Текст книги "Любовь - наказание? Или награда? (СИ)"

Автор книги: Лана Танг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

-ООО, – стонал я, уже не понимая, где я, где он, и что за безумие с нами творится? сейчас я с радостью отдал бы ему все свое тело, и позволил войти в себя чем угодно, начисто забыв все свои недавние надуманные страхи, и нелепое желание уйти из жизни... Боже, я мог умереть, не узнав и не изведав ... его поцелуев, запаха обнаженной кожи, нежных прикосновений волшебных рук... – ОО, это... это...это...

-Я знаю, милый, знаю, сладкий... – разжав ладонь, он наконец позволил мне излиться, и я застыл в его руках, опустошенный и уставший... и вместе с тем до одури счастливый...

Что это было? Дикое и необузданное проявление древнейшего основного инстинкта? Реакция слабого омежьего тела на предназначенного ему природой альфу? Или – любовь, в самом лучшем и чистом ее проявлении? Но мог ли я позволить ей захватить себя, мог ли отдаться ей и ни о чем не думать? В нашем несправедливом мире, в моем зависимом и шатком положении? Не обернется ли моя слабость против меня, уже завтра, превратив мои первые чувства из награды в наказание? 

До краев переполненный счастьем, я уснул в объятиях господина Тэхвана, положив голову ему на грудь и беспечно отбросив все терзающие меня сомнения и страхи...

Часть 13

Дин

...Я шел по дороге, а впереди было море. Уже совсем близко, и я хорошо видел прибой. Волны набегали на берег, растекаясь по песку белыми пенными гребешками, и тут же откатывались назад, в свою привычную стихию... Я знал, что не случайно пришел сюда, что чего-то давно ищу, и именно тут, на этом клочке суши, живет моя последняя зыбкая надежда.

Из маленького домика вышел омега. Он не видел меня, не обращал внимания, задумавшись о чем-то своем. Черные волосы развевались на морском ветерке беспорядочным облаком, и он поднял руки, собрав их в хвост, повернулся и пошел прямо в воду... Я бежал за ним, но не мог догнать... хотел спасти, но он уходил все дальше. Вода доходила ему уже до пояса, и тут он оглянулся, бросая последний взгляд на то, что оставлял безвозвратно. Солнце било ему прямо в лицо, бросая тень на милые черты, но я все равно легко узнал его.

-Любовь моя, не покидай меня! Я так давно ищу тебя! – ноги вязли в песке, и я не мог бежать, не мог настичь его, с отчаянием понимая, что безнадежно опаздываю, что еще несколько роковых шагов, и он, смысл и радость моей жизни, навсегда скроется под безжалостной мутной волной. – Остановись... пожалуйста, остановись! Я не могу ... жить без тебя...

Он вроде бы услышал, в нерешительности замер... он колебался, в какую сторону ему шагнуть, и я с отчаянием понял, что он не верит мне... не может, и не хочет верить...

***

Сон оборвался внезапно, оставив странное послевкусие печали. Во сне я знал, кто этот парень, но вот теперь забыл.

А, леший с ним, я никогда не верил снам! Единственно, что важно – это реальность! На моей груди доверчиво лежала милая черноволосая головка моего омеги, и я счастливо улыбнулся, вспомнив все, чем мы занимались минувшей ночью... почему я остановился на полпути, и не сделал его своим? Побоялся напугать невинное создание, пожалел его, дал время привыкнуть ко мне, избавиться от нелепых страхов? Неважно, все это неважно... Даже без этого было совсем неплохо, и даже в какой-то степени гораздо лучше. Все впереди, и время для секса еще будет!

Гранат доверчиво прижался ко мне, обнимая за талию. Глупыш, так яростно сопротивлялся, а сдался быстро, и совсем без боя... А я? я сам? Почему я плавлюсь и замираю от нежности, от одного лишь взгляда на его милую сонную мордашку? Неужели все дело в притяжении истинной пары? Конечно, в ней, в чем же еще?

Как ни хотелось мне остаться с ним подольше, но надо вставать. Сегодня важный день, и я должен быть в офисе. До вечера недолго, доживем, а там уж.. нам ничто не помешает!..

-Приберите в комнате для гостей (там, где вчера Гранат танцевал для меня танец) – отдал распоряжение главному омеге-горничной. – Там найдете вещи танцора, принесете их ему в мою спальню. Пусть он спит сколько пожелает, не беспокойте, потом накормите. Да, и еще. Пошлите кого-нибудь в магазин, пусть купят для него что-нибудь из одежды. Обычные, домашние вещи. Надеюсь, что не ошибетесь с размером.

Уже на выходе хватился, что не взял деловые бумаги. Черт, вот рассеянность, с чего бы вдруг? Склерозу вроде рано... Не выдержал, и на пути из кабинета заглянул в спальню. Граната на постели не было. Наверно, в туалет пошел. Ну, что ж, раз он проснулся, надо сказать ему несколько слов, приободрить, обнять и успокоить.

Он робко и неуверенно глянул на меня, смущенно улыбнулся, сделал несколько шагов навстречу... вдруг побледнел как белый снег и начал падать. Едва успев подхватить его, уложил на постель и похлопал по щекам, приводя в чувство.

-Гранат, что с тобой? Тебе плохо?

-Не знаю... – он был в сознании, но говорил с трудом, и вид его мне очень не нравился. – Голова закружилась... и ноги... совсем не слушаются... не беспокойтесь, господин, это пройдет...

-Раньше было с тобой такое? Болело что-нибудь?

-Нет. Не припомню...

-Лежи. Я вызову врача. Не возражай, даже не думай!

***

-Что с пациентом? Возраст, имя? – бесстрастный голос беты в трубке. – Документы в порядке?

-Формальности оставим на потом! – рявкнул я, уже во весь голос. Черт бы побрал этих бездушных тварей, бюрократия у них всегда на первом месте. Но и я тоже хорош, даже не удосужился узнать у Винчестера настоящее имя моего Граната! – Немедленно пришлите самого лучшего омежьего доктора! Не для того я вкладываю такие деньги в вашу жалкую больничку, чтобы выслушивать и отвечать на дурацкие вопросы!

-Порядки одинаковы для всех, господин Тэхван. Не беспокойтесь, врач будет. Надеюсь, что вы сообщите ему все необходимые сведения о пациенте.

-Быстрее тащите сюда его задницу, я на работу опаздываю!!!

Врач осмотрел и обстукал Граната, заглянул в рот и приподнял веки, взял на анализ кровь и слюну, поместил образцы внутрь портативного переносного анализатора.

-С ним все в порядке, несколько дней отдыха, и все придет в норму, – получив результаты, уверенно выдал он свой вердикт. – Судя по анализам, у пациента довольно серьезное нервное истощение. Можно предположить, что он пережил сразу несколько сильнейших эмоциональных стрессов, причем разной направленности, – от негативных до положительных. И еще, господин. Если он ваш половой партнер, я бы порекомендовал не трогать его, несколько дней. Тело омеги довольно хрупкое, и в таком состоянии, в каком он сейчас, ему может навредить любой гормональный всплеск. Я выпишу рецепт, пусть попьет успокоительные.

– Господин, приехал ваш отец, – голос дворецкого в переговорнике, – он ждет в гостиной.

Вот черт, ну что ж такое! уйду ли я сегодня на работу?! Что-то он зачастил ко мне, старый пень, ладно еще, сегодня внизу остался, не полез в спальню.

-Ты уже и врачей приглашаешь для своих ублюдков! – проводив недовольным взглядом спустившегося со мной бету, буркнул родитель. – И что это за история с четырьмя миллионами за ночь со стриптизером? На весь город прославился, негодник!

-Ты приехал в такую даль, чтобы спросить об этом? – любезностью на любезность ответил я. – Тебя это никак не касается, я трачу не твои деньги. И вообще – оставь мою личную жизнь в покое! Если это все, то я пойду, на работу опаздываю.

-Сядь, Диннер, я здесь по другому делу! Вот, познакомься, это Мики! – тут только я обратил внимание на сидящего возле отца мелкого омегу. Развязный тип, а одет... тысяч на двести потянет, если не больше. Висюльки, побрякушечки, даже губа в двух местах проткнута. Как же это? пирсинг, кажется?

-Кто это – Мики? Твой новый бэби? За коим хреном ты приволок его ко мне? Жениться хочешь на старую задницу? Валяй, я не против. Но от знакомства с таким «отчимом» меня уволь!

-Полегче на поворотах, сын мой! – в голосе отца проскользнула угроза. И еще что-то, типа злорадства. – Жениться буду не я, а ты! Так что сбавь тон и будь повежливее, ибо перед тобой Микаэль Гучи – твой будущий супруг! Единственный сын и наследник денежного мешка Грегори, нашего самого главного и влиятельного партнера и инвестора! Став его зятем, ты навсегда избавишься от финансовых проблем, а кроме того, сможешь легко выйти на международный уровень!

Проклятье, этого только не хватало! Упрямый старик не отступался, и дошел до края, до откровенного давления на меня обстоятельствами, до неприкрытого пошлого шантажа. Он прав, как бы я ни сопротивлялся, от сынка Гучи отделаться будет не так-то просто. Один бы я не задумываясь послал всю эту дивную компашку куда подальше, но моя компания, деловые партнеры, друзья и акционеры... от меня и моих решений зависело слишком много людей, и игнорировать этот факт я не мог.

Мелкий гаденыш явно наслаждался моим ошеломленным от неожиданности лицом. Знакомый типаж, хуже не бывает! Капризный и избалованный... а если помножить это на подлую омежью натуру, перед вами гремучая смесь, под названием сплошные неприятности. Этот типчик будет бегать к своему папаше по любому поводу, жалуясь на то, как плохо с ним обращается альфа-супруг. Не так взглянул, не так накормил, не так поимел... Ну, родитель, ну и сволочь же ты, редкостная!!!

-Через месяц у тебя подписание крупного контракта с Грегори Гучи, – сверля меня дьявольской улыбкой, промурлыкал вредоносный старикашка. – Удобный случай. Там и объявим о помолвке! ... что это, Фил? Кто приходил?

-Это... к господину Диннеру, – минуя отца, дворецкий шел прямо ко мне. Похоже, я не слышал входного звонка, так шокировало меня неожиданное требование жениться. – Курьер из клуба. Принес регистрационную карточку стриптизера...

-А ну-ка, дай сюда! – отец как коршун выхватил из рук Фила прозрачную пластинку. – Дин, ты что, совсем с тормозов слетел, весь ум порастерял от похоти! Теперь уже стриптов у себя поселяешь?! Не думал, что ты настолько неразборчив, мой сын! Без разницы, кому вставлять, любой сгодится? Даже дешевая шлюха из клуба, которую до тебя имел каждый желающий?!

-Помолчи о том, чего не знаешь, – вяло бросил я. Доказывать ему обратное не имело смысла. – Даже если и заставишь жениться, мою личную жизнь тебе не отменить. Отдай документ, чего ты так в него вцепился?

-Спортивный интерес, – буркнул он. – Хочу узнать, что за гаденыша ты пригрел на своей груди. За четыре лимона. Хотя ты прав – на кой черт мне знать имя этой швали? – он развернулся чтобы швырнуть карточку на пол, но неожиданно остановился. – Машталер? – сощурив глаза, прочитал он. – Мио Машталер...

Я хорошо знаю своего отца. Безошибочно чувствую его реакцию на любые ситуации. Меня не обмануть внешним спокойствием и показным хладнокровием...

Узнав фамилию моего любовника, он был потрясен и обескуражен. Он знал ее, эту фамилию. Более того, с ней были связаны у него какие-то неприятности...Это было так, без сомнения...

Но я тоже где-то слышал эту фамилию. Надо было только вспомнить, где и при каких обстоятельствах...

Часть 14

Мио

Со мной случилось то, чего я никак не ожидал от себя. О чем никогда не думал, считал глупой выдумкой и полным бредом. К чему совершенно не был готов...

Разве может омега влюбиться в альфу? Какие нежные чувства можно испытывать к этим грубым заносчивым самцам, которым принадлежит весь мир, и омеги в частности?

Но я влюбился... За одну единственную ночь. Я влюбился, сразу и навсегда. Забыл, кто он и кто я, забыл о том, что мы из разных миров, и что у нас нет с ним никакого будущего... Я все забыл, откинул элементарную логику и здравый смысл, сознательно отмахнулся от действительности, и отдал ему в вечное владение свое сердце... за просто так, ни о чем не мечтая, и ничего не требуя взамен.

Нет, это не так. Я мечтал о взаимности, и хотел верить в чудо, хотя прекрасно понимал, что чуда не будет... Кто я для него? Игрушка, одноразовое развлечение, от которого он просто хотел получить то... что хотел. Да он, собственно, и не скрывал этого, сказав, что купил меня, и будет держать у себя столько, сколько захочет... Ну, или как-то так он выразился, приблизительно, не в этом суть... «Сколько захочет»... как долго это по времени? Неделя, месяц, больше? В любом случае, я здесь временно, а это значит, что моя любовь глупа и нелепа, и над ней можно лишь посмеяться... Почему же, понимая все это, я по-прежнему чувствовал себя счастливым?

Проснувшись под утро, я понял, что почти лежу на моем альфе. Голова на груди, ноги обвили его бедра, рука обнимает талию... Я слышал стук его сердца, купался в завораживающем чудесном запахе, чувствовал тихое сонное дыхание...

Хорошо. Непостижимо, безумно хорошо... я нежился в его руках, замирая от блаженства... пусть это все не по-настоящему, пусть это лишь иллюзия счастья... все это неважно, потому что я буду пить до дна радость каждой секунды с ним рядом, буду лежать вот так, тесно прижавшись к его большому сильному телу, буду доверять ему себя, целиком и полностью, буду придумывать красивую волшебную сказку, что он любит меня, что он только мой, и ничей больше...

Господин Тэхван ( я по-прежнему не знал его имени, и мне приходилось называть его именно так) излечил мои страхи, затопив в нежности... его поцелуи, ласковые руки, волнующие бережные прикосновения, срывающийся на каждом слове страстный шепот... я навсегда запомню нашу сказочную неповторимую ночь, сохраню в сердце, как самое ценное свое сокровище. Сколько их будет еще, наших ночей, сколько чувств и безумных наслаждений подарит мне мой любимый альфа, и смогу ли я отплатить ему хоть десятой долей того, что даст мне он, ведь я был неловким неопытным неумехой, и совсем не владел искусством секса. Но я научусь, буду послушен и ласков, я сделаю все, что он скажет мне, ведь я больше не боялся его, потому что знал – он не причинит мне боли. Он возьмет меня чутко и медленно, растопит в безумных ласках последние глупые страхи, и я с радостью упаду в его крепкие руки, буду ласкать и целовать желанное тело, раскроюсь навстречу как весенний бутон, отдав ему все, что он пожелает взять... Я хотел его. Хотел почувствовать его там, в своем теле, хотел узнать, как это бывает, когда единственный и любимый делает тебя своим...

Он шевельнулся, прервав мои мысли, и я испугался, что ему неудобно лежать так, когда я почти целиком навалился сверху. Потянулся назад, чтобы слезть и устроиться рядом... мои губы прошлись по его груди влажной дорожкой, нечаянно задев выпуклый нежный сосок... Наверно, сработало подсознание, а может, я еще наполовину спал, и это придало мне дерзости... но я задержался и поцеловал его в это место, чуть втягивая в себя и посасывая...снова и снова дотрагивался языком и губами, замирая от блаженства. Сколько это длилось – не знаю... я не мог прекратить...невероятно острое наслаждение затопило меня с головой и лишило разума...

-Малыш... как хорошо... так приятно... – сонно пробормотал он, притягивая меня к себе, и я мгновенно оказался на нем, там, где и был, до того, как попытался слезть. Блаженно вздохнув, альфа снова уснул, а я замер в его руках, боясь потревожить его сон неосторожным движением...

Я не хотел сейчас думать о будущем. Зачем, если мне все равно не изменить его? Сейчас так хорошо... я должен довольствоваться тем, что имею, должен запомнить эти счастливые минуты, чтобы потом, в грядущем одиночестве, трепетно хранить их в своем сердце...

***

Утром проснулся один, привычные страхи вернулись, и я мгновенно почувствовал панику. Что ждет меня здесь, в чужом доме, где у меня нет ни ранга, ни положения? Я ниже прислуги, я вообще никто, купленный за деньги стриптизер. Наверно, даже горничные будут относиться ко мне, как к уличной шлюхе... Как мне вести себя, что говорить, чем заниматься? Как смотреть в глаза тем, кто служит и работает тут, в его доме?

Сползал до туалета, а дальше.. все как в тумане. Потолок вдруг дрогнул и начал падать на меня, пол зашатался... откуда-то возник альфа, прижал к себе, и я успокоился. Он здесь, он со мной, значит, можно расслабиться и позволить себе побыть слабым, потому что рядом с ним ничего не страшно... ни шаткость положения, ни мнение окружающих... ничего не страшно, пока он сидит вот так, на краю постели, держит в своих руках мою руку, а глаза его светятся нежным волнением, и голос дрожит и прерывается, когда он спрашивает, как я себя чувствую?

В поле зрения возник незнакомый бета в белом халате. Это врач? Это действительно врач, и он вызвал его для меня? Теплое чувство любви и благодарности наполнило меня до краев, глаза заслезились, и я преданно улыбнулся ему, моему любимому альфе, с которым, пусть и ненадолго, свела меня сама Судьба...

Мне дали какого-то горького лекарства, и я провалился в беспамятство...

***

-Господин! господин! – добрался до сознания тоненький голосок омеги. – Время обеда! Доктор сказал разбудить вас, потому что вам надо набираться сил, и Вы должны встать и покушать. Вам приготовили комнату, и я помогу вам перебраться туда. Вот ваша одежда, ее только что доставили из магазина, и еще тут есть...

-Ты кто? – нехотя разлепляя глаза, спросил я. – Горничный?

-Да, – кивнул омега. – Хозяин... то есть господин Диннер приказал мне служить вам.

-Служить мне? – ошеломленно выдохнул я. – Но почему? Кто я такой, чтобы иметь прислугу?

-Вы любовник господина, и он хочет, чтобы вы чувствовали себя здесь комфортно, – с доброй улыбкой ответил горничный. – Пойдемте, господин, я вам все покажу здесь, и провожу в столовую.

-Я Мио. Обращайся так, мне привычнее. Никто не называл меня господином. А ты? Как твое имя?

-Суян. Можно просто Су. Меня все так зовут.

Комната мне понравилась. Еда тоже. Я вышел на балкон, посмотрел на улицу. Постоял и подумал. Мне впервые было нечем заняться. Впервые с меня никто ничего не спрашивал, ничего не заставлял делать. Голова еще болела, и я нетвердо стоял на ногах...

-Господин Мио, если желаете, можем погулять по саду. Там очень красиво. Доктор рекомендовал вам прогулки на свежем воздухе.

-Отлично, Су! Хорошая идея!

Мы обошли все аллеи, посидели на скамейке у пруда, наблюдая как плавают по зеркальной поверхности белые лебеди...

-Ой, – пискнул Су, оглядываясь налево, – я думал, он давно уехал... Простите меня, господин...

Я повернулся в ту сторону, куда смотрел Су. К нам шел молодой омега. Красивый, изящный, стильно одетый, уверенный в себе. Счастливый отпрыск богатой семьи, ни в чем не знавший отказов. Не испытавший на себе ни горечи сиротства, ни зависимого положения. Кто он такой, и что делает здесь? Су не говорил мне о том, что у господина Тэхвана есть брат или родственник...

-Ты стриптизер из клуба? Как тебя там? «Неспелый гранат»? – высокомерным тоном обратился он ко мне. – Отвечай, когда тебя спрашивают!

-Да, – я наклонил голову, не желая дальнейших объяснений. Пусть обзывает меня, как хочет.

-Отлично! – не меняя тона, продолжил он. – Я нанимаю тебя на нашу с Диннером помолвку, станцуешь нам свой самый зажигательный танец!! Помолвка через месяц. Там будет много наших хороших друзей и знакомых, так что ты будешь иметь сокрушительный успех! У тебя довольно смазливая мордашка, да и тело... хм... впечатляет. Мой отец точно не откажется провести с тобой ночь, он любит таких милашек! Так что первая ночь – его, а уж потом пойдешь по рукам, шлюха! Хе-хе, это будет весело! – он хохотнул и пошел прочь, но вдруг остановился. – Да, и запомни! к тому времени твои ... гм... шашни с моим будущим супругом должны прекратиться! Иначе...

... Я посещал актерские курсы, пусть и недолго. Я выступал на сцене. Но по сути я играл роль всю свою сознательную жизнь, никому не показывая своих истинных чувств, с тех пор, как определился мой пол, и я стал никому не нужным безродным омегой. Этот опыт помог мне сдержаться и теперь. Я развернулся и молча пошел к дому...

-Не переживайте, Мио, и не слушайте гада, – семенил за мной Су. – Господин Диннер еще ничего не решил. Это его отец привел в дом этого... Гучи. Вон он вышел из подъезда, домой поедут. Где ж они прятались-то до сих пор, спали, может?

-Я тоже отдохну, Су, – не оборачиваясь, тихо сказал я, – и мне ничего не нужно. Так что ты тоже можешь отдыхать. Таблетки я принял, не беспокойся...

Вернувшись «к себе», я сбросил с лица маску спокойствия. Помолвка... будущий супруг... А что я ожидал иного? Ушел бы тотчас же отсюда, но ... я как бы не свободен. Меня купили, и я должен был отработать затраченные на меня деньги...

***

Было уже темно, и я лежал в постели, когда в отведенную мне комнату пулей ворвался Диннер. Ни слова не говоря, он схватил меня в охапку, и потащил к себе, а я опять, как последний дурак, замер от счастья. Обхватил его за шею, прижался к груди, и забыл как дышать...

Плевать на свадьбу, на наглого омегу, на всю эту кошмарную реальность! Сейчас он мой, и никто на свете этого не изменит! Запах любимого кружил голову, сводил с ума, отшибал все запреты... Он мой, и он несет меня к себе в спальню!

-Я так устал сегодня, Мио-о, – мое имя звучало в его устах сладкой музыкой. – Думал усну, лишь только доберусь до кровати, но без тебя не смог, никак не получается. Ты нужен мне, мой милый, только ты, и никто другой. Доктор сказал, что мне нельзя тебя ... несколько дней... Да я сегодня и так не смог бы, потому что еле держусь на ногах. Давай, ложись, вот так, сюда, мой сладкий, а я буду медленно снимать с тебя эту дурацкую пижаму, и целовать твое красивое тело... везде, везде... шейку, тоненькие ключицы, нежные розовые сосочки и мягкий животик...

Хватило его ненадолго, и когда дело дошло до «животика», он почти отключился. Прижал меня к себе, блаженно улыбнулся, и через несколько секунд уже спал... сном младенца...

Часть 15

Дин

-Дин, что происходит? – встретил меня вопросом встревоженный Бен. – Сразу три крупных инвестора (он назвал фамилии) отозвали вложенные в наш проект средства. Акционеры встревожены, звонки не умолкают.

-Родитель постарался, не ходи к гадалке. Все эти типы – его выкормыши. Проклятье, так и знал, что он сделал свой ход конем, не случайно приперся ко мне утром с этим гаденышем!

-Аа?... с кем?

-Неважно, потом расскажу. Сегодняшнее собрание акционеров, конечно же, отменяется?

-Скажем так – переносится. Я велел секретарю всем отвечать так. Что будем делать, Дин?

-Есть варианты, но придется побегать. Чертов папаша! Достань из сейфа второй список. В нем помельче рыбки, но набрать кое-что можно. Половину наскребем здесь, остальное с зарубежных компаньонов. Пусть секретарь закажет билет на самолет, на завтра.

-Два билета, Дин. Полетим вместе. Я знаю некоторые аспекты дела лучше тебя.

-Хорошо. Два билета. Не возражаю. Ну, что, попьем кофейку, и в путь?

День прошел в бесконечных разъездах. Сначала ездили вдвоем, потом разделились, а к вечеру подключили к визитам еще двух грамотных сотрудников. Когда, наконец, сошлись в офисе, чтобы подсчитать добычу, рабочий день давно закончился, а в голове мутилось от усталости, и все тело ломило так, словно по нему долго и методично били деревянными битами.

-Ну что там, Бен? – потягиваясь до хруста в плечах, спросил я. – Как наши усилия, надеюсь, не напрасны?

-Как и предполагалось, – уныло вздохнув, ответил компаньон, – чуть больше половины. Так что зарубежной поездки не избежать...

-Не избежать... – в тон Бену протянул я, – как же не вовремя... – встал, подошел к окну, вгляделся в спускавшуюся на город ночь.

Где-то там, далеко, за всеми этими равнодушными городскими огнями, в тихом элитном районе ждал меня теплый уютный дом. И там был Мио... мой нежный красивый Мио... меня тянуло к нему, как магнитом. Он перенервничал и заболел, ему было плохо, и наверняка очень неуютно в чужом месте, а я не мог уделить ему достаточно времени, вынужденный носиться как угорелый, по всем этим нудным чинушам, и только лишь потому, что моему папочке клюнуло в голову породниться с денежным мешком, и он не придумал ничего лучшего, как втянуть меня в свой дьявольский план. Проклятие, как же все это меня бесит!

Мне надо домой! Мне надо узнать, как Мио себя чувствует! А вдруг ему стало хуже?...

Кстати!!!

-Бен, ты слышал такую фамилию – Машталер? Знакомая до дрожи, но никак не могу припомнить, откуда ее знаю?

-Конечно, слышал, более того, знал Зарта Машталера лично. Он был довольно близким другом твоего отца, и его постоянным деловым партнером. Одиннадцать лет назад он погиб в аварии, вместе с супругом. Подумай, ты должен помнить эту трагедию, Дин. Я присутствовал на похоронах, и видел тебя и твоего отца.

-О, да, точно! Я учился тогда за границей, и приехал домой на каникулы. Отец собирался в траурный зал, и сказал мне поехать с ним вместе... Бен, у Машталеров остались дети? Я помню, на церемонии был заплаканный мальчик.

-Да, их сыну исполнилось тогда лет семь?... может шесть или восемь, я точно не знаю, но пол ребенка еще не определился. А почему ты спрашиваешь, Дин?

-Что стало с тем мальчиком? Почему прервалась фамилия, если был наследник? Машталер владел крупной фирмой, так что его сын должен был унаследовать приличное состояние. И что с его компанией? Почему в наших кругах о ней ничего не слышно?

-Ну... господин Питчер Тэхван... твой отец...оплатил содержание малыша в приюте, до того возраста, когда определится пол, и его увезли... Дин, почему ты спрашиваешь об этом???

-Оплатил содержание в приюте? И все??? А как же дом, денежные средства, наследство? Ребенок должен был счастливо жить в родительском особняке, получать все положенные наследнику привилегии, учиться, и ни о чем не думать! С какой стати его отправили в приют? Бен, расскажи мне все, что тебе известно! Я не в тех отношениях со своим стариком, чтобы бояться услышать о нем что-нибудь нелицеприятное.

-Ну....гм...ходили слухи, что именно господин Питчер подстроил аварию Зарту, после того, как довел до банкротства его фирму. Предал давнего друга и подмял под себя выгодный бизнес. Однако все так и осталось на уровне слухов, расследование аварии ничего не выявило, и дело закрыли... Дом и имущество пошли с молотка, и сыну Машталера ничего не досталось.

-Понятно. Теперь мне понятно, почему отец так побледнел и растерялся, когда увидел сегодня утром регистрационную карточку Мио...

-Мио? Кто это – Мио?

-Сиреневый Гранат. Стриптизер из клуба Вина. Его настоящее имя – Мио Машталер.

-Как тесен мир! – присвистнул Бен. – Мне жалко парня! Значит, он стал безродным омегой, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Неудивительно, что ему пришлось зарабатывать на жизнь таким способом! Но, Дин, что ты собираешься с ним делать?

-Сначала не знал, но теперь, кажется, знаю... Надо решить вопрос с инвесторами, отделаться от папашки и его мерзкого гаденыша Гучи, а потом... Потом я женюсь на нем!

-Что? – Бен вытаращился на меня во все глаза. – Жуткий ветреник и убежденный холостяк Дин Тэхван, меняющий омег как перчатки, хочет жениться?? Ну, точно, мир перевернулся, и черепахи стали бегать быстрее кроликов! А может... неужели? Дин, ты... что... (длинная пауза) влюбился???

-Дурак... вот выдал бред! влюбился?... Я? В омегу? Нет, это невозможно! просто он... ну, он вполне устроит меня в качестве супруга. Мио спокойный, ненавязчивый, послушный, красивый... Он девственник, до этих лет, а значит, не пойдет налево... Жизнь не баловала его, он не капризен... и у него оказались хорошие корни, приличные родители. Чего еще надо для удачного брака?

-Пожалуй... ничего... вполне достаточно...

По неуверенному тону Бена легко догадаться, что он не верит мне. Да это не мои проблемы, не веришь – и не верь, придурок! Надо же додуматься до такой ереси – я влюбился?! Действительно, мир покатился бы в пропасть, и небо упало на землю, став зеркалом!

– Но к чему ты упомянул про сына Гучи? – сменил тему Бен. – Постой, сам догадаюсь! Отец хочет женить тебя на этом капризном омежке, я прав? Но зачем ему портить тебе жизнь? ты не ребенок, и можешь сам выбрать свою судьбу. И почему у вас такие сложные отношения? Ты же его единственный сын!

-Ему плевать на меня, у него на этот денежный мешок свои виды, так что он сосватал бы за его отпрыска даже домашнюю кошку. Теперь ты понимаешь, ради чего он подговорил инвесторов кинуть меня в самый ответственный момент? чтобы поставить перед фактом, что Гучи – единственный, кто вложит средства в мою компанию, так что нам кровь из носу нужно набрать нужную сумму, иначе действительно придется идти под венец с этим мелким гаденышем.

-Но почему, Дин? Почему отец не любит тебя?

-Это давняя история. Наша семья никогда не была счастливой. Отец происходил из среднего класса, но каким-то образом он сумел выгодно жениться на моем родителе-омеге. Понятия не имею, как этому проныре удалось провернуть такой неравный брак, но дед так до конца и не принял его в качестве зятя. Впрочем, семейные нежности отца не волновали, главное – он занял высокую должность в компании тестя. Папа-омега оказался довольно слаб здоровьем, родив меня, он еле оправился и долго болел. Врачи запретили ему иметь еще детей, но отец не обратил на это внимания, и в результате – тяжелейшие вторые роды и летальный исход, акушеры не смогли спасти ни родителя, ни ребенка. Дед не простил отцу смерти любимого сына, и их отношения разладились окончательно. Однако к тому времени отец захватил в компании ключевые позиции, и деду поневоле пришлось с этим считаться. Он сделал все, чтобы отстоять свои дивиденды, которые передал по завещанию мне, вопреки закону минуя отца. Эти средства помогли мне открыть свое дело, и стать независимым, но я нажил в лице папочки серьезного врага. С тех пор мой ревнивый родитель упорно пытается вмешаться в мою жизнь, подчинить себе, заставить делать то, что выгодно и удобно ему, с точки зрения интересов прежде всего его компании. Да, и еще: когда случилась та трагедия, мне было всего лишь пять. Отец не занимался мной, и я фактически вырос с дедом. Так что мы с ним, можно сказать, чужие люди...

-Да, все серьезно... Это дело лучше запить. Давай вызовем такси, и завернем в бар.

-Ну ты и придумал! А завтра с больной головой в самолет? Нет, я домой!

-По своему красавчику соскучился? – ехидно подколол Бен. – Я прав?...

***

Бен был прав, хотя я упорно не желал признавать этого, даже себе. Я соскучился по своему Мио. Я безумно по нему стосковался, настолько сильно, что не мог без него спать. Мне была необходима новая порция моего наркотика – нежное гибкое тело рядом, милое сонное дыхание, ласковая робкая ладошка на моем животе... Он был нужен мне – как воздух, как солнце, как сама жизнь! Вот я дурак! И зачем я приказал приготовить ему комнату, когда единственное предназначенное для него место здесь, в моей постели!!! И я ведь еще ни разу не назвал его просто по имени! Не сказал ему тихо и ласково: «Мио... Мой Мио-о... Иди ко мне, хороший мой...»