Текст книги "(Не) истинная. Во власти монстра (СИ)"

Автор книги: Missis Stranger

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 9 страниц)

39

Синди не знала, сколько длилось это пограничное состояние – часы, дни или целую вечность. Она то проваливалась в беспамятство, то бредила наяву, то цеплялась за тонкую грань реальности, которая тут же ускользала.

Мир сузился до размеров кровати.

Время потеряло смысл: рассветы и закаты сливались в одно серое пятно, каждый новый день приносил лишь свежую волну боли и пустоты.

Она пыталась удержать ускользающее сознание, но тело не слушалось, мысли путались.

Ничего другого больше не существовало: только она и эта бесконечная, раздирающая изнутри мука.

Постепенно, очень медленно, туман в голове начал рассеиваться.

Сначала появился назойливый дискомфорт: ломота в мышцах, сухость во рту, ощущение тяжести, будто на грудь положили плиту. Эти сигналы были неприятными, но – реальными.

Они стали якорем.

Собрав остатки сил, она попыталась подняться.

Каждый мускул протестовал.

Она опустила ноги на пол, дрожа, доковыляла до окна и отдёрнула штору. Яркий солнечный свет ударил по глазам, заставив зажмуриться.

Мир за окном был совершенно обычным. Небо – ярко-голубое, без единого облачка. Листва шевелилась от ветра, а на ближайшей ветке чистил перья взъерошенный воробей.

Всё это казалось ненастоящим, далёким, не имеющим к ней никакого отношения. Она чувствовала себя так, словно наблюдала за жизнью через толстое стекло. Хотя так оно и было.

Но даже этот чужой мир был лучше той бездны, из которой она только что выбралась.

С трудом добравшись до ванной, она шагнула под холодную воду. Ледяные струи обожгли кожу, ненадолго возвращая ясность. Смыв пот и липкую грязь, Синди посмотрела на своё отражение – бледное, осунувшееся, измождённое.

Девушка побрела на кухню. Дрожащими руками она взяла стакан и открыла кран. Первый глоток дался с трудом, горло сжалось спазмом, желудок бунтовал, но она продолжала пить – медленно, через силу.

В этот момент входная дверь хлопнула.

Синди замерла. Тяжёлые, неровные шаги. В проёме появилась тень.

Аарон. Небритый, пьяный, с налитыми кровью глазами. От него несло алкоголем и яростью.

Облегчение длилось ровно секунду – он жив. А потом пришёл страх.

– Что… что случилось? – прошептала она.

Он не ответил. Только шагнул ближе, тяжело дыша.

– Я ждала тебя… волновалась, – выдавила Синди.

Аарон усмехнулся криво, с отвращением:

– Волновалась? Не смеши меня.

– Где ты был так долго? Почему не отвечал? Что с тобой?

– Что со мной? А ты как думаешь? Это всё твой чёртов брат! Как же я вас всех ненавижу!

Мужчина выхватил стакан из её рук и запустил его в стену – осколки брызнули во все стороны.

– При чём здесь мой брат? Что ты несёшь? – крикнула Синди, сжавшись в комок.

Он ударил кулаком по столу.

– Он сломал мне всю жизнь!

Синди отшатнулась.

– Аарон, я не понимаю… о чём ты⁈

Мужчина медленно повернулся к ней, глаза горели безумным огнём.

– Правда не понимаешь? Хотя куда тебе. Ты всегда хотела большего. Большего, чем могла предложить тебе твоя жалкая жизнь. Я дал тебе это. Власть, деньги, секс и вечный кайф. Ты же этого хотела? Пустоголовая идиотка. Посмотри на себя! В кого ты превратилась? Кому ты была бы нужна, если б не твой брат?

Синди начинала осознавать.

– Ты просто использовал меня, чтобы добраться до него…

Мужчина шагнул ближе.

– Дошло наконец? Ты лишь инструмент, глупая кукла. Ничего больше, – прошипел он.

Его слова, сказанные так буднично, столь безжалостно, будто скинули с неё последнюю иллюзию. Она всегда видела в их отношениях нечто большее, чем просто секс – надежду, спасение, даже любовь. Но теперь, глядя на искажённое яростью лицо оборотня, она осознала всю глубину своего заблуждения.

Он схватил её за руку, рванул к себе.

– Ты просто моя вещь. Была. Есть. И будешь, пока я не наиграюсь или не решу иначе. Ты заплатишь мне за всё! За все мои унижения по вине Блэквуда, просто потому что носишь ту же фамилию.

Синди дёрнулась.

– Да пошёл ты! – выплюнула она, стараясь придать голосу уверенность.

Аарон рассмеялся, смех его был полон желчи и боли. Он сжал её руку сильнее, оставляя багровые следы на коже:

– Я отомщу ему через тебя. Ты будешь страдать за него, слышишь? Каждую секунду.

40

Эта глава содержит сцены сексуального насилия, физического и психологического абьюза, принуждения и травматических переживаний. Она предназначена исключительно для взрослой аудитории (18+).

Если подобные темы могут вызвать у вас сильный дискомфорт, триггер или ухудшение состояния – пожалуйста, не читайте дальше. Автор не поддерживает и не романтизирует насилие в реальной жизни. Всё происходящее в тексте – вымысел.

Синди плюнула ему в лицо.

– Отпусти меня! Ты больной ублюдок.

Аарон вытер щёку тыльной стороной ладони. Улыбка медленно сползла с его лица. Он смотрел на неё сверху вниз несколько долгих секунд и влепил ей пощёчину с такой силой, что она упала, не устояв на ногах. Боль пронзила всё тело.

Потом наклонился, упёрся руками по обе стороны от её головы. Запах перегара ударил в лицо.

– Ты правда думаешь, что можешь так со мной разговаривать? – спросил он тихо, почти шёпотом.

Синди попыталась отодвинуться, но спина уже упиралась в ножку стола. Она только сильнее вжалась в пол.

– Отпусти… пожалуйста, – голос сорвался.

Он не ответил. Просто протянул руку и медленно, демонстративно провёл пальцами по её щеке – там, где только что ударил. Кожа горела. Синди дёрнулась, но он тут же схватил её за подбородок, заставив посмотреть ему в глаза.

– Твоя храбрость достойна восхищения, – произнёс он. – Но она бесполезна. Я могу раздавить тебя в любой момент.

В глазах Синди вспыхнула ярость. Собрав остатки сил, она попыталась ударить Аарона ногой, но он с лёгкостью уклонился, перехватив её лодыжку. Синди охнула от неожиданности.

Аарон притянул её ещё ближе, придавив своим телом. Теперь их лица разделяли считанные сантиметры.

– Ты думаешь, что сможешь сопротивляться мне? – прошептал он, его дыхание обжигало её кожу. – Но правда в том, что я могу делать с тобой всё, что захочу.

Синди задыхалась – не столько от боли, сколько от его близости, от осознания собственной беспомощности.

– Я не боюсь тебя, – прохрипела она, стараясь говорить как можно увереннее.

– Боишься, – усмехнулся он. – Я вижу это в твоих глазах.

Он наслаждался её страхом, питался им.

Синди билась, царапалась, кричала – но он был сильнее.

– Не стоит тратить силы, детка, – промурлыкал Аарон, не обращая внимания на её проклятия. – Твои жалкие попытки лишь распаляют меня.

Она всё равно сопротивлялась – коротко, отчаянно, пока хватало сил. Он ждал, пока она устанет. Когда её движения стали слабее, он одной рукой перехватил оба её запястья, а второй грубо, без предупреждения, скользнул между её ног.

Синди сжалась, пытаясь отстраниться.

– Нет. Не надо. Аарон… пожалуйста…

Он не позволил. Его пальцы вторглись в неё, двигаясь медленно, уверенно, исследуя каждый изгиб, каждую складку. Синди сжала кулаки, борясь с волной предательского жара, что разливался по телу.

«Нет, только не это», – мысленно повторяла она, но дыхание сбивалось, предавая её.

– Видишь? – прошептал он ей на ухо. – Ты всё ещё хочешь меня.

– Нет… я тебя ненавижу!

– Твоё тело честнее, чем ты, – прошептал он, ускоряя темп. Его большой палец надавил на чувствительную точку, заставив её выгнуться дугой. Синди закусила губу до крови, чтобы не закричать, но стон всё равно вырвался – смесь ярости и невольного наслаждения.

Аарон расстегнул брюки и схватил её за бёдра, раздвигая ноги шире. Вошёл в неё одним резким толчком. Синди всхлипнула, но он лишь прижал её сильнее, двигаясь глубоко, властно.

– Кричи, если хочешь. Здесь тебя никто не услышит, – прохрипел он, ускоряя темп.

И Синди закричала – уже не в силах сдержаться: от ярости, от унижения, от того, что тело всё равно отвечало, выгибалось, дрожало. Она ненавидела его. Но себя она ненавидела ещё больше – за этот жар, этот стыд, это предательство собственной плоти.

Волна накрыла её против воли – унизительная, яростная, разрывающая.

Когда всё закончилось, Аарон тяжело отвалился в сторону, тяжело дыша. Он даже не посмотрел на неё.

Синди не могла пошевелиться. Она лежала на боку, подтянув колени к груди. Всё тело ныло. Горло саднило от криков и слёз. Потом пришло тошнотворное ощущение грязи. Она чувствовала себя грязной изнутри и снаружи одновременно.

Слёзы хлынули внезапно, без предупреждения – не красивые, не тихие, а судорожные, с хрипами и всхлипами. Она зажала рот ладонью, чтобы не завыть в голос, но тело уже трясло мелкой дрожью.

Желудок скрутило спазмом. Синди едва успела повернуть голову в сторону, прежде чем её вырвало – жёлчью и той водой, которую она с таким трудом выпила.

Девушка просто закрыла глаза и молилась только об одном: чтобы он ушёл. Прямо сейчас. Исчез и оставил её одну.

Аарон поднялся, застегнул брюки и вышел из кухни, хлопнув дверью. Только тогда Синди позволила себе разрыдаться по-настоящему – громко, отчаянно, как раненое животное.

41

Эта глава содержит описание глубоких травматических переживаний, самоуничижения, суицидальных мыслей.

Текст предназначен исключительно для взрослой аудитории (18+).

Автор не поддерживает и не романтизирует насилие, абьюз или любые токсичные отношения в реальной жизни. Всё происходящее в тексте является вымыслом и служит исключительно художественным целям.

Если вам сейчас тяжело и вы нуждаетесь в поддержке, пожалуйста, обратитесь за помощью к специалистам или на горячую линию психологической помощи.

Берегите себя.

Синди продолжала лежать на кухонном полу, прижав колени к груди, и чувствовала себя отвратительно – физически, морально, духовно. Всё тело ныло, а внутри осталось мерзкое, липкое ощущение чужого присутствия.

Девушка задавала себе вопрос: как она могла принимать это всё за любовь? Любовь не может быть такой болезненной, такой извращенной.

Что же было не так? Где она совершила ошибку? Синди перебирала в памяти воспоминания, пытаясь найти ту точку невозврата, тот момент, когда всё пошло наперекосяк.

Может, она сама виновата, что была слишком слабой, слишком доверчивой?

Слишком хотела, чтобы её наконец-то спасли.

Или же с самого начала Аарон был таким, а она просто отказывалась видеть правду, закрывала глаза, предпочитая жить в мире иллюзий? Этот вопрос жёг изнутри, заставляя копаться в себе и находить всё новые доказательства собственной глупости.

Она просто запуталась, приняв зависимость за нечто большее.

Ей пришлось пройти через всё это, чтобы понять и разобраться в своих чувствах.

Она больше не знала, как верить, как любить, как смотреть в будущее без страха.

«Это моя вина», – эта мысль была острая как бритва. Она резала изнутри, но не убивала. Только заставляла чувствовать себя ещё грязнее.

Казалось, что весь мир вокруг неё стал серым и враждебным, а единственное, что осталось, – это желание спрятаться, исчезнуть, раствориться, лишь бы не чувствовать ничего.

Ей срочно надо выпить.

С трудом поднявшись,

Синди начала шарить в шкафчиках, в надежде найти хоть что-нибудь, чтобы заглушить тошноту. Но они, как и обещал Аарон были пусты.

Только пыль и одинокий окурок в пепельнице. Она выудила его дрожащими пальцами, прикурила от газовой плиты. Никотин обжёг горло, но не заглушил боль. Только добавил тошноты.

Слезы снова потекли по ее щекам.

Она вытирала их тыльной стороной ладони и продолжала курить, глядя в одну точку.

Она поняла, что должна что-то изменить, что не может продолжать так жить. Но как? Как выбраться из этой ямы отчаяния, в которую она сама себя загнала? Синди не знала ответа.

Вдруг ее взгляд упал на аптечку.

«Таблетки…» – промелькнуло в голове.

Может, там найдется что-то, что хоть немного притупит боль? Она рывком открыла её и принялась лихорадочно перебирать пузырьки и коробочки.

Анальгин, активированный уголь, пластырь…

Все не то.

Нужно было что-нибудь, что усыпит сознание, унесет ее прочь от этой реальности.

И тут взгляд зацепился за знакомую упаковку. Снотворное.

«Все лучше, чем ничего,» – подумала она, судорожно срывая блистер.

Не читая инструкцию, она выдавила несколько таблеток и поднесла ладонь к губам, но в последний момент замерла.

В голове вдруг стало тихо. Не спокойно – мертвенно тихо. Словно кто-то выключил весь шум отчаяния одним щелчком.

Она смотрела на таблетки и впервые за этот вечер увидела себя со стороны.

Жалкую. Сломанную. Готовую выпить что угодно, лишь бы не чувствовать, что с ней сделали.

Что она творит?

Отчаяние сменилось стыдом. Жгучим, обжигающим стыдом. Она швырнула таблетки в раковину и снова опустилась на пол, прикрыла глаза.

Что она делает? Зачем травит себя? Неужели она действительно так слаба, что не может справиться с собой без помощи химии?

Слезы продолжали литься, перемешиваясь с чувством вины и безысходности.

Может быть, Мейсон прав, и она действительно нуждается в помощи.

Но признавать это было страшно. Проще утонуть в этом болоте, чем протянуть руку и попросить о спасении.

Синди долго сидела неподвижно и смотрела на свои синяки.

Онп чувствовала животный, первобытный страх – страх перед Аароном, перед собой, перед тем, во что она превратилась.

И в этой тишине, среди страха и отвращения к себе, родилась простая, ясная мысль.

«Я должна уйти. Пока ещё могу, пока не сломалась окончательно».

Она больше не будет прятаться. Не будет глотать таблетки, чтобы забыться. Не будет искать виноватых.

Не будет плыть по течению, в надежде, что кто-то явится и спасёт её.

С неё хватит!

Хватит бежать от проблем.

Хватит прятаться в алкогольном дурмане.

Хватит ждать, пока он снова придёт и напомнит ей, кто здесь главный.

Она вернётся в клинику. Добровольно. Ляжет на лечение. Будет проходить терапию, всё, что нужно.

Даже если придётся признать, насколько она слаба.

Это не победа. Это не сила. Это просто выживание.

Синди вытерла слезы и глубоко вздохнула. Впервые за долгое время этот вдох не принес боли.

Он принёс ясность.

«Я ухожу от тебя, Аарон, – подумала она, глядя в тёмное окно. – Не потому что стала сильной. А потому что больше не хочу быть твоей.»

С этой мыслью, собрав остатки воли в кулак, она поднялась и побрела в ванну.

Эпилог

Синди вымылась. Дважды. Вода была почти кипятком, но грязь изнутри не отмывалась. Потом она зашла в спальню и надела первое, что попалось под руку. Она не хотела при таком разговоре быть голой.

Одежда давала хоть какую-то иллюзию защиты и позволяла чувствовать себя не такой уязвимой.

И пошла искать Аарона.

Теперь она стояла в дверях его кабинета, босая, с мокрыми волосами, прилипшими к щекам и слушала как мужчина говорил по телефону. Голос спокойный, почти ласковый.

– … если к завтрашнему вечеру фирма не будет переоформлена на меня, я посажу её на цепь как собаку и заставлю трахаться со всеми за деньги. Или даже пущу по кругу. Все узнают, что сестра великого Блэквуда наркоманка и проститутка.

Я не шучу, Мейсон. Я никогда не шучу.

И ты потеряешь всё. Как с тобой можно вести бизнес, если ты собственную семью контролировать не можешь?

Аарон усмехнулся и положил трубку. Обернулся. На лице – довольная, сытая улыбка человека, который только что получил всё, что хотел.

Синди почувствовала, как внутри что-то рвётся.

– Ты ведь это сказал не всерьёз? – голос вышел хриплым, сорванным. – Просто… чтобы припугнуть его?

Аарон посмотрел на неё так, будто впервые заметил. Холодный, оценивающий взгляд. Сканер, который уже подсчитал её остаточную стоимость.

– Я сказал ровно то, что хотел сказать. Ты знаешь, что я не бросаю слов на ветер.

– Ты не можешь так со мной поступить… – Она всё ещё надеялась. Глупо. Отчаянно. – Не после всего…

Он шагнул ближе. Улыбка стала шире, но в глазах – пустота.

– Милая… Ты до сих пор думаешь, что я трачу время на пустые угрозы?

Это «милая» заставило её дернуться, как от пощёчины.

Она вспомнила его руки на своём горле, его пальцы внутри, его смех, когда она кричала.

– Но… ты говорил, что любишь меня, – прошептала она. – Ты вытащил меня из клиники. Помог… поддерживал…

Аарон рассмеялся. Низко, искренне, как над удачной шуткой.

– Какая же ты идиотка.

Синди отшатнулась. Стена за спиной остановила её. Слёзы текли сами, горячие, злые.

– Всё… всё, что было между нами…

– Ресурс, – спокойно поправил он. – Твоя молодость, твоя красота, твоя зависимость. Очень удобный ресурс. А теперь, когда Мейсон почти сломан, ты мне больше не нужна. Но можешь ещё послужить. Как урок.

Он протянул руку и провёл пальцем по её щеке – точно так же, как после пощёчины на кухне.

Синди вздрогнула и поняла он никогда её не отпустит.

В этот момент что-то внутри неё наконец лопнуло.

Не ярость. Не месть. Сначала – пустота. Абсолютная, чёрная, бездонная. А потом из этой пустоты поднялось нечто другое. Холодное. Древнее. Голодное.

Глаза Синди вспыхнули янтарным огнём. Кости в груди хрустнули, перестраиваясь. Кожа на руках лопнула, выпуская острые, чёрные, как обсидиан, когти. Тело выгнулось, мышцы вздулись, рвущая боль смешалась с невероятной силой.

Аарон успел лишь удивлённо вскинуть брови.

Она ударила.

Рука пробила грудную клетку так легко. Пальцы сомкнулись вокруг горячего, ещё бьющегося сердца.

Она вырвала его не колеблясь, одним движением.

Аарон Олдбрук рухнул на колени, потом на бок.

Его глаза остекленели от ужаса и неожиданности. Кровь хлынула на ковер, окрашивая его в багровый цвет

Синди стояла над ним, тяжело дыша. Когти медленно втягивались обратно, кожа затягивалась. Янтарь в глазах угасал, оставляя только усталую, пустую синеву.

Она смотрела на сердце в своей ладони. Оно ещё пару раз сократилось и затихло.

– Всё кончено, Аарон.

Ты думал, что сломал меня окончательно, но ты ошибся.

И больше никто… никто никогда не будет мной управлять.

Кровь капала с пальцев на пол.

Она бросила сердце на его грудь. Оно шлёпнулось с влажным звуком.

– Видимо, мне правда нужно было достичь самого дна, – тихо произнесла она, – Чтобы от него оттолкнуться.

Синди повернулась и пошла к выходу, оставляя за собой красные следы босых ног. Её любовь, зависимость, иллюзия спасения – осталась лежать на полу вместе с трупом.

Она оставляла позади свою прежнюю жизнь, как змея, что сбрасывает старую кожу, чтобы обрести новую…