Текст книги "Чёрный поручик (СИ)"

Автор книги: Мархуз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)

Глава 28

Глава двадцать восьмая

Деятели Российско-американской компании конечно же расстроились, потеряв юридическую власть над регионом, но сохранили свои позиции в самой компании. А вот акционеры начали рабегаться, вынимая средства путём продажи доли. И быренько мчались с ними на биржу, чтобы обзавестись «шеллеровскими» ценными бумагами. Так что очередной скачок привёл к ещё одному сплиту. В этот раз вместо одной бумаженции давали лишь две, а в общем получалось что одна первичная сторублёвая акция ныне равна шести по двести пятьдесят тугриков. Пятнадцатикратное повышение стоимости, что ни говори! Сейчас имел бы три четверти миллиона, аж жаба давит. Вот устрою им тут лохотрон класса МММ будут знать, как с двадцать первым веком связываться.

Хорошо хоть пять процентов доходов с петрушита сохранил, продав лишь часть своей доли Ольденбургскому. Как же так, я дитя второй половины двадцатого века, прошёл перестройку с ускорением, а никак не могу в олигархи выбиться? Где же вселенская справедливость? Тут ещё Валеру с отцом вызвали, где брата "за заслуги перед императором" повысили ещё на один класс (он уже в 9-ом обретается, в обход выслуги лет), наградили Владимиром четвёртой степени (на зависть придворным лизоблюдам) и…

– Валерон, поздравляю с новым титулом, – приобнял братишку, чтобы кости затрещали.

Теперь он тоже князь "с сохранением родового имени". Эта фигля не поощрение, а наоборот подчёркивает более простую форму княжения, безземельную. Хотя кого это интересует в наше время, когда родовые княжества у всех отсутствуют в России, давно приватизированные обратно в корону.

На следующий день и по мою голову прибыл курьер. Меня за те же "заслуги" премировали лишь Владимиром третьей степени, не добавив ни чина, ни класса на халяву. Правда перевели в сиятельные князья, как будто это даст денег и земель. Ладно, если бы был холост, то такую крутую купчиху смог бы отхватить, но я же женат и счастлив в браке.

– Владимир, я вас поздравляю, – прижалась ко мне моя княгиня Анна, теперь тоже сиятельная и сияющая, как солнышко (или Солнце не сияет?).

Папа с одной стороны чуток расстроен тем, что ему ничего не досталось, но с другой – чрезвычайно доволен возвышением сыновей. Теперь для него будем искать миску квашенной капусты, чтобы было куда ткнуться лицом (у графьёв морд не бывает). Кстати, теперь Константин Николаевич отстал на время и от тестя, и от казны с вечными требованиями денег. Невской сообщил мне, что великого князя отправляют в Польшу новым наместником.

– Владимир Михайлович, не обессудьте, но в охрану Константина Николаевича добавили ваш взвод. Хотят проверить их в деле, так что будет вам экзамен.

– Николай Васильевич, так подразделение уже не моё и даже офицеры в нём ваши. Вдруг будут использовать не по назначению, а для разгона мятежников? А это совсем другая специфика, их к такому не готовили.

Князь хотел возразить по старинке, но вовремя спохватился. Действительно охранники должны охранять, а не воевать с повстанцами.

– Ну… теперь всё будет зависеть от их командования.

Представляю какое недовольство сейчас проявят казаки Конвоя, делегированные в Польшу, узнав о непонятном взводе, который не только лучше вооружён, но ещё и получил бронежилеты для каждого бойца. Небось по каждому поводу будут задирать "примазавшихся", а получив первый же отлуп, мачнут мстить и гадить. Впрочем меня это действительно не должно касаться, не моё собачье дело.

В июне предстоят отборы, как среди "добровольцев", так и в роте осназа. А ещё и стрельбы намечены, сразу и первые миномётные, и первые ракетные. Вообще-то с ракетами в русской армии вроде полный порядок и мои потуги излишни. Князь Константинов (бастард Константина Павловича, отказавшегося в своё время от короны Российской Империи) развил столь бурную деятельность, что построен целый ракетный завод в Николаеве.

Весь вопрос в том, будут ли они поступать на вооружение или так и останутся толком невостребованными.

– Вольдемар, если что, то у меня есть выход на великого князя, – сообщил папа, – могу подсобить.

– Благодарю вас, отец, но не стоит. Мои нужны будут лишь лет через двенадцать, да и очень дорогими получаются, пока не имеют смысла. Те, что есть у Русской армии, стоят дешевле пяти рублей каждая, так чего на мои зря деньги тратить?

– Ну, как знаешь, не буду навязываться.

Времена пришли, когда все стали экспертами по вооружениям и дают самые разные рекомендации по перспективам. Как кто прочитает где или услышит от "авторитетных" знакомых новое – тут же начинают окружающим дуть в уши. Даже племянник княгини Валевской (недоброй памяти) вовсю развешивает крутую лапшу на уши и упрашивает тётку свести его с нами.

– Тётушка, поймите, что я стал другим человеком и у меня отличные знакомые. Они готовы вступить в сотрудничество с господином Шеллером и Владимиром Михайловичем.

Княгиня, в один из последних визитов, даже попросила его выслушать.

– Вольдемар, он обзавёлся связами с австрийскими специалистами, которые могут предоставить ценные патенты на чудо-оружие.

– Увы, уважаемая княгиня, но у меня не хватает средств и мощностей на реализацию своих разработок. Пусть Борис обратится в военное министерство, там специальный отдел создан по приёму и рассмотрению нужных разработок.

– Так в том-то и дело, что у тебя связи с военным министром и ты, хотя бы, замолви за этих австрийцев словечко.

Блин, как же объяснить этой женщине, что мне невыгодно проталкивать других, не поймёт же ни за что.

Миномётные стрельбы провели по договорённости на артиллерийском полигоне. Невской лично убедил начальство в соблюдении секретности, так что тайну удалось сохранить. Всё-таки хорошо иметь возможность солидного финансирования – особых проблем не было, а мины улетали и на версту, и на полторы, а большего диверсантам и не нужно.

– Жуть какая-то, – поразился "наша крыша", – воют, что твоя смерть.

– Сейчас пироксилиновыми жахнем, которые ещё дороже, Николай Васильевич, – попытался пошутить я, но наверное неудачно. вышло.

– Да, Владимир Михайлович, с таким оружием линейная тактика просто теряет смысл. Где, спрашивается, теперь строить колонны? За горизонтом? – теперь изощрнулся в остроумии он, – даже кавалеристы вмиг станут безлошадными.

Для нас, главное, чтобы мины летели куда надо, то бишь вперёд, а остальное приложится. Хотя и недоделок хватало, но скорее связанных со срабатыванием на месте и величиной порохового заряда для дальнего полёта.

– Понятно, что настоящие мортиры лучше, но ваши легко переносить и устанавливать, а с теми дурами возни слишком много.

– Дай бог, чтобы осназовцам дозволили такие иметь.

Больше всех довольными остались Маиевский и Спасский, как авторы нового средства убиения себе подобных, то есть человеколюдей планеты Земля. Они и баллистику ракет с крылышками нам просчитали, проведя множество экспериментов с моделями: бумажными, деревянными, железными и даже паркезиновыми. Ну, не совсем паркезиновыми, так как Фадеев и Петрушевский химичили с разными вариантами нитроцеллюлозы.

– Владимир Михайлович, мы приобрели патент у одного англичанина, но решили сделать смесь более твёрдой. Благодаря использованию камфоры она получилась настолько крепкой, что из неё можно изготавливать самые разные детали. Очень удобно оказалось для того, чтобы делать модели.

– Вы гении, господа, мне понадобятся уплотнители для различных поршней. Лишь бы по температурным режимам подходили.

Я так рад, шайтан раздери, когда высокомотивированные и сверх меры профинансированные умки сами создают нечто новое. Блин, это же навроде пластика, который нужен во всём. Заливай и властвуй! И пусть он очень дорог, мне много и не надо, а свои потребности я оплачу.

Ну, а ракеты летали примерно куда надо, поджигали или взрывались, усыпая местность осколками или картечью. Естественно, что леталки с чёрным порохом я не рассматривал, понадеявшись на Николаевский завод и его варианты. Весь цимус в пироксилиновых вариантах. Правда с размерами мы напортачили, малые умудрялись летать за пять вёрст, а средние дотягивали до восьми. Так что большие даже не испытали, опасаясь попасть ими куда-нибудь за границу. Ещё попадём в какую-нибудь чужойскую свинюку и нас вызовут в суд по ябеде шведской девочки, бросившей школу.

На показательные стрельбы из пятизарядок, кроме Невского, пригласили и Милютина, а также обоих старших царевичей. Точнее, Саша Александрович сам напросился, уцепившись за старшего брата. Та же по сути "васнецовка", но бьёт точнее и кучнее, потому что не нужно ей дрыгать, вставляя очередной патрон.

– Владимир Михайлович, а зачем такое усовершенствование? – сразу спросил младший царевич, – даже однозарядка восхищает своей простотой, меткостью и дальностью.

– Ваше высочество, это для разведывательно-диверсионных подразделений, а однозарядка для новой русской армии в перспективе.

Ну вот, только новое слово вылетело за воробьём, как тут же посыпались вопросы. Пришлось достаточно подробно отвечать в пошаговом режиме, иначе или неправильно поймут, или переврут на следующем, более высоком, уровне. Трындёж в конце концов иссяк и мы все разъехались кто куда.

– Новая русская армия говорите, Дмитрий Алексеевич? – уточнил Александр Второй.

– Да, ваше величество, но это программа на будущее, как бы дополнение к военной реформе. Я и сам о подобном раздумывал, но никак не мог совместить концы с концами.

– Хмм, получается, что князь Васнецов предложил иной, пусть и несколько необычный, подход к регорме. Хороший оборот речи "в пошаговом режиме".

Царь внутри себя пережёвывал то, что только что услышал. Начать постепенное создание подразделений: винтовка-однозарядка, плюс бронежилет (для сохранения состава), плюс пара гранат в боевых условиях. Причём все имеют одинаковый срок службы в пять лет, после чего выходят в запас, откуда могут быть призваны а армию в случае мобилизации. Мало того, каждые пять лет те, кто в запасе, проходят военные сборы по месту жительства сроком на один-два месяца.

– А оружие и боеприпасы хранятся на полковых и дивизионных складах, не забивая арсеналы?

– Да, ваше величество, постепенно из года в год всю Русскую армию можно будет перевести на новый режим службы, не издавая единых манифестов для всех подряд.

Глава 29

Глава двадцать девятая

Первая же статья в «Инвесторе» вызвала определённое оживление. В ней рассказывалось о чугуне, железе и сложившейся ситуации с металлургией в стране. Мы не чокнутые – её правили под личным наблюдением самых верхов, но должно было выглядеть, как «инициатива от народа». Предприимчивого народа, а не абы какого.

– Ох, Валера, ты и наговорил, аж на три каторги, – восхищалась Маша, – всех Васнецовых сошлют за такой анализ.

– Так это не я наговорил, это Володя снабдил цифрами и фактами, – тут же откорячился брат.

– Даже я удивлена и почти всё поняла в вашей статье, – удивилась княгиня Валевская, – неужели никто не регулирует в министерствах и ведомствах?

Вообще-то ничего особого, что дотоле не знали, от нас не поступило, но стоило призадуматься. Выходило, что Александр Второй начал выправлять ситуацию в стране, но многое зависело и от частных инвестиций. С 1857 года рзрешили импорт металла морем, но лишь в исключительных случаях. Ввозные пошлины следовало уменьшать, а то до маразма дошло. Чтобы закупить чугун за рубежом приходилось платить пошлину по 90 копеек за пуд при его цене в… 15–17 копеек за тот же пуд. Железо обходилось ещё дороже.

– Валериан, неужели работники разбегаются с уральских заводов после Манифеста о воле? Куда же они идут и на что собираются жить?

В статье некоторые вопросы были освещены лишь вскользь, вот и пришлось на домашнем педсовете разъяснять подробности.

– Отец, поймите, им жалованье в основном хлебными пайками выдавали, но хлеб в два раза в цене вырос из-за манифеста, а железо лишь на четверть поднялось. Вот владельцы заводов и сокращают производство, ибо денег им не хватает.

– Да, папа, уж очень тяжёлые условия на Урале, с продовольствием плохо и приходится закупать через Нижний Новгород. Те же Демидовы многих своих рабочих болтушкой на воде с мукой кормили, да цепями к рабочим местам приковывали, а теперь воля, не удержать силой.

Конечно, умников и без нас хватает, но даже "Вестник" перепечатал статью, а у него авторитет очень высокий. Главное, что шла не критика, а подробное объяснение. Раз зависим от импорта, то следует смягчить законы, препятствующие ввозу металла в Россию, иначе железные дороги будем веками строить. Естественно, что пообещали в следующем выпуске рассказать и о том, где на Руси своего железа полным-полно, но у казны средств не хватит сии месторождения освоить. Мол, спасение утопающих – дело рук самих утопающих и никак иначе.

В конце Валериного опуса был приведен простенький арифметический расчёт на тему того, как сотня пудов хлеба может преобразоваться в тот же чугуний. В случае, если хлеботорговцы не продадут за границу, а вложат в производство железа, а то и изделий из него. Конечно, цифры во многом были высосаны из пальца, но выглядело заманчиво, потому что получилось, что доход владельца утроился чуть ли не на ровном месте.

Публика готовилась к массовым отпускам, но следила за прессой, чтобы узнать где полным-полно магнитных руд и лишь добротных хозяев не хватает для освоения природных запасов. Отдельные читатели уже присылали письма с просьбой порекомендовать товарищества и акционерные компании в которые имеет смысл вложить свои средства.

Лето – время навигации в северных краях, поэтому гудзонбайцы завозили кораблями своих людей (в меру), а французы не знали что делать с массами желающих, готовых атаковать Юкон с юга, пешим ходом. Хорошо, что они прислушались к советам и пропускали внутрь только тех, кто пёр с собой не менее четырёхсот фунтов продовольствия. Не удивлюсь, если в ближайшие годы частники передадут государству права на эти земли. Но пока стоит ажиотаж и все мечтают нажиться на халяву, особенно те от кого зависит право посещения аляскинского диснейленда с его приключениями.

У англичан в архангельских краях тоже не всё слава богу. По мере освоения месторождения вылезают проблемы, причём одна за другой. Россия, заваливающая Запад хлебом и мясопродуктами, как оказалось, внутри недоедает. В пору самим продовольствие завозить для своих же рабочих. С работягами тоже проблема, оказалось, что в тех землях проживает не так много людей, да и те заняты своими делами. И что теперь, импортировать работников из Швеции?

– Володя, алмазное месторождение настолько огромно, что нужны будут тысячи старателей, – поделися инфой брат, получивший очередные письма из Архангельска.

– Это они ещё сверху ковыряются, а когда начнут выкапывать гигантскую воронку, то совсем взгрустнут.

– Так может государь им помощь окажет, как продовольствием, так и людьми?

– Нет, братишка, так вопрос не стоял до продажи. Это их личная собственность, так пусть сами и володеют ей. Они же радовались такой форме владения, посчитав что обвели тупеньких русских вокруг пальца. Вспомни, что в английских газетах писалось в прошлом году.

Там действительно проскакивали перлы на тему, что "русские дикари даже не способны осваивать собственные ценности". Теперь Европа, подогреваемая Гольфстримом, столкнулась с холодами и, как следствие, бескормицей. Если бы Наполеон знал правду о русском климате, то дальше границ Польши не пошёл бы. Лучше подписал вечный мир и уплатил солидную контрибуцию, чтобы откупиться, как египтяне в древности откупились от сакского нашествия. Тогда Египет уплатил одноразовую дань размером больше, чем саки награбили в своём походе и согласился каждый год выплачивать солидную сумму. Тупые историки умудрились всё переврать, назвав впоследствии сакское нашествие скифским. Сундуки, блин, скифы-сколоты в то время были лишь одним из сакских племён, ха-ха.

– Володя, как-то неудобно получается перед Европой.

– Валерон, в древнем римском праве существовал закон: "Покупатель видит, что он покупает!" Никаких "неудобно" не может быть в торговых сделках.

– А вдруг ещё что-нибудь мы предложим купить?

Вот, блин, дошкобался. И это он ещё не осознаёт, что Аляска тоже была троянским конём в мешке. Даже Сибирь, хоть и богата ресурсами, но лежит на пермафросте. Лишь в Приамурье можно пшеницу выращивать, так там климат иной, лучше чем даже в России. Вон, к северу от Волги до сих пор пшеница не растёт, приходится рожь выращивать.

– Ты, брат, за иноземцев не беспокойся. Никуда не денутся, а в ближайшие годы будут проситься разрабатывать наши месторождения железных руд. Только пусть долю платят, да солидную, не деньгами, а в чугуне и металлоизделиях. А железные дороги, куда нужно, они и сами проложат, за свой счёт.

– И зачем им это нужно? – поинтересовалась кузина, да ещё и с ухмылкой.

– Маша, да они прекрасно понимают, что мы эти дороги будем десятки лет строить, если сами возьмёмся.

– Тогда и прибыли с них будут в свой карман класть!

– Мария Алексеевна, вы рано тожествуете. Нет такого термина, как "прибыльная железная дорога в России" и не может быть пока. Всё, что сейчас частные компании строят, из-за убыточности передадут в казну, когда поймут что к чему.

Вот так и обсуждаем разные темы, когда готовим материалы для следующих статей. Отец обычно не влезает в наши диспуты, если они не о чём-нибудь военном, или о светской жизни, например. Другое дело, что изредка забегающий к нам на огонёк Шеллер, как только чувствует запах денег, так сразу начинает выдаивать из нас информцию. Он уже затеял очередное акционерное общество "Русское железо", правда аж бесится, что придётся бурить или рыть шахты глубже десяти сажен.

– Владимир, пойми, сразу резко возрастёт себестоимость добычи.

– Увы, Франц Иоганнович, но поверхностное железо уже подходит к концу. Привыкайте к глубинам в сотню сажен, можете даже создать Комитет Глубинного Бурения.

Тесть на пару с отцом только вздыхал, так как понимал, что придётся строить завод и производить соответствующее оборудование. А это удлиняет срок окупаемости и сработать чисто по-купечески (сунул-вынул-убажал) уже не удастся.

Неожиданный заказ поступил от военного ведомства.

– Владимир Михайлович, надо бы построить завод по изготовлению пятизарядных винтовок и фабрику по производству патронов к ним.

– Не рано ли ещё, Дмитрий Алексеевич? Это же огромные деньги будут потрачены. Может лучше туляков перепрофилировать, а я все чертежи предоставлю.

– Тут, князь, дело в другом. Туляки на виду, а нам нужна полная секретность. Император выделяет средства на строительство, но негласно, с аляскинских денег. Завод будет принадлежать лично вам, так как вы зарекомендовали себя умением скрывать свои секреты. После того, как изготовите десять тысяч винтовок, передадите и завод и продукцию другому лицу.

– Понял, ваше высокопревосходительство, но в любом случае уйдёт несколько лет.

– Ничего страшного, мы умеем ждать, главное, чтобы дело было сделано.

Честно говоря, я не понял, что за фортель мне поручили, но лишних вопросов задавать не стал. Да и в пузырь не полез, чтобы отказаться, боюсь этого мне не позволят сделать. Хлопот, конечно много, но овчинка выделки стоит. Лишний завод империи не помешает, если он передовой, да и кадры можно воспитать по ходу дела. И всё за госсчёт, а не из карманов частников. Оборудование и станки у Круппа закажу, так как он как раз наблатыкался стальные винтовки делать.

– К вам ещё одно поручение будет, Владимир Михайлович. Великий князь Александр Александрович изъявил желание, чтобы ему тоже роту осназа подготовили за два-три года. Но не для диверсионных действий, а по типу новой русской армии. Средства уже выделены в соответствии с вашими расценками.

– Рад стараться, Дмитрий Алексеевич. Лишь бы не перегрузится ответственными поручениями, а то мой хребет может сломаться, – улыбнулся я.

– Не перегрузим, можете не сомневаться, вы нам пока нужны со своими идеями и планами.

Вот и не могу понять, то ли это наказание за длинный язык, то ли наоборот своеобразная форма поощрения? С заводом, как раз-таки, ясно. Главначпупсы уже врубились, что на господрядах я ловчить не буду и деньги прикарманивать. Дай поручение другому и смета в итоге вырастет в два-три раза. Впрочем, ещё одно подразделение тоже не влом подготовить, инструкторов даже больше, чем надо.

Другое волнует, как бы Александра Второго втянуть в мир-дружбу-жвачку с Боливей и Перу, пока чилийцы с помощью бритосов их селитру и медь не завоевали. Одному сложно будет устоять, ясен пень.