Текст книги "Легенда о Большом змее (СИ)"
Автор книги: Кицуне-тайчо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)
Бьякуя поднялся на одно колено, выставил вперед ладони. «На такую тварь одного хадо будет маловато», – успел подумать он.
– Соурен Сокацуй!
Сдвоенный удар швырнул взвизгнувшего монстра в реку.
На краткий миг все замерли: пятеро оставшихся на поле противников, синигами против женщины, они – недоступные для нее, она – недоступная для них. Но тут послышалось шевеление в кустах. Бьякуя резко обернулся. Там поднимался с земли ранее поверженный им чернокожий колдун.
– Отступаем, – скомандовал Кучики. – Быстро.
Его команда не заставила повторять это дважды. Синигами мгновенно рванули в сюнпо.
Остановились они довольно далеко от места сражения. Подняли друг на друга кислые взгляды. Под ногами Наото мигом натекла лужа крови из разорванного плеча. Ренджи ежился и осторожно поводил лопатками: удар Рукии, хоть и был нанесен далеко не в полную силу, все равно оказался болезненным.
– Вам не кажется, что мы едва унесли ноги? – Заметил Хаями.
– Не хочу об этом говорить, – сердито буркнул Бьякуя.
Наото хмыкнул: и согласие с этим фактом, и недовольство им прозвучали весьма красноречиво.
– Ты ранен, – деловито сказала Рукия и тоном, не терпящим возражений, скомандовала: – Дай руку.
– А я как будто не в счет, – полусердито, полушутя проворчал Ренджи.
– А при чем тут ты? – Огрызнулась Рукия.
– А кто мне в спину кидо вляпал? Не ты, что ли?
– Возвращаемся, – решил Бьякуя. – Нужно подумать. Если они как-то копируют заклинания с печатей, дальнейшие поиски снова заведут нас в ловушку.
– Вот уж точно, не мешало бы разобраться, – ворчливо согласился Ренджи, вынимая меч, чтобы открыть проход. – А то я вообще ничего не понял. Что это было? Почему я не смог ее ударить?
Капитаны переглянулись.
– Кажется, я догадался, – медленно проговорил Бьякуя. – Они сказали, что скопировали заклятие с печати.
– Так они что, копировали его с той самой печати? – Сообразил Хаями. – С дважды материальной, или как там?
– Да, похоже на то, – кивнул Кучики. – Они скопировали его. Вместе с защитой.
========== Заложник ==========
Примерно в одно время в разных местах происходило сразу два военных совета.
Первое совещание состоялось в одной из лабораторий Бюро. Бьякуя по телефону сообщил командиру о возвращении группы, и тот предложил встретиться всем на территории Маюри. Теперь все участники поисковой группы расположились в лабораторных креслах, Куроцучи ворчал по поводу порчи оборудования (расстрелянные гигаи все равно не подлежали восстановлению, и Кучики не озаботился тем, чтобы их собрать), а Рукия лечила плечо Хаями, не пожелавшего отправиться в госпиталь и пропустить обсуждение. Раной его Кьораку заинтересовался.
– Это кто тебя так?
– Котенок поцарапал, – усмехнулся Хаями. Шунсуй понимающе хмыкнул в ответ.
– Значит, тоже встретились с мальчишкой?
– Там были мальчишка, женщина и негр, – сообщил Бьякуя. – Самого миллионера почему-то не было. Хотелось бы мне знать: те, кого мы видели, это все, или в решающий момент появится кто-нибудь еще?
– Пока можно подвести итог хотя бы известным фактам, – улыбнулась Йоруичи. – В их компании минимум четверо людей, двое арранкаров и некоторое количество синигами. Довольно странная компания на мой взгляд. Но давайте уже, рассказывайте, что там у вас произошло.
Бьякуя рассказал обо всем. И о том, что колдуны скопировали печать, заставив прибор Куроцучи поверить, что он видит именно ее. И о своих соображениях, что защиту с печати они тоже ухитрились скопировать. Кьораку с этим согласился, признав, что другого разумного объяснения происходящему не было. Рассказал Бьякуя и о том, что, находясь в гигае, не подвергся воздействию магии, сковавшей всех остальных. Он сомневался, будто причиной было то, что он несколько запоздал к месту действия. Здесь Йоруичи заметно оживилась.
– Как я и говорила, они используют магию заклинания духов. Там, в Мире живых, мы всего лишь призраки, и таким образом подпадаем под их власть. Но синигами в гигае – это достоверная имитация живого человека: душа в материальном теле. И их магия перестает действовать.
– Наверняка есть какая-то другая магия, которая подействует, – заметил Укитаке. – Ты можешь проконсультироваться с Тамурой по этому поводу?
– Конечно, я у него узнаю, – Йоруичи кивнула. – Но и так можно предположить, что она есть. Какие-нибудь другие заклинания, возможно, другой результат воздействия, но они наверняка не бессильны против людей.
– Против людей у них огнестрельное оружие, – проворчал Ренджи, содрогнувшись от воспоминаний.
Капитаны выслушали его соображение благосклонно, и никто, даже Кучики, не посоветовал лейтенанту помалкивать, когда разговаривают старшие по званию. Однажды Абарай, хоть и совсем ненадолго, уже был одним из них, а потому и сам чувствовал себя куда увереннее.*
– Согласна, гигаи уязвимы, – сказала Шихоинь. – И слишком медлительны. Мы приобретаем одни преимущества, но существенно теряем в другом.
– А я вот тут подумал, – Кьораку задумчиво потер подбородок. – А что, если половина будут в гигаях, а половина без них? Одеть всех одинаково, и они не будут знать, в которых стрелять, которых приколдовывать. Пока разберутся, мы до них уже доберемся.
– А кто им мешает одновременно стрелять и колдовать? – Усмехнулась Йоруичи. – Впрочем, мысль интересная, стоит обдумать ее на досуге. Если разработать слаженную операцию…
– Ну, это по твоей части – слаженные операции, – Кьораку рассмеялся. – Я идею подал, а ты продумывай детали.
– Продумаю. Но я считаю, нам не стоит выходить в новый рейд без Тамуры. Он колдун, пусть он и ищет своих собратьев по ремеслу. От него они не укроются. Но ему понадобится время на восстановление. Унохана на меня волком смотрит, когда я завожу разговор о его выписке.
– Ладно, пусть пока лечится, – постановил командир. – Не к спеху. Еще две печати у нас, и сейчас главное – удержать их.
– И попробовать засечь, если кто-то попытается выбраться в Мир живых с печатями, – добавила Шихоинь.
– Да, насчет этого, – спохватился Кьораку. – У меня все же остаются некоторые сомнения. Что, если они сумеют как-то обмануть прибор? В конце концов, должны же где-то здесь, в Сейрейтее, храниться уже украденные у нас печати, а приборы не фиксируют ничего, мы ведь все обыскали. В общем, придется запретить для всех выход в Мир живых без моего письменного приказа. В том числе и капитанам, потому что… мало ли.
Бьякуя и Йоруичи недоуменно переглянулись.
– Но нам-то ты мог бы разрешить свободный выход, – заметил Кучики.
– Ну, ты пойми правильно, – Кьораку виновато развел руками. – Представь, какой шум поднимется, если я скажу: вот этим можно, а остальным нельзя. Сразу заорут: «в чем вы нас подозреваете».
– Но это может помешать нам действовать самостоятельно, если случится что-то непредвиденное, – не уступал Бьякуя.
– А, ты об этом. Ну так я сейчас и подпишу вам всем приказы, делов-то.
Кьораку затребовал у Куроцучи письменные принадлежности и принялся составлять бумаги.
– Так это что же, – вдруг сообразил Абарай, – это теперь по каждому дежурному – за одобрением к главнокомандующему?
– Ничего не поделаешь, – Шунсуй кисло улыбнулся ему. – Меня самого тошнит от бумажек. Но мы не можем упускать ни единой возможности.
Ренджи состроил еще более кислую физиономию, представив себе объем документооборота. Йоруичи ободряюще сказала:
– На самом деле, это может оказаться очень важным. Потом, если что-то начнет происходить, мы сможем по этим записям выяснить, кто когда ходил в Мир живых, сопоставить с какими-то другими фактами. Сейчас это происходит по приказам капитанов, которые порой бывают и устными, а уж сами капитаны и вовсе иногда в самоволку ходят, – тут она лукаво покосилась на Бьякую. Тот встретил этот выпад ледяным взглядом и не дрогнул.
Обсуждающим и в голову не могло прийти, что план этот, к величайшему облегчению Ренджи, они реализовать не успеют. Что враг сам форсирует события, приблизив дату решающей битвы.
***
Второй совет поначалу на совет не походил. Состоялся он в гостиничном номере, в том же, где обсуждался ранее налет на поместье Кьораку. Кендра и Амади тихонько забились в уголки и делали вид, что их здесь нет, дожидаясь, пока лидеры о чем-нибудь договорятся между собой.
– Ладно тебе, Ян! – Дулся Ксин. – Ничего такого опасного. Видишь ведь, обошлось.
– Но это не значит, что надо лезть на рожон! – Злился Ян. Он был напуган, и от этого ярился еще больше. – Удрали от меня, слова не сказали, да еще и в драку влезли! Как ты можешь делать такие глупости? Старый, мудрый человек, – и такое ребячество!
– Если уж я старый и мудрый, то стоит предположить, что я не делал глупостей, – возразил Ксин. – А тебе я ничего не сказал именно потому, что ты бы нам помешал. Ты слишком осторожен, Ян. Ты слишком привык прятаться. Но сейчас не время для этого.
– А для чего? Чего ты добился своей выходкой?
– Но это же была разведка боем! Мы теперь знаем о них несколько больше.
– И они тоже кое-что знают о нас.
– Ерунда, ничего нового они не узнали.
– Ну а вы что разведали такого особенного, ради чего стоило так рисковать?
– На самом деле, кое-что было, Ян, – осторожно вставила из своего угла Кендра.
– И что же? – Буркнул Ян уже немного тише. Легко выговаривать ребенку, куда сложнее – взрослому человеку, пусть даже прекрасно известно, что этот возраст решительно ничего не означает.
– В первый момент я этого даже не заметила, – задумчиво начала Кендра. – Но вот Ксин не даст соврать, он все видел.
– Может уже просто скажешь, в чем дело? – Раздраженно перебил Ян.
– Синигами не могли меня коснуться.
Повисла пауза. Ян глядел недоверчиво и лихорадочно соображал. Ксин изучал его лицо с торжествующей улыбкой.
– Не дошло? – Спросил он. – Ну как же! Я скопировал заклинания с печати. С той самой, которую принесла Зэнзэн. Помнишь, она рассказывала, как ей удалось ее добыть? Я не знал, какие заклятия для чего служат, и просто воспроизвел все. Какие-то из них препятствуют открытию ящика, какие-то, – их я и пытался воссоздать, – создают метку для следящей печати.
– И еще какие-то создают защиту от синигами, – закончила Кендра.
– И ты теперь предлагаешь нам всем увешаться этими заклятиями? – Возмутился Ян. – Вместе с метками, как ты их назвал? Это же все равно, что с колокольчиком бегать: эй, ау, мы тут!
– Зачем же? – Удивился Ксин. – Нужно просто разобраться, какие чары для чего служат. Это же просто! Мы втроем запросто разберемся, тем более, я владею силами синигами.
– Я считаю, у нас есть шансы, – подал голос Амади-Сию. – Хоть это и магия синигами, но все же магия. И если мы сможем это воспроизвести, у нас появится надежная защита от их атак. Правда, ничто не мешает им воспользоваться этими искусственными телами.
– А вот против этих тел у меня есть пушка, – ухмыльнувшись, напомнила Кендра. – Зря, что ли, я ее выпрашивала?
– Вот именно, – подвел итог Ксин. – Именно этим мы и должны теперь заняться. Все равно нам ничего не остается, кроме как ждать новостей от наших соратников в Сейрейтее. Как только им удастся прорваться, мы сделаем то, к чему шли все эти тысячи лет. А пока продумаем защиту, чтобы все не сорвалось в последний момент.
***
Бьякуя сунул деревянный ящичек за пазуху и глянул в зеркало. Ничего, сойдет, не слишком заметно. Он аккуратно разровнял складки формы, расправил хаори. В зеркале над его плечом внезапно возникло улыбающееся лицо. Хисана подкралась сзади и обхватила его за талию. И, разумеется, тут же нащупала печать.
– Что это у тебя?
– Просто не хочу, чтобы на мой дом тоже напали, – пояснил Бьякуя.
– А если нападут на тебя? – Тут же забеспокоилась она.
– Не страшно. Им не справиться со мной.
В этом у Бьякуи, правда, полной уверенности не было, но не говорить же об этом жене! В чем он был абсолютно уверен, так это в том, что не может позволить врагу завладеть его печатью, пока он жив. С трупа пускай снимают, ладно уж.
– Так поместье Кьораку из-за такой штуки разгромили?
– Да, – признался Бьякуя. Хисана все еще не разжимала рук, а пока она держала его, он не мог уйти от разговора. Просто выше всяких сил было вырываться из этих нежных объятий.
– Но неужели все капитаны Готэй не смогли остановить двух пустых?
– Если бы они задержались хоть на несколько секунд, чтобы сразиться, их, несомненно, одолели бы, – проворчал Бьякуя, а про себя отметил, что у жены имеются и другие источники информации, кроме него. Сам он ей ничего такого не рассказывал.
– Что происходит, Бьякуя? Насколько это опасно? – Голос Хисаны звучал все более тревожно.
– Если наши враги завладеют этой штукой, у нас будут крупные неприятности, – не стал отпираться он. – Но я бы не сказал, что они слишком опасны для нас. Просто немного… другие. Скоро мы найдем способ с ними справиться и разделаемся раз и навсегда. А пока мне лучше подержать это у себя. Я не сомневаюсь, что они просто побоятся сунуться ко мне.
– Ты так считаешь?
– Да, я уверен.
– Ну хорошо, раз уверен, я буду спокойна.
Она, наконец, выпустила его, повернула к себе, оглядела критически, еще раз поправила ею же самой смятую одежду. И снова улыбнулась.
– Ты на обед придешь, или тебе принести?
– Я приду, – решил Бьякуя.
***
– Да ты просто спятил, – заявил Бэй. – Нам ни за что не пробраться внутрь.
– А ты как не колдун, – фыркнул Гуанг. – Забыл, что означает «отвести глаза»?
– Что, всем?
– Если хорошо сосредоточимся, у нас получится.
Зихао в обсуждении участия не принимал, просто наблюдал за спорщиками, сидя в сторонке. Хотя идея в целом ему нравилась, но она означала его окончательное выбытие из игры. Так что он, не решаясь сделать этот выбор, готов был принять любое решение своих товарищей.
– Ну ладно, не исключаю, что туда мы проберемся, – Бэй вскочил и принялся расхаживать из угла в угол. – Но обратно? С добычей? Ничего не выйдет.
– Обратно махнем через ограду, – не смутился Гуанг. – Да они и не поймут ничего и среагировать не успеют. А там сюнпо, и ищи ветра в поле.
– А если найдут? По следу реяцу.
– Во-первых, сколько там разных реяцу, сам подумай. Во-вторых, применю кое-какие приемы, заметающие следы. Я специализировался на местной магии и успел многое изобрести.
– У них есть колдун, – не сдавался Бэй.
– Но этот колдун до сих пор ни на что не способен, – возразил Гуанг. – Наши его так отделали, что он еще нескоро выйдет из госпиталя. А за это время мы успеем.
– И все-таки мне кажется, опасно это. Слишком опасно и ненадежно. Может лучше уж на него напасть?
– Ну да, – Гуанг расхохотался. – А это совсем безопасно, нападать на капитана. Просто пара пустяков. Ты не забывай, что мы не сможем применить против него те же приемы, которые используют наши живые соратники. Хочешь испытать себя в рукопашном бою? Ты и секунды не продержишься.
– Ты-то чего молчишь, Зихао? – Бэй обернулся к юному наблюдателю. – Ты что думаешь?
– Мне не нравится мысль о том, что моя физиономия опять засветится, и придется бежать и прятаться, – признался тот. – Но от меня действительно больше нет толку, с меня наверняка глаз не спускают. А в остальном, я считаю, идея хорошая и должна сработать.
– Как бы они и сейчас за тобой не следили, – проворчал Бэй.
– Сейчас – нет. Я оторвался. И это, кстати, само по себе подозрительно, так что у нас есть еще один повод провести эту операцию. Мне все равно недолго бегать осталось.
– Ладно, уговорил, – вздохнул Бэй. – Но все равно, мне это кажется чистым безумием.
***
– Ну-ка, Кентаро, хватит бегать, – сказала Хисана. – Помоги мне накрыть на стол. Отец скоро придет.
Мальчик буквально расцвел.
– Ура! Наконец-то пообедаем все вместе!
Хисана, улыбаясь, кивнула. Бьякуя действительно редко приходил домой обедать. Чаще она сама относила ему бенто в расположение отрядов, а иногда, делая вид, что ужасно занята, отправляла сына. Ему тоже хотелось видеться с отцом почаще.
Кентаро поудобнее расположил меч за поясом и принялся выдвигать столик. Он совсем недавно получил собственный занпакто и теперь не расставался с ним ни на минуту. Даже ложась спать, он укладывал меч в изголовье. Он и тренировался теперь в основном с настоящим мечом, что позволяло ему чувствовать себя практически взрослым.
Хисана внесла большое блюдо, поставила его в центр стола. И тут отворилась створка двери, ведущей снаружи, со стороны сада. Думая, что вернулся муж, Хисана, заранее улыбаясь, подняла голову… и оторопела. В комнату входили три незнакомых синигами. Все трое были вооружены, но что хуже всего, лица всех троих были закрыты полумасками. Гость, пришедший с добром, не станет прятать лицо.
– Не бойся, – глухо сказал один из пришельцев. – Если не будешь сопротивляться, больно не будет.
Рука Хисаны, не успевшей еще распрямиться, сомкнулась на крошечном, почти игрушечном, столовом ножичке, лежавшем на столе. Хотя толку от него… Столовый нож в руке обычной человеческой души не сумел бы нанести никакого ущерба синигами. И даже если бы он напитался силой, которую дают отчаяние и ярость женщине, защищающей своего ребенка, тупое лезвие могло бы в лучшем случае оставить пару никчемных царапин на коже противников.
– Не бойся, мам, – Кентаро, сурово сдвинув брови, выступил вперед и выхватил меч. – Я тебя защищу.
– Кентаро, беги, – шепнула Хисана.
– Нет, мам. Я с ними справлюсь.
– Прочь отсюда, щенок, – процедил один из нападавших. – Ты нам не нужен, так что проваливай.
– Только троньте маму, – Кентаро угрожающе поднял занпакто. – Вы еще не знаете, как я умею сражаться.
Меч пришельца со свистом вылетел из ножен.
Как бы ни был талантлив и упорен в своих занятиях Кентаро, все же он был только десятилетним ребенком. В то время как его враг был взрослым офицером, посвятившим тренировкам столько лет, сколько мальчишка даже на свете не прожил. Первый же мощный удар выбил оружие из руки мальчика, и оно вылетело сквозь бумажную стенку в сад. Второй удар – на сей раз кулаком – отправил Кентаро в дальний угол, где он и затих.
Взвизгнув от ярости и страха, Хисана бросилась вперед с ножом, поднятым над головой. Синигами даже не пытался увернуться. Он небрежным движением перехватил ее руку и вывернул запястье. Нож упал на пол, а офицер, без особых усилий скрутив брыкающуюся женщину, легонько тюкнул ее по макушке. Хисана обмякла. Нападавшие, не медля более ни секунды, испарились, с места уйдя в сюнпо.
***
В то время, когда все произошло, Бьякуя был уже дома. Но он находился на противоположном конце поместья, довольно далеко от места действия, и не было ничего такого, что заставило бы его насторожиться. Никто из домашних или слуг не видел пришельцев, а потому в поместье все шло своим чередом. И Бьякуя не спешил. Он спокойно вошел в дом, зашагал по длинным коридорам, предвкушая мирный обед в кругу семьи. Но вдруг им овладело странное тревожное чувство, и он невольно ускорил шаг. Он не мог еще понять, что уловил легкое изменение общего фона реяцу, небольшое пока напряжение духовных сил, произошедшее в тот момент, когда чужаки шагнули на веранду.
Потом он корил себя: как можно было не броситься опрометью в первый же миг, хотя сам прекрасно понимал, что это было невозможно. Если он что-то и уловил в этот момент, то лишь подсознательно. Всего лишь немного встревожился без всякой видимой причины, вот и все. Но потом тревожное ощущение вдруг выросло, пробилось из подсознания к сознанию, и Бьякуя насторожился, пытаясь понять, что с ним происходит. И вдруг понял: реяцу же! Не та, огромная, которая вырывается, когда встречаются по-настоящему сильные противники, и все же достаточно отчетливое напряжение сил.
И тогда Бьякуя бросился бежать. Но это уже был момент удара, когда Кентаро отлетел в сторону, а еще через секунду была схвачена Хисана. У Кучики было не так уж много шансов успеть. Если бы реяцу была чуть посильнее, отчетливее, ему было бы проще сориентироваться, где происходит сражение. Если бы он сразу смог сообразить, куда ему бежать, он проломил бы все стены и перегородки, лишь бы не опоздать. Но он замешкался. И в тот момент, когда он ворвался в комнату, там уже никого не было.
Никого, кроме неподвижного тела у дальней стены. Вспотев от ужаса, поперхнувшись ставшим вдруг очень плотным воздухом, Бьякуя метнулся туда.
– Кентаро!
Он схватил сына за плечи, приподнял. Мальчик застонал. Бьякуя медленно, облегченно выдохнул. Жив. Жив, и это главное. А там, даже если и ранен… Медики его самого сколько раз с того света вытаскивали.
– Больно, – жалобно сообщил Кентаро.
Бьякуя осторожно уложил его обратно на пол, ощупал.
– Где болит?
– Тут, – Кентаро тыльной стороной ладони потер челюсть и только потом открыл глаза. – Папа?
– Да. Ты лежи…
– А где мама?
– Не знаю, – растерянно сказал Бьякуя.
– Ох, папа! – Кентаро вытаращил глаза и подскочил. – Они забрали ее! Те трое! Она у них!
Он вскочил на ноги. Поднялся и Бьякуя. Он уже понял, что сыну это не привиделось, что он знает, что говорит. Враги побывали здесь. Они не решились напасть на Кучики и похитили вместо того его жену.
– Погоди, – Бьякуя шагнул в центр комнаты и прикрыл глаза. – Реяцу. Сейчас.
След действительно был. Остаток чужой, незнакомой реяцу, отпечаток чьей-то злости, бессмысленной, беспричинной жестокости. Как можно было бить в полную силу ребенка? Бьякуя, кипя от негодования, сорвался в погоню, следуя этой небольшой отметине. И почти сразу вернулся.
– Потерял их, – признался он. – Сразу за оградой, как сквозь землю провалились. Что тут произошло?
– Пришли трое, – дрожа от ярости, сказал Кентаро. – Мы ждали тебя, а пришли эти. Все в масках. Я пытался сражаться, но они… Я не смог.
Бьякуя присел на корточки, крепко взял сына за плечи, заглянул в глаза. В них, мокрых от сдерживаемых слез, плескалась злость. Кулачки сжимались. Маленький гордый воин, поверженный превосходящими силами противника.
– Откуда ты знаешь, что мама у них?
– Они сами сказали. Сказали, чтобы она не сопротивлялась. И что я им не нужен. Они пришли за ней.
И Бьякуя понял, почему они так поступили. Если бы они схватили его сына, он перевернул бы весь Сейрейтей, весь Руконгай, если понадобится, но нашел бы его по реяцу. А у Хисаны реяцу нет. Ее легко спрятать без всяких дополнительных ухищрений. И ее не найти. Мальчик вряд ли сумел в такой ситуации запомнить реяцу своих врагов. Но даже если бы и запомнил, он еще не обладает необходимыми навыками, чтобы вот так, сходу, вычленить нужное ощущение среди прочих, обнаружить своего противника среди других синигами. Бьякуя чувствовал, что и тот след реяцу, который ему с трудом удалось уловить, не дал достаточного впечатления о ее владельце, и он не сможет искать по такому признаку.
Бьякуя понял это со всей отчетливостью: Хисану ему не найти.
***
– Ну и ну. Кто бы мог подумать, что они решатся на такое.
Йоруичи по своему обыкновению ухмылялась. Но за этой ухмылкой могло скрываться все, что угодно. Не будь ситуация критической, Бьякуя ни за что бы не стал к ней обращаться, но он не простил бы себе, если бы с Хисаной что-то случилось, потому что он из гордости или неприязни пренебрег последней возможностью. Сказать по правде, неприязнь в последние годы несколько поубавилась. Шихоинь слишком часто наносила визиты вежливости в поместье Кучики.
– И никто ничего не видел, вот что любопытно, – продолжила она.
– Колдуны могут пройти незамеченными, если захотят, – сказал на это Тамура.
Лейтенант, зеленый и нетвердо держащийся на ногах, буквально обнюхивал помещение, подобно собаке-ищейке. Йоруичи выдернула его из госпиталя, сославшись на крайнюю необходимость и пообещав вернуть на место в ближайшее время. Возражала, впрочем, только Унохана, но не сам Тамура.
– Почему, в таком случае, они не вошли давно уже в наши дома и не выкрали печати? – Резонно заметила Шихоинь.
– Из запертых кидо сейфов? – Невозмутимо откликнулся лейтенант, не оборачиваясь. Давно было замечено, что занятый работой Тамура начисто забывает о рангах, этикете и прочей необязательной ерунде. – Они ведь тут же выдадут себя, едва начнут взламывать. Сама видишь, сюда они вошли. Значит, могут.
– Ты можешь их выследить? – Нетерпеливо вмешался Бьякуя.
– Да. – Тамура распрямился и устало провел ладонью по лицу. – Да, могу.
Кентаро радостно охнул.
– Тогда давай! Давай скорее!
– Они этого не ожидали, – Йоруичи злорадно осклабилась. – Они спешили действовать, пока Фуджимаро в больнице, но не думали, что он способен подняться так скоро. Сами нарвались. Теперь мы их прижмем.
– Идем, – Бьякуя огладил рукоять меча. – Сколько потребуется времени, чтобы найти след?
– Вперед нам нужно обсудить кое-что, – Йоруичи обернулась к нему, озабоченно нахмурившись. – Тебе нельзя с нами. Ты должен вернуться в штаб и ждать там.
– С какой стати? – Возмутился Бьякуя, гневно распрямляясь. – Там моя жена, и я…
– Погоди! – Йоруичи вскинула перед собой руки. – Просто послушай. Тамуре потребуется какое-то время. Он может нащупать след, потом потерять, потом снова найти. У него всегда так. Мы, вероятно, будем петлять некоторое время. И как ты думаешь, что будут в это время делать наши враги? Очевидно, они поскорее начнут торговаться, пока их не обнаружили. А торговаться они могут только с тобой. И что будет, если тебя не окажется на месте? Они тут же поймут, что их ищут! И что их, скорее всего, могут найти. По логике сейчас ты, доведенный до отчаяния, должен смирно сидеть и ждать гонцов. Они уверены, что искать их некому. Вот и пусть будут уверены до последнего. Если мы их сейчас спугнем, все пропало.
Бьякуя упрямо сжал челюсти. Его охватывал безотчетный ужас при мысли, что его Хисана, эта хрупкая девочка, сейчас в лапах этих…
– Я не могу сидеть в штабе, пока моя жена в опасности.
Йоруичи схватила его за плечи и с яростью заглянула в глаза.
– Ты что, хочешь все испортить? Хочешь, чтобы все сорвалось? Если у нас ничего не получится, в этом будешь виноват только ты и твое проклятое упрямство!
Некоторое время Бьякуя прожигал ее взглядом. А потом разом обмяк.
– Ладно, – холодно сказал он. – Я согласен сыграть эту роль. Я готов положиться на тебя, но знай: если ты не справишься, – он сделал паузу и глянул ей прямо в глаза, – я тебя убью.
Йоруичи расхохоталась.
– Не переживай ты так! В крайнем случае, это у нас не последняя печать.
– А ты в этом абсолютно уверена? Ты точно знаешь, что они не успели устроить какой-нибудь фокус в твоих хранилищах? В любом случае, если мы отдадим печать, мы покажем нашу слабость. И станем тогда легкой добычей.
– Знаю, знаю, – примирительно сказала Йоруичи. – Но тебе в самом деле не стоит беспокоиться. Ты главное не выдай нас, не покажи тому, кто к тебе придет, что у тебя есть какая-то надежда. А остальное мы берем на себя. Тамура найдет их, не сомневайся.
– Я иду с вами, – вдруг громко заявил Кентаро. Бьякуя уставился на него круглыми глазами.
– Кентаро…
– Я должен, – мальчик упрямо сдвинул брови. – Это я во всем виноват. И поэтому я пойду.
А тут еще Йоруичи оценивающе оглядела его и задумчиво сказала:
– А вот тебе, пожалуй, можно.
Бьякуя едва воздухом не поперхнулся от возмущения. Он схватил сына за плечи.
– Кентаро, я запрещаю.
– Если я не смог ее защитить, то хотя бы сейчас должен пойти и спасти ее, – упрямо повторил тот.
– Жаловаться не на кого, Бьякуя, – усмехнулась Йоруичи. – Сам воспитывал.
– Когда-то, когда все, кому не лень, лезли в воспитатели, у тебя было другое мнение, – ядовито заметил Бьякуя.
– Мы все только учили его сражаться, – не уступила Шихоинь. – А характер твой, один в один. Ладно, брось, – она ободряюще потрепала Кучики по плечу. – Пусть парень пойдет. Он же будет с нами. Я за ним присмотрю.
Бьякуя, нисколько не убежденный, смотрел на нее волком.
– Это будет намного лучше, чем если он сорвется за нами в одиночку и потом вмешается в самый неподходящий момент, – добавила Йоруичи. – Твой сын – настоящий воин. И он не сможет сейчас оставаться дома. Ему гордость не позволит.
Кучики глубоко вздохнул, стараясь сделать это незаметно. Он решительно не мог контролировать ситуацию. Везде, где появляется эта кошка, все переворачивается с ног на голову. Недаром он ее с детства терпеть не мог. Но он не видел, что может сейчас сделать. Кентаро действительно было бы не удержать дома, разве что запереть под несколькими кидо-щитами. Несколькими, потому что он их рано или поздно расковырял бы. Мальчишка был не только упрям, но и сведущ в магии. И в этой ситуации он действительно не смог бы остаться в стороне, это Бьякуя видел со всей отчетливостью. Он наплевал бы на все запреты и возможное наказание, потому что отлично понимал, когда речь идет о действительно важных вещах. Маленький, но вполне настоящий воин.
– Хорошо, – процедил Бьякуя. – За обоих головой отвечаешь. Я не шучу.
– Знаю, знаю, – Йоруичи с облегчением рассмеялась. – Не бойся. Я люблю их обоих не меньше тебя. И не позволю, чтобы с ними что-нибудь случилось. А теперь тебе лучше идти. Они не посмеют сунуться в поместье, так что переговоры наверняка состоятся в штабе.
Бьякуя еще раз смерил ее на прощание оценивающим взглядом, пристально оглядел Кентаро, словно прикидывая, потянет ли он ношу, которую на себя взвалил, а потом молча вышел за дверь.
***
В своем кабинете Бьякуя метался из угла в угол. Попробовал было отвлечься работой, но быстро понял, что ничего из этого не выйдет. Ренджи не было на месте, и это Кучики очень устраивало. Если бы лейтенант и появился, он предпочел бы отослать его куда угодно, лишь бы не объяснять ничего. Сейчас ему не нужны были никакие свидетели. Бьякуя пытался настроиться на нужный лад. Тянуть время. Самое главное – тянуть время, но при этом себя не выдать. Притворяться испуганным и готовым сдаться, но отступать в последний момент.
Неслышно отворилась тяжелая дверь кабинета. Синигами проскользнул внутрь без стука, без предупреждения, и Бьякуя сразу понял, что это тот, кого он ждет. Кто еще посмел бы так врываться? Тот самый юнец из одиннадцатого, которого арестовывала Шихоинь. Значит, не ошиблись. Он так легко смог уйти в сторону, ничем себя не выдавая, именно потому, что их было трое.
– Капитан Кучики, нам нужно кое-что обсудить, – без предисловий заявил мальчишка.
– Где она? – Немедленно задал Бьякуя тревоживший его вопрос.
– С ней все в порядке.
Кучики неторопливо приблизился к визитеру, бережно взял его за ворот и очень аккуратно вдавил спиной в дверной косяк. Синигами слегка побледнел.
– Если с ней хоть что-нибудь случится…
– Ничего не случится, если вы будете благоразумны.
Бьякуя выпустил пришельца, повернулся к нему спиной и сделал несколько шагов в сторону окна.
– Итак, Ишимори Масаи… Или как твое настоящее имя?..
– Зихао, – не чинясь, назвался синигами. – Надеюсь, вы понимаете, капитан, почему это все произошло. Нам нужна печать.
