Текст книги "Возвращение душ. Кровь ангела (СИ)"
Автор книги: Санта-Фет
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 27 страниц)
– Лучше я умру Отступником, чем стану жить предателем, – спокойно отозвался ангел, и на его лице не дрогнула ни одна чёрточка. – Скажи Михаилу: мне жаль, но по-другому я не могу. Передай, что я люблю его, – с этими словами Ориэль прошёл через врата и, взлетев, растворился среди звёзд.
Тем временем в Аду
– Что скажешь, Армисаэль? – как только доктор закончил проводить УЗИ, тихо спросила Аурика. – Со мной всё в порядке?
– На первый взгляд – да, – отключая прибор, Армисаэль снял перчатки и швырнул их на поддон. – Но ты была права на счёт уникальности своего организма. Пока я проводил обследование, твои органы дважды меняли свои очертания и функциональность. Возможно, всё дело в том, что ты слишком нервничаешь.
– Значит, у нас с Офаниэлем всё может получиться?
– Нет, если ты будешь бояться так же, как и сейчас, – доктор нахмурился. – Пойми, Аурика: твой организм очень чувствителен. Чтобы правильно использовать его функции, ты должна чётко понимать чего ты хочешь. Беллор прав: Касиэра умеет управлять своим даром, потому что в ней нет страха, и она не сомневается в своём выборе. А ты слишком не уверенна в себе. В таком состоянии ты не сможешь зачать ребёнка не только от Офаниэля, но и вообще от кого-либо.
– Что же мне делать? – девушка побледнела, в смятении поджав губы. – Посоветуй что-нибудь, Армисаэль! Научи меня, как решить эту проблему!
– Решить её очень просто, и при том очень сложно, милая, – доктор взглянул Аурике в глаза. – Ты должна перестать бояться. Ваша близость с Офаниэлем не может быть простой церемонией зачатия. В ней должны присутствовать страсть, желание, полное доверие друг к другу. Ты должна хотеть принять его в себя всем своим существом, наслаждаться им, покориться ему… Простого желания зачать здесь слишком мало. Здесь нужна прелюдия любви, чтобы твой организм подстроился под партнёра и стал с ним одним целым. Чтобы он разрешил включить те процессы, которые необходимы для зарождения новой жизни… Ты уверена, что способна на такое, девочка? Уверенна, что сможешь преодолеть страх, боль и отдать партнёру всю себя без остатка?.. Если нет, то даже не стоит пытаться. Тем более, это твой первый опыт. Поразмысли над этим.
Аурика долго молчала, обдумывая его слова, потом чуть заметно кивнула.
– Я попробую, Армисаэль, – упрямо сжав губы, произнесла она. – Клан не должен достаться Люциферу только из-за того, что одна глупая девчонка оказалась чёртовой трусихой. Хватит быть папенькиной дочкой. Пора взрослеть.
– Золотые слова, – Армисаэль улыбнулся. Потом вновь посерьёзнел. – Ирон проводил тебе обряд дефлорации? – уже по-деловому спросил он.
– Нет, – Аурика покраснела, отводя взгляд. – Я ждала, пока ты вернёшься.
– Когда произошло твоё перерождение?
– Три дня назад.
– Ты готова к обряду сейчас?
– Я за этим и пришла, – Аурика кивнула, с опаской посматривая на Армисаэля, надевающего перчатки. – Это… очень больно? – всё же не удержалась от вопроса она.
– Нет. Это быстро, – доктор качнул головой, доставая инструменты. – Первое проникновение ангела будет больней – ты должна быть готова к этому. Но боль пройдёт, как только ты адаптируешься. Ничего не поделаешь, такая уж у вас физиология, – он опять улыбнулся. – А сейчас я тебя привяжу. Потому что если ты убьёшь меня ещё раз, я превращусь в демона с хвостом и рогами, а мне этого совсем не хочется, – по серьёзному выражению лица было заметно, что Падший вовсе не шутил.
Аурика молча терпела, пока доктор привязывал её запястья к железным подлокотникам кресла.
– Закрой глаза, расслабься и дыши глубоко, – посоветовал он, внимательно наблюдая за девушкой.
Аурика послушалась и через секунду громко вскрикнула и задёргалась. Из уголков её глаз выкатились слезинки.
– Успокойся, – Армисаэль положил ладонь ей на живот и подождал, пока она расслабится. Потом ввёл зонд ещё раз и бросил его на поддон. – Вот и всё, – негромко проговорил он, начиная её отвязывать. – Ты молодец. Через день всё заживёт.
Аурика поднялась с кресла и стала одеваться. Её губы немного дрожали, как и руки, которыми она натягивала на себя блузку.
– Ты можешь… рассказать мне, как всё происходит? – закончив одеваться, выдавила девушка. – Не на церемонии, а так… Я хочу быть готовой, Армисаэль, чтобы… – она запнулась, опустив голову.
– Ну, во-первых, ничего страшного с тобой не случится, – приобняв Аурику за плечи, доктор проводил её до кресла. – Офаниэль – очень опытный партнёр. Он знает, как себя вести. Так что не бойся – он не накинется на тебя, как дикий зверь. Просто доверься ему, и всё будет хорошо. Жаль, что мы здесь, – вздохнул он. – В деревне Тадиэль бы тебя подготовил.
– А ты не можешь?
– Тадиэль использует свою магию на подготовке, – доктор покачал головой. – Без этого ничего не выйдет. Но, если мы когда-нибудь вернёмся, советую тебе попросить Тадиэля помочь. Независимо от того, получится у тебя с Офаниэлем или нет – подготовка тебе точно не помешает.
– А как же другие обряды? Разве они не обязательны?
– Обряд Жертвы в Аду бессмысленен, как и Обряд Очищения. Здесь показатели крови жертвы меняются, и такая кровь только вредит. Так что придётся обойтись без этих обрядов. Тем более, что с такими особенностями, как у тебя, они и не нужны. Единственное, что я хотел бы тебе посоветовать – это не злоупотреблять пищей, которую готовят в Аду. Ешь овощи, но не мясо. По крайней мере, до зачатия.
– Завтра Люцифер устраивает праздничный ужин по случаю моего Дня рождения. Ты придёшь?
– Если ты меня пригласишь, – доктор лукаво усмехнулся.
– Я тебя приглашаю, – девушка тоже попыталась улыбнуться. – Отец собирался поговорить с тобой, – направляясь к дверям, бросила Аурика. – Он за дверью ждёт… Не пугай его, ладно? А то он и так на взводе, – она вышла, и в кабинет спустя минуту вошёл Беллор.
Первым делом, внимательно осмотрев всё вокруг, он повернулся к Армисаэлю.
– Камеры есть? – шёпотом спросил блондин.
– Нет. Я запретил их ставить. Предупредил, что нельзя нарушать врачебную тайну.
– Ладно, что скажешь? Как Аурика?
– С ней всё хорошо. Она говорила правду: способности её организма в точности, как у Касиэры, так что вполне может получиться.
– Для неё это не опасно?
– Это опасно скорее для Офаниэля, – вновь хмыкнул доктор. – Девочка очень импульсивная. Может снести голову, если потеряет контроль. Нужно будет его предупредить.
– Значит, дожидаемся результатов и сматываемся отсюда, Армисаэль, – сквозь зубы бросил блондин, стараясь не шевелить губами. – У тебя есть идеи, где искать чёртовы врата?
– Есть, Беллор, но тебе нужно кое-что учесть…
– Что именно?
– Если мне удастся выяснить, где врата, тебе придётся выполнить одно моё условие.
– Ты что-то темнишь, док, – Беллор прищурился. – Говори яснее!
– Давай не здесь, – Армисаэль улыбнулся. – Просто кивни, если согласен.
– Согласен, – помедлив, Беллор кивнул.
– А открыть ты их сможешь?
– На этот счёт у меня тоже есть кое-какая идея. Надеюсь, она сработает.
– Отлично, – Армисаэль хлопнул блондина по плечу. – Тогда иди. Встретимся за праздничным ужином.
Армисаэль весь день инспектировал приборы и инструменты в своём новом кабинете, делая вид, что ничего на свете нет важней, затем записал что-то на листке бумаги и отправился прогуляться по дворцу. Очень скоро, как и рассчитывал, он встретил Миэла, который дожидался свою новую госпожу около дверей её комнаты.
– Собираетесь в город? – как бы невзначай поинтересовался доктор, остановившись возле сына. – А Беллор знает?
– Да, он скоро подойдёт, – Миэл коротко кивнул. – Они отправятся вместе.
– Я хотел попросить блондина захватить кое-что из города, если они смогут, – доктор покопался в кармане и достал оттуда сложенный листок бумаги. – Наверняка ведь будут в магазины заходить. Мне туалетная вода одна очень нравится, которую производят только в Аду. Вот, я и подумал: раз уж мы здесь, почему бы не сделать себе приятное? – он улыбнулся. – Её название я записал. Передай Аурике, ладно? А то самому таскаться в город не очень хочется, – и, не дожидаясь ответа парня, Армисаэль сунул записку ему в руки и продолжил своё путешествие по коридорам дворца.
Миэл дождался, пока он отойдёт, огляделся, и развернул записку. Первой строкой и правда, было написано какое-то замысловатое название туалетной воды, которое Миэл перевёл как «Безумные грёзы». Ниже было написано ещё несколько строк, которые были обращены уже к самому парню:
«У тебя есть только один шанс, мой мальчик. Нужно узнать, где находятся Скрытые Врата. Ты всегда был сообразительным. Поможешь нам – мы поможем тебе».
Прочитав записку, Миэл ещё раз внимательно огляделся по сторонам, после чего, как ни в чём не бывало, замер возле дверей.
Очень скоро появилась Аурика. Нарядная, в модных эксклюзивных джинсах и тонком коротком топе она выглядела потрясающе.
– Отец ещё не приходил? – спросила она у шека, бросив на того быстрый пронизывающий взгляд, от которого у нефилима внезапно побежали по телу мурашки.
– Нет, госпожа, – Миэл склонился в полупоклоне, одновременно протянув ей записку Армисаэля. – Приходил доктор. Он просил захватить из города туалетную воду для него, если вы будете заходить в магазины. Здесь написано название.
Девушка взяла записку и, быстро пробежав глазами по строчкам, спокойно кивнула.
– Хорошо, я всё поняла, Миэл, – не моргнув и глазом, невозмутимо произнесла она. – Если найдём, мы обязательно купим Армисаэлю то, что он просит. Кстати, я решила, что ты поедешь с нами.
– Как прикажете, госпожа, – парень вновь поклонился.
Их разговор прервал Беллор, который шёл по коридору в сопровождении демона.
– Ну, как? Готова? – улыбнулся блондин дочери, принципиально не замечая стоявшего рядом с ней Миэла. – Куда собираешься отправиться?
– В парк развлечений, конечно! – девушка расплылась в ответной улыбке. – Эрикииль заверил меня, что там здорово!
– Отлично, тогда едем в парк! – торжественно объявил Беллор, и вся компания направилась вниз по лестнице, у подножья которой их дожидался роскошный автомобиль. Эрикииль сел за руль, и очень скоро они уже катили по идеально ровному шоссе к центру города.
– Присядь, Сандал, – Люцифер небрежным жестом указал Серафиму на одно из кресел в своих апартаментах. – Я хотел поговорить с тобой сразу же, но меня отвлекли дела, – он неспешно прошёлся по мягкому богатому ковру, переплёл пальцы рук, и посмотрел в окно, словно о чём-то раздумывая. Потом медленно повернулся.
Сандал уселся в кресло, но во всей его позе сквозило заметное напряжение. Он не спускал глаз с Владыки, при этом невольно ощущая себя неразумным младенцем рядом с ним. От Люцифера исходила мощная, почти осязаемая волна силы, которая подавляла и заставляла нервничать.
– Я должен спросить тебя, – лениво растягивая слова, вновь заговорил Архангел. – Что заставило главу Клана Падших отправиться в Ад вместе с моим сыном? Я ещё понимаю Офаниэля – у него здесь дочь. Но ты? Зачем ты пришёл, Сандал?
– У тебя душа моего сына, Люцифер, – мрачно отозвался Серафим, глядя на Владыку снизу вверх. – Я пришёл забрать то, что было украдено.
– Вот, как? – холодная улыбка тронула тонкие губы Архангела. – Значит, просто пришёл забрать?
– Нигар сказал, что продал душу тебе…
– Да, именно: продал, – Люцифер спокойно кивнул. – Я заплатил за неё, и не собираюсь нести убытки. Это была сделка, Сандал, и она была честной. Так что твои притязания теперь смешны. Душа младенца принадлежит мне по праву, – Архангел подошёл к стене и, отодвинув какую-то панель, достал с полки светящуюся прозрачную капсулу, размером с грецкий орех. Полюбовался ей немного, потом показал Серафиму. – Вот она – душа твоего сына, – насмешливо пояснил он, наблюдая, как Сандал, побледнев, вскочил с кресла. – Она занимает достойное место в моей коллекции. Ей здесь лучше, чем в холодильнике Нигара или в уязвимом и бренном теле ангела… Посмотри, как сияет? Разве это не чудо?
– Верни её, Люцифер! – Сандал задрожал так, что клацнули зубы. – Или продай!
– Не могу, – вернув капсулу на место, Архангел захлопнул панель. – Ни отдать, ни продать, ни подарить… Но могу обменять, если хочешь.
– Обменять на что? – глаза Падшего пронзительно полыхнули.
– На твою душу, – Люцифер небрежно повёл плечами. – Ты ведь слышал, наверное, что в Аду по-настоящему ценится только это. Душа нерождённого младенца Падшего – несомненно, достойный экспонат, но душа Тёмного Серафима… – хищно ухмыльнулся он. – Такой драгоценности в моей коллекции нет, поэтому я готов заключить с тобой сделку.
– В чём суть этой сделки?
– О, не бойся, я не собираюсь класть твою душу на полку, – рассмеялся Архангел, заметив ужас на лице собеседника. – Мне достаточно будет просто знать, что ты принадлежишь мне, Серафим. Что ты служишь интересам моего мира и никуда от меня не денешься.
– Я служу Клану, Люцифер! – процедил Сандал, побагровев от злости. – Клану, а не Аду.
– Клану, который всегда желал твоей смерти и предлагал тебе убить собственного сына? Клану, который убил твою возлюбленную за то, что ей не повезло родиться Светлой?.. Который довёл до самоубийства твою сестру, и будет судить тебя, когда ты вернёшься?.. Стоит ли твоей защиты такой Клан, Сандал? Даже, если я верну тебе душу Ария – ты не сможешь защитить его. Твой Клан, которому ты «служишь», разорвёт несчастного мальчика на клочки прежде, чем ты успеешь сказать хоть слово! Неужели это называется спасением, Сандал? Падшие всё равно, рано или поздно, попытаются утолить свою жажду мести, и ты, их Правитель, не сможешь им в этом отказать.
– А что мне предложишь ты? – став белым, как мел, простонал Серафим.
– Я предлагаю тебе то, чего у тебя никогда не было – мою защиту. Прямо сейчас, – Люцифер улыбнулся. – Встань на мою сторону, и за это пользуйся всеми благами, которыми располагаю я сам. Кроме того, как только Арий окажется здесь, а это случится рано или поздно – я верну ему душу. И ты, и твой сын сможете прекрасно жить в этом мире. А как бонус, я попрошу Нигара захватить сюда и твою подружку. Ты ведь скучаешь по ней, не правда ли? – Архангел хитро прищурился.
– Что взамен?
– Ничего сложного, уверяю, – Люцифер сразу посерьёзнел. Лукавая улыбка слетела с его лица, вновь делая его надменным и холодным. – Для начала, ты всего-то присмотришь за моим сыночком и предупредишь, если он затеет какую-нибудь глупость. Например, захочет сбежать отсюда… Наверняка, вы уже обсуждали что-то подобное, не так ли?
– Что ещё? – на скулах Сандала заиграли желваки.
– Ты вернёшься в Клан. Скажешь, что Беллор и его спутники погибли, а сам позаботишься о том, чтобы все Высшие собрались вместе в день и час, который я укажу. У них ведь нет клейма, так? Значит, пора им присоединиться ко мне, тем более что изначально всё так и планировалось. Вот, собственно и всё, что требуется от тебя. Согласись, не так уж и много? Ведь взамен я даю не меньше.
– А если я откажусь?
– Ох, разве я к чему-то принуждаю тебя, Сандал? – Люцифер поморщился от досады. – Это ты хочешь вернуть душу сына, а не я. Только тебе и делать выбор… Я не требую немедленного ответа. Пока Белл бесится и планирует варианты побега, ты можешь спокойно обдумать моё предложение… Кстати, – когда Сандал развернулся, чтобы уйти, вновь остановил его Архангел. – Не пытайся украсть душу Ария, Серафим, – совсем тихо предупредил он. – С ней или без неё тебе не покинуть Ад, пока я не разрешу. А за воровство последует расплата. Учти это! – последние слова прозвучали с откровенной угрозой. Потом Люцифер отвернулся, показывая тем самым, что аудиенция подошла к концу.
====== Глава 28. Отчаянные шаги ======
Солнце уже клонилось к закату, когда Натаниэль вновь переступила порог больницы.
– Ната? – Ирон удивлённо поднял брови, выйдя в коридор из палаты Лайлы, в которой дежурил. – Что-то случилось?
– Нет, – она качнула головой, поспешно отвернувшись. – Я тут принесла Шандору кое-что… – девушка бросила взгляд на небольшую сумку, что держала в руках. – Можно к нему?
– Хорошо, – помедлив, доктор всё же согласился. – Только ненадолго. Ему сегодня ещё понадобятся силы.
– О чём ты? – Ната побледнела.
– Высшие хотят его допросить, а после отправить в бункер, под стражу. Никто из них не сомневается, что Шандор виновен, – Ирон нахмурился. – Я был против, но они настаивают, а я не могу спорить с Высшими, сама понимаешь.
Натаниэль вся как-то сразу съёжилась. Её пальцы побелели, сжимая ручки сумки.
– А… что делают с теми, кто совершает такие преступления, Ирон? – с трудом сглотнув застрявший в горле комок, тихо спросила девушка. – Какое наказание их ждёт?
– Я точно не знаю, Ната, – доктор нахмурился. – Но я слышал, как Высшие говорили, что ангелу, виновному в убийстве чистокровных, насилии и инцесте пощады не будет. Его крылья вымажут смолой, чтобы он не мог их сложить, взлететь и воспользоваться магией. Потом его оскопят прямо на площади перед всей общиной. После чего выколют глаза и бросят в чаще леса на медленную смерть. Если Шандор, и правда, виновен – я ему не завидую, – Ирон смолк, а Ната, пошатнувшись, схватилась за стену.
– Ты в порядке? – доктор шагнул к ней и придержал за локоть. Натаниэль дрожащей рукой провела по побелевшим щекам, затем кивнула и, отвернувшись, побрела к палате сына.
В палате было тихо и сумрачно. Тёплый сырой ветер залетал в приоткрытое окно и слегка шевелил узкие занавески. Заунывный дождь барабанил по железному козырьку, одновременно рисуя на стёклах причудливые узоры из слёз.
Шандор крепко спал, лёжа на спине и чуть повернув голову навстречу свежему ветру. Его лицо было всё ещё бледным, но спокойным и умиротворённым, словно всё происшедшее никак его не коснулось. Красивые, слегка полноватые, как у младенца губы приоткрылись, облегчая путь мерному дыханию. Раненую грудь прикрывало тонкое одеяло, которое юноша натянул почти до подбородка.
Ната остановилась у порога и долго смотрела на младшего сына, не в силах определить для себя, что чувствует. Шандор, в отличие от Ария, не был плодом любви, что когда-то соединяла их с Сандалом. Младший сын был зачат на церемонии, как и Эйренис, которую братья убили. И, тем не менее, все трое были её детьми. И сердце Натаниэль сжималось от боли за каждого из них. Только боль эта была разной. Думая об Эйренис, Ната задыхалась от чувства неизмеримой потери, жалости и отчаяния. Мысли об Арии несли с собой все муки ада, которые тут же заполоняли без остатка её истерзанную душу. Она постоянно упрекала себя в том, что не смогла перебороть гордыню и ушла тогда, оставив сына без материнской любви. Ей казалось, что Арий вырос таким безжалостным и жестоким только потому, что ему не хватило её заботы и ласки. Чувство вины висело над Натой дамокловым мечом и с каждым днём становилось всё более невыносимым.
Неизвестно почему, но ей всё время вспоминались слова Беллора, который однажды прямо спросил, зачем она противилась судьбе и почему не ушла с ним, если их желания совпадали? Натаниэль тогда не сразу поняла смысл его вопроса. Но теперь этот смысл открылся сам. Нельзя было слепо следовать за своими чувствами, которые очень скоро превратились в ничто. Нельзя было закрывать глаза на реальность и не обращать внимания на то, что пытались втолковать ей Касиэра и Беллор. Нате не было места среди Падших, и их любовь с Сандалом с самого начала оказалась проклятой. Как и их дети. Её дети, которые превратились в исчадия ада. Это было расплатой за то, что она предала Свет – Ната в этом не сомневалась. Сандал и все эти дети стали лишь жертвами её безрассудных поступков, желаний, и предательства. Упрямство, с которым Натаниэль цеплялась за свою любовь, предпочитая не замечать очевидного, сыграло с ней злую шутку. Сандал изменился, дети гибнут один за другим, а от неё ничего не осталось. Именно так и предрекал Беллор…
Ната проглотила застрявший в горле комок рыданий и, неслышно ступая, подошла к кровати сына. Ненависть и жалость одновременно захлестнули её, едва не разорвав сердце. Ната видела перед собой убийцу своей дочки – невинной, скромной девочки, так похожей на неё; и одновременно перед ней было лицо собственного сына, которого ни разу не суждено было ни обнять, ни приласкать, ни утешить. И если убийце она неистово желала смерти, то ради сына готова была умереть сама, лишь бы защитить. Лишь бы спасти от того, что ожидало, когда Высшие удостоверятся в его виновности…
Поставив сумку на тумбочку возле кровати, Натаниэль огляделась. Рядом было ещё несколько коек, застеленных белоснежным бельём. Подойдя к одной из них, Ната взяла в руки подушку и вернулась к сыну. В последний раз, взглянув на его красивое, спокойное лицо опустошённым и почти мёртвым взглядом, она опустила на него подушку и прижала изо всех сил. Шандор проснулся. Он заметался, захрипел, пытаясь высвободиться, но слабость не давала сопротивляться и, в конце концов, юноша сдался, принимая неизбежный конец. Его руки, которыми он хватался за подушку, безвольно упали, тело вытянулось и неподвижно застыло под одеялом.
Несколько секунд Ната ещё смотрела на сына, затем выпрямилась и перевела взгляд за окно. Там по-прежнему стучал дождь. И, словно вторя каплям на стекле, из её глаз выкатились слезинки, которые вспыхнули, озарив лицо чистым, белым светом. Но уже через мгновенье свет погас, и тяжёлые тёмные капли упали на пододеяльник, расползаясь на нём влажным неровным пятном.
Позабыв про сумку, что принесла с собой, Натаниэль, шатаясь, направилась к дверям. Выйдя в коридор, она шла вперёд, не ощущая больше ничего.
Навстречу ей шли Падшие – Табрис, Азраэль и Тадиэль. Увидев девушку, Тадиэль окликнул её, но Ната даже не услышала. Глядя прямо перед собой, она прошла мимо, не замечая ничего вокруг.
Высшие вошли в палату Шандора. Одного взгляда на парня хватило, чтобы убедиться, что тот мёртв…
Когда Падшие догнали Натаниэль, им не понадобились даже объяснений. Весь её вид и пустой, ничего не выражающий взгляд, говорили сами за себя. По приказу Тадиэля Нату схватили и увезли в бункер, где заперли в одной из каменных келий, оставив под охраной Серых прислужников.
– Этого не может быть! – в который раз воскликнула Касиэра, нервно меряя шагами гостиную. – Ната не могла этого сделать, Тадиэль! Она на такое не способна! И вообще… я бы заметила, что она что-то затевает! Возможно, парень был уже мёртв, когда она пришла. Желающих убить его собственными руками было слишком много!
– Она не убила его, Касиэра! Она его спасла! – рявкнул ангел, вне себя от ярости.
– А я тебе говорю, что Ната не могла так поступить! – огрызнулась демоница. – Вы даже не расспросили её, как следует! Сразу обвинили и посадили в клетку!
– Мы спрашивали, но она не хочет отвечать.
– Правильно! Девочка в шоке, разве не понятно?! Мало того, что убили её дочь, убили Вимала на её глазах, Шандора ранили и обвинили, так ещё налетели трое Падших и, не разобравшись, бросили бедняжку в каменный мешок! По-твоему, это нормально?!
– Кэс, что ты от меня хочешь? – побледнев от её упрёков, вскинулся Тадиэль. – Ната виновна и, как бы ты за неё не заступалась, это факт. Ничьих запахов больше в палате не было. От подушки, которой задушили Шандора, пахнет только ею. Ирон сказал, что кроме Натаниэль никто не приходил.
– Кто угодно мог проникнуть через окно! – сделала последнюю попытку Касиэра, но Падший лишь покачал головой.
– Ты и сама понимаешь, что все твои доводы несостоятельны, – уже тише заметил он. – Каковой бы ни была причина убийства, но Натаниэль это сделала. И теперь судить будут её.
– Что ей грозит? – после долгого молчания, угрюмо спросила Касиэра.
– Всё будет зависеть от того, что она скажет в своё оправдание. Если ей удастся убедить Старших, что она отомстила за дочь – её привяжут к столбу и изобьют плетьми. Ну, а если окажется, что она убила ради того, чтобы спасти от наказания Шандора – ей придётся взять его наказание на себя.
– То есть? – демоница побелела.
– Ей вымажут смолой крылья, отрубят пальцы рук, ослепят и бросят в лесу.
– Тадиэль, ты совсем обезумел?! – Касиэра даже отшатнулась от ужаса.
– Таковы законы, Кэс, – невозмутимо заметил ангел, посмотрев ей в глаза. – Наказания не избежать. Если кто-то спасает преступника от возмездия, он принимает его вину на себя.
– Это дурацкие законы!
– Это законы, завещанные Адоросом! И не тебе их обсуждать, Касиэра!
– Вы… не можете решать судьбу Наты в отсутствие Правителя! – сжав губы так, что они побелели, процедила демоница. – Это тоже закон, разве не так?
– Да, – Тадиэль неохотно кивнул. – Здесь ты права. Судьбу Натаниэль будут решать на Сборе, когда вернётся Сандал.
– А если он… не вернётся?
– Тогда через месяц судьбу Натаниэль решит Временный Правитель тоже на Сборе.
– Она и так достаточно настрадалась, тебе не кажется? – растеряв всю злость, уже печально проговорила демоница. – Неужели вам станет легче, если ко всем несчастьям прибавится ещё и это? Её страдания утолят вашу жажду мести, Тадиэль?
– Этот разговор бесполезен, Кэс, – ангел вздохнул, направляясь к выходу. Вдруг он остановился, и его лицо перекосилось от смертельной злобы и ненависти. И прежде, чем Касиэра смогла что-то понять, Тадиэль выхватил меч и бросился к дверям.
В следующую секунду дверь с грохотом отворилась, и в холл влетел Ориэль. Увернувшись от удара Падшего, он проскочил в гостиную и сразу кинулся к демонице. Когда Тадиэль ворвался в гостиную вслед за ним, Касиэра уже распустила крылья, закрывая Светлого собой.
– Стой, Тадиэль! – приказала она резко, и в её прекрасных глазах вдруг вспыхнула настоящая угроза. – Не смей проливать кровь в доме Беллора! Ориэль его брат!
Падший остановился, однако выражение лютой злобы на его лице не исчезло. Минуту он рассматривал лицо ангела, борясь с подступившей яростью и желанием оставить того без головы.
– Я не вооружён, – выдержав паузу, и убедившись, что противник в состоянии его услышать, решился заговорить Ориэль. – И я пришёл не драться, а помочь… – он медленно вышел из-за спины демоницы и раскрыв ладони, показал их Падшему. – Пожалуйста, выслушай, Тадиэль…
Падший поморщился, затем крепче сжал в руках меч и медленно кивнул.
– Говори.
Однако что-либо сказать Ориэль не успел. Хлопнула входная дверь и в дом влетели ещё трое Падших. Все были вооружены тяжёлыми мечами и у всех глаза пылали жаждой крови.
– Просто выслушайте меня! – воззвал Ориэль, подняв руки и осторожно пятясь к стене. – Речь пойдёт о Сандале и Беллоре! Им нужна помощь, поэтому я здесь!
– Опустите оружие, – внезапно приказал Тадиэль, после продолжительной напряжённой паузы. – Пусть говорит.
– Белл и Сандал сейчас в Аду, – обращаясь к ангелу Жертвы, негромко произнёс Светлый. – Таковым было условие, чтобы Нигар прекратил охоту.
– Нигар? – переспросил Тадиэль и побледнел.
– Да. Карлика зовут Нигар, – Ориэль неохотно кивнул. – На этот раз он устроил охоту по приказу Люцифера, чтобы заманить Беллора в ловушку и вынудить прийти в Ад.
– Но зачем Люциферу Беллор? – Тадиэль прищурился.
– Чтобы всем нам отомстить, – переглянувшись с Касиэрой, которая всё ещё с грозным видом стояла рядом, пояснил ангел. – Белл очень силён… Он может всех уничтожить, если захочет. Люцифер жаждет реванша, но сам проникнуть в другие миры не в состоянии. Поэтому ему нужен Беллор.
– Допустим, – Тадиэль хмуро кивнул. – Но что ты хочешь от нас?
– Хочу, чтобы мы вместе вытащили Беллора и остальных Падших из лап Люцифера. Я знаю, что ты в состоянии указать им путь, Тадиэль.
– Для этого нужно, чтобы они находились поблизости от врат Ада и были все вместе. Иначе все просто не успеют уйти. Кроме того, мне нужна кровь Светлого и его Рамистар.
– Можешь считать, что кровь Светлого у тебя уже есть, – тут же перебил Ориэль.
– А Рамистар?
– Вместо Рамистара буду я сам, Тадиэль.
– Но как мы узнаем, что Беллор и Падшие готовы к переходу? – убрав, наконец, меч, выдохнул Тадиэль раздражённо. – Не можем же мы им позвонить и сообщить о времени и точке сбора! – съязвил он.
– Нам и не нужно никуда звонить, – проигнорировав выпад Падшего, Ориэль серьёзно качнул головой. – Я не сомневаюсь, что Белл попытается бежать рано или поздно. И я почувствую, когда это случится, потому что у него с собой мой Рамистар.
– Твой Рамистар? – Тадиэль даже зашипел. – Значит, это ты оставил его Касиэре, чтобы та передала Натаниэль?!
– Да, это был я, – не видя смысла и дальше скрывать правду, Светлый кивнул. – Но Беллор ничего не знал так же, как вы. Он только потом нашёл камень и забрал его.
– Почему ты уверен, что блондин взял Рамистар с собой?
– Потому что в камне моя кровь и я чувствую себя так, словно нахожусь в Аду. Рамистар реагирует на окружающую враждебную среду и передаёт эти ощущения мне.
– Если ты – брат Беллора, значит, и Нигар твой брат, верно?
– Да. Мы братья по матери, – Ориэль опустил голову. – Это что-то меняет, Тадиэль?
– Кто твой отец? – неожиданно спросил Азраэль, внимательно вглядываясь в лицо ангела.
– Архангел Михаил, – Ориэль побледнел.
– Ну, конечно! – Азраэль даже зарычал от ненависти. – Я помню тебя, Ориэль! И помню твоих братьев! В Раю много говорили о том, как Люцифер соблазнил возлюбленную Михаила! А я-то ещё гадал, почему лицо Беллора кажется мне знакомым!
– Что ты хочешь этим сказать, Азраэль? – протянул Тадиэль, побелев, как полотно.
– Только то, что Беллор – сын Люцифера! – рявкнул Падший сквозь проклятия. – И зовут его вовсе не Беллор, а Белл-Ориэль. Его самого и его брата выкинули из Рая, после чего о них долго никто не слышал. Все думали, что они погибли в той войне, но оказывается это не так!
– Всё верно, Азраэль, они не погибли, – голос Ориэля внезапно стал холодным и даже жёстким. – И теперь Люцифер пытается вернуть сына, который давно отрёкся от него. Беллор всегда знал, что настанет момент, когда ему придётся встретиться с собственным прошлым, и он копил силы, чтобы суметь ему противостоять. Мой брат пожертвовал собой, чтобы спасти и Падших, и Светлых. Он отправился в Ад, потому что таковой была цена за наши жизни. Нигар больше не будет убивать, но если мы не поможем Беллору, если не поддержим, и не вытащим его сейчас – завтра будет убивать он. И поверьте: это станет концом всех Миров.
– Беллор так силён? – тихо спросил Тадиэль, жестом приказывая Падшим убрать мечи, и без сил опускаясь на стул.
– Он сильнее всех Падших вместе взятых, – устало пробормотал Ориэль, и, больше не обращая внимания на стоявших у дверей ангелов, тоже уселся на стул. – Но в Аду сильнее Люцифер. Если ему удастся сломить сопротивление Белла и заставить сделать то, что он хочет – наступит Апокалипсис.
– Ты сказал, что сможешь почувствовать, когда Беллору понадобится наша помощь, – напомнил Тадиэль и Светлый кивнул.
