Текст книги "Драконья Кровь (СИ)"
Автор книги: Маргарита Зайцева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
Глава 18
Когда покидала таверну, на улицах уже зажигались небесные огни, освещая своим чуть мерцавшим светом дорогу никуда не спешащим жителям столицы. Луна еще не показалась на небосводе, но первые красные звезды уже во всю подмигивали влюбленным и мечтателям.
Прекрасный вечер, чтоб навестить ковен. Да и ночь обещала быть тихой и спокойной…
– Несса! – выйдя за порог таверны, услышала взволнованный голос подруги.
– Зелена, что-то случилось?
– Не со всем, – попыталась успокоиться вампирша.
– Тогда в чем дело?
– Я чую кровь.
– Ты вампир, Зелена, тебе положено чувствовать кровь, – не поняла ее.
– Ты не поняла, – это я уже поняла, спасибо. – Это твоя кровь.
– Что? – осознание медленно накрывало меня. – Вот Разлом! Только этого мне еще не хватало, – погладила низ живота, который только сейчас дал о себе знать.
– Несса, что с тобой? – из таверны Ланс вышел веселей, слегка подвыпивший, но взгляд его все равно оставался трезвым. Стоило ему заметить мое не вовремя побелевшее лицо, как все веселье друга в одно око испарилось, а на его место пришли серьезность и беспокойство.
– Да так ничего особенно, – отмахнулась от лесного дракона, – просто кто-то завтра не сможет использовать магию, – натянуто улыбнулась.
– Красный цветок? – тут же догадался офицер светлой стражи.
– Ага, – кивнула.
Как же он не кстати расцвел. Как я завтра искать кого-то буду, когда меня саму нужно будет искать в домике из одеяла? Да и куда я смогу в таком состоянии дойти?
Разлом, за что ты так со мной?
Но Разлом молчал, как и всегда, когда кто-нибудь задавал ему вопросы. Мне же оставалось просто принять тот факт, что завтра мне будет нелегко, а настроение, как и само состояние будет валяться где-то на самом дне Разлома.
– Может останешься? – Зелена переживала, и мне были понятны причины ее волнений, но, во-первых, ей в ее прекрасном положении такие проявления чувств были вредны, а, во-вторых, я уже не маленькая девочка и способна сама принимать решения и нести за них ответственность, да и отступать от своих планов никогда не любила, а потому лишь уверенно покачала головой, обняла на прощание подругу и только после этого взяла Ланса за руку, чтоб в следующее мгновение оказаться внутри светло-зеленого пламени.
***
Северянский лес встретил нас легким порывом прохладного ветерка. Здесь хоть и была поздняя осень и деревья давно уже сбросили свои золотые наряды, погода все ещё стояла теплой. А дожди в такое время года в этих краях горячие, как слезы младенца.
Когда угасло драконье пламя и шум рычащего огня стих, до нас долетели приглушенные звуки самого леса. Именно в этом лесу внимание путников привлекали не только животные и время от времени вышедшие на охоту умертвения, но и сама флора любила устраивать испытания для незваных гостей. Лианы змеями струились по нагретой за день земле, оплетались вокруг толстых стволов и, когда нога зазевавшегося проходимца подходила, натягивались, а потом, когда кто-то оказывался на земле, громко и зло смеялись, чем пугали незваных гостей еще больше. Некоторые деревья – дубы-бегуны – считали забавным перебегать с места на место и делали это в основном ночью, чтоб сбить путника с верной дороги и заманить в свою дубовую рощу, где его уже ждали ночные горлодёры – мелкие грызущие создания Разлома, больше походившие на полевых мышей со смесью кошки. Их тела были маленькими, глазки узенькими, словно бусинки, но ярко зеленые. Шерсть гладкая, пушистая. Хвост длинный, лысый. А уши точные копии кошачьих, заостренные. Эти существа днем спали в своих норках глубоко под землей, чтоб более огромные хищники при свете дня их не почуяли и не достали, а ночью они выползали и начинали свою маленькую, но кровавую охоту.
Вот и сейчас под ногами кто-то очень шустрый пробежал. Драконья кровь позволяла хорошо видеть и слышать в темноте, а потому мне не составило труда разглядеть скрывающийся лысый хвостик вон за тем дубом, что вновь решил сменить свою локацию.
– Ночной горлодер? – голос Ланса среди ночных звуков леса прозвучал громко, разбудив сов, которые тут же стаей слетели с деревьев на нас.
– Хочешь остаться с руками и ногами, говори тише, – отплевавшись от густой шерсти еще одних ночных хозяев этого леса, посоветовала другу. – Этот лес с наступление темноты не очень жалует незваных посетителей.
– Поэтому ты хотела до темна здесь появиться? – также тихо спросил дракон.
– И не только, – посвящать друга в свои планы не хотелось, и я просто сказала: – Идем, здесь не далеко.
Минут двадцать мы бродили по лесу. Не знаю, как Ланс, а я наслаждалась ночным спокойствием и свистом парящих над ветвями созданий ночи. Луна заняла свое законное место и теперь весь лес освещал фиолетовый свет, погружая нас в свою, понятную только ей сказку.
Вдруг среди деревьев показался высокий сиреневый при свете Луны забор, за которым виднелось трехэтажное деревянное здание – Школа чародейства, куда принимали всех желающих, готовых всю свою жизнь посвятить законам природы, ибо именно она давала чародеям силу для проведения всех ритуалов, наложения заклятий и передачи жизненной силы. А на такое был согласен не каждый, особенно это касалось девушек…
– Несса? – послышался шипящий голос старшей сестры, и из-за массивной двери показалась невысокого роста женщина с длинными серебристыми волосами, распущенными вдоль спины.
– Я, Айвова Василефовна, – помахала рукой настоятельнице.
– Отворяй ворота, дитя мое, и остроухого с собой прихвати, нечева ему ночью по лесам шастать, – ворота с противным скрипом отворились, пропуская нас во двор учебного заведения.
– Идем, – потянула Ланса за рукав, и первая шагнула на территорию школы.
Тут же под ногами растелился ручной вышивки красный ковер, что тянулся прямиком к дверям здания. По бокам цвели цветы, в основном белые ромашки, хотя в такую погоду и они были редкостью, но чародеи хорошо следили за состоянием той, чьей энергией подпитываются.
– Ничего не изменилось, – снимая ботинки и засовывая ноги в махровые тапочки, улыбнулась.
– Ты бы еще чаще заходила в гости, глядишь, и были бы у нас перемены, – прям с порога начала отчитывать меня старшая.
– Айвова Василефовна, вы же знаете, как там сейчас, в столице, – подождала, пока наставница выговориться, и уже потом кинулась к ней в объятья.
– Как же я соскучилась, – бережно обнимая пожилую женщину, честно призналась.
– Ври-ври больше, – усмехнулась в свою очередь та, но объятий не разжала. – Скучала бы, чаще нас навещала. А так всю себя детям посвящаешь и забыла, откуда ноги растут.
– Айвова Василефовна…
– Что? Разве я не права?
– Конечно, правы. Вы всегда правы.
– Вот любишь же ты мне льстить, деточка, – прищурилась женщина. – Я тоже скучала, – и ее объятия стали крепче.
После недолгих приветствий я познакомила наставницу с другом, а та, как хорошая хозяйка и ректор данного учебного заведения, пригласила нас за стол.
Столовая школы располагалась на первом этаже ближе к западному крылу, там же был расположен и вход в сад, где в основном и проходили все занятия. Чуть глубже среди уже облысевших кронов деревьев под прозрачным куполом цвели довольно редкие и теплолюбивые цветы и лечебные травы. Эта была личная оранжерея госпожи Дудлит – магистра зельеварения. А в другом конце сада растелился небольшой полигон, где юноши и весь преподавательский состав мужского пола любили проводить свободное от учебы и занятий время. Вот и сейчас, усаживаясь за широкий стол, с полигона доносилось громкое:
– Ать, два, ать, два. Харис, отпусти задницу! Дарс, ниже, еще ниже! Файр, да кто так отжимается!
На это названные ученики и остальные, чьи имена явно разносились по всему учебному корпусу ни раз, лишь молча постанывали и старались исправить свои ошибки.
– Не уж-то тяжело? А заигрывать с одногрупницами не тяжело? Еще плюс пятьдесят.
– Профессор Карбон, ну подумаешь там побегали к девчонкам, ну и что с того, – хриплый от тренировок голос попытался вразумить любившего наказывать своих адептов профессора.
– Сто! – да-а, с этим мужчиной всегда шутки заканчивались удовольствием только для него. Я, конечно, никогда не жалела провинившихся в чем-то ребят, но и не завидовала им – на своем опыте знала, какого это.
– Профессор Карбон, сегодня разошелся, – улыбнулась. – Что они натворили на этот раз?
– Один несносный мальчишка соблазнил его дочь, и та понесла от парня, – покачала головой женщина. – Совсем они тут без тебя распустились, – сразу поняла, чему она клонит.
– Айвова Василефовна, вы же знаете, я не смогу оставить своих детей. Им без меня будет сложно выжить в этом жестоком мире.
– Да, знаю я, – тень грусти коснулась ее лица.
Вот только ректора Школы чародейства не так просто было провести. Эта женщина повидала в своей жизни многое и многое пережила, да и переживет всех нас. А потому она прекрасно чувствовала, для чего ты приходишь к ней в дом.
– Что тебя привело к нам, дитя мое? – наставница пригубила ромашковый чай.
– Мне нужна ваша книга, настоятельница, – не стала врать, а сразу перешла к делу.
– Зачем?
– Лучше сами посмотрите, – протянула руку.
– Но… – женщина прекрасно знала мою родословную, как и то, что проникнуть в мое сознание она не могла, даже если бы захотела. Вот только маги не все знают о драконах.
– Я дала вам свое добро, а потому вам ничто не помешает войти в двери моего сознания.
И я сказала правду. Драконы изначально имели твердый контроль своего разума и никому не позволяли входить к себе в голову – это считалось нарушением личного пространства. А драконы очень чтили свое уединение и свои мысли. И потому, если кому-то нужно было что-то узнать – а драконы могли проникать в сознание друг драга – обязательно спрашивали разрешения и только после того, как собеседник снимет замки, и мысли его потекут в Разлом, только тогда другой дракон, а в нашем случае был чародей, мог увидеть все, что видел тот.
Как хорошо, что мой дар обходил все законы природы и мне не требовалось каждый раз спрашивать дозволения, ведь не будь у моего дара такой изюминки я бы не смогла усмирить дракона Лейсы, и девочка, так и до конца не приняв вторую сущность, осталось бы в таком положении до прибытия драконоборцев, ибо скрыть ее принадлежность к крылатым существам Разлома не имело бы возможности. И тогда… тогда бы ее ждала казнь…
Встряхнула головой, возвращаясь в реальность, где женская морщинистая рука описывала круги возле моего лица.
– Простите, отвлеклась, – немного смутилась, но разум чародейке открыла.
Когда ты входишь в сознание кого-то это одно, но, когда кто-то другой проникает в твою голову – не приятно.
Поборов в себе желание закрыть разум, попыталась расслабиться. Сам процесс не был болезненным, конечно, если ты не сопротивляешься, все проходит куда спокойнее и без какого-либо дискомфорта. Но самое главное – все происходило так быстро, что и глазом не успевал моргнуть.
Но был и еще один момент, в отличие от собратьев и представителей других рас, в чьи головы чародеи могли забираться, я контролировала, что просматривала наставница. Я показала ей пятерых приговоренных к казни мужчин, их воспоминания, заклятие «временной петли», которым были поражены они. Не утаила и то, что мою подругу чуть не убили, что спасла и ее, и ее ребенка. Поделилась разговором с офицерами тьмы, своими подозрениями и сомнениями насчет самого заклятья масштабного уничтожения всего Жардана. Не раскрыла ей только личину офицера де Горна – никому не следовало знать, что черный дракон находится в империи.
А вот заклятье. Заклятье я ей показала полностью. Каждую серую, синюю, черную ниточку, которые оплетали небольшой сгусток энергии. Сама же энергия была темной, сгущающейся, словно туман. А плетение… Плетение не то, которое обычно использовали для этого ритуала.
– Ты права, – все еще пребывая в моей голове, начала Айвова Василефовна, – В этом ритуале участвовали не только чародеи, здесь замешен очень сильный маг. Его магию практически невозможно уловить, – женщина распахнула глаза. – И он не темный.
– Дракон? – предположил Ланс.
– Возможно, – кивнула наставница. – Несса?
А что я? Я молчала. Да и что я могла сказать? То, что один сумасшедший дракон решил отправить к Разлому всю империю, включая своих сородичей? Да это все и без меня поняли. Для чего уничтожать всю столицу? Месть? Я бы так и подумала, если бы не тот факт, что заклятье было наложено и на дракона. А это означало, что его воздействию подверглись бы все, в ком текла хоть капля древней крови. И отсюда вопрос: для чего убивать своих же? Для чего убивать себя?
Разглядывая пустую чашку, пыталась поймать ускользавшую от меня мысль. Ответ вертелся у меня в голове, но каждый раз, когда я приближалась к нему, старалась дотянуться, он попросту ускользал из рук. Казалось, я что-то упустила. Вот только что?
– Айвова Василефовна, вы не знаете, кто были те чародеи, которые наложили «временную петлю»? – спросила, глядя сквозь женщину.
– Ты их знаешь, дитя мое. Ты их знаешь, – тяжело покачала головой наставница, и ее серебристые волосы упали на лицо. – Иди отдыхай, утро вечера мудрее, – после чего она поднялась и покинула столовую.
– Как это понимать? – друг пребывал в недоумении. Я тоже была расстроена. Так и знала, что нужно было искать в столице, еще раз проверить попавших под воздействие заклятье… Но ведь для чего-то интуиция меня сюда привела. Что-то ведь я должна была здесь найти. Что-то…
А что, если этим что-то был кто-то? А наложившие заклятье были чистыми чародеями, а сам ритуал требовал огромных энергетических затрат. Значит они, потеряв больший свой запас энергии, должны были отправиться к своим истокам, то есть в Северянский лес. Тогда почему я не чувствую их энергию? И кем они были на самом деле?
«Ты знаешь их, дитя мое. Ты их знаешь, как никто другой», – слова наставницы эхом пронеслись в голове.
Загадки. Загадки. Как же тяжело, когда много вопросов и ни одного ответа. Как найти тех, кого не слышишь? Как понять кого искать, когда даже лиц их ни разу не видел.
«Ты знаешь лучше остальных…
Что вы этим хотели сказать, Айвова Василефовна?»
С этими мыслями я поднялась на третий этаж, прошла по длинному коридору, свернула за угол и оказалась возле своей старой комнаты, где жила до окончания обучения. Приоткрыв деревянную дверь, прошла внутрь. Здесь ничего не изменилось. Та же маленькая комнатушка, в которой кроме письменного стола, узкой кровати и шкафа больше ничего не было. Здесь было чисто и пахло свежестью. Ректор не любила, когда даже в пустых комнатах летали пылинки, а потому всегда следила за порядком и учила своих подопечных следить за чистотой в своём учебном заведении.
– Как будто и не покидала Школы, – прошептала, падая на застеленную зелеными простынями кровать.
Сегодня день был не из легких. А завтра он обещал быть еще и болезненным. Я уже чувствовала, как красный цветок распускал свои лепестки и подчинял себе весь организм. Поясница начала ныть еще когда мы покидали таверну. А вот спазмы настигли только сейчас.
Сжавшись в комочек, положила сумку под живот. Когда приходили эти дни, мир резко терял все свои краски, и единственным желанием было дожить до утра…
Глава 19
Эссен Найр
Приказ офицера де Горна был четким и ясным. Никто не имел права ослушаться его или высказать недовольство. Все уважали темного лорда за его ум, находчивость, за то, как он отдавал себя своей работе, с каким азартам он шел на новое дело, с каким энтузиазмом допрашивал врагов империи, и ни одному офицеру не хотелось оказаться на месте допрашиваемых. Но несмотря на его положительные качества, его магия, духовная сила пугали. Каждый раз, когда он проходил рядом, казалось, сам Разлом пришел навестить нас. Под его аурой многие задержанные раскалывались тут же. Ни один из офицеров не желал находится с ним в одном кабинете, ибо духовная мощь лорда де Горна была убийственной. А потому никто не смел ему перечить, чтоб лишний раз не привлечь к своей персоне его пристального внимания.
Вот и мне, как его подчиненному, следовало выполнить задание в команде с тремя совершенно разными темными. Разлом свидетель тому, как трудно было найти общий язык с этими высокомерными аристократами.
Темные никогда никого не ставили выше себя, никому не подчинялись. Исключениями были император и лорд де Горн. Последнего они даже побаивались. А потому лордам пришлось просто смириться с тем, что вести расследование должен был я, а они мне помогать.
Но несмотря на все наши разногласия и расхождения в планах работы, мы сумели прийти к единому решению и сейчас в окружении гончих псов, вместо глаз у которых полыхало адово пламя, стояли напротив Северянского леса, который в лучах восходящего Солнца казался жутким и непреступным.
– Мы поверим этой ведьме? – скривился офицер де Рандар. Ему госпожа Дарг не понравилась с самого начала. Оно и понятно какая-то хрупкая девица с большими синими глазами, в которых бился страх, поставила под сомнение честь и профессионализм страж тьмы. Какая-то девица смогла заметить то, чего не заметили мастера своего дела – это сильно бьет по достоинству.
Признаюсь, мне и самому чародейка не понравилась. Работала в таверне, ходила в брюках, сама по себе наивна и через чур глупа – такое было первое впечатление о ней, которое сразу же развеялось, стоило ей приступить к проверке подозреваемых. Госпожа Дарг в мгновение ока поменялась в лице. От трусливой, зажатой девице не осталось и следа. Перед нами был совершенно другой человек. Её глаза стали сосредоточенными, движения раскрепощенными, голос твердым и уверенным, она точно знала, что делала. И пока она выполняла свою работу, я не мог ей налюбоваться. Мне еще не приходилось видеть настолько сосредоточенную девушку, именно это меня в госпоже Дарг и восхитило. А когда она узнала, что моей сестре грозит смертельная опасность, она не испугалась, а наоборот принялась вытаскивать Зелену из Разлома.
После этого отвращение к этой девушке у меня пропало. Она стала интересна. А понаблюдав за ее работой в таверне, я понял, как сильно ошибался на ее счет. Девушка она приличная и сообразительная, как и ее брат – лорд Вар Дарг. Правда, лично познакомится с ним мне ещё не выпало возможности.
– Она не ведьма, Измир, – упрекнул его офицер кор Вандан. Этот темный всегда отличался воспитанность и сдержанностью. И в отличие от своих друзей он постоянно молчал и высказывался только в тех случаях, когда все переговоры катились в Разлом.
– Да будь она хоть святощей, – огрызнулся Измир. – Это не поменяет моего мнения о ней.
– Р-р-р, – псы напряглись, их шерсть встала дыбом, из ноздрей вылетел пар.
– Офицеры, тише. Гончие напали на след, – сказал, как в воду глядел. В то же мгновенье псы сорвались с места, оставляя за собой столб пыли и грязи.
Без единого слова мы бросились за ними. Лес не был рад незваным гостям, но нас его ловушки не останавливали. У нас был четкий приказ, который следовало выполнить во что бы то ни стало. И никакие лианы или бродячие дубы не могли остановить нас.
Бежали за псами долго. Минут двадцать точно. Вот только никто не мог предположить, что гончие приведут нас на территорию учебного заведения, где, как оказалось, нас уже ждали.
– Гляжу, вы и не торопились, – с порога заметила пожилая женщина. Ее серебристые волосы были собраны в тугую косу и переброшены через плечо.
Псы насторожились. Зарычали. А в их глазах полыхнуло пламя.
– Вы можете проходить, но этих, – она явно говорила про гончих, – оставьте за воротами.
С этими словами ворота отворились, и псы, проигнорировав старушку, ворвались во двор Школы чародейства. Они что-то вынюхивали, рыскали, но явно не находили.
– А ну пошли прочь, мерзкие создания! – женщина попыталась замахнуться на пробежавшего возле нее пса, как тот огрызнулся и чуть не цапнул ее за руку.
– Не советовал бы этого делать, – шлепнул хлыстом гончего. – Они никого не слышат, кроме своего вожака, а тот напрочь игнорирует наши приказы.
– Зачем тогда заводить зверушку, удержать в узде которую вы не в силах?
– Гончие – отменные сыщики. Они находят всё и всех, где бы те не прятались, как бы хорошо не скрывались. Псы Разлома – адские хищники, которых мясом не корми, сами найдут, кем перекусить.
Женщина осела. Её лицо побелело, глаза увеличились в двое и посерели. Волосы стали белее первого снега. Страх был на лицо.
– А страх – любимое лакомство этих существ, – наблюдать, как старушка меняется в лице, было забавно. Она боялась, очень боялась, но всеми силами старалась не показывать этого. Вот только это было бесполезно – псы чувствовали любые эмоции, как бы хорошо ты их не скрывал. Но этого я говорить не стал.
– Альвова Василефовна, у нас гости? – из-за дверей показалась невысокая девушка с узенькими карими глазками.
– Василена, проводи лордов в столовую, – хриплым голосом попросила, кажется, наставница.
– Как скажите, – Василена склонила голову. – Лорды, – она оглядела каждого с ног до головы и, задержав взгляд на Измире, прикусила губу, – прошу следовать за мной.
Изнутри Школа была просторнее, чем казалось снаружи. Высокие потолки, длинные коридоры с крутыми и неожиданными поворотами, складывалось впечатление, что мы бродили по лабиринту.
– Защитное заклинание? – понял причину запутанных коридоров.
– Ага, – девушка шла впереди и лица ее мы не видели, но по голосу было понятно – улыбалась. – Мы пришли.
Мы вошли в просторное, светлое помещение. Столовая Школы была почти пуста, лишь несколько адептов сидели за широкими столами и бурно что-то обсуждали. Но стоило нам показать им на глаза, как все разговоры стихли и десять пар глаз с любопытством уставились на нас.
– Присаживайтесь, – Василена указала на свободный стол. – Голодны? – после чего на столе тут же появились различные яства. И картошка, и морепродукты, и домашняя выпечка, и много чего еще. И глядя на это все убранство, невольно смахнул слюню.
Сколько мы уже нормально не ели? Три дня? Немало.
– Мы сюда не есть не пришли! – Измира вся эта любезность знатно подбешивала.
– Друг, успокойся и просто прими их гостеприимство, – похлопал его по плечу офицер зер Фордом.
– Энест, прав, – поддержал офицера. – Да и к тому же посмотрите какие здесь прекрасные невинные девушки, – подмигнул мужчинам и первый сел за стол, чтоб через мгновенье усадить на колени невысокую, худенькую чародейку с густыми зелеными волосами, выдававшими в ней кровь нимф.
– Не знал, что тебе нравятся молоденькие, – попытался подколоть меня Измир.
– Ну по крайне мере я не скрываю своих истинных чувств, – ответил темному, чем вызвал недоумение у его друзей.
– Ты не говорил нам об этом, – включился в допрос Кайсери.
– Кто она? – Энест поддался чуть вперед, не обращая внимание на сидевшую на его коленях златовласую девицу.
– Василена, Роса, Риза, Веса, живо покинули колени благородных лордов! – послышалось строгое со стороны. – О себе не думаете, так подумайте о чести нашего ковена, – бледная девушка с темными мешками под глазами предстала перед нами.
– Госпожа Дарг? – сглотнув, неуверенно спросил ведьму.
Девушка слабо кивнула, после чего вновь обратилась к сидящим на наших коленях красавиц:
– Мне ещё раз повторить?
Если бы не внешнее сходство с той хрупкой, невинной девушкой, которая помогала нам в расследовании, я бы не за что не поверил, что передо мной стояла госпожа Дарг. Её плечи были опушены, лицо бледное, как у самой смерти, глаза потухшие. Казалось, что сама жизнь медленно покидала её. А голос… Голос не скрывал раздражения.
– Несса, да будет тебе, – отмахнулась от неё Василена.
– Нечего завидовать, сестра, – поддержала её Риза.
– Было бы чему завидовать, – буркнула стоявшая напротив нас девушка. Чародейка подошла к шкафу, взяла тарелку, вернулась к столу, наложила всё, что было по чуть-чуть, развернулась и вышла направилась к арке, ведущей прямиком в сад. И проделала она это всё в полном молчании.
– Что с ней? – Кайсери подал голос.
Оглядев офицеров, пришел к выводу, что их тоже смутило такое поведение госпожи Дарг.
– Колдовать не может, – пожала плечами сидевшая на моих коленях девушка – Роса.
– Почему? – спросил уже я.
– Природа одарила чародеев своими запасами энергии, природными дарами, которые только они могут использовать в качестве жизненной силы, – начала Василена.
– Только женское тело не способно всё время пропускать через себя чужую энергию, но природа и тут позаботилась, – продолжила Риза, златовласая девушка, которая сидела на коленях лорда зер Фордома.
– Раз в месяц её дочь уделяла всё своё внимание самой себе, своей истинной энергии, – подхватила сестер Веса.
– А можно простыми словами? – не выдержал Измир.
– Что тут не понятного? – возмутилась Роса. – Девушка-чародей не может использовать свою магию, пока цветёт её красный цветок.
– И что будет, если одна из ваших сестёр нарушит этот обед? – спросил уже Энест.
– Она потеряет всю силу, – ответила Риза.
А я слушал, слушал и не понимал:
– Что за красный цветок?
– Кровь, – ответила уже Роса. – Раз в месяц у каждой женщины идёт кровь. Разве вы не знали?
Кровь! Так вот, что это был за запах. Такой знакомый и такой необычный. Словно труп прошелся поблизости, да потерся обо все углы. Такой терпкий и в тоже время горьковатый запах, от которого захотелось вонзить клыки в зеленоватую жилку на женской шейке, хозяйка которой так удобно сидела на моих коленях.
Я уже было потянул девушку к себе, заставив ее прогнуться в пояснице, обнажил клыки, как во дворе раздался громкий женский визг… а потом все стихло…
– Несса! – в столовую вбежал частично обнаженный офицер светлой стражи лорд де Дранг. По его внешнему виду можно было смело сказать – ночь он провел жаркую.
– Что вы здесь делаете? – затуманенный взгляд офицера начал трезветь, и он уже серьезно повторил: – Что вы здесь забыли?
– Не твое дело, ушастый, – сказал, как отрезал офицер де Рандар.
Женский визг вновь огласил округу. И теперь уже никто не желал нарушить повисшую над головами тишину, в которой снова раздался громкий голос госпожи Дарг.
– Гончие! – только и смог сказать, когда осознал, что девушка вышла на улицу, где…
– Вы притащили адских псов в Северянский лес?! – гнев озарился на лице мага.
– Разлом! – офицеры одновременно поднялись, уронив стулья.
И мы все вшестером кинулись в сад, где надеялись застать девушку ещё живой. Вот только в нашей помощи никто не нуждался. Госпожа Дарг лежала на земле и руками прикрывала свое лицо от пытающихся облизнуть ее псов.
– Что вы так переполошились? – раздалось спокойное.
– Мы… Вы… Что вы здесь делаете? – запинаясь, озвучил общий вопрос.
Гончие никогда ни к кому подобным образом не относились. Единственной их забавой была игра «убеги и умри». Своих жертв они разрывали, как пуховую подушку. Но чтоб кого-то облизывать…
– Завтракаю в приятной компании, – передернула плечами девушка и протянула руку к сидевшему возле её ног адскому псу, вместо глаз у которого полыхал огонь.
– Госпожа Дарг, спокойно, только без паники, – стал медленно подходить к девушке.
Пёс, сидевший возле ведьмы, напрягся, чёрная шерсть поднялась дыбом, из носа вырвался пар, а из горла послышался зловещий рык.
– Аган, сидеть!
Пес не послушал. Он начал медленно обходить девушку, направляясь в мою сторону. Другие псы последовали его примеру и тоже приняли боевое обличие.
– Гром, Заг, Гор, место! – Кайсери принялся успокаивать гончих.
– Так тебя Аган, зовут, – слабая улыбка коснулась белых губ госпожи Нессы. – Хороший мальчик, – девушка погладила пса между ушами. – С красивым именем, – она принялась чесать его за ушком, и пёс медленно осел на сухую землю, радостно виляя длинным пушистым хвостом.
– Несса, – офицер светлой стражи шумно сглотнул. – Ты знаешь, что они за существа?
– Они не что, а кто, Ланс! – совсем серьёзно заметила ведьма.
– Ты только посмотри какие они милые и послушные, – прекратив рычать, ещё десять псов Разлома подошло к девушке. Они все словно с ума по сходили, виляли хвостами, ластились к девушке и рычали, стоило только нам сделать шаг в её сторону.
– Вы такое хоть раз видели?
– Точно ведьма! – подтвердил свои подозрения Измир.
– Ваше счастье, офицер де Рандар, что колдовать я не могу, – решила напомнить об угрозе госпожа Дарг.
– Ры-ы, – зато вместо её заклятий в адрес тёмного полетел предупреждающий рык.
– Вы мои мальчики. Такие хорошие. Верные. Честные. Самые лучшие! Ну как вас можно не любить, а? – и девушка поцеловала Агана в черный сухой нос.
Глядя на происходящее во дворе Школы чародейства, я не мог поверить в то, что эти озлобленные на весть мир, жестокие и беспринципные псы могли быть добрыми и проявлять чувства. Рядом с этой девушкой они превращались в ручных щенков, что и близко не стояло с их истинной природой.
– Василена, пойдёшь с нами, – всё ещё играя с гончими, госпожа Дарг поставила сестру перед фактом. И было что-то угрожающее в ее тоне, словно отказа девушка не ждала.
– Что? Зачем?!
– Я без магии, Василена! А ты эти леса знаешь лучше, сестер, – голос, не терпящий возражений. – Ещё вопросы будут?
– Нет, сестра, – покорно согласила девушка. – Кого ищем.
– Селиуса, – и столько боли, столько горечи прозвучало в ее голосе, что сразу стало понятно – этого чародея девушка знала очень хорошо. – Найдём его, найдём и остальных девятерых.
С каждой минутой эта женщина удивляла меня всё больше. Сколько она уже знала? Сколько ей предстоит ещё узнать и скрыть от нас? Какую цель преследовала простая подавальщица «Кровавого ногтя»?
– Госпожа Дарг, вы останетесь здесь! Приказ офицера де Горна, – решил напомнить девушке и офицерам.
– Пусть ваш офицер де Горн подавится своими приказами, – сказал, как выплюнул офицер де Дранг.
– Что ты там вякнул, ушастый? – Измир уже готов был оторвать уши офицеру светлой стражи.
– Что слышал, верзила, – отмахнулся от него тот. – Несса не страж и подчинятся приказам какого-то тёмного не имеет права.
– Какого-то? – теперь вспылил Энест.
– Тем более, – лорд де Дранг замер и обернулся к нам, – Он ей кто? Отец, Разлом ему пухом? Брат? Муж? Господа, стражи, ваш лорд даже не любовник госпоже Дарг, а значит она имеет полное права делать всё, что захочет, – после чего развернулся и направился к девушке, оставляя нас обдумывать полученную информацию.
А собственно, к чему это было?
– Василена, ты идешь? – Ланс повернулся к стоявшей за нашими спинами девушке, которая и шагу боялась сделать.
– Идём, не будем ждать этих остолопов, – маг подхватил госпожу Дарг, помогая ей встать, и придерживая за талию повел к воротам, по пути создавая себе рубашку.
