Текст книги "Эффект Тёрнера (СИ)"
Автор книги: marine.kri
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)
– Это явно кто-то из черлидерш, – уверенно предполагает Софи.
– Сильно сомневаюсь, что она учится в нашей школе. Иначе мы бы уже знали с кем он мутит, – шипит Обри, бросая заинтересованный взгляд в сторону Майкла.
– О, да, они бы уже обжимались в каждом углу. Тёрнер та ещё похотливая скотина, – слова Нельсон меня забавляют. Ещё больше меня веселит, что змеиный клуб обсуждает сейчас меня, хотя об этом они даже не догадываются.
– Может выберем тему? – на мой вопрос стервозное трио лишь удивленно округлило глаза, похоже только меня заботит проект по истории.
– О, вы слышали, что бедняжка Стеф вчера прорыдала весь день в туалете? О, Сара, ты же вчера пошла за ней, она тебе сказала, кому отправляла это фото? – заводит гнилой разговор Кэнди.
“Тебе, блять! ” – думаю я, но вслух отвечаю: “Нет, мы почти не говорили, потом пришел Стив, и я ушла.”
– Стив, такой жалкий… – мычит отрыжка единорога.
– Интересно, у него большой? – звучит неожиданно глупый вопрос от Такер. Похоже, у кого-то явный недотрах!
– Фууу… Софи! – буркает Обри.
– Я уверена, раз Стефани не зашло, у него крохотный… – говорит Кэнди, и эти две дурочки смеются. Мюррел закатывает глаза.
– Сара, а у тебя есть парень? – интересуется Такер. Похоже, тем для разговора у неё больше нет.
– Нет, О`Нил замужем за гимнастикой, – иронично заявляет Нельсон.
– О, это здорово, я фанатею от гимнастики, – слова Обри даже немного заставляют меня её уважать. – Какой у тебя разряд? – удивительно, оказывается хоть одна из этого трио более, чем адекватна. Не понимаю, зачем ей такие подруги.
– Мастер спорта… Сейчас я готовлюсь к соревнованиям.
– Круто. Я когда-то мечтала заниматься гимнастикой, но мама отдала меня на танцы, – грустно отмечает черлидерша. Две дурочки тупо молчат, это не их тема для разговора. Эти существа настолько ограничены, что я не понимаю, как такое вообще возможно.
Звенит звонок, и я осознаю, что мы так и не выбрали тему.
– Давайте, я сама выберу тему, и скажу вам. Окей? – предлагаю всей группе.
Они одобрительно кивают, а я беру список и иду к учителю. Историк разговаривает с Дереком, затем оборачивается и смотрит на меня.
– Вы выбрали тему или просто сплетничали всё это время? – раздраженно спрашивает учитель.
– Выбрали. Сентфорские городские легенды, – с покерфейсом информирую его.
– Хороший выбор, – его слова не похожи на одобрение, и мне собственно говоря плевать. Наш историк – чистое зло, у него не может быть положительных эмоций.
Уроки до большого перерыва проходят в штатном режиме. Ничего не происходит, не считая того, как все с огромным энтузиазмом обсуждают голое фото Стеф. Какие же старшеклассники всё-таки жестокие создания. Похоже всем чуждо сострадание. На обеде за одним столом в очередной раз встречаемся я, Анна и розовое недоразумение.
– Все обсуждают Стефани… Боже, она так опозорилась! – усмешливо заводит старую гнилую шарманку Нельсон.
– Может мы не будем это обсуждать ? – недовольно гремит моя подруга.
– А что тут такого? – возмущается дрянь в розовом одеянии. Её идиотское выражение лица скоро доведёт меня до состояния аффекта, и я забью её до смерти подносом, что сейчас сильно сжимаю в руках.
– У меня тоже нет желание обсуждать это. Только настоящий моральный урод мог разослать это фото. Гореть ему в аду! – срываюсь. Во мне кипит обида и злость. Я понимаю, что Кэнди и не догадывается, что мы прекрасно знаем, кто это сделал. Своими словами я хочу её уколоть. Это всё, что можно сейчас сделать.
– Ты защищаешь Стефани? А может это она разослала эти ммс? – шипит, словно змея, Нельсон. Похоже, я её задела.
– Это глупое предположение, Стеф бы так не сделала. Злоба тебе не к лицу, Кэнди, – резко ставлю гадину на место.
Она только фыркает. Минуту мы едим в тишине.
– Анна, а ты не знаешь, с кем встречается Майкл Тёрнер? – от очередного вопроса Нельсон я чуть не поперхнулась. Эта тема сегодня просто преследует.
– Нет, а зачем тебе? – не отрываясь от еды, интересуется Делинвайн.
– Софи Такер интересуется, она положила на Майкла глаз, а он вроде как отшил её. Софи надеется, что это лишь очередная интрижка, – поедая йогурт, отвечает Кэнди. Боже, прошу, пусть этот йогурт будет просроченным!
– Не знаю, не знаю… Он ушел с покера раньше, чтобы увидеться с ней. И по словам Стива, эта девчонка классная, – смакует слова Анна, пока на лице Нельсон появляется явное удивление.
– Стив её знает? Что он говорил? – своей неприкрытой заинтересованностью отрыжка единорога дает нам понять, что ей дали команду “Фас”, чтобы выяснить с кем встречается Майкл.
– Нет, он не в курсе, кто она. Но когда Тёрнер ушел, ребята накинулись на Роджерса с вопросами. Он сказал, что не знает кто она, но Майкл явно на неё запал. Стив сказал, что она классная и веселая, – у меня возникло ощущение, что сейчас Анна разговаривает со мной, а не с Нельсон. Весёлая? В каком месте я весёлая? Стоп, неужели Делинвайн всё поняла?
– Хмм… Этого мало… – расстроено добавляет Кэнди, берет сумку и поднос и уходит за столик к черлидершам.
Мы ошарашенно смотрим Нельсон вслед.
– Что это было? – сквозь смех вопрошает Делинвайн.
– Не знаю, похоже мы ей стали не интересны. Как жаль… – смеемся.
– Кстати, хотела спросить, зачем Майкл вчера тебя искал после тренировки? – улыбка не сходит с лица Анны. Похоже, я краснею, затем закрываю лицо руками и начинаю смеяться.
– Не переживай, я могила… – уверяет меня подруга, и мы продолжаем смеяться.
– Как ты догадалась? – ответ примерно уже есть в моей голове, но мне всё равно интересно. Анна становится задумчивой, сворачивает губы в трубочку, затем поправляет несуществующие очки.
– Я поняла, что он к тебе неравнодушен, с того дня, как он посоветовал тебе не дружить с Нельсон. Обычно он не из тех, кого заботят новенькие. Потом Майкл придумал этот план с Дереком и этой, чьё имя нельзя называть. Позвал нас на покер. Вчера он так мило тебя касался в классе, моя шкала нежности просто взлетела вверх. Он искал тебя после тренировки. Но всё это ерунда, мой милый Ватсон, по сравнению с ещё одним очевидным фактом!
– Каким же? Шерлок? Это ты сейчас очки или пенсне поправляла? – шутя, спрашиваю подругу.
– Пенсне, – смеется секунд десять. – Он так на тебя смотрит. Каждый раз. Бррр… Даже мурашки по коже, – Делинвайн вздрагивает, а её глаза всё еще смеются. Я немного смущена, но мне очень приятны её слова.
– Мы решили держать всё, что между нами, втайне.
– Одобряю, в нашей школе, тем более с таким популярным парнем с кучей врагов, лучше скрывать такое, – констатирует Анна, и мы слышим звонок, перерыв окончен.
– Что скрывать? – откуда ни возьмись за нашими спинами материализуется Холл, секунду назад его ещё тут не было.
– Разве красиво подслушивать чужие разговоры? – нарочито спрашиваю нежданного собеседника. Кожа на лице Делинвайн стала настолько бледной, что стала казаться полностью прозрачной.
– Простите, не хотел … – тут же в голосе Джона исчезает уверенность. – В следующую пятницу мы снова играем в покер. Жду вас с нетерпением.
– Извини, в следующие четверг и пятницу у нас соревнования. Открытие сезона. Но спасибо, как-нибудь в другой раз, – сообщаю Холлу, сохраняя нотку официоза в разговоре. При этом боковым зрением замечаю, что на нас внимательно смотрит Майкл, который уже стоит у выхода из столовой.
– Оу, я не знал. Хорошо, как-нибудь в другой раз. Но вы же придете на матч, мы играем в пятницу в футбол? – Джон довольно странно улыбается, в его глазах я вижу искру. Мне показалось это или что-то реально есть в его взгляде? Мы сначала мешкаемся, но затем неуверенно соглашаемся.
Да, интересный денёк, надо по возможности сказать Майклу, что моя подруга нас уже спалила. Ну и конечно предупредить его, что Нельсон устроила на меня охоту, сама того не зная. Сейчас нужно быть максимально осторожными.
***
Итак, после тренировки мы договорились с Тёрнером встретиться и погулять, из-за игры в пятницу у нас навряд ли будет ещё лишнее время на этой неделе, чтобы побыть вдвоем. Майкл написал смс, что будет ждать меня в кафе “У Элли”, что в двух кварталах от школы. Добравшись в назначенное время и место, звоню ему.
– Алло, ты уже пришла? – слышу в трубке любимый голос с хрипотцой.
– Да, где тебя искать?
– Заходи внутрь, я у барной стойки!
– Окей.
Вхожу в кафе и вижу знакомую куртку футбольной команды. Это он! Он мило разговаривает с пожилой женщиной за баром. Заведение достаточно уютное, судя по всему сюда ходят люди старшего возраста, нежели подростки. В помещении полно винтажных элементов, например старая красная телефонная будка и автомат с музыкальными пластинками. На стенах картины авангардистов.
Подхожу к Майклу, он сразу замечает меня краем глаза. Затем встает, притягивает к себе и целует в щеку.
– Ба, это Сара, моя девушка, я о ней тебе говорил! – заявляет пожилой женщине Тёрнер, в то время как я наливаюсь краской, и взгляд срущей кошки возвращается ко мне.
– Очень приятно, Сара! Меня зовут Элли! – говорит бабушка Майкла, и я понимаю, что это её заведение. А у Тёрнера довольно милая бабушка, она невысокая и такая худенькая, словно всю жизнь сидела на диете. В её зеленых глазах я кое-кого узнаю.
– Взаимно… – больше ничего не могу добавить, потому что я проглотила язык. Блин, как неудобно!
– Ладно, детки, выбирайте, что будете заказывать, не буду вам мешать, – милая женщина уходит, а я продолжаю глазеть на Тёрнера с недоумением.
– Ха-ха-ха! Что с твоими глазами? – смеется он.
– Это мой фирменный взгляд срущей кошки. Немного грубое описание, зато правдивое, – Майкл начинает громко смеяться, привлекая внимание посетителей в кафе. Выжидаю паузу.
– Мог бы и предупредить, что мы идём в заведение к твоей бабушке! – выпаливаю, пока забираюсь на барный стул, оставляя на полу свою тяжеленую сумку.
– Я думал, ты уже навела обо мне справки и в курсе, что у моей бабушки кафе, – шутливо произносит обладатель самых прекрасных и хитрых глаз на свете. В ответ качаю головой из стороны в сторону.
Майкл неожиданно целует меня в нос, и если я до этого была просто красная от смущения, то сейчас стала багровой. Он впервые целует меня в столь людном месте, и это чувство мне ещё не знакомо.
– Анна нас раскрыла! – тут же выпаливаю я и жду его реакцию.
– Ничего страшного, она никому не скажет. Она хорошая подруга, уверен, что ты ей доверяешь, – спокойно реагирует Тёрнер и берет в руки меню. – Ты что будешь? Тут отличная карбонара. Ты ведь любишь итальянскую кухню?
– Люблю. Карбонара – это отлично! Ещё Кэнди активно интересуется у всех, с кем ты сейчас встречаешься? – не жду другого момента, вдруг он снова набросится на меня и я забуду обо всем, что хотела ему рассказать ещё днём.
– И зачем ей это, решила с Дерека переключиться на меня? – на его лице появляется ухмылка с издёвкой.
– Неа, её Софи Такер попросила, – жду реакцию Майкла, я всё ещё помню как эта нелепая черлидерша висла на нём на моих глазах.
– Бедная, Софи никак не угомонится… – самодовольно протягивает Майкл. Вот индюк! Прибила бы от злости или ревности, не знаю.
– Нам нужно быть поосторожнее, если ты до сих пор хочешь держать наши отношения в тайне, – включаю серьезную Сару.
– Согласен. Теперь моя очередь задавать вопросы. Зачем к вам сегодня подходил Холл? – голосовые связки Майкла напрягаются, а челюсть трещит от напряжения. —“Что это? Его глаза сверкают от злости!”
– Звал на покер. Мы отказались, на следующей неделе у нас первые соревнования. Потом позвал на ваш пятничный матч. Мы вроде сказали, что придем, – отвечаю без доли эмоций, его взгляд становится настолько мрачным. Таким Тёрнера я ещё не видела. Похоже, что он не зря меня предупреждал о том, что очень ревнив.
– Интересно… – Майкл задумчиво произносит, сжимая зубы.
– Ты что, ревнуешь? Серьезно? Он просто позвал нас! Замечу нас, а не меня, на покер и на футбол, – решительно отмечаю тот факт, что повода для ревности как бы и нет.
– Просто он весь понедельник тобой интересовался. Даже попросил меня узнать, есть ли у тебя кто-то, – Майкл говорит сквозь зубы, словно старается сдержать себя и не закричать от злости. Ревность становится настолько явной, что её можно просто ощутить в воздухе с закрытыми глазами.
– Значит, ты всё-таки ревнуешь? – победно ухмыляюсь, не дождавшись ответа.
– Да, Сара, я ревную. Но я предупреждал тебя, что очень ревнивый, – ещё секунда и я понимаю, что Тёрнер скоро сожжет своим взглядом меню.
– Ты такой забавный. Но твои переживания беспочвенны, – шепчу и аккуратно целую его в щеку. Его лицо тут же краснеет. – Я бы на твоём месте передала Джону, что у меня есть парень, который мне очень нравится. У Холла нет ни единого шанса на успех.
Наконец-то Тёрнер улыбается. Отрывает глаза от меню и мягко смотрит на меня.
– Может, сядем за столик? – он кладет подбородок на моё плечо. Мне хочется поцеловать его глаза, но боковым зрением я замечаю его бабушку. Майкл тут же поворачивает голову к ней.
– Ба, мы будем две карбонары, кольца кальмара и твой фирменный лимонад. Мы будем во втором зале, – говорит Майкл, хватает меня за запястье и тащит меня в соседнее помещение, я еле успеваю зацепить свою сумку.
Второй зал оказывается почти пустым, из восьми столиков заняты только два, свет приглушен и играют музыканты. Тёрнер ведет меня за самый уединенный столик в самом конце зала. Мы садимся на мягкий диван, и я ощущаю, как его руки притягивают меня настолько близко к себе, что становится жарко.
– Майкл, ничего, что мы в заведении твоей бабушки? – говорю так, словно мне немного стыдно. Его глаза ещё больше загораются, он ухмыляется и целует меня в губы. Я как бы злюсь, и Майкл явно это чувствует, но это его только возбуждает. Его руки оказываются на моей пояснице под футболкой. Я всем телом вздрагиваю от такого жаркого прикосновения и прикусываю ему верхнюю губу. Тёрнер смеется.
– Ты такая злющая! – он освобождает свою губу, и его правая рука оказывается на моей щеке. Майкл пытается разглядеть все эмоции на моём лице.
– Мне стыдно, если что, не хочу, чтобы твоя бабушка подумала на меня невесть что, – захлебываюсь от возмущения. – Я наверняка не первая девушка, которую ты сюда приводил.
– Ошибаешься, Сара, ты первая. – что-то мне не верится!
– А как же Адель?
– Так получилось, что я познакомил Адель с ба после одного из матчей. Ба всегда приходит меня поддержать. И…. – он затягивает свои слова на зло мне, снова изучает мою реакцию под микроскопом. – Бабуля сказала, чтобы я “эту рыжую бестию к ней в кафе не приводил”. Желание моей бабушки для меня закон, – его ответ вызвал во мне истеричный смешок.
– Какая у тебя мудрая бабушка, – самодовольно заявляю.
– О`Нил, а ты ещё ревнивее, чем я, – он прикасается губами к моему лбу.
– Возможно… А ты в курсе, что после того, как мы ушли с покера, Роджерса пытали ребята. Они хотели выяснить с кем же ты встречаешься, – интересуюсь, меня довольно сильно задело расследование Такер и Кэндивейдера.
– Да, он мне рассказал. Бедняга Стив, все решили, что он знает… Но я ему не говорил ни твоего имени, и вообще ничего, что могло бы тебя выдать. Я рассказал про тебя только Ба и маме. Ну ещё отец знает, что у меня появилась девушка, – мне льстят его слова. Кажется очень милым то, что он так близок со своей семьей.
– Ваш заказ, – словно из воздуха материализуется официант с подносом и едой. Я даже вздрогнула, он так неожиданно появился.
Сначала на нашем столе появляются тарелки с пастой, затем блюдо с огроменными кольцами кальмара в кляре и огромный графин с лимонадом ярко-зеленого цвета. При виде еды меня накрывает звериное чувство голода. Столько вкусных запахов. Я тут же берусь за пасту.
– Мммм… Это божественно! – объявляю на весь зал, при этом стараюсь сдержать подступившую слюну. Как же это вкусно!
– Ты ещё не пробовала, как я готовлю… – с набитым ртом выговаривает Майкл. Усмехаюсь его смелому заявлению.
– Явно не лучше, чем я! – во мне говорит самоуверенность и чувство превосходства. Сомневаюсь, что Тёрнер у плиты с младших классов. У него полная семья, и ему навряд ли приходилось кормить себя, пока мама пропадает на работе.
– Смело, и я уверен, что мы скоро это проверим! —он словно уведомляет меня о следующем вызове.
Расправившись с едой, Тёрнер обнимает меня крепко, а я кладу голову на его плечо. Он берет мою ладонь и издает звук, похожий на мурчание. Мы сидим так минут десять в полной тишине, сытые и довольные. Сейчас он спокоен, не ревнует и не нападает на меня, как дикое животное. Позади остались мысли об охоте на меня, о бедной Стефани и мерзкой Нельсон. Я растворяюсь, словно шоколад в его руках. Растекаюсь по каждому миллиметру его тела.
– Я тут подумал, О`Нил, что хочу десерта! Например, мороженое! Но с необычной подачей…. – я молча смотрю на него изогнув бровь в знаке вопроса. – Вместо тарелки будет твоё тело, и никаких приборов.
Комментарий к Он мечтает утолить свой голод
Дорогие читатели, следующая глава выйдет совсем скоро. Этой мой подарочек вам, пока вы скучаете на карантине. Жду ваших впечатлений, очень интересно ваше мнение! Ваши комментарии, как свежий глоток воздуха в душном помещении.
========== Дикий ==========
⚹⚹⚹⚹
– Я тут подумал, О`Нил, что хочу десерта! Например, мороженое! Но с необычной подачей… – я молча смотрю на него, изгибая бровь в знаке вопроса. – Вместо тарелки будет твоё тело, и никаких приборов, – Майкл вглядывается в моё лицо и ухмыляется. Он снова заставил меня нервничать.
– Тёрнер, ты сейчас осознаешь, что калечишь мою девственную психику? – задаю вопрос, стараясь не подавать виду, что меня немного заинтересовало его предложение.
– Если я из-за твоей «девственной психики» не буду хотя бы частично осуществлять свои фантазии, то мне понадобится помощь психиатра! – объясняет Майкл и щипает меня за бок. Слегка вздрагиваю и усмехаюсь.
– Частично? – слегка уточняю, он поднимает брови и кивает. Его глаза становятся такими заведущими, словно он перекручивает в голове свою фантазию, но уже полностью.
– Тёрнер, что ты там себе представляешь? – смеюсь.
– Тебя… – он отвечает и целует меня в макушку. Его объятия становятся теплее, словно у Майкла поднимается температура. Я же терпеливо жду, мне интересно продолжит ли он разговор про необычный десерт.
– О`Нил, можно я тебя сегодня ночью украду из дома на пару часов? Назовём это операцией “горячее мороженое”?
– А я могу отказаться? – вопрос звучит довольно странно, потому что по моей интонации можно понять, что я просто напросто решила немного поломаться, мои глаза горят и требуют продолжение. Интересно, откуда во мне столько пошлости. Видимо период полного полового созревания дает о себе знать.
– Если ты откажешься, я буду ревновать тебя к Холлу с двойной силой! – звучит как угроза, хотя в его голосе больше усмешки, чем чего-либо другого.
– Хммм… Тогда с тебя исполнение одного моего желания? – ставлю ультиматум и разглядываю его немного удивленное лицо.
– Оно будет пошлым? Ммм?
– Боже, нет! Я просто хочу, чтобы ты пришел ко мне на соревнования на следующей неделе, мама не сможет прийти… – с небольшой грустью проговариваю слова, при том что в моём горле застревает ком.
– Конечно, малышка, я приду… Обещаю… – он шепчет и целует меня в лоб, это растворяет ком, застрявший в горле.
***
Мы пробыли в кафе где-то до половины девятого, после Майкл проводил меня до дома. Вы когда-нибудь делали домашнее задание по шести предметам за полчаса? Я нет! Но не сегодня, ожидание очередного приключения с Тёрнером пробудило во мне все способности к быстрому и рациональному решению проблем. Со скоростью нобелевского лауреата по шести разным отраслям науки я выполнила все задания на дом. Не уверена, что всё выйдет на отлично, но и… Не хочется использовать в соседнем предложении с упоминанием нобелевского лауреата ненормативную лексику, ну думаю, что вы все меня прекрасно поняли. Мы с Майклом договорились встретиться у пожарной лестницы в полночь. Маман вернулась с работы в одиннадцать, поэтому всё шло по плану.
Сейчас осталось пять минут до назначенного времени, я уже полностью готова к операции «горячее мороженое». Убедившись в том, что мой дом полностью погрузился в объятия тишины, я осторожно открываю окно. Оно жутко скрипит! Черт, как же Тёрнер всегда делает это так тихо? Выбираюсь наружу и стою на козырьке, внизу замечаю Майкла, он меня уже ждёт. Спускаюсь по пожарной лестнице. Остаётся одна ступенька, но до земли ещё довольно высоко. Я останавливаюсь, взвешивая в своей голове свой необдуманный поступок. Если я сейчас грохнусь на землю, то наверняка получу травму, разбужу маму. В голове рисую яркую картину, как мне попадет по первое число от разъяренного родителя и я пропускаю соревнования.
– Сара, ты чего там застряла? – шепотом кричит Тёрнер. – Прыгай, я тебя поймаю. Секунда на раздумье. Была не была! «Ааааааааааа!» – раздается крик в моей голове, лечу, хватаясь за воздух, и сразу попадаю в крепкие руки Майкла.
Фух… Всё-таки поймал! Он смотрит в мои испуганные глаза и приглушенно смеется.
– Ну, и куда мы теперь? – перевозбужденно спрашиваю, пока его дикие глаза не отняли у меня остатки разума.
– Ко мне домой! – тихо заявляет Тёрнер, дабы не всполошить мою спящую маму.
– Что??? – возглас получается довольно громким, я не ожидала, что так повышу голос.
– Тише, малышка, мы будем в домике для гостей, – усмешливо отвечает он и отпускает меня на землю. Молчаливо принимаю его ответ, и мы идём по задним дворам в имение семьи Майкла Тёрнера.
Добравшись до места практически в кромешной темноте, Майкл открывает маленький одноэтажный домик, приготовленным заранее ключом. Войдя в дом, он включает свет. Затем Тёрнер уменьшает яркость. Я вижу, что внутри одна большая комната, похожая на квартиру – студию. Здесь есть небольшая уютная кухня, зона отдыха с диваном и телевизором и одна огромная двухспальная кровать. Дизайн помещения довольно простой и неброский, но все подобрано со вкусом. Я снимаю куртку и усаживаюсь на диван, пока Майкл идёт к холодильнику и достаёт огромное ведерко с мороженым.
– Здесь клубничное, шоколадное и ванильное, – слышу из-за спины голос, секунда, и перед моими глазами появляется ведерко и две десертные ложки. Тёрнер садится рядом на диван и ставит ведерко между нами. – С какого начнем?
– Ммм. Давай с ванильной части… – в каком смысле я это сказала, мне немного непонятно. Довольно двусмысленно получилось.
Майкл улыбается и снимает куртку. Беру ложку, он открывает мороженое. Зачерпнув сладость белоснежного цвета, подносит ложку к моим губам. Расплываюсь в улыбке и открываю рот. На языке становится холодно, а от его взгляда жарко где-то внизу моего живота. Теперь моя очередь, набираю мороженое и подношу к его губам. Смотрю на них и не знаю, что слаще… Он открывает рот, и я кормлю его таким сладким, как он сам, десертом. Майкл сглатывает, и мне становится не по себе. Рука Тёрнера оказывается на вороте моей футболки и он притягивает меня к себе, очередная ложка с мороженым уже у моих губ, я принимаю её. Мороженое не успевает растаять, когда его губы касаются моих. Они застывают в легком прикосновении, от которого останавливается моё сердце. Майкл углубляет поцелуй, я словно пыталась сохранить остатки мороженого именно для этого момента. Что может быть круче поцелуя с Тёрнером? Добавьте к нему мороженое и узнаете!
Молочный вкус тающей ванили в сочетании с жарким языком Майкла отпечатываются в памяти так сильно, что их никогда и ничем ни перекрыть, ни стереть. Можете сделать мне лоботомию и оставить овощем в психиатрической лечебнице, но отнять эти воспоминания невозможно. Никогда! Утонув в собственных ощущениях, я не улавливаю, когда Тёрнер добавил еще мороженого. Наши языки сплетаются в сладкий узел с оттенком ванили. Наше горячее дыхание застревает в ледяной ловушке наших ртов. Я разрываю поцелуй, чтобы посмотреть в его глаза. Кажется, что Майкл сходит с ума, его зрачки настолько расширились, поэтому глаза видятся черными, как смоль. И только тонкая полоска цвета листьев мяты напоминает мне в них прежнего Тёрнера. Его руки тут же скользят вниз по моей футболке, цепляют её и стягивают прочь. Он набирает ещё мороженого и подносит к моей ключице.
– Нет уж, ты тоже сначала сними футболку… – произношу немного хриплым голосом. Майкл оставляет ложку в ведерке, неторопливо снимает с себя ненужную вещь, и мои глаза загораются при виде его нагого торса. – Так-то лучше!
Кусочек мороженого оказывается в ямочке над моей ключицей, я слегка вздрагиваю, а по телу бегут мурашки. Губы Тёрнера впечатываются в кожу вокруг островка холода. Я четко ощущаю эти границы. Набираю как можно больше воздуха, чтобы не задохнуться. Майкл слизывает растаявшее мороженое. Прикосновения его языка кажутся дикими. В них есть что-то звериное и первобытное. Я отстраняюсь, затем выбираю мороженое по краям, где оно довольно хорошо растаяло. Подношу ложку и капаю на кожу Майкла вдоль шеи, затем вниз к левой груди. Он дышит так ровно, но неестественно спокойно, кажется, что Тёрнер сдерживает себя. Я касаюсь языком дорожки из капелек мороженого и медленно двигаюсь вниз, замерев на мгновение у последней капли. Прикасаюсь губами к участку кожи вокруг и слизываю остатки сладкого десерта. Теперь Майкл дышит уже не так спокойно. Украв мой приём, Тёрнер оставляет на моей коже дорожку из мороженого от шеи вниз, затем его губы жадно следуют по намеченному пути. Сладкая жидкость затекла под лифчик, но моего парня это не останавливает. Он пальцами сдвигает бюстгальтер вниз и добирается до остатка десерта. Я громко вздыхаю, а Майкл тянется к правому соску, который только что случайно обнажился. Я чувствую холодное и мокрое прикосновение. Внутри взрываются эмоции, сейчас довольно сложно держаться на плаву. Из моих уст срывается еле слышный стон. Тёрнер притягивает меня к себе ближе одной рукой, а другой убирает ведерко с мороженым в сторону. Легким движением пальцев он оставляет меня без лифчика. Внутри словно что-то взрывается. Я зарываюсь в его волосы руками. Мне хочется прижаться к нему изо всех сил и никогда не отпускать. Майкл отвлекается, чтобы взять очередную ложку с мороженым, я смело пользуюсь моментом и роняю его на спину. На его лице появляется та самая пошлая улыбка в стиле Майкла Тёрнера. Перехватываю ложку с десертом и взбираюсь верхом на свою жертву. Затем рисую новую дорожку, оставляя неровную линию от груди до пупка. Я вижу как появляются мурашки на его коже. Это зрелище перехватывает дыхание. Мгновение, и мой язык сталкивается с его горячим торсом. Его жар передается мне, словно импульс в резонансе. А вкус ванильного мороженого теперь навсегда будет ассоциироваться со вкусом его кожи. Между нами словно магнитное поле, я ощущаю притяжение всем своим разумом и телом. Почти касаясь кожи мой язык исследует каждый нанометр, попутно стирая следы холода, оставляя метки желания плоти.
– О`Нил, ты сейчас доиграешься… – хрипит Майкл, от чего мне дико хочется смеяться.
Он поднимается, и мы оказываемся лицом к лицу. Я застываю при виде его обжигающего взгляда, пока по моей груди растекается мокрый холод. – Теперь клубничное, – улавливаю в воздухе слова, пока Тёрнер тянется, чтобы испробовать клубничный вкус.
Аааххх! Как же холодно и горячо одновременно! В следующую секунду я прижата телом Майкла к дивану, а его руки стягивают с меня джинсы. От неожиданности кружится голова.
– Хитрюш, если я останусь голой, то и ты тоже… – похоже, что я снова сказала вслух свои мысли.
– Мы так не договаривались! – Что? Мы вообще не обсуждали правил!
– Майкл, ты что стесняешься меня? Будет честно, если мы оба будем ню… – иронично произношу и указываю пальцем на ремень.
Он расстегивает свой ремень, я стягиваю свои джинсы и трусики и выбрасываю их за спинку дивана. Меня парализует, когда я вижу полностью обнаженного Тёрнера стоящего передо мной на коленях. Мало того, что он настолько красив, что хочется запереть его где-нибудь навсегда и не показывать никому. Так ещё он полностью возбужден. Я не понимаю, как он меня ещё не изнасиловал! Я бы так не смогла! Майкл пользуется моим временным замешательством и впечатывает меня в диван. Его руки блуждают по моему телу, а губы безжалостно ласкают левую грудь, наши движения становятся дикими и резкими. С каждой секундой моё тело ощущает все больше тяжести, от которой сердце крутит пируэт-сальто, затем двойной кульбит. Из-за первобытного инстинкта, мои бедра подаются вперед, а ноги расходятся в стороны и сгибаются в коленях. Тёрнер оказывается в ловушке, но его это ни капли не смущает. В отличие от меня, он находится в своей стихии. Это новый раунд, кажется, что я абсолютно ничтожный игрок. Это происходит каждый раз, за исключением той ситуации в душе. Сара О`Нил опять остается побежденной. Мне хочется сказать ему то, что он просил, когда я буду готова. Но… Хотеть и любить совершенно разные слова, как можно не запутаться в собственных ощущениях в такой момент?
Из омута мыслей меня вырывает холодная струя растаявшего шоколадного мороженого, которая уже растекается от живота к лобку и ниже. От соприкосновения чего-то жидкого, холодного и сладкого, я выгибаю максимально спину. Жидкость добирается до складок половых губ. Ах! Пальцы на ногах сжимаются до ощущения боли. Майкл с восхищением в глазах наблюдает за столь пошлой картиной. Кажется, что он даже не собирается доедать свой десерт.
– Ты так прекрасна, что это невыносимо… – шепчет он, и его лицо нависает над моим животом. Он замирает на секунду, словно собирается духом, после чего я чувствую нежные прикосновение от его языка, который после небольшой паузы следует по молочно-шоколадной дорожке. Тёрнер добирается до половых губ и снова останавливается. Вдох. Выдох. Остановка сердца. Моя душа вылетает из тела и смотрит на нас сверху вниз. Она видит двух подростков, дошедших до второй степени безумия. В воздухе пахнет эндорфином и адреналином. Душа возвращается в тело от обжигающего прикосновения губ Майкла с моим лоном. Мои пальцы прячутся в его волосах. Дрожь проходит по всему телу. Внутри живота сжимается ком вожделения. Руки Тёрнера сжимают мои бедра так сильно, что точно будут синяки. Он прикусывает клитор, и из моего горла вырывается приглушенный крик. Я словно проваливаюсь сквозь диван, сквозь землю и лечу в свободном падении в бездну. Мне уже не страшно, мне хорошо. Я начинаю тихо постанывать от чрезмерной дозы удовольствия. Меня настолько далеко уносят мои эмоции, что я не замечаю, как мой Майкл оставил ласки клитора и уже готов припасть к моим губам. Не успев схватить необходимую дозу воздуха, я встречаюсь с настолько страстным поцелуем, что можно тут же кончить… Извиняться за прямоту не буду, потому что это правда. Мои руки обхватывают его плечи и сладко ласкают каждый сантиметр его мускулистой кожи. Его пальцы скользят внутри складок половых губ, находят трепетный кусочек плоти и начинают его сжимать. Наши языки встречаются, во рту ощущается вкус меня. Осознав, что я вся теку, возбуждение переходит на ту стадию, на которой хочется ощутить Тёрнера внутри себя.
