Текст книги "Криминальная жизнь аристократки (СИ)"

Автор книги: Узница ада

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 49 страниц)

Слева раздались шаги. Женевьева прислушалась и напрягла мозги. Да, чувства не обманули её. Сюда направлялся вчерашний ублюдок, что похитил девушку. У него были такие же лёгкие шаги.

Теперь Женни могла разглядеть его лицо. Оно оказалось таким же отвратительным, как и деятельность этого индивидуума. Всё покрыто шрамами, воспалениями и волдырями. Казалось, что некогда симпатичного человека кинули в костёр лицом. Может, когда-то так и было, но некоторые увечья зажили.

– Наконец, ты очнулась. Моё имя Алан, – с улыбкой произнес светловолосый мужчина. – И да, извини, что поступил так грубо. Обычно мы предпочитаем подсыпать снотворное, но ты попалась мне так, что угостить было нечем. Итак, ты ждешь объяснений, верно?

– Не представляю, как вы догадались.

– А ты стервозная. И слишком серьёзная. Странно, что не ноешь и не просишь отпустить тебя. Даже если ты думаешь об этом, то ответ, думаю, очевиден. Хм, с чего бы начать? Ах да, для чего я тебя похитил! Ну, сейчас ты находишься в подпольном аукционе рабов.

– Ч-что? – стыдно признаваться, но Женевьева даже растерялась. – Но ведь рабство запрещено!

– Формально, дорогая, – с улыбкой ответил похититель Женни. – Не напридумывай только себе, что мы будем издеваться над тобой и что-то подобное. Даже переодели из того дорогущего и заляпанного платья в это! Нет-нет, не переживай, никто не собирался тебя насиловать и даже лапать.

– Тогда к чему всё это? Кому из простолюдинов нужен будет раб, у которого есть права? – презрительно хмыкнула девушка, сложив руки на груди.

– А ты уверена, что они у тебя есть? – хитрое лицо Алана приобрело кошачьи очертания. – Всё, что ты должна делать – это быть послушной и терпеливой девочкой, вот и всё. Когда-нибудь тебя купят, а это будет скоро, ибо личико у тебя более-менее. Что мы делаем с непослушными и невыгодными рабами? Ничего замудренного, – мужчина вынул из кобуры один пистоль, направив его дуло на девушку. Женевьева вздрогнула, когда Алан изобразил выстрел. – Бам! И всё. Слишком не церемонимся.

Коленки Женни задрожали, поэтому она постаралась скрыть их под юбкой этого старого, очевидно, ношенного платья. Этот липкий страх снова подкрался к девушке со спины. Ей казалось, словно нечто чёрное и вязкое обняло её плечи, нашептывая: "Ты умрешь". Эта иллюзия преследовала Женевьеву с трех лет, когда она впервые оказалась в подвале, и больше никогда не отпускала девчонку.

Женни опустила взгляд на руку, где некогда был золотой браслет. Как и ожидалось, его там больше не было. Конечно, они забрали его и решили продать. Чёрт! Да как так получилось, что я потеряла буквально всё по щелчку пальцев?! Невозможно! Не верю! – тревожно перебирала различные мысли девушка, не заметив, как по её щекам потекли слёзы от безысходности.

– Ну-ну, что ты? – лукаво ухмыльнулся Алан, подойдя ближе к решетке. – Всё не так уж и плохо. Хотя, буду честен с тобой. Ты сама виновата.

– В чем же? – злобно выкрикнула Женни, подперев спиной стену позади себя. – Чем я заслужила это?

– Меньше доверяй незнакомцам, дорогуша. Совет на будущее. Когда тебя купят, возможно, будут позволять выходить на улицу. Если тебя вновь похитит какая-нибудь компания работорговцев, то никто уже не поможет. Поверь, наша контора ещё самая лояльная.

Эти слова должны были вразумить Женевьеву, но злость и боль стали закипать ещё сильнее. Она поспешила успокоиться. Вытерла слёзы, опустилась на пол, уткнувшись лицом в колени. Впервые за всю жизнь девушка захотела вернуться домой. Вот только не в тот дом, где её ненавидят. А туда, где хоть кто-то её любит. Брат и мать. Вот только теперь там никого нет. Есть ли тогда смысл Женевьеве оставаться в особняке? Возможно, её отец даже не кинулся искать дочь. Пошел выбирать в приюте сироту-парнишку, из которого можно будет вырастить хорошего мэра. Может, он даже будет похож на Мануэля, ведь брат Женни был любимчиком Райана. Мужчина очень тосковал по нему.

Алан уже переключился на заключенного, что находился напротив новенькой. Парень был довольно-таки агрессивным и неразговорчивым. На каждое ехидное и издевательское слово работорговца он отвечал шипением или рычанием. Совсем как дикий, напуганный зверь.

– Ночью нашу новенькую не пугай, – хихикнул Алан, взглянув на Женни. – А ты не пугайся его. Он хоть и тигр, но с цепи никуда не денется. Может, разве только, рычать всю ночь будет.

– Это нечисть? – удивленно распахнула глаза Женевьева, посмотрев на парня уже новым взглядом. И вправду, на человека он совершенно не похож. Да и его странный запах доносится даже до носа девушки.

– Оборотень, – пожал плечами мужчина. – Они очень дорогие, поэтому не обижай нашу кису.

– Но кто их покупает?! Они ведь одичавшие!

– Ты, наверное, совсем ничего в бизнесе не смыслишь, – вскинул левую бровь работорговец. Женни истерично хихикнула про себя. Знал бы этот придурок, с кем он говорит. – Если оборотню нанести хоть один порез, то он не сможет перевоплотиться в свою вторую ипостась. Их обычно покупают для боев или чтобы натравить на кого-то.

То есть, на «хозяина» оборотень не нападет, если его немного искалечат в человеческом теле, – закончила мысль Алана Женевьева. Тут её настигла жалость и тоска. Пускай оборотни – это нечисть, которая в зверином облике пожирает людей, но ведь когда-то они тоже были людьми. А сейчас их заставляют драться друг с другом, ради выживания. Это слишком жестоко. Лучше уж просто казнили бы.

Когда работорговец ушел, Женни позволила себе слабину. Уткнувшись лицом в колени, она стала рыдать. Так сильно, как не могла позволить сделать в доме отца. Она выплакивала всю боль, принесенную ей людьми за столько лет. Вспоминала каждый ужасный день, проведенный в особняке. Рыдала до тех пор, пока слёз и накопленных эмоций не осталось. Казалось, прошло больше двух часов. Это удивило Женевьеву, она и подумать не могла, что может плакать так долго.

После девушка стала думать, как ей выбраться отсюда и что делать дальше. Она решила воспользоваться своей худобой и попробовать пролезть через решетки. Но этого, предсказуемо, не вышло. Они были слишком близко друг к другу поставлены. Поэтому пришлось придумывать другой план. Женевьева осмотрела камеру, попытавшись найти хоть какие-нибудь следы прибывания другого человека. Они были, но не те, что могли помочь девушке. Скорее найденное повергло её в шок. Кровь… настоящая, ещё не совсем старая! Видимо, эти "охотники на рабов" убили прошлого заключенного за непослушание и тут же принялись искать другую жертву.

– Чёрт… – тихо выругалась Женни, обессиленно упав на пол. – Видимо, я застряла здесь надолго. Стоит ли применить полномочия отца?

Нижняя губа задрожала от безысходности ситуации. Хотя, какой толк что-то говорить? Это же бандиты! Если они узнают, кем является их "рабыня", то, скорее всего, поднимут на неё цену. Кто знает тогда, куда попадет девушка? Да и какова вероятность того, что отец захочет её выкупить? Он чётко обозначил вчера свою позицию. Этого Женевьеве хватило. Да и за один лишь вечер Джейн'ри узнала столько нового о жизни, сколько ей не дал Райан. Она хотя бы поняла, насколько бывают лицемерны люди. В особняке никто не скрывал своего отношения к госпоже. Пренебрежение, так пренебрежение. Неприязнь, так неприязнь. А здесь… этот Алан прекрасный актер. Улыбается в глаза девушке, которую похитил и засунул за решетку!

Через некоторое время, когда лучи солнца стали не такими яркими и приобрели рыжеватый оттенок, по камерам стали разносить чашки с едой. Это оказалась каша, поваренная, кажется, из резины. Женевьева даже не притронулась к ней, но вот чашкой заинтересовалась. Она была деревянная, а не керамическая, к несчастью. Керамика хорошо бьется и концы остаются острыми. Если правильно всё сделать, то можно ранить Алана, украсть у него ключи и сбежать. Но вот дерево… оно не принесет столько вреда, да и разбить его непросто. В общем, дело дрянь. Откинув вонючие харчи в сторону, Женни прижалась снова к стене, обхватив себя руками. Так она не заметила, как уснула.

В этот раз кошмар был немного другой. Мануэль также продолжал уходить в тень, что обхватывала своими склизкими руками плечи и лицо Женевьевы, но вот издавали они совершенно другие звуки. Вместо шепота появились рычание, душераздирающие крики и животный рёв. Девушка распахнула глаза, но звуки не прекратились. Это был не сон…

Оборотень, что сидел в камере напротив, перевоплотился в большого, чёрно-синего тигра, которому эта клетка была очень мала. Женни же потеряла дар речи. Она впервые видела оборотня! Они совсем не похожи на обычных животных. Всё благодаря причудливому окрасу. Мех был насыщенно-чёрным, словно ночное небо, на котором виднелись синие, подсвечивающиеся прожилки в виде тигриных полос. Также глаза зверя были более яркие, чем у обычных живых существ.

Животное ходило туда-сюда по решетке, путаясь в цепи, но продолжая испепелять взглядом девушку. По голодному взгляду было понятно одно. Он хочет её съесть. Женевьева серьезно испугалась за свою жизнь. Если вдруг ему удастся как-то выбраться?!

Но тут узкие, горизонтальные зрачки, которые были отлично видны на фоне ультрамариновой радужки, стали круглыми, как у человека. Женни готова поклясться, что заметила в них жалость и мольбу о помощи. Рык сменился чем-то наподобие скулёжа, но не надолго. Зверь снова вернулся, продолжив управлять оборотнем.

Девушка не могла уснуть очень долго, испепеляя взглядом оборотня. Позже, на улице, она услышала громкий, жуткий непонятный шепот. Любопытство взяло верх, поэтому Женевьева решила посмотреть, кто был причиной таких страшных звуков. Поднявшись на носочки, она выглянула в окно.

Было очень темно. Часа три ночи. И по улицах города монотонно, хромая, порой падая, шли настоящие мертвецы. Они передвигались одной большой группой, не отставая друг от друга, словно единый механизм. В свете луны было видно изуродованные лица, вызвавшие у девушки рвотные позывы. Серая, порой немного зеленоватая кожа, свисала, как куски мяса. Из некоторых уже некровоточащих ран выползали белые опарыши, падая под ноги мертвецам. Женевьеве стало жутко.

Когда волна нежити прошла, бешено бьющееся сердце девушки готово было успокоиться. Но тут мимо стал проходить незнакомец. Высокий, стройный, весь в чёрном. Больше видно не было ничего. Он шел вальяжной, медленной походкой, словно всё, что происходило пару секунд назад – было нормой. Неожиданно он остановился, резко повернув голову влево. В Женни впились красные, сияющие в ночи глаза. Это напугало девушку больше всего. Она упала назад, став быстро отползать назад, пока не врезалась спиной в решетки. Завороженно смотрела в окно, боясь, что незнакомец подойдет и посмотрит на неё. Сзади раздалось рычание тигра, но это не тревожило больше Женевьеву. Она дрожала от мысли, что может встретиться с тем монстром, которого только увидела на пустой дороге.

Прошла минута. Две. Никто так и не объявлялся. Девушка продолжала испепелять взглядом окно до тех пор, пока внезапно не уснула. Проснулась же она наутро, когда все мертвецы и таинственный незнакомец пропали. За дырой в стене, которое тяжело было назвать окном, снова закипела жизнь.

Глава 4

– Это даже не смешно! Святой дух, да вы хоть понимаете, с кем связываетесь?!… О чем ты?… Ладно…

Отрывки диалога вырвали Женевьеву из глубокого сна. Проснувшись, она тут же подскочила со своего места, повернувшись лицом к решетке. Напротив сидел всё тот же парень-оборотень, только уже в человеческом облике. В этот раз он был слишком спокойным, даже каким-то отстраненным от этого мира. Это смутило девушку, но она почти ничего не знала о нечисти, поэтому сказать ничего не могла. Может, это для них нормально? Один день буйствуют, другой – отдыхают.

К камере тигрочеловека подошло двое мужчин. Никого из них Женни никогда не видела, но смогла точно определить, кто здесь кто. Незнакомец в потрепанном сюртуке и потертых штанах – работорговец, коллега Алана. Второй же был либо его приятелем, либо покупателем. И, судя по разговорам и оценивающему взгляду мужчины, который был направлен на оборотня, он являлся и тем, и тем.

– Очень буйный, словно вихрь. Сомневаюсь, что миссис Валентай заинтересуется им, – сказав это мягким, звучным голосом, незнакомец повернулся так, что Женевьева рассмотрела его лицо.

Ею овладело недоумение. Мужчина был красивым: короткие волосы странного оттенка, словно серый цвет смешали с коричневым и зелёным; глаза чуть сужены, имеют тёмно-серый оттенок; на лице видно пару небольших шрамов, но они совсем не уродуют молодого человека. Вот, правда, его лицо, – оно излучало такой яркий свет и доброту, что невозможно как-то плохо подумать о нём. А также легкая улыбка, которая при виде Женевьевы стала шире… она такая красивая и нежная, что невольно теряешь голову.

– А это что за прекрасная леди?

– Алан где-то откопал. Говорит, бездомная. Хотя, для бродяжки слишком уж ухоженная кожа, согласись?

– Мне хотелось бы взглянуть на неё… поближе, – подойдя к решетке, сказал мужчина, продолжая с интересом рассматривать Женевьеву. Девушка продолжала держать невозмутимое лицо, хоть румянец от этого взгляда и появился на её щеках. Она не привыкла к такому вниманию.

Дверь в камеру отворилась, но Женни даже не дернулась, продолжая сидеть у каменной стены, согнув ноги в коленях. Правда, в голове уже начал понемногу созревать план побега, а чувство, что свобода так близка и далека одновременно, овладело девушкой. Она уже хотела оттолкнуть от себя мужчину, подскочить с места и бежать так быстро, как только может. Вот только этот таинственный добрый незнакомец был силен, что понятно по мускулам, которые виднелись из-под белой рубашки. У Женевьевы не получится сделать то, что она задумала.

– Как тебя зовут? – мягко поинтересовался он, присев рядом с ней на одно колено, чтобы лица были на одном уровне.

– Лилит, – выпалила первое, что пришло на ум Женевьева. Она сама удивилась тому, насколько высокомерным прозвучал её голос.

– У неё красивые глаза, не так ли? – обратился уже к приятелю мужчина, продолжая рассматривать лицо Женни.

– Глаза, как глаза, – пожал плечами работорговец. – Ничего особенного.

– Они холодные и большие, словно два айсберга, плывущие по океану и ищущие, к какому берегу бы прибиться. Насыщенный синеватый цвет, как нетающая льдинка. Потрясающе, – тихо произнес незнакомец, будто читая какую-то мантру или балладу. Сначала Женевьева и не поняла, что всё это время он описывал только её глаза.

– Собираешься покупать её? – лениво протянул приятель странного мужчины, когда тот покинул камеру Женевьевы.

– Увы, но нет. Ты ведь знаешь, я здесь по другому поводу.

– Тогда пошли. У нас есть ещё парочка оборотней.

Девушка приблизилась к решеткам, обхватив пару прутьев руками. Перед её взором всё ещё стояли те красные глаза, внушающие ужас и страх. Было странное ощущение. Женни чувствовала опасность. Поэтому нужно было как можно скорее убираться отсюда. Кто знает, может следующей ночью этот монстр снова явится сюда и избавится от лишнего свидетеля. Судя по всему, он не человек. Возможно, даже нечисть. Это объясняет, почему он так спокойно шёл позади мертвецов. Только вот… кто он? Нечисть делится всего на две части (нежить и оборотни), куда не так давно стали приписывать еще и ведьм. По сути, последние не так уж и опасны, ибо большее, на что они способны – это заговоры. И всё равно эти люди стали немного опасны для общества.

Женевьева упала обратно на своё место, начав продумывать план побега. Но ей пришлось тут же подпрыгнуть, ибо что-то воткнулось в ногу, вызвав лёгкое покалывание. Обернувшись, девушка обнаружила на каменном полу маленький, неприметный ключик. Подняв его, Женни задумалась. Сердце её забилось быстрее, когда пришла маловероятная догадка. Подойдя к решетке, аристократка осмотрела коридор. Пусто. Дрожащими руками просунула руку через прутья, нащупав замок. Ключ без проблем вошел в скважину, с щелчком повернувшись.

Вздрогнув, Женевьева тут же заперла дверь, спрятав ключ в декольте. Она не понимала, каким образом ключ от её решетки попал сюда. Это было словно чудо. Вот только… что делать дальше? Нельзя так просто выйти из камеры. Вдруг это несмешная шутка Алана? Даже если и не так, сейчас все бодрствуют. Каждый задастся вопросом, чего это такая оборванка (а платье оставляло желать лучшего) ходит по коридорам рабского пристанища. Нельзя поступать так опрометчиво. Мистер Гоз всегда говорил, что прежде, чем сделать шаг, подумай несколько раз и прикинь в голове, не будет ли этот шаг последним в твоей жизни, – подумала Женни, повременив с побегом. В её сердце закралась печаль. Мистер Гоз… он был единственным, кто так любил девушку, а она его бросила. Женевьева будет скучать. Хотя, возможно, позже она вернется в Лайтхилл. Когда отец позабудет о ней.

Между размышлениями о своем будущем, ей удалось услышать вдали шаги. Не нужно было особого труда, чтобы догадаться, кто идет. В итоге девушка не ошиблась.

– Привет, душенька, – всё таким же приторно сладким голосом пролепетал Алан, остановившись у камеры Женни. – Как прошла ночь? Наш дорогой нечестивый не напугал тебя?

– Я крепко сплю.

– Это же отлично! Слышал, ты заинтересовала Дастина Аэриллона!

– Понятия не имею, кто это, – всё также незаинтересованно ответила Женевьева, смотря только перед собой.

– Неужто фамилия тебе ни о чем не говорит? Откуда ты вообще взялась такая?

Девушка задумалась, перебирая в уме варианты ответов, исход которых будет благоприятным. Пришлось назваться иностранкой – дейленской. В подтверждение своих слов Женни произнесла на дейленском языке заученную наизусть фразу, не выдавая себя акцентом. Кто же знал, что заучивание иностранных языков может спасти её?

– Хм, тогда тебе стоит знать, что Аэриллон – это мафиозная группировка, которая занимает тридцать процентов Итсхелла, – лениво произнес Алан, подперев плечом прутья решетки. – Остальные семьдесят процентов поделены между другими тремя объединениями. Если ты попадешь в руки кому-то из них, то всё будет не так уж и плохо. Мы сотрудничаем с ними очень долго, поэтому точно знаем, что эта мафия достойная.

– Зачем вы всё это рассказываете мне? – нахмурилась Женевьева.

– Ты мне нравишься, – по-кошачьи ухмыльнулся мужчина. – Не доставляешь проблем, не истеришь, не угрожаешь расправой. Хотя, в тихом омуте черти водятся, да? Уже планируешь побег, не так ли?

– Так, – согласилась девушка, обхватив руками колени. – Но мне не удастся сделать это быстро. Возможно, к тому времени меня просто выкупят.

– У тебя ничего не получится, девочка, – расхохотался работорговец, направившись назад. – Мои пушки всегда при мне! – послышалось уже вдали от камеры Женни.

В ответ Женевьева лишь хмыкнула, став планировать свой план побега. Сначала девушка решила хоть немного изучить местность, где она находится. Если верить наблюдениям, заключенных здесь держат не в самых ужасных условиях. Что касается туалета, то тут он всего один, куда водят рабов, которым "приспичило". Это можно использовать, чтобы хоть немного изучить это подобие подземелья.

Первый этап плана Женни выполнила сегодня же. Ей связали руки, на всякий случай, чтобы не посмела сбежать, после чего повели к уборной комнате, что находилась в конце длинного коридора, который был похож на тюрьму. Возможно, когда-то это сооружение и являлось тюрьмой, пока в него не заселились работорговцы. По пути же девушка насчитала всего два прохода, что вели на лестницы, которые поднимались наверх. Какая-то из них точно ведет на выход. Возможно, та, что стояла ближе к уборной, ведь оттуда больше выходило людей.

Вечером вновь подавали ужин. На этот раз это был стакан с водой, пахнущей почему-то металлом, а также похлебка и кусок чёрствого хлеба. Женевьева боялась даже притронуться к еде, хотя её живот очень невовремя заурчал, требуя пищи. Но ведь такими отходами даже собак страшно кормить…

Сосед девушки же не испытывал брезгливости перед огромной кастрюлей, в которую чего только не намешали. Там был и суп, и куски хлеба, и куски какого-то "резинового" мяса. Оборотень ел совсем не как человек. Стоял на четвереньках, хватая еду ртом, как пёс. Женни стала сомневаться, что перед ней разумное существо. Скорее облик человека, в который поместили животное. С одной стороны ей было жалко нечисть, а с другой Женевьева испытывала неприязнь. Неужто все оборотни ведут себя так? Но ведь мистер Гоз говорил, что раньше они были всего лишь людьми с двумя ипостасями…

Думать об этом более девушка себе не позволяла. Вновь достала из декольте платья ключ, став крутить его в руках. Сбегать она надумала лишь ночью. В этом были свои плюсы и минусы. Во-первых, ночью многие работорговцы, коих тут больше двадцати людей, спят. Меньше людишек – меньше проблем. Во-вторых, на улицу они не сунутся из-за нежити, которая выходит именно в это время суток. Было страшно, но Женни предположила, что мертвецы ходят лишь своей одной волной, почти не разделяясь. Может, если ориентироваться на запах и звук, то можно обойти их?

* * *

Девушка проснулась от знакомого рычания. Это означало, что наступило время для перевоплощения оборотней. Через пару часов выйдут мертвецы. Выдохнув, Женни поднялась на ноги, став разминаться перед побегом. По коридорам ещё кто-то ходил, но обойти этого охранника вряд ли будет сложно. Главное, быстро вырваться из камеры и понестись на улицу. Там люди опасности не будут представлять.

Через пару часов, как и предполагалось, показалась нежить. В нос Женевьевы ударил резкий запах разлагающихся тел, заставивший поморщиться. Но это было знаком. Аристократка вытащила ключ из декольте, подбежав к решетке. Прислушалась. С нескольких камер слышались храп и сопение. Это совсем не то, что она хотела услышать. И тут в коридоре раздались отдаляющиеся шаги. По телу побежали мурашки, а сердце неистово забилось. Вдохнув и выдохнув пару раз, девушка медленно повернула ключ в скважине. Негромкий щелчок и дверь отворилась.

Женни передвигалась на цыпочках, дабы её не услышали. Босые ноги тут же окоченели от ледяного пола. Но тут случилось непредвиденное: девушка наступила на какой-то острый камешек, запнувшись и вскрикнув от резкой боли. Спиной она угодила в решетку какого-то заключенного. В эту же секунду чья-то рука схватила её за талию, став кричать: "Помоги! Помоги мне"! Женевьева вырвалась из цепких рук какой-то истощенной женщины с сумасшедшими глазами и шрамированным лицом.

Крики заключенной заставили охранника встрепенуться, повернувшись лицом к беглянке. Без лишних слов он вытащил из кобуры пистоль. Выстрел. Пуля попала в пол, отрекошетив от него в стену. Женевьева вздрогнула, выйдя из оцепенения. Это взаправду… всё это не страшный сон! Её могут убить!

Подскочив, девушка молниеносно, как только позволяло уставшее и истощенное тело, понеслась к выходу. Раздавались выстрелы, которые, без сомнений, заинтересовали посетителей, что находились наверху. Женевьеве нельзя было сейчас показываться в обществе в таком виде. Весь план провалился. Я умру, – судорожно подумалось Джейн'ри, пока она бежала по лестнице, к выходу, откуда раздавались голоса людей.

Выстрелы продолжали раздаваться позади, но Женевьеве удалось пробраться наверх, в главный зал. С ужасом она поняла, где оказалась. Это было казино, где сегодня, судя по количеству костюмированных людей, проходил маскарад. Все гости были одеты в простенькие наряды, которые для здешних обитателей, возможно, считались шикарными. Также на лицах каждого были надеты кружевные маски. Более рассматривать гостей, что уже заинтересовались странной гостьей, Женни не могла. Она понеслась через весь зал, придерживая полы своего отвратительного платья.

Выстрелы раздавались со всех сторон. Люди запаниковали, женщины стали вскрикивать и прятаться под столы. Женни управлял адреналин, кипя в её крови, словно сахар на огне. Она расталкивала посетителей, проносясь мимо них и бежала строго по разным траекториям, чтобы стрелки не знали, куда метить.

Выход. Он был в десяти метрах от беглянки. Женевьева не могла ускориться, ибо начала уставать, но её настигла некая эйфория от того, что ждет дальше. Свобода… да, это определенно была свобода.

Так девушка думала, пока выход не закрыли собой два бугая. Вот и всё. Сейчас Женни умрет.

Откуда-то слева послышался свист пули. Девушка пригнулась. Снаряд пролетел прямо над её головой, задев пару волосинок. Теперь на смену эйфории пришел страх. Женевьева стала задыхаться. Она судорожно старалась придумать, что бы сделать, но в голову ничего не приходило. Пока кто-то не выстрелил в окно. Женни тут же обернулась, увидев, как осколки разлетаются в разные стороны. Больше выхода не было.

Джейн'ри сорвалась с места, петляя также мимо посетителей и столами, намереваясь выпрыгнуть в окно. Кто-то кричал: "Прикончите эту суку!", "Почему вы не можете попасть в слабую девчонку?!". Вот только Женевьева долго и не прислушивалась, чтобы не терять времени, подбежав к окну. Ступни загорели огнем, когда стёкла вонзились в них, а из глаз полились слёзы. Ужасная боль. Но нужно терпеть.

Последний выстрел пролетел мимо неё, оставив на руке небольшую, неприятную царапину. И вот Женни на улице. Она без передышки понеслась вперед, по дороге. Сзади вновь стали стрелять те, кто решил выбежать из здания и прибить рабыню.

Кто-то крикнул: "Нежить!!! Прячьтесь, нахрен!". Выстрелы прекратились и Женевьева могла свободно, без паники бежать подальше от этого жуткого места. Она до сих пор не могла поверить, что выжила и сбежала. Вот только… мертвецы. Их запах сильно ударил в нос девушке. Они были не так далеко!

– Ч-чёрт! Куда мне спрятаться?! Все заведения закрыты! – остановившись посреди вымершей улицы, беглянка стала панически оглядываться по сторонам.

Тут она заметила на земле кровавые следы. Они принадлежали ей. И, насколько знала Женни, нежить была способна почувствовать запах крови.

Стало страшно ещё сильнее. Лучше уж умереть от пули какого-нибудь работорговца, чем под клыками этих страшных существ! Чувствовать, как они разрывают и пожирают твою плоть…

Девушка упала на колени, свесив голову. По её щекам бежали слёзы, руки и ноги дрожали от усталости. Может, она и смогла бы обогнуть мертвецов через улицу, но усталость подвела. Видимо, тело аристократки ещё не столь выносливое, чтобы проделывать такой путь. А может, адреналин вытянул из неё последние силы. Но это не суть. Исход один – смерть.

Женевьева была благодарна хотя бы тому, что сумела повидать другой мир. Сбежать из той золотой клетки, избавиться от оков. Пускай и на несколько дней, но она сделала это и была очень рада. Умереть от руки отца или Альберта – вот самая ужасная для неё смерть.

Вдруг сверху раздался свист. Женни вздрогнула, запрокинув голову. На крыше одного из зданий стоял тёмный силуэт. Это был мужчина и довольно-таки подкачанный. Он спрыгнул на козырек перед входом в магазин, присев на корточки. Протянул руку вниз.

Девушка сглотнула вставший в горле ком. Незнакомец пугал её, но запах мертвых, приближающихся тел пугал куда больше. Закусив нижнюю губу до лёгкой боли, Женевьева подбежала к козырьку. Подпрыгнув, она с первого раза ухватилась за удивительно сильную руку, которая без проблем подняла её.

Хмыкнув, незнакомец не отпустил девушку, побежав вместе с ней на крышу, а там – ко входу в рыбацкий, как оказалось, магазинчик. Здесь было темно, на полках стояло немного товаров и пахло солёной рыбой. Женни устало упала на первый попавшийся стул, пытаясь отдышаться. Заглянула в маленькое окошко. Мимо проносились мертвецы. Ещё чуть-чуть и Джейн'ри…

– Ты прошла испытание, – мягко произнес незнакомый спаситель, вытянув девушку из раздумий. – Как я и предполагал. Скромная фигура и худоба позволят маневрировать мимо пуль, пускай стрелки и были подвыпившие, а смекалка поможет решать некоторые проблемы. Ещё бы личико у тебя было не столь милое, как у принцесски, и тогда…

– Постойте! Что вы такое говорите? – совсем не поняла мужчину Женни.

Усмехнувшись, спаситель включил свет в рыбацком магазине. Женевьева, привыкшая к темноте, зажмурилась, лишь через некоторое время привыкнув к свету. И тут она увидела его. Того странного приятеля работорговца, которого она заинтересовала. Дастин Аэриллон, ведь так его представил Алан?

– В-вы?! Это вы подкинули в мою камеру ключ… но зачем? И почему помогаете? – девушка запаниковала. Неужто она попала из одной клетки в другую? Что этому мафиознику нужно от неё?

– Долго рассказывать, – отмахнулся он. – А ты устала. В той комнате есть старая кровать, поэтому…

– Нет! Мне нужны объяснения! – подскочила со своего места Женевьева, тут же упав на место из-за отвратительной боли в ступнях.

– Хм, какая упорная. Что ж, хорошо. Только позволь мне перевязать твои раны, – с лёгкой улыбкой Дастин ушел в комнату, где, как он сказал, находилась кровать. Оттуда он притащил маленький чемоданчик, в котором обнаружились: спирт, бинты и заживляющая мазь.

Встав на одно колено, мужчина нежно взял ногу девушки, поставив к себе на одну согнутую коленку. Поведение преступника озадачило Женевьеву. Зачем? Зачем он делает это? Никто ещё, кроме мистера Гоза, так не помогал аристократке. Какая выгода этому молодому человеку в помощи незнакомке?

– Итак, ты ждешь объяснений, – обрабатывая раны, сказал Дастин. Женни зажмурилась, когда спиртованная вата коснулась её израненных ступней, но кивнула. – Во-первых, моё имя Дастин. Надеюсь, ты назовешь мне своё настоящее. Во-вторых, я представитель одной влиятельной семьи Итсхелла. Кхм, криминальной семьи Аэриллон. И я хочу, чтобы ты вступила в эту семью.

– С какой… ай!… стати?

– Понимаю, ты не обязана. Но мы навели на тебя справки и ничего не узнали. Думаю, ты не отсюда. И у тебя ничего нет. Но если же ты вступишь в нашу организацию, то появятся и деньги, и ночлег, и насыщенная жизнь! Ты больше не будешь здесь "никем"! Ты станешь очень влиятельной личностью, – в мягком голосе Дастина была такая вдохновленность, что Женевьева задумалась над его предложением. Правда, её смущал один факт. Как так вышло, что они ничего не нашли? Некоторые знают о дочке мэра и даже видели её в глаза. Неужто отец уже выписал её из списка наследников и детей, из-за чего вышел один интересный "приказ о неразглашении"? Если да, то всё становится на свои места. Если кто-то станет распространяться о запрещенном, то ему влепят очень приличный штраф.

– Почему именно я? – нахмурилась Женевьева.

– Потому что мы ищем тех, у кого ничего нет. Того, кем манипулировать соперникам будет очень сложно.