Текст книги "Клятва не о любви... (СИ)"

Автор книги: МАСТЕРИЦА

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Мастерица
Клятва не о любви..

ПРОЛОГ

Шотландия, ноябрь 1840 г.

Если бы кто-то спросил меня в тот момент, что я чувствовала тем пасмурным осенним утром, сидя в карете рядом с кузеном, я бы ответила – усталость… и безысходность..

В той ситуации, в которой я оказалось, не было выхода. Вернее был… Смерть… Моя смерть… И мой кузен вёз меня к ней..

Я опозорила наш род, всю нашу семью. Ни одна из моих кузин теперь не сможет выйти замуж, мой отец, дядя и дед никогда не смогут пройти мимо соседей, высоко подняв голову. Потому что мы – горцы. А для горцев незапятнанная репутация и честь превыше всего.

За окном кареты виднелись величественные горы. Я на мгновение прикрыла глаза. Воспоминания захватили меня. Я провела своё горько-сладкое детство среди этих скалистых гор. Всегда была окружена любовью отца и равнодушием остальных членов семьи. Я даже для собственной матери не существовала, а для дедушки и кузенов и подавно. Но это было ровно до тех пор, пока я была послушной и покладистой. Стоило же мне совершить хоть малейший проступок, следовало суровое наказание. И я научилась прятаться, быть незаметной, стараться никому не попадаться на глаза. Сутками я могла пропадать на конюшне, ночевать в душистом сене, никому, кроме папы и дела до того не было. Но папа знал, где меня искать. Всегда приходил за мной и приносил что-то вкусненькое. Обнимал, гладил по голове и тяжело вздыхал. Папа… Если бы ты сейчас был в Шотландии, ты бы придумал что-то, но не допустил моей смерти… Но отец недавно уехал в Лондон.

Я открыла глаза и взглянула на Грэгора, своего кузена. Он был напряжён и бледен. Он сделает так, как приказал дедушка, станет убийцей…

Как он будет жить с этим?.. Мой честный, принципиальный старший кузен.

Карета остановилась. Грэгор вышел из неё и протянул руку мне.

– Выходи, – сухо приказал он.

Я без его помощи выбралась из кареты и оглянулась. Водяная пустошь. Я знала это место. Папа показывал его мне однажды. Это был старинный каменный мост над бурлящей горной рекой.

Я взглянула на Грэгора. Как бы равнодушно он ко мне не относился, порой не замечая моего существования, он никогда не делал мне ничего плохого. А я сейчас сделаю его убийцей… Потому что мой позор можно смыть только кровью..

– Прости, – голос кузена был безжизненным, – я обещаю, больно не будет…

В его руке блеснул нож, а у меня по спине заструился ледяной пот.

– Не трогай её, – услышала я позади себя другой голос. И меня тут же бросило в жар. Страх сдавил горло. Голос принадлежал человеку, который опозорил меня, провёл по всем кругам ада. Я медленно обернулась. Он стоял в нескольких метрах от нас с кузеном. Весь такой идеальный и безупречный, в чёрном костюме, который оттеняла белоснежная рубашка, в до блеска вычищенных чёрных сапогах. Человек, в которого я влюбилась с первого взгляда, и который, как оказалось, просто хотел отомстить моей семье.

– Не трогай её, – ещё раз повторил он, – я заберу её.

– Для чего? – грозно спросил Грэгор, – чтобы ещё больше опозорить мой род, сделав её своей шлюхой?!

– Я найду человека, который женится на ней. Она будет жить…

Я стояла между двух мужчин и внезапно, на меня обрушилось безмолвие. Я смотрела то на одного, то на другого. Видела бледное напряжённое лицо одного, холодное и равнодушное другого. Видела, как их губы шевелятся, но не слышала ни звука. И в следующую секунду произошло то, что я не планировала делать. Это был безумный сиюминутный порыв. Я просто хотела, чтобы всё это закончилось…

Метнувшись к перилам моста, я подтянула своё тело и встала на широкий бортик. Ещё одно мгновение и я уже летела вниз…

Ледяная бурлящая вода обрушилась на меня, поглощая, не давая дышать…

И всё действительно закончилось…

Я не видела, не могла видеть, как несколько секунд спустя, вслед за мной прыгнул человек. Для меня уже всё закончилось…

ГЛАВА 1

Впервые я встретила этого человека несколько месяцев назад на городской ярмарке. Старшие кузины взяли меня с собой для того, чтобы я помогла им носить покупки.

Я с детства обожала ярмарки. Эти яркие красочные товары, разложенные на прилавках, огромная шумная толпа покупателей, продавцы, громко расхваливающие свой товар.

Засмотревшись на шёлковые разноцветные ленты для волос, я отстала от сестёр. Выискивая их взглядом в толпе, я увидела, как на меня пристально смотрит высокий, невероятно красивый мужчина. Он так беззастенчиво и нагло рассматривал меня, что я неловко оглянулась, не заметил ли кто другой этого. Но люди вокруг были заняты своими делами. Я снова посмотрела на незнакомца, того уже не было на прежнем месте. Я повернулась, чтобы вновь продолжить поиски сестёр, но вдруг незнакомец возник передо мной.

– Вы обронили это, когда проходили мимо, – от его бархатистого голоса по коже пробежали мурашки. Я смотрела на него и не могла наглядеться, и не сразу поняла, о чём он говорит. – Заколку, – незнакомец ловким движением прикрепил её на мои волосы, легко коснувшись моего лица рукой. От такого мимолётного жеста я вздрогнула всем телом, ни один мужчина прежде не прикасался ко мне Так..

Мужчина усмехнулся и снова коснулся моего лица. Да что он себе позволяет! За кого меня принимает?! Я порядочная девушка из благородного рода!

Я резко отступила на шаг назад.

– Что такая красавица делает здесь одна? – спросил незнакомец, всё так же беззастенчиво меня рассматривая. Я опустила глаза, кровь бросилась к щекам. Должно быть, этот господин принял меня за служанку или за дочь фермера, раз позволил себе такие вольности.

У меня никогда не было красивых платьев, я носила ту же одежду, что и наши горничные. Мама говорила, что я так быстро расту, что нет смысла шить мне дорогие платья. А папа обещал заказать мне целый гардероб, как только мне исполниться семнадцать и я смогу выходить в свет.

– Простите, мне нужно идти, – пробормотала я и в этот момент услышала, как меня звала одна из кузин.

– Эйлис! Эйлис! Куда подевалась эта девчонка?

Я быстро поспешила в ту сторону, откуда слышался голос кузины. Обернувшись, я увидела, что к незнакомцу подошёл мужчина, и они о чём-то начали говорить.

Максвелл стоял посреди шумной толпы ярмарки, провожая глазами уходящую девушку. Всего несколько минут назад он увидел её впервые в жизни, но был очарован её красотой. Она прошла мимо него и из её кудрявых, густых, чёрных как смоль волос, упала заколка. Он поднял её. Заколка была дешёвой безделушкой, и платье на девушке было совсем простым, и он решил, что она должно быть служанка. Быстро догнав девушку, он вернул ей заколку. Не удержавшись, он коснулся её нежной кожи. Она так смутилась, что ему захотелось сделать это снова. Девушка была так юна, что он отругал самого себя. Обычно он предпочитал выбирать себе девушек в любовницы постарше и поопытнее.

– Брат, – к нему подошёл его лучший друг и кузен Люк, – ты знаешь кто эта девушка?

– Понятия не имею, но намерен как можно скорее это узнать, – улыбнулся он.

– Это Эйлис Маккалистер, дочь Коннона Маккалистера..

Улыбка мужчины угасла, но тут же появилась вновь.

– Правда? Тогда это только облегчит мне задачу. Она же ещё совсем глупая малышка.

– Ты и правда собираешься проглотить и выплюнуть этого младенца? – Люк внимательно посмотрел на кузена.

– На войне нужно использовать все средства, – холодно сказал он, – много лет назад Коннон Маккалистер не пожалел моих родителей. Я же не пожалею его дочь…

– Ну же, Эйлис, поторапливайся! Вся семья ждёт только тебя! – Кенна Маккалистер недовольно окрикнула дочь, стоя у подножия лестницы.

– Уже иду, мама, – крикнула в ответ Эйлис, в последний раз придирчиво осматривая себя в зеркало. Впереди её ждал бал дебютанток, и она страшно нервничала.

– Эйлис! – снова послышался окрик матери.

– Не торопи её, ещё есть время, – услышала она голос отца.

Глубоко вздохнув, Эйлис вышла из комнаты и спустилась по лестнице к родителям, дяде и кузинам, ожидающим её.

– Ты прекрасна, дитя моё, – восхищённо сказал отец.

– Конечно, ведь её наряд обошёлся нам в целое состояние, – недовольно поджала губы мать.

– Мы сегодня выводим в свет мою младшую внучку, – из своего кабинета вышел Коннан Маккалистер – старший, – мы не должны ударить в грязь лицом. И, кроме того, я надеюсь, мне не придётся вывозить её в свет три года подряд, как я делаю это со старшими внучками. Им уже давно следовало бы быть замужем!

Эйлис посмотрела на своих кузин, которые от слов дедушки опустили глаза. Старшей, Марте было уже почти двадцать один. Ещё год, и она будет считаться старой девой. А Довиме недавно исполнилось девятнадцать.

– Отец, с браком Марты мы поторопимся в ближайшее время, – вступился за дочь дядя Эйлис, – А Довима ещё с годик может пожить вольной жизнью.

– Ну что ж, раз все готовы, можем ехать, – сказал Коннан – старший.

Эйлис уселась в карету с кузинами, стараясь не подавать вида, как ей страшно. Бал дебютанток был ежегодным событием и в прошлом году ей позволили присутствовать на нём, как и другим девочкам, в качестве наблюдателей с балкона. А сегодня она очутиться в гуще событий, спуститься по лестнице Сант-холла, который принадлежит легендарной графине Шеннон. Сегодня она впервые будет танцевать, как взрослая, и ей даже позволено будет выпить бокал шампанского.

Эйлис казалось, что дорога заняла целую вечность, хотя до Сант-холла от их поместья было не так уж далеко.

Но вот, наконец, карета остановилась, и она вместе с кузинами оказалась перед роскошным особняком. Лакей помог им выйти из кареты, и Эйлис охватила паника. Нет! Она не сможет! Ей слишком страшно!

– Не бойся, моя малышка, я рядом, – услышала она одобряющий голос отца, подошедшего к ней.

– Папа, – Эйлис схватила его за руку, – мне так страшно… Там будет столько народа… А вдруг я что-то сделаю не так? А вдруг я совершу какую-то оплошность и опозорю тебя и дедушку..

– Не думай об этом, ты дочь своего отца, принцесса моя, ты всё сделаешь правильно.

Девушка слабо улыбнулась. Она не была в этом так уверена. Но отец так по-доброму обнял её за плечи, что она воспряла духом.

Освежившись в дамской комнате, ещё раз поправив причёску, Эйлис подошла к другим таким же девушкам-дебютанткам. Она знала здесь практически всех и видела, что некоторые были так же взволнованы, как и она.

Церемония представления дебютанток уже началась. И девушки после объявления одна за другой спускались по огромной лестнице в зал, где их уже ожидали кавалеры. Её кавалером назначили их соседа, Малькома Келли, которого она хорошо знала.

Наконец она услышала своё имя и глубоко вздохнув, шагнула на лестницу.

Аккуратно спускаясь, она посмотрела вниз, на людей, которые собрались в зале. Увидела мать, напряжённо смотрящую на неё, как бы она не совершила какую оплошность. Увидела отца, который ей широко улыбался. И увидела того самого незнакомца с ярмарки, которого не могла прогнать из своих снов вот уже несколько месяцев. Этот незнакомец стоял рядом с её дедушкой и они о чём-то беседовали. Но вот незнакомец повернулся к лестнице и его взгляд прошёлся по Эйлис. Её кожа, как и тогда, на ярмарке, покрылась мурашками. Щёки вспыхнули, а сердце готово было выскочить из груди. Почему после той встречи она никак не могла его забыть?

Наконец лестница пройдена. Она не споткнулась, не упала. Всё хорошо. Малькольм протянул ей руку, и они встали рядом с другими парами. Наконец, когда представили последнюю девушку, зазвучала музыка и начался первый танец дебютанток.

Бал был в самом разгаре, когда Эйлис зашла в дамскую комнату, чтобы освежиться. Она танцевала все танцы подряд! Её приглашали!

– Ты видела, ты видела Его?! – услышала она голос одной из девушек дебютанток, которая обращалась к своей подруге.

– Кого?

– Максввелла Лоутера, он приёмный сын самого герцога Берти. Он такой красавчик!

– Но что же он делает на балу дебютанток, тем более в Шотландии? Он же самый завидный холостяк Англии.

– Эйлис, – девушка обернулась к ней, – может ты что-то знаешь?

Эйлис пожала плечами. Это имя она слышала впервые и оно ей ни о чём не говорило.

Освежившись прохладной водой, девушка вернулась в зал.

– Ну, наконец-то, где ты ходишь? – мать схватила её за руку и буквально потащила к компании, в которой стояли отец, дедушка и тот черноволосый незнакомец.

– Эйлис, позволь представить тебе сына моего старинного приятеля Максвелла Лоутера, – сказал дедушка.

Девушка посмотрела на него и протянула руку. Так вот как его зовут. Это его обсуждали девушки в дамской комнате.

Мужчина между тем учтиво склонился к её руке, задержав её чуть больше, чем положено по этикету.

– Рад нашему знакомству, мисс Маккалистер.

Его голос был глубоким, бархатным, он обволакивал её как тонкое шерстяное одеяло, по телу девушки разлилось непривычное тепло.

– Взаимно, – тихо ответила она, осторожно высвободив руку.

– С вашего разрешения, я приглашу мисс Маккалистер на танец, – обратился он к её отцу.

Тот одобрительно кивнул. Этот молодой мужчина явно пришёлся ему по душе.

Сменилась музыка и мужчина повёл её в круг танцующих.

– У вас необычное имя, – сказал он, ведя её в танце, – даже для Шотландии. Оно означает клятва, верно?

– Да.

– Я хочу попросить прощение за нашу предыдущую встречу, боюсь, я позволил себе недопустимую вольность, – сказал он, внимательно всматриваясь в её лицо.

Девушка смущённо отвела глаза.

– Должно быть, вы приняли меня за служанку, – пробормотала она.

– За невероятно красивую служанку…

Эйлис взглянула ему в глаза и всё. Она поняла, что пропала. Её просто затянуло в водоворот его тёмных глаз.

Танец закончился. Максвелл привёл её обратно к родителям. Эйлис, как заворожённая, весь остаток вечера смотрела на него. На то, как он двигается, как говорит, как танцует с другими барышнями.

– Хватит уже пялится на него, – шепнула ей на ухо Марта. Девушка вздрогнула, сестра подобралась к ней незаметно, – все глаза уже об него сломала.

О Боже! Неужели это так заметно! Эйлис тут же повернулась к сестре.

– Скажи, а что тебе о нём известно? – рискнула спросить она. Марту можно было об этом спросить. Язвительную Довиму она бы не осмелилась.

– Ну, он вроде как приёмный сын дедушкиного старинного друга. Здесь по делам каким-то. Только ты не очень – то на него засматривайся, Довима положила на него глаз. Так что, поосторожнее.

Марта отошла от неё, обмахиваясь веером и улыбаясь потенциальным кавалерам. А Эйлис тяжело вздохнула. С красавицей Довимой ей не тягаться. Её сестра всегда окружена толпой поклонников, обворожительна и ослепительна красива. Порой Эйлис завидовала её гладким золотистым волосам, безупречно белоснежной коже. Свои же кудри она порой ненавидела. Их было крайне тяжело расчёсывать и заплетать, а мыть ещё сложнее. И кожа её была немного странного оттенка. Вроде и светлого, но на несколько тонов темнее, чем у Довимы.

Она снова тяжело вздохнула. Не очень – то она вписывается в современные стандарты красоты. Все вокруг хотели видеть белокожих, пышногрудых блондинок.

Но, даже не обладая общепризнанной красотой, девушка поняла, что сегодня пользовалась успехом, ведь не пропустила практически ни одного танца. И периодически замечала на себе заинтересованные взгляды мужчин, присутствующих на балу. Она нравилась им?!

Максвелл ещё раз пригласил её на танец, чем вызвал перешёптывание всех присутствующих. Получается, он выделил её из толпы всех дебютанток…

А спустя две недели после бала в их дом приехали сваты во главе с самим герцогом Берти. И пришли просить от имени Максвелла её руки. Эйлис была поражена. Когда её ввели в комнату, где находились сваты и он, она застыла у порога, не поднимая глаз… Почему он выбрал её? Он же её совсем не знает! А она видела его всего пару раз..

Девушка робко посмотрела на молодого мужчину. Он так смотрел на неё своим горящим пристальным взглядом, что она почувствовала, как краска заливает её лицо. Эйлис внезапно стало душно, захотелось выйти и глотнуть свежего воздуха.

Она настолько привыкла быть незаметной, что столь явное внимание к её персоне заставляло сильно нервничать.

– Эйлис, – обратился дедушка к ней, – нашей семье оказана большая честь. Эта благородная семья просит тебя в жёны для своего сына. Но, прежде, чем я дам ответ, полагается спросить твоё мнение.

При этом дедушка так угрожающе на неё посмотрел, что девушка поняла, другого ответа кроме "да", от неё не примут.

Эйлис перевела свой взгляд на отца. Тот внимательно смотрел на неё.

– Я приму любой твой ответ, дочка, – мягко сказал он.

– Но... – Эйлис робко посмотрела на предполагаемого жениха и тут же перевела взгляд на отца, – мы совсем мало знаем друг друга...

– Ты права дочка, – с места встал сам герцог, – поэтому мы заключим помолвку, а затем, когда всё сладится и свадьбу сыграем.

– На том и порешим, – заключил дедушка.

И время понеслось с бешеной скоростью. Максвелл бывал в их доме практически ежедневно и Эйлис сама не заметила, как безоглядно влюбилась в него...

Казалось бы, он ничего особенного не делал. Но всегда, когда она появлялась в поле его зрения, он неотрывно смотрел на неё, так по особенному, что она ощущала себя центром вселенной. Его вселенной.

Он вывозил её на прогулки, сопровождал на балы, пикники. Он был всюду. Все мысли Эйлис были только о нём.

И вот, наконец, прошёл месяц и она дала своё согласие на этот брак. И именно в этот день Максвел поцеловал её, когда они остались одни. Её первый поцелуй не был нежным, он был страстным и наполненным обещанием большего.

Оторвавшись от её губ, молодой мужчина внимательно всмотрелся в лицо Эйлис. Он знал, чувствовал, что девчонка влюбилась в него. Что чувствовал он в этот момент? Триумф и немного раздражения на эту глупышку. Как можно быть такой доверчивой и безоглядно вверять себя в руки человеку, которого едва узнала.

ГЛАВА 2

На свадьбу Эйлис сшили великолепное платье из нежно-кремового атласа. В волосы вплели живые белоснежные бутоны роз. Смотря на своё отражение в зеркале, она не могла поверить, что это реально. Что она, такая красивая, сегодня станет женой мужчины, которого полюбила всем сердцем. Сердце внезапно сжалось в груди. Она то его любит, а он её? Он ни разу не сказал ей этих слов...

Эйлис тут же успокоила саму себя. По своей наивности посчитала, что раз он решил жениться на ней, то непременно потому, что полюбил её. Знала бы она, в тот момент, что уготовано ей в будущем, бежала бы от него без оглядки.

Но в этот день, день своей свадьбы, она отбросила все плохие мысли и нетерпеливо шагнула к алтарю. Она взглянула на отца, который вёл её к жениху и улыбнулась ему. Он также, немного печально, улыбнулся ей в ответ. Взглянув вперёд Эйлис увидела Максвелла, нетерпеливо ожидающего её. Взгляд его как и всегда полыхал огнём. Только в тот момент она думала, что это пламя любви. И только он знал, что его пожирало пламя ненависти к Коннону Маккалистеру и его глупышке – дочери.

Почти семнадцать лет назад Маккалистер предал, отправил на смерть его родителей, а он, восьмилетний ребёнок должен был умереть для всего общества, стать никем, чтобы выжить и отомстить. Долгие месяцы он скитался по грязным улочкам Лондона, прежде чем его нашёл брат отца и определил его будущую судьбу. И судьба эта была холодна как сталь – месть.

Он смотрел на девушку, которая через пару мгновений должна была стать его "женой", мимоходом отметил её внешнюю красоту, которая тем не менее его не зацепила. Увидел её огромные сияющие глаза и улыбнулся. Все вокруг видели, что она влюбилась в него. Так даже лучше. Так будет больнее ей и её отцу после того, что он сделает с ней.

Почти семнадцать лет назад Маккалистер предал, отправил на смерть его родителей, а он, восьмилетний ребёнок должен был умереть для всего общества, стать никем, чтобы выжить и отомстить. Долгие месяцы он скитался по грязным улочкам Лондона, прежде чем его нашёл брат отца и определил его будущую судьбу. И судьба эта была холодна как сталь – месть.

Он смотрел на девушку, которая через пару мгновений должна была стать его "женой", мимоходом отметил её внешнюю красоту, которая тем не менее его не зацепила. Увидел её огромные сияющие глаза и улыбнулся. Все вокруг видели, что она влюбилась в него. Так даже лучше. Так будет больнее ей и её отцу после того, что он сделает с ней.

Наконец, клятвы принесены, праздник, на котором присутствовали сотни гостей подошёл к концу и молодые, наконец, остались одни в своих покоях. Невесту уже подготовили другие женщины и она стояла сейчас перед ним в белоснежном лёгком одеянии, которое не скрывало очертание её юного тела.

Максвелл неспешно налил виски в два бокала и один протянул Эйлис.

– Выпей, – сказал он, – это тебе сейчас необходимо.

Девушка доверчиво приняла стакан из рук и сделала маленький глоток, тут же сморщив свой хорошенький носик.

– До дна, – приказал он и девушка послушалась. Выпила всю жидкость.

Поставив стакан на стол, она робко посмотрела на него. Он, одним махом осушив свой бокал, резко отбросил его и так же резко подошёл к ней вплотную. Впишись в губы девушки требовательным поцелуем, он сбросил белоснежный халат с её плеч одним движением. Под ним оказалась полупрозрачная сорочка, которую он тут же потянул в верх, на мгновение прервав поцелуй. Отбросив её в сторону, он подхватил обнажённую девушку и уложил на кровать. Возбуждение бурлило в нём, и не только от вида стройного тела, но и от мысли, что он так близок к тому, чтобы сделать своему врагу больно.

– Не бойся, я не причиню тебе много боли, – солгал он, целуя девушку. Оторвавшись от её губ лишь на пару мгновений, чтобы сбросить одежду, он вновь завладел её ртом.

Поцелуи его были горячими, почти обжигающими, Эйлис тонула в них. Но, когда Максвелл провёл рукой по ноге, туда, где её ещё никто не касался, она попыталась отстраниться, но он удержал её, а затем раздвинул ноги. Устроившись меж её бёдер, он обхватил её голову руками и взглянул в глаза.

– Ты доверяешь мне? – спросил он.

– Да, – тихо ответила Эйлис.

В то же мгновение он резко вошёл в неё и замер. У Эйлис перехватило дыхание от пронзившей её боли.

– Дыши, – приказал он и она сделала глубокий вдох. Максвелл тут же снова принялся её целовать и, когда она немного расслабилась, стал двигаться в ней. Его руки исследовали её тело, губы не выпускали из своего плена её рот. Эйлис больше не было больно. Необычно, дискомфортно, да, но боль куда-то ушла, сменяясь странным удовольствием. Она не знала, сколько прошло времени, прежде чем Максвелл излился в неё и вышел из тела.

– Спи, – сказал он, и она закрыла глаза и погрузилась в сладкий сон.

Эйлис резко проснулась, как будто её кто-то толкнул. Открыв глаза, она села на кровати и огляделась. Она была одна. Первые лучи солнца пробивались в окно. Она осторожно поднялась с постели и одела нижнюю рубашку. В камине уже потух огнь и поэтому в комнате было прохладно. Осторожно ступая босыми ногами по холодному полу, девушка подошла к окну. Во дворе тоже никого не было. Где же Максвелл? В дверь коротко постучали и Эйлис разрешила войти. В комнату вошла молоденькая служанка.

– Госпожа, вы уже проснулись? Господин приказал, как только вы проснётесь помочь вам одеться и проводить вас до экипажа.

– До экипажа? Мы куда-то едем? – удивилась Эйлис.

– Господин сказал, что это сюрприз, – опустив глаза сказала девушка. Она подошла к шкафу и достала бельё и совершенно новое платье из ярко-красной ткани.

– Что это? – спросила она у служанки. Платье было такого вызывающего цвета и фасона, что Эйлис засомневалась, стоит ли одевать его.

– Господин приказал одеть вам это платье, – голос девушки стал ещё тише и Эйлис показалось, что она вот-вот расплачется.

Эйлис позволила служанке помочь ей одеться. Но, поверх вызывающего платья она набросила лёгкую накидку, скрывающую декольте. Спустившись, в сопровождении девушки, к крыльцу, она увидела чёрную карету. Дверь ей услужливо открыл лакей. И она, с его помощью, забралась внутрь.

– Как спалось, душа моя? – услышала она из глубины кареты голос мужа. Он сидел на скамье, обитой чёрным бархатом. Эйлис села напротив него.

– К чему всё это? Куда мы едем? – спросила она.

Он не ответил на её вопрос и приказал кучеру трогать.

– Куда мы едем? – повторила она вопрос.

Максвелл снова проигнорировал её вопрос и хмуро осмотрел.

– Что это на тебе? – он протянул руку и стащил накидку с её плеч. – Так лучше!

Он улыбнулся, а у Эйлис вдруг мороз прошёл по коже. Это улыбка была больше похожа на оскал.

– Что... Что происходит, Максвелл?

Улыбка сошла с его лица и он смотрел на неё тяжёлым взглядом, в котором она с удивлением увидела ненависть и презрение.

– Наконец-то можно не притворяться, – сказал он, разминая шею и вновь хищно улыбаясь, – ты знаешь, кто я?

– К..конечно знаю, – голос девушки дрожал, – ты – мой муж.

Максвелл расхохотался. А Эйлис с ужасом смотрела на него.

– Муж? – презрительно выплюнул он, – да будь ты хоть трижды дочь короля, я бы никогда не женился на тебе, дочери предателя. Я НИКТО тебе, понимаешь?! НИКТО!

– Но, вчера...

– Вчера церемония была не настоящая, священник – ненастоящий. Свадьба – фальшивка!

– Но как такое возможно?..

– Деньги способны творить чудеса, знаешь ли.

– Но сегодня ночью, мы стали мужем и женой, – слёзы брызнули из глаз Эйлис.

– Сегодня ночью, ты как шлюха, раздвинула ноги перед абсолютно посторонним мужчиной. Поздравляю, дорогая, ты опозорила весь свой род! Опозорила своего отца. Сделала именно то, что нужно мне. Спасибо тебе за это.

Он неожиданно пересел на её скамью и, резко притянув Эйлис к себе, впился в губы грубым поцелуем. Она попыталась его оттолкнуть, но он лишь крепче прижал её к себе. Руки его скользили по её телу, забрались под пышную юбку, коснулись промежности. Девушка дёрнулась, но он был сильнее. Крепче прижав её к себе он ввёл два пальца во влагалище и медленно начал двигаться в ней.

Эйлис не понимала, что происходит с ней, с её телом. Не понимала, как быть с тем, что он только что сказал. Она пыталась бороться с ним, но он был сильнее. Толкнув её на широкую скамью, он придавил её весом своего огромного мускулистого тела. Его губы ни на мгновения не отрывались от её рта, одна рука ласкала грудь, а другой он творил что-то невообразимое с её естеством. Наконец, он убрал свою руку, но лишь для того, чтобы освободить свой напряжённый, рвущийся на свободу, член. Спустя мгновение он уже был в ней. И это было так сладко, так горячо. На задворках его сознания мелькнула мысль, что ни с одной женщиной прежде ему не было НАСТОЛЬКО хорошо, но он тут же отогнал её, погружаясь в это манящее тело ещё глубже. Он брал её жёстко и нежно одновременно, поцелуями сминая губы, кусая шею, оставляя свои метки и тут же ласково целуя их.

Эйлис казалось, что Это длится вечность, его губы и руки доставляли боль, в ту же секунду сменяющуюся странным удовольствием. Мысли её путались. Он только что сказал, что он не муж ей, а теперь он владеет ею так, как имеет право только единственный мужчина – законный муж. Перед глазами вдруг полыхнуло пламя и девушка не смогла сдержать сдавленного крика.

От её тихого вскрика Максвелла сорвало. Абсолютно не контролируя своих действий, он стал врываться в неё ещё активнее, руки сминали грудь, и, наконец, в его голове взорвались тысячи маленьких искр и он излился в неё.

Несколько секунд он непонимающе смотрел на неё, пытаясь отдышаться и прийти в себя. Почему с ней? Почему именно с ней он испытал самый потрясающий оргазм за всю свою жизнь?! Почему, на эти несколько мгновений он абсолютно утратил контроль над собой, которым всегда так гордился?! Он тряхнул головой, словно прогоняя наваждение и взглянул на неё. Эйлис всё так же лежала на скамье, оглушённая и ничего не понимающая. Юбки её платья были задраны, предоставляя ему обзор на её прелести, лиф бесстыдно спущен. Его член тут же отреагировал, будто бы он не брал её всего несколько минут назад. Максвелл стиснул зубы.

Вдруг карета остановилась и он схватил её за руку, резко притягивая к себе.

– Ну что же, малышка, твой выход, – презрительно сказал он, – ты сейчас выглядишь восхитительно. Как падшая женщина.

Последние слова он прошептал ей прямо в губы. Внезапно дверь кареты открылась и на подножке появился лакей. Эйлис вдруг с ужасом поняла, что он смотрит на её оголённую грудь и судорожно принялась поправлять лиф.

– Шлюха заскромничала, – усмехнулся Максвелл, глядя на её действия, – Пошла вон! – тут же резко приказал он.

Она непонимающе уставилась на него, не веря своим ушам.

– Я СКАЗАЛ, ПОШЛА ВОН! – выплёвывая каждое слово, снова приказал он.

Эйлис глянула за спину лакея. Они приехали на торговую площадь. там было полным полно народа. И все знают её и её семью. Как она сможет показаться всем на глаза? Да ещё и в таком виде?

– Нет, прошу тебя, Максвелл, – она упала на колени рядом с ним. За что он с ней так? Она искренне этого не понимала? Что она сделала не так? – За что????

Он лишь холодно кивнул лакею и тот безжалостно схватил её за руку и выволок на улицу. Эйлис обливалась слезами, цеплялась за лакея, за карету, но всё равно вскоре оказалась на земле у подножки.

– Ты хотела знать, за что? Спроси у своего отца, – презрительно сказал он, захлопывая дверцу кареты и приказывая кучеру трогаться. Лакей тут же запрыгнул на запятки кареты и отвернулся от неё.

Эйлис всхлипнула и осмотрелась. Люди смотрели на неё и шептались. Она видела их удивлённые лица и слышала голоса.

– А это ли не дочка семьи Маккалистер? Та, которая вчера замуж вышла? Что она делает здесь? Да ещё в таком виде?

Эйлис обхватила себя за плечи и поднялась с земли. Что ей делать? Куда идти?

В тот момент она думала, что этот день – худший день в её жизни. Как же она ошибалась... Впереди её ждали дни гораздо хуже этого...