Текст книги "Кома: Оружейники (СИ)"

Автор книги: Metallum7

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Глава 20. Сердце

Натан слушал и холодел с каждый словом. Его словно в прорубь опускали и резко поднимали и так десятки раз.

– Ну же, отомсти мне! Давай, спустись! – Алан уже приготовил мачете для драки.

– А честно драться слабо? Без мачете? – Натан чуть дрогнул от злости, прожигая противрика взглядом.

– Да пожалуйста, – с этими словами Алан отвернулся и положил мачете бережно на стол, словно оружие было из хрусталя.

От Натана уже и след остыл, когда агрессор был готов к бою.

"Я что дурак с ним драться" – думал Натан, закрывая двери второго этажа на засов.

Далее Натан бездумно слонялмя по коридорам второго этажа, пытаясь найти в этом лабиринте что-то полезное и таки нашел.

В одной из немногих открытых комнат, иметированных под праздничный банкет, юноша нашел два скрепленных обручальных кольца, сияющих золотым.

Натан посмотрел воспоминание свадьбы Алана и Мики. Камиль не стал говорить тост и весь вечер глазел на Мику в свадебном платье.

"Вот она. Ревность" – сразу понял Натан.

В итоге Камиль не выдержал, отвел Алана в сторону и признался, что срочно вызвали на работу. Алан поверил с трудом, но понял друга. Так Камиль ушел самым первым, перед этим вновь глянув на красавицу-невесту.

Натан вернулся в реальность. Юноша знал, что Камиль любил Мику и завидовал Алану, но сторался туда не лезть.

"Значит, Камиль ревнует. Это я знал, но не думал, что так сильно. Может, Алан его убил в качестве мести за то, что Камиль заглядывался на Мику? Может быть, но что тогда случилось с Аланом и Микой? Почему Камиль сбежал за границу?".

Натан отправился дальше исследовать комнаты, пока не пришел злой Алан или не случилась еще какая-то ерунда, которая может помешать.

Натан открыл очередную комнату, на которой было что-то написано, но юноша не стал это читать.

Юноше тут же открылся вид на серые стены, увешанные детскими рисунками.

– Что это за место? – спросил сам у себя Натан, касаясь рукой старых бумаг.

На первой попавшийся картинке был косо криво нарисован белый кот с двумя желтыми точками вместо глаз. В углу красовались надписи: "Алан хоуп, "Джаспер". 1 класс. /4".

"Мда. Художник из Алана не очень" – думал Натан, рассматривая другие рисунки. На следующих шедеврах Лувра ничего не менялось, кроме цифры класса – она становилась больше.

Комната продолжалась, но только за перегородкой. Натан не стал скромничать, поэтому зашел и туда и чуть инфакт не свхатил, когда увидел на подоконнике сидящего Алана.

"Слава Богу это не агрессор".

Этот Алан был в серой одежде, худой, уставший и сливающийся с комнатой. Напротив него пространство комнаты было забито цветами, похоронными венками, свечами и фото Дженни Хоуп в середине этой похоронной комнаты.

– Камиль, пошел к черту отсюда, – сразу же огрызнулся Алагн, по ощущениям, вложивший все свои жизненные силы на эту грубость.

– Расстрою тебя, но я не Камиль, – Натан знал, что это не сработает, но попробовать стоило.

Алан не стал больше ничего говорить: он просто сидел и грустил. Возможно, Натан был слишком эмпатичный, но он тоже взгрустнул, смотря на фото этой прекрасной женщины. Жаль, что она так рано умерла. Ей было чуть больше сорока.

– Знаешь, это наверное не самая приятная информация для тебя, но детские мечты бессмысленные и беспощадные. Я лет до двенадцати был влюблен в твою маму, – Натан старался не смотреть на Алана.

"Надеюсь, за эти слова я не получу в жбан. Зачем я вообще это ему говорю? Вообще-то это моя тайна. А ну и фиг с ней".

– Она всегда была такой красивой, доброй и одинокой. Я плохо ее знал, лишь иногда видел, все-таки в одном районе живем и недалеко друг от друга. А потом я вырос. А потом она умерла. Я когда узнал это от Камиля, чуть слезу пустил. Жаль ее, – Натан все-таки замолчал. Решил, что на этом стоит остановиться.

– Что-что ты сделал? – оживился Алан, наконец, заинтересовавшись разговором.

– Слезу пустил. А что? – Натан посмотрел на Алана и они встретились взглядами.

Голубые глаза скорбящего блеснули огнем и от радости юноша спрыгнул с подоконника.

– Натан!? – воскликнул он, оживившись и схватив юношу за плечи.

– Ты меня... узнал? – Натан улыбнулся, разделяя его радость.

– Конечно! Прости, что принял тебя за Камиля! Как я мог вас перепутать... Камиль не признает мужские слезы, – Алан на радостях обнял Натана без стыда и совести. Не ясно, с чего вдруг такая радость, учитывая, что в жизни Алан и Нат общались только на каких-нибудь шашлыках раз в год.

– Не сломай мне ребра, – тихо пропыхтел Натан.

Оба они вышли из комнаты скорби, а то как-то неправильно они себя вели возле портрета умершей Дженни Хоуп.

– А что ты здесь делаешь? Тебя не должно здесь быть... – Алан нахмурил брови.

– Меня не отпускает отсюда злой Алан. Так что я тут пытаюсь узнать, что случилось с Камилем и вырваться из лап агрессора, – объяснил ситуацию Натан.

– Натан... ты захлебываешься, – вдруг произнес Алан, внимательно всматриваясь в лицо Натана.

– Что? – нервно хихикнул Натан.

Алан резко коснулся плеча Натана и юноша очнулся в ванной.

– Где я? – спросил юноша, не сразу узнав свою ванную коинату. Натан почти сразу увидел на углу ванной скорбящего Алана. – Ааа! Отвернись, пожалуйста.

Натан попытался в панике прекрыться.

– Слушай, Натан, ты сейчас просыпаешься и делаешь резкий выдох, хорошо? Не пытайся сделать вдох! – говорил с ним Алан, игнорируя просьбы и панику Натана.

– Да я понял!

Натан резко сделал выдох, хотя очень хотелось и вдох и с диким кашлем, путешественник по миру мертвых вынурнул из воды, выплевывая все то, чего успел наглотаться.

Юноша кашлял и не мой придти в себя. Хорошо, что мама крепко спит и даже не увидела этой жуткой картины, как ее сын чуть не утонул в ванной.

Натан еле вылез из остывшей воды, обтирая сморщенную замерзшую кожу полотенцем. Хоть и время было три ночи, Натан не мог сейчас садиться и паниковать: надо срочно вернуться в Кому.

Юноша оделся, добрался до своей спальни и там завалился спать и не зря.

Натан вновь видит перед собой Алана.

– Спасибо, – кивнул ему Натан, понимая, что Алан его только что спас. Правда другой Алан чуть не убил, додумавшись забрать юношу в Кому, пока тот моется.

– Пожалуйста. Слушай, я все понял! Тебе надо найти какой-то слом момент со всеми Аланами. Мы втроем поможет с агрессором! – Алан торопился и ясно почему: небось он тоже чувствует то, как сердцу Натана все хуже.

– Класс. И какие сломаные моменты у других Аланов и нужны ли они, если меня не отпускает лишь злой Алан? – поинтересовался Натан, аккураьно почесывая свой недавно разбитый нос.

– Просто нового Алана мы не знаем. Никто не знает, какой у него переломный момент, но согласись, нам будет проще, когда нас много?

Натан нехотя с ним согласился. И вот, они с Аланом вышли в зал первого этажа.

– Я тут злого Алана оставил, – напомнил Натан своему новоиу другу.

– Зря ты так. Он не злой, просто сложный. И мы ищем не его.

Их разговор прервал Алан, которого Натан видел, как только впервые вошел в особняк.

– Алан, рад тебя видеть. Чего этот монстр за тобой увязался? – спросил блондин, имея ввиду под "монстром" Натана, точнее Камиля.

– Алан, он не... – скорбящий Алан не успел договорить, на арену ворвался тот, от кого Натан убегал здесь.

– А вот и он. Спасибо, что привели его ко мне. Хвалю! – радостно воскликнул Алан, сжимая рукой мачете и скалясь на Натана.

"Ведет себя, как бешенная псина" – подумал Натан.

– Алан, нет, это не Камиль! – вдруг сказал скорбящий Алан, вырываясь вперед и закрывая собой Натана.

"Какой же ужас. Три Алана в одной комнате. Спасибо, мой хороший Алан. Пожалуйста, защищай меня от самого себя".

– Алан, прошу, не надо убивать Камиля, – блондин тоже встал рядом с Аланом, закрывая собой Натана.

"А ты-то чего сюда полез? Ты же во мне Камиля видишь! Хотя, ты у нас добродушие, кто тебя знает".

Натан стоял позади них и радовался тому, что теперь у него есть защитники.

– Отошли оба. Или ты забыл, как раны зализывал, после того, как пытался закрыть собой Камиля от меня!? – агрессор перешел на крик.

Натан уловливал каждое слово и, судя по тому, что агрессор смотрел на блондина, адресовано это было Добродушию.

"То есть когда-то здесь был Камиль и Алан точно также закрыл его собой, за что получил от агрессора. Ужас, мне надо что-то делать, иначе злой Алан устроит мессиво".

– Эй, придурок! – Натан метнулся к лестнице, покидая безопастностное место за спинами Аланов.

Агрессор тут же бросился в погоню, но его под руки схватили блондин и скорбящий Алан.

Натан уже поднялся до балкона и посмотрел вниз, как только послышался крик.

– Алан, нет!

Юноша увидел ужасную картину: агрессор с легкостью оттолкнул скорбящего Алана и тот урал, ударившись головой о кресло. Блондин тоже пытался задержать агрессора, но тот замахнулся на него мачете.

– Алан, беги! – крикнул в панике Натан, но было уже поздно.

Маяете прочертило по Алану, оставляя за собой шлейф из красных лепестков. Блондин упал на пол боком и больше не вставал.

"Он... он убил их? Один Алан убил двух других?"

Натан не понимал, что происходит, но точно знал, что надо увести агрессора и вернуться к Аланам и как можно быстрее.

Так под крики и обязательства Алана, Натан пробежался пару кругов по второму этажу, постоянно путаясь в коридорах. Наконец, когда Алан где-то отстал, Натан вернулся на первый этаж.

Юноша первым делом подбежал к скорбящеиу Алану, взял его за руку, пытаясь нащупать пульс.

– Живой, – вынес вердикт Натан и подбежал к блондину.

Алан лежал на боку и тяжело дышал. Вокруг были разбросаны красные лепестки, особенно их много было под Аланом.

– Алан, ты как? – Натан сел на пол и аккуратно коснулся плеч блондина, желая перевернуть его.

– Все хорошо, Камиль. Не думай обо мне, думай а своих поступках, – Алан говорил с трудом, видно, что ему больно.

– Я не могу о тебе не думать. Ты меня спас, – Натан аккуратно перевернул раненного на спину, перед этим он обернулся на скорбящего Алана, который так и лежал без сознания.

Натан осмотрел рану блондина: чуть выше линии груди проходил ужасный порез, из которого без перерыва лезли алые лепестки.

– Это, наверное, ужасно больно. Где-нибудь есть аптечка? – Натан, попытался рукой зажать самый глубокий участок пореза.

Блондин смотрел на него затуманенным взглядом, словно помирать собрался.

– Камиль... я хочу чтобы ты знал. Я не могу на тебя ненавидеть, – блондин еле выговаривал слова.

– Ты только не помирай мне тут, – Натан уже спокойно был готов отзываться и на "Камиля", раз уж так надо.

Процесс умирания прервала Мика, которая прибежала со второго этажа с аптечкой в руках.

Она не стала спрашивать, что случилось, а просто уже села рядом с Натаном и блондином.

– Я о нем позабочусь. Приведи в порядок другого Алана, – Мика всунула в руку Натану ватку с чем-то очень не вкусно пахнущим, а если перейти на откровенности, то с чем-то вонючем.

– Спасибо. Ну и аромат, – пожаловался Натан, перебираясь к своему "другу".

Весь этот цирк дополнил Джаспер, который прибежал и выпучил глаза на происходящее.

– Ну ты как? – спрашивала Мика Алана, обрабатывая ему раны.

– Жить буду, – позитивно ответил Алан.

– Я этого Алана... ох как я его теперь недолюбливаю, – Мика явно хотел сказать что-то на матерном, но решила промолчать.

Натан наклонился к бессознательному другу и приложил ватку к носу. Алан тут же распахнул глаза, дергая головой в сторону, лишь бы не нюхать эту гадость.

– Ты очнулся, – улыбнулся Натан, наблюдая за откашливанием своего нового друга.

– Еще бы. Такая гадость. Натан, извини за Алана. Нам всем за него стыдно, – признался Алан.

"Какой же абсурд".

– Мне не послышалось? – Мика отвлеклась от обработки раны.

– Да. Я узнал Натана, – признался скорбящий Алан, улыбаясь.

"Ты посомтри, я переживаю, а он тут лежит и лыбится".

– Надо что-то делать с агрессором. Он калечит теперь не только меня, но и других Аланов. Ты вообще чуть не помер. А если бы все-таки помер? Я не могу допустить того, чтобы из-за меня страдали другие, – Натан обращался к блондину. – Это ужасно. Вам не должно прилетать из-за меня. Прости, Алан. Я не хотел, чтобы ты пострадал.

– Что... – блондин встал, облокачиваясь на Мику.

Натан тоже подставил свое крепкое плечо Алану, помогая подняться.

Джаспер мяукнул просто по приколу, чтобы не было так тихо.

– Натан, это ты? – вдруг спросил светловолосый Алан, сверкнув глазами.

Он рассматривал Натана так, будто бы видел перед собой пришельца.

– Как ты это понял? – сразу же задала Мика самый важный вопрос.

– Ты думаешь о других... ты вернулся к нам, вернулся к Алану и ко мне... Камиль считал доброду глупостью, – Алан будто бы о чем-то глубоко задумался, смотря куда-то сквозь всех.

Натан уже привык ко всем трем Аланам, даже начал понимать, о каком именно Алане идет речь.

– Что ж, Натан. Ложись спать в девять, чтобы меня не обогнал злой Алан, – с этим заявлением Мика вернула Натана в реальный мир.

Юноша потянулся на кровати, перед этии сладко зевая.

– Какая же жесть, – сделал вывод Натан, вспомнив события сегодняшней Комы.

"Злой Алан... Какая же сволочь. Он убил Камиля, но не остановился на этом. Ему мало, он хочет убить меня и других Аланов. Ублюдок".

Натан вспомнил жуткий момент, когда проснулся в ванной. Он мог спокойно утонуть, но скорбящий Алан, добрая душа, решил спасти его.

День у Натана шел, как всегда, пока вечером не пришла Эмили. Юноша был только рад ее видеть.

– Привет, первым поздоровался Натан, впуская гостью.

Юноша подготовился: стол помыл, чай поставил, даже ужин приготовил, на случай, если Эмили будет голодна.

– Привет. Как ты? – первым делом спросила Эмили, когда они оба сели за стол.

Девушка принесла шоколад к чаю и вот, они оба ели и общались, как ри в чем не бывало и Натану это нравилось. Он не чувствовал больше никакого напряжения, знал, что девушка ему доверяет. Конечно, она часто спрашивала теперь про Кому, как себя юноша чувствовал, вот и сейчас разговор зашел на эту тему.

– Агрессор решил меня добить. Он забрал меня в Кому, пока я лежал в ванной. Я чуть не захлебнулся, меня спас другой Алан. Другой единственный Алан, который меня узнал, а потом к нему и блондин присоединился, – Натан рассказал Мике все, что было этой ночью.

Девушка его слушала внимательно, постукивая ногтями по кружке.

– Хреново. Вообще, я думаю, что тебе надо сосредоточиться на агрессоре: узнать, откуда он взялся и понять, чем ты можешь показать свои различие с Камилем, чтобы он тебя отпустил с концами в реальный мир, – разъясняла Эмили вслух, вместе с ним.

– Давай думать. Скорбящего Алана сломал момент, когда я упоминул то, что я плакал. Камиль презирал мужские слезы, осуждал Алана за то, что он тяжело переносит смерть матери. Добродушного Алана сломала то, что я проявил переживание за других, – Натан почесал виски, пытаясь заставить свой уставший мозг думать.

– Смотри. Скорбящему ты показал, что способен скорбить. Добродушному, что ты сам добродушен. Значит ли это, что агрессору надо показать агрессию? – Эмили сделала вполне логичный вывод, но Натану даже было страшно к злому Алану подходить.

– Думаю, что твоя версия логична. Алану, который боится, надо показать, что у меня тоже есть страх. Алану, который злой, надо показать, что я тоже могу агрессировать. Камиль тоже боялся и если я покажу свой страх – это не будет разницой между нами по идее. Все это так странно, – Натан устало вздохнул, ломая голову над Комой.

"Запутаннее не придумаешь".

– Это какая-то катастрофа. В Коме все логично и нелогично одновременно, – Эмили проводила взглядом Натана до столешницы.

Юноша, ничего не подозревая, поставил чашки и вдруг понял, что ему больно взлохнуть после выдоха. В грудной клетке что-то мешало и бедолага просто застыл на месте, стараясь зря не шевелиться.

Страх разъедал все внутри, вынуждая кровь вместе с ударами сердца громко биться об уши и виски где-то внутри, понемногу закипая.

– Натан? – Эмили почувствовала что-то не то, когда ее друг встал без движения. – Все хорошо?

Натан попытался вдохнуть, но ему стало так больно, что он еле слышно всхлипнул. В глазах начинало темнеть, ноги слабели.

– Натан! – последнее, что слышал юноша от своей подругой перед тем, как лечь на пол, положив руку на сердце.

Натан распахнул глаза и он стоял по середине самого первого зала, где в прошлый раз злой Алан устроил бойню.

Сейчас в зале был только Натан и Мика, которую он увидел, лишь повеернувшись на 180 градусов.

– Мика, что произошло!? – Натан в панике посмотрел на свои трясущиеся руки.

– Натан... – Мика смотрела на него очень серьезно, в то время, как в "зеркалах души" ее блестел ужас. – Натан, у тебя остановилось сердце.

Мика старалась это сообщить, как можно мягче, как врачи стараются спокойно рассказать пациенту про неизлечимый диагноз.

– Что!? – Натан начал дрожать всем телом, пытаясь переварить то, что только что услышал из уст Мики.

– Эмили вызывала тебе скорую. Не теряй времени, Натан. Я помогу. В пистолете седого Алана заключено финальное воспоминание, тебе надо найти его! Я видела Алана на верху. Не стой, идиот, быстрее, у тебя мало времени! Серлын запустят, но ему будет только хуже! – рывкнула на него Мика так, что Натан уже выполнял ее приказ, быстро поднимаяст по лестнице вверх.

На втором этаже Натан рванул направо: не знал, почему именно туда, но именно так он столкнулся с блондином.

– Натан, что ты здесь делаешь в такое время? Стой, твое сердце... – блондин был очень нерасторопный, но Натан не мог на него сердиться.

Добродушный Алан вел себя и выглядел, как ангел во плоти: на него даже прикрикнуть стыдно.

Натан пробежался взглядом по собеседнику и его не могло не радовать состояние блондина, а именно хорошее состоянии раны и бирт под одеждой.

– Знаю. Срочно, Алан, ты не видел седого Алана? Мне нужен его пистолет, – торопливо объяснял Натан.

– Да, я видел его. Он пошел туда, я покажу. Только знай: пистолет он тебе не даст, пока видит в тебе Камиля, – блондин проводил юношу до нужной комнаты.

Натан зашел резко, закрыв за собой дверь, чтобы было некуда отступать и бежать.

Алан стоял у окна, любуясь вьюгой за окном и, конечно, он среагировал на звук, встав в стойку направив Натану пистолет прямо в голову.

– Уходи! – дрожащие голос, руки, ноги и все это прекрасно уживалось в Алане.

"Ну началось. У меня мало времени, мне даже думать некогда. Срочно: как можно сломать страх Алана"?

Глава 21. Главная ошибка

Алан будто бы задумался на пару секунд и только Натан поверил, что все получилось, как товарищ с сединой все перечеркнул.

– Не подходи! Ты меня пристрелишь! – Алан сделал шаг назад, дрожа и будто бы ища место, где можно спрятаться так, чтобы Натан никогда в жизни его не нашел.

– Что? Нет, Алан. В пистолете воспоминание, мне нужно только оно. Мне не нужно оружие, – объяснял Натан, стараясь как-то торопить Алана, но получалось плохо.

"Я могу подойти и отобрать спокойно у него пистолет: не думаю, что Страх выстрелит, но ведь я не так должен действовать? Это неправильно, я не должен его обижать или делать ему больно" – решил для себя Натан, пытаясь придумать что-то еще.

– Ври больше. Пошел вон отсюда! – с этими словами Алан выстрелил в потолок, после чего резко направил дуло на Натана.

Юноша сразу же поднял руки, понимая, что седой Алан не боится стрелять, значит, версия "отобрать оружие" не применима здесь.

– Алан, прошу тебя. Я – не враг. Меня зовут Натан и я брат Камиля, – юноша плел все, что приходило на ум, лишь бы заговорить Алана.

Алан не стреляет, пока его заговаривают, значит, можно выиграть какое-то время.

Натан вспомнил слова Эмили про сломы. Ведь она интересную вещь заметила: клин клином вышибают, но Страх не отреагировал на то, что Натан тоже боится, но ведь и Камиль был еще тем трусом.

"Что, связаное со страхом, отличает меня и Камиля? Да ничего, страх есть у всех" – после этой фразы у голове у Натана что-то щелкнуло.

Камиль боялся, был настоящим трусом по жизни, как уже много раз замечал Натан. Но есть одно огромное "но" в этом вопросе: Камиль никогда не призновал чужой страх.

Как-то Мике на шашлыках доверили разводить костер, а девушка все боялась близко поднести спичку близко к бумаге.

– А быстрее можно? – показал свое недовольство Камиль, глядя на это все в двумя шампурами в руках.

– Я пытаюсь, – огрызнулась на него девушка.

– Ну куда ты спичку выкинула, дура!?

И таких сцен было прилично. Конкретно с Аланом и Камилем Натан сейчас не вспомнит, но такое точно было.

– Давай ты будешь держать направленным на меня пистолет, а я просто подойду чуть ближе и коснусь дула? Мне не нужно оружие, я же говорю, мне нужно лишь воспоминание! – объяснял Натан, уже уставая стоять в поднятыми руками.

Алан отвел взгляд, утыкаясь лбом в запястья, словно пытаясь спрятаться или размышляя.

– Не бойся. Если я что вдруг сделаю не так – ты меня просто пристрелишь, – Натан аккуратно сделал шаг вперед, прожигая черное дуло взглядом.

– Медленее! – оживился Алан, немного приподнимая голову.

"Ага, значит, согласился. Даже в Страхе Алан все еще добр и даст мне попробовать".

– Я сейчас сделаю еще один шаг, смотри, – Натан еще чуь приблизился, наблюдая за реакцией.

Алан дернулся от судороги, но не агрессировал. Натану показалось, что пистолет опустился чуть ниже.

"Если в Коме мне разбивают нос, то в реальности кровь идет. Значит, если сейчас Алан в меня выстрелит, то я умру в реальном мире. По стене больничной палаты будут собирать мои мозги. Сложно будет врачам маме причину смерти называть, ведь я моя голова буквально разлетится сама" – Натан сглотнул, прогоняя эти мысли подальше от себя.

– Я правша и потянусь к тебе левой, – Натан медленно вытянул руку, стараясь не думать о том, что ему в голову, смотрит огнестрел. Одно лишнее движение отправит юношу в вечное забвение.

– Я вышибу тебе мозги, – напомнил Алан, вздрагивая так, словно его ударило током.

– Хорошо, – согласился Натан, делая еще один шаг.

Алан смотрел на юношу и пытался бороться с подергиванием правого глаза. Страх – он такой: дерганный, нестабильный и травмированный.

– Я просто трону пистолет. Мне больше от тебя ничего не надо. Все хорошо, не бойся, – Натан это говорил больше себе, а не Алану.

Трудно существовать, зная, что в реальном мире не бьется сердце и медленно умираешь.

Натан, наконец, встал достаточно близко.

– Просто трону пистолет. Я его не заберу у тебя, не надо в меня стрелять, – Натан ювелирно тянет руку к пистолету, наконец, касаясь самого края дула, которое секунду назад сверкнуло золотым.

"Ну"?

Натана окатил ужас, когда ничего не произошло.

– Алан, подожди. Не получается. Сейчас еще раз, – Натан в надежде вновь коснулся дула, но опять ничего не произошло.

Это казалось каким-то издевательством над всем, чего Натан смог добиться в Коме, жертвуя реальностью. Сейчас пистолет с последним, по словам Мики, воспоминанием оказался бесполезен.

"А может ли воспоминание просто потухнуть? Если да, то это кошмар. Воспоминание последнее, значит, самое важное. Ничего в Коме не бывает просто так, вероятно, я упустил свой шанс".

– Все? – раздраженно спрашивает Алан, сжимая рукоять пистолета до побеления костяшек пальцев.

– Да. Извини за все. Я сейчас уйду, – Натан убрал руку и начал медленно отходить назад.

В горле застыл ком от осознания, что все зря: это недорасследование смерти Камиля, попытки победить агрессора и, как последствие нахождения здесь, остановка сердца.

"Я даже не знаю, запустили ли его вновь... Жив ли я и ради чего"?

Натан уже прижался спиной к двери, настолько он далеко отошел от испуганного Алана.

– Спасибо, – кивнул ему Натан, собираясь уже покинуть комнату.

Алан какое-то время просто провожал незванного гостя взглядом, пока не опустил оружие, прекращая держать Натана на мушке.

– Натан? – разрезал тишину такой желанный вопрос.

Юноша, который уже открыл дверь и хотел выйти отсюда в поисках смысла жизни, Мики или кого-нибудь из Аланов, ообернулся, остолбенев.

– Натан, прости, я... не узнал тебя сразу. Просто я думал, что ты – Камиль, – голос Алана дрожал так, словно его било мелким разрядом тока.

Натан слушал его, не отводя взгляд от светлых испуганных глаз. Юноша устал от всех тут, но не мог найти в себе силы сердиться на них. У каждого здесь своя история, какой-то неприятный момент с Камилем, свое восприятие действительности. Натан вспомнил то, как упал на глазах у Эмили. Бедная девушка... она, наверное, очень сильно испугалась. А бедная мама? Она вообще будет в ужасе и, скорее всего, соцдет с ума от переживаний, когда узнает, что уже и второго сына увозят на скорой в бессознательном состоянии.

"Какой же я идиот. Мне Мика предлогала вариант, где она меня просто всегда отпускает и нет нагрузкт на сердце, но нет. Я решил, что быстрее полиции узнаю все сам. Мне все это время было плевать на то, что расследование этого дела активно ведется, ведь отец Мики – полицейский и явно там всех на уши давно поднял из-за смерти Мики и Алана. Но нет. Правда в том, что я – эгоист. Я не думаю о Камиле, маме и Эмили. Я думаю только о себе. Может, я слишком поторопился, когда шел к особняку. Я бы встретил Совесть и никуда бы больше не пошел. Моя совесть грязна и она меня не отпустит. Я понимаю, что я – эгоист и навсегда им останусь, но меня никогда не перестанет стихийнл мучать совесть за это".

– Натан? – Алан повесил пистолет на пояс и аккуратно подошел к Натану, понимая, что с ним что-то не так.

– Прости, задумался. Спасибо, что узнал меня. Я очень рад этому, – Натан натянуто улыбнулся, преодалевая всю свою внутреннюю боль.

Конечно, ему приносил радость факт того, что Камиль он теперь только для агрессора, но то, что происходило в собственной душе не давало покоя.

– Что ты здесь делаешь... – прозвучало, как риторический вопрос.

– Послушай, у меня уже сердце от нагрузки остановилось. Мне нужно, чтобы как можно быстрее Алан меня узнал, иначе он меня обратно возвращает в Кому, – Натан с досадой вспомнил, как когда-то проснулся сам от того, что у соседа запищала ночью машина, а потом сам уснул обратно.

– Все хорошо, его уже запустили, но надо поторапливаться. Очень жаль, что ты попал сюда, Натан. Знай: чтобы ни случилось, ты не виноват в этом. Тебя здесь изначально не должно было быть, – Алан сейчас либо прощается, либо готовит юношу в финальной битве.

– В смысле? – уточнил Натан, чувствая, как уровень адреналина в крови подскакивает выше, чем должен. – Стой, а что случилось с Камилем? Я ради него сюда пришел.

Юноша был рад тому, что он еще жив и его сердце вновь бьется, но происходящее засатвляло радость залечь обратно на дно.

– Не надо лгать мне, Натан. Ты пришел сюда ради себя, чтобы успокоить свою душу ответами и ты их получишь. Но всему свое время. Натан, удачи, – с этими словами Алан взял Натана за руку и смело вложил ему в руку пистолет.

– Что... зачем мне пистолет? – Натан запаниковал, сжимая в руке страшную вещь – огнестрельное оружие.

Натан вспомнил комнату с кровавым даждем, после взятия пистолета.

– Тебе пора идти, – Алан ясно дал понять, что ни на какие вопросы он не будет отвечать.

– Ладно. Ответы я найду сам, значит. Спасибо, – Натан с удовольствием пожал Алану дрогнушую от испуга руку. – Я ненавижу здого Алана... теперь он мне и слоыа не скажет.

– До меня дошла информация, что Алан признялся в убийстве Камиля... Так вот это неправда. Он сказал это, чтобы ты вступил с ним в бой и не убежал. Камиля убила собственная ревность.

Натан с чистой совестью и пистолетом в руках отправился на выход из комнаты. Он верил паникеру и понимал, что агрессор наврал для того, чтобы спровоцировать на драку, но осадок на душе все равно остался.

"Камиля убила собственная ревность".

Камиль шел по коридору так смело, как никогда он в своей жизни не ходил, ведь тереть ему не грозит агрессор. Что он сделает своей заточенной палкой против пистолета с двумя патронами?

Юноша шел лишь с одной четкой мыслью: он намерен найти Мику. Она ему все расскажет, а если нет...

Камиль вздрогнул, когда перед ним пространство стало искажаться, стены стянулись, формируя дверную раму, и в итоге все это пространственное безобразие трансформировалось в такую знакомую дверь гаража Алана из жизни.

– Что это? Да хотя какая к черту разница? – Камиль посмотрел на свой пистолет.

Юношу не волновало то, как только что перед нии исказилось пространство, трансформируясь в новую реальность. Уже все равно, что здесь происходит.

Камиль толкнул дверь и зашел внутрь гаража. Здесь все было, как в реальном мире: по середине стоит старый ржавый тарантас, на стене висела мишень много раз прострелянная и неподалеку от нее коллекция огнестрела, которую Алан так старательно собирал, мучаясь с лицензиями на нее.

Камиль чуть встрепенулся от неожиданности, когда за его спиной хлопком сама закрылась дверь.

– Кто здесь? – из-за автомобиля вышла Мика, ничего не подозревая.

Камиль быстро успел убрать спрятал пистолет: хотелось попробовать поговорить сначала мирно, а если Мика будет опять молчать или нести фигню, тогда придется по-плохому.

– Камиль, – девушка, наконец, увидела незванного гостя и ее первой реакцией был испуг. – Что ты здесь забыл?

Камиль молча рассматривал ее, пожирая хищным взглядом.

"Такая красивая, на это и все. Красивая, стройная и не очень сообразительная. Ты так наивно любишь Алана, не смотря на то, что есть вариант получше совсем рядом. Возможно, это не правильно, но мне уже правда все равно, что случилось с вами двумя. Мне не до чего нет дела".

– Почему молчишь? Ты меня пугаешь, – девушка отшатнулась в сторону, когда Камиль чуть приблизился.

– Мика, а скажи мне... – Камиль сделал паузу, смотря на девушку безумными глазами, не моргая. – Где мы? Это гараж Алана, ведь так?

– Да, но это ненастоящий гараж, а всего лишь его имитация. Ты в мире Комы, Камиль. Так называется этот мир, где ты должен страдать, как ты уже понял. Я очень рада, что тебе неследако тут, извини за откровение, – губы Мики тонкой стрункой тронула улыбка.

"Весело тебе, мразь? Мир Комы... да мне все равно, чье это место и как вы его называете".

– Что-то еще хочешь узнать? – не переставала давить лыбу Мика, показывая свою небольшую щель между передними зубами.

– Тебе весело? – обиделся Камиль, стараясь не начать угрожать ей пистолетом. Еще рано.

– На самом деле нет. Есть, конечно, некоторые моменты... но Алан считает, что у тебя должен быть шанс... – Мика несла какую-то колесицу, которая никак не укладывалась в уставшем уме Каииля.

Юноша старадал тут, ходил по этому ужасному особняку, еще и три дря ехал сюда, чтобы придти к выводу, что он ничего не понял?

"Я узнал, что Алан и Мика мертвы, что мы с Аланом ругались, что Алан и Мика поженились и завели ребенка. И? Что по итогу случилось?"