Текст книги "Не отвести взгляда (СИ)"

Автор книги: misusya

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 6 страниц)

========== Глава 1 ==========

Понедельник. 6.20 утра.

Тишину майского тёплого утра прорезали звонкие механические трели птиц и на время заглушили привычные уличные шумы. Переливы будильника усиливались с каждой секундой и вызывали острое желание засунуть «пернатый» раздражитель под подушку.

Маша, однако, сонно потянулась, сбросила пушистый плед и нехотя пошлёпала в ванную. В последнее время дел хватало: сегодня, например, надо было забрать документы из универа, пробежаться по магазинам, заглянуть на маникюр… Так мало времени оставалось до долгожданной поездки в Англию в качестве стажёра-переводчика и так много нужно было сделать!

Вот уже четыре года девушка жила в Москве, ради учёбы в одном из самых престижных вузов страны переехав из родного города. К счастью, ей (в отличие от многих) не пришлось снимать себе жильё или ютиться в общежитии: в её распоряжение была предоставлена просторная однокомнатная квартира, принадлежавшая одной из её бабушек. Та предпочитала обитать в пригородном особняке или на южном взморье, поправляя своё ставшее хрупким с годами здоровье, и потому с удовольствием предоставила ключи внучке.

Хотя квартира находилась в отдалённом от центра районе, девушка была рада и этому – собственное жильё и наличие подработки наполняли её гордостью от осознания собственной независимости. В сущности, не имея обычной для многих людей финансовой и моральной поддержки заботливых родителей, она с детства привыкла многое решать самостоятельно: планировать жизнь и отвечать за свои поступки перед собой. Это, безусловно, наложило отпечаток как на внешность юной студентки, так и на её характер. Первой она была вполне довольна, так как молодость, само собой, давала свои преимущества в виде хорошей фигуры и нежной кожи. А вот второй время от времени доставлял некоторые неудобства, привнося в её жизнь некое легкомыслие и авантюризм.

Бегая с сумками и пакетами наперевес по загруженной в преддверии летнего наплыва туристов Москве, Маша размышляла, как поаккуратнее сообщить новость об отъезде своей младшей двоюродной сестре Ане. Та с огромным удовольствием составила бы ей компанию, если бы имела подходящие финансовые активы. Она наверняка расстроится, узнав, как легко досталась Маше эта возможность.

В отличие от неё самой, Аня была большой поклонницей всего английского и на данный момент всерьёз увлекалась современной британской поп-музыкой, симпатию к которой ей удалось внушить и сестре.

К счастью, опасения пропали даром: кузина сама позвонила через некоторое время, захлёбываясь от счастья. Неожиданно выигранная путёвка в конкурсе музыкального журнала «New Musical Express» позволяла ей посетить островное королевство в ближайшем месяце! Они даже могли лететь вместе.

Маша с охотой занялась организационными вопросами. Уже через несколько дней сёстры встретились в Москве и на следующее утро вылетели в Лондон, гадая, как проведут лето в незнакомой стране. Девушки вдоволь налюбовались в иллюминатор красотами восходного небосвода, с удовольствием пообедали. Четыре часа полёта показались им совсем короткими за изучением карты Лондона и весёлой болтовнёй.

***

В аэропорту их радушно встретила модно и со вкусом одетая женщина лет сорока, которая повезла девушек в свой скромный двухэтажный домик в Люишеме. Дешёвые комнаты на Форрест-Хилл она сдавала внаймы каждое лето студентам и практикантам из других стран. С видимым интересом миссис Бейкер рассматривала сестёр, и, ловко управляя маленьким «Воксхэлом», буквально засыпала вопросами об их стране и культуре. Маша переводила ей ответы Ани и время в дороге пролетело незаметно.

Пансион, как и было заявлено на сайте университета «Метрополитен», оказался очень уютным, с небольшим садиком и каменной верандой. Да и внутренняя обстановка: тяжёлая старая мебель, паркетные полы, цветасто-полосатые обои – пришлись сёстрам по вкусу. Довольная произведённым впечатлением, миссис Бейкер познакомила сестёр со своей дочерью Элисон. Их сверстница оказалась живой и общительной девушкой с густой копной коротких каштановых волос и обаятельной улыбкой. Гордясь званием хозяйки, после ужина она с удовольствием проводила уставших гостий в их комнату.

Потоптавшись босиком по толстому пушистому ковру и приклонив тяжелеющие головы на подушки, лежащие на большой резной кровати (словно бы рассчитанной на четверых), Аня и Маша мгновенно уснули.

========== Глава 2 ==========

На следующий день Элисон, дав гостьям отоспаться и вдоволь насладиться поданным на завтрак тёплым какао с булочками на расписном фаянсовом сервизе, повезла их на обзорную экскурсию по Лондону. Было довольно прохладно, сёстры с тоской вспоминали жаркий июнь средней полосы России: провести всё лето в тёплых куртках было не самой заманчивой перспективой.

Их нехитрая программа была расписана на месяц вперёд ещё в Москве. Машу ожидали разговорные курсы в местном университете и самостоятельные практические занятия. Список мероприятий, на которых она должна была выступать в роли составителя и переводчика критических статей, был весьма внушительным: пара художественных выставок, концерт одной из британских музыкальных групп (с сопровождением на интервью с представителем русского музыкального издания), модная театральная постановка. Обо всём этом девушка ещё должна была составить подробные отчёты для местных кураторов: всё-таки, у неё был спонсорский сертификат. Кроме того, информацию о проделанной работе запросил и музыкальный журнал, когда Маша забирала в издательстве документы сестры.

Сама Аня в составе туристической группы должна была посетить несколько основных достопримечательностей Англии, включая Лондон и его окрестности, и наиболее живописные места Шотландии. Ей нужно было вести блог в соцсетях и составлять фотоотчёт о своём путешествии.

***

В итоге, сёстры провели по отдельности всю первую неделю. Но отдыхать хотелось вместе: Аня отказалась от своей группы, а Маша перенесла время занятий на первую половину дня. Таким образом, они получили достаточно свободного времени на воплощение всех своих планов.

– Дорогая, ты не жалеешь? – Маша пытливо вглядываясь в усталое лицо сестры, одновременно пытаясь выбрать закуску.

Обе пробегали целый день по городу в поисках новых восторгов и основательно проголодались. Первый попавшийся паб вполне подходил для поисков сытного обеда. Сидевшие за маленькими столиками посетители не обратили ровно никакого внимания на двух молодых светловолосых девиц, разместившихся у окна и говорящих на чужом языке.

Аня оторвалась от созерцания за окном очередного молодого британского индивидуума и удивлённо приподняла брови.

– О чём?

– Ну как же… О том, что ты со мной осталась, конечно. С группой тебе было бы куда более интересно, – Маша оглянулась в поисках официанта.

– Да ладно тебе!

Аня положила подбородок на поставленные на стол руки.

– Мы и так всё это посмотрим вместе: возьмёшь меня на вторую выставку, может, и на остальное тоже. Было бы несправедливо, если бы я развлекалась, а ты училась и работала. Кстати, как успехи? Ты что-то не рассказываешь мне об этом ничего…

Подошедший официант молча принял заказ и неслышно удалился.

– А нечего рассказывать, – Маша пожала плечами. – Ты же и так всё видишь, когда я с людьми разговариваю. Для этого я, собственно, и надрываюсь на курсах – учат правильному произношению и расширяют наш лексикон, в основном. Осталось, в общем, совсем немного…

– Завидую… Так интересно это всё, ты же сможешь даже жить тут…

– Ага, конечно! Прям меня тут ждали! – её собеседница невольно повела глазами по сторонам.

– А что? Может, и ждёт кто. Красивый такой, худой… – мечтательно протянула Аня, ковыряясь соломинкой в стакане с виноградным соком. В неё тут же полетел комочек из салфетки.

– Ты свои мечты с реальностью не путай, – весело усмехнулась Маша. – Поотдыхаешь – и домой. Кстати, что там у нас дальше по плану?

– Мы в пансион хотели вернуться, а вечером – театр. Билеты нам миссис Бейкер заказала вроде бы.

– Ага, сейчас я позвоню и узнаю.

Маша сняла со спинки стула сумку и, порывшись, извлекла оттуда новенький смартфон.

– Как хорошо, что в Tesco симки местные выдают!

– Кстати, о симках. Ты мне принесла?..

– Да, одолжили. Только надо будет вернуть потом. На!

Аня осторожно вынула крупную серьгу и вставила в ухо небольшой наушник.

– Сказали, последняя модель!

– Удобно. – Аня поправила устройство и нажала кнопку включения. – Скажи что-нибудь!

Маша наугад процитировала фразу с последней лекции и довольно улыбнулась: лицо сестры расцвело от радости.

– Прико-о-ольно! Только я ведь отвечать не смогу, – погрустнела Аня.

– Мы тебе приложение установим, которое с голоса переводит. Конечно, где-то будет не очень удобно, но зато без меня пойти куда-то сможешь.

– Ага, – младшая сестра вновь воспряла духом и принялась терзать воздушное пирожное.

***

Вид вечернего города произвёл ожидаемый эффект на туристок: подсвеченные дома вкупе с ярко сияющими фонарями, обилие транспорта и людей придавали городу жизнерадостный вид и желание насладиться его дарами – парки, магазины, кафе, сияя огнями, весело зазывали к себе. Шумный и сияющий от улыбок туристов в дневное время, под вечер город еще больше оживился, наполнился густыми ароматами дорогих духов, свежей пиццы, китайских деликатесов и ещё чего-то вкусного. Любуясь в окно автобуса на проплывающие мимо нарядные улицы, девушки зачарованно глазели по сторонам и даже немного расстроились, что до театра их довезли так быстро.

Но приятные моменты этого вечера только начинались. В пышном фойе, блистающем хрустальными люстрами, зеркалами и позолотой, сёстры не успели и осмотреться, как были атакованы парой молодых людей.

– Добрый вечер, девушки! – громко произнёс один из них, зеленоглазый блондин. Широко улыбнулся, показывая на своего товарища, невероятно красивого брюнета.

– Посмотрим спектакль вместе?..

Сёстры быстро окинули взглядом говорившего и его спутника. Оба выглядели несколько вольно для театра, но девушек, уже привыкших к демократичности лондонской моды, это не удивило.

Маша повернулась к сестре, которая с интересом переводила глаза с одного на другого: забытый дома синхронизатор не позволял ей понять смысла слов говорящего иностранца.

– Чего они хотят?

– Познакомиться, я полагаю, – по-русски ответила Маша и поощряюще улыбнулась парням.

– Да?! – Аня критично оглядела претендентов. – Давай познакомимся.

Маша кивнула и повернулась с улыбкой к внимательно прислушивающимся к разговору англичанам.

– Извините, мы из России… И с удовольствием принимаем ваше предложение!

Провожаемые новыми знакомыми, кузины проследовали в гардероб.

– И это твои обещанные мечты? – быстро прошептала Маша сестре, позволяя снять с себя пальто одному из парней и отходя с ней к зеркалу. Та достала расчёску и развела руками.

– Это ещё не самый плохой вариант! Они, по крайней мере, симпатичные.

Места новых знакомых оказались недалеко друг от друга и потому во время спектакля от одной пары к другой беспрестанно долетали взгляды и улыбки. Молодые люди продолжили общение и в перерыве, выпив в буфете по чашечке крепкого чая. По окончании представления они обменялись контактами и назначили следующую встречу: кавалеры куда-то торопились, да и переполненным новыми впечатлениями сёстрам захотелось прогуляться перед сном и обсудить случившееся.

Поскольку путь домой лежал через оживлённое шоссе по берегу Темзы, Маша торопливо надиктовывала на смартфон впечатления от увиденного в театре. Аня от нечего делать разглядывала кованые лавочки, чугунных львов набережной, старинные особняки из белого камня напротив. Ей пришлось покупать несколько карт памяти, ибо после каждой такой прогулки весь её смартфон был забит фотографиями.

Когда Маша закончила работу, девушки ещё около часа шагали вдоль берега, оживлённо беседуя, затем им пришлось всё-таки ловить такси: до дома было довольно далеко. Весёлую болтовню в машине неожиданно прервало сообщение по радио о скором концерте группы MUSE в одном из лондонских клубов.

Ошарашенная новостью Маша уставилась на сестру. Аня сообразила, что на это выступление попасть было, скорее всего, уже невозможно, и огорчилась: она давно являлась ярой поклонницей этой группы и всегда мечтала увидеть своих кумиров вживую. Вполуха слушая рассуждения сестры, Маша с дрожью вспоминала, какую бурю эмоций ещё совсем недавно вызывали в ней и музыка данного коллектива, и харизматические личности её участников. Её сердце трепетало от непонятного волнения, и хорошее настроение, полученное в театре, несколько померкло.

В растерянном состоянии девушки вернулись домой и, не обсуждая более ни новое знакомство, ни услышанную в такси новость, побыстрее легли спать.

***

Элисон вновь стала первой, кого увидели утром сёстры. На этот раз девушка была в джинсовом комбинезоне и огромных наушниках, из которых лились резкие звуки.

– Что слушаешь? – после обычных приветствий машинально поинтересовалась Маша, стоявшая в пижаме у платяного шкафа. Поскольку её с сестрой на выставку в «Эксель» должны были сопровождать недавние знакомые, она подыскивала одежду попроще: судя по всему, молодые люди наверняка не одобрили бы вычурных туалетов.

– Мои любимцы, MUSE. Вы, наверное, слышали?.. – Элисон осеклась: Маша резко обернулась. Аня, застилавшая постель, выронила подушечку и уставилась на англичанку.

– Да, конечно, – радостно закивала она. – Мы их очень любим!

– Правда? – Элисон плюхнулась на кровать. – Вот здорово, что их и в России слушают!..

Потратив некоторое время на обсуждение достоинств личностей и творчества всех участников группы, девушка предложила сёстрам пойти с ней в клуб на тот самый концерт: благодаря личному приглашению одного из своих знакомых (близкого к менеджеру группы) она могла бесплатно провести их с собой. Преодолев вновь возникшее смятение, Маша охотно согласилась – это мероприятие прекрасно пополнило бы её коллекцию статей, да и Аниному отчёту в журнале были бы рады.

Оставшиеся до мероприятия два вечера ушли на выбор нарядов, но, в итоге, девушки всё равно не смогли сравниться с Элисон: вызывающей одеждой, более напоминающей нижнее бельё, и ярким цветом волос (который у неё постоянно менялся) она в один миг повергла обеих в завистливое уныние.

Чарли и Оливер, понятно, не могли сопровождать их – щедрость Элисон имела известные пределы. Тем не менее, они искренне порадовались за сестёр и пожелали им хорошо провести время. Вместо этого они наполнили их дневное время, свободное от учёбы и других дел, экскурсиями по городу. Девушкам нравилось проводить с ними время – молодые люди были веселы, умны и стали для спутниц интересными собеседниками. Кроме того, Оливер очень помог Маше со статьями, посетив с ней Лондонскую библиотеку.

Наконец, настал день обещанного Элисон концерта. Пока такси в назначенный вечер везло троицу по оживлённым вечерним улицам, Маша рассеянно кивала в ответ на вопросы и всё время думала: что она почувствует, когда вновь услышит их музыку, а, главное – когда сможет увидеть их собственной персоной?..

========== Глава 3 ==========

«Curious Cat» был переполнен: разного рода одиозные личности пили, напевали песни MUSE, приплясывали или целовались по тёмным уголкам (о том, как ещё посетители могли скрасить свой досуг, сёстры предпочли сильно не задумываться). Приличной публики тут было мало, и это слегка озадачило девушек. Элисон разъяснила, что для настоящего артиста все поклонники важны, независимо от их пола, статуса или возраста. С этим нельзя было не согласиться.

Сцена, тем временем, наполнялась жизнью: приносили полотенца, воду, устанавливали и настраивали аппаратуру и инструменты. Купив в баре неоновые палочки, сёстры пробрались в фан-зону и стали ждать появления музыкантов. Элисон, проведя спутниц в зал, неожиданно куда-то испарилась. Девушки не сильно обеспокоились этим, справедливо полагая, что в такой среде у неё наверняка окажется много знакомых и друзей. К тому же, фоном звучащая танцевальная музыка давала возможность немного расслабиться в незнакомой обстановке и настроиться на нужный лад.

Нетерпение нарастало, всё громче и громче выкрикивалось название группы. И вот настало время. На какой-то миг погас свет… Действо началось под оглушительно-ликующий рев собравшихся. Наконец-то у сестёр появилась прекрасная возможность насладиться подлинным шоу. Свет! Звук! Музыканты! Феерия!

Поприветствовав зрителей, солист бурно грянул на электрогитаре известный хит. Подпевали ему не только члены группы – пел, а, точнее, орал весь зал: на английском, французском, испанском – на всех языках мира. Голоса зрителей быстро смешались в нестройный хор.

Тоже спев парочку песен, девушки почувствовали, что охрипли. Ну, ничего, – это все скоро пройдет, а вот впечатления останутся надолго! И, если в качестве дополнительного бонуса кто-то ловил барабанную палочку, медиатор или какие-нибудь другие предметы, бросаемые музыкантами – ликованию просто не было конца.

Аня и Маша глядели во все глаза. Уши глохли от рёва восторженной толпы, музыки, льющейся из мощных колонок, глаза слезились от искусственного дыма и света софитов. Девушки покорно сносили это, как и бесконечные толчки со всех сторон от напиравшей на ограждения толпы, кричавшей и размахивающей светящимися «свечками» в такт музыке. А песни звучали одна за другой, музыканты успевали только наскоро глотнуть воды и смахнуть капельки пота – в клубе становилось всё жарче и жарче.

Мэттью – солист, худощавый и невысокий брюнет со встрёпанными волосами, одетый во всё облегающее и чёрное, носился по сцене с микрофонной стойкой. Время от времени он оставлял её и брался за гитару, наигрывая печальные баллады, но и тогда с его скуластого небритого лица с тонкими чертами не сходило восторженное выражение.

Шатен Тони Кристофер, играющий на басах, почти не двигался с места, сосредоточенно исполнял свои партии и спокойно разглядывал привычно бесившуюся аудиторию. Его широкоплечая и массивная фигура тонула в полутьме софитов.

Доминик, мелькая палочками в руках, мастерски управлялся с ударной установкой. Светловолосый юноша был самым старшим участником этого коллектива, но его совсем юное правильное лицо и быстрые движения гибкого тела заставляли сомневаться в этом. По всему было видно: и он, и его молодые коллеги получают от своего занятия несомненное удовольствие.

Казалось, и ударник, и басист признавали бесспорное лидерство третьего члена коллектива и потому не старались привлечь к себе внимание публики, но та всё равно благодарно выкрикивала и их имена тоже. Вообще, было заметно, что с повышением общей температуры воздуха градус накала эмоций также неуклонно повышался.

Когда музыканты заиграли особенно бурную и зажигательную песню, толпа разгорячённых музыкой, духотой и алкоголем фанатов захотела разделить свою радость с идолами и… устремилась на сцену! Охранники не смогли оказать достойного сопротивления внезапному человеческому потоку, и испуганных молодых людей волной цунами моментально унесло в зал. Кем-то вызванная полиция моментально прибыла и смогла кое-как навести порядок, но к тому времени музыкантам порядком досталось, так что была вызвана и «Скорая помощь». Зрители, ещё недавние и непосредственные участники событий, не пожелали быть таковыми официально и прыснули зайцами изо всех ходов и выходов, оставив клуб практически пустым.

Конечно же, Аня и Маша стали невольными участницами происшедшего. Вид увеселения «разбери кумира» пришлось лицезреть в непосредственной близости от происходящего, что совсем не порадовало. Отнюдь, вид обезумевшей толпы поверг в ужас и заставил побыстрее выскользнуть на ночную улицу вслед за остальными.

Они ещё успели заметить белую машину с красным крестом, мелькнувшую на повороте, как перед ними возникла Элисон с крайне взволнованным лицом. Убедившись, что с её гостьями всё в порядке, она затараторила:

– Вот это вечеринка!.. С ума сойти! Сенсация просто!.. Мы вон с ребятами считаем, что им нельзя было выступать в таком месте, да? Говорят, что их сильно помяли. Кто-то снял даже! В любом случае, сейчас уже делать тут нечего. Завтра вот собираемся идти в больницу, там наши собираются. Вы пойдёте?

Аня и Маша пожали плечами и переглянулись.

– А пойдём, как раз всё узнаем сразу. Ладно, это завтра… А на сегодня всё!

– Э-э… Знаешь, ты нас извини, Элисон, мы немного погуляем, – выдавила, наконец, Маша и слегка сжала руку сестры.

Аня удивлённо взглянула на неё, но промолчала.

– Да? Не заблудитесь? Ну ладно. Позвоните, как доберётесь, я пока тоже не домой… До скорого!

Девушка огляделась и направилась к небольшой группке людей, дожидающейся её у машины. Сёстры помахали ей вслед.

***

– Ну и что ты задумала? – поинтересовалась Аня у бледной сестры.

Ей и так казалось странным, что уже несколько дней Маша ходила сама не своя. А во время концерта… стояла как статуя, безотрывно глядя на сцену и утирая слезящиеся глаза. Аня прекрасно помнила сильный нервный срыв, произошедший с кузиной пару лет назад. Из пучины страшной депрессии той помогла выбраться только музыка MUSE. О чём же сейчас думает её дрожащая непутёвая сестрёнка?..

Вместо ответа Маша посмотрела по сторонам и быстро направилась к одному из полицейских, опрашивающего немногих оставшихся очевидцев.

– Простите, а Вы… Не могли бы сказать, куда отвезли этих музыкантов? Друзья интересуются, – поспешно добавила стремительно розовеющая девушка под насмешливым взглядом стража порядка. Мужчина вдруг усмехнулся и назвал с улыбкой название больницы.

– Передайте друзьям, что они поправятся. Ох-х, фана-атки, – протянул он пренебрежительно, обращаясь к своему напарнику и отходя с ним к служебной машине.

Маша кинула ему вслед благодарный взгляд, огляделась вокруг и буквально бросилась к стоявшему неподалёку такси, сделав знак сестре следовать за ней. Обеспокоенная и заинтригованная, Аня пошла догонять её.

========== Глава 4 ==========

Здание клиники находилось совсем недалеко от клуба. Возле главного входа стояли группки людей с логотипами и фотографиями коллектива на одежде, некоторые из них держали в руках фотокамеры. Кое-кто из них, как заметили девушки, был и на концерте. Все нетерпеливо ждали новостей и оживлённо беседовали.

Вдруг из центральных дверей вышел подтянутый мужчина в строгом костюме с жёстким выражением лица и колючими, но усталыми глазами за линзами дорогих очков. Он обратился к собравшейся публике, которая сразу же навела на него объективы камер и смартфонов:

– Добрый вечер! Спасибо, что пришли поддержать группу MUSE. Я могу сообщить, что на данный момент их самочувствие сейчас не вызывает опасений, ребята нуждаются в покое и отдыхе.

– Сколько времени может занять лечение? – раздался вопрос из толпы.

– Предположительно, около месяца, – собравшиеся зашумели, Том (менеджер группы) поднял руку. – Это общие сроки, необходимые для полного восстановления и расследования, необходимого по данному происшествию.

– Уже установлены виновные? – поинтересовался кто-то.

Томас покачал головой:

– Пока нет, но мы обязательно всё выясним. А сейчас мне хотелось бы сделать небольшое объявление, – прокашлявшись, мужчина продолжил:

– Все вы понимаете, что музыкантам необходим квалифицированный уход. Думаю, что вы согласитесь и с тем, что им нужны тишина и покой в период выздоровления. Поскольку вред, нанесённый им, исходил от некоторых из вас, господа поклонники, то теперь вы можете принести им максимум пользы. В связи с этим я предлагаю должность временной санитарки тем из вас, кто имеет медицинскую квалификацию, психическую устойчивость и, самое главное, – преданность интересам участников группы! Будет проводиться собеседование, так что желающие могут обращаться по адресу на листовках, которые сейчас раздают мои помощники. В дальнейшем я буду информировать прессу о самочувствии музыкантов. Следите за новостями в соцсетях и на сайте группы. Ещё раз всем спасибо, до встречи!

Сопровождаемый гулом голосов и вспышками фотокамер, мужчина вернулся в здание. Кое-кто из репортёров заспешил к машинам, большинство фанатов тоже начали неторопливо расходиться. Все бурно обсуждали услышанное. Воодушевлённо и мечтательно вздыхали девушки и даже некоторые из парней.

Ухватив последнюю листовку с адресом, сёстры решили, наконец, вернуться в пансион: на сегодня событий им было явно достаточно.

Лёжа рядом на огромной кровати, они долго молча думали о предложении менеджера. Обе нехотя признавались себе, что могут затребовать из России копии дипломов о студенческой медподготовке, могут позволить потратить время на эту безумную авантюру. Ане бы руки оторвали в издательстве за такой материал, Маше был бы открыт доступ в магистратуру.

Но готовы ли они сделать это?.. Хватит ли у них квалификации, а, главное, – душевных сил, терпения? Да и пройдут ли они кастинг, где наверняка яблоку негде будет упасть? Как смогут они беспристрастно выполнять свои обязанности, зная, что эти молодые мужчины – предмет обожания многих людей?

Не сговариваясь, они повернули к друг другу головы, увидели свои озабоченные лица и рассмеялись. Они пойдут вместе, а там будь что будет!..

========== Глава 5 ==========

Придя в указанное на листовке место, представленное маленьким офисом в одном из крупных бизнес-центров, сёстры сразу же поняли, что и сегодня, и завтра ничего не добьются – желающих было так много, что очередь заполонила практически весь этаж. Тем не менее, девушки покорно заняли местечко в уголке и принялись ждать.

Кандидатов (как они успели заметить) рассматривали довольно быстро. Тем не менее, черёд их настал только на третий день. Вопросы, который задавал незнакомый паренёк, не были сложными с медицинской точки зрения: упор, видимо, делался на ответственность и адекватность опрашиваемых. Аня отдала копии требуемых документов, получила обещание позвонить и уступила место сестре.

Они почти не ждали звонка, но всё-таки были очень рады и вместе с тем удивлены, когда их повторно пригласили в пустой уже офис и сообщили, что они приняты. Помимо них была ещё одна кандидатка: довольно красивая брюнетка лет девятнадцати, которая неприязненно поглядела на них. Встретивший всех Томас напомнил, какая ответственность лежит на них до выздоровления музыкантов, и строго перечислил все риски и обязанности, только вскользь упомянув о немногочисленных правах. После этого он выдал всем троим пропуска в больницу и ушёл.

Начать работу предстояло сегодня же, и потому сёстры на время простились – Маша поспешила в университет, чтобы уладить вопросы с кураторами, расписанием и посещаемостью, а Аня отправилась на встречу с Чарли. После недолгих раздумий, они решили сообщить молодым людям правду о том, почему они не будут видеться некоторое время, и надеялись, что те поймут всё правильно.

Так и оказалось: ребята, конечно, не очень обрадовались, что их временно променяли на селебритиз, но были заинтригованы таким невиданным прецедентом. Понимая, что для девушек (в связи с целью их поездки) это невиданная удача, брюнет попросил хотя бы возможность связаться с ней. Аня охотно заверила молодого человека, что новое приключение никак не повлияет на их дружбу.

Приехав в клинику, сёстры, однако, не обнаружили свою утреннюю знакомую. В приёмном отделении они узнали, что ей помешал внезапный острый приступ аппендицита, и от души посочувствовали бедняжке.

Однако, сейчас отсутствие такой конкурентки не могло не радовать, так как приятного в данной ситуации было немного: наличие у входа, лифта, в больничном коридоре поклонников группы и вездесущих папарацци, встретивших их появление довольно неоднозначно, очень встревожило обеих. В полной мере сёстры прочувствовали на себе бремя славы, уворачиваясь от объективов камер и крайне нелестных комплиментов. Профили в соцсетях уже были перегружены сообщениями, и девушки просто отключили их. Единственный, кто приветливо принял двух новых сиделок, был сидевший на стульчике у дверей палаты охранник – рослый детина лет тридцати – за что получил благодарные взгляды и улыбки.

Уладив все вопросы с предупреждёнными, но такими же недовольными ажиотажем в клинике врачами, девушки переоделись в выданную форму и поспешили к своим пациентам. Обход уже прошёл, и теперь до самого вечера проводились процедуры, для чего и требовалась их помощь.

Берясь за дверную ручку палаты в конце длинного коридора, Маша почувствовала знакомую растерянность. Белый пластик неприятно резал глаз. Назад пути уже не было. Но ведь она получила, что хотела, стала ещё на шаг ближе к ним… Сможет ли она справиться с этим?..

***

Сзади Аня легонько ткнула её кулачком, и девушки, наконец, толкнули двустворчатые двери. Их взгляду представилось довольно печальное зрелище. Комната, конечно, была хороша: просторная, светлая, на три кровати, отделенные друг от друга полупрозрачными шторками. Собственный санузел, уголок для посетителей, цветы и подарки на тумбочках… Всё бы ничего, но вид бледных, измученных, опутанных проводами музыкантов заставил сердца девушек сжаться от жалости и огорчения.

На солисте группы была кислородная маска, равномерно пикающий монитор ежесекундно диагностировал состояние его сердца, голова была забинтована. Бинты украшали и его товарищей. Все крепко спали.

Девушки тихонько подошли к кроватям, с благоговейным интересом разглядывая своих подопечных.

Даже лёжа на больничной койке, Кристофер внушал уважение. Его широкие плечи, обтянутые казённой голубой рубашкой в мелкий горошек, отлично гармонировали со спокойным, добродушным лицом, которое не портили даже царапины и синяки.

Доминик вблизи оказался невысоким и хрупким, как девушка. Его тонкие мускулистые руки, поросшие светлыми волосками, безвольно лежали вдоль туловища. Спутанные волосы придавали его лицу несколько детское выражение, уголки смешливых губ опустились. Маша вспомнила, что на всех фотографиях он улыбался, и сама грустно улыбнулась, глядя на него.

Мэттью и до болезни был худощавым и бледным, поэтому не казался больным. Как лидер коллектива, он пострадал больше всех: помимо травмы головы, он повредил и лицо, и руки. Изящные длинные пальцы были покрыты ссадинами. Аня осторожно дотронулась до них. Кожа неожиданно оказалась такой нежной, что девушка нерешительно погладила их, стремясь продлить приятные ощущения. С надеждой (и не без опаски) она посмотрела на его лицо, но оно оставалось таким же расслабленным.

Поправив молодым людям постели и проверив их общее состояние, девушки решили прибраться в палате.

За бытовыми хлопотами, посещением настороженных поначалу их присутствием родных и друзей, осмотрами и процедурами незаметно пролетел весь день, и, в общем, работы оказалось не так много. Персонал клиники оказался квалифицированный и дружелюбный, близкие музыкантам люди, видя, что девушки относятся к ним крайне уважительно, тоже не стали чинить препятствий. Все, как могли, помогали сёстрам, а те, бывшие сначала не в своей тарелке, быстро освоились в новой обстановке.