих проблемах с Грандами в белой форме и напрямую попросил о помощи, добавив, что Смирновы в долгу не останутся.

В тот момент в глазах директора вспыхнули странные огоньки. Он проявил сочувствие и, нежно поглаживая юношу по плечу, пообещал личное покровительство и многие вытекающие из этого привилегии, но при одном малюсеньком условии… Стать его секс-игрушкой.

В тот же момент Франца будто погрузили в ледяное озеро. Он с ужасом скинул руку Нулана с плеча и попытался на всех парах покинуть кабинет, но был остановлен грубой силой.

Парень кричал и извивался, угрожал расправой от своей семьи, но директор с неизменной мягкой улыбкой на лице рассказал про своего двоюродного брата, как раз потомка прямой крови Смирновых, который по его просьбе рассказал, что Марина и Франц всего лишь купили право использовать их фамилию для поступления и обучения в Церносе. Никаких привилегий семьи у них нет, следовательно, они – фальшивки, наверняка из какой-нибудь третьесортной семьи, либо вовсе безродные шавки.

Франц в отчаянии разразился бурным потоком грязных ругательств.

Нулан попытался успокоить и убедить парня принять его предложение добровольно, но белобрысый решительно отказывал, поэтому директору пришлось упрашивать «по-плохому». Он надел на запястье Франца отслеживающий браслет, который не сможет повредить даже практик области лорда, и дал ему неделю на размышление. Если за обозначенное время не последует согласия, то директор возьмёт своё силой, а если его жертва попытается покинуть территорию Церноса, то жизнь «Смирнова» и вовсе превратится в кошмар.

Франц наклонился над унитазом и извергнул содержимое желудка. Ему было чертовски плохо. Шёл за помощью, а влип еще хлеще. Он дико сожалел, что не послушал Кёна и пошёл к директору, но время вспять не повернуть.

{Есть ли способ как-нибудь выбраться из всего этого дерьма?} – задался он закономерным вопросом. Ему, как профессиональному формацевту, хорошо известны предметы класса «оковы». Они обычно надеваются на шею, щиколотку или запястье. Их крайне сложно разбить и ещё труднее уничтожить формацию внутри – из-за специального прочного слота. Самый действенный способ снять такой предмет – дезактивировать формацию. Однако только у владельца, то есть директора, есть такая возможность.

Другими словами, Франц никак не сможет сбежать из Церноса незамеченным. Он долго и сосредоточенно искал решение, но не придумал ничего лучше, кроме как обратиться за помощью к посланнику богини.

Как только парень вынул звукопередатчик, он услышал позади себя грохот, а обернувшись, увидел Джулию, которая только что выломала дверь кабинки с ноги.

«Что за…» – не успел Франц даже осознать происходящее, как был прижат рыжей бестией лицом к полу.

Сев ему на спину упругой попой и скрутив руки, девушка недобро усмехнулась: «Ну что, мелкий, допрыгался? Думал, я про тебя забыла?»

Франц попытался высвободиться, но безнадёжно: она держала крепко. Ну дожил – теперь его прессуют еще и девушки, вдобавок в туалете, на грязном полу. А ему казалось, что большего унижения он уже не испытает.

Формацевт сквозь стиснутые зубы процедил: «Чего тебе… надо?!»

«Для начала – твоих извинений!» – потребовала Джулия и заломила руки парня сильнее.

«Ас-с-с… Я виноват! Извини меня, пожалуйста!» – поспешно прошипел сквозь боль Франц.

«Какие собаки тебя воспитывали?! Немедленно извинись как следует! С уважением!» – почти приказным тоном требовала девушка, усевшись на его спине поудобнее.

Она впервые ставила кого-то на место столь жестким способом, но была уверена, что любая другая «обиженная леди» на её месте уже переломала бы ему все кости за оскорбление и неуважение к своей персоне, поэтому пусть будет благодарен, что врожденное благородство не позволяет ей большего.

«Извини дурака. Я думал, ты очередная моя фанатка. Я повёл себя грубо и неучтиво!»

«Пфф! Фанатка?!» – Джулия пренебрежительно фыркнула. – «Не сравнивай меня с теми мымрами! Кем нужно себя возомнить, чтобы подумать, будто ты можешь меня заинтересовать?!»

«Я жалкий слепой пёс, прости меня, пожалуйста! Я не знал, что ты дочь директора!» – нарочито жалобно стонал Франц.

«Ага, стоило тебе узнать, кто я – сразу стал, как шёлковый! Все вы одинаковые…» – недовольно проворчала девушка.

«Слушай, я же уже извинился, может, ты уберёшь свою… Слезешь с меня? Я не привык разговаривать лёжа… Лёжа я привык заниматься другими вещами.»

Джулия встала и отступила на три шага. Почему-то её не покидало чувство, что извинения парня были вовсе не искренними. Впрочем, заострять на этом внимание ей не хотелось. Пора перейти к делу.

Франц с кряхтением поднялся и отряхнулся.

Джулия внимательно посмотрела на белобрысого: «Так ты согласился быть подстилкой для моего папы?»

«Что? Откуда ты знаешь?..»

«Здесь я задаю вопросы!» – рассерженно отрезала она.

«Ладно-ладно! Нет, я дал отказ. Я ни за что бы не согласился! Я мужчина, а не чья-то подстилка! К тому же у меня есть жена…»

«Замечательно.», – равнодушно кивнула девушка. – «Итак, слушай меня внимательно: мой отец очень настойчив, поэтому, если у тебя хватит терпения отказывать ему и дальше, я тебя не трону, может быть, даже отблагодарю. Однако если ты прогнёшься и подаришь ему свою попку, то я стану твоим школьным кошмаром. Каждый божий день превратится для тебя в ад! Ты узнаешь имена и фамилии всех медсестёр! Поверь мне на слово, пока ты не исчезнешь из школы, я от тебя не отстану.» – дочь директора бросалась столь страшными угрозами будничным, почти скучающим тоном, что говорило о серьёзности её намерений.

Джулия давно мечтала о братике от любимых родителей, но отец отказывается выполнять свой семейный долг с супругой, ссылаясь на упадок сил из-за загруженности на работе. Ага, конечно! Она уже давно выяснила, на что уходят его силы: каждый год мужчина находит себе очередную игрушку! Поэтому в этот раз она решила действовать радикально.

У Франца пропал дар речи.

«Вижу, ты услышал моё предупреждение. Надеюсь, у тебя все же есть голова на плечах. Чао.» – рыжеволосая девушка удовлетворенно улыбнулась, полюбовавшись реакцией блондина, и плавной походкой покинула мужской туалет. Однако осознав, откуда она только что с гордым видом вышла и заметив пару обалдевших зрителей сей сцены, Джулия густо покраснела и быстро убежала.