355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » koreandre » Легенда о Солнце (СИ) » Текст книги (страница 1)
Легенда о Солнце (СИ)
  • Текст добавлен: 29 июля 2019, 14:30

Текст книги "Легенда о Солнце (СИ)"


Автор книги: koreandre



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)

========== Глава I ==========

– А, ну-ка, не вертись! Стой! Дай поправлю! – высокий и худой юноша почти напополам согнулся над маленькой девчонкой с ног до головы укутанной в зимнюю одежду, и, одной рукой придерживая ее за плечо, другой попытался распрямить шарфик, забившийся за воротник.

– Не буду вертеться, если расскажешь сказку! – сказала девочка, приплясывая на месте. Юноша вздохнул:

– Какие сказки? У тебя десять минут до звонка! Ты хочешь придти растрепанной?

– Сказку, Артем… – законючил ребенок, – такую, чтобы в нее хотелось попасть! Ну, Артем… Ну, пожал…

Но тут Машку бесцеремонно прервал звонкий, знакомый голос. Артем выпрямился и торопливо убрал со лба прилипшую прядь. Рядом с ним, улыбаясь краем губ, стояла одноклассница Вика. Та самая, которая нравилась ему с самого первого сентября. А может быть даже и немного с прошлой весны. Нет, пожалуй, все-таки с сентября. Прошлой весной их было еще много в их девятом, выпускном классе, и заметить Вику было сложно. А вот теперь, когда многие ушли по своим дорогам, как-то сразу заметилась эта солнечная девчонка, с растрепанными, коротко стриженными волосами цвета пшеницы и вечной улыбкой на губах. Еще увидев ее на линейке первого сентября, Артем ударил себя по лбу и сказал, что, видно, был совершеннейшим олухом, раз не видел раньше такого чуда. А она услышала… И как-то, понеслось…

– Машка! – сказала Вика. – Не вертись, а то шарф намотается вокруг шеи и она станет длинной, как у жирафа! Вон, совсем замучила брата.

На секунду Машка замерла. Она еще не совсем понимала, что происходит между Викой и Артемом, но каким-то своим детским чутьем чувствовала, что мешать им иногда не стоит.

– Ты что здесь делаешь? – спросил Артем, широко улыбнувшись. С Викой это было легко – от одного ее вида становилось радостнее. И совсем не страшно было показаться глупым или нелепым.

– Классная… – развела руками девушка. – Она загнала меня рисовать новогоднюю стенгазету…

– И правильно сделала! Лучше тебя художника не найдешь!

– В смысле, правильно? – Вика покачала головой. –То есть, тебе совсем не жалко меня? Мне пришлось на час раньше встать!

– Зато принесешь людям радость. Сквозь твою газету они будут видеть светлое новогоднее будущее! – с изрядной долей пафоса воскликнул Артем. Вика рассмеялась и легонько смазала его по затылку свернутым в тугой рулон ватманом.

– Что ты тут делаешь на урок раньше, думаю, и спрашивать не стоит, – сказала она, кивнув на Машку. Артем развел руками.

– Тяжела доля старшего брата…

– Вы совсем заболтались! – прикрикнула на них Машка. – Мне ведь пять минуточек осталось всего!..

Артем, спохватившись, взял сестренку за руку. Вика лукаво склонила голову:

– А можно мне тоже зайти в школу за руку с таким красивым молодым человеком?

Артем с улыбкой кивнул и взял ее за теплую ладонь. Вика толкнула тяжелую скрипучую дверь плечом. И замерла так резко, словно налетела на стену. Артем сделал шаг вперед и тоже остановился. Внизу испуганно вздохнула Машка.

Вместо просторного вестибюля, отделанного белой плиткой, вместо завуча, прикрикивающего на первоклассников, пришедших без формы и опаздывающих старшеклассников, вместо гомона и смеха их встретили молчание, мрак и холод.

– Что… что такое? – старательно скрывая испуг, спросила Вика, но Артем, повернувшись к ней, даже в кромешной темноте увидел, как она побледнела. Ее пальцы стиснули его руку. Машка со своей стороны прижалась к брату так сильно, как только могла.

– Как здесь пусто… темно… и страшно…

Девочка задрожала. Артем присел рядом с ней на корточки и сказал, стараясь быть убедительным:

– Машка, не вздумай плакать. Мы обязательно найдем отсюда выход! – Артем повернулся, словно ожидая увидеть там тяжелую школьную дверь, но не увидел ничего, кроме все той же темноты.

– Я домой хочу… к маме, – судорожно всхлипнула Машка. Артем стиснул зубы в бессильной ярости и ласково приподнял голову сестренки за подбородок, стараясь посмотреть ей в глаза.

– Я разве когда-нибудь тебя обманывал? – спросил он и почувствовал, что Машка мотнула головой. – Ну, вот! И в этот раз не обману! – Артем стянул шапку с сестренки и взъерошил ей волосы. Потом посмотрел на Вику.

– Ты как? – спросил он.

– Нор-рмально, – слабым голосом отозвалась она и улыбнулась. – Не холодно, не жарко… Вполне уютно.

Тут и в самом деле не чувствовалась температура. И воздух был очень сухим и отдавал чем-то искусственным.

– Хорошо, – Артем пошарил в карманах и достал телефон. Вика, заметив это, приободрилась:

– Ты думаешь, можно кому-то позвонить?

– Нет, честно говоря, я думал ни об этом, – признался юноша. – Я думал о фонарике. Но позвонить – это просто гениальная идея! Если здесь, конечно, есть связь…

– А если ее нет, – стараясь быть такой же уверенной, как Артем, сказала Вика, – то я подумаю, что нас выбрали на роль главных героев фильма ужаса.

– Я не люблю страшилки! – тут же отозвалась Машка, дернув Вику за рукав пуховика. – Я люблю сказки! Не надо про страшное!.. – крикнула она и глубоко вздохнула, явно приготовившись снова зареветь. Но ее прервал удивленный голос Артема.

– Экран! Он не светится. Смотри! – юноша повернулся к недоумевающей Вике. – Я нажимаю, и ничего! Подсветка не работает!

– Может, разрядился? – предположила девушка. Вместо ответа Артем дважды нажал на кнопку выключения. Телефон послушно выключился и включился. Это было понятно по мелодиям, которые они услышали.

– Он работает. Но экран не горит.

– Неужели сломался? – протянула Вика. – Давай попробуем мой.

Но и экран ее телефона был темным.

– Он же новый… – недоуменно сказала девушка. – Мне его недавно подарили, на День Рождения. И утром он работал, честно!

В голову Артема начали закрадываться нехорошие подозрения и он, не желая верить в них до последнего, обратился к сестренке.

– Машка, дай телефон свой. Где он у тебя? Ага, подожди… Не вертись! Вот, нашел!

У Машки телефон был самый простой, Артем сам выбирал его сестренке. И на этом самом простом телефоне клавиша с цифрой «пять» отвечала за включение фонарика. На ощупь найдя ее, Артем нажал. Ничего не произошло. Фонарик не работал. Экран – тоже.

– Похоже, здесь нет никакого света, – вслух высказала Вика то, о чем Артем боялся даже подумать. – Его здесь нельзя даже зажечь. Да что это за место, черт возьми?!

– Тихо, без паники, – приказал Артем, чувствуя себя ответственным за девчонок. – Я все-таки попробую позвонить.

Он наугад ткнул дважды в кнопку вызова на мобильном сестры, надеясь связаться с кем-нибудь, кому она звонила в последний раз. Трубку к уху он подносил с опаской. Во-первых, ныло под ложечкой плохое предчувствие… Что здесь нет связи. Во-вторых, это было глупо, тысячу раз глупо, но он боялся, что услышит какой-нибудь мерзкий голос и фразу вроде «давай сыграем в игру…»

Однако в динамике стояла оглушительная тишина. Ни тресков, ни попискиваний, ни помех. Артем вернул телефон сестренке.

– Похоже, света не будет, – сообщил он остальным. Машка опять приготовилась зареветь, но Вика вовремя подхватила ее на руки.

– И, в какую сторону нам идти?

– На ОБЖ говорили, что в таких ситуациях лучше всего оставаться на месте. Тогда у спасателей шанс найти нас будет больше, – Артем посмотрел на девушку. – Поставь мелкую, она тяжелая.

– Ничего подобного! – возразила Машка.

– Тяжелая, тяжелая… Вика, нам надо беречь силы… Поставь ее…

– Ой, смотрите, лев! – воскликнула Машка, указывая пальцем куда-то в сторону. Артем и Вика одновременно повернулись и в самом деле увидели льва.

Это был очень большой лев, куда больше тех львов, которых можно увидеть в зоопарке. Кроме того, шерсть его была не рыжей или песочной, как у обычных львов, а…

– Белый лев, – заворожено сказала Машка. Но Артем покачал головой.

– Не белый, а серебристый.

И в самом деле, шерсть этого льва сияла серебром, и сияние это отражалось в черных стенах. Он шел не спеша, не рычал и не нападал, и Артем прикрывший девочек руками, понял, что не боится его. И остальные, кажется, тоже не боялись. Однако пойти навстречу или просто – пошевелиться ни у кого не хватило сил.

– В чем дело? – проговорил лев суровым низким голосом. – Почему вас трое?

Артем смотрел на льва во все глаза, не понимая, о чем тот. А он, тем временем, недовольно хлестнул себя по бокам длинным серебряным хвостом.

– Должен быть только один, – сказал лев. – Только юноша. Мне очень жаль, но остальных придется убить.

========== Глава II ==========

– Нет! – выкрикнул Артем. – Я не позволю!

– Мне жаль, – повторил лев. В голосе его, впрочем, слышалось безразличие. – Но нам нужен только один путник по Лабиринту, и это должен быть ты. – Он указал носом на Артема.

– Тогда отправьте остальных назад! – воскликнул юноша. – Зачем их убивать?

Лев посмотрел на него без всякого интереса. Просто посмотрел. И Артем увидел, что у него серые глаза, цвета тумана, словно он слеп.

– Это невозможно. Они истратили свою жизнь. У человека есть некоторое я, которое он может потратить либо двигаясь вперед, либо – пятясь назад. И вы…

– Что значит – некоторое «я?» – спросила Вика и сделала шаг вперед. Сердце Артема дрогнуло.

– Некоторое «я» значит – некоторое Время. Я, – лев перевел взгляд с юноши на девушку. – Есть Время. И вы далеко в прошлом. Ваша жизнь потрачена на дорогу сюда, в вашем мире вы мертвы, да и нет никакого «вашего мира». Еще нет света, нет солнца, нет огня, воды и земли. Трав и неба. Птиц и зверей. И даже людей еще нет. Нет ничего, к чему вы привыкли и что вы видели раньше.

У Артема по спине пробежали мурашки, а Время продолжило.

– Я призвал тебя сюда, в глубокое прошлое из будущего, где все уже создано, чтобы ты помог нам. Предсказано, что человек должен пройти Лабиринт от начала и до конца, чтобы зародилась Жизнь такая, какой вы ее знаете. Но… Только один человек. Поэтому остальные должны быть убиты. Точнее, будут закончены, ибо жизни в них уже нет.

Артем с испугом повернулся к девочкам. Да, в серебристом сиянии львиного меха они казались призрачными, бледными. Но слышал, как испуганно они дышали. Коснувшись щеки сестренки, он почувствовал, что она теплая, даже горячая. Проведя по ее волосам, он ощутил их мягкость. И, кроме того, услышал разгневанный голос Вики:

– Тема, ты с ума сошел нас ощупывать?! Мы живые, и если ты в этом сомневаешься, что я сейчас тебя пну, чтобы развеять твои сомнения! Прекрати эти глупости!

Юноша вздрогнул, словно очнувшись ото сна, и посмотрел на льва.

– И… что я должен делать, пока их будут… убивать? Стоять и смотреть?

Лев чуть склонил голову.

– Нет. Ты можешь уже идти вперед, чтобы не терять меня. Им не будет больно, они ничего не почувствуют, просто исчезнут…

– Это безумие, – прошептал Артем. – Это безумие! – крикнул он. – Хочешь убить их – только через мой труп! Ты понял меня? Только через мой труп.

– Только один человек должен пройти Лабиринт от начала и до конца, – бесстрастно повторил лев, делая шаг вперед. – Только один человек.

Артем сжал кулаки. Лицо его покрылось красными пятнами. Сделав шаг вперед, он встал на пути у льва.

– Человек? Ты говоришь, человек должен пройти ваш проклятый Лабиринт?

– Верно, – кивнул лев.

– Тогда послушай меня! Никто не назовет меня человеком, если я просто буду стоять и смотреть, как ты будешь убивать девочек или, если я спокойно оставлю их за спиной, зная, что их ждет смерть! Ты понимаешь это? Я не буду тогда человеком! Я буду выглядеть, как человек, двигаться, как человек, думать, как человек, но человеком не буду, а буду какой-то последней мразью! Подлой, ненавистной всем мразью!

Время слушало спокойно, не пытаясь перебить, но и не выказывая интереса.

– Так вот! – крикнул Артем. – Если ты хочешь, чтобы через Лабиринт прошел НАСТОЯЩИЙ человек, то ты не посмеешь убить их, а если посмеешь, то у тебя не будет больше человека, потому что я умру вместе с ними. Тебе понятно?!

Время медленно наклонило голову в знак согласия.

– Что же. Помните, Лабиринт даст вам лишь то, что вы сами дадите ему. Если вы хотите света – будьте светом. Если хотите милости – будьте милостью. Если будете тьмой – тьму и получите. Я освещу вам ходы своим сиянием, но верный путь вы должны будете выбрать сами.

Лев прижался к земле и начал таять. От его гривы, его шерсти, его усов побежали тонкие серебряные ручейки. Они текли по полу, по стенам, по потолку, складываясь в причудливые узоры и наполняя темноту мягким светом. Крепко взявшись за руки, ребята огляделись. Теперь они могли видеть множество ходов – черных дыр в стене. Серебристые ручейки втекали туда и словно терялись, ибо разглядеть что-то в туннеле было невозможно.

– Я думаю, – сказала Вика, подходя к одному из ходов и вглядываясь во мрак, – что мы не узнаем, что там, пока не войдем.

– Артем, – прошептала Машка, – мы в сказке?..

– Возможно, – ответил юноша, крепко держа сестру за руку. – Хотя она мне совсем не нравится.

Некоторое время все молчали. Потом Вика неуверенно приоткрыла рот, явно намереваясь что-то сказать, и сразу передумала. Но Артем уже успел заметить это:

– Говори, – попросил он и, посмотрев в глаза девушке, смутившись, опустил голову. – Ладно, лучше я сам.

Ведь он прекрасно знал, что хотела сказать Вика и понимал, что ответственность таких слов может взять на себя только он.

– Нам надо с чего-то начать, – выдавил из себя Артем. – Давайте начнем сначала. С первого хода.

Вика с облегчением выдохнула и посмотрела на юношу с немного виноватой благодарностью.

– Первого откуда? – спросила она. – Ведь они идут по кругу…

– Давай с того, который ближе. Машка, держись рядом и не вздумай убегать или отставать. Тебе ясно?

Девочка молча кивнула головой.

– И ты, Вик… – Артем протянул девушке ладонь. Та немного помялась, но подала руку. Внезапно всем им показалось, что они участвуют в каком-то таинстве, очень опасном и очень серьезном.

Почти одновременно они сделали шаг вперед, только Машка сделала два, потому что ее шаги были очень короткими.

– Артем, – Вика остановилась у самого входа. – А что, если мы потом не сможем вернуться?

Юноша почувствовал, как по его спине пробегают мурашки. Он думал о том же самом несколько секунд назад. Хотя нет, даже не так. Он откуда-то совершенно точно знал, что обратно попасть в залу с ходами у них уже не получится. Их выбор – окончательный. Их надежда вернуться сюда – всего лишь иллюзия. Глоток лжи для смелости.

– Получится, – небрежно бросил он. Потом обвел девочек взглядом и поправился, смутившись своей неискренности. – Даже если нет – просто пойдем вперед. Ну, готовы?

Они вошли в тоннель. Серебряный свет за их спинами немедленно померк. Артем развернулся и сделал несколько шагов. Да. Как он и ожидал, вернуться было бы невозможно. Прямо перед ним была темнота. Ее нельзя было коснуться, и сквозь нее нельзя было пройти. Артем рукой стер со лба крупные капли холодного пота и подошел к девочкам. Те поняли все без слов. Даже Машка не спрашивала ни о чем.

– Идем вперед, – сумел выдавить из себя юноша. В его пальцы тут же скользнули две теплые ладони: Вики и Маши.

– Хорошо, хоть тут светло, – заметила Вика, после долгого молчания.

Вокруг было очень тихо. Все звуки словно тонули в серебристом свете: шаги, дыхание… Никакого эха, ни шороха, ни треска. Ничего. И голоса звучали непривычно глухо, будто растворенные в воздухе.

– Да, – подтвердил Артем, – но становится темнее.

– Неправда, – возразила Вика. – Просто свет меняется.

– Разве ты не видишь? – в голосе Артема послышались недовольные нотки. – Там, впереди, совсем темно. Еще немного, и нам придется пробираться на ощупь!

– Не кричи на меня! – Вика выдернула руку из ладони юноши и резко повернулась к нему. Щеки ее пылали. – Ты совсем ослеп? Свет просто перестал быть серебряным и становится лазурным!

– Как вы можете быть такими глупыми?! – воскликнула Машка, дергая их за руки. – Ничего ведь не изменилось!

– Ты – еще ребенок, – раздраженно произнес Артем. – Не спорь со старшими. Особенно, когда они решают, что делать с этой темнотой впереди. Фонарики наверняка не заработают.

– Между темнотой и сменой цвета есть разница! Не думала, что ты настолько глуп, чтобы не заметить ее! – возразила Вика. – Но, если ты внезапно ослеп, то я могу провести тебя!

– Это ты ослепла! Вот скажи точно, что ты видишь впереди?

– Я вижу лазурный туман! Да, он не похож на тот свет, который был раньше! Но темнее от этого не стало. Разве что чуть-чуть, но это просто…

– Вот видишь! – с изрядной долей сарказма произнес Артем. – Даже ты признала, что стало темно!

– Я не говорила этого! – выкрикнула Вика. – Ты меня даже не дослушал!

– Темнота уже вокруг нас, хоть глаз коли, а ты все еще споришь! Не думал я, что ты такая глупая!

– Ну, знаешь, что, Артем Николаевич! – Вика особенно едко подчеркнула отчество. – Это уже ни в какие ворота!

– Замолчите! – крикнула Машка, зажав уши руками. – Замолчите! Ни-че-го не поменялось! Свет такой же! Артем! Вика! Вот, смотрите! Я иду! – она оглядела спорящих и поняла, что никто ее не услышал. Тогда, уже тише, и без прежней решимости, она повторила. – Я иду…

И шагнула вперед, навстречу свету, который для нее ничуть не изменился.

Оставшиеся путники сразу почувствовали холод. Замолчав, они удивленно посмотрели друг на друга.

– Что случилось? – спросила Вика. – Где Машка? Мы потеряли ее в этом тумане!

– Не в тумане, а в темноте, – поправил Артем, и тут же до него дошел смысл этих страшных слов. – Как потеряли? Машка! Машка! Вернись! Вернись!

– Машка! – крикнула Вика. – Машка!

Они кричали до хрипоты. Машки нигде не было.

– Надо отыскать ее, – решительно сказал Артем. – Ума не приложу, как это сделать в этом мраке!

– Да нет никакого мрака, сколько раз тебе повторять! – нетерпеливо сказала Вика. – Ну, почему ты мне не веришь?

– Потому что я ничего не вижу! – огрызнулся Артем. – Ладно. Пойдем, как сможем…

Вике было очень странно наблюдать за тем, как Артем шел, спотыкаясь и опираясь руками на стены, словно и в самом деле находился в полной темноте. Вике было намного проще: лазурный туман давал достаточно света, пускай странного и неверного, но дорогу разобрать было можно.

– Давай руку, – предложила она. Артем повернулся на звук.

– Без тебя справлюсь.

– Ну, и пожалуйста, – ответила Вика, и тут же испуганно закричала. – Артем! Артем, дай руку! Умоляю… Ты!..

Он таял. Его упрямый силуэт, нащупывающий дорогу, скрывался за лазурным туманом. Вика метнулась через этот туман в ту сторону, где только что видела его, но там уже было пусто.

– Артем! – заорала она. – Артееееем!!! Машка!!!

Но никто не отзывался.

========== Глава III ==========

Машка пробиралась вперед. Ей было очень страшно, и чтобы бояться меньше, она сердито бормотала себе под нос. Она уже знала, что чем больше сердишься, тем меньше боишься.

– Вот эти взрослые – такие глупые! Ну, ладно мама с папой – они правда очень много знают! Но Артемка! Тоже мне, взрослый… – Машка помахала рукой над головой. – Еще даже школу не закончил! Пфф! А в прошлом году даже тройку получил! По русскому. Стыдно! – говорила она, повторяя слова отца, и перед ней вставало его спокойное доброе лицо. – Стыдно доучиться до десятого класса и не знать родного языка. Просто позор!

И Машка показала тоннелю язык.

– Нашли время придумывать, – продолжала она, размахивая руками вверх-вниз. – Какую-то темноту! Какой-то туман! Вот же он, свет! Здесь и никуда не делся! Я, конечно, тоже придумывать люблю, но надо же знать время! – (это тоже было любимым выражением папы). – И место!

Однако яростный пыл Машки потихоньку утихал и в голову ее стали закрадываться мысли: «а не слишком ли далеко она ушла и – не потерялась ли она». Остановившись, девочка огляделась и почувствовала, как страх снова возвращается к ней.

– Ладно, пожалуй, хватит с них, – милосердно решила Машка, поворачивая назад. – Они, наверное, уже обыскались меня. Будут наперед знать, как кричать…

И она пошла обратно. Сначала она чувствовала себя спокойно, но потом ей показалось, что она уже прошла столько же, сколько было, а Артема и Вики все еще нет.

– Может сейчас? – говорила она себе. – Нет, еще рано. Еще сто шагов! А лучше – сто десять.

Машка попыталась громко считать шаги, но из-за страха, овладевавшего ей все сильней, сбивалась, начинала сначала и пугалась все больше. А Вики с Артемом так и не было. И серебристый свет, который ей в общем-то нравился, вдруг показался холодным и недружелюбным.

– Артем! Вика! – крикнула девочка. Внезапно в голову ей пришла мысль о том, что они специально где-то спрятались, чтобы наказать ее за то, что она убежала. Но Машка решительно выбросила ее из головы. Ее Артем никогда бы так не поступил! С другой стороны, раньше он никогда так не кричал… и не называл себя старшим…

Машка почувствовала, что больше не может сдвинуться с места – так она испугалась. И тогда, опустившись на корточки, она громко заплакала:

– Вика… Артемка… – всхлипывала она, – вернитесь… Мне так страшно… пожалуйста… Артемка!..

– Страшно? – послышался над ее головой незнакомый голос. – Что такое – страшно?

Машка медленно отняла руки от лица и подняла голову. Прямо перед ней стоял высокий конь. Он тоже казался серебристым, как лев, но в тоже время был совсем другим. Призрачным. Машка видела сквозь него стену. Смутно, как через туман, но все-таки видела.

И глаза у него были странные, словно подернутые легкой дымкой, без зрачков. И смотрел конь этими дымчатыми глазами прямо на Машку.

– Кто ты такой? – спросила девочка. Почему-то страх отступил. Хоть конь был очень необычным и даже говорящим, все-таки с ним было лучше, чем совсем одной.

– Я? – конь улыбнулся. Да-да, Машка была уверена, что он улыбнулся так, словно был рад ей, как старому другу. – Я – Ветер.

– Ветер? – переспросила Машка, вставая и утирая слезы. – А я про тебя стишок знаю… Ветер, ветер! Ты могуч, ты гоняешь стаи туч. Ты волнуешь сине море, всюду веешь на просторе… А дальше… дальше я не помню…

Ветер слушал внимательно, чуть опустив голову, так, что его длинная шелковистая челка касалась Машкиного плеча.

– А еще мне Артемка про тебя говорил, – Машка нахмурилась, вспоминая. – Говорил, что ветер – это движение воздуха из области высокого давления в область низкого…

Ветер громко фыркнул и Машка смутилась.

– Или наоборот… Вообще-то, это он не мне говорил, а географию учил. И повторял. А я запомнила.

– Сам он – из области высокого в низкую, – с притворной обидой сказал Ветер, и ударил копытом об землю. – А я – вот!

И он еще раз топнул ногой.

– Так что такое – страшно? Ты говорила, что тебе страшно. Это слово мне незнакомо.

Машка открыла было рот, чтобы объяснить, но получилось у нее далеко не сразу.

– Ну… страшно – это когда ты дрожишь, и тебе неуютно, и хочется, чтобы все поскорее закончилось.

Ветер пристально посмотрел на девочку, и ей показалось, что надвигается что-то неизвестное. Может плохое, а может хорошее, но такое, чего с ней никогда не происходило раньше. От этого чувства Машка поежилась.

– Что ты хочешь, чтобы закончилось сейчас? – спросил Ветер, не сводя с нее призрачных глаз. Машка задумалась.

– Я хочу, чтобы закончился этот лабиринт!

– И поэтому ты сидишь на месте? – Ветер чуть наклонил голову и в его глазах зажегся веселый огонек. Машка почувствовала, что запуталась.

– Нет… – ответила она. – Я сижу здесь, потому что жду Артемку. Артемка – это мой старший брат. Он самый высокий в классе, – зачем-то добавила она. – Он обязательно придет за мной.

– Не придет, – Ветер покачал головой. – Он ушел своей дорогой.

– Что ты такое говоришь? – возмутилась Машка. – Конечно, придет! Он бы меня ни за что не бросил!

– Он и не бросал тебя, – сказал Ветер. – Но придти не сможет. Потому что если ты с чем-то расстаешься в Лабиринте – ты расстаешься с этим навсегда. По крайней мере, таким, каким оно было – ты его уже не увидишь.

Машка встретилась взглядом с Ветром. Плакать ей не хотелось – она чувствовала, что это – бессмысленно. Но горе, большое, недетское горе накрыло ее с головой.

– Что же теперь делать? Неужели, я больше никогда его не увижу?.. – спросила Машка.

– Таким, каким помнишь – определенно нет, – сказал Ветер. – Что делать?.. Помнишь, ты говорила про тучи?

Машка кивнула головой. Ветер сделал шаг вперед. Теперь он был совсем близко.

– И про море? Про синее море?

Машка снова согласно кивнула.

–Туч еще нет, – сказал Ветер. – И моря еще нет. И рек нет… И ручейков. И даже дождевых луж.

Машка слушала, затаив дыхание, а Ветер приблизил свою морду к ее уху и прошептал:

– Ты могла бы мне помочь создать все это. Взамен я научил бы тебя летать, и прыгать так высоко, что захватывает дух. У тебя было бы множество чудес, и ты могла бы любоваться ими каждый день, столько, сколько будут существовать миры. Ты согласна?

Машка задумалась.

– Я больше не увижу Артема? – спросила она еще раз.

– Да.

– И маму? И папу? И Вику?

– Да.

– И если я не соглашусь, то навсегда останусь в этом мерзком Лабиринте? – губы Машки чуть дрогнули. Ветер молча кивнул головой.

– Тогда – я согласна! – отчаянно звонко крикнула девочка, и тут же почувствовала, как тело ее становится легким, практически невесомым. Она хотела бы испугаться – но не смогла. Напротив, ей было весело, так весело, как никогда раньше. Она засмеялась-зажурчала словно ручеек, и журчание становилось все громче и громче, а Машка исчезала, растворялась бурной рекой, в которую превратилась. Прошло совсем немного времени и яростный, смелый, серебристый поток хлынул по Лабиринту, вслед за Ветром, игриво кидаясь в него холодными брызгами.

Они остановились возле больших черных ворот: Ветер и Машка, ставшая духом воды, веселым и могущественным.

– Я хочу вперед! Хочу на свободу! – прожурчала она.

– Осталось недолго, Сестра, – ответил Ветер. – Всего лишь два путника в Лабиринте завершат свои дороги… И мы увидим этот мир! Мы создадим его!

Артема трясло от страха. Не за себя, а за Машку и за Вику.

Раньше он думал, что бесстрашный. Ну, не боялся ничего, и все тут! Родители для этого сделали все: они никогда не ругали сына за плохие оценки, отдали его в секцию самбо, советовали хорошие книги и учили, что страх – он не имеет смысла, потому что исправить и сделать все равно ничего не может. Решения приходится принимать самому, и лучше делать это на трезвую голову, чем в липком поту ужаса. И Артем был с ними согласен. В любые же беспричинные страхи, такие как страх темноты, замкнутых пространств, пауков – он просто не верил. И не верил, что может случиться что-то, что заставит его бояться по-настоящему, всерьез, до трясущихся коленок и отчаянного биения сердца.

Однако это случилось, и Артем оказался наедине со своим самым главным страхом, о котором он раньше даже не подозревал. Не догадывался. Не думал.

Со страхом потерять своих близких.

– Вика! Машка! – кричал он до хрипоты, но ответом была лишь тишина. Тогда он делал несколько неуверенных шагов и снова кричал, до кашля, судорожно сжимавшего горло. Пожалуй впервые со времен детского садика ему захотелось заплакать. Но вместо этого он стиснул кулаки так сильно, что чуть не поранил ногтями ладони.

– Девочки мои, – севшим голосом пробормотал он. Артем представлял себе Машку, одинокую, запутавшуюся в темноте так же, как и он – и сердце сжималось от ужаса. Бесчисленные опасности могли подстерегать сестру в этом месте. Да, что там! Она же еще ребенок! Она и сама может придумать себе сколько угодно опасностей в таком-то мраке! И бояться их будет как настоящих… Будет плакать. Наверняка, она уже плачет и зовет на помощь, а он… он в первый раз не может придти, потому что не слышит ее!

– Будь проклят этот Лабиринт! – выкрикнул Артем, в бессилии ударяя кулаком стену, черную, как и все вокруг. – Лучше сдохнуть, чем оставаться здесь!

И тут же замер, спиной почувствовав, что он здесь больше не один.

– Ссмерть? – прошипел чей-то холодный голос. – Что жже, это можжно устроить…

Артем почувствовал, как от дыхания говорящего шевелятся волосы у него на затылке. Тогда он обернулся, ожидая увидеть что угодно, любое чудовище из любого фильма ужасов. Но не увидел ничего, кроме тьмы, которая словно ожила и начала двигаться.

Юноша вжался в стену – стена оставалась мертвой и неподвижной, и это успокаивало.

– Кто ты?! – спросил он, просто чтобы еще раз услышать голос чудовища и понять, как близко оно подобралось.

– Раззве это так уж важжно для того, кто хочет умереть? – насмешливо прошипело чудовище. – Чего ты боишшься, человечек? Неизвестности? Мрака? Того, что не найдешь выход? О, да… Я приполз на запах твоего сстраха – это чудесссный аромат…

– Я боюсь за свою сестру и любимую, – ответил Артем, сильнее вдавливаясь в стену.

Раньше бы он поморщился. Честно сказать, он был не очень романтичен, и слово «любовь» вызывало у него неприятный привкус на языке, особенно – услышанное от шестнадцатилетних подростков, у которых и любви-то еще никакой не было, сплошной интерес. Вике Артем тоже не признавался, не потому что считал, что у него с ней тоже все ради интереса, а потому что знал – с Викой все по-другому, только говорить об этом не следует, потому что все так говорят. А Вика и не настаивала. Она была очень умной девушкой, и ей не обязательно было слышать то, что можно увидеть.

Но сейчас, честное слово, если бы только Вика вернулась к нему… появилась бы рядом, Артем был бы готов признаться ей в любви сразу, не раздумывая. Потому что отвечая на вопрос чудовища во тьме понял, что не может найти для нее более подходящего слова.

– Люди, – прошипело чудовище. – Еще не ссозданы, а уже такие глупые. Не думаю, что ваш род долго протянет, – чудовище сделало короткую паузу, и в молчании прозвучал такой звук, словно кто-то причмокнул губами, смакуя особенно изысканное блюдо. А потом снова раздалось уже ненавистное Артему шипение. – Что же, одну из них ты уже потерял… Она к тебе больше не вернется…

Артем вздрогнул. Он почему-то сразу почувствовал, что чудище не врет. Но сказал быстро и четко:

– Я тебе не верю!

Чудовище насмешливо зашипело:

– Мне это безраззлично…Хочешшь – верь, хочешшь – не верь. Отрицая истину, ты не делаешь ее ложжью… Зато, веруя в ложжь, можешь легко сделать ее исстиной. Забавно, не правда ли?

– Кто? – спросил Артем, облизнув пересохшие губы. – Кто из них погиб?

– А кого бы ты выбрал?.. – вопросом на вопрос ответило чудовище. Артем задохнулся от его наглости и от своей ярости и бессилия. Оттолкнувшись от стены он сделал шаг вперед и поднял взгляд туда, откуда доносился звук.

– Я… Я бы умер, слышишь меня?! Я бы умер, но не позволил бы умереть ни одной из них! Это ты убил?.. – Артем замялся, не зная, чье имя назвать. На его глазах выступили слезы. Он не мог, не хотел сдерживать их. Ему было абсолютно наплевать, умрет он плача или нет. Он хотел только одного. – Покажись! Покажись, и я убью тебя голыми руками, чем бы ты ни было!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю