Текст книги "Айви. Дочь Дракона (СИ)"

Автор книги: Лея Кейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Айви. Дочь Дракона
Лея Кейн

Глава 1

– И помни, никто не должен узнать, что ты невеста есхарийского принца, – наказывал отец, ведя меня по переполненному коридору академии прямо в кабинет директора и по совместительству его давней подруги.

С того дня, как он вытащил меня из моря, прошло лето, а у меня до сих пор щемило в груди. Я тосковала по маме, по сестрам, по друзьям. Никак не могла смириться с неизбежностью вскоре стать женой принца могущественной империи.

– Тебя зачислят на факультет ускоренной подготовки, – продолжал объяснять отец. – Весной получишь диплом и прямиком под венец. Хоть со стыда не сгорим от твоей неграмотности…

Директор академии, мадам Авенира Делавэль, скептически улыбнулась, пройдясь по мне критикующим взглядом.

Что поделать: на дочь дракона я не тянула. Слишком утонченная и нежная для носительницы гордого статуса. Разумеется, о том, что моя мать – марселинка[1], отец умолчал. Это еще страшнее тайны о моем скором браке с принцем.

При обычных условиях я продула бы все вступительные испытания и была бы всего-навсего рекомендована комиссией к рассмотрению на общих основаниях. Честно говоря, с моей тупиковой безграмотностью мне вообще нечего тут делать. Попытки дать мне образование – пустая трата времени. Наверняка из-за меня кто-то более способный вообще вылетел с факультета.

– Айви очень талантливая девочка, – на всякий случай сказал мой отец, по-хозяйски сидя в кресле. – Уважаемая Авенира, ты не пожалеешь, взяв ее.

– Вильгельм, я уверена, что твоя дочь обладает большим талантом, – ответила ему мадам Делавэль. – Когда-то ты и сам окончил нашу академию с отличием, отсюда начав свою успешную карьеру. Но чего желает сама Айви?

Наши с отцом взгляды встретились. Всем своим видом он напоминал мне, что я обещала ему быть покладистой, как бы тошно мне ни было от перспективы учиться.

– Я далека от наук, – произнесла я в дежурной интонации, – но с радостью хотела бы их изучать.

Наверное, это был первый раз в жизни, когда отец поощрял мою ложь. Ведь он прекрасно знал, что я не хочу учиться, не хочу замуж и вообще провести всю жизнь на суше. Тем более, сколько бы я ни старалась, у меня все вон из рук плохо. Мои таланты совсем в другом – в том, что отец презирает.

Директор Делавэль улыбнулась и, перебрав несколько хрустящих страниц насыщенного соломенного цвета, обмакнула перо в чернила и вынесла мне приговор:

– Хорошо. Только из уважения к твоему отцу я зачисляю тебя на факультет ускоренной подготовки.

Размашистая подпись, свежая печать – и вот я студентка. Море позади, как и моя беспечная, свободная жизнь. Мне оставалось надеяться, что в академии найдутся неудачники, среди которых я буду почти как своя.

Сказать, что мой отец преувеличивал о моих талантах, это ничего не сказать. Он откровенно лгал, потому что никакой драконьей магии во мне и в помине не было.

Отец расписался, где было нужно, и директор Делавэль пожала ему руку, напоминая о годовом взносе, чтобы мы случайно не прошли мимо кассы, и объясняя, где мне отыскать мадам Леонеллу, коменданта женского общежития.

– Вы появились у нас вовремя, – улыбнулась она, перейдя на более официальный тон. – Завтра у новеньких знакомство с деканами и менторами. Уверена, профессор Анфлеир подберет вам лучшего наставника.

Дураку было ясно, что этим наставником окажется далеко не лучший вариант. Ведь за всеми выдающимися старшекурсниками давно кого-то закрепили. Меня отдадут какому-нибудь балбесу, и я буду слушать нудные фантазии бедолаги-девственника, вот уже четыре года влюбленного в самую красивую студентку академии, но не способного завоевать ее элементарным приворотом.

На кассе отец не упустил возможности напомнить мне, как поднялись цены. Это чтобы я наверняка знала, как дорого обхожусь ему, и что никуда от навязанного брака мне не деться.

Потом мы нашли мадам Леонеллу, спортивную молодую особу в обтягивающем трико и тунике. Вместе с другими студентками она занималась гимнастикой на спортивной площадке, покрытой мелким стриженным газоном.

Жизнь в академии кипела. Два дня до начала занятий. Разумеется, дел невпроворот, и всюду не протолкнуться. Пока я вертела головой, гадая, кто учится здесь уже давно, а кто новоприбывший, отец обсуждал с мадам Леонеллой условия моего проживания. Несмотря на то, что он настаивал на отдельной комнате, комендант общежития решила, что мне непременно нужна соседка.

– Будешь жить с… с… с Рэгной Мостафа! – решила она, недолго поразмыслив. – Она приедет послезавтра, но ты уже можешь заселяться. Комната номер тринадцать. Сама поймешь, какая кровать свободна.

Мадам Леонелла вернулась к гимнастике, а отец велел слугам принести мои вещи и отвел меня к той самой тринадцатой комнате.

– Ну что ж, Айви, пришло время прощаться, – вздохнул он, остановившись у двери. – Не подведи меня. Ты – будущее нашего рода.

После коротких объятий он ушел, и я с тоской взглянула на цифры, криво выцарапанные на деревянном полотне. Здесь мне предстоит жить ближайший академический год. Если, конечно, меня раньше не отчислят, что, естественно, станет трагедией глобального масштаба для отца.

Прогнав подобный исход перед глазами, я передернула плечами и хотела уже было взяться за дверную ручку, как кто-то толкнул меня в спину, с пренебрежением рыкнув:

– Сгруппируйся, желторотая! Ты не одна в общаге живешь!

Я резко обернулась и сжалась под атакой мужских карих глаз.

Кривляющаяся цыпочка, которую этот грубиян обнимал одной рукой за шею, насмешливо фыркнула.

Форма на ней была, как минимум, на размер меньше. Очевидно, эта выскочка нарочно так одевалась, чтобы подчеркивать все выпуклости и вогнутости своей стройной по среднестатистическим человеческим меркам фигуры. Ростом-то природа ее обделила. Чуть выше полутора метров, и это вместе с каблуками. Но дерзко красивая и стильная. И с волосами умела работать, и идеальный макияж наносить. В общем, на что мозгов хватало.

Посочувствовав ее недоразвитости, я вновь перевела взгляд на высокого блондина с небрежно растрепанной шевелюрой. Наглец был прекрасно осведомлен в непревзойденности своего генофонда. Знал, как смотреть, чтобы собеседник терялся с ответом. Когда и как улыбаться. Насколько понижать голос. Да и за телом следил. Обтягивающая майка и шорты до колена отлично демонстрировали каждую мышцу рук, груди, ног. Вероятно, ежедневные подтягивания, бег, отжимания. Я таких самолюбов насквозь видела. Себя он за шею так удушающе бы не обнимал, как эту хихикающую дурочку, таявшую от его повышенного внимания.

Презрительно усмехнувшись, он спросил:

– Нравлюсь?

– Ой, Астар! – Кукла положила свои короткие пальчики на его грудь. – Я тебя умоляю! Не своди желторотую с ума, а то лишишь ее покоя. Начнет по ночам к тебе в окна лазать.

– Любви все особи покорны, – сумничал он. – И мелкие мышки, и общипанные пташки, и немые рыбешки. Пусть влюбляется. Практика ей не помешает.

– Эта рыбешка все чешуйки сожжет в твоем огне.

– Поступая сюда, следовало реально оценивать свои силы, – добавил этот Астар, еще раз мазнув по мне взглядом. – И правда – рыба. Будь осторожней, мелкая. Тут хватает клыкастых крокодилов.

– Да, – согласилась я, – с двумя я только что познакомилась, – и переключила все внимание на подошедших с моими вещами слуг.

Учтиво мне поклонившись, они внесли весь багаж в комнату, заставив моих новых «друзей» застыть на месте вкопанными изваяниями.

Выпроводив слуг и хлопнув дверью перед важными моськами, я позволила себе выдохнуть. О том, с какими выпендрежниками мне предстоит тут учиться, отец не предупреждал. Исключительно одобрял всю студенческую жизнь в академии.

Тем не менее, мне предстояло здесь учиться, практиковаться, заводить знакомства и становиться гордостью отца и завидной невестой для настоящего принца.

Не жизнь, а сказка…

*** *** *** *** ***

[1] Марселинка – здесь: русалка, сирена

Глава 2

Комната, куда меня через пень-колоду заселила мадам Леонелла, оказалась весьма своеобразной. Половина, занятая моей соседкой, вызвала у меня кратковременную потерю дара речи. Это был самый настоящий музей наистраннейших вещей, какие мне доводилось видеть. Оба книжных стеллажа были от пола до потолка забиты флаконами с зельями разного цвета, подтаявшими свечами, перьями птиц от воробья до павлина, пучками трав, косточками мелких животных, наполненными чем-то мешочками, свитками и камнями. Но самым экзотическим тут был человеческий череп и самодельные тряпичные куклы с жуткими лицами.

Я, конечно, подозревала, что в академии столкнусь с повернутыми на магии студентами, но до последнего надеялась соседствовать с кем-нибудь попроще. Все-таки куда приятнее по вечерам просто помолчать, а не дрожать от ужаса. Увы, Рэгна Мостафа – не тот вариант. А главное – зачем ей весь этот мусор? Похоже, меня подселили к ведьме…

Мой отец, как примерный выпускник академии и гордый дракон, тоже хранил в доме атрибуты, но то были красивые талисманы, амулеты, магические книги в изысканных обложках, руны, карты, зеркала, аромасвечи и цветы, я бы даже сказала, много цветов. Будь он настоящим драконом, ему бы ничего из этого и не понадобилось для подчеркивания своего титула, ведь моей маме хватает одного трезубца, который по щелчку пальцев может легко превратиться в более действенное оружие – сковороду. Но какое значение в магии несут череп и страшные, как ночной кошмар, куклы, для меня оставалось загадкой, ответ на которую я даже не хотела знать.

Впрочем, я появилась в этом заведении не для составления психологических портретов моих будущих злопыхателей. Может, Рэгна окажется достаточно приветливой, и мы даже уживемся.

Определив, что кровать, застеленная черным покрывалом с вышитыми косточками, уже занята, я присвоила свободную. Выдвинула широкие ящики, смахнула с них пыль и переложила туда все свои вещи. Пальто и обувь убрала в платяной шкаф, а канцелярские принадлежности и коллекцию магических безделушек, которые мне обязательно понадобятся, определила на письменном столе. Если соседка изволит освободить для меня хотя бы одну полку на стеллаже, то я с радостью ее займу. В противном случае, пусть мирится, что половина стола моя.

Обнаружив метлу и совок в углу комнаты, я приступила к уборке. С тех пор, как Рэгна уехала на каникулы, сюда никто не совался. А я не привыкла ходить по комнате в тапках. Я вообще ненавидела и обувь, и одежду, и пыль. Так что пришлось наводить порядок. Вот такая она – престижная академия…

Единственное круглое окно над столом между нашими кроватями тоже не мешало бы помыть. Забрызганное дождем, оно буквально молило о помощи.

Я взяла тряпку, залезла с ногами на стол и принялась тереть стекло. Но рассмешить троицу парней за окном у меня получилось лучше, чем убрать разводы. Что именно их развеселило, я поняла не сразу, только когда заметила, куда они дружно пялятся…

Проклятые ноги и юбки!

Сведя колени, я спрыгнула на пол и задернула шторки. Хорошо, что отцовские служанки приучили меня к панталонам, иначе сейчас засветила бы перед ними все свои прелести. Не академия, а дурдом на крылышках!

Но я же ни в коем случае не должна показывать всяким недоумкам свою уязвимость. Поэтому сгребла ноги в руки и отправилась на экскурсию. Надо же узнать, где получить постельное белье, форму, пособия. С задранным повыше носом, походкой от бедра, прямо мимо этих парней. Пусть моя жизнь уже круто изменилась, но весной вообще перевернется вверх дном. И если я сейчас раскисну, то потом только вешаться. Утопиться-то не выйдет.

– Эй, красавица, зачетные рюши! – не удержались они от шуток.

Резко притормозила, взглянула на них через плечо и с трудом сдержалась, чтобы не запеть. Конечно, их следовало бы проучить. Пусть бы помучились под чарами марселинки пару дней, но отец строго-настрого запретил демонстрировать свои русалочьи таланты. Если здешние хулиганы прознают, кто я, долго я не протяну. На свете нет человека, кто не хотел бы обзавестись ручной марселинкой. Ведь мы не только приносили удачу, но и обладали сильнейшим даром исцеления. Собственно, вместе с ним у нас был еще один дар – способность очаровывать до безумия, граничащая с кровожадностью. Море хранит много косточек утопленников, чья судьба в наших руках. Вот и этих я с радостью отдала бы хищным рыбам на съедение. Повезло им, что академия далеко от побережья.

– Приходите сюда почаще, – ответила я с широкой улыбкой. – Как знать, может, в следующий раз удача вам снова улыбнется.

Едва развернулась уйти, как столкнулась с твердой мужской грудью. Передо мной опять стоял Астар. В этот раз он был один. Без своей вешалки.

Обвел меня кусачим взглядом и сощурился, сканируя.

Слишком хорош для своего напыщенного характера, но ведь все самовлюбленные парни выглядят как морской дьявол. И ногти у него ухоженные, и лицо гладко выбрито. Да и дантист у него не из простых. Я до этого таких ровных, белоснежных зубов ни у одного мужчины не видела. У моряков с ними вечная беда.

Он сунул большие пальцы в карманы шорт и продемонстрировал мне всю свою накачанную ширину плеч. Странно, что с такой комплекцией он торчит здесь, а не проходит военную службу. Хотя я слышала, что парням в удовольствие поступать в академию. Ведь здесь полно нежных и мечтательных красавиц, жаждущих мужского внимания.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он с заметным требовательным нажимом.

– Астар, она… – хотели было напеть про меня парни, но он так грозно зыркнул на них, что они языки проглотили.

– Я с ней разговариваю, а не с вами. Исчезли! – отдал им четкий приказ, и те разбежались в стороны, оставив после себя сквозняк. – Так ты Айви Дэш? Дочь Вильгельма Дэша, называющего себя драконом? – Уголок его губ сдвинулся в сторону.

– Мой отец и есть дракон.

– Умоляю, не смеши. Его способность укрощать драконов еще не делает его самого драконом. Если в международном праве и допускается почитать его этим громким титулом, то, по сути-то, любая ведьма сильнее твоего отца. Во всяком случае, ты должна усвоить одну важную истину – в этой академии все равны. Ты новенькая. Значит, сегодня твоя очередь дежурить в столовой. Поспеши. Опоздаешь с накрыванием на ужин – и получишь первый выговор от Делавэль. После третьего тебя отчислят. Наверное, это сильно ударит по репутации господина Дэша…

– Что это за правила такие? – Я скрестила руки на груди.

– Спроси у Делавэль. Правда, она уехала и вернется только завтра. Ей будет в радость узнать, что ты проигнорировала дежурство. Она любит наказывать. – Он склонился ко мне так близко, что я почувствовала его горячий, бодрящий запах сильного тела. – Или ты любишь наказания? Только скажи, я все устрою.

Представив, какие гадости вертятся в его голове, я сделала шаг назад и, не теряя достоинства, спросила:

– Где эта ваша столовая?

Глава 3

В чем я прекрасно разбиралась, так это в коварстве. Кому как ни мне знать, как опасна чужая приветливость. С чего бы вдруг наглому и распущенному старшекурснику выручать меня дельными советами? Явно не по доброте душевной. Но я вела себя так, будто поверила каждому его слову. Пошла в столовую и даже обернулась на входе убедиться, что он меня видит. Разве что рукой не помахала.

В просторном зале с лепниной на высоком потолке и стенах вовсю кипела работа. За раз накормить несколько сотен студентов и преподавателей не так-то просто. Дежурные девушки и парни бегали промеж длинных рядов со стопками тарелок и корзинами хлеба. На одних столах уже разливали напитки, на других – только расстилали скатерти.

Мне удалось поймать одну рыжеволосую коротышку, которая обдала меня недовольным взглядом и фыркнула:

– Чего тебе?

– Я новенькая, – ответила я, ничуть не оскорбившись. – Хотела узнать, когда подадут ужин?

– Вот если все дежурные соизволят явиться, то вовремя! – огрызнулась она, будто это меня касается. – Например, Астар Харавия!

Так вот в чем дело. Сегодня его дежурство, а он решил воспользоваться наивностью новенькой. Ох, Астар Харавия, ты не на ту напал! Я из тех, кто подчиняет, а не подчиняется.

Но на всякий случай я уточнила:

– А новеньких когда на дежурство ставят?

– Не терпится, что ли? Топай отсюда. Завтра встреча с деканом, он на все вопросы и ответит. Дежурить она собралась. Ты хоть знаешь, что делать-то?

– Нарисса! – окликнули ее друзья. – Пошевеливайся!

– Не отвлекай меня! – бросила она мне напоследок и побежала с горой ложек дальше. – Колокол к ужину пробьет. Если не глухая, не пропустишь!

К счастью, слух у меня был отличный, как и интуиция.

Заметив, что в столовую ведут три входа, я вышла через другой. Пусть находчивый, но невероятно глупый Астар думает, что я тут за него в поте лица вареные яйца чищу, а я тем временем прогуляюсь по академии.

Найти библиотеку оказалось несложно. В вестибюле во всю стену предусмотрительно был нарисован план здания, так что я быстро отыскала хранилище книг. В отличие от столовой, тут было тихо. Сонный библиотекарь лениво выдавал пособия первокурсникам, изредка цокая языком и ворча, если растерянная барышня отмечала не ту позицию в формуляре.

Я терпеливо дождалась, пока он отпустит всех шестерых, и назвала свое имя и факультет.

– Ах, опять эти одногодки! – выругался он, поковыляв в дальний угол. – Зачем вообще в академию поступаете? Толку от вас все равно нет.

Принеся мне всего одну тонюсенькую брошюру, которую, казалось, никто никогда не открывал, небрежно швырнул на стойку и усмехнулся.

– Это все? – удивилась я.

– Ты же не думаешь, что вас всерьез учить будут? Кому надо на вас, бездарей, время тратить?

Я не стала спорить. Мне и так ясно, что ничему путному меня тут не научат. Отцу важно, чтобы у меня был диплом на руках, а заодно чтобы я влилась в общество, подышала с ним одним воздухом.

– Нужно где-то расписаться?

– Очень смешно. Иди уже. Учись, – съязвил он и уже собрался опуститься на стул, как я поинтересовалась:

– А могу я получить что-нибудь для общего развития? Может, у вас есть самоучители или руководства по народам и традициям. Я приехала издалека, хотела бы знать, в чем особенности ведьм, эльфов… кто у вас тут еще учится…

– Ты клоунесса, что ли?

– Почему клоунесса? – Я недоуменно похлопала ресницами.

– Шутки несмешные.

– Я вовсе не шучу, господин… – опустила взгляд на его нагрудную карточку и зачитала: – Джаладри. Я дочь Вильгельма Дэша – владыки Драконьих Островов.

Библиотекарь насмешливо фыркнул.

Да уж, похоже, от величия отцовского рода осталось только имя. Худшего правителя во все времена не было. Это же надо так довести империю, чтобы единственным спасением стал брак родной дочери и иноверного принца!

– Ладно, дочь владыки Драконьих Островов, дам тебе пару книжек, – вздохнул он и через минуту принес потрепанные талмуды, но их не просто отдал, а вписал в карточку и предупредил: – Эти даже не вздумай потерять. Через неделю чтоб вернула.

– Даю слово, – улыбнулась я, сгребла все пособия и окрыленно покинула библиотеку.

Читала я плоховато, но за неделю-то справлюсь. Попутно подтяну технику чтения, чтобы не опозориться на занятиях. Просто до моего переезда в отцовский замок мне особо не требовалась грамота. Кое-что я, конечно, знала. На дне моря немало затопленных кораблей. Но мама развивала во мне совсем другие способности.

Не успела я выйти из здания, как пробил колокол. Отовсюду рекой потекли голодные студенты, гадая, что сегодня в меню, и делясь своими вкусовыми предпочтениями.

– Если опять будет салат из капусты, можешь съесть мой. Тебе нужнее, – посмеивался какой-то парень над плоскогрудой девушкой.

– Надеюсь, не подадут морские водоросли. Ненавижу их, – морщилась другая.

– Хоть бы было мясо, – молился пухляш.

– Лишь бы никто не плюнул в мою тарелку, – надеялся еще кто-то.

Я молча влилась в поток и вместе с ним прибыла в столовую.

– Первый курс сюда!!! – пыталась перекричать дикий ор Нарисса, размахивая руками, чтобы мы заметили ее среди великовозрастных детин.

Новенькие, с опаской озирающиеся по сторонам, осторожно протиснулись к обозначенному столу, и только я ненадолго задержалась в дверях, обратив внимание на скандал за столом старшекурсников, где еще толком ничего не было накрыто. Студенты возмущались, угрожали, напоминали, кто их родители, а их декан хватался за голову и поторапливал всполошенных дежурных.

– Профессор Карнайн, объясните, что здесь происходит? – потребовала от него ответа влетевшая в столовую директор Делавэль.

– Мадам Делавэль, клянусь, я сам не знаю, как так вышло! За два часа до ужина лично предупредил дежурного…

В этот момент последним в столовую важно вошел виновник сего торжества. С самодовольной ухмылкой и парой девчонок под обе руки. Но увидев, что его работа мной не выполнена, оттолкнул их и стер улыбку со своего смазливого лица.

Директор Делавэль медленно перевела на него свой грозный взгляд и сотрясла всю столовую гневным криком:

– Астар Харавия!!! Немедленно в мой кабинет!!!

Все затихли, позабыв о голоде и уставившись на самого популярного плохиша академии. Он же глазами отыскал меня, прижавшую к груди книги и отплывающую от него подальше, и процедил сквозь зубы:

– Это война, Айви Дэш…