Текст книги "Рабыня препода Академии (СИ)"
Автор книги: Ру Мракс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Глава 7
– Айна, ку-ку! Айна! – щелкнула пальцами Мара у моего лица.
– Чего тебе? – недовольно буркнула я, невидящим взглядом гипнотизируя нетронутую кашу в тарелке.
– Пошли уже, а то на занятие опоздаем. Сегодня наконец будет практика по магии огня.
Я с глубоким вздохом оторвала ставшее тяжелым тело от скамейки и направилась за подругой.
Прошло две недели после того разговора с О'Лири. Чтобы меня не выперли, я продолжала ходить на занятия и имитировать интерес, но внутри было глухо и тускло, будто погасили свет. Мне стоило радоваться, что меня оставили в покое, что школа защитит меня от новых охотников на рабов. Но радости не было. Была лишь боль. К своему стыду и разочарованию я сумела признаться себе, что влюбилась в проклятого дракона. А он попользовался мной и бросил, якобы из благих побуждений.
Я старалась не думать о нем. Вначале вообще запретила себе любые мысли в эту сторону, но поняла, что это бесполезно – они просачивались и мучили меня вне зависимости от моего желания. А я ругала себя и делала еще хуже. Что ж, пусть проклятый дракон пока поживет во мне, но отдадим ему самую маленькую и незаметную комнату в моей голове. Пусть сидит там и не высовывается.
О'Лири, казалось, и сам избегал меня. На занятиях он не бросал в мою сторону и короткого взгляда, никогда не задавал вопросов по материалу, а в коридорах проносился мимо с такой скоростью, что можно было ощутить ветер от разлетающихся пол его расстегнутого сюртука.
Я не понимала, почему он так резко изменился. Что случилось с ним? Что он увидел, находясь без сознания или в полубреду, пока его лечили лучшие маги нашей Академии? Первое время меня подмывало подойти и спросить, но я была уверена, что увижу лишь холодную маску и получу ответ в духе: "Ничего, о чем вам следовало бы знать, мисс Шеринан".
Может, когда-нибудь… когда-нибудь он мне расскажет. Когда дракон на горе запоет, а солнце столкнется с луной.
Погребенная в своих мыслях, я не заметила, как вместе с Айной дошла до поляны около реки, где проводились практические занятия с огнем. Возможность воспользоваться водой из реки в случае непредвиденных происшествий была основной причиной выбора этой локации.
Как объяснил нам бородатый магистр Хенсон, маг Огня, сегодня мы должны были поджигать спички. Первокурсникам всегда дают самые простые и тупые задания.
Магистр Хенсон, сам сухой и вытянутый, как спичка, раздал нам расходные материалы.
– Начинаем!
Мара умоляюще воззрилась на меня.
– Айна, я не умею! Может, за меня подожжешь? Мне нужна хорошая оценка!
Ее стихией была вода, а вот с ее противоположностью дела совсем не шли. Мягкая, гибкая и добрая Мара, совсем не вспыльчивая, никак не могла поймать нужное настроение для подобной магии.
– Ладно, – проворчала я. – Но только пообещай, что будешь больше тренироваться. Экзамен-то я за тебя не сдам!
Мара торопливо закивала головой, встряхивая каштановыми волосами
– Обещаю.
Я со вздохом зажгла обе наших спички. Мне это почти ничего не стоило – гнев, бурливший во мне после всех событий, стоило лишь собрать в сжатый комок и направить в одну точку.
– Что, так хорошо владеем огнем, что уже однокурсникам помогаем? – раздался бас Хенсона около моего уха.
Мара зарделась и отвернулась, а я спокойно повернулась к преподавателю. В последнее время я так опустела, что меня уже ничего не пугало. Все, что было для меня важно, уже забрали.
– Да, – коротко сказала я, не собираясь оправдываться.
Мистер Хенсон, выше меня на две головы, строго смотрел на меня водянисто-голубыми глазами. Его образ эдакого всезнающего старца-отшельника с бородой меня раздражал.
– Я смотрю, ты очень самоуверена. Прямо магистр стоит перед нами! Как насчет того, чтобы поджечь что-то покрупнее спички?
Я не поняла, что произошло в следующую секунду. Вероятно, злость, поднявшаяся змеей во время его издевательских слов, всколыхнулась и выплеснулась сама по себе, без осознанной команды.
У магистра Хенсона запылала борода. Резко взметнувшееся пламя, пожирающее седые волосы, даже лизнула его брови.
Я краем глаза увидела, что спохватившаяся Мара изгибает в воздухе большую струю воды, взятую из реки, но тут огонь опал так же резко, как и взметнулся. Все-таки Хенсон не зря звался магистром. Грош цена была бы его знаниям, если бы он не смог погасить огонь.
Запоздалая струя воды вылилась на Хенсона, оставив старика мокрым и отплевывающимся. Полбороды сгорело, остальное торчало неаккуратными лохмотьями. Хвала драконам, заметных ожогов не было, только надбровные дуги потеряли всякий намек на брови и приобрели красный оттенок. Что я натворила?!
В первые секунды вымокший до нитки старик от ярости не мог вымолвить и слова. Затем рявкнул:
– Ты! В кабинет директора! – затем указал на Мару, – С тобой потом разберемся. Занятие без меня не продолжать! Будете что-то поджигать без меня, заставлю неделю драить полы в большом холле. Зубной щеткой!
Все притихли, с удивлением и ужасом глядя на меня.
Хенсон грубо схватил меня за плечо и поволок в сторону к Академии. Вырваться мне удалось лишь на середине пути:
– Больно, пустите! Сама пойду!
Магистр оставил меня ждать у кабинета директора, а сам зашел внутрь. Лишь особенно громкие возгласы доносились до моих ушей. Ну а что я такого сделала? Чисто технически я лишь выполняла его задание. Он же не уточнил, что именно поджигать.
Магистр Хенсон вышел вместе с директором. Сухонькая старушка в ведьминском остроносом колпаке строго взглянула на меня:
– Ты не собираешься извиниться перед преподавателем?
– Извините, – буркнула я. – Это вышло случайно.
– Надеюсь, вы разберетесь с ней! – рявкнул старик директору и ушел, гневно топая ногами.
Директор молча пропустила меня в кабинет. Я села без приглашения, ожидая неминуемого разноса. Надеюсь, меня не исключат. Может, снова отправят в комнату для буйных. То есть, для раздумий.
Но взгляд директора, усевшейся за стол передо мной, неожиданно потеплел.
– Айна, послушай… Я знаю, тебе сейчас тяжело. Магистр О'Лири рассказал мне твою историю. Ты росла в ужасных условиях, с трудом сбежала, а твоя мама до сих пор в рабстве, – тихо проговорила директор, проникновенно глядя мне в глаза. – Мы… Я очень беспокоюсь за тебя. Ты ходишь поникшая, твоя успеваемость упала, а теперь еще и это… Ты переживаешь из-за мамы, да?
Стыдно было признаться, но переживала я совсем не из-за мамы. Конечно, я скучала по ней и придумывала нереализуемые планы, как спасти ее, но не она была причиной моего поведения.
– Да, директор, – покорно сказала я. Скоро смогу смело сказать, что ложь – мое второе имя. – Из-за мамы и еще… Я боюсь, что охотники найдут меня здесь, и школа не сумеет меня защитить. Я доверяю вам, но не могу избавиться от этого страха.
Директор по-матерински улыбнулась.
– Тебе нечего бояться. Защита усилена на всех уровнях. Такие меры я объяснила другим учителям опасностью нападения некромантов, поскольку О'Лири был ранен клинком из земли мертвых. К слову, мы считаем, что охотник и был некромантом. Они часто берутся за подобные задачи, обещающие хорошее вознаграждение.
Я кивнула. Все, чего мне хотелось, это уйти отсюда.
– Если я могу тебе помочь или тебе будет нужно поговорить… – мягко сказала директор, – то ты всегда можешь обратиться ко мне. Или к магистру О'Лири. Ты ведь именно к нему пришла за помощью изначально.
Когда она произнесла его имя, меня ощутимо тряхнуло. Надеюсь, директор не заметила.
– Обязательно. Я пойду, ладно?
– Иди. И учись лучше контролировать свою магию, – улыбнулась директор. – Не перекалечь мне тут всех преподавателей.
О да, я бы с удовольствием покалечила тут одного… Дракона.
Легок на помине. Я вышла, а он стоит у дверей.
– Айна… Я услышал о том, что случилось. Ты в порядке?
Голос звучал заботливо. Но этим он никого уже не одурачит. Я даже избегала смотреть ему в глаза, чтобы не возникло желания броситься ему на шею. Ты мне не нужен. Не нужен.
– Больше никогда не называй меня по имени, – бросила я и почти бегом ринулась в коридор, желая лишь добраться до спальни и свернуться в клубок под одеялом.
Вдруг меня схватили за руку и грубо дернули назад.
Дракон пристально взглядывался мне в глаза с непонятным выражением на лице.
– Тебе что… Плохо? Почему?
– Мне просто отлично, – рявкнула я, пытаясь выдернуть руку, но дракон не пускал.
– Я же вижу. Рассказывай!
– Отвали! – дернулась я из последних сил, и тут моя выдержка изменила мне.
Я резко прижалась к драконьей груди, ощущая своей щекой, как судорожно вздымается грудная клетка. От бега? От волнения?
Запах сандала и апельсина окутал меня, и слезы лишь чудом не покатились из глаз. За что мне все это…
Дракон, конечно, не обнял меня, вместо этого мягко отстранил, держа за плечи.
– Что случилось тогда? – выпалила я. – Что заставило изменить твое мнение? Ты должен, понимаешь, должен мне рассказать!
О'Лири странно смотрел на меня. Видимо, не мог решить, что ему сказать. Потом, кажется решился.
– Пока я был без сознания, в коме я увидел свою жизнь со стороны. Мечтал умереть, но не умирал, а продолжал делать людям зло. Вымещал на них свою ярость, свою боль. Я увидел со стороны в себе эту слабость. И пообещал себе, что если выживу, то смогу простить себя за произошедшее на войне и затем измениться. Святым, я, конечно, не стану… Но и насильником быть не хочу.
Ничего себе… Такого я не ожидала. Уж чего-чего, а совести в этом драконе раньше видеть не приходилось.
– А что если я сама хочу?… Ну, ты понимаешь, – быстро сказала я, ощущая, как стыд заставляет щеки краснеть.
О'Лири усмехнулся. Своей обычной почти хищной усмешкой, только теперь в ней недоставало наглости.
– У тебя никогда даже молодого человека не было. Никаких нормальных романтических отношений. Ты еще ничего не понимаешь. Ты вскоре найдешь себе хорошего человека и будешь вспоминать обо мне лишь в кошмарном сне.
Я разозлилась. Почему он все решает за меня?
– Не хочу я другого! Я хочу тебя! Хочу быть… твоей! И только!
В расширившихся глазах дракона появилась глубина, и смутное желание отразилось на его лице.
В следующую секунду я ощутила тепло его губ на своих губах. Проводя языком по сухим губам дракона, я впитывала дикую нежность, скользившую между нами. Он целовал меня бережно, мягко, будто в последний раз. Никогда еще мы не целовались просто так, без порыва страсти в сексе. Мы медленно сплетали и расплетали наши языки, осторожно прикусывали мокрую кожу рта. Затем он прижался губами к моей щеке и надолго задержал это прикосновение.
Мое тело стало воспаленной нежностью, воплощением чего-то мягкого и светлого, сияющего. Счастье наполнило мой истощенный организм до краев и вылилось за них.
Дракон отстранил меня.
– Айна. Поверь, нам не нужно быть вместе. Ты совсем не знаешь меня. Я жестокий, холодный и закрытый человек. Я лишь испорчу тебе жизнь. Не стоило мне целовать тебя, но не смог удержаться… Больше это не повторится.
Пока О'Лири говорил, он постепенно закрывался, превращаясь из ласкового мужчины в собранного преподавателя.
– Ты поймешь потом, что я был прав, – тихо сказал О'Лири, отбрасывая с лица пряди смоляных волос. И ушел. Снова ушел.
В растерзанных чувствах я побежала в лес, к моей башне, потому что во мне хватило бы злости сжечь целую школу. Ты хочешь, чтобы я тебя забыла? Отлично, я тебя забуду!
Глава 8
В смутных мыслях, как лучше забыть о драконе, я провела еще пару дней. В это время в Академии была популярна тема с шариками временного приворота. Их делали и продавали в больших количествах студенты старших курсов, опытные в зельеварении.
На такой голубой шарик размером с ноготь нужно было наговорить имя того, в кого жертве предстоит влюбиться, а затем добавить в еду или раздавить до жидкого состояния и пшикнуть в нос из флакончика, как духи. Хвала драконам, влюбленность длилась не больше полутора часов.
Теперь на всех курсах влюблялись повально, потом так же яростно мстили обидчику (тем же способом). Маре вот довелось бегать как собачка за рыжеволосым Эрвисом, главным задирой и хулиганом нашего курса.
– Поцелуй же меня, мой дорогой, – томно шептала она, преследуя его в коридорах.
– Отстань, вобла! Я рыбу не ем! – отвечал этот придурок, видимо, находя Мару слишком худой. К тому же у нее была явная склонность к магии воды.
Я была уверена, что меня эпидемия временных приворотов не коснется, поскольку толком не нажила ни друзей, ни врагов. Но однажды в коридоре Лейлин умудрилась пшикнуть мне что-то прямо в нос. С мстительной улыбкой гадюка удалилась, а я осталась беспомощно хлопать глазами, думая, перед кем сейчас потеряю гордость.
Следя своей интуиции, я вышла во двор и под деревам заметила человека, который вдруг стал целым миром для меня.
– Пухля! – закричала я, рванувшись к возлюбленному.
Полноватый парнишка в очках вдруг показался мне харизматичнее всех. А какой он добрый, он же помог мне тогда за магии земли! И почему я раньше не обращала на него внимания?
– Пухля, я тебе нравлюсь? Пойдешь со мной на свидание? – выпалила я, приблизившись к удивленному парню, рядом с которым сидело несколько человек. Но мне было все равно (эти временные привороты работали самым тупым образом, отбивая всякие гордость и разум).
– Э-э-э, Айна, – пробормотал он. – Ты что, поспорила с кем-то на меня?
– Дурак, она же под приворотом! – крикнул кто-то из его друзей, посмеиваясь.
Я возмутилась:
– Под каким еще приворотом? Я просто считаю, что Пухля очень умный, начитанный, веселый, сильный…
Под хохот студентов я бы продолжала еще долго, если бы меня вдруг за руку не схватил Эрвис.
– Не позорься, лучше пойдем со мной, – таинственно прошептал он.
– Никуда я не пойду. Пухля! – упиралась я, вырываясь из рук долговязого рыжеволосого парня.
– Потом спасибо мне скажешь, дура! – разозлился Эрвис, оттаскивая меня прочь. Я даже умудрилась наступить ему на ногу пару раз и ударить головой в нос.
Эрвис затащил меня в пустой класс и сказал:
– Я скоро вернусь, – и ушел, закрыв дверь.
Я дернула дверь, она была заперта на ключ. Чертов Эрвис, откуда у него вообще ключ от класса? Мне нужно к Пухле!
Я присела за парту, проведя в любовных мыслях еще час. После чего постепенно разум стал возвращаться.
Пухля? Какой ко всем драконам Пухля?! Кому он вообще может понравиться?
Уф, вот я, конечно, успела опозориться… Змеюка Лейлин хорошо подшутила надо мной. Спасибо хоть Эрвису, уволок меня оттуда.
И тут меня резко осенило.
Эрвис!
Высокий, статный, с шевелюрой непокорных огненных кудрей. На него заглядывались многие наши девчонки. У него была слава бабника, но мне детей от него не рожать.
С его помощью я решила забыть О'Лири. Он ведь этого хотел, не так ли?
Когда Эрвис вернулся, решение окончательно созрело в моей голове.
– Прочухалась? – хмуро спросил он. – Ты мне нос разбила.
Я виновато улыбнулась, подходя и легко дотрагиваясь до его носа.
– Прости меня! Я же была не в себе. Спасибо, что спас меня. Может, я как-то могу загладить свою вину?
Эрвис хитро прищурился.
– Можешь. Сходи со мной на свидание! Сегодня вечером, у реки.
Я кокетливо улыбнулась, отводя взгляд.
– Конечно! Встретимся за час до ужина, где песчаный берег.
На самом деле, я не знала, нравился мне Эрвис или нет. Как можно было понять это, когда в сердце поселился совсем другой человек, черноволосый, хмурый и холодный. Ну что ж, клин клином вышибают.
Ровно за час до ужина я стояла в условленном месте. Вся при параде, в красивом бордовом платье, одолженном у Мары.
– Привет, детка! – окликнули меня. Детка? Что за пошлость.
Эрвис уже шагал ко мне, на нем были обычные футболка и шорты. Что ж, не ждала же я, что он придет в костюме. Сюртуки любит другой придурок…
– Прогуляемся? – галантно предложил мне руку рыжеволосый. – Ты очень красивая!
– Спасибо, – буркнула я, уже исптывая желание вернуться в свою комнату и забраться под одеяло.
Мы прошлись вдоль реки, посплетничали про однокурсников, потом Эрвис долго хвастался своими проделками в Академии – то подожжет учительскую, то украдет вещи из прачечной, то подольет зелье безумия какому-нибудь зазевавшемуся ученику, после чего тот будет два часа бродить по Академии, предрекая апокалипсис или уверяя, что в него вселился демон.
Мне все это казалось таким… Мелким. Мелочным. Но я послушно открывала рот в удивлении и восторженно смеялась в нужных местах.
Стало уже совсем темно. Я хотела предложить пойти на ужин, как вдруг Эрвис прижал меня спиной к дереву и поцеловал.
Жадно сминая мой рот, он стремился проникнуть языком как можно дальше.
– Сладкая, – зашептал он мне на ухо, – Хочу тебя.
Его руки по-хозяйски смяли мою грудь, а колено развело мои ноги и устроилось между бедер, поднимая платье.
Я стояла, не зная, как себя вести. Вместо возбуждения меня скорее накрывало отвращение, но я же сама хотела забыть О'Лири?
Наглая рука уже скользнула под платье.
– Шлюшка, – довольно пробормотал Эрвис.
Тут мое терпение лопнуло. Я оттолкнула от себя этого хама со всей силы и сердито направилась к огням Академии.
– Эй, ты чего? – донеслось сзади обиженное.
Я молчала. Эрвис обогнал меня, пытаясь заглянуть в глаза.
– Ты что, обиделась что ли? – догадливо сказал он. – Девчонкам обычно нравится…
– Ну и иди к таким, кому это нравится! – недовольно буркнула я, ускоряя шаг.
Эрвис примирительно поднял ладони вверх, снова обгоняя меня.
– Ладно, я понял, детка. Ты не такая. Ок, вопросов нет. Дай мне загладить свою вину.
– Это как?
– Давай я приду к тебе после отбоя и сделаю массаж. Все знают, что я массаж очень круто делаю. Расслабишься, покайфуешь.
Я усмехнулась. Знаю я, чем такой массаж закончится. Ну, так и быть, дам этому придурку второй шанс.
– Ладно, приходи. Только подожди час после отбоя, пока соседка заснет.
За ужином я уже сомневалась, а правильно ли я поступаю. Но увидев, как О'Лири беседует о чем-то с Лейлин, меня разобрала такая ярость, что я была готова на все, чтобы забыть об этом человеке.
Мара быстро вырубилась, не утруждая себя даже деланием домашки. Она обычно крепко спала, так что я не переживала на ее счет.
Вскоре входная дверь тихо скрипнула, и высокая тень скользнула к моей кровати.
– Привет, детка, – прошептала тень. – Давай, ложись на живот и готовься к лучшему массажу в твоей жизни.
Массаж мне вообще никогда не делали. Только палец в задницу засовывали.
Я легла и подняла ночнушку, оголив спину и ноги. Эрвис сел на мои бедра, чем-то смочил ладони и начал разминать мои плечи, лопатки, напрягшуюся шею. Это было действительно приятно. Будто тело наконец смогло взять передышку и отпустить себя, просто расслабиться под умелыми руками.
Эрвис прошелся вдоль позвоночника, размял мышцы в районе талии, затем сел на кровати сбоку от меня и принялся за ноги, в ритмичном надавливании не пропуская ни одного участка.
Я млела и тихо наслаждалась. Хоть что-то хорошее от этого парня!
Эрвис подбирался к бедрам. Не спрашивая разрешения, он огладил ягодицы и сжал их, вызвав приглушенный стон.
Я не была уверена, что хотела его, но массаж и правда слегка возбудил меня. Моя цель – забыть дракона, напомнила я себе.
Эрвис стянул с меня трусы и сел на ноги, а затем накрыл своим телом.
– Сладкая, – жарко опалил ухо своим дыханием. – Детка, ты меня с ума сводишь.
Я почувствовала движение в районе своих бедер, а затем между моих ног уперлось что-то твердое и горячее.
– Наконец-то, – хрипло выдохнул парень, проталкиваясь внутрь меня. Я вскрикнула от боли. – Узкая… Мне нравится.
Это было унизительно и болезненно. Эрвис толкался внутрь меня все сильнее, спешно вбиваясь, как подросток, в первый раз дорвавшийся до женщины. Не сравнить с О'Лири, который все делал ритмично, с чувством и с толком. Тьфу, опять О'Лири!
Из мести то ли себе, то ли О'Лири я развела ноги сильнее и приподняла бедра, давая лучший доступ Эрвису. Тот приподнялся и шлепнул меня по ягодице. Хлюпающие звуки, резкие толчки вызывали во мне спешно подавляемое отвращение. Я смотрела в подушку и ждала, пока все закончится.
Наконец Эрвис резко вошел в меня в до конца, до боли стиснул ягодицы и протянул:
– О, детка…
А затем меня изнутри затопило теплом. Хорошо, что я принимаю зелье от беременности. Надо добавить к нему зелье от венерических заболеваний, а то неизвестно, чем наградит меня этот бабник.
Я устало перевернулась. Эрвис уже застегивал шорты.
– Ты лучшая, детка, – он коротко чмокнул меня в губы. – Давай, увидимся.
И выскользнул из комнаты, тихо прикрыв дверь.
В это мгновение зажглось несколько свечей, стоявших на столе. На меня гневно смотрела Мара.
– Ты что… Все видела? – глупо спросила я.
– Видела. Какого черта ты творишь, Айна? – сердито зашептала она. – Так делу не поможешь!
Я в полном удивлении воззрилась на нее.
– Ты о чем это?
– Думаешь, я тупая? Я знаю, у тебя что-то было с О'Лири! Он был здесь, да и вообще я вижу, как ты на него смотришь. Давая всем подряд, ты его не забудешь!
Тут я разозлилась. В смысле, давая всем подряд?
– Может, ты и права, но это не твоего ума дело. Не помню, чтобы спрашивала твоего совета.
Мара немного стушевалась, но не менее гневно бросила:
– Выбрала бы себе хоть кого получше! Он же полный козел!
Вспоминая все свои ощущения от секса, я грустно кивнула. Злость испарилась.
– О'Лири бросил меня. Сказал, что пользовался мной из зла, но теперь решил встать на путь истинный. А мои чувства к нему – просто защитная реакция. Сказал найти себе еще кого-нибудь. Вот я и…
Мара ахнула.
– Пользовался? Но, Айна, я же видела, как он смотрел на тебя… С большим теплом и вниманием. Мне кажется, он тебя любит!
Я устало завернулась в одеяло.
– Я сомневаюсь, что он в принципе способен любить. Ладно, я спать хочу. Спокойной ночи.
Я потушила свечи одним взглядом и долго смотрела в темноту. А потом меня осенило:
– Мара!
– Чего?
– А ты ведь зажгла аж пять свечей! Сама!
С другой стороны раздался радостный вопль.
– И правда! Я так разозлилась на тебя и на этого придурка, что и не заметила!
– Вот видишь. Все у тебя получится, – довольно зевнула я, радуясь за подругу. Хоть одна хорошая новость.
На следующий день я решила позлить О'Лири. Не зная, сработает это или нет, но я целый день ходила с Эрвисом то за ручку, то позволяла ему обнимать меня сверху за плечи. Конечно, мы не встречались, но, кажется, Эрвис мной еще не наелся и расставаться, как с десятками других девушек, пока не спешил.
Мне приходилось терпеть его компанию – вечно гогочущих вчерашних подростков с глупыми ухмылками. Эрвис даже с некой гордостью демонстрировал им меня, прижимая к себе за талию или шлепая пониже спины. Я имела славу молчаливой недотроги, поскольку с начала курса еще ни с кем не встречалась и не спала. Про О'Лири, конечно, никто не знал. Очевидно, Эрвис считал меня своим трофеем, которым не стыдно похвастаться.
В один из таких моментов, на перемене, мы стояли в холле у окна. Пока один парень из компании что-то рассказывал, Эрвис положил мне руку на талию, а затем опустил ее ниже, ощутимо сжав ягодицу.
– Не хочешь уединиться, детка? – жарко шепнул он мне в ухо.
Я с трудом подавила рвотный позыв. Вся эта история начинала мне надоедать.
И вдруг я увидела О'Лири, хмуро наблюдавшего всю эту сцену. На его лице играли желваки, а крылья носа гневно раздувались. Постояв еще пару секунд, он пронесся мимо нас с такой скоростью, что меня обдало ветром с запахом его парфюма. Сандал и апельсин… В животе что-то тоскливо сжалось. Но что это была за сцена? Он что, ревнует?
Я усмехнулась про себя. Пожалуй, это стоило того, чтобы потерпеть рыжеволосого утырка, который ничего даже не заметил, продолжив болтать о какой-то ерунде со своими друзьями.
После обеда была лекция про целительские свойства трав и растений. Я чудом не уснула, подталкиваемая Марой. Эрвис подмигивал мне с третьего ряда, показывая недвусмвсленные жесты.
– Фу, как ты его еще терпишь, – шепнула Мара. – Он просто спермотоксикозник.
– Поверь, это дает свои плоды, – туманно ответила я и не ошиблась.
После окончания занятий мы с Эрвисом шли на улицу, но вдруг он утянул меня в какой-то пустой класс.
– Детка, я так хочу тебя, – пробормотал он, крепко обнимая меня.
"О, нет!" мысленно протянула я.
Эрвис начал шарить руками по моему телу, притиснув меня к стене. Я поняла, что еще одного секса с ним просто не перенесу.
– Эрвис, давай не сейчас.
Парень, кусая меня за шею и сжимая ягодицы, казалось, не услышал меня.
– Эрвис, я не хочу.
– Детка, не ломайся, – жарко прошептал он, приподнимая мое платье.
А затем вдруг отлетел, ударился задницей о парту и осел на пол.
– Девушка же сказала, что не хочет, – послышался холодный голос.
Я подняла глаза и обомлела. В двух метрах от меня стоял О'Лири.
Эрвис с ненавистью смотрел на магистра, потирая пятую точку, но боялся произнести что-то вслух.
О'Лири махнул рукой в его сторону, и Эрвис схватился за место между ног:
– Ай!
А дракон уже грубо схватил меня за руку и потащил прочь из класса, не забыв запечать его заклятием.
– Что ты сделал?! – гневно вскрикнула я.
– Небольшое заклятие импотенции. Сроком месяц, может два, – невозмутимо ответил дракон. – А из класса он не выйдет до начала завтрашних занятий. Посидит, подумает о своем поведении.
Вот ведь самоуверенный тип! Можно подумать, сам был ангелом!
– Куда ты меня тащишь? – воскликнула я, пытаясь выдернуть руку, но О'Лири лишь больно перехватил меня за запястье.
Казалось, ему все равно, что нас могут увидеть, и кто что подумает. Хвала драконам, коридоры были пустыми – после занятий народ либо корпел над домашками в своих комнатах, либо проводил время на улице.
Мы оказались в преподавательском корпусе и остановились перед красной дверью на втором этаже. О'Лири привел меня в свои комнаты? Я никогда тут не была и не чаяла однажды появиться.
– Заходи, – коротко сказал дракон.
