сообщить о нарушении
Текущая страница: 61 (всего у книги 185 страниц)
- Как прямой потомок одного из Основателей, он мог пожелать учиться там, где сочтёт нужным. Это его право, - сказала Дафна. - Но есть несколько но, Лили Эванс не была змееустом. Хотя она могла это и скрывать. И самое главное, из-за чего я отбросила версию, что Гарри Поттер хоть и чистокровный маг, но не из рода Салазара Слизерина. Он в зельеварении полный ноль, а родовой дар Салазара…, что?
Забини и Паркинсон с кривыми улыбками переглянулись, и Паркинсон сказала:
- Вечером узнаете. Но вот если предположить, что у Гарри Поттера, всё же есть дар к зельеварению, но на него надели оковы…
- Оковы на дар? – уже второй раз самообладание у Дафны дало трещину. - Оковы на дар от самой Магии? Покажите мне безумца, который мог сделать это с ребёнком! Одно дело наложить оковы на магическое ядро с нестабильной магией до девятилетнего, максимум, одиннадцатилетнего возраста. Но другое дело оковы на родовой дар. Да этот безумец от отката должен, как минимум, стать сквибом!
- Если только он не знает, как защититься от наказания от самой Магии, - не согласилась с ней Паркинсон.
- Вы это на что намекаете? – спросил кто-то из студентов.
- Мы не просто намекаем, - сказал Забини, - мы говорим, что этого теоретического разговора не было. Да, и кто-нибудь, - Забини посмотрел на лежащего Драко и скривился, - приберите здесь.
***
- Драко, Драко, - Фадж встал, и начал расхаживать по кабинету, разочарованно покачивая головой.
- Не расстраивайся так, Корнелиус. У него переходный возраст. Сам знаешь, как это бывает у подростков в момент полового созревания. Сами были не лучше.
Несколько успокоенный Фадж вновь сел в кресло.
- Надеюсь, что для Драко ещё не слишком поздно измениться в лучшую сторону.
- Я уверен в этом. Кроме того, у миссис Малфой теперь будет больше времени и возможностей, чтобы повлиять на сына.
- Да, - сказал полностью успокоенный Фадж, - я тоже так думаю. А этот Забини, довольно достойный молодой человек.
- Я тоже это заметил. Если ему немного помочь в карьерном росте, то я уверен, его преданность не будет подлежать сомнению.
- В ближайшее время, - сказал задумчиво Фадж, - мне потребуется толковый помощник Министра Магии. Амбридж, конечно, верна мне, но, она…, как бы, слишком радикальна.
Тревор задумался и спросил:
- Не слишком ли круто для будущего выпускника получить место, чуть ли не твоей правой руки?
- Он толковый парень. Не хочу, чтобы его испортили подхалимы и карьеристы. Он, конечно, не сразу получит это место. Но пусть учится и набирается опыта под моим присмотром. Да. Решено! Протекцию я ему сделаю!
- Корнелиус, до начала Бала осталось сорок минут. Нам пора.
В этот момент дверь с грохотом открылась, и в кабинет вломились Гарри и Гермиона.
- Мы нашли его, дирек…, ой, простите, господин министр, - Гарри и Гермиона поклонились, - добрый вечер, господин Министр.
- Добрый вечер, молодые люди, ах, да! Теперь мне нужно просить прощение. Добрый вечер лорд и леди Слизерин.
- Что у Вас? – спросил Тревор.
- Мы нашли его. Того, кто бросил моё имя в Кубок Огня! Это профессор Хогвартса, но на самом деле, это пожиратель смерти под оборотным зельем.
- Вы уверены? – не поверил Фадж.
Гарри заменил кристаллы на подставке и активировал руны.
***
- Лорд Волан-де-Морт? – сказал голос Грюма.
- Барти! – раздался хрипящий, со змеиным шипением, голос. - Какого демона тебя не было так долго? И какого демона ты всё ещё под оборотным зельем?
- Господин, у меня мало времени…
========== Начало Бала. Последние минуты. Часть первая. ==========
Тревор остановил запись и, посмотрев на студентов, сказал:
— Мистер Поттер, миссис Поттер, дальше мы справимся сами. Вам же надлежит переодеться к балу. Поспешите.
Дождавшись, когда студенты покинут кабинет, Тревор вновь активировал руны.
— Что случилось, Барти?
— Это касается Поттера. Крысёныш, прочь!
— Ты не смеешь приказы… — раздался писклявый голос.
— Ты слышал его, Питер, — перебил его Волан-де-Морт. — Выметайся.
— Нагайна, — прошипел Волан-де-Морт, — девочка моя. Проследи за крысёнышем, чтобы не подслушивал.
Дождавшись, когда их покинут, Волан-де-Морт установил защитный купол и усмехнулся.
— По-прежнему не можешь его терпеть?
— Ненавижу предателей. Предавший раз, предаст повторно.
— Но за значительно большую цену, — согласился Волан-де-Морт. — Я тоже ему не доверяю. Более того, у меня накопилась множество вопросов к этому крысёнышу.
***
Тревор остановил запись.
— Очевидно, они говорят о Питере Петтигрю. Он анимаг. Его анимагическая форма — крыса.
Фадж понимающе кивнул головой и вновь приготовился слушать дальше.
***
— Но пока он мне нужен. Да и с вопросами можно подождать. Так что там с Поттером?
— На сегодняшнем утреннем совещании Министр Магии объявил, что Гарри Поттер принял кольцо лорда Слизерина.
Крауч ожидал, что у изумлённого Тёмного Лорда выпадет волшебная палочка и покатится по полу. Однако вместо этого Волан-де-Морт лишь хмуро кивнул головой.
— Ты уверен?
— Да. Я видел их кольца собственными глазами.
— Их кольца?
— Его жена. Эта грязнокровка. Кольцо рода Слизерина признало её.
— Барти, — Волан-де-Морт зашипел с такой лютой ненавистью, что даже у слушающих Фаджа и Тревора волосы встали дыбом, — ты самый верный мой сторонник и видит Магия, когда я верну себе силы, ты будешь вознаграждён так, как и не смеешь мечтать!
— Благодарю Вас, мой Лор…
— Заткнись и не перебивай! — прорычал Волан-де-Морт. — Кольцо великого рода Салазара Слизерина может признать только чистокровную волшебницу, к которой благоволит сама Магия. Если ты осмелишься ещё раз непочтительно высказаться о леди Слизерин, то от твоих страданий содрогнуться даже жители нижних миров.
— Извините, мой Лорд. Этого больше не повторится.
— Я тоже в этом уверен.
Спустя время Крауч задал вопрос:
— Мой Лорд. Позволено ли мне будет спросить?
— Спрашивай.
— Вы не были удивлены тому, что Гарри Поттер стал лордом Слизерин. Почему?
— Потому что я много времени искал ответ на вопрос. Как сопливый мальчишка сумел одолеть меня?
— Дамблдор говорил, что его оберегает любовь его матери.
— Следовательно, это ложь. Либо часть правды, что, как известно, хуже лжи. У меня несколько версий и главная из них состояла в том, что меня убила родовая магия Певереллов. Уж кто-кто, а некроманты умеют защищать своих отпрысков. Тем более, что в конце первого курса обучения Поттера я получил наглядное доказательство, что родовая магия и родовые дары Певереллов цветут в нём буйным цветом.
— Квиррелл?
— Да. Когда этот Квиррелл попытался задушить мальчишку, у того произошёл спонтанный магический выброс родовой магии Певереллов, и этот недоумок Квиррелл просто рассыпался прахом.
— А не могла ли это быть защитой, которая дала ему мать?
— Барти, не будь идиотом. Уж я то разбираюсь в некромантии. Кроме того, любовь, о которой так самозабвенно вещает старик, не убивает. Защищает? Сомнительно, но возможно. Но не убивает. Любовь — часть и производная жизни. Ну, ты меня понял.
— Значит, если у Гарри Поттера проснулись не только родовые дары Слизерина, но и Певереллов, то…
— То возможно, что он, как минимум, дважды Лорд.
— Лорд Певереллов. Если Дамблдор узнает, что его золотой мальчик — тёмный маг, да не просто тёмный, а темней не бывает…. Но Вы не ответили на вопрос.
— Верно. Что мы знаем о Поттере, как о возможном потомке Слизерина? Он — змееуст. Его мать была талантлива в зельеварении. Возможно, у неё хватило ума скрыть, что она также владеет парселтангом. Но в этой теории существенный минус. Гарри Поттер в зельеварении полная посредственность.
— Гарри Поттер стал Магистром Зельеварения. Об этом сообщил сегодня утром Министр.
— Сейчас догадаюсь. Ублюдочный преподаватель Северус Снейп?
— Верно.
— И похоже, что он, на пару с Дамблдором, не смог загнобить родовой дар Салазара Слизерина.
— Похоже на то.
— Вот и последний кусочек мозаики. Когда-то в молодости я искал свою семью или хотя бы своих родственников. В их поисках я провёл ритуал у гоблинов.
— Тот самый? На алтаре Певереллов?
— Да. Ритуал показал, что у меня есть родственники. Один из них прямой потомок моего великого предка. Но его имя было скрыто ритуальной магией. Ты даже не представляешь, как тяжело сироте узнать, что у него есть родная кровь, и не иметь возможность найти её. На том же ритуале я узнал о Гонтах. Знакомство с ними меня разочаровало. Даже более чем разочаровало. Именно после них я и перестал искать родственников. Знакомство с моим папашей-маглом и его родителями поставило последнюю точку в моих поисках возможной родни.
— Но то, что у Вас есть ещё достойная родня Вы не забыли.
— Верно, хоть и перестал искать её.
— А когда я сказал, что Гарри Поттер говорит на парселтанге…
— Моя вторая теория о причине моего падения получила подтверждение и стала основной. Защита родовой магии Слизерина. Я осмелился поднять руку на его прямого потомка. Я поднял руку на своего Лорда.
— Не сходится, мой Лорд. Вы убили Лили Поттер. Если бы она была Вашей родственницей, не говоря о том, что она была матерью Вашего Лорда, то Вы бы почувствовали то, что убили свою кровь. Родовая магия наказала бы Вас.
— Джеймс Поттер был предателем крови. Я узнал об этом, когда начал охоту за его семьёй и начал собирать информацию о нём.
— При чём здесь это?
— Барти, Барти, — Волан-де-Морт разочарованно покачал головой.
— Стоп. Если Джеймс Поттер — Предатель Крови, то как же Гарри надел кольцо Лорда?
— Есть много способов, как снять клеймо Предателя Крови, Барти. Но эта информация была изъята из библиотеки Хогвартса одним завистливым придурком с козлиной бородой и колокольчиками на ней. Единственное, что могла найти волшебница, выросшая среди маглов, это…
— Акромантула тебе в зад, — выругался Крауч.
— Верно. Воззвание к Магии. Добровольная жертва. Если взывающий предпоследний представитель своего рода, то он или она должен убить себя сам, и тем самым отдать свою жизнь и душу в служении родовой магии, в обмен на снятие клейма. Добровольно лишить свою душу права на перерождение, это страшная цена.
Крауч нахмурился и пробормотал:
— Если же живых родственников более двух, то ближайший кровный родственник взывающего может помочь в проведении ритуала и, проведя ритуал жертвоприношения, отнять жизнь у взывающего. Подобное проведение ритуала лишь усиливает его отдачу. Ведь добровольное жертвоприношение жизни и души родственника родовой магии служит показателем, что все живые члены рода дают согласие на… вот дерьмо!
— Не только Лили Поттер, но и я, сам того не понимая, участвуя в ритуале, дал Гарри Поттеру свою защиту. А теперь представь, какой получился резонанс от того, что я, после проведения ритуала, поспособствовав снятию клейма Предателя Крови и отчистив его практически от всех родовых проклятий, в следующий миг посылаю в него Аваду.
— А ведь никто не задумывался о том, почему от Вашей Авады произошёл столь разрушительный взрыв. Ведь Авада Кедавра не оставляет следов.
— А в результате, от моего тела остался только пепел. Я даже почувствовал, как родовая магия рвёт мою душу.
— Значит, Вы подозреваете, что Гарри Поттер не только лорд Слизерин, но и лорд Певерелл.
— Может, да, а может, и нет, — пробормотал Волан-де-Морт, — но одно мы знаем теперь точно. Гарри Поттер — лорд Слизерин, и отныне он неприкосновенен.
— Что? Но как же пророчество?
— Относительно пророчества у меня так же много вопросов. Не забывай. На тот момент у меня была только часть его содержания.
— У меня есть его полный текст.
— Что?!
— Опекун Гарри Поттера, этот новый директор Тревор, рассказал его полный текст.
— Он мог солгать, выдумать или изменить его.
— Дамблдор был вынужден признать его подлинность.
— Я вижу, в Англии произошли просто исторические события. Но об этом позже. Каков полный текст пророчества? И, Барти, мне нужно его содержание слово в слово. Скинь это воспоминание в омут памяти.
Через пять минут Волан-де-Морт вынырнул из омута памяти и по комнате разнеслись ругательства на парселтанге.
— Мой Лорд. Мне нужно возвращаться. Я скину копии всех воспоминаний о событиях последних дней.
— Количество вопросов к Питеру Петтигрю стремительно возрастает. Как, впрочем, и к Снейпу. Если бы я знал раньше полное и дословное содержание пророчества. Мерлин всемогущий! Теперь всё встало на свои места. Каким же я был идиотом. Радует только одно. Этот всезнайка Дамблдор тоже ничего не понял, хотя всё это время у него под носом был полный текст пророчества. Если бы он только знал!
— О чём Вы?
— Барти, кто ещё слышал полный текст пророчества?
— Весь Попечительский Совет и профессора Хогвартса.
— И никто ничего не понял? Изумительно! Насколько же мозги волшебников заплыли жиром. Даже у этого Тревора. Хотя нет. Вот он как раз-то мог понять. Именно поэтому он озвучил его для меня.
— Для Вас?
— Потом объясню. Барти, как вернёшься в Хогвартс, пришли мне кровь Аластора Грюма, и проследи, чтобы он не помер. До начала ритуала, он должен быть живым.
— Кровь Аластора Грюма? Но ведь для ритуала Вы хотели использовать кровь Поттера.
— Слишком опасно. Я не знаю, какое количество его крови хранит у себя Дамблдор. Уж как ею может распорядиться старик, я знаю не понаслышке. Кроме того, неизвестно, как теперь ко мне относится Гарри, узнав, что я его кровный родственник.
— Кровь врага, — понимающе кивнул Крауч.
— Верно.
***
— Тони, то, что сказал Волан-де-Морт о крови Гарри Поттера…?
— Не беспокойся. Гоблины провели необходимые ритуалы. Сколько бы Дамблдор не выкачал крови из Гарри Поттера, теперь она бесполезна.
***
— Мой Лорд. Что с Поттером?
— Слушай меня внимательно. Немедленно возвращайся и следи за Гарри Поттером и его женой. Постарайся начать говорить с ними о политике, которую мы проводили. То, к чему на самом деле мы стремились и чего хотели добиться.
— Но для чего это? Чего Вы хотите добиться?
-Ты задаёшь ненужные вопросы, Барти! Любой другой пожиратель на твоём месте уже бы корчился у моих ног в муках.
— Извините, мой Лорд. Просто я подумал…
— Что, зная конечную цель, ты сможешь лучше справиться с заданием? Да, Барти. Я это знаю. Ничто не может быть вечно скрыто от Лорда Судеб! Именно поэтому ты мой самый приближённый и ценный сторонник, в отличии от тех ленивых недоумков, что окружали меня в прошлом. Именно поэтому я тебе так доверяю. Мне нужно будет поговорить с Поттером. И самое главное. Мне нужно, чтобы он меня выслушал. А для этого мне нужно, что бы он был хотя бы относительно вменяем после тех бредней, что насовал в его голову Дамблдор. Теперь возвращайся в Хогвартс к Гарри Поттеру и к его жене и помни. Ни единого волоса не должно упасть с их драгоценных голов. Слышишь! Ни единого. Умри сам! Выжги весь Хогвартс. Но Гарри Поттер и его жена должны жить! Род великого Салазара Слизерина не должен прерваться!
— Мой лорд, я слышал, что присутствие моего отца в Хогвартсе обязательно.
— Не переживай. Волшебникам, как всегда, на всех наплевать. Его заместитель, этот Перси, из выводка Уизли, настолько рад, что дорвался до власти, что не желает замечать очевидное. Более того, он в своих письмах чуть ли не напрямую советует своему начальнику болеть подольше.
— Предатели Крови, — скривился Барти. — Но я по-прежнему считаю, что моего папашу следует прибить. Во избежание, так сказать.
— Наберись терпения. Смерть главы Департамента международного магического сотрудничества может привлечь ненужное внимание. Придёт время, и собственноручно разберёшься со своим отцом.
— Благодарю Вас, мой Лорд!
***
Фадж и Тревор задумчиво смотрели на кристалл.
— Ну, надо же? — удивился Тревор, — А этот…
— Барти Крауч-младший. Был сторонником Тёмного Лорда. Участвовал в пытках супругов Лонгботтомов вместе с Беллатрисой Лестрейндж и её мужем, Родольфусом Лестрейнджем.
— Невилл Лонгботтом…
— Это их сын. Всем показалось странным, что они запытали Лонгботтом до состояния овощей. Непонятная ненависть. К тому моменту уже всем было известно, что Тёмный Лорда погиб от рук Гарри Поттера. Причём здесь Лонгботтом?
— Как они объяснили свои действия на допросе?
Фадж нахмурился и сказал:
