Текст книги "Путешествие в ... (СИ)"

Автор книги: Texxxter

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Ден смирился, ладно, завтра значит завтра.

– Злата куда-то делась, – осторожно подкинул новую тему Ден.

– Эд не молчи, отсутствие в поле зрения противника, может быть опасно, – попробовал начать хайп Ден.

– Думаешь, сейчас пока никого нет рядом, она не возьмётся снова за нас? – Ден решил подбросить дровишек.

– Ладно, пошли к Светочке на перевязку, уболтал языкастый, опять на мне отрываться будет, мстительница мелкая, – Ден понуро побрел на процедуры, опять не удалось пропустить, но он старался.

Вечером заглянула Света, посмотреть на воспитуемого. Молчали. Будущая мама, гладила ладонь Эда у себя на животе.

– Эд, давай мы сейчас расстанемся, и сделаем вид, что никогда не знали друг друга. Я доктор ты больной. Все что между нами произошло, так неправильно, – Светлана Ивановна, повернула лицо и попробовала посмотреть Эду в глаза, но кровать была слишком узкая, и лежали они нос к носу. А губы доктора так близко к губам больного.

Ден решил не завтракать в больнице, Эд молчал.

– Что дружище, попрощался со своей прелестью? – Ден был в нервном настроении, – Барсик не вернулся? Или ему опять, было невыносимо стыдно за твое поведение?

– Почему за мое? – Эд вынырнул из меланхолии.

– Хорошо, Барсику было стыдно за поведение Светланы Ивановны, – Дена напрягал этот фиолетовый кот, который гулял сам по себе, и похоже, считал мозги Дена, своим домом, – Я опять не выспался.

– Не знаю я, мне вообще казалось, что Барсик, просто фантазии, – Эд, пытался разобраться с появлением нового жильца или еще одной причины идти, сдаваться врачам, – И вообще, Барсика видишь ты, а спрашивают с меня.

– Но сейчас его нет, и ты ни кого не подбирал? – Ден, как строгий родитель, подозревал в укрытии питомца, потомка, задолбавшего сбором всей окрестной живности, в собственной квартире.

– Нет, и не подбирал никого, – Эд был непоколебим, если на русский, молчал как памятник.

Дед приехал к обеду, подстриженный, с аккуратной, короткой бородой, в черном сюртуке и брюках, выглядел как босс мафии или председатель картеля. Меч Дена, в набедренной кобуре, совершенно не портил образ, а придавал основательности и харизмы.

– Эд, мы остались с твоим старым мечом, если его еще кто нибудь не экспроприировал на нужды революции, – Ден с тоской посмотрел на свою игрушку, на боку у Деда, – А мы с ним столько вместе пережили.

Светлана Ивановна, с крайне деловым видом, как будто не было прошлой ночи, официально и холодно, выдала рекомендации по уходу за больным, стоящему перед ней Титаником, Деду. Доктору приходилось смотреть строго вверх, чтобы видеть лицо собеседника. Ден старался не улыбаться, во первых, чтобы еще раз не напугать беременную женщину, а во вторых, не палить контору, Светочка так старалась быть строгим доктором.

Правда в самом конце представления, Светлана, показала жестами Эду, что будет следить за недонаказанным, и собственноручно его прибьет. Если он еще куда-то вляпается.

– От темперамента не спрячешься, – с завистью резюмировал Эд.

– За что она с нами так. Эд, ты старался изо всех сил, – Ден не удержался от подначки, – И не справился. Слабак.

Дома был обед, очень вкусный, Ден оценил, хотя ел стоя, и на костылях.

Батя безо всякой иронии и сомнения, считал что Дед, это его настоящий отец. Он считал его своим отцом по духу, по отношению Деда к нему, как к сыну. Ден размышлял. Его удивляло, как могли сойтись, настолько непохожие, между собой личности. И неожиданно понял. Нужно было стать частью Долины, для осмысления, что основа их характера, была едина. Они росли из одной скалы, имели одинаковую начинку. Остальное наносное.

Дед сидел ко всем боком и смотрел в окно. Батя сидел в кресле за столом. Ден, на костылях, стоял, облокотившись на стену левым боком. Заседание клуба открыл Батя. В своей манере, рассуждения вслух, поведал окружению, что дела не так уж плохи. Но есть ряд моментов. Важных. Инициаторы и вдохновители похода за чужим добром, на территории серой зоны не появлялись, что логично. Но не успокоились, и Батя предположил, что до весеннего воцарения Черного солнца, попробуют повторить номер с революцией, под другим флагом. На осеннее воцарение, не успеют собрать силы. Удар с нашей стороны, был нанесен жестко, выбив почву из под ног. И не позволив превратить конфликт в затяжную войну, как против нас, изначально планировалось.

– Они начали раньше, чем должно было начаться по планам. Как только непринц запел, у наших оппонентов вопрос стал ребром, начинать, или ждать следующего удачного момента. Они на тот момент были в лучших условиях чем мы, и сил на сдерживание миграции во время воцарения, им требуется меньше. Население у них больше. Они разыграли ситуацию, исходя из того, что в случае успеха мы не сможем сразу вернуть территории обратно, не даст осеннее воцарение, за это время успеют закрепиться на достигнутых рубежах. Проиграют, ничего страшного, повторят в конце зимы. Людей они еще найдут. – Батя, встал и подошел к Дену. – Нужно ударить сейчас, когда от нас не ждут. Но не по Серой зоне, а по кукловодам, тем, кто спрятался за ставнями. Пойдут две группы, ты пойдешь в третьей. Третья группа будет координировать и поддержит в случае полного провала. Собой не рисковать, цель разведка, подготовка закладок и вербовка. Подготовка к акции зачистки, которая будет после осеннего воцарения.

С плановым врачебным осмотром к Дену приезжали практиканты. Сразу по двое, один раз даже трое. Из разговоров Ден, уже натасканный службой в разведке, вычленил, что готовится много медперсонала. Потери среди врачей, были низкие, но они были. В серой зоне врачей солдаты берегли, как могли, конечно. Возможно, когда тебя следующий раз прижмет, помочь тебе будет некому. Полномасштабные действия, такого уровня, не велись более ста лет. Было выявлено ряд неприятных моментов, те же караваны смерти. Избежать бессмысленных потерь, и непродуктивного распыления сил, помогли бы больницы в форпостах, на базе Храмов, или отдельно. Ден, потратив в рейдах большую часть времени, именно на предотвращение нападений на караваны, и знал это очень хорошо. Уже сейчас стали набирать на ускоренные курсы фельдшеров без экзаменов, был бы подходящий дар и желание. Желание было у многих людей независимо от возраста, были бы силы.

Однажды к ним пришли интересные гости, группа школьников лет по десять, двенадцать. Мальчишки и девчонки. Собирали старые, неиспользуемые, или сломанные артефакты. Серьезные молодые люди, складывали собранный хабар с тележку, отмечали в списке адрес и предупредив, чтобы хозяева домовладений не покупали зря артефакты, использовали только необходимый минимум, прощались и шли дальше по списку. К таким Тимуровцам относились крайне серьезно.

Проводив сознательных граждан, Ден, обласканный восхищенными детскими взглядами, ну как же герой, заметил:

– Да, тут вам не там, Эд, как думаешь, поможет наша поездка в гости, или все завертится по новой.

– Нужно сделать так, чтобы помогла, – Эд, поделился насущным, – Не хотелось еще раз подставляться под Барсика.

– Да уж, в последнее время, в нашей с тобой непростой жизни, кошачьих стало многовато.

Опираясь на трость, выданную взамен костылей, хромая двинул к купе, нужно ехать работать. Ден теперь преподаватель. Сенсей, самому смешно. Думал ли Ден полгода назад, что будет преподавать в военном училище? В военном Карл! В отделе секретных операций! Это просто за гранью добра и зла. Расскажи кому на Земле, за ручку проводят в дурку. Эд пребывал в таком же шоке. Настолько удачливых командиров, постоянно ходивших в рейды, выжило мало. Раскидали по учебным центрам на базе нацгвардии. Сначала два дня по двенадцать часов диктовал, журнал боевых действий и тактику сверхмалых групп, секретарю, молодой, но очень суровой девушке. Сотрудник настолько засекреченный, что даже смотреть в ее сторону не рекомендовалось. Преподавать взяли временно, вне штата, пока не придет в форму, и не снимут инвалидность, ха-ха. А дед служит в постоянном составе.

– Эд, ты хоть раз слышал, как наш Дед лекции читает? – Ден не мог вспомнить такого случая.

– Эд, не спи, Хьюстон, у нас проблема, – изобразил астронавта Ден.

– Вот вечно ты меня игноришь. Где там наш Барсик, – Ден, решил взять Эда на испуг.

Не получилось. Эд был в глубокой печали. Ему было скучно. У человека забрали привычную жизнь. А взамен, выдали одни проблемы. Вот как было раньше: в бар, в публичный дом, в Долину. Все было понятно и просто. А сейчас? Не пьет, потому, что стало не интересно. В публичный дом не пойдешь. Вот скажите, что можно делать в публичном доме? Правильно, скучать. Нечего там делать, после знакомства со Светланой. А вместо Долины? Душный кабинет и куча бумаг, которые просто бесили.

Ден старался растормошить Эда, не все же ему одному страдать, пусть и этот толстокожий повеселиться. Сидение, вру, лежание на одном месте (животе), спокойная обстановка, начинали выматывать нервы, Дена пугало ощущение растительной жизни.

– Это ты просто скучаешь,– Эд решил, что он психотерапевт.

– Конечно, вот просто мечтаю вернутся в Долину, – Ден внезапно успокоился, сука, Эд прав. Но ладно, это пройдет. Стокгольмский синдром, какой-то.

Вечером после ужина, Эда нашел в гостиной Дед, сел в соседнее кресло. Смотрел куда-то, вдаль, сквозь Эда и Дена. Повторил, сказанное при первой встрече:

– Я искал тебя Эд.

Эд откинулся головой на спинку кресла, начал смотреть в потолок. Похоже, даже сдохнуть по-нормальному в Долине, ему не судьба:

– Я услышал Дед, но ты знаешь, я... этим не управляю.

– Меня устроит, тот вариант, что выпадет, в любом случае, у тебя получится лучше… чем у меня.

«Ты уже здесь, а раз нашел и вытащил из зубов Барсика, то и вариант уже выпал», – додумал про себя Эд.

– Эд, вы о чем?» – заволновался Ден, – Нам что, опять прокусят задницу?

Дед достал бумаги принесенные с собой, и начал перекладывать листы, пытаясь вчитываться и скрывая раздражение. Ден с интересом наблюдал за умственным процессом, в исполнение Деда. Идти и разбираться со своими документами, не хотелось, от слова совсем.

Занять вечер культурным досугом, после жизни на Земле, где ты просто перенасыщен прущей из каждого утюга культурой, было сложно. Чем можно было завлечь, такого избирательного клиента как Ден. Пить в баре, нет смысла. Ради чего? Излить кому-то душу? Эд лучший в мире собеседник, выслушает все. Может даже, скажет чего в ответ. Снять пьяную девушку, которая сбежала в бар от одиночества и с желанием «повеселиться»? В местных барах девушек нет, ни трезвых, ни пьяных, даже бармены мужчины. В театр? Так не всем театры нравится. Ни Эд, ни Ден восторга не испытывали, поспать на собственной кровати удобнее. Сидеть в кафешке? Смотреть на людей? В чем смысл? В Долине было проще тем, что не нужно было выбирать, чем себя занять. Долина, прекрасно справлялась с этим сама, постоянно подкидывала сюрпризы. Такая затейница. «В Долине ты всегда при деле» – хороший рекламный слоган получился.

«Кстати, о деле, нужно заказать новые мечи», – занялся делами Ден.

Дед, будто подслушав мысли Дена, положил на подлокотник кресла, лист из записной книжки и знакомый жетон:

– Я нашел адрес, хочу съездить с тобой.

– Завтра, вечером, – Ден с грустью смотрел на позолоченный кругляш с номером.

В мастерской мастера оружейника, Ден застыл не у мечей, а у бытовых артефактов, выполненных тонко, и красиво. Даже при всей одинаковости, было видно, что делали люди, понимающие в гармонии линий. Ден стал замечать за собой… некую странность. Он стал по-другому ощущать пространство, оно стало… другим. Сложно было объяснить, пространство приобрело еще одно измерение. Вариативность наполнения. Ден чувствовал поток изменений во времени, прошлое показало настоящее, настоящее – будущее, будущее предлагало оптимальность в настоящем. Как это работало, Ден не понимал, но он начал более уверенно пользоваться рисунком направлений и возможностей.

– Эд, похоже, ты меня заразил своим талантом, – довольно ухмыльнулся Ден, – А что сам им не пользуешься, зачетная вещь.

– Потому, что это не мой талант, это Ден, твой талант, – Эд не доставил удовольствия себя потроллить.

– Вот всегда ты так, – обломался Ден.

– Тимуровцы просили лишнее не покупать, – Эд, заранее пресек непредвиденные траты.

– Хочу купить нужный и полезный, не побоюсь этого слова, жизненно необходимый… – Ден замер.

– И дальше, – выписал пендаль заинтригованный Эд.

– Эд, а когда мы попадем к Ромашке? У нас с ней, вообще-то бизнес.

– Так зачем тебе артефакт? – не сошел с темы Эд.

– Да так, мелочь, – невинным голосом ответил Ден. – Ладно, хотел подарить Васи, не дает мне покоя ее браслет.

– А смысл, мы даже не знаем, приедет ли она вообще… Ты что, собрался к ней в гости, – казалось, Эд был не удивлен.

– Ни в коем случае. У меня тут созрел гениальный бизнес план, – Ден завис пораженный перспективами.

– Решил без подарка, сразу в постель, – предложил вариант, гениального бизнес плана, Эд.

– Как ты мог про нас такое подумать, Вася вообще-то замужем. У нас намечается, презентационный тур, новейшего артефакта для вычислений, – в стиле продавца пылесосов, объявил по внутренней связи Ден, – Если Ромашка его сделала.

– И совершенно случайно, – в том же тоне, продолжил Эд, – Тур начнется с морского побережья. И там, совершенно случайно, окажется дом Василисы. И совершенно случайно, первый образец будет бесплатно, и вот абсолютно случайно он достанется Васи. Слушай гений, ты мечи заказал?

– Да ладно тебе Эд, возьмем такие же, отлично работали, – навострил лыжи в сторону столицы Ден, – И, раненым в эээ, героям полагается пару дней отдыха в курортных условиях.

– Пойдем, у нас же остались деньги, закажем мечи у Ромашки, у нас требования изменились. Забыл, мы не в Долину едем, там Барсиков не будет, – Эд принялся нарезать задачи.

– Точно не будет, – потребовал большей ясности Ден, раны жутко чесались, но трогать было нельзя.

Но не срослось. Сразу не срослось. Во первых, военное, точнее в нацгвардейское училище, отгулов за просто так не давало. Гражданин царства? Молодец, выполняй поставленное задание до полного завершения. А то будет разброд и шатания.

– Мне нужен помощник, носить бумаги, – указывая на трость, мол руки заняты, требовал с руководства льгот Ден.

Хитрый план состоял в том, чтобы по быстрому переложить лекции на подчиненного, а самому исчезнуть.

– Ден, твои планы приводят в какую-то жопу, – Эд был недоволен, бурной деятельностью Ромео, – Посмотри на себя, и ответь честно – из-за чего ты здесь?

Ден завис:

– Из-за зарядки от телефона, подключившейся к Северному сиянию? Да не Эд, брось, не из-за шаурмы же? Думаешь, была просрочена? Бедная Лена, где она теперь?

– Ваш секретарь в одиннадцатой аудитории, у тебя там как раз лекция, – матерый ректор с мордой гориллы и улыбкой акулы, предвкушающе улыбнувшись, махнул рукой.

– Эд, а почему это Виктор может улыбаться, а я нет? – Ден шел в непонятках.

Он первый раз видел улыбку ректора. Это было необычно, и настораживало.

Дохромав до назначенного места, Ден застал пустой зал, до начала лекций было сорок минут. Расположившись с комфортом на стуле, разу начал подготовку к предстоящим занятиям, собрался поспать. И даже успел закрыть глаза.

– Так-так, – знакомое глубокое контральто, радостно промурлыкало в ухо Дена.

Ден решил глаза не открывать.

– Ден, – устало произнес Эд, – Если это секретарь…

– Да понял я, – Ден судорожно искал выход из положения.

Выход был – в больницу. Нет там Светочка. В Долине нечего делать с такой походкой. Ден поднял руку:

– Девушка вы ошиблись зданием, бордель на два квартала дальше по улице.

– Доверяю твоим профессиональным знаниям, проверять не буду, вот план работ и дополнительных занятий. Просыпайся у нас много дел.

Глаза пришлось открыть:

– Как дела у Алексея? День свадьбы уже назначен?

Злата довольно улыбаясь, вложила в пальцы бумагу:

– Все Эд. Теперь ты мой, – после продолжительной паузы добавила, – Начальник.

Глава 24

День был солнечный и яркий, и совсем не соответствовал пейзажу, который рассматривал Ден. Осторожно передвигаясь, от укрытия к укрытию, держа на прицеле потенциально опасные места, Ден двигался первым, Михаил прикрывал. Они уже выяснили про новые способности Дена, и отработали новую тактику передвижения. Сначала первый шел Михаил, он был сильный Видящий, чувствовал проблемы раньше Видящих противника. А когда начинался опасный участок, вперед выпускали Дена. Но в этот раз Миха не почувствовал угрозы, зато была прекрасно видна глазами. И в перед пошел Ден.

Конвой разгромили вчера, ближе к вечеру. Лошадей берегли, старались сохранить и увести с собой, конских трупов не было. В отличии от человеческих. Повозки забрали с собой, свалив убитых на обочину. Держался стойкий запах крови, и лекарств. Караван был на Большую землю, с ранеными. Всех добили, живых нет. Привычная картина. Поиздевались над пленными ранеными, и устроили показательную казнь. На том месте, где казнили, из мертвых тел было выложено слово. Фантазия у бандюганов, всегда была бедная. Над слабыми поиздеваться, тут они мастера, а чуть прижмет, сразу сопли. Поймали раз таких, хероев, ползали на коленях, ноги целовали, жизнь вымаливали. Главное остаться живым. Благородство не про нас. Всех вокруг под нож пустят, чтобы самому живым остаться.

Отряд был большой, семнадцать голов. Такой состав, для засад не отправляют. Похоже дезертиры. Оружие получили, сразу хватит, повоевали, айда грабить. Кого грабить, и что делать дальше не важно, настолько далеко у банд планов нет. Они уже покойники, не наши охотники, так повстанцев, обязательно найдут, веселую компанию, и вырежут. Солдаты из них никакие. Непонятно почему из Серой зоны не ушли. Думают тут им свобода.

Михаил подал сигнал. Ден осторожно дошел, до противоположной гряды и осмотрел местность. Никого. Вернулся к напарнику. На месте засады остались тела дезертиров. Охрана каравана успела дать ответный залп. Четверо. Неплохо. От пятерых бойцов охраны. Великолепная результативность. Трупы даже не раздели. Обыскали, и бросили. Для них свои, это просто мясо. Михаил показал на одного. Ден с изумлением рассматривал, похожую на «флис» ткань свитера, защитного цвета, но не оливкового, а скорее серо-зеленого колера. Манжеты и резинка по низу не блестящая синтетика, другой материал, но это ничего не значит. Может быть все что угодно. Но в этом мире синтетики нет, не нужна местным синтетика. Проверил зубы. Вроде местный. Местные стоматологи зубы заращивают, или наращивают вместо потерянного зуба. Пломб, как на Земле, нет. Наколок, тоже нет. Ден поставил бы золотой на то, что труп получился из местного. Откуда тогда свитер?

С левой стороны свитера шевронов и надписей нет, с правой дыра от болта. Этикеток, нет. Пошив машинный, нитки капрон, или похожее на него. На огне плавятся. Брать образец не стал. Не до загадок было. Напарник уже разведал маршрут отхода каравана бандитов, встали на след. Через три дня банду зачистили охотники.

Ден вспомнил этот эпизод только сейчас, когда ехал с Дедом в дом, где жил Михаил с семьей. Теперь уже, домой к его семье. Светло-серый, маленький, даже по местным меркам домик. Зажатый стоящими вплотную стенами, соседних домов. Два окна, дверь, фонарь на стене самый обычный. Второй этаж, четыре узких окна. Отполированная, покрытая лаком, светлая дверь, фигурная из благородной, с зеленью бронзы, входная ручка. Сбоку у косяка входной двери, на стене рычаг звонка. Около дома чисто, видно, что следят. Обычный дом. Если не считать что в центре, рядом с центральной площадью.

Поднялись на три ступеньки, Ден плавно потянул за рычаг. Внутри раздался мелодичный звонок колокольчика. Дверь открыла молодая женщина, спокойная с живыми глазами. Увидев Дена с тростью, и Деда в костюме с мечом на боку, замерла испуганным зверьком. Глядя на пришедших, выпрямилась. Серьезное лицо добавило лет.

– А не молодая, показалось, – рассуждал Ден, – Эд, чем-то она похожа на Светлану, только постарше ее будет.

– Судари, – спокойным ровным голосом, вопросительно поинтересовалась девушка.

– Ракитин Михаил Ярославович. В Земстве нам дали этот адрес. Мы хотели увидеться с его семьей.

Сидели в крохотной гостиной за столом. Любомира готовила чай. Выглядела как настоящая хозяйка дома, сильная и уверенная, только пальцы дрожали. С этим она не могла справиться.

На комоде напротив, лежала шляпа Михаила, жетон на двойной золотой цепи, и меч в кобуре, когда-то давно, в другой жизни, подаренный хозяину. Силовой элемент, Ден вынул, для безопасности хозяйки. Лежал в коробке, отдельно.

Чай пили молча. Рядом с Дедом сидела Аня, белокурая в отца, сероглазая в мать, улыбчивая четырехлетняя девочка. С двумя косичками с вплетенными в них, разными по цвету лентами, синей и красной. Не отрываясь, разглядывала Деда. Дед конечно впечатлял. С ним комната стала на половину меньше, чем была. Девочка порывалась несколько раз о чем-то спросить, но робела. Спросил Ден:

– Как вы устроены, если нужна помощь, я хотел бы помочь.

Любомира от помощи отказалась, она работает, дочь устроена в пансион, оплачиваемый Земством, остались накопления от мужа.

Любомира смирилась с потерей, когда поняла, что муж не вернется. После новостей о завершении конфликта, не было ни вестей, ни Михаила. Позже пришли представители дружины и Земства, с печальной новостью. Уже переболело. К возможной потери мужчины, работающего в Долине, нужно быть готовой до того как с связываешь с ним свою жизнь. Любомира знала, но все равно было трудно это пережить.

– Вы Эд служили с моим мужем, – она кивнула на вещи Михаила, – Или вас просто попросили передать.

– Мы воевали вместе с самого начала конфликта, до его смерти, – Ден запнулся, и не покривив душой, добавил, – Мы были друзьями.

Девушка внимательно рассматривала мужчин, но не решалась спросить.

– Я Дед Эда, и представитель семьи Яровых, – Дед назвал фамилию Бати, – Я и моя семья готовы встать на вашу защиту.

Традиции наше все. Дед предложил покровительство своей семьи. Сейчас это был анахронизм. Но не в словах Деда, тут анахронизмам места нет. Стоило на него взглянуть и проникаешься основательностью веков.

– Я хотела попросить, – Мира взяла паузу.

Ее никто не торопил.

– У меня никого нет никого из близких, и если со мной что-то случится, Анна останется совсем одна. Я могу попросить вас помочь, поучаствовать в ее дальнейшей жизни.

– Любомира, ты будешь моей женой, а Анна моей дочерью.

Дед не понимал любви к принятию половинчатых решений, хождению по кругу, и прочим, гаданиям на кофейной гущи. И глядя в глаза девушке, он не спрашивал. Утверждал. Ставил точку.

Мира ошарашенно посмотрела на Эда. Эд подтвердил, кивком головы. Девочка смирись, это Дед.

Мира могла посмеяться, над таким предложением, или разозлиться, смотря кто бы предлагал. Но глядя на гостей смеяться не хотелось, а злится тем более. Огромный, сильный мужчина. Основательный и надежный. Мира сама не ожидала, когда из нее вырвалось:

– Хорошо. Я согласна.

И распахнув в удивлении глаза, от сменившегося за минуту статуса, неожиданно успокоилась. Даже пальцы перестали дрожать. Встреча неожиданно превратилась в семейный ужин. Вот муж, жена, и дочь с заглянувшим на огонек родственником, пьют в гостиной чай. Кто-то против? Тогда посмотрите, на Деда, он вам без слов объяснит, что вы не правы, а Эд поможет.

Эд, нисколько не удивленный, возвращался домой один.

– Эд, я все равно не понимаю в чем твой дар. Скажи, это я тупой или лыжи не едут? – Ден, вот кожей чувствовал разгадку, но поймать не мог.

Раны заросли, рубцы остались. Эд снова в печали. На обследовании в больнице Дена направили к другому доктору. Мужчина в годах, определил состояние погрызенного, как не нуждающегося в дальнейших услугах врачей, хромату предложил лечить упражнениями. Доктор высказал личное пожелание: «получше следить за собственной ж…й, и не добавлять людям работы».

Светочка была замечена в коридоре больницы, и уличена в странных телодвижениях, при виде Эда, начинала прятаться в палатах, за людьми, и всяческими иными способами не попадаться на глаза.

– Ден, ты точно ей не улыбался? – Эд не понимал что происходит, – Тогда почему она нас боится? Мы вроде договорились, что встреч больше не будет.

– Давай спросим, – когда дело касалось коммуникации со Светланой Ивановной, мозги работали лучше у Дена, но это не точно, – Понятно, что она не хочет разговаривать, но если ты настаиваешь… не поговоришь, так пощупаешь, вспомнишь прежние времена.

Загнать в укромный уголок, неопытного врача, для матерого диверсанта Дена, было проще, чем отнять конфетку у ребенка. Дальше в дело включился Эд.

Эд стоял в тени, у заранее открытой двери на склад. Заведующий, этой несомненно, нужной комнатой, согласился погулять часок, а узнав причину, даже отказался от премии. И пряча ухмылку, выдал ключ от дверей. Светочка, в нужный закуток входила крадучись, спиной вперед, ища взглядом преследователя и весело выставив часть тела, из-за которого все изначально и случилось. История любит повторяться. Уперевшись попой в Эда, Птичка замерла. Медленно выпрямившись, Светлана постаралась принять строгий вид. Не помогло. Совершенно. Самое сложное оказалось не разнести склад, но Эд справился.

– Эд, вот скажи, почему тебе во время встреч с докторшей, постоянно что-то мешает, – намекая на известную пословицу, поинтересовался Ден, – Ты снова облажался. Мне стыдно за нас, мой неспособный друг. Нас выгнали, надавали пощечин, правда, уже после всего случившегося, но это тебя совершенно не оправдывает. Нам прокусили губу. Вместо того, чтобы галантно придерживать даму, ты удерживал от падения стеллаж, и стол, и зачем сломали стул? А для чего вы использовали подоконник? И в целом, Светочка явно осталась недовольна.

– А еще прокусили плечо, и всего поцарапала, – невпопад продолжил список потерь Эд.

– Вот видишь, мы едва не остались здесь снова, в роли пациента, – Ден не мог упустить такую возможность для троллинга, – И оставили пять серебряных, за сломанный стул. Пять серебряных Эд, мое сердце плачет.

По этому поводу сильно страдал Ден, с драгоценными металлами у него были сложные отношения.

Секретарь разглядывала пострадавшего начальника:

– Ты разошелся с доктором в способах лечения, и пытался отстоять свою точку зрения привычным способом? И был бит?

Ден уже выработал метод борьбы с подчиненной. Метод был прост и гениален. Правда это разработка Эда, но главное – работает. Поэтому промолчал. Злата фыркнула. Перевела тему:

– Сегодня, после лекций зайди к ректору, он займется тобой индивидуально. Нужно начинать готовиться к командировке.

Сама Злата пропадала у ректора больше времени, чем издевалась над Деном. И не только у ректора. Что за шашни она крутила, и вообще что делала в училище, было совершенно не понятно. А самое главное, Дену было все равно. К нему не лезет, и ладно. Но вот как секретарь она была, просто песня. Он сбросил на нее всю писанину. Злата ловко пользовалась хитрым аппаратом, смесью печатной машинки и принтера. С мысленным способом набора. Отсталое средневековье во всей красе. Ден со всем своим продвинутыми знаниями работы компьютеров, смог добиться, только того что прибор начинал работать.

Злата в удивлении смотрела на Дена. Она явно не ожидала от парня из Долины, таких способностей. Правда, было одно но. Эта шайтан машина, под управлением Дена, вместо букв и цифр, рисовала прямую линию. Четкую и ровную. Никто так не умел. Пытались, но ни у кого не получалось. Злата кусая губы, и сыпля смехом из глаз, пыталась его похвалить перед студентами:

– Лаконичность и четкость мышления выше всяких похвал.

«Эд, не подходи к артефакту, у него скоро механизм расплавиться» – прочитал Ден в ее глазах. «Договорились» – Ден отправил зрительное сообщение, и довольный, оставив девушку в состоянии: «я сова», пошел куда нибудь подальше, например – поесть. Злата догнала его на выходе:

– Я с тобой.

– Ээээ, – рассказал историю Ден.

– Ты же собрался поесть, я с тобой, только у меня денег нет, дома забыла.

– Эд, что за дела, мир другой, а объедают как прежде.

Столица встретила дождем. Ден поднял воротник плаща, хотел поежится, но понял, что столица это не всегда Москва, а серая хмарь, не всегда зябко. Расстегнул пуговицы плаща, и решил пройтись пешком, потренировать пострадавшую мышцу. Дальнейшие перспективы не выглядели радужно. С одной стороны, сидение на подхвате в другой стране, это не бегать по Долине. Но Долина она понятная, и как там выжить ты имеешь представление. В отличии от другой страны. Неизвестность пугала. Правила конспирации, кем-то придуманные, не давали понятия о том, что нас ждет. Сколько нужно убрать? Кто эти люди, до Дена не довели. Причина понятно, не захочешь, а расскажешь. В плен лучше не попадать. Плен, попадать, навеяли ассоциации с Земли. Нужно взять у Бати гранату, лучше две.

Еще эта парадоксальная ситуация любовного четырехугольника, Эду нравится одна девушка, Дену другая. Ответные чувства совпадают, но, есть такая малость, тел немножко меньше. Три. И долго это продолжаться не может. И не потому что так уж сложно поддерживать статус кво, просто крыша едет. Но сейчас, это меньшая из проблем. Это на будущее, если случится это будущее. Решив оставить на потом, Ден постучался в ворота особняка. Окинул черное дерево воротин, как же давно я их не видел. Лет двести. Если по ощущениям.

В ответ на отправленную записку Летте, с просьбой о встрече, адресат явился сам. Вид изумленной Ромашки не впечатлил. Насмотрелся. Предложил, вернутся в мастерскую к девушке. Вид трости и хромающего Дена, отодвинул светскую беседу на более благоприятные времена. Ехали молча. Летта порывалась, что-то сказать, но сразу замолкала. В холле парочку перехватила Изольда Викторовна, и применив административный ресурс, усадила за чай. В разговоре старательно обходили тему недавнего конфликта в Долинах, за что Ден был благодарен хозяевам.

– Мой муж с твоим отцом расторгли помолвку. Никому не выгодно такое состояние, учитывая ваше с Виолеттой нежелания супружества, – Изольда Викторовна плавно перешла к делам, – Я надеюсь, что теперь, когда у нас нет причин для недовольства друг другом, мы сможем стать добрыми друзьями.

В мастерской у Летты Дена ждал сюрприз, два сюрприза. Калькулятор. Рабочий. В двух вариантах. Первый, он же простой, ящик с кнопками и колесиками как на механических счетчиках, и второй, а вот тут да. Коробочка из металла, с клавиатурой как у обычного Земного калькулятора. Экрана нет. Коробочка удобная, увесистая, размером со смартфон с Земли, только раза в два толще.