![](/files/books/160/oblozhka-knigi-prekrasnaya-zhizn-dzhayanandy-thakura-373572.jpg)
Текст книги "Прекрасная жизнь Джаянанды Тхакура"
Автор книги: Кришна Мангала дас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)
Эту историю о Джаянанде рассказал мне недавно Бхута-бхавана дас. Бхута-бхавана готовил для путешествующей на автобусах группы санкиртаны «Радха-Дамодара». Преданные каждый день выходили на улицы и тяжело трудились для Кришны. Вечером, вернувшись, они ели прасад, который готовил Бхута-бхавана, а Джаянанда восклицал: «Бхута-бхавана! Какой прекрасный прасад ты приготовил!»
Джаянанда просто наслаждался прасадом и восхвалял Бхута-бхавану. Но Бхута говорит, что сам он не был каким-то там особым поваром и прасад был самый обычный. Только позже он понял: Джаянанда любил почитать прасад, любил прославлять и хвалить повара и т.д.
Песнь прасадуИногда Джаянанда говорил о бхаджане «Шарира авидья-джал, джодендрия тахе кал» Бхактивиноды Тхакура как о прекрасной песне с необычайно приятной мелодей. Перед почтением прасада преданные всегда ее поют:
шарира авидйа-джал, джодендрийа тахе кал,
дживе пхеле вишайа-сагаре
та’ра мадхйе джихва ати, лобхамой судурмати,
та’ке джета катхина самсаре
кришна баро дойамой, корибаре джихва джай,
сва-прасад-анна дило бхаи
сеи аннамрита пао, радха-кришна-гуна гао,
преме дако чаитанйа-нитаи
О Господь, это материальное тело – средоточие невежества, а чувства – тропинки, ведущие к смерти. Так случилось, что мы пали в этот океан материального чувственного наслаждения, а из всех чувств самый ненасытный и неуправляемый – язык; в этом мире обуздать язык очень трудно. Но Ты, дорогой Кришна, очень добр к нам и дал нам этот прекрасный прасад, чтобы мы полностью удовлетворялись им и славили Тебя, Господь, – Радху и Кришну – и с любовью взывали о помощи к Господу Чайтанье и Нитьянанде.
И Джаянанда иногда признавался, что любит петь эту песню в течение дня, поскольку она напоминает ему о нашей готовности всегда принимать прасад, и он хочет, чтобы мы постоянно имели такую возможность. Это был гвоздь его дневной программы: время, когда все преданные усаживались в круг и, улыбаясь, пели шарира авидья-джал, джодендрия тахе кал, а потом с энтузиазмом почитали остатки трапезы Господа. Это была настоящая жизнь: получать милость вместе с Джаянандой.
До отвалаВ свои ранние дни в Сан-Франциско Джаянанда ощущал нечто вроде вины, так как приходил в храм поесть. А Прабхупада вдохновлял и поощрял это его желание. Джаянанда рассказывал, как Прабхупада накладывал ему блюда на большой металлический поднос и все подкладывал и подкладывал, пока он не наедался до отвала. Шрила Прабхупада готовил специально для Джаянанды и желал убедиться, что тот все съел. Как же Джаянанда любил прасад в те ранние дни! Он рассказывал, что в храме всегда стояла кастрюля халавы. Эта халава обладала необыкновенным могуществом и духовной силой: она погружала его в сознание Кришны после целого рабочего дня, проведенного за рулем такси. Он давал Прабхупаде пожертвования из своего заработка и, когда приходил по утрам в пустой храм, то был уверен, что его накормят. По вечерам, рассказывал он, Шрила Прабхупада либо оставлял для него прасад, либо сам готовил для него. Причем, Шрила Прабхупада не подпускал никого из преданных к Джаянанде, чтобы иметь возможность лично накормить его прасадом.
Его классический пир из пахты и банановБананы с пахтой составляли излюбленный импровизированный пир Джаянанды. Когда старые преданные из Сан-Франциско видят пахту и бананы, они сразу вспоминают о Джаянанде. Он постоянно приносил их нам на площадку колесниц. Еще он всегда был начеку, ожидая, когда принесут подносы с маха-прасадом. Тогда Джаянанда хватал поднос и раздавал маха-прасад преданным, но только после того, как досыта были накормлены гости.
Каждое утро Джаянанда готовил на кухне для преданных санкиртаны, а потом сам раздавал им прасад. А поздно вечером, когда мы уже спали, он мыл кухню. Сейчас мне больно вспоминать, как я спал, а он трудился до глубокой ночи. Но это было его желание: чтобы мы хорошенько отдохнули и на следующий день могли служить Кришне.
Спасение клубникиКогда мы ходили за бхогой, Джаянанда всегда старался уговорить торговцев пожертвовать что-то для Господа и Его преданных и нередко получал желаемое. Они жертвовали с радостью, потому что любили его, как и все остальные. Он также рылся в мусорных контейнерах рынка в поисках чего-нибудь пригодного. В моих воспоминаниях Джаянанда наполовину погружен в продуктовый мусорный контейнер, его лицо озаряется улыбкой, когда он ныряет на дно за каким-нибудь сохранившимся фруктом или овощем. Помню, однажды мы ехали по улице, и Джаянанда заметил выброшенный ящик клубники. Тут же остановился и спас эту бхогу для служения Господу, причем подобрал даже рассыпавшуюся по дороге клубнику и уложил ее в ящик.
Все личностноМы можем обнаружить следы своего имперсонализма даже в таком простом действии, как раздача прасада. Помню один такой случай, произошедший со мной. Я выложил одно блюдо прямо на другое на тарелке Джаянанды. Увидев это, он сердито нахмурился. Тогда до меня дошло, что даже самое маленькое действие, связаное с сознанием Кришны, не должно совершаться случайно или по прихоти. Из-за своего невнимания я доставил неудовольствие своему дорогому духовному брату Джаянанде и немедленно в этом раскаялся. Его тарелка была его личной тарелкой, блюда были тоже личностны, и ему совсем не понравилось, что они смешались.
Постоянное размышление о следующем фестивалеДжаянанда всегда размышлял о следующем фестивале, на котором предполагалась массовая раздача прасада. Если это была не Ратха-ятра, то фестиваль Холма Говардхан в Сан-Диего или фестивали в Санта-Крузе или в Беркли. У него всегда крутился в голове проект очередного фестиваля или пира. Джаянанда совершил немало трансцендентных игр с прасадом при участии нашего старенького милого красного грузовика. Я думаю, неплохим лозунгом для Джаянанды могло бы стать: «Садись в красный грузовик, поехали на следующий фестиваль и пир».
Он постоянно работал в гараже – строил тележку для прасада или колесницу для следующего фестиваля и пира.
Не так хорошо, как о том говорятДжаянанда показывал нам, что процесс осознания Кришны постоянно полон блаженства и радости, в то время как пребывание в майе (специально созданной так, чтобы казаться великолепной и замечательной) на самом деле немало приукрашено и обладает свойством разочаровывать. Особенно это касается надежд на половую жизнь, по поводу которой Джаянанда однажды сказал мне: «Не так она хороша, как о ней говорят». «Шримад-Бхагаватам» сообщает, что так называемая слава половых отношений попросту преувеличена, да и «Бхагавад-гита» называет вожделение «нашим вечным врагом». Вожделение есть не что иное, как простейший и банальнейший эгоизм, эксплуатация собственного тела и использование одного живого существа другим. Джаянанда был свободен от вожделения потому, что в нем не было ни малейшего эгоизма. Он непрестанно трудился ради блага всех живых существ, помогая Шриле Прабхупаде раздавать сознание Кришны по всему миру.
Джаянанда был человеком праздника, человеком фестиваля и живым доказательством того, что Сознание Кришны – это непрерывный праздник, а практика сознания Кришны – постоянная радость. С другой стороны, усилия, направленные на удовлетворение материальных стремлений, – это всегда адски тяжелый труд. Живые существа в этом мире претендуют на то, чтобы наслаждаться и повелевать им, но суровая действительность состоит в их постоянной борьбе за существование. Они забывают свое изначальное конституциональное положение вечных слуг Господа Кришны и тщетно пытаются установить свое господство над этим миром. «Бхагавад-гита» повествует о том, как все живые существа борются за выживание, что называется пракрити стхани каршани.
Живые существа в материальном мире суть Мои вечные отделенные частицы. Оказавшись в обусловленном состоянии, они вынуждены вести суровую борьбу с шестью чувствами, к числу которых относится ум.
(Бхагавад-гита, 15.7)
Как говорит Шрила Прабхупада в Седьмой песни «Шримад-Бхагаватам», материалисты работают изо всех сил, чтобы попасть в ад. Они прилагают огромные усилия для постройки своих фабрик и боен, борделей, домов порока, чтобы пить, есть мясо и заниматься сексом. А преданные тем временем легко и блаженно идут по пути возвращения к Богу.
Он ввел традицию разбрасывания арахиса с фестивальных грузовиковДжаянанда придумал разбрасывать с фестивального грузовика в Нью-Йорке прасад в виде арахиса. Адикешава Прабху чудесно описывает, как другие преданные, пытаясь разбрасывать арахис, большую часть роняли на землю, но зрителей завораживал энтузиазм Джаянанды, и они принимали этот арахис также с энтузиазмом, подхватывая прасад на лету. Между прочим, слово «энтузиазм» происходит от греческого en thios, что означает «в Боге». А Джаянанда был точно «в Боге» и заражал всех вокруг себя этим настроением. Адикешава рассказывал чудесную историю про пир из арбуза и бурфи посреди ночи. Тогда отгоняли ратхи на площадку колесниц, и это было похоже на второе, ночное, шествие Ратха-ятры. Кто-то принес арбуз и бурфи. Хотя преданные очень устали на празднике, Джаянанда разбудил всех, и они попировали, а потом снова уснули.
Всегда раздавать милостьДжаянанда всегда приносил нам на площадку, где строились колесницы, маха-прасад или нектарный «просто» прасад. Когда фестиваль Ратха-ятры заканчивался, он раздавал оставшийся прасад, пока тот не испортился, на улицах бродягам и вообще всем подряд. Даже лежа в больнице, он однажды попросил принести ему целое ведро пакор, а потом щедро раздал их. По его просьбе ему приносили тонны бурфи и луглу, книги и журналы, которые он распространял по всей больнице. Он постоянно был занят раздачей печений соседям вокруг площадки для постройки колесниц или раздавал прасад преданным на площадке. Иногда он даже готовил прасад в барах для пьяниц. Джаянанда был просто одержим раздачей прасада.
Я с нежностью воспоминаю наши совместные выезды с благовониями. Гвоздем ежедневной программы, проходившей в нашем автобусе, было приготовление и предложение Джаянандой прасада утром или вечером. Обычно мы останавливались у кого-то из преданных, и тогда Джаянанда готовил на всю компанию, а мы устраивали программу с раздачей трансцендентного прасада. В каждом городе у него были знакомые – и в Чико, и в Сакраменто, и в Солт-Лейк-Сити. У нас всегда были духовная компания, киртан и прасад.
Он никогда не терял времениНичто в этом материальном мире не имело реального значения для Джаянанды, кроме приготовления, распространения и почитания прасада. Если бы по телевидению объявили о начале Третьей мировой войны и ракеты уже были бы на подлете, Джаянанда просто пошел бы готовить и раздавать нам прасад, напевая хариболо. А потом все мы насладились бы прасадом как отзвуком святых имен Кришны – и наплевать на ракеты и все остальное, потому что Джаянанда никогда не терял времени. Харибол!
Джаянандануги, преданные, считающие себя ниже соломы на дороге, отдают дань Джаянанде ТхакуруШрила Прабхупада очень любил Джаянанду и время от времени приглашал подающего большие надежды ученика в свою комнату принять прасад вместе с ним. «Шрила Прабхупада готовил прасад и подавал его мне, – вспоминал Джаянанда. – Он ничего не говорил при этом – просто кормил меня, а я ел». – Из «Воспоминаний о Джаянанде» Калакантхи даса.
* * * * *
Всякий раз, почитая прасад, он говорил: «Я никогда не ел прасада лучше!» Все преданные улыбались, так как слышали подобное уже не единожды, но соглашались: «Джая!» Однако обязательно какой-нибудь молодой бхакта пищал: «Но вы уже говорили так в прошлый раз». А Джаянанда всегда отвечал: «Нет, Прабху, говорю вам, что это лучший прасад, какой я когда-либо ел! Кто сегодня готовил? Это, без сомнения, лучший прасад!» Для него еда – не просто процесс утоления голода, а вид духовной деятельности. Поэтому он всегда прославлял прасад. — Из «Радха-Дамодара виласы» Вайясаки даса.
* * * * *
Когда Джамбаван дас только начал приходить к преданным, Джаянанда обычно приносил ему тарелку прасада, и такую большую, что тот сразу начинал сомневаться в возможностях своего аппетита. Когда же он в конце концов приканчивал эту тарелку, Джаянанда немедленно ставил перед ним другую, точно такую же. «Я не могу столько съесть», – отказывался Джамбаван. «Шрила Прабхупада сказал, что мы должны есть до тех пор, пока не станем ходить вперевалку, как утки», – пояснял Джаянанда. И Джамбавану ничего не оставалось делать, как опустошать вторую тарелку. – Из «Воспоминаний о Джаянанде» Калакантхи даса.
* * * * *
На воскресном пиру Джаянанда обычно помогал раздавать прасад гостям и преданным, пока все не наедались до отвала, а ведра не пустели. После этого он садился и с великой радостью глубоко наслаждался экстазом пира из кришна-прасада. Потом он шел убедиться, что кастрюли и кухня моются должным образом, обычно принимая в этом активное участие. Затем, если прасад оставался, он обходил нескольких преданных, жаждавших его, а потом выносил остатки на улицу, сопровождая все это харинамой. Очень приятная возможность прославлять Господа и раздавать бесплатную освященную пищу точно так, как хотел Господь Чайтанья. Я всегда пользовалась возможностью пойти с ним, потому что с тех пор, как я стала распространять книги в аэропорту, мне не так уж часто выпадало выйти на харинаму с Джаянандой. Я очень тосковала по духу коллективизма, характерному для этих харинам. – Дхаништха даси.
* * * * *
Однажды мы с Джаянандой сидели в зале для прасада в храме на Валенсия-стрит в Сан-Франциско и слышали, как двое французских преданных обсуждали разные диеты. Доев свой прасад, они ушли, а Джаянанда сказал мне: «Знаешь, Хануман, я пробовал все эти диеты, и, кажется, единственное, что действительно работает, это „не ешь слишком много и работай в полную силу!“» – Харибол! Ханумат Прешака Свами.
* * * * *
Джаянанда с благоговением относился к прасаду. Стоило даже маленькому кусочку прасада упасть на пол, он становился на четвереньки и подбирал его языком.33
Прасад считается священным, а полы в храме поддерживаются в безупречной чистоте.
[Закрыть] Он обожал готовить, предлагать, раздавать и есть прасад в больших количествах. Закупал ли он бхогу на рынке или вел харинаму по городу – всегда у него с собой был прасад, который он щедро раздавал. Даже само слово «прасад», произнесенное им, звучало как-то по-особому, так что у тебя немедленно возникало желание его попробовать. – Из «Воспоминаний о Джаянанде» Калакантхи даса.
8. Трансцендентный обман
Тот, кто занят преданным служением, кто чист душой и обуздал свой ум и чувства, дорог всем, и все дороги ему. Хотя такой человек всегда поглощен деятельностью, он никогда не бывает связан ее последствиями.
(Бхагавад-гита, 5.7)
Каждый человек ищет славы и признания. Все восхищаются актерами, музыкантами и мирскими писателями, хотят стать такими же заметными, как они. Даже преданные порой стремятся стать ведущими киртана, лекторами и т.д. Харидас Тхакур говорил Господу Чайтанье, что в его, Харидаса, сердце есть порок – желание славы. Великие преданные бегут от славы. «Чайтанья-чаритамрита» повествует о том, как преданные пытаются уклониться от славы и все же не могут ее избежать. Шрила Мадхавендра Пури ощутил ее приближение сразу же, как только пуджари рассказал ему о горшке сладкого риса, припрятанного Господом Гопинатхой под Своей одеждой для Своего преданного. Он знал, что теперь соберется толпа и начнет проливать на него потоки прославлений. Не желая попасть под влияние славы, Мадхавендра Пури поспешно покинул город. Однако хвалебная молва естественным образом следовала за ним, поскольку великий преданный не может убежать от своей духовной славы. С Джаянандой было так же. Он изо всех сил старался избежать признания, но оно следовало за ним, куда бы он ни шел.
Луна в небеСлава обычного человека подобна сияющему метеору, проносящемуся по ночному небу и сгорающему в атмосфере. А чистый преданный Господа удостаивается продолжительной славы, которую можно сравнить с луной, существующей в небе всегда. Об этом пишет Шрила Прабхупада в своем комментарии к «Бхагавад-гите» (10.4-5):
О славе (яшах) Господь Чайтанья говорил, что она приходит к человеку тогда, когда он становится великим преданным. Это настоящая слава. Человек, который стал знаменитым благодаря своим достижениям в сознании Кришны, обретает настоящую славу, а все, кто не славен этим, живут в бесславии.
Джаянанда был луной на небосклоне учеников Шрилы Прабхупады. Мы видим это на фотографии из книги о Вьяса-пудже 1997 года, где Шрила Прабхупада запечатлен в аэропорту. В руке человека, держащего над ним зонтик, букет цветов. На фото видны только руки, но это Джаянанда. Я помню рубашку, которая была на нем в тот день, и то, как он держал зонтик. На этой фотографии видно, с какой любовью Шрила Прабхупада смотрит на Джаянанду, как он им доволен. Лицо Шрилы Прабхупады просто сияет. Я помню эту сцену в аэропорту в тот день. Шрила Прабхупада говорил, что постоянно помнит о Джаянанде.
Игра в «самого падшего»Джаянанда всегда играл с нами в эту странную игру. Она представляла собой прославления Джаянанды с нашей стороны, а с его – признание себя самым падшим. Как будто мы соревновались друг с другом. Джаянанда всегда говорил о себе как о негодяе и без конца прославлял других преданных. Вот он, дескать, работает в гараже, занимается какими-то мирскими делами, а другие ходят на санкиртану и совершают быстрый прогресс, далеко опережая его. На самом деле это была неправда, так как у него вообще все получалось, потому что он все делал с правильным сознанием: строил ли колесницы, распространял книги или готовил завтрак для преданных санкиртаны. Джаянанда являл собой олицетворение третьего стиха «Шри Шикшаштаки» Махапрабху, тринад апи.
Святые имена Господа следует повторять в смиренном состоянии ума, считая себя ниже соломы, валяющейся на улице. Нужно стать терпеливее дерева, полностью освободиться от чувства ложного престижа и всегда быть готовым оказать почтение другим. Только в таком состоянии ума можно повторять святое имя Господа постоянно.
Смиреннее соломы на улице – это о Джаянанде, так как он всегда считал себя низким и незначительным, но мы-то знали, насколько это необычайная личность. Слова прославления сами собой срывались с нашего языка, но воздать ему хвалу не получалось, потому что он тут же уходил.
Он все перепуталМы живем в мире обманщиков и обманутых. С материальной точки зрения, мы либо подвергаемся обману, либо обманываем сами. Что ж, в духовной жизни есть свой вид трансцендентного обмана. Джаянанда был в нем очень искусен. Он обманывал нас, приписывая нам несуществующие качества, а себе – несуществующие недостатки. На самом деле, возвышенным преданным являлся он, а мы были самыми падшими. Таково было реальное положение вещей. Но он старался все перепутать. Он просто обманывал.
Не такая уж дешевая вещьСейчас я опишу один из типичных случаев такого трансцендентного обмана, его великое мошенничество. Однажды летом в храм Сан-Франциско приехали санньяси: Вишнуджана Махараджа, Тамал Кришна Махараджа и несколько других – для подготовки к Ратха-ятре. Я тогда был очень наивен (таким и остался) и думал, что совершенно естественно… ну, знаете, если преданный достигает определенной степени развития и у него нет семьи, он, конечно, принимает санньясу. Так обычно делается. Поскольку они всегда говорили о Джаянанде как о самом возвышенном преданном, получалось, что и он должен сделать то же самое – принять санньясу. Вот я и спросил однажды Джаянанду, когда он примет санньясу, потому что это казалось вполне естественным.
Он взглянул на меня очень сурово и даже с укором. Я не припомню, чтобы он был со мной так серьезен, так смотрел мне в лицо… Нас связывали особые отношения. Хотя мы были духовными братьями, он занимал положение учителя, а я – положение ученика. Иногда он бранил меня, как это сделал бы учитель, а иногда смотрел на меня с одобрением, что делало меня счастливым. На этот раз он пристально и очень сурово посмотрел мне в глаза и сказал: «Знаешь, в эту эпоху Кали не так уж просто быть санньяси, это не такая уж дешевая вещь!»
Я был поражен внезапной резкостью его ответа и в то же время удивился. Теперь, 20 лет спустя, мне стало многое понятно. Дело было вовсе не в том, что Джаянанде не хватало квалификации или качеств. Нет. Он обладал превосходными качествами и самой высокой квалификацией. Его подход к отречению был слишком серьезным. Он считал, что санньяса – не просто перемена одежды, ягья и т.д. Отречение должно вначале совершиться в сердце, говорят ачарьи, а потом можно сменить и одежду. Как сказано в «Бхагавад-гите», 6.1:
Тот, кто не привязан к плодам своего труда, но действует, верный своему долгу, воистину живет в отречении от мира. Именно он – настоящий йог, а не тот, кто не зажигает огня и не выполняет своих обязанностей.
Джаянанда был совершенно не привязан к плодам и всегда трудился для Кришны. Таково настоящее отречение, без всякого внешнего церемониала. Ему не требовалось внимание, да и не мог он позволить себе чистых одежд, ведь его ожидало слишком много работы.