Текст книги "Не отвести взгляда (СИ)"

Автор книги: misusya

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

– Спасибо, конечно, но всё-таки неприятно на пьяных людей любоваться, – с сожалением ответила собеседница. Теперь она грелась под скупыми лучами утреннего солнца, сидя на полотенце на склоне холма.

– Можно, я тоже тут приземлюсь? – раздался у самого её уха мужской голос.

– Да, коне… Эй!

Молодой человек проворно растянулся возле подруги, откинул голову ей на колени, сложил руки на груди и принял самое благодушное выражение лица. От лёгкого прикосновения влажной девичьей ладони к пылающему лбу хотелось закрыть глаза и замереть в блаженном небытие.

Аня мягко провела ещё прохладными пальцами по горячей коже, растрёпанным волосам, отливающим на свету чернёным серебром, потеребила отдельные прядки. Ресницы музыканта дрогнули, и девушка залюбовалась его умиротворенным лицом.

– Мне нравится, твою ж мать, – тихо и жалобно произнёс он, – можно ещё?

– Конечно, – на её губах проступила нежная улыбка.

Аня осторожно запустила руки в тёмные волосы и потихоньку начала массировать его голову. Мэтт не открывал глаза и дышал ровно; казалось, он уснул. Девушка не решилась даже пошевелиться, хотя ноги через некоторое время стало предательски покалывать от онемения. Да сколько же он будет спать?!

Положение спас Доминик, внезапно вынырнувший из густой травы и с улыбкой оглядевший открывшуюся картину. Шепотом он напомнил Ане о завтраке и вновь исчез. Едва он скрылся, Мэттью открыл глаза и резко сел.

– Извини, задремал… так охрененно приятно! Ты – прирождённый целитель!

Аня скептически хмыкнула.

– Но у тебя, наверное, ноги затекли из-за меня? – он протянул скривившейся девушке обе руки и рывком дёрнул её наверх.

Аня, едва удержавшись на ставших вдруг чужими ногах, упала прямо в объятия музыканта. Кольцо сильных рук, дарящих необыкновенное спокойствие и тепло, было настолько комфортным, а синие глаза – такими нежными, что она поначалу даже забыла о неприятных колющих ощущениях в коленях.

Почувствовав, что твёрдо стоит на земле, девушка преодолела робость, отстранилась и насколько могла поспешно поковыляла к лагерю. Мэттью опустил уже остывающий взгляд с удаляющейся фигурки на забытое полотенце и мечтательно усмехнулся.

***

После завтрака решено было продолжать путь дальше. Не углубляясь в лесную чащу, компания выбралась на открытое пространство и направилась вдоль кромки деревьев. Вскоре набрели на большую реку; нужно было перебираться на другой берег. Пройдя вдоль берега значительное расстояние, все поняли, что сделать это будет непросто: им не встретилось ни мелководья, ни мостика. Кроме того, река была достаточно быстрой, а вода – достаточно холодной, чтобы мысль о переправе казалась освежающим купанием.

Отмахав по берегу ещё пару миль, Беллами, шедший во главе колонны, остановился.

– Слушайте, сколько можно шагать?! Давайте переплывём её, и всё. Слава Богу, сегодня тепло.

– А вещи? – Аня хозяйственно оглядела поклажу.

– Соорудим плот для рюкзаков. Пойдёмте, поищем место пониже.

Прошли ещё несколько футов. Все сняли тёплые куртки и принялись за изготовление плота. Нагрузив вещами, молодые люди подтащили его к берегу. Маша пугливо сжалась в комочек, явно сдерживая панику, и Доминик ободряюще похлопал её по плечу.

– Ничего, Мэри, ты даже замёрзнуть не успеешь, это быстро. Поплыву рядом, если хочешь.

Не в силах говорить от раздирающих душу страха и наслаждения от его заботы, она молча кивнула и умоляюще взглянула на парня. Но он уже не смотрел на неё.

Оба зашли в воду последними. Всё тело тут же пронизал неприятный холод, но девушка, стиснув зубы, медленно двинулась вслед за блондином. Он плыл мощными гребками, но, оглянувшись, сбавил скорость и поравнялся с подругой.

Двигаться было неимоверно трудно. Холодная вода сводила пальцы, промокшая одежда сковывала движения. Но больше всего Машу пугала мысль, что из-за одного неверного движения она может буквально камнем пойти на дно, так как нащупать ногами привычную опору она бы не смогла. Стараясь не думать о пугающей глубине под собой, девушка медленно механически следовала за Домиником.

– Ты как? – музыкант обеспокоенно оглядел бледное лицо подруги. – Мы уже проплыли середину, осталось чуть-чуть. Сейчас погреемся! Я сам…

Маша машинально кивнула, вызывая на мужском лице провокационную улыбку. Неожиданно её ноги что-то коснулось, затем ещё раз, мешая плыть дальше… Девушка судорожно дёрнулась, на какое-то мгновение (показавшимся ей последним в жизни) ушла под воду, затем вынырнула, отплёвываясь и шлёпая по воде руками. Быстрое течение тут же повлекло несчастную вниз по реке.

Доминик сразу заметил её бедственное положение и, резко развернувшись, поплыл следом. Быв хорошим пловцом, он, тем не менее, не мог догнать Машу.

Через несколько ярдов речка внезапно обрывалась небольшим водопадом, за которым виднелось несколько порогов: местность становилась холмистой. Брызги и неясный гул, доносившийся спереди, приводил девушку в ужас и она отчаянно барахталась, пытаясь оставаться над водой, но уже не могла сопротивляться течению.

Молодой человек сразу оценил положение. Взгляд его беспорядочно блуждал по сторонам и зацепился за большой камень, торчащий из воды почти у края обрыва. Он был скользким, с острыми краями, но это была единственная надежда на спасение.

Блондин оглянулся на берег. Вода заливала глаза, но всё же было видно остальных. Они что-то кричали, но гул воды заглушал все звуки.

Маша была совсем рядом. Доминик, рывком преодолев расстояние между ними, обхватил уже замерзающей рукой её талию, а другой, едва они поравнялись с камнем, уцепился за него что было сил.

Теперь, в относительной безопасности, он мог тщательно осмотреть трясущуюся от холода и страха девушку. Увиденное не радовало: лицо Маши было практически белым, без единой кровинки, мокрые волосы, выбившись из привычной косы, облепили шею, дрожащие руки цепко держались за его свитер, сомкнувшись на спине парня.

Прильнув к спасителю, девушка боялась лишний раз пошевельнуться и старалась не замечать, что её руки и ноги отказываются повиноваться хозяйке. Осторожно, почти незаметно дыша, она закрыла глаза и уткнулась носом в мужскую шею. Доминика невольно передёрнуло от ощущения её ледяных губ на своей коже.

Едва остальные поравнялись с обрывом, он набрал воздуха в грудь (отчего там предательски запершило) и в полный голос гаркнул:

– Кидайте верёвку!

Мэттью быстро обвёл глазами всех, переводя дух:

– У кого верёвка?!

Дэниел стащил с плеч рюкзак и, яростно копаясь, выудил толстый моток.

– Как докинуть до них?..

***

Пока разрабатывали план спасения, Доминик чувствовал, что с каждой минутой силы покидают его измученное тело. Сконцентрировав всю энергию на руке, держащей холодный скользкий камень, он беспокойно поглядывал на Машу.

Она всё также старательно изображала статую, по-прежнему обнимая его и стараясь дышать реже. Мысли в голове текли медленно, безумно хотелось спать. Девушка, как могла, боролась с подступающей дремотой, напевая про себя известные ей энергичные песни.

Голос музыканта, настойчиво твердящий её имя, донёсся как будто издалека. Маша с трудом разлепила тяжёлые от влаги ресницы.

– Да? – прошептала она и устало подняла голову. Его лицо сейчас было настолько близко, что неровное дыхание парня согревало ей кожу. В другое время это заставило бы Машу сильно покраснеть; сейчас же она не чувствовала ничего, кроме благодарности, к этому слабому источнику тепла.

– Я думал, ты сознание потеряла, – из-за шума воды парень говорил прямо в ухо. Одобрительная улыбка мелькнула на его посиневших губах.

– Не… дождёшься, – еле слышно выдохнула Маша, невольно покоряясь его настроению.

– Молодец! Держись, – Доминик закашлялся из-за брызг, попадающих в рот при каждом слове, – мы скоро выберемся!

– Отпусти меня… пожалуйста, – прошелестело ему в ответ.

– Это как, бля?! Ты же утонуть можешь! Видела, что там дальше?!

Маша заглянула за спину парня, затем с вызовом посмотрела в его почти синие глаза и разжала пальцы одной руки.

– Эй, ты что делаешь?! Перестань, хватайся крепче! – возмутился Доминик, холодея уже от страха.

– Спасаю… тебя… – Парень с трудом различил еле слышный шепот.

– Кто тут кого спасает?! Мне такой жертвы не надо!

– Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось из-за меня, – быстро проговорила девушка на одном дыхании и потупилась. Она была даже рада, что от воды и ветра её лицо было мокрым, и, не стесняясь, беззвучно плакала. Горячие капельки приятно обжигали кожу и падали в общий поток, смешивались с речной водой.

Озябшие пальцы дрожали на мужской спине. Доминик, пока запретив себе поддаваться вызванным девушкой будоражащим ощущениям и пообещав себе хорошенько подумать над этим после, торопливо забормотал:

– Слушай, Мэри, не думай сейчас ни о чём плохом, слышишь?! Держись за меня покрепче, вон, ребята уже верёвку бросают…

Кристофер и в самом деле раз за разом бросал верёвку с закреплённым на конце грузилом в сторону большого камня, но никак не мог добросить достаточно близко.

– … подумай о чём-нибудь невъебенно тёплом.

– О тебе можно? – девичья головка уютно улеглась ему на плечо, отчего в теле снова разлилось тепло.

– Можно, – охотно согласился Доминик, выпуская часть согретой души в улыбку. – Посмотри на меня.

Маша покорно подняла голову.

– Мэри, ты должна поймать верёвку.

– А ты?

– Я не могу, ты же видишь.

– Как же я её поймаю?

– Мы с тобой немного развернёмся влево, я буду держать тебя крепко-крепко, а ты вытянешь обе руки и постараешься схватить её.

– Я не могу! Мне же нечем будет держаться, – замотала головой Маша.

– Я же тебя держу, – нетерпеливо пояснил Доминик, – давай же!..

– Нет! Я бо…

Его неожиданно горячие губы не дали ей закончить фразу. Ощущая их сладковатый вкус и необыкновенную мягкость на своих губах, Маша замерла, глаза её закрылись сами собой. От нежных, но настойчивых уверенных прикосновений голова пошла кругом, кровь разом прихлынула к груди, заставляя забыть о холодной воде, грохочущем рядом водопаде, друзьях на берегу… Её левая рука машинально обласкала грудь и шею Доминика, и девушка полностью отдалась прекрасным ощущениям.

Почувствовав страстный ответ, молодой человек ощутил знакомый жар, быстро охватывающий тело сверху донизу, и… приложив неимоверное усилие, отстранился. Томное и слегка недовольное выражение на лице девушки заставило его буквально содрогнуться от нахлынувших чувств, а ехидная память услужливо и совсем некстати нарисовала возможные варианты развития событий, будь они в иной ситуации. Стиснув зубы и задвинув подальше развратные мысли, Доминик, однако, не смог подавить глубокий вздох.

Девушка открыла глаза. Когда взор прояснился, она вопрошающе посмотрела на парня.

– Согрелась? – от его ласковой улыбки сердце таяло, как сливочный пломбир под жарким солнцем. Сил хватило лишь для короткого кивка.

– Теперь готовься ловить. Ничего не бойся, я с тобой, – громко шепнул в покрасневшее ухо Доминик и после второго кивка развернулся, как можно крепче сжимая драгоценную добычу.

Холодные брызги освежили пылающее лицо, ноющие конечности тоже напомнили о себе. Решив отложить разбегающиеся мысли на потом, Маша тоже повернулась в сторону берега и помахала свободной рукой. Мэттью, сменивший уставшего Криса, широко размахнулся и далеко забросил верёвку. Со звучным плеском она погрузилась в воду совсем рядом с девушкой, и та поспешно подхватила её. Освободив от грузила, опять развернулась к Доминику.

– Обвязывай меня.

Следуя указаниям, она старательно намотала верёвку вокруг его узкой талии. На каждое прикосновение девичьих рук к напряжённому телу их сердца отзывались в груди глухим тяжёлым стуком, но оба гнали от себя непрошеные мысли: они ещё успеют подумать о новых впечатлениях потом, в сухом тёплом месте.

Закрепив узел самым надёжным для неё способом, обессилевшая девушка обхватила Доминика руками за шею. С трудом молодой человек отпустил затёкшей и негнущейся рукой камень, неохотно скользнул в воду и поплыл к берегу.

Стоявшие на берегу дружно взялись за верёвку.

***

Через несколько минут Маша и её спаситель были на берегу. Там их уже ждали разбитые наспех палатки и горячий суп, наскоро сваренный чрезвычайно взволнованной Аней.

Доминик, едва почувствовал под ногами твёрдую почву, подхватил Машу на руки. Шатаясь от усталости, он донёс девушку до палатки и только тогда, когда Аня заверила его, что с ней всё будет в порядке, практически рухнул на землю.

Друзья отвели его в другую палатку, раздели, натёрли и напоили джином. Потеплее укутав, обоих оставили отсыпаться. Было решено заночевать у реки.

Подкрепившись, уставшая, но немного успокоенная компания ещё долго не расходилась, обсуждая сегодняшнее происшествие. Ане пришлось защищать сестру от упрёков молодых людей, но Доминика единодушно признали героем дня.

========== Глава 17 ==========

Герой дня проснулся через несколько часов и потребовал свою долю ужина. Завёрнутый, как улитка, в спальник, он охотно принимал комплименты от заботливо хлопотавших над ним товарищей. Наевшись и выпив изрядное количество грога, он вновь растянулся ничком.

– Ты чего такой красный, Домми? – усмехнулся Крис, заметив мечтательное выражение на лице товарища. – Выпил лишку?

– Да, удивительно просто для нашего Хова вот так взять и покраснеть, – невозмутимо поддакнул Беллами и натянул просторную футболку для сна.

Драммер, переводя взгляд с одного на другого, смущённо молчал и кусал губы.

– Рад, что ты, наконец, решился, правда, обстановка не располагала…

– Угу, и мы ещё над душой стояли…

– Дык это ж ему как раз никогда и не мешало! – рассмеялся лидер группы, лукаво подмигивая другу. – Хотя это даже хорошо, что мы там были. И водичка опять же холодная… Ничего не болит?! – успел крикнуть он, с хохотом пулей вылетая из палатки и спасаясь за спинами ничего не понимающих Ани и Дэниела, мирно сидящих у догорающего костра, от пущенной навскидку кружки. Крис, посмеиваясь, полностью принял на себя волну гневного возмущения товарища.

– Мы не против, не переживай, – миролюбиво протянул басист, выбрался из-под горы спальников и подмигнул блондину.

– Да похер на вас, – проворчал Доминик с удовлетворенной улыбкой.

Друзья разобрали завал, улеглись рядом и уставились в потолок.

– Когда она ушла под воду, у меня чуть сердце не остановилось. Она выглядела такой крошечной и беспомощной посреди воды, а тут ещё водопад этот дурацкий, – музыкант неопределённо покрутил в воздухе рукой и лёг на бок лицом к другу. – Представляешь, она хотела пожертвовать собой, – невесело рассмеялся он. – Ебнутая, скажи?..

– Ага. Но тебя ведь это устраивает?

– Угу.

– Понимаю. Только поцелуи не устраивают, – скаламбурил Крис, со смехом уворачиваясь от летящих в него предметов, – молчу, молчу…

***

Маша крепко спала, не реагируя ни на голоса остальных, ни на холодные компрессы, которые постоянно меняла ей Аня, встревоженная высокой температурой сестры.

С наступлением темноты начали укладываться спать. Аня уже собиралась набрать воды, как в палатку просунулась лохматая голова Доминика. Его встревоженный взгляд смягчился, увидев спящую.

– Энни, как она?

– Дом! Я рада, что тебе лучше! Ты как? – девушка вылезла наружу и оглядела парня.

– Норм. Отогрелся, наелся… Что с Мэри? – кивнул тот на палатку.

– Она очень устала. Испугалась, конечно, вымокла, замёрзла. Девушкам нельзя долго в холоде быть, – извиняюще улыбнулась Аня. – Ты ведь знал, что она почти не умеет плавать?

– Не… умеет?!

– Она очень плохо плавает, даже купаться не ходит поэтому… что с тобой?

Опершись на угол палатки, Доминик расширенными от ужаса глазами смотрел перед собой. Его побелевшее лицо с ходящими желваками напугало собеседницу.

– Не умеет… – глухо повторил он. – Блять. Блять! Почему она не сказала?!

– Не хотела никого расстраивать. Ей всегда жутко неудобно от того, что под неё подстраиваются, – мягко ответила Аня, ласково заглядывая в лицо ошеломлённому блондину. – Так что не сердись на неё.

– Я… не… сержусь, – выговорил он, через силу улыбаясь Ане.

– Не волнуйся. Ей просто надо поспать, вот и всё. К утру всё наладится, я думаю, – девушка сделала шаг в сторону реки, но молодой человек взял её за плечо.

– Энни… Можно, я… останусь с ней сегодня? А ты отдохнёшь, – добавил он спустя мгновение, широко улыбаясь.

Аня удивленно приподняла брови, но лицо её сразу прояснилось. Она с улыбкой кивнула.

– Дэн поставит тебе палатку, – добавил Доминик. – А утром приходи, разбудишь её.

Девушка снова кивнула и пошла искать Дэниела, а музыкант спустился к реке, зачерпнул в бутылку воды, хмуро поглядел на уже почти невидимый в сумерках камень у обрыва и поспешил обратно.

***

Маша в милой пижамке с уточками спокойно лежала в своём спальнике, выпростав одну руку поверх тёплого кокона. Её безмятежное лицо почти закрывало влажное полотенце, неприбранные волосы крупными волнами ложились на плечи. Ресницы слегка подрагивали во сне.

Поставив бутылку, Доминик бесшумно присел рядом. Снял нагретое полотенце, намочил, аккуратно убрал со лба намокшие пряди и опустил ткань на горячую кожу. Маша благодарно вздохнула, но не проснулась.

Кончики мужских пальцев прикоснулись к румяной щеке, нежно лаская бархатистую кожу, подушечка большого прошлась по тёплым пухлым губам…

Доминик шумно сглотнул. В голове стало мутно и тяжело, на волю просились те самые желания, которые он так старательно отгонял от себя с того самого момента, как поцеловал её, увидел затуманенные глаза, почувствовал руки на своей коже.

Но ведь это было раньше, – подумал он. Ещё в Лондоне. Неуверенные осторожные прикосновения, взгляды украдкой, невинные поцелуи в щёку… Так неужели он ещё тогда влюбился? Неужели тогда он начал думать о ней не как об очередных фанатках, вереницами проходящих мимо его постели?

Мэри относилась к тому типу девчонок, которых было не так много в его повседневном окружении, – не модельной внешности, некапризная, самостоятельная, тактичная, внимательная. Не обмирающая от его известности и денег. Как было бы здорово всегда иметь возможность смотреть в её глаза, целовать, обнимать тонкую талию, слушать ласковый тихий голос. В конце концов, он был уже достаточно взрослым, чтобы…

Пальцы нежно огладили подбородок спящей и плавно спустились на шею. Остановившись на тонкой пульсирующей жилке, они проследовали дальше, до ключицы, и там в нерешительности замерли.

От лёгкого щекотания Маша нахмурилась во сне и машинально подняла руку к шее. Доминик испуганно замер, когда горячие пальцы обхватили его собственные и прижали к мягкой груди. Страх его тут же сменился более приятными ощущениями. Если бы девушка сейчас проснулась, то увидела бы на лице своего друга самую счастливую улыбку.

Движимый внезапным порывом, молодой человек наклонился и прижался к сомкнутым губам своими. Тайный поцелуй длился всего несколько секунд, и парень с подавленным вздохом выпрямился. К сожалению, Маша так и не проснулась.

Доминик зевнул: он страшно устал. Позволив своей кисти пребывать в плену её пальцев, молодой человек с наслаждением растянулся рядом и медленно закрыл глаза.

***

Аня тихонько откинула полог и застыла на месте. На её удивлённое лицо наползала растроганная улыбка.

Доминик лежал на небрежно постланном пледе с подложенной под голову рукой. По другой по-свойски разметалась волосами Маша, обнимая его за талию и прижавшись настолько, насколько это позволял спальный мешок. Их лица были настолько расслабленными, что Аня затворила вход и на цыпочках отправилась к костру.

Сложно описать спектр эмоций девушки, проснувшейся в объятиях Доминика. Она выспалась как никогда сладко в жизни, но зрелище спокойно сопящего рядом парня моментально прогнало последние остатки сна. С минуту рассматривая мягкие черты мужского лица и подавляя сильное желание расцеловать их, она глубоко вдохнула уже ставший родным запах одеколона, а затем решилась пошевелиться.

Зелёные из-за света внутри палатки глаза тускло сверкнули в полумраке, привычная улыбка от уха до уха осветила мужское лицо.

– Доброе утро, – шепнул он немного хрипло.

– Доброе, – ответила Маша, сразу опуская глаза на видневшуюся в вырезе расстёгнутой рубашки безволосую грудь блондина. – Почему ты здесь?

– Захотелось, – короткий смешок сменился игривым тоном. – Больше не буду.

Не найдясь с ответом, Маша решительно выдралась из теплых обьятий, отвернулась и, убедившись, что прилично одета, выбралась из спальника.

– Ты не выйдешь? Мне надо одеться как следует.

– Конечно, – покладисто кивнул молодой человек, принимая сидячее положение и протирая глаза. Уже снаружи палатки он услышал нежное «спасибо» и удовлетворённо улыбнулся.

========== Глава 18 ==========

После плотного завтрака туристы решили выдвигаться в сторону ближайшего городка с железнодорожной станцией: полудикий образ жизни начинал немного надоедать, да и пора было возвращаться к оставленным в Лондоне делам.

Наступил довольно холодный и капризный август: лето, увы, заканчивалось. Музыкантов с нетерпением ждал Том, сестёр – обратные билеты в Москву.

Сидя плечом к плечу у одинокого дерева, стоящего посреди заросшего высокой травой поля, Аня и Мэттью долго молчали.

– Что у вас дальше по плану?

– Репетиции, интервью, к фестивалю будем готовиться – всё, как обычно. Альбом опять же… Гастроли весной, ты помнишь. А ты?

– А что – я?

– Гхм… Ты же – моя девушка теперь, – повернул голову певец. – Останешься?

– Нет… – Напряженно хмурясь, Аня смотрела перед собой на колыхающуюся под ветром травинку.

– Нет?! – недоверчиво переспросил он, всем корпусом разворачиваясь к ней и с недоумением приподняв брови.

– Я не могу. Пока. У меня там родные, работа…

– А я? – выражение на мужском лице стало до того обиженным, что Аня поневоле улыбнулась.

– А у тебя здесь всё. Я же хочу добиться чего-то, закончить учёбу. А у тебя вся жизнь тут!

– Но я не могу… не смогу спокойно работать без своей «музы», – возразил Мэттью, пытаясь осмыслить и принять услышанное.

Надежда при виде её нежного, но решительного выражения лица медленно угасала. Тонкие сильные пальцы машинально обрывали травинки с такой яростью, что растроганная Аня чуть не расплакалась. С трудом удержав сдавившие горло отчаянные мольбы, брюнет глубоко вздохнул.

– Останься. Ты мне нужна.

– Не могу. Прости!

– Как же мы будем жить?! На две страны?

– Сейчас есть телефоны, Интернет, да и в гости приезжать буду, – примирительно проговорила девушка, глядя на расстроенного музыканта с нескрываемой жалостью и погладив его по руке. Мэттью порывисто обнял её, положил голову на узенькое плечо и обреченно вздохнул.

– Часто?

– Постараюсь, – кивнула Аня. – Я ведь тоже… люблю тебя.

– Мать твою! Пиздец какой-то. Давай тогда обручимся, – произнес артист после минутной паузы.

– Что-что? Извини, я не все поняла…

– Давай обручимся. Ну, кольцо там, обещания… всякие, все дела.

Музыкант мягко отстранился от девушки и положил ладони на её плечи.

– Даже если мы не вместе, я хочу всегда быть рядом с тобой. Хотя бы так, – теперь он напряжённо улыбался. – Чтобы никто не покусился на мою «музу».

– Я… мне надо подумать.

– А? Ладно, – молодой человек умело скрыл разочарование и тяжело поднялся. – Только недолго.

Сорвав мелкий цветочек, он вложил его в руку погрузившейся в невеселые раздумья девушки и пошёл к лагерю: грудную клетку уже разрывали тоскливые порывы.

Позднее Аня смирилась с тем, что не в силах изменить своего решения вернуться на родину: ей нужно было привести все дела в порядок. Предстояла долгая разлука.

***

Бессильная помочь сестре в её угрюмой апатии, Маша решила немного прогуляться перед сном. На небо уже выглянула белая полная луна, ярко и задорно горели мигающие звёзды. Девушка уселась, а потом и вовсе легла на траву, наслаждаясь прохладным ветром, доносившим головокружительные запахи природы, и закрыла глаза.

Весёлый голос Дэна неподалеку вывел её из приятного оцепенения. Она уже давно не отправлялась с ним на прогулки, так как все её мысли были заняты другим человеком. Маша втайне надеялась, что актёр сам заметит перемены в её сердце и не будет продолжать ухаживания, остановится в рамках тёплой дружбы.

Привстав на локтях, она кивнула головой приближающемуся юноше.

– Ты чего не спишь?

– Могу спросить тебя о том же. Что, на свежем воздухе лучше спится?

Не дожидаясь приглашения, Дэниел сел рядом в густую траву. Маша подавила острое желание отодвинуться.

– Я так понял, ты со мной не поедешь?

Девушка мотнула головой.

– Извини!..

– Да ладно. Опоздал я немного, – отмахнулся актёр и грустно улыбнулся. – Ты его любишь?

Маша молча кивнула.

– Тогда настаивать не буду.

– Мы можем остаться друзьями?..

Дэниел удивлённо посмотрел на собеседницу.

– Разумеется… Ладно, я пойду, пожалуй. Да и ты не засиживайся – только недавно болела. Спокойной ночи!

– Спокойной…

Как всё хорошо обернулось! Маше всегда было очень тяжело разрывать отношения по собственной инициативе, и тем легче было на душе от мысли, что её друг вовсе не тяготится этим. Обрадованная, она опять откинулась навзничь.

Шелест раздвигаемой травы, легко сминаемой явно мужскими ботинками, вновь заставил её насторожиться, но любимый аромат туалетной воды, исходивший от наброшенной на плечи куртки, сразу принёс в сердце умиротворение и нежную теплоту. Глядя, как небрежно плюхается за землю рядом с ней зевающий Доминик, как, опираясь на локти, он вытягивает свои длинные худые ноги, Маша чувствовала: её быстро колотящееся сердце тянется к нему, всё внутри обмирает от непонятного жара, вызванного близостью его тела. Она покраснела, радуясь темноте.

– Всё в порядке? – буднично поинтересовался музыкант и оглядел девушку.

Она кивнула, честно пытаясь воссоздать на лице скучающее выражение. Пальцы нервно теребили собачку молнии, отчего парень нахмурился.

– Что у вас с Дэном?

От удивления Маша резко повернулась. Куртка сползла на траву.

– Ничего, я же говорила.

– То есть, никаких чувств? – уточнил Доминик, водружая куртку обратно на прикрытые тонкой шерстью плечи.

От его больше походящей на оскал улыбки собеседница, несмотря на уютное тепло, вздрогнула.

– Я-то так понял, что Дэниел влюблён в тебя. Или ты это не заметила?

– Заметила, – еле слышно призналась Маша. Гневная аура парня, казалось, окутывала всё в радиусе одной мили.

– И как? Нравится?

– Мне было приятно его внимание ко мне, – гордо выпрямилась девушка и подпустила в голос немного прохлады. – Но я не понимаю, почему тебя это так волнует…

– Это правда, что Беллз сделал Энни предложение? – уточнил Доминик, немного помолчав, – а то мы никак не можем из него ничего вытрясти толком, этот гребаный уродец молчит, мать его!

Маша, растерянная сменой темы, покивала.

– И что Энни? Согласна, конечно?

– Пока думает. У неё дома дел полно…

– Так вот почему… – Доминик не стал продолжать и Маша, догадавшись, о чём он умолчал, не стала расспрашивать. – А ты что думаешь?

– Это не мне надо думать, а сестре, – девушка улыбнулась и поправила сползающую куртку.

– Хм-м… А если бы тебе предложили?

Маша, занятая одеждой, не заметила изменившегося тона молодого человека.

– Замуж? Смотря кто.

– Ну… этот, как его… Оливер?

Девушка с улыбкой помотала головой.

– А Дэн? – интерес в мужском голосе возрастал с каждым новым вопросом.

– Да ты что! Я же к нему ничего не чувствую. И потом, он моложе меня.

– А… есть какой-нибудь хрен, кого я не знаю, но ты бы хотела выйти за него? – Доминик напоминал осторожного сапёра.

Молчание девушки длилось всего пару секунд, но ему они показались вечностью. С улыбкой она вновь мотнула головой. Музыкант незаметно выдохнул.

– А за меня?

Маше показалось, что в груди что-то резко дёрнулось и замерло. Она судорожно вдохнула.

– З – за тебя?! Н – но… ты же… не предлагал, – блондин еле расслышал последние слова, но не отводил упрямого взгляда от пунцового лица.

– А если предложу, блин? Ты согласишься?

Девушка посмотрела на него так, будто сравнивала копию с оригиналом. Робкая надежда вынуждала гнать кровь от сердца глухими толчками, стучала в висках… окружающий мир постепенно перестал существовать вокруг.

Как всегда, когда он рядом, – подумалось ей.

– Почему ты поцеловал меня на реке?

Маша так давно хотела почувствовать на себе его руки, что даже не удивилась, когда Доминик заключил её в объятия. С силой прижатая к вкусно пахнущему телу, она слышала, как часто и гулко бьётся сердце молодого человека. Облизнув пересохшие губы, Маша закрыла глаза и уверенно положила ладони ему на спину.

– Потому что я люблю тебя, – она ощутила лёгкий, почти воздушный поцелуй в висок.

– Давно?..

– Ага. Когда проснулся и увидел тебя в клинике. Ебучая любовь с первого взгляда, – смущённо добавил парень, перебирая в памяти дорогие сердцу воспоминания. – Просто понял не сразу. Можно тебя спросить?..

– Что угодно.

– Про кого ты говорила Дэну?

Маша слегка повернула голову, чтобы заглянуть ему в лицо.

– То есть?

– Когда он предлагал тебе уехать. Ты сказала ему, что у тебя есть парень.

Маша изумлённо подняла брови.

– Ты нас тогда слышал? И до сих пор помнишь?!

– Ну и?..

Девушка смущённо улыбнулась, но заставила себя смотреть прямо в мужское лицо.

– Конечно, про тебя.

Сейчас они были так же близко-близко, как и тогда, всей кожей ощущая прерывистое дыхание друг друга. Губы медленно, но неуклонно сближались… и слились воедино.

Сброшенная неловким движением куртка послушно расстелилась на земле, принимая на себя вес пары. Маше впервые было так хорошо и спокойно, но она дрожала: то ли от волнения, то ли от счастья, то ли от желания. Весь мир будто исчез, остались только сильные руки, нежные пальцы и страстные поцелуи. Дыхание сбилось, и девушка окончательно перестала себя контролировать. Доминик нежно гладил податливое тело, целовал шею, вдыхал запах апельсинов, сохранившийся в ее волосах. Она, с удовольствием принимая настойчивые ласки, тоже гладила его мелкие завитки волос у шеи, расслабленные мускулы спины, ерошила мягкие волосы…

Через некоторое время блондин будто очнулся, откатился назад, тяжело дыша и оправляя сбившуюся одежду. Маша закрыла пылающее лицо руками. Он мягким движением развёл их в стороны.

– Не прячься от меня. Ты охрененно прекрасна.

– Мне кажется, я сейчас просто утону в этой любви, – прошептала она, проведя ладонью по его щеке. Парень зажмурился от удовольствия, но тут же открыл глаза и пытливо всмотрелся в почти неразличимое в темноте лицо девушки.

– Тебе бы всё тонуть… А ты когда влюбилась?

– Раньше, чем ты, – съехидничала Маша, устраиваясь поудобнее на подставленных руках.

– Это как?!

– Ну, ты же звезда, – Доминик хмыкнул. – Но вот совсем-совсем ты меня покорил потом, на живом концерте.