Текст книги "Легендарный рыбак 10 (СИ)"
Автор книги: Ленивая Панда
Соавторы: Ленивая Панда,Сергей Шиленко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)
Глава 3
– Доставь бочонок на арену, в ложу дома Лирмонт, к девяти вечера. Не расплескай, и даже не думай его подменить. Голову даю на отсечение, что они проверят, – сказал я посыльному и поставил перед ним запечатанный бочонок концентрата.
Парень принял его так бережно, точно я вручил ему имперскую печать, а не рыбный бульон. Оно и понятно, не часто приходится посыльным доставлять бочонки в ложу Лирмонт.
Я проводил его до дверей, рассчитался с Леоном и официантками, велел запирать «Ресторан у Реки» и забрал выручку. Касса за первый день вышла солидной, и я ссыпал кристаллы в перстень один за другим. Считать на ходу я не стал, но горка ощутимо потяжелела.
Первый день прошёл удачно. Зал был набит, а Адриан заказав бульон показал мне новый заработок. Я прокрутил эту мысль в голове ещё раз, потому что пахла она хорошим доходом. Перед турниром бойцам и боевым зверям нужно восстанавливаться между раундами, зелья подорожали, а у меня на кухне варится то, что усваивается легче любого зелья и стоит дешевле. Оставалось прикинуть, сколько таких бочонков город проглотит за неделю турнира, и понять, кому ещё, кроме Лирмонта, эта еда придётся ко двору.
В поместье я умылся и переоделся в чистое. Ничего лишнего, опрятно и просто. Я не из тех, кому надо пускать пыль в глаза нарядами. К тому же шёл я на арену не красоваться, а смотреть и считать, так что наряд тут большой роли не играл.
Дину я оставил спать. За день она вымоталась, гоняя по реке и пугая рыбаков боевой формой, и теперь дрыхла в гостевой, посапывая панцирем кверху. Будить её ради чужих питомцев мне показалось преступлением.
– Ну что, со мной за компанию? – спросил я Рида.
Кот спрыгнул с подоконника, потёк по полу бронзовой тенью и запрыгнул на плечо. Я был рад его компании, тем более сам обещал показать Арену.
К арене я подошёл, когда у ворот уже толпился народ. Факелы выхватывали из темноты вереницу гостей, что тянулась ко входу в закрытую зону, а двое здоровяков в форме придирчиво осматривали каждого, кто совал им под нос бумаги.
Передо мной один из охранников заворачивал щёголя в шёлковом плаще. Тот тряс перед ним кошелём и тыкал пальцем в сторону лож, но нужной бумаги при себе не имел, и под смешки очереди его оттеснили обратно на улицу.
Настал мой черёд. Охранник перевёл на меня взгляд, прошёлся им по простой одежде и оглядел с дотошностью ревизора, прикидывая, в какую сторону меня отправить.
– Закрытая зона. Для гостей домов и команд, – отрезал он и заступил проход. – Тебя в списках нет, парень. Иди погуляй.
Я выудил из кармана золотистое приглашение с гербом арены и отметкой ложи Лирмонт и положил ему на ладонь.
Охранник повертел его в пальцах, поднёс к факелу и вдруг замер, а его брови поползли вверх. Он торопливо сверился с биркой на поясе, и вся прежняя надменность сошла с его лица.
– Господин Винтерскай, прошу простить. Вечером, сами понимаете, всякие лезут, – он отступил и махнул напарнику. – Проходите, ложи по правой галерее.
– Бывает, – обронил я и шагнул внутрь.
В фойе перед боями кипела своя торговля, погромче утреннего рынка. Молодые дворяне сбивались в кружки под люстрами из живого света, букмекеры выкрикивали ставки на лунного барса против мантикоры, слуги разносили вино, и каждый второй гость взглядом ощупывал чужой костюм, прикидывая, сколько за тобой стоит золота и силы.
Звери дерутся на арене, а тут, я смотрю, своя схватка, где бьют статусом и загодя точат оружие.
Я только и успел оценить расстановку, как сквозь толпу пробилась знакомая потёртая куртка.
– Винтерскай, – Инга подцепила меня за рукав без всяких церемоний. – А я думала, повар струсит и не придёт. Идём, наши вон там.
Она протащила меня к компании у дальней колонны, где Адриан держал бокал с непринуждённостью человека, родившегося с ним в руке.
– А вот и наш кудесник, – Адриан развернулся ко мне и повысил голос ровно настолько, чтобы услышали соседи. – Господа, рекомендую. Ив Винтерскай, хозяин ресторана, который открылся сегодня и уже кормит лучше моего семейного шефа.
Ну спасибо, то что нужно, теперь на меня смотрит половина фойе.
Я кивнул собравшимся и приготовился к допросу, потому что золотая молодёжь не умеет просто здороваться. Им надо обнюхать чужака, прикинуть, чей он, и только потом решить, улыбаться или высокомерно цедить слова сквозь зубы.
Долго ждать не пришлось. Ко мне подтянулась стайка ровесников в дорогих тряпках, и вопросы посыпались осторожно, по одному, пробными забросами на незнакомом озере.
– Винтерскай? Из столичных? – худой парень в зелёном повёл бровью. – Что-то не слышали такой фамилии в наших домах.
– А ресторан где? Неужели и правда в ремесленном квартале? – подхватила девица с веером. – Странное место для приличного заведения.
– С кем ведёте дела в городе? – это уже третий, постарше, с цепким прищуром оценщика.
– Совместно с домом Дайл, – ответил я спокойно.
На их лицах, интерес начал гаснуть, словно кто-то прикрутил фитиль.
– Дайл, – протянул парень в зелёном и переглянулся с приятелем. – Это который под арестом ходил? Который корабли утопил?
– Залётный, значит, – подытожила девица с веером и спрятала за ним усмешку. – Без своих в городе.
Партнёр банкрота и пришлый торгаш. Хо-хо, похоже, в их глазах я только что съехал с почётной строчки на ту, где находится самое дно.
Я не стал их разубеждать. Чужак без веса меня вполне устраивал: меньше завистливых глаз, меньше охотников влезть в мои котлы с расспросами. Пусть болтают, а я пока спокойно буду развивать дело и считать кристаллы.
– За мной никто не стоит, тут вы правы, – я принял у слуги бокал. – Зато и долгов чужих за мной нет. Ну а что касается мнения обо мне и моём деле, то вместо пустых догадок лучше заходите ко мне на ужин, и там уже на основании поданных блюд сделаете все необходимые выводы.
– Вот и я о том, – Адриан рассмеялся и поднял бокал. – Господа, кончайте допрос, пока не спугнули мне лучшего повара в городе.
У фуршетного стола, где башни из засахаренных плодов медленно оплывали под огнями, две девушки следили за той же сценой с другого конца зала. Пепельная блондинка обмахивалась перчаткой и скучала, а жгучая брюнетка в багровом платье провожала взглядом гостя возле Лирмонта.
– Лиза, а кто этот новенький? – брюнетка кивнула в сторону колонны. – Рядом с Адрианом. Лицо незнакомое.
– А, этот? – блондинка поморщилась. – Инга сказала, его зовут Ив Винтерскай. Партнёр старика Дайла, того, что разорился вчистую недавно и чуть не влез в кабалу Клейнам.
– И всё?
– Люди Клейнов говорят, сам он пустое место. За ним в городе никто не стоит: ни дома, ни секты. – Блондинка понизила голос до сладкого шёпота сплетни. – Раньше эти Винтерскаи будто бы ходили под Чёрным Хлыстом, а как те порвали с ними, так дела и покатились под откос. Одним словом голытьба с претензией.
Селеста склонила голову и оценила незнакомца ещё раз, теперь медленнее. Симпатичный, держится спокойно, не лебезит перед Адрианом, как остальные. А ещё у него необычный ресторан, где по словам Инги стены ярко светятся, чего нет ни в одном ресторане города.
– А он вроде ничего так, – заключила она.
– Он же маленький, судя по виду моложе нас на два-три года, – с подозрением сказала Лиза.
– А ведёт себя благоразумнее и взрослее, чем стайка этих кретинов, которые только что пытались зацепить его. Да и какая разница? Ему как минимум семнадцать лет, а значит, он уже взрослый, – брюнетка оправила платье на бёдрах и, поправив локон у виска, направилась в ту сторону.
– Селеста, – блондинка перехватила её за локоть. – Касьян рядом. Ему это явно не понравится.
– Касьян? – Селеста выгнула бровь. – Я ему не лошадь в стойле и не статья в гроссбухе. Отец ему согласия на брак не давал, да я против, так что Касьян волен думать всё, что влезет в его пустую голову.
Она высвободила руку и, соблазнительно покачивая бёдрами, двинулась через зал прямо к новому гостю дома Лирмонт.
* * *
Брюнетка в багровом платье шла прямо на меня, и кружок аристократов перед ней расступался, освобождая дорогу.
Красивая, спору нет: платье в обтяжку, точёная фигура, и добрая половина фойе косилась ей вслед. Я отметил это как простой факт и отложил в сторону, потому что занимало меня другое – что забыла эффектная аристократка возле залётного повара.
Либо ей что-то нужно, либо просто скучно, прикинул я, провожая её взглядом. Оба варианта обещали разговор, ну что, посмотрим.
Она остановилась напротив, оглядела меня от ботинок до лица, прицениваясь, и только потом улыбнулась.
– Селеста, – представилась она и склонила голову. – А вы тот самый повар, о котором шепчется весь холл?
– Ив Винтерскай, – ответил я. – Слухи бегут быстрее, чем я успеваю готовить.
– Слухи говорят, у вас в меню рыба, которой нет ни у кого в городе, – она качнула бедром и подалась ближе. – Я перепробовала всё, что подают на праздниках. Можете ли вы меня удивить чем-либо в этом плане, господин Винтерскай?
Вот оно. Скучающая ценительница, охотница за вкусом, которого ещё не пробовала. С такими я ладил легко: их любопытство само приводит в зал и они остаются постоянными гостями, да и денег обычно не жалеют.
– Смотря что вы уже пробовали, – я принял у проходящего слуги бокал и протянул ей. – Если вам подавали речную рыбу под сладким соусом, то это было извинение за рыбу, а не сама рыба. Я готовлю заливное из звёздного усача, которого в этих водах не видели десять лет.
– Усача? – она выгнула бровь. – Десять лет? Звучит как красивая выдумка.
– Тогда у вас есть способ поймать меня на лжи, – я отпил из своего бокала. – Приходите в «Ресторан у Реки» и проверьте. Если блюдо вас не удивит, ужин за мой счёт.
– А если удивит?
– Тогда вы признаёте проигрыш и приходите снова, – я выдержал её взгляд. – Хороший повар всегда играет в долгую.
Селеста рассмеялась, искренне, и этот смех повернул к нам пару соседних голов.
– Принимаю. – Она отсалютовала мне бокалом. – Только ставку подниму. Проиграете, лично проводите меня по реке вечером и покажете, где ловите своих легендарных усачей. Идёт?
Бойкая. Я мысленно усмехнулся: торгуется почище иного главы каравана, и ставкой выбрала моё время.
– Идёт, – сказал я. – Но усачей я ловлю на рассвете, так что прогулка выйдет ранней.
Краем глаза я поймал движение слева: брюнет разрезал толпу, двигаясь к нам, и шёл он с видом хозяина, у которого на делянку залез чужак.
Он втиснулся между мной и Селестой, развернувшись ко мне спиной, что само по себе было вызовом.
– Селеста, я тебя обыскался, – процедил он. Хм… неужто её суженый? – Тебе нечего делать в этом углу. Идём, наши места уже готовят.
– Касьян, – сказала она холодно. – Я разговариваю. И я не припомню, чтобы спрашивала твоего разрешения, с кем мне стоять и говорить.
– Ты позоришься рядом с каким-то залётным торгашом и ни в грош не ставишь…
– А ты позоришься перед всем фойе, врываясь в чужой разговор без приветствия, – прервал его я. – В приличных домах сначала здороваются.
Касьян крутанулся ко мне, и желваки на его скулах заходили ходуном.
– Ты вообще знаешь, с кем говоришь?
– С человеком, который не умеет ждать своей очереди, – пожал я плечами. – В моём «торгашном» заведении такого, как ты, сразу бы выпроводили на улицу.
– Ты… – парень нахмурился, стискивая зубы.
– Касьян, довольно. – Адриан отлепился от колонны и встал рядом со мной. В его взгляде мерцала сталь. – Ив мой гость и находится под моей защитой. А Селеста, насколько мне известно, никому не давала повода считать её собственностью. Так что остынь, пока не наговорил лишнего.
Касьян переводил взгляд с меня на Адриана. В голове у него, видать, сейчас шёл мозговой штурм и пересчёт всех «за» и «против»: дом Лирмонт, арена, свидетели.
Не знаю, к какому решению он там в итоге пришёл бы, но его явно спас сигнал. Над фойе поплыл низкий гул рога, и распорядитель в галерее объявил, что гостей просят занимать места, а тренеров и владельцев зверей – готовиться к выходу.
– Это ещё не конец, – бросил Касьян, ткнув в меня. – Ты ещё пожалеешь о сегодняшнем вечере.
– Ага, уже рыдаю, – обронил я ему вслед.
Инга подтянулась ближе и понизила голос, провожая удаляющуюся спину Касьяна.
– Зря ты его подколол, – сказала она. – Касьян – вассал Клейнов и один из действующих чемпионов арены. Дерётся в средней категории, где выходят звери до среднего уровня второй ступени, и он там не из последних. И к Селесте липнет давно, хоть она его и в упор не видит.
– Чемпион, значит, – хмыкнул я. – Учту.
– Учти как следует. – Она глянула на меня снизу вверх. – Клейны злопамятны, а Касьян у них как хлыст. Не подставляйся.
Заверяюще кивнул ей.
Если честно, после всех предыдущих столкновений не на жизнь, а на смерть, к таким угрозам я уже относился как к долговым распискам: спокойно складывал в стопку и ждал, когда придёт срок оплаты. К тому же на фоне моего семейного клана, которого я по-настоящему опасался, такой выскочка смотрелся как безобидный барашек.
Ложа Лирмонта встретила меня мягкими креслами, графинами с тёмным вином на столике и таким видом на песок, за который иные приплатили бы отдельно.
Здесь даже отдыхают с прицелом, отметил я, опускаясь в кресло. Закуски расставлены так, чтобы дотянуться не вставая, а кресла развёрнуты к арене, чтобы гость ни на миг не отвлекался от зрелища, за которое платит.
Рид перетёк с моего плеча на подлокотник, свернулся бронзовой подушкой и уставился вниз, на песок, дёргая кончиком хвоста. Даже ужатый до размера домашнего кота, с чужих зверей он не спускал глаз.
Сама арена внизу разворачивалась чашей: округлое песчаное поле, кольца ярусов уходили вверх, и трибуны гудели множеством голосов. По краям сновали помощники, проверяли тонкие линии защитных контуров, открывали технические люки и размечали зоны, откуда тренеры будут выпускать зверей.
– Первый раз на боях питомцев? – Инга плюхнулась в соседнее кресло и закинула ногу на ногу. – По лицу вижу, что да. Тогда слушай, чтобы потом глупых вопросов не задавал.
– Я весь во внимании, – отозвался я.
– Хозяева и тренеры в драку не лезут. – Она кивнула вниз, на размеченные зоны. – Стоят за контуром и отдают зверю команды через артефакт передачи мыслей. Крепится у уха или на ошейник питомца. Боец чувствует приказ и слушается.
Гарнитура, перевёл я про себя. Тренер сидит в наушнике и отдаёт зверю команды. Знакомая схема.
– А вы тут кто? – спросил я. – Тоже команда Лирмонта?
– Я тренер, – Инга ткнула себя пальцем в грудь. – Слежу за состоянием бойцов, считаю их резерв и нагрузку. А вот Ронан сегодня оператор, выводит зверя на песок и отдаёт команды.
Ронан, услышав своё имя, поправил очки и без слова двинулся к выходу из ложи, к техническому спуску.
После второго сигнала я устроился в кресле и стал смотреть, как внизу готовят первый бой.
Комментатор, чей голос разносило по всей чаше, принялся раскачивать публику и выкрикивать имена. Трибуны отвечали гулом.
Первым на песок вышел Ронан, а рядом тяжело ступал пламенный вепрь: туша в багровых подпалинах, по хребту катились язычки огня. Комментатор объявил его призёром прошлых поединков и претендентом на верхние строчки квартала.
Следом из противоположного люка показался Касьян, и за ним скользил ледяной волк, оставляя на песке белёсые следы изморози.
– Вот и наш чемпион, – процедила Инга. – Везучий гад.
Звери разошлись по краям. Над ареной сомкнулся прозрачный купол защиты, отрезая песок от трибун. Судья рубанул рукой, и начался бой…
Глава 4
Вепрь ударил первым, рванул напролом, и песок за ним вспахали обугленные борозды. Волк играючи ушёл с линии тарана вбок, обогнул противника по дуге и резанул ледяным серпом, прихватив песок под копытами вепря коркой льда.
Несколько раз вепрь почти впечатывал волка в барьер, и трибуны взвывали. Но Касьян вовремя бросал команду через артефакт, и волк всякий раз выскальзывал из-под удара, оставляя вепря молотить воздух.
– Хм… как-то он подозрительно дышит после рывков, – пробормотала Инга, подавшись вперёд. – Слишком размеренно для такого темпа. И холод у него чересчур сильный.
Мысленно с ней согласился. Локатор тоже выделил яркое сияние, от переполняющий энергии волка. Куда интенсивней, чем должен был исходя из размера точки.
Доказательств, конечно, никаких нет, но интуиция меня ещё не подводила.
Я покосился на Адриана. Он молчал, но стиснутая челюсть выдавала его напряжение.
Волк дожимал. Сковывал вепрю ноги льдом, рубил по сухожилиям, гонял по кругу, заставляя жечь силу на пустые рывки. Вепрь хрипел и всё сильнее замедлялся с каждым кругом.
Развязка пришла быстро. Волк поднырнул под очередной таран, вцепился вепрю в бок и рванул. Хрустнуло. Любимец Адриана завалился на песок, и кровь поползла по белой ледяной корке.
Трибуны взорвались рёвом. Победа ушла Касьяну.
Адриан медленно отставил бокал, и костяшки его пальцев побелели.
– Следующими на арену выходят… – принялся объявлять комментатор.
На песок тем временем высыпали слуги и принялись техниками убирать кровь и убирать следы боя, разглаживая борозды, готовя арену к следующей схватке.
– Это не бой, это резня, – Адриан швырнул перчатку на столик так, что графины звякнули.
– Проклятые стимуляторы, – процедил Адриан, поднимаясь. – Дать зверю боевую дрянь, разогнать резерв на один круг, а потом хоть трава не расти. А хуже всего, сейчас это не доказать, турнир регулярный и перед ним замеры не проводились.
– Он развернулся ко мне. – Идём вниз. Заодно и проверим, чего стоит твой хвалёный бульон.
Я двинулся за ним, прихватив с подлокотника Рида, который недовольно мявкнул, что его оторвали от созерцания чужих зверей.
Нулевой этаж арены жил отдельной от трибун жизнью. Здесь не было ни люстр из живого света, ни вина в графинах, зато пахло палёной шерстью, кровью и звериным страхом. Вдоль стен тянулись ряды вольеров, откуда рычали и били лапами по решёткам те, кого толпа наверху каждый день освистывала или возносила.
В дальнем загоне над тушей пламенного вепря уже хлопотала Инга, и руки у неё были по локоть в крови.
– Плохо дело, – бросила она, не оборачиваясь. – Бок вскрыт до рёбер, кровь унять не получается, резерв просел почти в ноль. Ему бы побольше духовной энергии да недели две покоя, тогда, может, и выкарабкается.
– Двух недель у нас нет, – Адриан стиснул прутья загона.
– Так дайте я сбегаю за зельем, – Ронан поправил очки. – Нормальным, восстановительным. А не будем поить зверя рыбным отваром и гадать, поможет или нет.
Вот она, святая вера в проверенное. Я этих скептиков навидался ещё в прошлой жизни, когда какой-нибудь критик морщил нос на мой соус, так и не донеся ложку до рта.
– Сначала бульон, – сказал я. – Зелье ваше никуда не денется, а вот вепрь может.
– Резонно, – Адриан кивнул, и в голосе прорезалась надежда, которую он сам себе боялся позволить. – Но всё-равно, если не поможет твой отвар, Ронан добежит до лавки. Время ещё есть.
Я кивнул, тем временем вскрывая ранее доставленный бочонок и протягивая Инге. Она зачерпнула концентрат кружкой, разжала вепрю челюсти и влила тёмную жижу прямо в глотку, придерживая зверю голову.
– Ну-ну, потише, дорогой. Будешь ты у нас еще за свинками бегать на медовых равнинах, тише-тише… – успокаивала она то и дело взбрыкивавшего кабана, поглаживая по шее.
Глаза его были закрыты. Боль он наверное сейчас терпел адскую, врагу не пожелаешь.
Потянулись минуты. Я считал их про себя, смотря на раненого зверя. Ронан уже переминался с ноги на ногу и открыл рот, чтобы всё-таки сорваться к лавке.
Вдруг вепрь открыл глаза.
Кровь, что толчками шла из разорванного бока, сначала замедлилась, а потом унялась совсем, и края раны стянулись плотной бурой коркой. Рваное дыхание выровнялось, грудная клетка заходила глубже, и зверь приоткрыл мутный глаз, повёл им по сторонам, узнавая своих.
Чуда я сотворить не мог, да и не обещал. Бок остался развороченным, и на арену этому бедолаге ещё не скоро, но из лап смерти он выбрался, и регенерация в нём наконец заработала.
– Очухался, – выдохнул Адриан и расцепил пальцы на прутьях. – Живой, зараза.
– Прости, Винтерскай, – Ронан стянул очки и потёр переносицу. – Я был уверен, что это пустышка. Каюсь, недооценил.
– Бывает, – обронил я.
– Нам такого нужно много, – Инга вытерла руки и глянула на меня снизу вверх с новым, цепким интересом. – Слышишь? Зелья дороги, и имеют куда жесткий эффект, вредят каналам. А твой бульон, выходит и мягче, но и дешевле.
– О поставках я и говорю, – Адриан повернулся ко мне, и от растерянного наследника не осталось следа. – Заключим контракт. Сколько такого концентрата ты дашь в день?
– Смотря какой объём вам по карману, – я прислонился к стене.
– Думаю, для начала сойдет по тысяче духовных кристаллов в месяц, а там видно будет. В общем дальше больше.
– Заметано, – улыбнулся я, пожимая ему руку.
Где-то вверху гудели трибуны, провожая очередной бой, и по этому рёву я понял, что схватка наверху идёт жаркая.
На обратном пути в коридоре нас поджидал Касьян. Двухметровая гора мышц перегородила проход, и стало ясно, что мимо он нас просто так не пропустит.
– Что, Лирмонт, как там твоя свинка? – Касьян осклабился. – Кажется, кто-то остался без призовых.
– В честном бою твой волк сдох бы первым, – Адриан шагнул вперёд. – Ты накачал его дрянью, и мы оба это знаем.
– Видимо, ты слеп, – Касьян пожал плечами. – Всё, что не признано нарушением, считается честной игрой.
Он повернулся ко мне.
– Чем-то обязан? – я приподнял бровь и улыбнулся.
Касьян моего радушия не разделял, наоборот, взгляд его был холоден.
– А с тобой мы не договорили, ублюдок. Не смей приближаться к Селесте, она моя невеста, – он ткнул пальцем мне в грудь, но до цели палец не дошёл, потому что на полпути я перехватил его рукой.
– Будущая, так не нынешняя ведь, – а затем я вопрошающе приподнял бровь. – Осмеливаешься тыкать в людей, ты что, изучил какую-то секретную технику Стального пальца?
Я слегка надавил, заламывая палец, и Касьян взвыл, оседая на одно колено. Видно, не изучал.
– Урод, я порву тебя! – выкрикнул он, и воздух в коридоре тут же загустел, от раскручиваемой им культивации. – Сука!
Я уже примерился прервать его словесный понос. Всего лишь одним ударом колена смачно ломающим нос, но на коридор внезапно обрушилось чужое давление. Оно буквально вдавило Касьяна в пол, а всех остальных заставило согнуться пополам.
Всех, кроме меня и Рида.
Такая мощь тянула на практика третьей ступени, уровень формирования ядра. Правда рядом с аурой Игниса она, ощущалась довольно терпимо.
Поднял взгляд.
Давление исходило от старика, что шёл по коридору неспешной походкой, заложив руки за спину. Справа от него вышагивая на высоких каблуках, уверенно шла Селеста.
– Уважаемые гости, напоминаю, беспорядки в нашем заведении запрещены, – обронил старик.
Давление пропало так же внезапно, как и появилось, и Касьян поднялся на ноги.
– Прошу прощения, старший Кэмэл, – он отряхнулся и смущённо покосился на Селесту. – Этот чужак затронул мою честь и честь моей невесты, я не сумел сдержать эмоции.
Да, понимаю какого это. Сам я в такой ситуации не был, но должно быть это жутко неловко, когда девушка, которая тебе нравится видит как тебя только что втоптали в пол. Хотя чего мне понимать, я его знать не знаю, мне если честно все-равно на него.
– Касьян, я тебе не невеста и никогда ею не стану, – отрезала Селеста.
– Селеста Холмс, твоё желание ничего не значит. Вчера, в знак укрепления отношений наших семей, твой отец пообещал моему выдать тебя за меня замуж. И мы милостиво приняли это подношение.
Пышная грудь жгучей красавицы заходила ходуном, но ответа она так и не нашла и демонстративно отвернулась.
– В таком случае, почему бы вам не решить ваш конфликт более цивилизованным путем. Например, через поединок зверей на арене? – посмотрел старик с улыбкой по очереди на Касьяна и на меня. – Во многом победа питомца зависит от грамотного управления его мастером, так что это в некоторой степени и личная победа.
– Отличная идея. Я с радостью сражусь с тобой, Винтерскай, – противно ухмыльнулся мне Касьян. – Если победишь, я больше не буду донимать тебя и забуду, что ты общался с моей невестой. Если же проиграешь, приползешь ко мне на коленях через всю арену и на глазах у публики попросишь прощения за то, что посмел заигрывать с моей невестой.
Напыщенный горе-женишок буравил меня взглядом, дожидаясь ответа.
Глаза старика Кэмэла заблестели от интереса, а у Адриана и Селесты от тревоги.
Переживают за меня? Ни за что бы не подумал, что юные аристократы могут быть такими сердобольными, а именно испытывать чувства к человеку, которого знают меньше суток.
Воздух в коридоре меж тем чуть ли не наэлектризовался от их ожидания.
– Не-а, не интересно, – я прикрыл рот ладонью, показательно зевая. – Какой мне толк лезть в ваши брачные игры.
Адриан и Селеста облегченно выдохнули. Я уже развернулся и собрался махнуть Адриану рукой, мол пойдем дальше смотреть бои, но тут позади раздался крик Касьяна:
– Так и знал, что ты трус!
Хох.
Да я гляжу он не знает на что нарывается. Да, я знал, что это дешевая провокация, но как в таких случаях должен реагировать мужчина, честь которого затронули?
Я медленно обернулся, поглаживая Рида по шёрстке. Тот сидел у меня на плече и с интересом наблюдал за развернувшимся представлением.
– Хорошо, если ты так хочешь сражения, то будет тебе сражение, – спокойно ответил я.
Адриан закашлялся, прочистил горло и шагнул ко мне.
– Ив, можно тебя на минутку.
– Да, что такое? – спросил у него, когда мы отошли в сторону.
– Ты точно уверен? – аристократ понизил голос, говоря настороженно. – Касьян ветеран, один из сильнейших бойцов арены. Ты сам видел, как его волк разорвал моего вепря, точно тузик грелку.
– Ив, если это всё из-за меня, то не стоит, – Селеста тоже подошла.
Она осторожно коснулась ладонью моей груди.
– Любая девушка мечтает, чтобы мужчины сражались ради неё, но ты не знаешь, насколько на самом деле силен Касьян, – её круглые глаза смотрели с беспокойством. – Я не хочу, чтобы из-за меня пострадал кто-то другой. Прошу, откажись от боя. Я сама всё улажу и уговорю его забыть про эту ссору, согласившись на помолвку.
Я устало потер переносицу. Ох уж эти женщины, сами заварят кашу, а потом не знают как её расхлебывать. Да и с чего она вообще взяла, что я из-за неё собираюсь рисковать?
– Хм, а ты хочешь быть с ним? – посмотрел на неё.
Девушка молчала.
– Что ж твоё лицо само всё сказало. Раз душа не лежит к этим отношениям, то незачем идти против себя, – я мягко убрал её ладонь со своей груди, невольно отметив какая гладкая и нежная у неё кожа. – А насчёт боя можешь расслабиться. Ввязался я в это не ради тебя, так что ты тут совершенно ни при чём.
Я улыбнулся и направился к Касьяну, поджидавшему рядом со стариком Кэмэлом.
– Ну что, наворковались? Никак перед смертью не надышишься? – мелкие глазки Касьяна довольно сощурились.
– Мы ещё не обсудили условия. И большой вопрос, потянешь ли ты мою ставку, – я поправил воротник, потому что в коридоре потянуло сквозняком. – Сразимся сегодня же. Дополнительно к уже сказанному тобой: если проиграешь, то ты откажешься от помолвки с Селестой. Не хочу, чтобы ты прибегал с желчью каждый раз, когда она будет есть в моем ресторане.
– Ха! Такое может случиться разве что во сне твоём, но я согласен…
– Где твои манеры? Я ещё не закончил, – строго оборвал его, отчего рожа парня позеленела, но он смолчал. – Проигравший платит победителю десять тысяч духовных кристаллов сразу после боя.
Хоп! Я приподнял бровь, оглядывая вдруг вытянувшиеся лица присутствующих.
– Это же огромные деньги, – выдохнул Касьян.
– Папочка не выдал достаточно на карманные расходы? Или ты струсил? – вернул ему его же фразу.
«Трус» является провокацией для любого мужчины, и коль ты ответил на неё, то расплата для провокатора должна быть сокрушительной.
– Да нет, конечно. С радостью заберу всё твоё добро, – противно рассмеялся он, возвращая себе спесь. – Вот только сомневаюсь, что у тебя столько найдётся. А ну как обманешь и сбежишь, не заплатив? Мне нужна гарантия.
Он огляделся и повернулся к старику.
– Старший, раз уж вы при нашем споре, не согласитесь стать гарантом? Скажем, за пять процентов от банка.
Старик Кэмэл подкрутил ус.
– Поскольку это происходит на моей арене, то с удовольствием младший. До тех пор пока проигравший не оплатит весь долг победителю, он не сможет покинуть арену.
– На том и порешили. Надеюсь, вы внесёте нас в список предстоящих встреч, – одобрительно кивнул я и махнул рукой. – Идём, Адриан. Покажи где тут проходит регистрация питомцев на бой?
В коридоре Адриан с Селестой нагнали меня и наперебой принялись предлагать своих зверей.
– Возьми моего стального лося, – Адриан зашагал рядом. – Лучший из тех, что у меня свободны, вепрю он ни в чём не уступит.
– А я могу одолжить тебе Грозовую лисицу, – вмешалась Селеста. – В чистой силе волка ей не одолеть, но в скорости и вёрткости она с ним поспорит. При толковом управлении даже есть небольшой шанс на победу. Ну или хотя бы ничью.
– Не стоит, – отмахнулся я. – У меня уже есть питомец для боя.
– Кто? – оба уставились на меня, а потом проследили взглядом за моей рукой, что поглаживала Рида на плече.
Лица у обоих вытянулись.
– Т-ты хочешь сказать, этот милый пушистый котик и есть твой боец? – указала она пальчиком на Рида.
– Не-не-не, Ив, ты сейчас точно не шутишь? Он же крохотный! – Адриан аж задохнулся.
Если бы у них была ментальная связь с моим питомцем, даже не знаю, докуда отвисли бы их челюсти. Ведь от Рида сейчас шла такая горячая волна предвкушения. Он буквально рвался в драку с этим ледяным пёсиком.
– Не судите по его виду. О, мы уже пришли? Это здесь? Подождите немного.
Я толкнул дверь с табличкой «Регистрация зверей».
За столом сидел сухонький клерк с огромной бородавкой под глазом, а посреди комнаты стояли огромные весы, на которых, по словам работника, и полагалось взвешивать бойца.
Рид встал на весы. Стрелка доползла до шестидесяти килограммов, и бородавка под глазом клерка нервно задергалась.
Да-а-а, если бы не моя культивация и не усиленное телосложение, я бы даже не знаю, как выдерживал этого пушистика на своём плече целыми днями.
– По нему и не скажешь, что в нём столько весу, – протянул клерк.
– Сидел на особой диете, – пожал я плечами.
– И чем же таким он питался?
– Оленями, медведями… крокодилами… – принялся почесывать висок, вспоминая. И судя по кислой мине клерка, он не верил ни единому моему слову. Его перо зависло над журналом, где тянулся длинный столбец кличек. – Запишите его как Рид, – продиктовал я.
Перо мерно заскрипело, а я, засунув руки в карманы и насвистывая незамысловатую мелодию, вышел из кабинета. Рид разумеется уже снова занял свой пост у меня на плече.
