Текст книги "Системный рыбак 19 (СИ)"

Автор книги: Ленивая Панда

Соавторы: Сергей Шиленко
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Сначала надо отвести от соседа часть духовной энергии. От погасшего знака к внутреннему кругу под копотью ещё угадывался бледный след старой связки. Знаки на ней выгорели, но тусклые очертания остались. Новых я не выдумывал. Отведя Нитью Пустоты небольшую часть потока у соседнего знака, я повёл её по этому следу на внутренний круг, в обход погасшего.

Свет потянулся за Нитью Пустоты и лёг в старые очертания. Выгоревшие знаки один за другим засветились и соединились в перемычку. Отпускать я не спешил: держал Нить Пустоты, пока по самой перемычке не прошли несколько волн подряд, уже без моей помощи. Только после этого я вытянул духовную нить, а восстановленная перемычка осталась.

Соседний знак притух. Его линии снова стали бело-голубыми и больше не мигали.

Теперь очередь погасшего знака. Из той же перемычки я пустил тонкую струйку назад, направив её в трещину. Свет заполнил края и разошёлся по линиям. Знак засветился, дрогнул и запульсировал в одном ритме с соседними. Внутри текла собственная духовная энергия печати. Я лишь направил поток духовной энергией стихии Пустоты. Теперь знак работал сам.

Первый готов. Осталось ещё два десятка таких.

Второй погасший знак я восстановил вдвое быстрее: уже знал, где искать сужение. Третий оказался хуже: трещина раздвоилась, и струйка из одной половины вытекала через другую. Пришлось сперва стянуть края второй перемычкой, а затем пускать духовную энергию. На четвёртом участке копоть накрыла три знака подряд. Одной перемычки здесь не хватало. Я положил две по уцелевшим следам, протянув их от обоих кругов, и свет пошёл в погасший участок с двух сторон.

Под сетью Варгот так и висел на одном месте. Летуны сбились вокруг него, а красные нити к склону натягивались одна за другой. Копит. Пусть копит.

Дальше я восстанавливал поперечные связки, чувствуя отклик сети на каждую. Знаки перестали мигать сперва у края, затем в середине. Волны света теперь проходили через восстановленные участки, огибали всю сеть и возвращались к началу без задержек. Гул больше не прерывался, звучал низко и ровно. Даже весло перестало дрожать.

Верена всё это время молчала. Наконец опустила линзу, протёрла её подолом и снова подняла к глазу.

Она повела линзой от ближнего края к середине, затем к дальнему краю и назад.

– Ни одного поврежденного участка, – Верена поправила очки и снова посмотрела сквозь линзу. – Сейчас поток идёт по обоим кругам ровно, восстановленные знаки снова держат, а твоей духовной энергии стихии Пустоты в них нет. Всё своё. Если ничего не случится, она простоит десятки лет. Точнее сказать не могу, но десятки точно.

Немного помолчав, Верена заговорила тише.

– Её ставил сам Небесный Ключник. А ты починил его печать за час, вися на весле, как у тебя получилось?

Я посмотрел вниз, ничего не ответив. Сеть лежала спокойно, без единого мигания, а свет бежал по кругам, как ему положено. И вправду починил. Печать самого Небесного Ключника, мать его. Ох, до чего приятно. Шесть лет я разглядывал кольца в письменах Системы Рыбака, и вот они пригодились, да ещё как.

В этот момент снизу снова ударило.

Бум.

Всю духовную энергию, которую Варгот целый час вытягивал из своих, он вложил в один удар. Чёрное пламя врезалось в печать там, где час назад мигали треснутые знаки. Печать распределила силу удара по обоим кругам между сотнями участков, так что каждому досталось понемногу. Линии над местом удара разгорелись ярче прежнего, сохранив ровное свечение.

Снизу донёсся долгий злой рёв без единого слова.

– Можешь больше не рыпаться, тебе тут еще долго сидеть, – ухмыльнулся я и повёл весло вверх.

Так, а что у меня с духовной энергией стихии Пустоты? Море Пустоты почти обмелело. С каждым метром весло вытягивало из него всё больше духовной энергии стихии Пустоты. Маска Туманного Прилива тоже брала своё, холодя скулы ободом.

Поэтому даже учитывая, что мои моря сами заполнялись окружающей духовной энергией, в том числе море пустоты из пустот в пространстве, расход превышал скорость заполнения.

Дотяну до террасы? Едва ли. А если дотяну, Маска Туманного Прилива перестанет менять лицо на последних метрах перед стражей.

Из пространственной сумки я достал ломти запечённого серебряка, отрезанные вдоль хребта, и съел три подряд. Мясо ещё не остыло. Море Пустоты немного наполнилось, закрыв часть голого камня. До краёв далеко, зато на весло и Маску Туманного Прилива теперь хватит.

Четвёртый ломоть исчез с ладони прежде, чем я донёс его до рта.

– Лечил, – сказал Рид с набитой пастью. – Голодный.

С таким доводом не поспоришь.

Верена перегнулась через моё плечо и стала следить, как кот жуёт.

– Я за ним все эти годы следила. Сперва целый месяц таскала ему гончих, но он лишь встал на лапы, хвоста не прибавилось. Потом съел того зверя, ушёл в кокон, и шесть лет я смотрела линзой, как сила ходит внутри скорлупы. Хотела понять, отчего он растёт.

– И что удалось понять?

– Да ничего, – выдохнула Верена. – Я видела, как сила крутится, но нового способа не нашла. Ведь ответ искала для Арники. Восемнадцать лет думала, как сделать её сильнее, и придумала только кормить демонами. Попробуй ещё найди их наверху.

– В архиве Красных лежала плашка про таких котов. Там их зовут мьяррами. Они пришли из собственного мира, Мьярра, вместе с Белым кланом. До пятого хвоста мьярр копит силу съеденной добычи и постепенно меняется под неё. Кого съел, тем отчасти стал.

– Значит, всё-таки нужна добыча? – пальцы Верены крепче сжались на моём поясе. – Подойдёт любая?

– Нужна сильная. Гончие поставили Рида на ноги, ты сама видела. Четвёртый хвост вырос после зверя Гхора с пятью хвостами. От добычи, равной ему по силе, мьярр тоже становится сильнее, только на это уходят годы. Для быстрого роста нужна такая, что заметно сильнее по самой сути.

– Сильнее по сути, – повторила Верена. – Ступенью выше? Или другой природы?

– Разница должна бросаться в глаза. Точнее в архиве не говорилось, это я уже сужу по Риду.

– Тот зверь был вкусный, – подтвердил Рид, облизнувшись.

– Арника должна убить добычу сама? – нахмурилась Верена. – Она ведь никогда не дралась всерьёз, только мышей таскала.

– По архиву важно, что она съест. Кто добудет, неважно. Рид половину зверей ел после меня.

Кот на шее приоткрыл один глаз.

– После тебя, – проворчал он. – Медленно.

– Что происходит после пятого хвоста?

– Начинается драка внутри, потому что стихии, полученные от добычи, мешают друг другу. Мьярру приходится подчинить себе сильнейшую из них. В родном мире у них это выходило, но, по судя архиву, путь туда закрылся, когда ушёл Белый клан демонов.

Верена долго молчала, прижавшись щекой к моей спине. Кажется, всё-таки улыбается.

– Спасибо, – тихо сказала она, а затем заговорила громче, уже почти смеясь. – Ив, спасибо. Восемнадцать лет гадала, а ты мне всё выложил за минуту. Я доведу её до пятого хвоста, найду подходящую добычу хоть под землёй. Потом стану искать их мир. Если путь закрыли, значит, раньше туда можно было попасть.

– Для начала доберись до пятого хвоста. Мир подождёт.

– Подождёт, – согласилась она и рассмеялась в голос.

Дымка над головой поредела, из сине-серебряной стала серой, и сквозь неё пробился вечерний свет. Впереди показалась скала, а в ней ступени, вырубленные людьми.

Ещё выше справа показался парапет с каменными держателями для свечей.

Я взял левее, к ступеням. Выберусь по ним тихо, в стороне от террасы и её стражи.

Человеческая работа. Отвык.

– Эй, на палке! Стой! – рявкнули сверху. Над парапетом торчал стражник в стёганой куртке с городской бляхой на груди. Арбалет держал наготове, хотя в нас пока не целился. – Полёты над Провалом запрещены. Приказ городского лорда! Поэтому сади свою палку на террасу и плати сбор.

Эх, ещё до дома не дошёл, а уже плати за то, что вылез из Провала. Ну, здравствуй, дом.

Я еще раз взглянул на лицо незадачливого стража и усмехнулся. Видимо он так и не понял, что мы вылетели из пропасти провала, а не просто летали над ним.

– Это весло, – поправил я, поворачивая к террасе. – За палку оно и обидеться может.

– Спрячь хвосты, – сказал я Риду.

Ворча, кот подобрал хвосты под брюхо и улёгся вокруг шеи, став похожим на толстый воротник. Бугорки рогов скрылись в шерсти.

Я посадил весло у дальнего конца террасы возле смотровой тумбы, затем убрал его в перстень. Верена соскочила с лопасти и одёрнула подол. Подойдя ближе, стражник оглядел моё чужое обветренное лицо, потом кота на шее.

– Сколько с нас?

– По кристаллу с каждого. Кот бесплатно.

Я достал два кристалла и вложил ему в ладонь.

Стражник указал на тяжёлую решётку у входа, где за столиком сидел служитель с толстой книгой.

– Запишитесь там, и больше не нарушайте правила. Это между прочим для вашей же безопасности, упадёте случайно в провал и всё. Больше не вернетесь оттуда, – служитель макнул перо и поднял на меня глаза. – Имя и занятие?

– Тарн, охотник с юга.

Перо скрипнуло по бумаге. Служитель кивнул на Верену.

– Она со мной. Какое сегодня число, уважаемый? Я долго был в лесу и сбился.

– Четырнадцатое число второго весеннего месяца, тысяча сто сорок третий год, – служитель ткнул пером в верхнюю строчку страницы, где стояла та же дата.

Через этот парапет я прыгнул поздней осенью тридцать шестого. Шесть с половиной лет внизу, столько же наверху, получается время в обоих мирах шло с одинаковой скоростью.

– Что сейчас слышно про наследие Глоссандра?

Служитель хмыкнул, прежде чем ответить.

– Говорят, вход откроется совсем скоро. Либо через несколько часов, либо же осталось несколько дней, никак не больше. Представители всех сильнейших кланов и семей города уже отправились к вулкану, а последние обозы выехали на прошлой неделе.

М-да. Колосс с золотисто-алым камнем во лбу, которого Длань показала мне ещё в поселении на сваях. Следующий шанс только через десять лет.

Отойдя к парапету, я заглянул в перстень. Мешки из сокровищницы Клейнов лежали там же, где я бросил их шесть лет назад, и ни один кристалл не рассыпался. Проверил кристаллы сознанием. На вход хватает.

Дом был где-то за городскими крышами, совсем рядом. Захотелось дойти туда, сесть на кухне, съесть всё, что поставят, затем сутки проспать в своей кровати. Встретить Элизу, узнать, что стало с доками и рестораном. Услышать, как кто-нибудь ругается на меня за шесть лет без единой весточки, и не оправдываться. Все эти годы хотелось именно этого.

Я постоял у парапета, разглядывая город. Рид шевельнулся на шее и потянул носом. Ближайшую кухню вынюхивает, не иначе.

Хотелось мне заглянуть в город, вернуться домой, но увы с наследием Глоссандра, на вход в который я так долго копил, терять время нельзя.

– Верена.

Она стояла рядом и смотрела на город, задумчиво вертя линзу в пальцах.

– Найди Элизу Дайл. Если дом Дайлов отстроили, он должен быть на прежнем месте, иначе спроси в торговом доме Винтерскай. Скажи лично ей, только ей: я выбрался, жив и здоров, так что пусть больше за меня не беспокоится. Пусть Дайлы, как и прежде, управляют нашим общим делом. Когда появится возможность, я сам с ними свяжусь. И больше никому ни слова.

– Даже…

– Никому.

Кивнув, Верена шагнула ближе и неловко ткнулась лбом мне в плечо рядом с котом.

– Береги его.

– Это он меня бережёт.

– Я, – подтвердил Рид из-под хвостов.

Верена рассмеялась и пошла к выходу, придерживая футляр. Я проводил её взглядом до решётки, а потом направился по ступеням к городским воротам.

Летающее весло осталось в перстне, решил приберечь духовную энергию. Вместо этого лучше доеду как в прошлый раз, на огненных скакунах, которых можно арендовать на выходе из города.

Утром Верена стояла у ворот дома Дайлов и разглядывала окна, стараясь делать это незаметно.

Ив говорил про пепелище, однако на его месте поднимались крепкие каменные стены под тёмной черепицей, а за оградой зеленел молодой сад. Верена дважды переспросила дорогу у прохожих и оба раза получила одинаковый ответ. Новый дом Дайлов.

Из сторожки вышел плечистый привратник с короткой дубинкой у пояса. Он осмотрел подпалённый подол и съехавшие очки. Мужчина подошёл и загородил калитку.

– Кого вы здесь ищете?

– Элизу Дайл, а ещё белую кошку с алой лентой.

Привратник крепче взялся за рукоять дубинки.

– Госпожа посторонних не принимает. Про кошку здесь спрашивают те, кому лучше держаться от неё подальше. Ступайте обратно, откуда пришли.

– Я её хозяйка.

– Все так говорят.

Верена открыла было рот, чтобы объяснить про договор и восемнадцать лет разлуки, но промолчала. Разве объяснишь этому привратнику Синергию?

За оградой зашуршали кусты. По садовой дорожке трусила белая кошка с алой лентой на шее, неся в зубах мышь к утреннему чаю. Верена вцепилась в прутья калитки.

Кошка замерла, уронив мышь на камни. Подняв морду, она принюхалась и повернула голову к калитке.

– Назад, – приказал привратник, шагнув к Верене и заслонив кошку плечом. – Ещё шаг, и…

Кошка прошла у него между ног.

Пригнувшись и вытянув шею, она двинулась к Верене. Обнюхала сапог, затем подпалённый подол и задержалась на нём, втягивая оставшийся запах гари. Верена опустилась на мостовую, так и не достав линзу.

– Арника, – прошептала она. – Это правда я. Я наконец вернулась.

Кошка подняла голову и долго не отводила зелёных глаз. Потом Арника упёрлась передними лапами Верене в грудь и с размаху ткнулась лбом в подбородок. Точно так же она делала по утрам, когда хотела есть.

Восемнадцать лет связь Синергии молчала, а теперь проснулась. Верена снова чувствовала Арнику, как прежде: сытую, довольную и смертельно обиженную, что её бросили так надолго.

Верена обхватила кошку обеими руками и прижала к себе. Погладила по бокам: шерсть гладкая, рёбра не торчат. Новую шёлковую ленту кто-то завязал бантом. Арника была сыта и ухожена. Нащупала и хвосты: три, сложенные вместе, все на месте. Кошка тёрлась щекой о мокрое лицо хозяйки и мурлыкала на всю улицу.

Привратник замер с протянутой рукой, так и не коснувшись плеча незнакомки.

– Что здесь происходит?

На крыльце стояла молодая женщина в тёмном платье с кожаной папкой под мышкой. Спросила она спокойно, по-хозяйски, но, увидев кошку в чужих руках, сбежала по ступеням и остановилась у самой калитки.

– Отпустите её. Немедленно.

– Госпожа Дайл, я её не выпускал, – привратник наконец опустил руку. – Кошка сама к ней вышла.

Хозяйка дома перевела взгляд на Арнику. Та и не думала вырываться: жмурилась, мурлыкала и тёрлась о подбородок незнакомки. Госпожа Дайл подняла брови.

– Она к гостям близко не подходит, а к слугам привыкала месяцами, – ее голос стал холоднее. – Кто вы такая?

Верена поднялась с мостовой, не выпуская Арнику. Молодая госпожа Дайл. У неё живёт белая кошка, которая каждое утро приносит мышь к чаю. Про неё Ив и рассказывал ещё внизу.

– Элиза Дайл?

– Допустим.

– Меня зовут Верена. Когда-то я сама повязала ей эту ленту, – она погладила кошку по шее. – Её зовут Арника.

– Арника, – медленно повторила Элиза. Кошка дёрнула ухом на её голос, но с рук не слезла. – Её уже дважды пытались украсть. После такого я не поверю ни одной истории про давнюю хозяйку.

– И правильно. Только я пришла не за ней одной, – Верена заговорила тише. – Меня прислал Ив. Мне нужно поговорить с вами наедине.

Пальцы Элизы стиснули папку.

Она долго смотрела то на Верену, то на кошку, потом молча отодвинула засов. Велев привратнику остаться у калитки, она отвела гостью к скамье возле дальней стены сада.

– Говорите.

– Ив выбрался из Провала вчера вечером, – тихо сказала Верена. – С ним всё в порядке.

Элиза замерла. Пальцы сжали папку так сильно, что кожа заскрипела, однако лицо осталось спокойным.

– Это может сказать кто угодно. Как он теперь выглядит?

– Длинный, выше, чем вы его, наверное, помните. Лицо чужое из-за маски. На плече сидит бронзовый кот и всё время просит мясо.

– Рид, – выдохнула Элиза, уже без прежнего недоверия. – Значит, правда.

– Правда. Ив жив и здоров. Он просил передать, чтобы вы больше за него не беспокоились. Пусть ваша семья, как и прежде, управляет вашим общим делом, а когда у него появится возможность, он сам с вами свяжется. И кроме вас, об этом никто знать не должен.

Элиза отвернулась к стене и постояла, глядя на камень. Потом провела костяшкой пальца под глазом; плечи поднялись и опустились дважды. Привратник у калитки вытянул шею, но подойти не посмел.

– Вчера вечером, – повторила Элиза, не оборачиваясь. – Значит, пока я сидела над отчётом, он уже был наверху.

– Уже был и очень хотел сюда, – ответила Верена. – Я сама видела.

После этих слов Элиза наконец выпрямилась.

– Не беспокоиться и вести дела, – повторила она, постучав пальцем по папке. – Дела я вела все шесть лет. А вот не беспокоиться придётся учиться заново.

Верена опустила кошку на скамью рядом с собой и продолжила гладить по спине.

– Есть ещё одно. Я нашла способ сделать её сильнее, вырастить новые хвосты. Ради этого придётся уйти далеко и надолго. Будет трудно, потому что ей нужна добыча сильнее неё самой. Арника, – Верена повернулась к кошке, – пойдёшь со мной?

– Она живёт здесь шесть лет, – сказала Элиза, впервые дрожащим голосом. – Спит у меня в кабинете, каждое утро приносит к чаю мышь. Она…

Арника спрыгнула со скамьи. Мимоходом потёрлась о ногу Элизы и села у сапог Верены, повернув морду к калитке.

Элиза посмотрела на неё и кивнула.

– Сама решила. Это её право.

Из-под крыльца тем временем выбрался кот.

Крупный, с широкой мордой и белой грудью. Шерсть на спине и боках была бронзовой, на солнце почти рыжей. Кот вразвалку пересёк клумбу. Подойдя к Верене, посмотрел на неё, затем сунул морду в сумку. Ничего не найдя, хлопнул лапой по колену.

Верена уставилась сперва на него, затем на Арнику. Неужели?

– Бронзовая шерсть? Вот уж наглая морда, – Верена прижала ладонь ко рту. – Арника, это что, от Рида?

Арника подошла к коту и принялась вылизывать ему ухо. Тот прикрыл глаза, затем вслепую подставил второе.

– Вот это да, – выдохнула Верена, рассмеявшись. – Достойный выбор, ничего не скажешь. Он теперь, между прочим, с четырьмя хвостами и с рогами.

Уши Арники встали торчком, три белых хвоста развернулись веером и хлестнули по камням. Кошка рванулась к калитке и оглянулась на Верену.

Возле ворот Арника остановилась. Вернувшись, она несколько раз подтолкнула сына лбом в бок, пока тот не поднялся и не перешёл к Элизе. Кот сел у её ног мордой к улице, широко расставив передние лапы. Арника коснулась носом его носа и больше не оглядывалась.

Элиза положила ладонь коту на голову.

Верена поклонилась ей и вышла за калитку. Белая кошка с алой лентой бежала впереди, высоко задрав хвосты; через минуту обе скрылись за углом.

Элиза проводила их взглядом, затем повернулась к привратнику.

– Утром здесь никого не было, – сказала она. – Ты никого не видел и никому об этом не скажешь.

* * *

Следующий том читать ТУТ: /reader/671951/6456017