Текст книги "Эффект Тёрнера (СИ)"
Автор книги: marine.kri
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)
– Если будет больно, скажи, – наклонившись к моему уху, шепчет он.
В следующую секунду руки Тёрнера сжимают мои ягодицы до легкой боли, и твердый член входит в источающее эрогенные соки влагалище. Вся комната сжимается до ощущения долгожданного проникновения. Сейчас весь мой мир заперт между стенками влагалища и головкой мужского полового органа. Он входит во всю длину и подается назад. Его дыхание становится громче. Правая рука Майкла скользит по спине и ныряет вниз, она находит мою грудь и по-хозяйски сжимает её, пока он снова входит в меня во всю длину. Очередная волна дрожи сносит мою голову с плеч. Чувство идеального наслаждения и полноты ощущений размывает границы реальности. Я не сплю, нет, я не сплю! Это просто невозможно, испытывать такое. Он мой воздух, мой кислород. Его движения ускоряются, как вдруг за стеной начинает играть громкая музыка. Похоже, в этом доме не мы одни решили испытать плотское наслаждение!
– Теперь мы можем не быть такими тихими, – с усмешкой произносит Тёрнер, ускоряя темп. От столкновения наших тел по комнате разносятся громкие хлопки. Я сжимаю пальцы, и короткие ноготки впиваются в кожу. Он продолжает терзать мою грудь, скручивая торчащие от перевозбуждения соски. Моя спина прогибается ещё сильнее, от чего проникновения становятся ещё глубже. Майкл вдалбливается внутрь, каждым толчком давая понять принадлежность моего тела ему. Океан нейронов повышает мою температуру, эти электровозбудимые клетки разносят по каждому органу власть сладострастия и экстаза. Мои стоны смешиваются со слюной и пачкают белоснежную подушку. Тёрнер начинает рычать, что добавляет огня. Это чистое безумие, пленившее наши тела.
– Я хочу, чтобы ты кончила для меня, – рычит он, когда его левая рука скользнув по низу живота, находит бугорок несметных удовольствий. Только от одного прикосновения стенки моего влагалища, а затем и ноги напрягаются от бедер до кончиков пальцев. Нейроны играют в волну, что фанаты запускают на стадионах. Микроразряды тока доводят меня до крайней стадии наслаждения. Кажется, что я теряю сознание, я не ощущаю, что моя душа находится в теле, она уходит в астрал. Сокрушительный оргазм убивает моё тело. Я продолжаю биться в конвульсиях, Майкл продолжает безжалостно вдалбливаться. Перед глазами плывут разноцветные круги, я не перестаю кончать. От разрывающей изнутри истомы, я кричу в подушку. В этот момент Майкл выходит из меня и изливается на мою попу и спину. У меня истерика, на глазах наворачиваются слезы счастья. Тёрнер падает на меня, я разгибаю колени и локти от его веса.
– Тише, тише. Тебе больно? – его рука оказывается на моих волосах, слипшихся от пота.
– Мне хорошо, – тихо всхлипываю, сквозь сладкие слёзы.
– Маленькая моя… – он трепетно целует меня в висок. – Я люблю тебя. Ты сводишь меня с ума.
***
Мы пролежали, обнимаясь и ласкаясь, где-то полчаса после секса, когда на мой телефон пришло сообщение. Тёрнер ловко перехватил мобильник из моих рук.
– Кто это тебе там пишет? Любовник? – с усмешкой он отстранился от меня, чтобы прочитать сообщение. Лицо Майкла резко исказилось.
– Что там? – меня пугает его реакция, я тянусь за телефоном, но он не дает мне его. – Да что там такое? – его глаза выглядят расстроенно. Выхватываю мобильник, первое, что я вижу, это видео. Похоже, пришла ммска. Нажимаю на плей. На нечетком видео можно разглядеть нас… О, боже! Кто-то заснял, как мы вчера занимались любовью в амбаре на ферме Моров. Моё сердце начинает колотиться от прожигающего внутренности чувства испуга. Ракурс съемки не позволил мерзавцам запечатлеть всё самое интимное, но на видео чётко видно, что мы лицом к лицу занимаемся сексом. Остановив воспроизведение, я вижу подпись к ммс: “Если не бросишь Тёрнера, это видео увидит вся школа. У тебя три дня!”
Майкл ошарашенно смотрит на меня и молчит, словно думает о чём-то.
– Какого чёрта! Какая тварь это сделала? – кричу, когда ярость, ненависть и злость переплетаются внутри. Я снова начинаю плакать, но в этот раз уже нет от счастья. В груди резко становится пусто. Боже, я задыхаюсь….
– Сара, успокойся, – он обнимает меня. – Мы не позволим этим ублюдкам сломать наши отношения, – его руки крепко сжимают меня. – Я тебя никому не отдам, слышишь? Даже не думай меня бросать. Я не отстану от тебя ни за что на свете. Ты моя, и точка.
– Майкл, что нам делать? Я не хочу стать очередной Эллисон Сейфорт, – у меня истерика, я не знаю, что делать. Еще пять минут назад меня окутывало неимоверное счастье, а теперь…
– Малышка, не плачь… Подожди пять минут. Мне нужно позвонить, – он говорит это, затем берет свой телефон и выходит в коридор. Чувство одиночества захлёстывает меня. Минуты превращаются в часы. Мозг отказывается думать о чём-то хорошем, в голове только плохое.
Как же я ненавижу этот город. Ненавижу Нельсон, рыжую Моринг и всё, что с ними связано. Почему они не дают нам покоя? Зачем мучить нас? Кто им дал право так распоряжаться нашими судьбами?
Тёрнер входит в комнату, по его выражению лица можно прочитать, что у него появился план.
– Сара, я позвонил Саймону, он может отследить откуда отправили сообщение, – Майкл обнимает меня и целует в плечо. – Маленькая, тебе нужно успокоиться и привести себя в порядок. Мы всё решим. Обещаю, – его слова звучат, как колыбельная.
***
Относительно успокоиться и привести себя в порядок мне далось с неимоверным трудом. Перед глазами стоит гадское сообщение, когда мы с Майклом стоим у двери дома Саймона Стелса. Я вся дрожу, кажется, что скоро грохнусь в обморок. Мне обидно и больно.
Дверь отворяется, нас встречает хмурый друг. Неожиданно видеть его не в куртке сборной по футболу, а в домашней серой футболке и пижамных клетчатых штанах.
– Ну, герои любовники, проходите в дом, – хрипло произносит Саймон и жестом приглашает нас войти внутрь. Сейчас мне нет дела до разглядывания интерьера, окружающего нас. Мне всё равно. Вцепившись в ладонь Тёрнера, я иду за Стелсом. В пустой кухне на столе стоит ноутбук и три чашки горячего какао.
– Я решил, что хорошее какао вам не повредит, – произносит хозяин дома и усаживается за ноутбук. – Сара, можно мне твой телефон?
– Спасибо за какао, – благодарю парня и протягиваю ему мобильник.
Я присаживаюсь рядом, Майкл располагается за соседним стулом, наши руки не расцепляются ни на миллиметр. Саймон берет кабель и подключает телефон к ноутбуку.
– Сколько времени это займёт? – сухо спрашивает мой парень.
– Пока не знаю. Жалко, что видео без звука, – Стелс говорит не подумав, от чего Тёрнер бросает гневный взгляд в его сторону. Я краснею от смущения. – Что? Да я не в этом смысле. Со звуком можно было бы разобрать, кто снимал. До ваших стонов мне нет дела.
Пока наш друг возится с ммской, мы нервно потягиваем горячий напиток. Ожидание замедляет время. Тишина добивает меня.
– Ну что ж, работал профи. Сообщение отправили не с телефона, а с компьютера. Ай пи находится в Голландии. Кто-то умело заметает следы, – нарушив тишину, говорит Саймон.
– И что теперь делать? – расстроенным голосом спрашиваю, мои руки начинают дрожать. Майкл обнимает меня за талию и успокаивающе поглаживает.
– Отследить цепочку. На это понадобится намного больше времени, возможно день, – уверяет меня юный хакер.
– У тебя ведь получится? – спокойным голосом задает вопрос Тёрнер, я вижу, что он волнуется, но всеми силами пытается скрыть этот факт.
– Да, я смогу вычислить гадёныша. Не переживайте, – Саймон уверен в своих возможностях, это немного успокаивает. – Майкл, ты мне как брат. Ты знаешь, я сделаю всё, чтобы помочь тебе. Сара, не волнуйся, мы тебя в обиду не дадим, – в этой речи было что-то, что реально цепляло, возможно в этом проклятом городе ещё не перевелась настоящая дружба, остались люди с чистым сердцем. Саймон Стелс поселил в моём сердце надежду.
***
Понедельник. Вчерашний день был похож на аттракцион “американские горки”, он начался с неистовой страсти, а закончился оглушающей болью. Как вообще возможно существование настолько жестоких подростков. Есть ли у тех, кто снял и отправил мне это видео, душа. Похоже, что этим тварям не знакомы принципы морали. Моральные инвалиды – это идеальное описание для таких существ. Они даже не могут называться людьми.
Вчера Майкл не отходил от меня совсем, словно боялся потерять. Злобные кошки соскребали не только мою душу. Вечером я позвонила Анне и всё рассказала. Делинвайн была сильно огорчена этой информацией. Подруга попыталась подобрать слова утешения, как смогла. Я осознавала в тот момент, что она понимает меня, как никто другой. Мы жертвы обстоятельств, нашедшие друг друга в этом безумном мире. Маме я ничего не рассказала, не смогла, в последнее время мы отдалились друг от друга. Я не знала, как она отреагирует на мою бурную личную жизнь и присутствие в ней таких врагов, как Кэнди и Адель. Уверенность в их причастности к шантажу росла с каждым часом, с каждой пережеванной мыслью.
Сегодня до школы мы добрались впятером: я, Тёрнер, Делинвайн, Роджерс и Стелс. Стиву мы ничего не рассказали, поэтому по дороге до школы мы не разу не коснулись щепетильной темы.
Сейчас я сижу в классе на четвёртом ряду и внимательно наблюдаю за реакцией своих одноклассников. Нельсон ведёт себя, как обычно, перед уроками она поздоровалась со мной, натянув свою слащавую улыбку. Меня чуть не стошнило, хотя я пыталась не подавать вида. У Адель явное похмелье, судя по всему вчера она решила продолжить уикенд с изрядной долей спиртного.
Джон, который тоже вошел в число подозреваемых, сегодня чем-то встревожен. Да, не удивляйтесь, Майкл не исключил его причастность к мерзкому поступку. Как оказалось, Холл весьма заносчив, когда кто-то переходит ему дорогу в амурных делах. Возможно личина его спокойствия по отношению к нам является мнимой. Мне нужен план, но пока я жду информацию от Саймона.
– Сара, Сара, – слышу шепот слева. Это Анна. Поворачиваю голову и смотрю на подругу. – Поговорим после урока в женском туалете на втором этаже, – в ответ молча киваю.
Надеюсь, у Делинвайн есть идеи, которые смогут мне помочь. Вдруг чувствую вибрацию в кармане джинс, это смска от Стелса: “Увидимся в раздевалке стадиона, в пять. Разговор не телефонный.” Нахмурив брови, я коротко отвечаю: “Ок.”
После урока я сначала иду к шкафчику за учебником, а потом бегу на второй этаж в направлении женского туалета. Войдя в помещение, я вижу как моя подруга проверяет кабинки.
– Чисто, можем поговорить! – заявляет Анна и смотрит на меня растерянным взглядом. Она переживает, я это знаю. – Сара, тебе нужен план. Я не хочу, чтобы ты страдала. Поверь, хреново быть изгоем.
– Я думаю, у меня два дня, а пока жду встречи с Саймоном, – стараюсь держаться, чтобы не заплакать. Как же сейчас хочется просто поплакать, побыть слабой.
– Сколько это может продолжаться? – на глазах Делинвайн проступают слёзы. – Почему мы стали игрушками в руках тех, кому плевать на правила.
– Пожалуйста, не плачь, я же разревусь…. – в горле застрял ком, его ни проглотить, ни выплюнуть. Я подхожу к подруге и обнимаю её. Она плачет, я плачу.
– Мы должны поставить их на место, мы должны отомстить. Я больше не хочу бояться. Вчера я вспомнила прошлый год, эти ежедневные унижения и усмешки, будто я … Будто я …. – она захлёбывается в собственных словах.
– Тише… Не плачь…
– Я не могу, я так устала…. – от каждой произнесенной буквы Анна вздрагивает в моих руках. До этого момента мне казалось, что хуже быть не может, что этот инцидент затронет только меня и Майкла, но я не знала, что жизнь среди злобных гарпий порядком измотала мою подругу.
– Нет, мы не будем мстить, как подростки из тупого сериала. Они должны ответить за свои поступки, но это должно быть единственное верное наказание, – вдруг в моей голове начала складываться полная картина решения всех проблем. – Я пойду в полицию. Я не буду делать гадости, следить за кем-то или шантажировать. Я встречаюсь сегодня в раздевалке стадиона с Саймоном в пять. Похоже, он что-то нашел. Сразу после я пойду писать заявление. Похер, что об этом узнает мама, директор и учителя. Они больше не будут играть нами. Они узнают, что такое ответственность.
– Сара, ты уверена? Это всё равно, что опубликовать это видео в интернете, – сквозь слезы произносит подруга, обнимая меня ещё крепче.
– Да, уверена. Иного выхода я не вижу. Сегодня всё решится.
***
Без пяти пять. День оказался длинным. Я полна решимости. Сегодня вечером я обращусь в полицию, меня никто не остановит. На улице идёт проливной дождь. Я стою под козырьком входа в школьный стадион и жду Майкла. Нервишки шалят, нужно позвонить. Набираю номер Тёрнера. Идут гудки. Ну же, возьми трубку. Он не отвечает. Чёрт! Ладно, пойду одна, Саймон ждёт. Вхожу в здание и на телефон приходит смска: “У директора в кабинете. Опоздаю, иди без меня.” Какого лешего он там забыл?
Прохожу длинный коридор, который полон воспоминаний вечера после той злосчастной игры. Перед глазами мелькают сцены, где Адель прилипла к моему парню. Бесит! Захожу в раздевалку, никого нет. Странно.
– Стелс! Ты тут? Стелс… – никто не отвечает. Что-то не так. Где он? Из душевых не слышно воды, может в туалет ушел.
Сажусь на лавочку и жду. Как-то не по себе. Слишком тихо. Так тихо, что можно услышать моё сердцебиение. Стоп! Я слышу хрип. Что это? Он доносится из душевых. Не раздумывая, забегаю в соседнее помещение, на полу с окровавленной головой лежит Саймон. Боже! Что происходит? Паника ударяет в голову, я бросаюсь к парню. Он в сознании, я наступаю в лужу крови.
– Что случилось? – стараясь разглядеть рану на голове, я тянусь за телефоном, чтобы вызвать скорую помощь.
– С.. С.. Сара, беги… – неразборчиво хрипит парень. Меня пронзает ледяной страх. Секунда, и что-то тяжелое ударяется об мою голову. Я падаю на пол. Невыносимый звон взрывается в моих ушах. Больше ничего не слышу. Последнее, что я вижу, это закрывающиеся глаза Стелса. Его окровавленное лицо. На мои глаза наплывает пелена. Вдох и темнота.
Комментарий к Точка невозврата
Привет! С нетерпением жду ваших комментариев. Очень интересует ваше мнение. В последнее время было много дел, прошу прощения за задержку. Я так по вам соскучилась! Шлю вам мои обнимашки!❤️
* Песенка из мультфильма “Губка Боб – квадратные штаны”
========== Сара Холмс и Саймон Ватсон ==========
Вдох. Я делаю мучительно болезненный вдох. Вокруг меня лишь холод и темнота. Я ничего не вижу и не слышу, мне жутко холодно. Каждая молекула моего тела продрогла насквозь. Выдох. Выдыхать еще больнее. Где я? Что происходит? Пытаюсь вспомнить, как я сюда попала, но не могу. Ну же, Сара! Вспоминай! Почему так больно? Нужно сосредоточиться, нужно вспомнить, как я сюда попала! Давай, О`Нил, ну же! Какой сегодня день? Понедельник! Я помню уроки, потом разговор с Анной. Кажется начинаю вспоминать. Я должна была встретиться с Саймоном. О, нет! Перед глазами мелькнули окровавленное лицо Стелса и его закрывающиеся испуганные глаза. Это последнее, что помню. У меня ни малейшего понятия, как я тут оказалась. Всепоглощающее чувство страха наполнило болезненную грудную клетку. Вдох. Меня похитили? Или я умерла? Возможно меня похитили, но мои руки и ноги не связаны, ничего такого.
Я делаю шаг, затем ещё один. Вытягиваю руки и делаю ещё шаг, ощупывая воздух вокруг себя. Здесь дико холодно и ничем не пахнет. Мои глаза не могут привыкнуть к абсолютной темноте. Вдруг слышу скрип за своей спиной, я оборачиваюсь и вижу, что открылась дверь. В дверях в ослепительном свете стоит девушка. Она тут же резко делает шаг, и я понимаю кто она. Это Кэнди Нельсон в своём приторно розовом свитере. “Что происходит? Где мы?” – я была уверена, что сказала это, но нет. Мои губы лишь беззвучно двигаются.
Нельсон направляется в мою сторону, каждый её шаг словно эхом отражается от тьмы вокруг меня. И вот она останавливается, оставив между нами не больше полуметра пространства. Её глаза как две стекляшки, они словно неживые. Кэнди протягивает руку к моей груди, я рефлекторно опускаю глаза. Твою мать! Что за хрень! В моей груди торчит рукоять от ножа. Вот почему так больно дышать… Нельсон кровожадно улыбается, обхватывает ладонью рукоять и медленно проворачивает против часовой стрелки. Неистовое чувство боли скручивает мои легкие вокруг окровавленной стали. Я слышу коварный смех, мне хочется кричать, но это попросту невозможно. Нет ни сил, ни кислорода в лёгких, только кровь. Нельсон резким движением вырывает нож из моей груди, и почти мгновенно я чувствую как острое лезвие вонзается в мой живот. Все моё тело ощущает каждый миллиметр ледяного ножа внутри, вонзенного чуть ниже солнечного сплетения. Я закрываю глаза и падаю в пустоту. Больше ничего нет, ни страха ни боли … Только привкус крови во рту.
***
Открыв глаза, тут же начинаю щуриться. Слишком ярко! Размытая комната медленно восстанавливается. Почему я лежу на кровати? Так, стоп, у меня же ножевые раны в груди и животе. Приподнявшись на локти, осматриваю своё тело с груди до ног. По пояс я укрыта белым больничным одеялом. Ран нет, только из левой руки торчит инъекционная игла от капельницы. Странно. Неужели это был сон? Но если это был сон, почему же было так больно? Меня тошнит, голова жутко кружится. Ощущения не из приятных. Итак, я в больничной палате. Унылые стены пыльно-синего цвета нагоняют жуткую тоску. А этот запах! Смесь антисептиков и лекарств, растворенная в воздухе, только усиливает мою тошноту. Я лежу одна в небольшой палате. Слева от меня стоит капельница, почти пустая, справа тумбочка и стул, наверное он для посетителей. На потолке люминесцентная лампа, похоже она здесь специально, чтобы я ослепла. Как же трудно привыкнуть к такому яркому свету, чертовски трудно.
– Сара, Боже, Сара! Доктор, она очнулась, – повернув голову на знакомый теплый голос, я вижу маму, она летит словно сумасшедшая, за ней быстрым шагом ко мне направляется темнокожая женщина в белом халате.
– Девочка моя, что случилось? Как ты? – она обнимает меня, ещё чуть-чуть и от её объятий от меня останется лишь фарш. Блин, какая же она сейчас невыносимо громкая. Не хорошо сейчас так думать, но это факт. Мой слух настолько обострился, что я могу услышать как в соседней палате сопит во сне старушка.
– Мам, не кричи, голова болит, – хриплым голосом прошу её.
– Девочка, моя… Как же я переживала, – о, нет, только не это! Она начинает плакать, я же не выдержу и тоже начну реветь.
– Сара, меня зовут доктор Браун, – милая женщина легким движением раздвигает пальцами мне веки и светит чем-то ярким в правый, а затем левый глаз. – Как ты себя чувствуешь?
– Тошнит и кружится голова, – тихо отвечаю, пока мама всхлипывая, продолжает меня обнимать.
– У тебя сотрясение, – доктор обходит больничную койку и проверяет капельницу. – Ты помнишь что случилось?
– Я помню только, как нашла Саймона, а потом почувствовала удар по голове. Боже, что с Саймоном? – к головокружению, тошноте и головной боли в гости приходит тревога. Картина окровавленной головы моего друга не выходит из моей головы.
– Ему повезло чуть меньше, у него черепно-мозговая травма, но с ним будет всё в порядке. Вас вовремя нашли. – видя моё беспокойство Доктор Браун меняется в голосе, её интонация становится более спокойной и размеренной.
– Сара, доченька, ты видела кто на вас напал? – стирая слёзы с глаз, мама спрашивает меня в надежде, что я смогу прояснить ситуацию.
– Нет, он ударил меня сзади, – даже если бы я видела преступника чуть не отправившего меня и Стелса на тот свет, сомневаюсь, что моей маме бы стало спокойнее.
– Жаль, мальчик тоже не видел лица нападавшего, – вскользь шепотом добавил мой обеспокоенный родитель. Меня зацепила эта фраза? Почему она сказала именно лица? Может в целом он кого-то видел?
– Мам, ты не знаешь, Майкл приходил? Он в порядке? – неожиданно в моей голове всплыл образ Тёрнера, я вспомнила, что он обещал подойти в раздевалку попозже. Я ещё больше занервничала. А вдруг он тоже мог пострадать?
– Приходил, – поглаживая меня по предплечью отвечает мама, – Он вас и нашел. Майкл ушёл совсем недавно, ему позвонил отец, кажется, – странно, в её голосе я не чувствую привычной нотки презрения, которую всегда можно различить, когда речь заходит о моем парне.
– Я позову шерифа, – доктор словно внезапно вспомнила, что нужно его позвать. На что темнокожая женщина встретилась со строгим взглядом моей родительницы, – Миссис О`Нил, я обещала ему, что он сможет поговорить с вашей дочерью, как только она придёт в себя, – встретив немое одобрение, врач тут же вышла из палаты.
– Доченька, ты не знаешь, кто это мог быть? – мне кажется, или она подумала, что я ничего не сказала, потому что до этого момента мы были не одни. И что ей сказать? Что-то вроде: “мам, ты не переживай, мне выслали видео, где мы с Майклом занимаемся сексом. И мы обратились к Саймону, чтобы он помог найти нам кто это сделал? У меня есть несколько вариантов – Кэнди Нельсон и Адель Моринг!” Я не уверена, но так можно человека и до инфаркта довести. Да, я была готова идти в полицию, но не была готова рассказать это ей.
– Нет, мам. Я понятия не имею, кто мог на нас напасть, – в итоге, говорю именно это, больше нечего добавить.
– Сара, здравствуй, меня зовут Джонатан Никсон. Я – шериф, – ко мне подходит высокий темноволосый мужчина в полицейской форме и протягивает мне руку. Неуверенно жму его крепкую громадную ладонь, – Прошу прощения, но мне нужно поговорить с тобой. Ты должна рассказать мне всё по порядку. Что случилось сегодня в здании школьного стадиона?
– Кхм… Мы договорились с Саймоном Стелсом встретиться в корпусе стадиона в пять. Когда я пришла, то не нашла Саймона ни в коридоре, ни в раздевалке. Потом я услышала странный звук, мне показалось, что кто-то хрипит в душевой. Войдя в душевую я увидела Стелса, лежащим на полу с окровавленной головой. Потом меня кто-то ударил по голове сзади, я упала и потеряла сознание, – откашлявшись, я изложила всю историю событий по порядку.
– Значит, ты не видела кто тебя ударил? – шериф задумчиво задаёт уточняющий вопрос. Интересно, шерифов специально обучают именно в таком порядке опрашивать потерпевших? Мне кажется, если бы я знала нападавшего, то уже кричала во всё горло, в первую же секунду, как сюда вошел представитель правопорядка.
– Нет.
– Саймон не говорил тебе, что у него какие-то проблемы?
– Нет, – мне кажется, что у Стелса только одна проблема, и это я. Не похож он на того, кого будет караулить маньяк с битой за углом.
– А у тебя не было проблем с кем-нибудь? – хороший вопрос, правда не знаю, что на него ответить!
– Таких, чтобы нападать на меня – нет, – без доказательств прямой или косвенной вины мне сказать нечего, если бы мамы не было в палате, я бы рассказала шерифу о видео и о шантаже.
– Кто-нибудь знал, что вы должны были встретиться с Саймоном? – слова мистер Никсона наводят меня на мысль о Анне. Господи, я же сказала ей, когда и где я встречусь со Стелсом. Не может быть, что она причастна! А вдруг её тоже шантажировали. Она так плакала сегодня…
– Только Майкл, но он был у директора в этот самый момент, – ну зачем я это сказала? Дурная голова! Нужно срочно исправлять ситуацию. – Вы же не думаете, что это Тёрнер?
– Нет, он во время нападения действительно был в кабинете директора. Возможно ты попалась нападавшему под руку случайно. Я уверен, что целью был именно Стелс. Кто-то знал, что он будет в раздевалке, но не знал, что туда придешь ты. Вот моя визитка, если что-то вспомнишь – позвони, – не уверена, что шериф прав, но по крайней мере меня успокаивает тот факт, что Майкл вне подозрений.
***
Вторник. Впервые в этот грёбаном городе я проснулась не дома и не в гостях, а в больничной палате. Сегодня я отвратительно спала. Всю ночь меня тошнило. И ещё я понятия не имею как пользоваться уткой. Что это вообще за хрень такая? В итоге, несмотря на недовольную медсестру, что дежурила ночью, я сходила в обычный туалет, в противном случае, утром мне было бы мокро и стыдно. Причиной отвратительного сна были не только тошнота и проблемы с больничной уткой. Орда разных мыслей осадила мою нездоровую голову. Шестое чувство подсказывало мне, что нападение на меня и Саймона связано с тем видео. Мне дико хотелось увидеться со Стелсом. Какой-то полоумный психопат или психопатка чуть не убил(а) нас. Насколько нужно не дружить с головой, чтобы напасть на двух людей и бросить их умирать? Каждый раз, когда я просыпалась, в голове мысленно пополнялся список подозреваемых. Первой была Адель. По какой причине? Ну, она высокая и физически сильная, раз много лет занимается черлидингом. Поверить не могу, что своими умозаключениями, хоть и косвенно, но делаю комплимент рыжей курице. Вторым номером была Кэнди. Конечно маленькая и щупленькая девочка навряд ли бы решилась на такое, но чем чёрт не шутит. Хотя, признаюсь, обе кандидатуры никак не дотягивали до маньячек с битами. Третьей кандидатурой стал Мистер ХЕЗ. Он же Мистер Хрен Его Знает, он же пособник. Если рыжая тварь и отрыжка единорога не поднимали на меня руку, это не значит, что они не воспользовались чьей-то помощью. Но кто это мог быть? И это было первой бедой моих ночных размышлений. Второй бедой была моя подруга. Только Делинвайн знала во сколько и где я встречалась с Саймоном. Это не выходило из моей головы. Мы же проверили, в туалете кроме нас никого не было. Хотя, возможно, Шериф Никсон и был прав, нападавший знал, где будет Стелс, а я изначально не входила в планы “бей и беги”. И да кстати, мама не нашла мой телефон, полиция тоже. Появилась новая, но совсем несусветная версия – ограбление. Где вы видели гопников, нападающих на своих жертв в раздевалках школьных сборных по футболу?
В конечном итоге, мне пришлось прийти к выводу, что пока я не поговорю со своим другом по несчастью – картина не прояснится.
На часах семь утра. Одному дьяволу известно, как мне удалось дотянуть до этого времени и не сойти с ума. Солнце уже полчаса пытается пробиться сквозь жалюзи, к счастью материал ламелей довольно плотный, а это значит, что небесное светило не испортит мой утренний сон. Тем более, мой организм больше не в силах бодрствовать. И только я об этом подумала, как скрипнула дверь. Ко мне пришел Майкл. В его руках красуется охапка васильков, похоже кто-то ограбил клумбу в парке.
– Привет, маленькая моя, – сделав шаг, тихо шепчет Тёрнер. Он словно не уверен, что я хочу его видеть. Это странно! Что он там себе надумал?
– Привет, – я мягко улыбаюсь, давая понять, что ко мне можно подойти и ближе.
– Как ты себя чувствуешь? – парень за миллисекунду преодолевает оставшееся расстояние, и нависает над моим лицом. У него красные глаза, не зная его решила бы, что он плакал.
– Голова болит и тошнит, – честно, мне хочется расплакаться, чтобы он меня пожалел, но я не могу. Видно же, что ему хреново.
– Малышка, я чуть не умер, когда нашёл вас… – Майкл целует меня в лоб и замирает, столько горечи в его словах я не слышала даже когда мы устраивали разборки по поводу той ситуации с Адель. Боже, и я не знаю, что сказать. Только не плакать, только не плакать!
– Всё хорошо, – касаюсь правой ладонью его небритого лица. Даже не побрился!
– Я могу тебя обнять? – что за вопрос? Нужно, а не можно!
– Конечно, у меня сотрясение, а не перелом ребер или ключицы, – в моем голосе можно распознать обиженную принцессу, которая просто требует обнимашек. Тёрнер кладёт цветы на тумбочку, снимает куртку и бросает её на стул. Затем ложится рядом, скинув на пол со стоп свои кроссовки. Ещё секунда, и он сгребает меня в объятия, да такие, что дышать я теперь не могу.
– Майкл, ты в курсе, что сюда могут войти? Мама моя, например! – моё негодование немного отдаёт фальшью, ведь мы оба понимаем, что нам чертовски хорошо так лежать совсем рядом, не оставляя воздуху и миллиметра пространства между нами.
– Малышка, ты же знаешь, что мне всё равно, что скажут или подумают другие, – чмокнув меня осторожно в макушку, хрипло шепчет он. – Я так переживаю за тебя. Всю ночь не спал, ждал когда настанет утро, – лучшее в мире лекарство – это его голос, не иначе.
– Я тоже всю ночь не спала, думала о том, кто решил раскроить череп Саймону, ну и мне заодно, – неожиданно выдаю. Фейспалм! Вот зачем? Зачем я это сказала?
– Кто бы это ни был, жить ему осталось недолго! – эта фраза из уст Майкла звучит по-особенному жутко. Он не шутит, и меня это пугает.
– Нет! – рявкнув, я немного отстраняюсь от теплой груди Тёрнера и смотрю в его озлобленные глаза. – Пообещай мне, что ты ничего не натворишь, – в ответ он только фыркает. – Ну уж нет! Ты слышишь меня? Больше всего на свете я хочу быть с тобой! Прошу тебя, не делай глупостей! Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится, или ты окажешься в криминальной хронике Сентфора, – Майкл громко и недовольно вздыхает. – Пообещай, пусть этим занимается полиция!
– Хорошо, – блин, я ему не верю.
– Неубедительно. Поклянись! – практически рычу, не скрывая своего возмущения.
– Боже, Сара, ты как маленькая. Давай, заставь меня мамой ещё поклясться! – звучит как вызов. Ой, что сейчас я тебе устрою!
– Мамой не надо. Поклянись мной! – я не переживу, если вдруг пострадает его мама, а вот себя не так жалко. Со мной явно что-то не так!
– Ты рехнулась, не буду я тобой клясться!– вспыльчиво заявляет Тёрнер, по его лицу можно понять, что он готов убежать от сюда.
– Окей, тогда мы расстаёмся! – Фейспалм номер два. Можете называть меня дурой. Официально разрешаю.
– О`Нил, я конечно понимаю, что у тебя сотрясение, но…
– Но что? – не даю закончить парню предложение, я на взводе, – по твоему я дура? И не вижу, как ты злишься? Майкл, если ты меня любишь по-настоящему, то ты не будешь делать глупости. Мне проблем уже достаточно, – слезы предательски текут по щекам. Как же я не хотела плакать.
– Упрямая, как баран, – ворчливо произносит Тёрнер, старясь вытереть каждую слезинку, но я продолжаю плакать. – Ну, не плачь, маленькая моя. Клянусь, что не наделаю делов. Но тобой клясться я не буду. Я думал, что потеряю тебя, – зацеловывая каждый миллиметр моего лица, он всеми силами пытается меня успокоить. Мы два идиота, что с нас взять?
– Я люблю тебя, – всхлипывая, говорю я, чтобы услышать то же самое от него.
– Я люблю тебя сильнее, – сомневаюсь, что такое вообще возможно.
– Кстати, что ты делал у директора в кабинете? – вопрос сам по себе всплыл в моей больной голове.
– Подрался с Холлом.
***
Пятница. Не буду мучить вас скучными подробностями опущенных мною дней. Чем занимаются подростки в больницах с сотрясением мозга? Спят, едят, лежат, страдают на процедурах и принимают посетителей. К слову, Майкл появлялся даже чаще, чем моя мама. Каждый день, я переживала, что он кого-нибудь побьёт. По поводу драки с Джоном он ответил так: “Сначала мы поссорились из-за глупости. Потом слово за слово и подрались”. Естественно, такой ответ меня не устраивал. Выпытать хоть каплю правды мне не удалось. Когда меня выпишут, то я первым же делом устрою допрос с пристрастием Стиву Роджерсу, он точно должен знать из-за чего произошла драка.
